ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → ВРЕМЕННО ПРОЖИВАЮ

 

ВРЕМЕННО ПРОЖИВАЮ

article263281.jpg
Женщина наклонилась и развела в стороны стенки сумки. Я замер от неожиданности. В сумке лежали впервые увиденные мной собственными глазами  пять томиков сборников стихов автора, который когда-то был зачислен в список «певцов белогвардейщины» и запрещен к переизданию. У меня хранились копии этих сборников, выпущенных полу подпольно существовавшим в начале восьмидесятых «самиздатом» - детищем завозимых из-за рубежа  новых копировальных установок. Когда-то об их наличии у меня могли знать только очень близкие мне люди.
- И сколько Вы просите за эти книги? – Осторожно поинтересовался я, зная, что приобретение их по реальной цене значительно урежет возможности семейного бюджета.
- Как и все на этом рынке. Сколько дадите…
- Вы понимаете, что Вы теперь продаете?!
- Это уже не запрещено. Я узнавала… - Женщина разволновалась.
- Не о том я! Позвольте? – Я указал рукой на содержимое сумки.
… Женщина согласно кивнула и я  извлек из сумки один томик. От прикосновения к нему кровь застучала в висках. Открыв обложку, я обнаружил на ее тыльной стороне размашистую надпись чернилами, которые уже успели выцвести до желтой бледности.
«Дорогому человеку от скромного автора!» Подпись и дата. Дата… Я держал в руках книгу, которой было без малого сто лет.
   Женщина извлекла из сумки остальные четыре томика. На обложка каждого из них оказались подобные дарственные надписи. Последняя дата указывала на двадцатый год прошлого столетия.
- Простите… Откуда это у Вас?
- Они достались мне от моей мамы… Когда-то они любили друг друга. Но не смогли быть вместе. Он эмигрировал, а она осталась в России. Мой дед был красным командиром. Полком командовал. В тридцать седьмом его не стало. Расстреляли. А маму и бабушку  в Казахстан… Мама больше не увидела родных краев. А я вот… беженец… Из Таджикистана… Слышали, что там?
- Слыша! Все это слышали.
- Живу с такими же, как и я в общежитии. Пенсию оформляю. Пока вещи были кое-какие, ими торговала. Теперь только они… - Она бережно погладила книги, которые я держал в руках.
- Я не рассчитывал на встречу с Вами. У меня с собой только это. – Я протянул женщине деньги.
-Здесь довольно много. Мне столько никто не предлагал. Таких цен тут мне и торговцы не подсказывали.
- Тут все, что  у меня было с собой. Простите… Если Вы мне поверите, я позже доплачу Вам еще столько же. Этого, наверное, тоже недостаточно, но большую сумму я Вам дать не имею возможности. Дайте Ваш адрес и я обязательно к Вам заеду. После получки… Мы сами тут недавно…
- Хорошо. – Спокойно отреагировала женщина и карандашом под дарственной надписью дописала имя, фамилию и свой временный адрес. – Вы не волнуйтесь. Я отдала бы их за любую предложенную цену. Очень деньги нужны на лекарства. Возраст.

   Только месяц спустя я смог попасть в общежитие для оплаты своего долга. Когда постучал в дверь, на пороге появилась совсем другая женщина с заплаканными глазами. Посреди комнаты за маленьким столиком сидели еще трое женщин и молодой парень.
- Вы к кому?
   Я ответил и внезапно осознал, что опоздал к обещанной встрече. Зеркало напротив меня еще было завешано каким-то черным платком.
- Ее уже нет… Сегодня только в последний путь проводили.  Теперь поминаем. Проходите. Кем  Вы ей доводитесь?
…Я не стал ничего объяснять. Горький комок предательски перехватил дыхание, вызывая слезу. Сунув деньги в руки открывшей дверь женщины, я полушепотом попроси:
- Поставьте свечи, кому там положено… Службу закажите… Долг это мой перед ней.
- Хот имя скажите. От кого же все это проделывать.
- Михаил я…
… Вернувшись домой, я снял с полки и открыл тот томик, на котором была сделана надпись карандашом: «Сафронова Мария Алексеевна. Временно проживаю…»
Я никогда не узнаю подробностей: кто она, какова была ее жизнь, были ли у нее родственники. Но встреча с ней оставила какой-то особенный след в моей памяти.
Ее голубые глаза. Временная утрата их блеска, когда приходилось расставаться с самым дорогим, что у нее оставалось от прошлого. И карандашная строчка: «Временно проживаю…»


г. Липецк          май 2009 г.

