ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Завтра был день рождения

Завтра был день рождения

С.Кочнев

 

Завтра был день рождения

 

- Завтра у меня день рождения, а я здесь, как дурак, сижу, согнувшись в три погибели… Лежу, точнее… На хрена? – спрашивается.

Ага! Началось какое-то передвижение… Крендель какой-то зажёг фаер… Высоковато, всё-таки, шестой этаж… Хотя вид отсюда замечательный, особенно в оптику. Всех видно… Чёрт! Птичка, что ли, сиранула? Брызги, похоже, какие-то на стекле… Надо протереть…

Машина у меня классная, с тормозом-компенсатором, отдачи никакой, можно послать три-четыре пули подряд – войдут практически одна в одну.

Ах, ты, блин! Недокомплект прислали. Жадные, собаки! Жидкость есть, а протирку не положили… пиндосы хреновы!

Чёрт, нога затекла не к месту… Надо бы дислокацию сменить… А куда тут сменишь? На полметра влево?

О, о! Смотри! Опять забегали там! Заорали! Чего орут? Сами не знают. Ладно, щас я вам… Кто это там выскочил? Повыскакивай у меня, повыскакивай!

 

Спусковой крючок мягко поддался нажиму указательного пальца. Отдача от выстрела лишь легонько толкнула прикладом в плечо. Далеко внизу маленький человечек, будто споткнувшись, пробежал по инерции несколько шагов, нелепо загребая ногами, и уткнулся в камни мостовой, словно хотел зарыться лицом в подушку. В оптический прицел было ясно видно, как расплывается у головы юшка.

 

- О! Падает он! Чё уж так падать? Прям, как в опере! Я тебе только плечо прострелил! Жить будешь, если дружки поторопятся! Ладно, лежи спокойно! Не хрен мне тут бегать! Повыскакивали, понимаешь!

 

К человечку на мостовой бежали несколько других, прикрываясь самодельными щитами.

 

- Беги-беги! Быстрее давай! Протру пока стекло, а вы немного побегайте! Может, ещё спасёте! Вот тупые! Шевелитесь скоренько! Да несите его быстрее, вот, хоть под эти деревья… Там-то я уж точно не достану! Не, точно дураки! За жестянками прячутся! Ох, люди-люди – порожденье крокодилов! Ни хрена мозгов не прибавилось!

Ладно, бегайте, прикрывайтесь, спасайте! Ну, спасайте его, тащите скорее! Пока я оптику разберу, можете суетиться, сколько получится!

Вот же гадство! Занесло же меня в эту канитель! Да! Если бы жена моя… Моя жена… Лапушка моя, ну кто же мог знать? Ну да, ну еврейка, ну и что? Родная моя! Из дому не выходит… Вообще не выходит сколько уже? Неделю? Две? Не помню…

Пришли, ведь, ночью, гады. «Мы, - говорят, - знаем, что ты до аварии классным снайпером был. Был? Или не был? Или чё, ты, - говорят, - против людей? Ты, чё,- говорят, - сука русапятская?»

Я говорю: «Ребята, да я же инвалид… нога у меня… в смысле нет её, ступни нет. Какой же я теперь снайпер? Без ноги? На костылях?»

Они говорят: «Без ноги, это ничего! Главное, чтобы руки были, чтобы куда надо нажимать. Мы, - говорят, - с тем козлом, что тебя подрезал и аварию спровоцировал, вчера немножко поговорили. Душевный парень... Привет тебе из больницы передавал... Если выживет, тосначалаколяску, а потом швейцарский протез тебе оплатит. Вот, просил отдать лично в руки сто американских президентов».

- Спасибо, - говорю, - только не надо мне этой подачки! Мне это два раза в магазин сходить, а на лекарства вообще не хватит.

- А ты, - говорят, - на лекарства заработай по специальности. А не хочешь, - говорят, - так у нас тут много чего про тебя есть, а, главное, про жену твою… она же еврейка, правильно?

- Ну, еврейка. И что?

- Ты русапятский, жена твоя еврейка - отпадная у вас семейка...

Да… Если бы у меня был дома… хотя бы мелкашка была бы… А так, я костылём хотел врезать… Да не устоял, они на меня навалились и объяснили, что будет со мной и с моей женой, если я не соглашусь… три раза объяснили… ногами…

Сволочи! И про день рождения, и адрес родителей, и детский сад... Какой же гад слил им всё это? Кончится эта белиберда, у Лёшки надо будет поинтересоваться, у него ходы всякие имеются...

