ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Призрак Белого Генерала (Москва)

 

Призрак Белого Генерала (Москва)

18 апреля 2014 - Александр Кудинов
article209610.jpg
(продолжение рассказа  "Призрак Белого Генерала ( Стамбул )")


              ( посвящается моему другу Татьяне Мищенко, по просьбе которой я и написал продолжение рассказа )



В Стамбуле вечер.
                               Мерцают свечи.
Под звуки банджо
                                Пляшет Атаман.
А на Босфоре..
                                       Такое горе!
Убив  жену,
            Там застрелился   Капитан!


Мерцают свечи.
                           В Стамбуле вечер.
- Подите прочь,
                    Полковник,  Вы пьяны.
-Да пьян и что же?
                               Храни вас боже, 
Мадам, 
               Мы проиграли две войны.





          Иван Павлович Романовский, генерал-лейтенант, начальник штаба Армии Деникина был убит на приёме в английском посольстве  на глазах у всех. Убийца разрядил всю обойму, стреляя в спину. Поразительно как стрелявшему удалось пронести оружие в посольство. Ещё более поразительно, что после публичного расстрела русского генерала, убийца спокойно вышел из посольства так, словно никакой охраны не было и вовсе. После чего он бесследно исчез, словно  никогда не существовал.
         Судя по документам, основной версией  убийства  в то время была месть. Иван Павловича обвиняли не только в плохой организации эвакуации Белой Армии из Крыма, но чуть ли и не в провале войны и всего Белого движения.

          Я просматривал документы и фотографии присланные из Турции,  просматривал подборку материалов, которую мне приготовили в Москве по Белому движению. Статистика и документы вещь упрямая. Со страниц вставала трагедия русского народа, весь ужас этой Гражданской войны. Я смотрел время от времени на фотографию Иван Павловича, читал его письма к жене..  Как несправедливо всё это.. Как мало мы знаем про Белое движение и Белую Армию. Почему Белые потерпели поражение? Вернее это даже можно назвать крахом. Почему?
          Советская идеология давала очень простое объяснение победы Красных, мол народ поддержал большевиков. На самом деле всё было не так.
Что  такое народ? Народ  в своей основной массе всегда инертен и вообще не хочет воевать ни за кого. Дело в том, что  принцип формирования Белой Армии был в основном добровольный, она так и называлась Добровольческая.  А призыв в Красную Армию осуществлялся при помощи карательных отрядов рыскающих по сёлам. К тому же большевики были изобретательны и повсеместно использовали практику ,  когда семьи  бойцов были заложниками, и поэтому дезертирство в Красной Армии было невозможно, так как все понимали, что семья будет расстрелена.
           Что касается численности, то к 1920 году численность Белой Армии составляла примерно по разным источникам 150 или от силы 180 тысяч человек. Численность Красной Армии 3,5 миллиона. Стратегически Красные находились тоже в более выгодном положении, так как занимали центральные районы, а Белые были рассредоточены по окраинам. К тому же там по окраинам рыскали всякие "батьки", "зелёные" и прочие банды, которые отвлекали силы Белой Армии, но существенного влияния на исход войны не оказывали. 
           Вот три основные причины победы Красной Армии. Это во-первых более чем тридцатикратное  превышение численности армии Красных над армией Белых.  Во-вторых более выигрышное  стратегическое положение армии Красных. И, наконец, более жёсткий  принцип формирования армии, с использованием карательных отрядов, системы заложников и т. д. 

