ЗАПАХ РОДИНЫ

16 августа 2013 - Василий Храмцов

ЗАПАХ  РОДИНЫ

 

Техникум, самый престижный по тем временам – горный, для Олега Вихорева старший брат Валентин выбрал. А это – в Кузбассе. На поезде из Алтайской глубинки двое суток ехать, через Новосибирск. Более короткая дорога еще только строилась.

Поскольку уезжали из дома оба сына, мать, Елена Тихоновна, взяла в колхозе подводу и повезла ребят в районный город Алейск на железнодорожный вокзал. Песик  Узнай тоже увязался за ними. Думали, что он в конце улицы или за селом отстанет, вернется домой, а кобелек все бежал и бежал впереди повозки и успевал обследовать обочины тракта. Трусит потихоньку лошадка. Бегает туда-сюда собачка. Все так стабильно, предсказуемо. Кроме того, что ждет впереди. Вот уже и полдороги проехали.

А навстречу мчит грузовик. Узнай в это время оказался на другой стороне дороги. Видя, что автомобиль отрезает ему путь к хозяевам, он бросился наперерез. И попал под колеса. Так глупо! Умирая, он несколько раз помахал своим шикарным хвостом и затих.

- Попрощался, - горестно сказала мать и утерла слезу. Мальчики отнесли труп на обочину. И всем верилось, что верный пес действительно вполне осознанно помахал им хвостом.

«Взял на себя чью-то смерть» - думала суеверная мать. И успокоилась. Мучившая ее неясная тревога куда-то отступила. - «Теперь ребятам ничего не грозит». В селе вполне серьезно считали, что смерть распределяется по какому-то неизвестному плану. Если положено двору кого-то лишиться, то неважно, человек ли умрет или животное.  

Окончание семилетки в первые послевоенные годы -пограничное событие в жизни сельских ребят. Либо они идут работать в колхоз, либо учиться в городскую школу  и жить на квартире. Не каждой семье оказывалось по средствам дать ребенку образование. Чаще ограничивались семилетним, а иногда останавливались на четырех классах. И был третий вариант, которым воспользовался Олег и его брат: они решил оба учиться в техникуме.

Олега потрясла гибель любимого пса. Несколько дней назад он мог сам так же погибнуть под колесами. Ни мать, ни брат об этом ничего не знали.

С одноклассником Ленькой Семкиным отправились они в город оформлять медицинские справки. Получили документы, домой возвращаются. Решили не идти пешком 15 километров, а проехаться на железнодорожном составе. Поезда проходят вблизи села.

 А опыта в этом никакого. Надо бы садиться на груженый состав, который на подъеме движется довольно медленно. Порожняк же наоборот - набирает бешеную скорость, сходу преодолевая подъем. Прыгать при таких условиях ребята побоялись. Так и примчал состав их неизвестно куда. Всюду ему был зеленый свет. Километров шестьдесят, а то и все сто несся он без остановок.

 Предстоял путь назад. Когда они сошли где-то на разъезде, отправлявшийся в обратном направлении поезд уже набирал скорость. Раздумывать было некогда. Бежит Олег вдоль путей, чтобы схватиться за подножку  вагона. И вдруг полетел кубарем непонятно от чего. Почти под колесами поезда оказался. Соскакивает и бежит снова. Видит, Ленька уже уцепился за вагон.

А поезд все набирает скорость! Мимо Олега уже мчит предпоследний вагон. Мальчик хватается за подножку. Его резко дернуло. Если бы сорвались руки, кто знает, чем бы закончилась эта поездка. Он удержался.

Теперь нужно отыскать Леньку. Но что за проветривание в штанах? Осматривается и обнаруживает, что низ их оторван и болтается. Тут он понял, как ему повезло! Не случайно полетел он кубарем, догоняя поезд. Вдоль железной дороги вкапывают в землю куски рельсов. Такой рельс и оборвал ему штаны! Тем же порядком, без остановок, состав примчал их обратно на станцию. Домой пришли пешком поздно вечером.

Мать зашила штаны. В них он и ехал теперь поступать в техникум, других не было.  

А почему братья выбрали горный техникум? Да потому, что там платили стипендию, особенно неплохую тем, кто выбирал подземную специальность. Старший брат уже перешел на второй курс этого техникума, учась на отделении «Шахтный подземный транспорт», и получал повышенную стипендию. 