 

А чё? Лёшка-то приедет завтра, интересно? Обещал. День рождения, всё-таки... Эх! Разобраться бы мне с этой мутотенью поскорее! А чё он мне вчера сказал-то?«Поработаю немножко и подъеду к тебе». Где это он работать собирался, интересно?

Твою мать! Чё они там опять забегали? Чё заорали? Даже мне тут слышно... А! Смотри - ещё одного несут... Оба-на! Это уже не я... У меня стекло разобрано... Сами что-ли кого-то приголубили? Неужели сами? Нет, не похоже...

Ух ты, блин! Опять орут! Опять бегают! Смотри-смотри! Теперь другие несут... Значит не только я тут, что-ли? От, поганцы, хорьки! «Работать будешь один, - говорят, - на этой точке... Троих с каждой стороны надо снять... Снимешь, президентов получишь и - гуляй, празднуй свой день рождения!» Гадюки! Точно, ещё одного посадили где-то... решили меня подстраховать?

Подонки! Ещё, поди, и не заплатят? Собаки бешеные!

Так, оптика на месте... Всё нормалёк. Ну-ка, посмотрим... Хорошо! Всё хорошо! И... здесь тоже хорошо! Ух, ты! Показалось? Или что-то там, напротив, блеснуло этажом ниже? Второй? Это он, такой же, как и я? Кровных моих президентов зелёных отобрать хочет?!

Спокойно! Спокойно, малыш! Понаблюдаем малость! Подумаем... Господи! Глупость какая! Да кто же тебе оптикой сверкать будет? Разве что дурак какой! А может он и есть дурак? Дурак-дураком, а двоих подчикрыжил.. А я-то только одного...

Кстати, пора счёт сравнивать.

Что там мы имеем? Интересно! Так, а здесь? О! Вот этот мне нравится! За кустиком пристроился, фанеркой закрылся... страус ты мой ненаглядный. Ты только секундочку ещё...

 

Палец мягко лёг на спусковой крючок, и вслед глухому щелчку выстрела так же мягко завалился на бок далеко внизу маленький человечек, как будто собрался посреди бесснежного тротуара понежится на южном солнышке...

 

О! И этот тоже падает! Артист! Ещё скажи, что пришёл твой последний час, сука! Я же тебе ногу всего-то задел, а ты мне тут балет устраиваешь! Тьфу! Тоже мне, мужик называется! Все вы тут артисты, скоморохи, клоуны! Ладно, не корчись! Вон к тебе уже бегут... Щас потащат!

Бляха муха! А эти-то что забегали? Чего они там засуетились? Ах ты, гад! Он тут на две стороны работает! Ну, ты смотри! Точно, моих кровных президентов себе забрать хочет! Фигу тебе с маслом, а не тугрики зелёные!

Щас мы тебе отгул смастырим! Где ты там у нас сверкал? А-а! Зайчик! Загрымыровався! Чудак на букву «мы». Камуфляж напялил и думаешь от меня спрятаться? Ну-ка, давай, решай быстренько, какую тебе ручку лечить придётся? Левую? Ну, ладушки, левую, так левую, так сказать, ближе к сердцу...

 

Капитана внутренней службы все знали, как Лешку, и никто не знал его настоящей фамилии. Никто, кроме закадычного корешка. Завтра у него день рождения, и они, конечно, посидят, выпьют, что положено, закусят, чем положено, споют свои любимые... Друг, несмотря на тяжелую травму и потерю ноги, оптимизма не потерял, на гитаре играет замечательно, почти так же, как раньше... только раньше он еще и классным снайпером был, а сейчас... Сейчас он инвалид с мизерной пенсией....

Ничего, пробьемся!

Вот закончит Лешка работу, бакшиш получит, и в магазин, подарок выбирать, а завтра выспится как следует, и к другу!

Тут прискакал десятский из самообороны свинот этих.

- Леша! Русапятые снайпера посадили! Наших косит, сука! Палубный приказал снять его, собаку! Потом, как снимешь, я ребят пошлю, они его раскрасят, как нужно, и на камеру для пиндосов снимут. Палубный уже репортера пригласил. Давай, работай скорее, только чисто, чтобы! Все, я пошел!

 

...

 

Два выстрела! Две пули две судьбы

Под этим небом разом оборвали...

В кого стреляли - сами ведь не знали,

А если б знали, то стреляли бы?


 

 

© С.Кочнев, Санкт-Петербург, май 2014 г.

© Copyright: С.Кочнев (Бублий Сергей Васильевич), 2014

Регистрационный номер №0215354

от 18 мая 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0215354 выдан для произведения:

С.Кочнев

 

Завтра был день рождения

 

- Завтра у меня день рождения, а я здесь, как дурак, сижу, согнувшись в три погибели… Лежу, точнее… На хрена? – спрашивается.

