ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Экзекуторский рейд

 

Экзекуторский рейд

20 октября 2014 - Влад Устимов
article246973.jpg
ЭКЗЕКУТОРСКИЙ РЕЙД
Как-то в конце декабря давнишние приятели Паша и Серега встретились наконец-то не второпях, в спокойной обстановке и решили это дело отметить. Завалились к Павлу на хату, посидели вечерком, без суеты, основательно. Поговорили вволю на различные темы, потом еще покумекали и придумали сходить на следующий день поохотиться. Тем более что назавтра выходной день выходил.
- Даром что ли зайцы по нашим огородам разбойничают? – вопрошал хмельной Сергей.
- Точно. И далеко ходить не надо. Устроим-ка им экзекуторский рейд! – вторил в унисон другу Павел.
Сказано-сделано. Разошлись пораньше, амуницию и припасы готовить.
Встали охотники затемно. Кое-как переправились на утлой плоскодонке через не замерзшую полностью Чилимку, вышли на хрусткий заснеженный берег. Предрассветная дымка. Кругом снег. У припорошенных ледяных закраек мрачно темнеет тихая вода. Тишина. Низкое небо насупилось густыми облаками.
– Ночь прошла, ночь прошла, снова хмурое утро! – пропел негромко Паша хриплым с похмелья голосом.
- Да, обложило капитально – откликнулся товарищ. – Снежку, то, небось, навалит добро. Так нам того и надо. По пороше охота клёвая.
Вначале ребята шли молча, осторожно ступая по белой целине, замирая от малейшего шороха. Каждый втайне надеялся первым добыть дичь. Вскоре охотники размялись, набрали темп. Вокруг стало светлее и на душе повеселело.
В редком кустарнике разбрелись компаньоны в разные стороны. Вскоре послышался выстрел. За ним второй.
После первого круга Пашка предлагает Сергею:
- Одного я добыл, давай вернемся, хватит нам на двоих. Возьмем пивка, посидим как люди.
- Нет, - отвечает тот, - Это твой. А я своего хочу взять, пошли дальше.
Они снова разошлись каждый в своем направлении, сговорившись встретиться у зарослей жидовильника*, что у верхнего края лощины.
Сергей шел споро, весь в напряженном ожидании. Ни в чем не хотел он уступать этому самодовольному баловню судьбы, которому вечно улыбалась фортуна. - Вот и сейчас снова меня опередил – завистливо подумал он, - Но не в том дело.
***
Светлана, Пашкина жена, не дает ему покоя. Ни днем, ни ночью. Сердце ноет, будто от нарыва. Вот, третьего дня, встретил её перед Башмаковским мостом. Стоит, бодренько так притоптывает. Щеки на морозе раскраснелись. Такая же красивая, как в школьные годы, когда все прочили её ему, Сереже в невесты. Предложил подвезти. Радостно улыбнулась, села на переднее сидение. От неё повеяло чем-то терпким, до боли знакомым, приятно дурманящем. В груди, как когда-то, вдруг ёкнуло и затрепетало. Прямо, как у зеленого пацанёнка.
- Привет, Сережка! – прощебетала она, дохнув морозной свежестью. Спасибо, тебе. Вовремя ты здесь очутился, а то я тут, на ветрогоне, чуть не околела.
В дороге весело беседовали.
- Вчера телик смотрел? КВН? Камызяки-то наши, дали жару. Лучше всех выступили. И край наш прославили, ну, и вообще, молодцы. Не ожидала я от них такой прыти. Так они, глядишь, и в финал выбьются. Чего примолк, Сереженька?
- А ты помнишь вчерашний прикол КВНовский?
- Какой, Сереж? – Её чудесные глаза лучились счастливым блеском.
- Помнишь, как там было: «- Ты мужу своему изменяешь? – Нет. – Ну, пожа-алуйста!». – Это, ведь, про нас с тобой, Светка-конфетка, про тебя и меня.- он посмотрел на неё долгим, восхищенным и, одновременно, лукаво-капризным взглядом.
- Ой, Серый, ты со своим неугомонным тестостероном совсем меня забодал – со счастливой улыбкой любимой женщины отмахнулась от него Света.
А потом они сидели в салоне его семерки в ожидании Комаровского парома. Мороз крепкий. Сильный норд-ост. Полынья забита колотым льдом. От черной воды поднимается седой пар. Ветер сразу же рвет его в клочья и уносит в сторону белесого берега, поросшего густым ивняком. Все вокруг покрыто морозным инеем, сверкающим на солнце перламутровым блеском. Переправа через Волгу затянулась. Громко шурша шаушью*, обледеневший буксировщик нарезает круги, расчищая воду. Часа полтора длилась борьба с шугой*. Холодно. Он согревал её поцелуями, шептал нежные слова, напоминал о прошлом. Просил, обещал, умолял.
