ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → ВАЛЕНТИН ПИРОГОВ Зампотех армии. Глава 7

 

ВАЛЕНТИН ПИРОГОВ Зампотех армии. Глава 7

7 августа 2014 - Валентин Пирогов
article231242.jpg
 
 
 
 
 

ВАЛЕНТИН ПИРОГОВ

МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ

 

 

 

 

 

 

Глава 7

Зампотех армии

 

         Я, после окончания курсов мастеров по ремонту танковых стабилизаторов ощутил неуемную жажду деятельности. Мне выделили большую комнату в танкоремонтной мастерской. Достаточно просторную – метров пятьдесят квадратных. Силами отделения мы произвели косметический ремонт помещения, которое было названо – ЦЕХ ПО РЕМОНТУ СТАБИЛИЗАТОРОВ. Стаскали кой – какую мебель.

         И вдруг нас посетил полковник Лутовинов – зампотех 20 й армии, в которую входила наша 10 я  танковая дивизия. Мне крупно повезло, что надо мной взял шефство такой офицер, как полковник Лутовинов. Человек незаурядного ума, блестящего образования. Не сомодур, но душевный человек.

         Лутовинов, в присутствии моего командира чости, имел со мной основательную беседу. И мы с ним договорились, что я начинаю организовывать первый в дивизии цех по ремонту танковых стабилизаторов.

         У меня в отделении был ефрейтор Баранов, который взялся написать на фанерных щитах маслом схемы стабилизаторов. Что и было успешно выполнено. Так, как схемы были секретными, то и помещения приобрели статус «для служебного пользования». А это значило, что находиться в помещении было разрешено тлько определенным лицам.

          Я начал интенсивно готовить приспособления для диагностики и ремонта стабилизаторов. Начали готовить стенды для испытания стабилизаторов в цеховых условиях. Получалось не плохо.

         Как всегда и везде стала проблема материалов – текстолитов, гетинаксов, позже – измерительных приборов и коммутационных аппаратов.

          Но были ещё проблемы организационные. Закуп материалов, приборов и прочее можно было только у немцев. Но поездку можно было осуществлять только офицерам или сверхсрочникам, либо в их сопровождении. Первое, куда я устремил свои планы, был г. Потсдам. В сопровождение мне дали инженера - электрика роты старшего лейтенанта Толочко. Это был офицер со среднетехническим образованием, немного туповатый. Денежные средства на покупки, начфин части подотчет выдавал мне, на доверии, в нарушение всех инструкций. А я должен привозить отчетные документы о покупках. Втроем мы ездили на закупки – я, водитель и, в офицерской форме - Толочко. Надо сказать, что немецкий язык у меня был запущен ещё с семилетки. В средней школе я его немножко поправил, но грамматику знал очень плохо, хотя словарный запас был приличный.

         Врт и приезжаем мы в Потстдам, слава богу донего было семь километров. У нас была информация, что в Потсдаме есть торговая база «Гумми Асбест» в которой продаются необходимые нам пластики. Эту базу мы быстренько нашли и высадились с Толочко десантом. Нашли конторку, в которой сидели человек десять клерков. И все они оказались веселыми работниками женского полу.

         Поскольку Толочко не знал ,что нам надо из материалов и вообще не понимал немецкого языка, я взялся вести переговоры. В этой конторке был стенд с образцами пластиковых материалов. Используя свой словарный запас, я начал задавать вопросы. Но мои перлы представляли что-то сверх комичное. И наших женщин понесло -  ржач стоял гомерический. При совершенно серьёзной моей физиономии. Смех дело заразительное. Толочко не понимал о чём идет речь, но ржал, как жеребец, в конце концов он уже не мог стоять, а сидел на корточках и ржал. А я. всё изголялся с вопросами – у меня их было много. Я не знаю, чем бы это кончилось, но, вдруг, в конторку вошел мужчина. И монолог мой прервался.

- Что Вы хотели? --Сказал мужчина на русском языке

И  Толочко встал на ноги. У него было на лице глубокое  разочарование: как же концерт закончился.

         А я обрадовался переводчику. Это оказался Анджей, поляк, заместитель директора частной базы. Для нас само понятие «частная торговая база» было нонсенсом. Анджей в войну был в русском плену, и, поэтому неплохо знал русский язык. Для начала он сделал втык конторским, увел нас на базу,и набазе порешал все интересующие нас вопросы. В часть мы вернулись победителями – привезли материал. Я отчитался перед начфином и протоптал дорожку к покупкам.

         Работа по оборудованию цеха закипела. Полковник Лутовинов регулярно заворачивал в нашу дивизию и посещал нас. И когда Ваня Баранов нарисовал маслом плакаты со схемами стабилизатора, Лутовинов был восхищен и объявил нам благодарность.    