Ага! Началось какое-то передвижение… Крендель какой-то зажёг фаер… Высоковато, всё-таки, шестой этаж… Хотя вид отсюда замечательный, особенно в оптику. Всех видно… Чёрт! Птичка, что ли, сиранула? Брызги, похоже, какие-то на стекле… Надо протереть…

Машина у меня классная, с тормозом-компенсатором, отдачи никакой, можно послать три-четыре пули подряд – войдут практически одна в одну.

Ах, ты, блин! Недокомплект прислали. Жадные, собаки! Жидкость есть, а протирку не положили… пиндосы хреновы!

Чёрт, нога затекла не к месту… Надо бы дислокацию сменить… А куда тут сменишь? На полметра влево?

О, о! Смотри! Опять забегали там! Заорали! Чего орут? Сами не знают. Ладно, щас я вам… Кто это там выскочил? Повыскакивай у меня, повыскакивай!

 

Спусковой крючок мягко поддался нажиму указательного пальца. Отдача от выстрела лишь легонько толкнула прикладом в плечо. Далеко внизу маленький человечек, будто споткнувшись, пробежал по инерции несколько шагов, нелепо загребая ногами, и уткнулся в камни мостовой, словно хотел зарыться лицом в подушку. В оптический прицел было ясно видно, как расплывается у головы юшка.

 

- О! Падает он! Чё уж так падать? Прям, как в опере! Я тебе только плечо прострелил! Жить будешь, если дружки поторопятся! Ладно, лежи спокойно! Не хрен мне тут бегать! Повыскакивали, понимаешь!

 

К человечку на мостовой бежали несколько других, прикрываясь самодельными щитами.

 

- Беги-беги! Быстрее давай! Протру пока стекло, а вы немного побегайте! Может, ещё спасёте! Вот тупые! Шевелитесь скоренько! Да несите его быстрее, вот, хоть под эти деревья… Там-то я уж точно не достану! Не, точно дураки! За жестянками прячутся! Ох, люди-люди – порожденье крокодилов! Ни хрена мозгов не прибавилось!

Ладно, бегайте, прикрывайтесь, спасайте! Ну, спасайте его, тащите скорее! Пока я оптику разберу, можете суетиться, сколько получится!

Вот же гадство! Занесло же меня в эту канитель! Да! Если бы жена моя… Моя жена… Лапушка моя, ну кто же мог знать? Ну да, ну еврейка, ну и что? Родная моя! Из дому не выходит… Вообще не выходит сколько уже? Неделю? Две? Не помню…

Пришли, ведь, ночью, гады. «Мы, - говорят, - знаем, что ты до аварии классным снайпером был. Был? Или не был? Или чё, ты, - говорят, - против людей? Ты, чё,- говорят, - сука русапятская?»

Я говорю: «Ребята, да я же инвалид… нога у меня… в смысле нет её, ступни нет. Какой же я теперь снайпер? Без ноги? На костылях?»

Они говорят: «Без ноги, это ничего! Главное, чтобы руки были, чтобы куда надо нажимать. Мы, - говорят, - с тем козлом, что тебя подрезал и аварию спровоцировал, вчера немножко поговорили. Душевный парень... Привет тебе из больницы передавал... Если выживет, тосначалаколяску, а потом швейцарский протез тебе оплатит. Вот, просил отдать лично в руки сто американских президентов».

- Спасибо, - говорю, - только не надо мне этой подачки! Мне это два раза в магазин сходить, а на лекарства вообще не хватит.

- А ты, - говорят, - на лекарства заработай по специальности. А не хочешь, - говорят, - так у нас тут много чего про тебя есть, а, главное, про жену твою… она же еврейка, правильно?

- Ну, еврейка. И что?

- Ты русапятский, жена твоя еврейка - отпадная у вас семейка...

Да… Если бы у меня был дома… хотя бы мелкашка была бы… А так, я костылём хотел врезать… Да не устоял, они на меня навалились и объяснили, что будет со мной и с моей женой, если я не соглашусь… три раза объяснили… ногами…

Сволочи! И про день рождения, и адрес родителей, и детский сад... Какой же гад слил им всё это? Кончится эта белиберда, у Лёшки надо будет поинтересоваться, у него ходы всякие имеются...

 

А чё? Лёшка-то приедет завтра, интересно? Обещал. День рождения, всё-таки... Эх! Разобраться бы мне с этой мутотенью поскорее! А чё он мне вчера сказал-то?«Поработаю немножко и подъеду к тебе». Где это он работать собирался, интересно?