         Ах, Иван Павлович, Иван Павлович!  Какую же неблагодарную миссию вы на себя взвалили!  Что же произошло? Почему многие именно Романовского обвиняли в провале эвакуации? А  произошло следующее.. Дело в том, что перед Деникиным и его ставкой стояла непростая задача, в кратчайшие сроки эвакуировать армию из Новороссийска, максимально сохранив личный состав и их семьи. С другой стороны , когда все бегут на корабли, то хотят прихватить с собой  и всё нажитое, ценное. Хотят быстрее сесть на корабль и уплыть из ненавистной, но когда-то родной России. Уплыть в неизвестность, к Турецким берегам. 
          В этой ситуации обойтись без жёстких и непопулярных мер во имя спасения основных сил, было нельзя. А Антон Иванович  Деникин не то что не любил лично сообщать неприятные известия и приказы, а просто у главкома и других дел полно. Да и ограждало его окружение. Таким образом Иван Павлович был просто "рупором", человеком, который озвучивал непопулярные решения командования.  Над ним ведь в армии Деникина было ещё куча начальников.
          Можно ли было организовать лучше эвакуацию Белой Армии ? А кто ж теперь ответит. Могло быть ведь и ещё хуже. А так около двухсот тысяч русских всё-таки спаслись.


          В какое интересное время мы живём! Порой события в личной и общественной жизни начинают нестись, обгоняя друг друга!  Я летал между студиями, подыскивая новых партнёров для продолжения работы, так как ребята с которыми я последнее время сотрудничал что-то там не оплатили вовремя и их банально выселяли. С Мосфильма поступило очень интересное предложение сыграть роль, и съёмки в Анапе в  комфортное время. Но это всё как-то растворилось среди общего ликования, которое охватило всех! Крым вернулся в Россию! Событие планетарного масштаба!
         Голова кружилась от смены картинок вокруг. В воздухе разливалось ощущение предчувствия счастья и тревоги одновременно. Стали набухать почки вербы и ивняка, зачесались глаза, пришла аллергия. Но принимая антигистаминные, отупляющие сознание, не упуская из внимания событий в Крыму и мире, я всё-таки ещё и писал сценарий для фильма в Турции. Чтобы не происходило, но ведь работа прежде всего. Когда практически всё было готово к съёмкам в Турции, я вдруг в очередной раз впал в состояние полнейшего равнодушия и потери опоры. Можно это назвать ещё и депрессией или ленью, или отупением. Словом возникла потребность напиться и забыться. Отдохнуть и понять что происходит внутри меня и вообще происходит ли что-то,  или это так, моё больное воображение.
          Бутылки Маккалайна и трёх бутылок пива Ципфер по моим расчетам должно было хватить, чтобы привести себя в форму и настроить на рабочий лад. Домой вернулся поздно, открыл дверь ключом и сразу учуял что-то неладное, вернее вполне конкретное. А именно запах  табака, кто-то курил у меня в квартире. Я не курю, поэтому сразу это чувствую.
        