Вновь перед его затуманенным взглядом встает её милый образ. Она откинулась на спинку, глаза закрыты. Длинные ресницы подрагивают, припухшие губы приоткрыты в легкой блаженной улыбке.
***
Резкий сорочий стрекот рассеял розовые грезы. Справа, всего метрах в трех от зазевавшегося охотника, из-под кромки бурьяна выпрыгнул с лежки здоровенный русак. Еще мгновение – и он исчез за редкой куртинкой посеребренного снежной пылью чакана. Судорожно вскинув двустволку, не успев хорошенько прижать к плечу приклад, Сергей не целясь нажал курок. Раз, два! Раздался поспешный дуплет. Переломил ружье, эжектор со щелчком выплюнул пахнувшие пороховым дымом гильзы. Перезаряжая на ходу стволы патронами с картечью, он бросился вдогонку за ускользающей дичью. В лицо хлестали острые стебли. Вдруг, ухо резанул пронзительный вопль. Крик новорожденного младенца. Перед ним, на припорошенной снегом траве, в темно-багровой лужице, судорожно барахталась беспомощная жертва. Огромными, навыкате, глазами заяц с ужасом смотрел на своего убийцу и кричал. Звук этот был полон безысходного отчаяния и предсмертной тоски.
Обрадованный охотник в два прыжка настиг добычу. Схватил зайца за уши, высоко поднял над головой. Задние ноги висели плетьми. Из раны на крестце пульсировали потоки крови. Померкшие зрачки заволокло мутной пеленой. Жизнь уходила прямо на глазах. У него в руках.
Приторочив за ноги к темляку и перекинув через левое плечо, Сережа вывесил трофей, чтобы стекала кровь, и бодрым шагом счастливого человека двинулся вперед, по снежной целине замерзшего кочкарника.
Вскоре шаги стали замедляться. Сказывалась усталость, да и тяжесть отдавила все плечи. Ноги с трудом преодолевали скрытые под снегом рвы и кочки. Снова нахлынули воспоминания. Старые и совсем свежие. Вчерашние. Вспомнил разговоры за водкой накануне охоты. Его тайные вопрошающие взгляды на хозяйку. Обнадеживающую ответную улыбку.
***
- Эге-геей! Ты где пропал? Из чащи колючего лоха появилась фигура запыхавшегося напарника.- Ну, как успехи? Колись, Серый.
- Взял одного – нехотя пробурчал в ответ товарищ и повернулся правым боком, демонстрируя свой успех.
- Ого! Матерый русачище! - воскликнул тот восхищенно.
На следующем заходе пару раз поднимали сторожких зверьков. Устроили целую канонаду. Зайцы падали, кувыркались, но добыть их так и не удалось.
Издавая отрывистые крики и плавно взмахивая большими широкими крыльями, в сером облачном небе горделиво изогнув грациозную шею, летела длинноногая птица.
- Пилюша! – прошептал Паша, медленно поднимая ствол.
- Не, чапура! – деловито поправил Сергей и выстрелил навскидку, опередив товарища. Цапля крупно вздрогнула всем своим костлявым корпусом и, прервав величавый полет, угловатыми пируэтами повалилась вниз.
- Не дичь, а прямо дрова! – недовольно буркнул добытчик, однако подобрал нескладное тело убитой птицы и, сунув в рюкзак, размеренно зашагал дальше, держа двустволку наизготовку.
Набрели на живописное место, оседлали причудливо изогнутый ствол поваленной бурей ветлы. Достали пластиковый пузырек с самогонкой, закуску. Выпили, поболтали. Однако зимой долго не рассидишься. Холод заставляет двигаться. Дальше пошли вполветра, по заброшенным рисовым чекам. Вспугнули выводок куропаток, мазанули в два дуплета. Есть, конечно, оправдание: далековато. Но ничего, зато адреналинчик впрыснул согревающую дозу бодрости. Фазаны тоже попадались, но только хвосты свои расписные показали, а в руки не дались.
Вышли на бугор, огляделись. Впереди ильмень, сбоку заснеженная излучина речки с черной полыньей у переката, перед ямой. Наметили маршрут последнего захода. Зимний день куцый, как заячий хвост. Бледное пятно светила, едва угадывавшегося сквозь плотную пелену сплошной облачности, стремительно катилось вниз. Спустившись в затишку, сделали короткий привал, вмазали хорошенько. Оставили еще по одной до обратной переправы.
***
Как разворачивались события дальше – сказать трудно. Ну, в общем, один из них благополучно вернулся домой, а другой пропал. Без вести. Вероятно, утонул. Виноват ли в этой трагедии друг, который заглядывался на жену несчастного, история умалчивает. Можно только строить догадки. Поживем, увидим. Следствие разберется. Может быть.
 