На экзамене по математике Олег легко справился с решением задачи. На радостях он даже не стал перепроверять свои расчеты, о чем потом горько пожалел. Подвела банальная самоуверенность. Поэтому по конкурсу угодил на надземную специальность.  

Запах железнодорожных шпал и рельсов, запах асфальта и мусорных ящиков, горящих шахтных терриконов и чего-то еще городского Олегу первые годы были чужды. Он привыкал к ним с трудом. Он был благодарен судьбе за то, что подарила ему в детстве чистейшие воды озера и  реки, широкие поляны солнечных ромашек, сенокосы и ночевки в стогах, рассветы и закаты на живописном берегу с удочкой в руках. Теперь все это далеко.

Прошлое иногда напоминает о себе самым неожиданным образом. Идет как-то Олег по улице. А впереди, шагах в пятидесяти от него, мужчина шагает в том же направлении. Олег почувствовал, что что-то притягивает его взгляд к этому человеку. Посмотрел внимательно и улыбнулся. В левой руке у него было складное удилище, а в правой – котелок. «Рыбак рыбака видит издалека! Не зря сказано!» - восхитился он народной мудрости. 

  А на третьем году обучения, когда уже ко всему привык и принюхался, на безлюдной окраинной улице он вдруг почувствовал какой-то ну очень знакомый запах! Сначала даже не понял, что его остановило. Шел он мимо отдела рабочего снабжения шахты – ОРС сокращенно. А в колхозе был мерин по кличке Орс. И вдруг все соединилось в его сознании! За оградой была конюшня!

Именно Орс был запряжен в подводу, когда мать везла своих ребят к поезду. На этом же мерине Олег доставлял на дальний полевой стан продукты. Его называли фуражиром, но не фураж он возил. Сначала получал все по списку, который составляли колхозные повара. Потом объезжал дома колхозников. Домохозяйки передавали родным бутылки с молоком. Олег  бережно ставил их в повозку, перекладывая соломой, чтоб не побились. Набиралось до сорока посудин. И диву давались колхозники, как безошибочно он определял, кому какую передать бутылку. Отмечали его хорошую память.

Вспомнилось, что уже в раннем детстве он почти ежедневно имел дело с лошадьми. Кто-то научил их, малышей, свивать рыболовные лески из конского волоса. Он с друзьями шел на конюшню и, боясь получить в лоб копытом, выдергивал из лошадиных хвостов седые волосы. Лески получались отличные!

 А когда первый раз сел на лошадь? Такое чувство, что всегда умел ездить верхом. Запомнил случай. Ехал по селу старьевщик. У него детвора выменивала рыболовные крючки на тряпки, кости, куриные яйца. Улицы были безлюдны. Увидев Олежку, мужчина подозвал его и быстро распряг лошадь.

- Где тут у вас водопой? Садись верхом, прокатишься и напоишь коня.

- Да я…

- Не бойся, лошадь смирная.

Вручил мальчику поводья и ушел в дом. С таким не поговоришь. Он не сомневался, что любой сельский ребенок справится с таким пустячным заданием.

Чувство страха, гордости и ответственности переполнили юного джигита. Он перекинул поводья через голову косившейся на него мерина, слегка натянул их и, уцепившись за гриву, наступив на коленный сустав передней ноги, прыжком вскочил на спину лошади. Проделал он это быстро, но мерин куснул его за ногу, правда, совсем не больно. Не успел.

Быстро проносились в голове картинки жизни в селе, в родном доме. Вот он уже зарабатывает в колхозе трудодни. Сидя верхом, правит лошадьми, впряженными в плуг. В сенокос снова на лошади – подвозит копны к будущим стогам. И даже во время летних каникул в техникуме…

Такое тоже не забыть. У матери во дворе зимовала корова. Подстилка из соломы и помета к весне накапливалась. Летом ее всегда вывозили и складывали в кучу. Там навоз согревался, «перегорал», а потом из него делали кизяки.

После третьего курса техникума Олег явился на каникулы в хорошей спортивной форме. В первую очередь он взялся за самую трудоемкую работу - наведение порядка в сарае. Взял в колхозе лошадь, запряг ее в зимние сани, задвинул их в сарай, сдавая лошадь назад,  и стал загружать навоз. Телега для этого не годилась – высоко и неудобно грузить. Да и везти-то груз всего метров за двадцать. Так вывез и разгрузил он несколько саней. Лошадь, ни к чему не привязанная, смиренно дожидалась своей очереди потрудиться.