        Не разуваясь, и не выпуская пакета с бутылками из рук, ведь в случае чего эти бутылки могли превратиться и в грозное оружие, испытывая лёгкое смешанное чувство страха и любопытства, я вошёл на кухню.
        Иван Павлович сидел за столом, смотрел в окно и курил. Я поставил пакет на стол, потом зачем-то снова вышел в коридор, теперь уже прикрыл входную дверь, закрыв её на ключ. Я  не стал разуваться, на улице было сухо, да и не хотелось смущать моего гостя, который сидел на кухне в сапогах. Я вернулся на кухню ,  сел напротив генерала, и тоже уставился в окно. За окном раскинулся парк Сокольники. Вечерело.
     - Какая ранняя весна, - сказал Иван Павлович и, улыбаясь, посмотрел прямо на меня. Голос у него был неожиданно спокойный и мягкий, словно бархатный.
     - Да, - ответил я, - но говорят ещё похолодает.
     - Похолодает, - как эхо повторил Иван Павлович. А мне вдруг в голову забежала нелепая мысль,  что бутылки Маккалайна пожалуй будет  и мало. Иван Павлович усмехнулся в усы, словно прочитав мои мысли.  Я достал все бутылки из пакета, а сам пакет бросил на пол. На подоконнике словно нарочно стояли два гранёные стакана.
      - Накурил я у вас, - вдруг сказал Иван Павлович, - блюдце под пепельницу взял.
     - Ничего, у меня иногда курят, - ответил я. Я поставил стаканы на стол и посмотрел на Генерала. Он улыбнулся и покачал головой.
     - Вы, Александр Александрович, приступайте без меня, я ведь тут так.. Да и не пью я, лет уже эдак сто, - сказал он и засмеялся. Смех у него был приятный, располагающий. Я заметил, что если человек хорошо смеётся или приятно улыбается, то человек этот скорее хороший.
     - Крым снова наш, - сказал я.
     - Крым.., - как эхо снова повторил за мной Романовский. - За это можно и выпить, - улыбнулся он. - Это аргумент.
      Я налил по пол стакана. Чокнулись, выпили за Крым в составе России. Когда чокались, стаканы бодро звякнули, окончательно развеяв мысль о нереальности происходящего. Романовский закурил. Сигареты были длинные и белые, табак с восточными ароматами . Я всё не знал с чего приступить к разговору, то есть о многом хотелось спросить сразу, но что-то подсказывало, что долго так продолжаться не будет и длинной беседы может не получиться. Спрашивать нужно было о самом главном, о важном.
      - Кто вас убил, Иван Павлович? - спросил я.
      - Ну.. Кто ж его знает, -усмехнулся он, - да и важно ли это? Собираясь с мыслями, я налил себе ещё виски и вопросительно посмотрел на Генерала. Он отрицательно покачал головой. Я выпил один, просто так, чтобы как-то стереть свой разум, который считал, что призраков не бывает.  Странное ощущение, мы вроде сидели и молчали, я напивался, а Иван Павлович курил. Но мне казалось, что между нами продолжается  беседа, та беседа, которая началась ещё в аэропорту Стамбула, когда я прилетел в Турцию, и когда меня встречал Орхан. У меня было ощущение, что я разговариваю со всеми нашими воинами, погибшими в ту войну, а не только с Иван Павловичем.
      - Хотите знать почему Белые потерпели поражение?- вдруг спросил Иван Павлович.
      - Что-то не так? Я неправильно сделал выводы в своих записках? - в ответ спросил я.
      - Ну.. Нет.., - усмехнулся Иван Павлович, - Всё правильно. Просто это скорее всего не главное. А главное, Александр Александрович то , что Красные стреляли в господ, то есть в своих врагов. А мы ведь должны были стрелять в свой народ, так по крайней мере многие у нас думали.
      Иван Павлович встал, а голова моя, наровившая плюхнуться от усталости и виски в стол, всё-таки нашла в себе силы проводить глазами Генерала, который двинулся в глубь моей квартиры. Пока он что-то там бормотал ещё, вышагивая в соседней комнате, я хлопнул ещё полстакана, запил пивом и просто прилёг на диванчик тут же на кухне, слегка отдохнуть и собраться с силами. 
     Проснулся я уже следующим утром, голова шумела. Я сел тут же на диване и , посмотрев на стол, с удовлетворением отметил, что и виски осталось грамм сто и пива целых две бутылки. Красота! А главное настроение было в принципе неплохое , рабочее.  Ни Генерала, ни блюдца с окурками, ни запаха табака в квартире не было. 
      Надо лететь в Стамбул..  А Крым снова наш...
     



В Стамбуле вечер!
                                 А я на встрече!
На встрече с Прошлым,
                                 Такое вот кино..
Здесь на Босфоре..
                                       Чужое горе
В солёном море 
                        Растворилося давно.