Примечания:
Жидовильник* - тамариск, пустынный кустарник (местн.)
Шауш* - первый плавучий лед на реке (местн.)
Шуга* - рыхлые скопления массы мелкого битого льда на поверхности реки.

фото автора
 

© Copyright: Влад Устимов, 2014

Регистрационный номер №0246973

от 20 октября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0246973 выдан для произведения:

ЭКЗЕКУТОРСКИЙ РЕЙД

Как-то в конце декабря давнишние приятели Паша и Серега встретились наконец-то не второпях, в спокойной обстановке и решили это дело отметить. Завалились к Павлу на хату, посидели вечерком, без суеты, основательно. Поговорили вволю на различные темы, потом еще покумекали и придумали сходить на следующий день поохотиться. Тем более что назавтра выходной день выходил.

- Даром что ли зайцы по нашим огородам разбойничают? – вопрошал хмельной Сергей.

- Точно. И далеко ходить не надо. Устроим-ка им экзекуторский рейд! – вторил в унисон другу Павел.

Сказано-сделано. Разошлись пораньше, амуницию и припасы готовить.

Встали охотники затемно. Кое-как переправились на утлой плоскодонке через не замерзшую полностью Чилимку, вышли на хрусткий заснеженный берег. Предрассветная дымка. Кругом снег. У припорошенных ледяных закраек мрачно темнеет тихая вода. Тишина. Низкое небо насупилось густыми облаками.

– Ночь прошла, ночь прошла, снова хмурое утро! – пропел негромко Паша хриплым с похмелья голосом.

- Да, обложило капитально – откликнулся товарищ. – Снежку, то, небось, навалит добро. Так нам того и надо. По пороше охота клёвая.

Вначале ребята шли молча, осторожно ступая по белой целине, замирая от малейшего шороха. Каждый втайне надеялся первым добыть дичь. Вскоре охотники размялись, набрали темп. Вокруг стало светлее и на душе повеселело.

В редком кустарнике разбрелись компаньоны в разные стороны. Вскоре послышался выстрел. За ним второй.

После первого круга Пашка предлагает Сергею:

- Одного я добыл, давай вернемся, хватит нам на двоих. Возьмем пивка, посидим как люди.

- Нет, - отвечает тот, - Это твой. А я своего хочу взять, пошли дальше.

Они снова разошлись каждый в своем направлении, сговорившись встретиться у зарослей жидовильника*, что у верхнего края лощины.

Сергей шел споро, весь в напряженном ожидании. Ни в чем не хотел он уступать этому самодовольному баловню судьбы, которому вечно улыбалась фортуна. - Вот и сейчас снова меня опередил – завистливо подумал он, - Но не в том дело.

