ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Сахалинский буран

 

Сахалинский буран

9 октября 2013 - Лидия Копасова
article163341.jpg

   

 

     В печке теплились угли, пахло уютом и наваристыми щами. Телефонов не было, связи с зимним миром никакой, но признаки надвигающегося бурана чувствовали все. Мороз и снежное кружение беспокоили Анну. Муж ещё не вернулся с работы, и хотелось, чтобы он ночевал дома. Ведь сахалинские бураны заносили не только людей, но и жилые постройки. Если кто попадал в буран, то оставался на месте, где можно укрыться. Кто попадал в вертеп бурана, того находили только весной, когда таяли снега. Ворота скрипнули, Анна вздохнула: «Успел!».

    

     Ворота не закрыли, двери в сени тоже – вдруг кто ещё успеет спастись. Поужинав, усталый муж быстро уснул, а Анна долго слушала зимние представления за окном. И сквозь сон, вдруг возникшие звуки стонов её насторожили. Ни то ветер стонал, ни то собаки завывали, но больше всего напоминали стоны и оханье человека.

     – Василь, а, Василь! Там кто-то стонет. Слышишь? – толкала она мужа в бок.

    Они прислушались и, не договариваясь, накинув телогрейки, вышли в сени. За дверью кто-то царапал крыльцо и стонал. Заросший сосульками, которые свисали с бровей и носа, на крыльце лежал ледяной человек. Это был японец средних лет, плотного телосложения. Втащив человека в сени, Анна с Василием включили свет, принесли из комнаты вязаные варежки, водку и стали снимать заледенелые одежды. Пальцы японца повисли и зазвенели, как сосульки. Он поднёс руки ко рту, и Анна в ужасе закричала: – «Вася, Вася, держи его, держи!».

    

     Находясь в беспамятстве, японец откусывал палец за пальцем, не чувствуя боли. Василий скрутил мужика, Анна принесла снег с улицы. Они долго, очень долго растирали заледеневшего человека шерстяными варежками со снегом до тех пор, пока не ожили конечности и не порозовели щёки. Затем натёрли тело японца водкой. Он пришёл в себя и открыл глаза. Напоили чаем с малиновым вареньем и всю ночь баюкали этого огромного чужого человека.

    

     Три дня Анна залечивала его раны. Буран покинул город. Анна с Василием откапывали лопатами соседские двери, а японец засобирался домой. Ведь его родные не знали, где он и жив ли. Василий ушёл на работу, а Анна уснула усталая, но счастливая оттого, что была полезна людям…

    

     Ближе к утру, сквозь сон Анна услышала стук в ворота. В окно она увидела огромного мужика, лошадь, повозку. Когда ворота открылись, Анне навстречу бежали ребятишки и японская женщина. А большой мужик, как родной, обнимал свою спасительницу и по-русски пытался объяснить, что привёз очень полезный подарок. Он с повозки скатил большую бочку, и, направив её в сени, водрузил на табурет.

     – Надо пить! Надо всё! – сказал японец.

    В бочке был рыбий жир. Жена японца смотрела на синеглазую маленькую, худенькую, бледнолицую Аннушку и, показывая на огромные ячмени, плотно усевшиеся на веках русской женщины, объясняла, как могла, что рыбий жир поможет.

    

     Конечно, семьям военнослужащих было тяжело жить с детьми на Сахалине. Выдавались сухие пайки: картофель, морковь, свёкла, лук – всё сухое. Витаминов не хватало. Малокровие, глисты, инфекции, детские болезни – со всем этим приходилось сталкиваться и молодой Аннушке. Вот ещё эти болезненные ячмени!

   

    Японская женщина ещё раз поблагодарила русскую женщину за то, что спасли её мужа – кормильца такой большой семьи. А рыбий жир стал в семье Анны настоящим спасителем. Ячмени исчезли раз и навсегда из её жизни.