Мерцают свечи!
                            В Стамбуле вечер!
За наших павших!
                      За Россию водку пью!
Белогвардейцы!!
                            Красногвардейцы!
Мы, офицеры, с вами
                            Встретимся в раю!
                                                
          

© Copyright: Александр Кудинов, 2014

Регистрационный номер №0209610

от 18 апреля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0209610 выдан для произведения: (продолжение рассказа  "Призрак Белого Генерала ( Стамбул )")


              ( посвящается моему другу Татьяне Мищенко, по просьбе которой я и написал продолжение рассказа )



В Стамбуле вечер.
                               Мерцают свечи.
Под звуки банджо
                                Пляшет Атаман.
А на Босфоре..
                                       Такое горе!
Убив  жену,
            Там застрелился   Капитан!


Мерцают свечи.
                           В Стамбуле вечер.
- Подите прочь,
                    Полковник,  Вы пьяны.
-Да пьян и что же?
                               Храни вас боже, 
Мадам, 
               Мы проиграли две войны.





          Иван Павлович Романовский, генерал-лейтенант, начальник штаба Армии Деникина был убит на приёме в английском посольстве  на глазах у всех. Убийца разрядил всю обойму, стреляя в спину. Поразительно как стрелявшему удалось пронести оружие в посольство. Ещё более поразительно, что после публичного расстрела русского генерала, убийца спокойно вышел из посольства так, словно никакой охраны не было и вовсе. После чего он бесследно исчез, словно  никогда не существовал.
         Судя по документам, основной версией  убийства  в то время была месть. Иван Павловича обвиняли не только в плохой организации эвакуации Белой Армии из Крыма, но чуть ли и не в провале войны и всего Белого движения.

          Я просматривал документы и фотографии присланные из Турции,  просматривал подборку материалов, которую мне приготовили в Москве по Белому движению. Статистика и документы вещь упрямая. Со страниц вставала трагедия русского народа, весь ужас этой Гражданской войны. Я смотрел время от времени на фотографию Иван Павловича, читал его письма к жене..  Как несправедливо всё это.. Как мало мы знаем про Белое движение и Белую Армию. Почему Белые потерпели поражение? Вернее это даже можно назвать крахом. Почему?
          Советская идеология давала очень простое объяснение победы Красных, мол народ поддержал большевиков. На самом деле всё было не так.
Что  такое народ? Народ  в своей основной массе всегда инертен и вообще не хочет воевать ни за кого. Дело в том, что  принцип формирования Белой Армии был в основном добровольный, она так и называлась Добровольческая.  А призыв в Красную Армию осуществлялся при помощи карательных отрядов рыскающих по сёлам. К тому же большевики были изобретательны и повсеместно использовали практику ,  когда семьи  бойцов были заложниками, и поэтому дезертирство в Красной Армии было невозможно, так как все понимали, что семья будет расстрелена.
           Что касается численности, то к 1920 году численность Белой Армии составляла примерно по разным источникам 150 или от силы 180 тысяч человек. Численность Красной Армии 3,5 миллиона. Стратегически Красные находились тоже в более выгодном положении, так как занимала центральные районы, а Белые были рассредоточены по окраинам. К тому же там по окраинам рыскали всякие "батьки", "зелёные" и прочие банды, которые отвлекали силы Белой Армии, но существенного влияния на исход войны не оказывали. 
           Вот три основные причины победы Красной Армии. Это во-первых более чем тридцатикратное  превышение численности армии Красных над армией Белых.  Во-вторых более выигрышное  стратегическое положение армии Красных. И, наконец, более жёсткий  принцип формирования армии, с использованием карательных отрядов, системы заложников и т. д. 