***

Светлана, Пашкина жена, не дает ему покоя. Ни днем, ни ночью. Сердце ноет, будто от нарыва. Вот, третьего дня, встретил её перед Башмаковским мостом. Стоит, бодренько так притоптывает. Щеки на морозе раскраснелись. Такая же красивая, как в школьные годы, когда все прочили её ему, Сереже в невесты. Предложил подвезти. Радостно улыбнулась, села на переднее сидение. От неё повеяло чем-то терпким, до боли знакомым, приятно дурманящем. В груди, как когда-то, вдруг ёкнуло и затрепетало. Прямо, как у зеленого пацанёнка.

- Привет, Сережка! – прощебетала она, дохнув морозной свежестью. Спасибо, тебе. Вовремя ты здесь очутился, а то я тут, на ветрогоне, чуть не околела.

В дороге весело беседовали.

- Вчера телик смотрел? КВН? Камызяки-то наши, дали жару. Лучше всех выступили. И край наш прославили, ну, и вообще, молодцы. Не ожидала я от них такой прыти. Так они, глядишь, и в финал выбьются. Чего примолк, Сереженька?

- А ты помнишь вчерашний прикол КВНовский?

- Какой, Сереж? – Её чудесные глаза лучились счастливым блеском.

- Помнишь, как там было: «- Ты мужу своему изменяешь? – Нет. – Ну, пожа-алуйста!». – Это, ведь, про нас с тобой, Светка-конфетка, про тебя и меня.- он посмотрел на неё долгим, восхищенным и, одновременно, лукаво-капризным взглядом.

- Ой, Серый, ты со своим неугомонным тестостероном совсем меня забодал – со счастливой улыбкой любимой женщины отмахнулась от него Света.

А потом они сидели в салоне его семерки в ожидании Комаровского парома. Мороз крепкий. Сильный норд-ост. Полынья забита колотым льдом. От черной воды поднимается седой пар. Ветер сразу же рвет его в клочья и уносит в сторону белесого берега, поросшего густым ивняком. Все вокруг покрыто морозным инеем, сверкающим на солнце перламутровым блеском. Переправа через Волгу затянулась. Громко шурша шаушью*, обледеневший буксировщик нарезает круги, расчищая воду. Часа полтора длилась борьба с шугой*. Холодно. Он согревал её поцелуями, шептал нежные слова, напоминал о прошлом. Просил, обещал, умолял.

Вновь перед его затуманенным взглядом встает её милый образ. Она откинулась на спинку, глаза закрыты. Длинные ресницы подрагивают, припухшие губы приоткрыты в легкой блаженной улыбке.

***

Резкий сорочий стрекот рассеял розовые грезы. Справа, всего метрах в трех от зазевавшегося охотника, из-под кромки бурьяна выпрыгнул с лежки здоровенный русак. Еще мгновение – и он исчез за редкой куртинкой посеребренного снежной пылью чакана. Судорожно вскинув двустволку, не успев хорошенько прижать к плечу приклад, Сергей не целясь нажал курок. Раз, два! Раздался поспешный дуплет. Переломил ружье, эжектор со щелчком выплюнул пахнувшие пороховым дымом гильзы. Перезаряжая на ходу стволы патронами с картечью, он бросился вдогонку за ускользающей дичью. В лицо хлестали острые стебли. Вдруг, ухо резанул пронзительный вопль. Крик новорожденного младенца. Перед ним, на припорошенной снегом траве, в темно-багровой лужице, судорожно барахталась беспомощная жертва. Огромными, навыкате, глазами заяц с ужасом смотрел на своего убийцу и кричал. Звук этот был полон безысходного отчаяния и предсмертной тоски.

Обрадованный охотник в два прыжка настиг добычу. Схватил зайца за уши, высоко поднял над головой. Задние ноги висели плетьми. Из раны на крестце пульсировали потоки крови. Померкшие зрачки заволокло мутной пеленой. Жизнь уходила прямо на глазах. У него в руках.

Приторочив за ноги к темляку и перекинув через левое плечо, Сережа вывесил трофей, чтобы стекала кровь, и бодрым шагом счастливого человека двинулся вперед, по снежной целине замерзшего кочкарника.

Вскоре шаги стали замедляться. Сказывалась усталость, да и тяжесть отдавила все плечи. Ноги с трудом преодолевали скрытые под снегом рвы и кочки. Снова нахлынули воспоминания. Старые и совсем свежие. Вчерашние. Вспомнил разговоры за водкой накануне охоты. Его тайные вопрошающие взгляды на хозяйку. Обнадеживающую ответную улыбку.