© Copyright: Владимир Макарченко, 2015

Регистрационный номер №0263281

от 5 января 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0263281 выдан для произведения:Женщина наклонилась и развела в стороны стенки сумки. Я замер от неожиданности. В сумке лежали впервые увиденные мной собственными глазами  пять томиков сборников стихов автора, который когда-то был зачислен в список «певцов белогвардейщины» и запрещен к переизданию. У меня хранились копии этих сборников, выпущенных полу подпольно существовавшим в начале восьмидесятых «самиздатом» - детищем завозимых из-за рубежа  новых копировальных установок. Когда-то об их наличии у меня могли знать только очень близкие мне люди.
- И сколько Вы просите за эти книги? – Осторожно поинтересовался я, зная, что приобретение их по реальной цене значительно урежет возможности семейного бюджета.
- Как и все на этом рынке. Сколько дадите…
- Вы понимаете, что Вы теперь продаете?!
- Это уже не запрещено. Я узнавала… - Женщина разволновалась.
- Не о том я! Позвольте? – Я указал рукой на содержимое сумки.
… Женщина согласно кивнула и я  извлек из сумки один томик. От прикосновения к нему кровь застучала в висках. Открыв обложку, я обнаружил на ее тыльной стороне размашистую надпись чернилами, которые уже успели выцвести до желтой бледности.
«Дорогому человеку от скромного автора!» Подпись и дата. Дата… Я держал в руках книгу, которой было без малого сто лет.
   Женщина извлекла из сумки остальные четыре томика. На обложка каждого из них оказались подобные дарственные надписи. Последняя дата указывала на двадцатый год прошлого столетия.
- Простите… Откуда это у Вас?
- Они достались мне от моей мамы… Когда-то они любили друг друга. Но не смогли быть вместе. Он эмигрировал, а она осталась в России. Мой дед был красным командиром. Полком командовал. В тридцать седьмом его не стало. Расстреляли. А маму и бабушку  в Казахстан… Мама больше не увидела родных краев. А я вот… беженец… Из Таджикистана… Слышали, что там?
- Слыша! Все это слышали.
- Живу с такими же, как и я в общежитии. Пенсию оформляю. Пока вещи были кое-какие, ими торговала. Теперь только они… - Она бережно погладила книги, которые я держал в руках.
- Я не рассчитывал на встречу с Вами. У меня с собой только это. – Я протянул женщине деньги.
-Здесь довольно много. Мне столько никто не предлагал. Таких цен тут мне и торговцы не подсказывали.
- Тут все, что  у меня было с собой. Простите… Если Вы мне поверите, я позже доплачу Вам еще столько же. Этого, наверное, тоже недостаточно, но большую сумму я Вам дать не имею возможности. Дайте Ваш адрес и я обязательно к Вам заеду. После получки… Мы сами тут недавно…
- Хорошо. – Спокойно отреагировала женщина и карандашом под дарственной надписью дописала имя, фамилию и свой временный адрес. – Вы не волнуйтесь. Я отдала бы их за любую предложенную цену. Очень деньги нужны на лекарства. Возраст.

   Только месяц спустя я смог попасть в общежитие для оплаты своего долга. Когда постучал в дверь, на пороге появилась совсем другая женщина с заплаканными глазами. Посреди комнаты за маленьким столиком сидели еще трое женщин и молодой парень.
- Вы к кому?
   Я ответил и внезапно осознал, что опоздал к обещанной встрече. Зеркало напротив меня еще было завешано каким-то черным платком.
- Ее уже нет… Сегодня только в последний путь проводили.  Теперь поминаем. Проходите. Кем  Вы ей доводитесь?
…Я не стал ничего объяснять. Горький комок предательски перехватил дыхание, вызывая слезу. Сунув деньги в руки открывшей дверь женщины, я полушепотом попроси:
- Поставьте свечи, кому там положено… Службу закажите… Долг это мой перед ней.
- Хот имя скажите. От кого же все это проделывать.
- Михаил я…
… Вернувшись домой, я снял с полки и открыл тот томик, на котором была сделана надпись карандашом: «Сафронова Мария Алексеевна. Временно проживаю…»
Я никогда не узнаю подробностей: кто она, какова была ее жизнь, были ли у нее родственники. Но встреча с ней оставила какой-то особенный след в моей памяти.
Ее голубые глаза. Временная утрата их блеска, когда приходилось расставаться с самым дорогим, что у нее оставалось от прошлого. И карандашная строчка: «Временно проживаю…»


г. Липецк          май 2009 г.
Рейтинг: +8 144 просмотра
Комментарии (11)
Серов Владимир # 5 января 2015 в 18:51 +1
Какой рассказ!!!!! Прям в душу....
Владимир Макарченко # 5 января 2015 в 23:39 +1
Спасибо, Владимир!
Анжелика Хорес # 7 января 2015 в 09:28 0
Какой финал! И как много в этих двух словах сказано: "временно проживаю..." Все мы здесь - временнопроживающие...
Владимир Макарченко # 7 января 2015 в 12:44 0
Так оно и есть. Потому и поставил их в финал. Спасибо за отзыв!
Виктор Винниченко # 29 января 2015 в 04:37 0
Спасибо за прекрасное произведение! Автора можно поздравить с творческой удачей и пожелать ему новых успехов 040a6efb898eeececd6a4cf582d6dca6
Владимир Макарченко # 29 января 2015 в 12:46 0
Благодарю Вас за полезную критику!
Татьяна Петухова # 29 января 2015 в 12:58 0
До слёз!! Приглашаю в гости
.
ЛЮБОВЬ БОНДАРЕНКО # 23 февраля 2015 в 21:03 0
ВЛАДИМИР. ПРОСТО МУРАШКИ ОТ РАССКАЗА. ЖАЛЬ ЖЕНЩИНУ И НЕСЧАСТНУЮ СУДЬБУ ЕЕ РОДИТЕЛЕЙ И ЕЕ САМОЙ! СПАСИБО ЗА ИНТЕРЕСНЫЙ РАССКАЗ!! а КНИГИ - ОНИ КОНЕЧНО ЖЕ БЕСЦЕННЫ!
Владимир Макарченко # 23 февраля 2015 в 23:07 0
Спасибо за Ваш замечательный отзыв! 8ed46eaeebfbdaa9807323e5c8b8e6d9
Тамара Поминова # 23 февраля 2015 в 21:19 0
Потрясающе!Именно потрясает рассказанное Вами,Михаил.
Владимир Макарченко # 23 февраля 2015 в 22:58 0
Спасибо за отзыв! (А имя мое - Владимир)