         Ах, Иван Павлович, Иван Павлович!  Какую же неблагодарную миссию вы на себя взвалили!  Что же произошло? Почему многие именно Романовского обвиняли в провале эвакуации? А  произошло следующее.. Дело в том, что перед Деникиным и его ставкой стояла непростая задача, в кратчайшие сроки эвакуировать армию из Новороссийска, максимально сохранив личный состав и их семьи. С другой стороны , когда все бегут на корабли, то хотят прихватить с собой  и всё нажитое, ценное. Хотят быстрее сесть на корабль и уплыть из ненавистной, но когда-то родной России. Уплыть в неизвестность, к Турецким берегам. 
          В этой ситуации обойтись без жёстких и непопулярных мер во имя спасения основных сил, было нельзя. А Антон Иванович  Деникин не то что не любил лично сообщать неприятные известия и приказы, а просто у главкома и других дел полно. Да и ограждало его окружение. Таким образом Иван Павлович был просто "рупором", человеком, который озвучивал непопулярные решения командования.  Над ним ведь в армии Деникина было ещё куча начальников.
          Можно ли было организовать лучше эвакуацию Белой Армии ? А кто ж теперь ответит. Могло быть ведь и ещё хуже. А так около двухсот тысяч русских всё-таки спаслись.


          В какое интересное время мы живём! Порой события в личной и общественной жизни начинают нестись, обгоняя друг друга!  Я летал между студиями, подыскивая новых партнёров для продолжения работы, так как ребята с которыми я последнее время сотрудничал что-то там не оплатили вовремя и их банально выселяли. С Мосфильма поступило очень интересное предложение сыграть роль, и съёмки в Анапе в  комфортное время. Но это всё как-то растворилось среди общего ликования, которое охватило всех! Крым вернулся в Россию! Событие планетарного масштаба!
         Голова кружилась от смены картинок вокруг. В воздухе разливалось ощущение предчувствия счастья и тревоги одновременно. Стали набухать почки вербы и ивняка, зачесались глаза, пришла аллергия. Но принимая антигистаминные, отупляющие сознание, не упуская из внимания событий в Крыму и мире, я всё-таки ещё и писал сценарий для фильма в Турции. Чтобы не происходило, но ведь работа прежде всего. Когда практически всё было готово съёмкам в Турции, я вдруг в очередной раз впал в состояние полнейшего равнодушия и потери опоры. Можно это назвать ещё и депрессией или ленью, или отупением. Словом возникла потребность напиться и забыться. Отдохнуть и понять что происходит внутри меня и вообще происходит ли что-то,  или это так, моё больное воображение.
          Бутылки Маккалайна и трёх бутылок пива Ципфер по моим расчетам должно было хватить, чтобы привести себя в форму и настроить на рабочий лад. Домой вернулся поздно, открыл дверь ключом и сразу учуял что-то неладное, вернее вполне конкретное. А именно запах  табака, кто-то курил у меня в квартире. Я не курю, поэтому сразу это чувствую.
        