***

- Эге-геей! Ты где пропал? Из чащи колючего лоха появилась фигура запыхавшегося напарника.- Ну, как успехи? Колись, Серый.

- Взял одного – нехотя пробурчал в ответ товарищ и повернулся правым боком, демонстрируя свой успех.

- Ого! Матерый русачище! - воскликнул тот восхищенно.

На следующем заходе пару раз поднимали сторожких зверьков. Устроили целую канонаду. Зайцы падали, кувыркались, но добыть их так и не удалось.

Издавая отрывистые крики и плавно взмахивая большими широкими крыльями, в сером облачном небе горделиво изогнув грациозную шею, летела длинноногая птица.

- Пилюша! – прошептал Паша, медленно поднимая ствол.

- Не, чапура! – деловито поправил Сергей и выстрелил навскидку, опередив товарища. Цапля крупно вздрогнула всем своим костлявым корпусом и, прервав величавый полет, угловатыми пируэтами повалилась вниз.

- Не дичь, а прямо дрова! – недовольно буркнул добытчик, однако подобрал нескладное тело убитой птицы и, сунув в рюкзак, размеренно зашагал дальше, держа двустволку наизготовку.

Набрели на живописное место, оседлали причудливо изогнутый ствол поваленной бурей ветлы. Достали пластиковый пузырек с самогонкой, закуску. Выпили, поболтали. Однако зимой долго не рассидишься. Холод заставляет двигаться. Дальше пошли вполветра, по заброшенным рисовым чекам. Вспугнули выводок куропаток, мазанули в два дуплета. Есть, конечно, оправдание: далековато. Но ничего, зато адреналинчик впрыснул согревающую дозу бодрости. Фазаны тоже попадались, но только хвосты свои расписные показали, а в руки не дались.

Вышли на бугор, огляделись. Впереди ильмень, сбоку заснеженная излучина речки с черной полыньей у переката, перед ямой. Наметили маршрут последнего захода. Зимний день куцый, как заячий хвост. Бледное пятно светила, едва угадывающегося сквозь плотную пелену сплошной облачности, стремительно катился вниз. Спустившись в затишку, сделали короткий привал, вмазали хорошенько. Оставили еще по одной до обратной переправы.

***

Как разворачивались события дальше – сказать трудно. Ну, в общем, один из них благополучно вернулся домой, а другой пропал. Без вести. Вероятно, утонул. Виноват ли в этой трагедии друг, который заглядывался на жену несчастного, история умалчивает. Можно только строить догадки. Поживем, увидим. Следствие разберется. Может быть.

 

Примечания:

Жидовильник* - тамариск, пустынный кустарник (местн.)

Шауш* - первый плавучий лед на реке (местн.)

Шуга* - рыхлые скопления массы мелкого битого льда на поверхности реки.

Рейтинг: +4 187 просмотров
Комментарии (7)
mozarella (Элина Маркова) # 28 октября 2014 в 08:48 +1
Неожиданный финал... Хотя как сказать! Описание раненого русака подтолкнула какие-то недобрые мысли - и они оправдались.
Я почему-то представила себе, что это сюжет фильма. А почему нет?) Прочла с интересом, спасибо! Как всегда, хорошо написано.
Влад Устимов # 29 октября 2014 в 21:48 0
О фильмах не думал. Просто пишу по настроению.
Большое спасибо, Элина, что заглянули. Ваша похвала приятна мне. Всегда Вам рад.
Елена Русич # 1 ноября 2014 в 14:50 +1
Зайчика очень жалко! Мужика естественно тоже.
Влад Устимов # 1 ноября 2014 в 21:31 0
C,est la vie! Благодарю, Елена.
Владимир Макарченко # 5 ноября 2014 в 22:40 +1
У Вас хороший дар прозаика! Мне понравилась эта работа!
Влад Устимов # 6 ноября 2014 в 10:12 0
Спасибо, Владимир, за похвалу. Рад Вам.
Людмила Алексеева # 25 января 2015 в 08:57 +1
8ed46eaeebfbdaa9807323e5c8b8e6d9