 

***

             Читает Вячеслав Сергеечев

          Читайте и слушайте Вячеслава Сергеечева на

            parnasse.ru  

        http://parnasse.ru/users/sergeechevvf             

© Copyright: Лидия Копасова, 2013

Регистрационный номер №0163341

от 9 октября 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0163341 выдан для произведения:

     В печке теплились угли, пахло уютом и наваристыми щами. Телефонов не было, связи с зимним миром никакой, но признаки надвигающегося бурана чувствовали все. Мороз и снежное кружение беспокоили Анну. Муж ещё не вернулся с работы, и хотелось, чтобы он ночевал дома. Ведь сахалин-ские бураны заносили не только людей, но и жилые постройки. Если кто попадал в буран, то оста-вался на месте, где можно укрыться. Кто попадал в вертеп бурана, того находили только весной, когда таяли снега. Ворота скрипнули, Анна вздохнула: «Успел!».

     Ворота не закрыли, двери в сени тоже – вдруг кто ещё успеет спастись. Поужинав, усталый муж быстро уснул, а Анна долго слушала зимние представления за окном. И сквозь сон, вдруг возникшие звуки стонов её насторожили. Ни то ветер стонал, ни то собаки завывали, но больше всего напоминали стоны и оханье человека.

     – Василь, а, Василь! Там кто-то стонет. Слышишь? – толкала она мужа в бок.

    Они прислушались и, не договариваясь, накинув телогрейки, вышли в сени. За дверью кто-то царапал крыльцо и стонал. Заросший сосульками, которые свисали с бровей и носа, на крыльце лежал ледяной человек. Это был японец средних лет, плотного телосложения. Втащив человека в сени, Анна с Василием включили свет, принесли из комнаты вязаные варежки, водку и стали снимать заледенелые одежды. Пальцы японца повисли и зазвенели, как сосульки. Он поднёс руки ко рту, и Анна в ужасе закричала: – «Вася, Вася, держи его, держи!».

     Находясь в беспамятстве, японец откусывал палец за пальцем, не чувствуя боли. Василий скрутил мужика, Анна принесла снег с улицы. Они долго, очень долго растирали заледеневшего человека шерстяными варежками со снегом до тех пор, пока не ожили конечности и не порозовели щёки. Затем натёрли тело японца водкой. Он пришёл в себя и открыл глаза. Напоили чаем с малиновым вареньем и всю ночь баюкали этого огромного чужого человека.

     Три дня Анна залечивала его раны. Буран покинул город. Анна с Василием откапывали лопатами соседские двери, а японец засобирался домой. Ведь его родные не знали, где он и жив ли. Василий ушёл на работу, а Анна уснула усталая, но счастливая оттого, что была полезна людям…

     Ближе к утру, сквозь сон Анна услышала стук в ворота. В окно она увидела огромного мужика, лошадь, повозку. Когда ворота открылись, Анне навстречу бежали ребятишки и японская женщина. А большой мужик, как родной, обнимал свою спасительницу и по-русски пытался объяснить, что привёз очень полезный подарок. Он с повозки скатил большую бочку, и, направив её в сени, водрузил на табурет.

     – Надо пить! Надо всё! – сказал японец.

    В бочке был рыбий жир. Жена японца смотрела на синеглазую маленькую, худенькую, бледнолицую Аннушку и, показывая на огромные ячмени, плотно усевшиеся на веках русской женщины, объясняла, как могла, что рыбий жир поможет.

     Конечно, семьям военнослужащих было тяжело жить с детьми на Сахалине. Выдавались сухие пайки: картофель, морковь, свёкла, лук – всё сухое. Витаминов не хватало. Малокровие, глисты, ин-фекции, детские болезни – со всем этим приходилось сталкиваться и молодой Аннушке. Вот ещё эти болезненные ячмени!

     Японская женщина ещё раз поблагодарила русскую женщину за то, что спасли её мужа – кормильца такой большой семьи. А рыбий жир стал в семье Анны настоящим спасителем. Ячмени исчезли раз и навсегда из её жизни.

 

***

 

Рейтинг: +4 364 просмотра
Комментарии (3)
Екатерина Несынова # 20 ноября 2013 в 21:29 +1
Я с этими буранами выросла. Молодец.
Геннадий Евс # 6 декабря 2013 в 09:31 0
ura