Но ей надоело стоять и ждать. Или она что-то вспомнила. Как только Олег поставил в очередной раз сани под погрузку, она решительно вышла из сарая и пустилась бежать по дороге в направлении конюшни.

- Тпру! Тпру! Тпру! – кричал Олег, пытаясь поймать лошадь за уздечку. Но удалось ему ухватиться правой рукой лишь за оглоблю рядом с хомутом. И тогда лошадь перешла на галоп. Олег не отпускал оглоблю и бежал рядом гигантскими шагами. Он пытался дотянуться до уздечки, и не мог, так как для этого нужно было бежать быстрее лошади. Не мог он и отпустить оглоблю: его тут же сбили бы сани. Так и неслись они целый километр вдоль улицы. Быстро домчались до поворота дороги. Лошадь на мгновение перешла на рысь и потеряла скорость. Олег как распрямившаяся пружина моментально достал левой рукой поводья и натянул их.

- Тпру! Тпру! Куда же ты бежишь? Мы еще работу не закончили!

Олег снова загнал сани в сарай, пятя лошадь. Теперь уже поводья накинул на крюк в стене.

Уроки обращения с лошадьми пригодились и при учебе в техникуме. Было это на зимней преддипломной практике в геолого-разведочной партии. Смена буровиков, в которой Олег работал в качестве практиканта, среди ночи подсекла угольный пласт. Бурить глубже можно только в присутствии геологов. Выключили буровой станок. Разведочным бурением были заняты несколько бригад.   Никто не знал, на какой вышке находятся сейчас геологи. Старший мастер Петр Иванович Глушков сказал Олегу:

- По этому адресу найди конюха, возьми лошадь и привези сюда геологов. Да поспеши: за простой нам никто не платит.

Это было похоже на задание: «Пойди туда – не знаю куда, привези то, не знаю что». Помогли детские наблюдения. По следам на снегу, по еле уловимому аромату лошадиного стойла Олег безошибочно нашел-таки сонного конюха. Но сколь ему ни толковал, что нужно запрячь лошадь в сани, он и слушать не хотел.

- Я тебя не знаю. Какие документы у тебя? Лошадь дам, а сбрую и сани даже не проси. Где записка от буровиков или геологов?

Пришлось выехать на поиски геологов верхом. Лошадь неохотно покинула теплое стойло. Шла она или трусила рысцой так, будто все еще спит. Морозец стоял крепкий. Звезды на небе сияли. Светила полная красивая луна. Вдоль заснеженного тракта, расчищенного бульдозером, возвышались сугробы. Ехал, не зная, правильно ли выбрал направление. Минут тридцать уже прошло, прежде чем его ослепили фары встречного автомобиля. Спросил у водителя:

- Не обратили внимания, в какой стороне буровые вышки? Они освещены электролампочками.

- Видел. Километра два проедешь – и влево.

С души словно камень свалился. И лошадь, казалось, прибавила в скорости. А когда увидел сияющую огнями буровую, совсем ободрился. Ему повезло: геологи дежурили на этой вышке. Узнав, что Олег не на санях, они успокоили его:

- Здесь недалеко, мы пешочком доберемся. А ты отгони лошадь в конюшню.

Олег, сев верхом, хотел возвращаться тем же путем. Но лошадь, закусив удила, рванула куда-то в сторону. Она сразу пошла галопом. Первые минуты он не владел обстановкой. Потом стал различать тропинку, которая виляла между редкими деревьями. Она была еле заметна на белом снегу при лунном свете. Боялся только, чтобы деревья не сшибли с лошади, но тропа обходила их. Оказалось, что лошадь хорошо знает дорогу. Минут за десять они прискакали в знакомый двор, и практикант сдал конюху лошадь из рук в руки.     

Штаны себе он купил не сразу. Сначала щеголял в поношенных, которые подарил ему старший брат. А новые смог приобрести лишь тогда, когда заработал денег на производственных практиках. Потом накопил на приличный костюм. Да еще на билет домой на каникулы стал зарабатывать.

Когда Олег вышел на кафедру защищать свой дипломный проект, на нем был отутюженный костюм, галстук и добротные туфли. В дипломе в графе «специальность» записано: «Техник разведочного бурения».

                           Василий ХРАМЦОВ.