Твою мать! Чё они там опять забегали? Чё заорали? Даже мне тут слышно... А! Смотри - ещё одного несут... Оба-на! Это уже не я... У меня стекло разобрано... Сами что-ли кого-то приголубили? Неужели сами? Нет, не похоже...

Ух ты, блин! Опять орут! Опять бегают! Смотри-смотри! Теперь другие несут... Значит не только я тут, что-ли? От, поганцы, хорьки! «Работать будешь один, - говорят, - на этой точке... Троих с каждой стороны надо снять... Снимешь, президентов получишь и - гуляй, празднуй свой день рождения!» Гадюки! Точно, ещё одного посадили где-то... решили меня подстраховать?

Подонки! Ещё, поди, и не заплатят? Собаки бешеные!

Так, оптика на месте... Всё нормалёк. Ну-ка, посмотрим... Хорошо! Всё хорошо! И... здесь тоже хорошо! Ух, ты! Показалось? Или что-то там, напротив, блеснуло этажом ниже? Второй? Это он, такой же, как и я? Кровных моих президентов зелёных отобрать хочет?!

Спокойно! Спокойно, малыш! Понаблюдаем малость! Подумаем... Господи! Глупость какая! Да кто же тебе оптикой сверкать будет? Разве что дурак какой! А может он и есть дурак? Дурак-дураком, а двоих подчикрыжил.. А я-то только одного...

Кстати, пора счёт сравнивать.

Что там мы имеем? Интересно! Так, а здесь? О! Вот этот мне нравится! За кустиком пристроился, фанеркой закрылся... страус ты мой ненаглядный. Ты только секундочку ещё...

 

Палец мягко лёг на спусковой крючок, и вслед глухому щелчку выстрела так же мягко завалился на бок далеко внизу маленький человечек, как будто собрался посреди бесснежного тротуара понежится на южном солнышке...

 

О! И этот тоже падает! Артист! Ещё скажи, что пришёл твой последний час, сука! Я же тебе ногу всего-то задел, а ты мне тут балет устраиваешь! Тьфу! Тоже мне, мужик называется! Все вы тут артисты, скоморохи, клоуны! Ладно, не корчись! Вон к тебе уже бегут... Щас потащат!

Бляха муха! А эти-то что забегали? Чего они там засуетились? Ах ты, гад! Он тут на две стороны работает! Ну, ты смотри! Точно, моих кровных президентов себе забрать хочет! Фигу тебе с маслом, а не тугрики зелёные!

Щас мы тебе отгул смастырим! Где ты там у нас сверкал? А-а! Зайчик! Загрымыровався! Чудак на букву «мы». Камуфляж напялил и думаешь от меня спрятаться? Ну-ка, давай, решай быстренько, какую тебе ручку лечить придётся? Левую? Ну, ладушки, левую, так левую, так сказать, ближе к сердцу...

 

Капитана внутренней службы все знали, как Лешку, и никто не знал его настоящей фамилии. Никто, кроме закадычного корешка. Завтра у него день рождения, и они, конечно, посидят, выпьют, что положено, закусят, чем положено, споют свои любимые... Друг, несмотря на тяжелую травму и потерю ноги, оптимизма не потерял, на гитаре играет замечательно, почти так же, как раньше... только раньше он еще и классным снайпером был, а сейчас... Сейчас он инвалид с мизерной пенсией....

Ничего, пробьемся!

Вот закончит Лешка работу, бакшиш получит, и в магазин, подарок выбирать, а завтра выспится как следует, и к другу!

Тут прискакал десятский из самообороны свинот этих.

- Леша! Русапятые снайпера посадили! Наших косит, сука! Палубный приказал снять его, собаку! Потом, как снимешь, я ребят пошлю, они его раскрасят, как нужно, и на камеру для пиндосов снимут. Палубный уже репортера пригласил. Давай, работай скорее, только чисто, чтобы! Все, я пошел!

 

...

 

Два выстрела! Две пули две судьбы

Под этим небом разом оборвали...

В кого стреляли - сами ведь не знали,

А если б знали, то стреляли бы?


 

 

© С.Кочнев, Санкт-Петербург, май 2014 г.

Рейтинг: +2 267 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

Популярная проза за месяц
175
142
127
118
117
Кто она, Осень? 28 сентября 2017 (Тая Кузмина)
116
​ТАЙНА ОСЕНИ 29 сентября 2017 (Эльвира Ищенко)
106
101
101
100
99
98
97
95
93
93
92
91
88
85
84
84
82
81
81
77
73
61
52
50