           

© Copyright: Валентин Пирогов, 2014

Регистрационный номер №0231242

от 7 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0231242 выдан для произведения:
 
 
 
 
 

ВАЛЕНТИН ПИРОГОВ

МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ

 

 

 

 

 

 

Глава 7

Зампотех армии

 

         Я, после окончания курсов мастеров по ремонту танковых стабилизаторов ощутил неуемную жажду деятельности. Мне выделили большую комнату в танкоремонтной мастерской. Достаточно просторную – метров пятьдесят квадратных. Силами отделения мы произвели косметический ремонт помещения, которое было названо – ЦЕХ ПО РЕМОНТУ СТАБИЛИЗАТОРОВ. Стаскали кой – какую мебель.

         И вдруг нас посетил полковник Лутовинов – зампотех 20 й армии, в которую входила наша 10 я  танковая дивизия. Мне крупно повезло, что надо мной взял шефство такой офицер, как полковник Лутовинов. Человек незаурядного ума, блестящего образования. Не сомодур, но душевный человек.

         Лутовинов, в присутствии моего командира чости, имел со мной основательную беседу. И мы с ним договорились, что я начинаю организовывать первый в дивизии цех по ремонту танковых стабилизаторов.

         У меня в отделении был ефрейтор Баранов, который взялся написать на фанерных щитах маслом схемы стабилизаторов. Что и было успешно выполнено. Так, как схемы были секретными, то и помещения приобрели статус «для служебного пользования». А это значило, что находиться в помещении было разрешено тлько определенным лицам.

          Я начал интенсивно готовить приспособления для диагностики и ремонта стабилизаторов. Начали готовить стенды для испытания стабилизаторов в цеховых условиях. Получалось не плохо.

         Как всегда и везде стала проблема материалов – текстолитов, гетинаксов, позже – измерительных приборов и коммутационных аппаратов.

          Но были ещё проблемы организационные. Закуп материалов, приборов и прочее можно было только у немцев. Но поездку можно было осуществлять только офицерам или сверхсрочникам, либо в их сопровождении. Первое, куда я устремил свои планы, был г. Потсдам. В сопровождение мне дали инженера - электрика роты старшего лейтенанта Толочко. Это был офицер со среднетехническим образованием, немного туповатый. Денежные средства на покупки, начфин части подотчет выдавал мне, на доверии, в нарушение всех инструкций. А я должен привозить отчетные документы о покупках. Втроем мы ездили на закупки – я, водитель и, в офицерской форме - Толочко. Надо сказать, что немецкий язык у меня был запущен ещё с семилетки. В средней школе я его немножко поправил, но грамматику знал очень плохо, хотя словарный запас был приличный.

         Врт и приезжаем мы в Потстдам, слава богу донего было семь километров. У нас была информация, что в Потсдаме есть торговая база «Гумми Асбест» в которой продаются необходимые нам пластики. Эту базу мы быстренько нашли и высадились с Толочко десантом. Нашли конторку, в которой сидели человек десять клерков. И все они оказались веселыми работниками женского полу.

         Поскольку Толочко не знал ,что нам надо из материалов и вообще не понимал немецкого языка, я взялся вести переговоры. В этой конторке был стенд с образцами пластиковых материалов. Используя свой словарный запас, я начал задавать вопросы. Но мои перлы представляли что-то сверх комичное. И наших женщин понесло -  ржач стоял гомерический. При совершенно серьёзной моей физиономии. Смех дело заразительное. Толочко не понимал о чём идет речь, но ржал, как жеребец, в конце концов он уже не мог стоять, а сидел на корточках и ржал. А я. всё изголялся с вопросами – у меня их было много. Я не знаю, чем бы это кончилось, но, вдруг, в конторку вошел мужчина. И монолог мой прервался.

- Что Вы хотели? --Сказал мужчина на русском языке

И  Толочко встал на ноги. У него было на лице глубокое  разочарование: как же концерт закончился.

         А я обрадовался переводчику. Это оказался Анджей, поляк, заместитель директора частной базы. Для нас само понятие «частная торговая база» было нонсенсом. Анджей в войну был в русском плену, и, поэтому неплохо знал русский язык. Для начала он сделал втык конторским, увел нас на базу,и набазе порешал все интересующие нас вопросы. В часть мы вернулись победителями – привезли материал. Я отчитался перед начфином и протоптал дорожку к покупкам.

         Работа по оборудованию цеха закипела. Полковник Лутовинов регулярно заворачивал в нашу дивизию и посещал нас. И когда Ваня Баранов нарисовал маслом плакаты со схемами стабилизатора, Лутовинов был восхищен и объявил нам благодарность.    

           

Рейтинг: +2 189 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!