© Copyright: Василий Храмцов, 2013

Регистрационный номер №0153274

от 16 августа 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0153274 выдан для произведения:

ЗАПАХ  РОДИНЫ

 

Техникум, самый престижный по тем временам – горный, для Олега Вихорева старший брат Валентин выбрал. А это – в Кузбассе. На поезде из Алтайской глубинки двое суток ехать, через Новосибирск. Более короткая дорога еще только строилась.

Поскольку уезжали из дома оба сына, мать, Елена Тихоновна, взяла в колхозе подводу и повезла ребят в районный город Алейск на железнодорожный вокзал. Песик  Узнай тоже увязался за ними. Думали, что он в конце улицы или за селом отстанет, вернется домой, а кобелек все бежал и бежал впереди повозки и успевал обследовать обочины тракта. Трусит потихоньку лошадка. Бегает туда-сюда собачка. Все так стабильно, предсказуемо. Кроме того, что ждет впереди. Вот уже и полдороги проехали.

А навстречу мчит грузовик. Узнай в это время оказался на другой стороне дороги. Видя, что автомобиль отрезает ему путь к хозяевам, он бросился наперерез. И попал под колеса. Так глупо! Умирая, он несколько раз помахал своим шикарным хвостом и затих.

- Попрощался, - горестно сказала мать и утерла слезу. Мальчики отнесли труп на обочину. И всем верилось, что верный пес действительно вполне осознанно помахал им хвостом.

«Взял на себя чью-то смерть» - думала суеверная мать. И успокоилась. Мучившая ее неясная тревога куда-то отступила. - «Теперь ребятам ничего не грозит». В селе вполне серьезно считали, что смерть распределяется по какому-то неизвестному плану. Если положено двору кого-то лишиться, то неважно, человек ли умрет или животное.  

Окончание семилетки в первые послевоенные годы -пограничное событие в жизни сельских ребят. Либо они идут работать в колхоз, либо учиться в городскую школу  и жить на квартире. Не каждой семье оказывалось по средствам дать ребенку образование. Чаще ограничивались семилетним, а иногда останавливались на четырех классах. И был третий вариант, которым воспользовался Олег и его брат: они решил оба учиться в техникуме.

Олега потрясла гибель любимого пса. Несколько дней назад он мог сам так же погибнуть под колесами. Ни мать, ни брат об этом ничего не знали.

С одноклассником Ленькой Семкиным отправились они в город оформлять медицинские справки. Получили документы, домой возвращаются. Решили не идти пешком 15 километров, а проехаться на железнодорожном составе. Поезда проходят вблизи села.

 А опыта в этом никакого. Надо бы садиться на груженый состав, который на подъеме движется довольно медленно. Порожняк же наоборот - набирает бешеную скорость, сходу преодолевая подъем. Прыгать при таких условиях ребята побоялись. Так и примчал состав их неизвестно куда. Всюду ему был зеленый свет. Километров шестьдесят, а то и все сто несся он без остановок.

 Предстоял путь назад. Когда они сошли где-то на разъезде, отправлявшийся в обратном направлении поезд уже набирал скорость. Раздумывать было некогда. Бежит Олег вдоль путей, чтобы схватиться за подножку  вагона. И вдруг полетел кубарем непонятно от чего. Почти под колесами поезда оказался. Соскакивает и бежит снова. Видит, Ленька уже уцепился за вагон.

А поезд все набирает скорость! Мимо Олега уже мчит предпоследний вагон. Мальчик хватается за подножку. Его резко дернуло. Если бы сорвались руки, кто знает, чем бы закончилась эта поездка. Он удержался.

Теперь нужно отыскать Леньку. Но что за проветривание в штанах? Осматривается и обнаруживает, что низ их оторван и болтается. Тут он понял, как ему повезло! Не случайно полетел он кубарем, догоняя поезд. Вдоль железной дороги вкапывают в землю куски рельсов. Такой рельс и оборвал ему штаны! Тем же порядком, без остановок, состав примчал их обратно на станцию. Домой пришли пешком поздно вечером.

Мать зашила штаны. В них он и ехал теперь поступать в техникум, других не было.  

А почему братья выбрали горный техникум? Да потому, что там платили стипендию, особенно неплохую тем, кто выбирал подземную специальность. Старший брат уже перешел на второй курс этого техникума, учась на отделении «Шахтный подземный транспорт», и получал повышенную стипендию. 

На экзамене по математике Олег легко справился с решением задачи. На радостях он даже не стал перепроверять свои расчеты, о чем потом горько пожалел. Подвела банальная самоуверенность. Поэтому по конкурсу угодил на надземную специальность.  

Запах железнодорожных шпал и рельсов, запах асфальта и мусорных ящиков, горящих шахтных терриконов и чего-то еще городского Олегу первые годы были чужды. Он привыкал к ним с трудом. Он был благодарен судьбе за то, что подарила ему в детстве чистейшие воды озера и  реки, широкие поляны солнечных ромашек, сенокосы и ночевки в стогах, рассветы и закаты на живописном берегу с удочкой в руках. Теперь все это далеко.

Прошлое иногда напоминает о себе самым неожиданным образом. Идет как-то Олег по улице. А впереди, шагах в пятидесяти от него, мужчина шагает в том же направлении. Олег почувствовал, что что-то притягивает его взгляд к этому человеку. Посмотрел внимательно и улыбнулся. В левой руке у него было складное удилище, а в правой – котелок. «Рыбак рыбака видит издалека! Не зря сказано!» - восхитился он народной мудрости. 

  А на третьем году обучения, когда уже ко всему привык и принюхался, на безлюдной окраинной улице он вдруг почувствовал какой-то ну очень знакомый запах! Сначала даже не понял, что его остановило. Шел он мимо отдела рабочего снабжения шахты – ОРС сокращенно. А в колхозе был мерин по кличке Орс. И вдруг все соединилось в его сознании! За оградой была конюшня!

Именно Орс был запряжен в подводу, когда мать везла своих ребят к поезду. На этом же мерине Олег доставлял на дальний полевой стан продукты. Его называли фуражиром, но не фураж он возил. Сначала получал все по списку, который составляли колхозные повара. Потом объезжал дома колхозников. Домохозяйки передавали родным бутылки с молоком. Олег  бережно ставил их в повозку, перекладывая соломой, чтоб не побились. Набиралось до сорока посудин. И диву давались колхозники, как безошибочно он определял, кому какую передать бутылку. Отмечали его хорошую память.

Вспомнилось, что уже в раннем детстве он почти ежедневно имел дело с лошадьми. Кто-то научил их, малышей, свивать рыболовные лески из конского волоса. Он с друзьями шел на конюшню и, боясь получить в лоб копытом, выдергивал из лошадиных хвостов седые волосы. Лески получались отличные!

 А когда первый раз сел на лошадь? Такое чувство, что всегда умел ездить верхом. Запомнил случай. Ехал по селу старьевщик. У него детвора выменивала рыболовные крючки на тряпки, кости, куриные яйца. Улицы были безлюдны. Увидев Олежку, мужчина подозвал его и быстро распряг лошадь.

- Где тут у вас водопой? Садись верхом, прокатишься и напоишь коня.

- Да я…

- Не бойся, лошадь смирная.

Вручил мальчику поводья и ушел в дом. С таким не поговоришь. Он не сомневался, что любой сельский ребенок справится с таким пустячным заданием.

Чувство страха, гордости и ответственности переполнили юного джигита. Он перекинул поводья через голову косившейся на него мерина, слегка натянул их и, уцепившись за гриву, наступив на коленный сустав передней ноги, прыжком вскочил на спину лошади. Проделал он это быстро, но мерин куснул его за ногу, правда, совсем не больно. Не успел.

Быстро проносились в голове картинки жизни в селе, в родном доме. Вот он уже зарабатывает в колхозе трудодни. Сидя верхом, правит лошадьми, впряженными в плуг. В сенокос снова на лошади – подвозит копны к будущим стогам. И даже во время летних каникул в техникуме…

Такое тоже не забыть. У матери во дворе зимовала корова. Подстилка из соломы и помета к весне накапливалась. Летом ее всегда вывозили и складывали в кучу. Там навоз согревался, «перегорал», а потом из него делали кизяки.

После третьего курса техникума Олег явился на каникулы в хорошей спортивной форме. В первую очередь он взялся за самую трудоемкую работу - наведение порядка в сарае. Взял в колхозе лошадь, запряг ее в зимние сани, задвинул их в сарай, сдавая лошадь назад,  и стал загружать навоз. Телега для этого не годилась – высоко и неудобно грузить. Да и везти-то груз всего метров за двадцать. Так вывез и разгрузил он несколько саней. Лошадь, ни к чему не привязанная, смиренно дожидалась своей очереди потрудиться.

Но ей надоело стоять и ждать. Или она что-то вспомнила. Как только Олег поставил в очередной раз сани под погрузку, она решительно вышла из сарая и пустилась бежать по дороге в направлении конюшни.

- Тпру! Тпру! Тпру! – кричал Олег, пытаясь поймать лошадь за уздечку. Но удалось ему ухватиться правой рукой лишь за оглоблю рядом с хомутом. И тогда лошадь перешла на галоп. Олег не отпускал оглоблю и бежал рядом гигантскими шагами. Он пытался дотянуться до уздечки, и не мог, так как для этого нужно было бежать быстрее лошади. Не мог он и отпустить оглоблю: его тут же сбили бы сани. Так и неслись они целый километр вдоль улицы. Быстро домчались до поворота дороги. Лошадь на мгновение перешла на рысь и потеряла скорость. Олег как распрямившаяся пружина моментально достал левой рукой поводья и натянул их.

- Тпру! Тпру! Куда же ты бежишь? Мы еще работу не закончили!

Олег снова загнал сани в сарай, пятя лошадь. Теперь уже поводья накинул на крюк в стене.

Уроки обращения с лошадьми пригодились и при учебе в техникуме. Было это на зимней преддипломной практике в геолого-разведочной партии. Смена буровиков, в которой Олег работал в качестве практиканта, среди ночи подсекла угольный пласт. Бурить глубже можно только в присутствии геологов. Выключили буровой станок. Разведочным бурением были заняты несколько бригад.   Никто не знал, на какой вышке находятся сейчас геологи. Старший мастер Петр Иванович Глушков сказал Олегу:

- По этому адресу найди конюха, возьми лошадь и привези сюда геологов. Да поспеши: за простой нам никто не платит.

Это было похоже на задание: «Пойди туда – не знаю куда, привези то, не знаю что». Помогли детские наблюдения. По следам на снегу, по еле уловимому аромату лошадиного стойла Олег безошибочно нашел-таки сонного конюха. Но сколь ему ни толковал, что нужно запрячь лошадь в сани, он и слушать не хотел.

- Я тебя не знаю. Какие документы у тебя? Лошадь дам, а сбрую и сани даже не проси. Где записка от буровиков или геологов?

Пришлось выехать на поиски геологов верхом. Лошадь неохотно покинула теплое стойло. Шла она или трусила рысцой так, будто все еще спит. Морозец стоял крепкий. Звезды на небе сияли. Светила полная красивая луна. Вдоль заснеженного тракта, расчищенного бульдозером, возвышались сугробы. Ехал, не зная, правильно ли выбрал направление. Минут тридцать уже прошло, прежде чем его ослепили фары встречного автомобиля. Спросил у водителя:

- Не обратили внимания, в какой стороне буровые вышки? Они освещены электролампочками.

- Видел. Километра два проедешь – и влево.

С души словно камень свалился. И лошадь, казалось, прибавила в скорости. А когда увидел сияющую огнями буровую, совсем ободрился. Ему повезло: геологи дежурили на этой вышке. Узнав, что Олег не на санях, они успокоили его:

- Здесь недалеко, мы пешочком доберемся. А ты отгони лошадь в конюшню.

Олег, сев верхом, хотел возвращаться тем же путем. Но лошадь, закусив удила, рванула куда-то в сторону. Она сразу пошла галопом. Первые минуты он не владел обстановкой. Потом стал различать тропинку, которая виляла между редкими деревьями. Она была еле заметна на белом снегу при лунном свете. Боялся только, чтобы деревья не сшибли с лошади, но тропа обходила их. Оказалось, что лошадь хорошо знает дорогу. Минут за десять они прискакали в знакомый двор, и практикант сдал конюху лошадь из рук в руки.     

Штаны себе он купил не сразу. Сначала щеголял в поношенных, которые подарил ему старший брат. А новые смог приобрести лишь тогда, когда заработал денег на производственных практиках. Потом накопил на приличный костюм. Да еще на билет домой на каникулы стал зарабатывать.

Когда Олег вышел на кафедру защищать свой дипломный проект, на нем был отутюженный костюм, галстук и добротные туфли. В дипломе в графе «специальность» записано: «Техник разведочного бурения».

                           Василий ХРАМЦОВ.

Рейтинг: +1 217 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!