        Не разуваясь, и не выпуская пакета с бутылками из рук, ведь в случае чего эти бутылки могли превратиться и в грозное оружие, испытывая лёгкое смешанное чувство страха и любопытства, я вошёл на кухню.
        Иван Павлович сидел за столом, смотрел в окно и курил. Я поставил пакет на стол, потом зачем-то снова вышел в коридор, теперь уже прикрыл входную дверь, закрыв её на ключ. Я  не стал разуваться, на улице было сухо, да и не хотелось смущать моего гостя, который сидел на кухне в сапогах. Я вернулся на кухню ,  сел напротив генерала, и тоже уставился в окно. За окном раскинулся парк Сокольники. Вечерело.
     - Какая ранняя весна, - сказал Иван Павлович и, улыбаясь, посмотрел прямо на меня. Голос у него был неожиданно спокойный и мягкий, словно бархатный.
     - Да, - ответил я, - но говорят ещё похолодает.
     - Похолодает, - как эхо повторил Иван Павлович. А мне вдруг в голову забежала нелепая мысль,  что бутылки Маккалайна пожалуй будет  и мало. Иван Павлович усмехнулся в усы, словно прочитав мои мысли.  Я достал все бутылки из пакета, а сам пакет бросил на пол. На подоконнике словно нарочно стояли два гранёные стакана.
      - Накурил я у вас, - вдруг сказал Иван Павлович, - блюдце под пепельницу взял.
     - Ничего, у меня иногда курят, - ответил я. Я поставил стаканы на стол и посмотрел на Генерала. Он улыбнулся и покачал головой.
     - Вы, Александр Александрович, приступайте без меня, я ведь тут так.. Да и не пью я, лет уже эдак сто, - сказал он и засмеялся. Смех у него был приятный, располагающий. Я заметил, что если человек хорошо смеётся или приятно улыбается, то человек этот скорее хороший.
     - Крым снова наш, - сказал я.
     - Крым.., - как эхо снова повторил за мной Романовский. - За это можно и выпить, - улыбнулся он. - Это аргумент.
      Я налил по пол стакана. Чокнулись, выпили за Крым в составе России. Когда чокались, стаканы бодро звякнули, окончательно развеяв мысль о нереальности происходящего. Романовский закурил. Сигареты были длинные и белые, табак с восточными ароматами . Я всё не знал с чего приступить к разговору, то есть о многом хотелось спросить сразу, но что-то подсказывало, что долго так продолжаться не будет и длинной беседы может не получиться. Спрашивать нужно было о самом главном, о важном.
      - Кто вас убил, Иван Павлович? - спросил я.
      - Ну.. Кто ж его знает, -усмехнулся он, - да и важно ли это? Собираясь с мыслями, я налил себе ещё виски и вопросительно посмотрел на Генерала. Он отрицательно покачал головой. Я выпил один, просто так, чтобы как-то стереть свой разум, который считал, что призраков не бывает.  Странное ощущение, мы вроде сидели и молчали, я напивался, а Иван Павлович курил. Но мне казалось, что между нами продолжается  беседа, та беседа, которая началась ещё в аэропорту Стамбула, когда я прилетел в Турцию, и когда меня встречал Орхан. У меня было ощущение, что я разговариваю со всеми нашими воинами, погибшими в ту войну, а не только с Иван Павловичем.
      - Хотите знать почему Белые потерпели поражение?- вдруг спросил Иван Павлович.
      - Что-то не так? Я неправильно сделал выводы в своих записках? - в ответ спросил я.
      - Ну.. Нет.., - усмехнулся Иван Павлович, - Всё правильно. Просто это скорее всего не главное. А главное, Александр Александрович то , что Красные стреляли в господ, то есть в своих врагов. А мы ведь должны были стрелять в свой народ, так по крайней мере многие у нас думали.
      Иван Павлович встал, а голова моя, наровившая плюхнуться от усталости и виски в стол, всё-таки нашла в себе силы проводить глазами Генерала, который двинулся в глубь моей квартиры. Пока он что-то там бормотал ещё, вышагивая в соседней комнате, я хлопнул ещё полстакана, запил пивом и просто прилёг на диванчик тут же на кухне, слегка отдохнуть и собраться с силами. 
     Проснулся я уже следующим утром, голова шумела. Я сел тут же на диване и , посмотрев на стол, с удовлетворением отметил, что и виски осталось грамм сто и пива целых две бутылки. Красота! А главное настроение было в принципе неплохое , рабочее.  Ни Генерала, ни блюдца с окурками, ни запаха табака в квартире не было. 
      Надо лететь в Стамбул..  А Крым снова наш...
     



В Стамбуле вечер!
                                 А я на встрече!
На встрече с Прошлым,
                                 Такое вот кино..
Здесь на Босфоре..
                                       Чужое горе
В солёном море 
                        Растворилося давно.


Мерцают свечи!
                            В Стамбуле вечер!
За наших павших!
                      За Россию водку пью!
Белогвардейцы!!
                            Красногвардейцы!
Мы, офицеры, с вами
                            Встретимся в раю!
                                                
          

Рейтинг: +1 161 просмотр
Комментарии (2)
Вячеслав Грант # 19 апреля 2014 в 14:34 0
Крым был и остается Крымом. А чей он - зависит от того к кому относим мы себя. Это кусочек земного шара на разломе пластов времени и политики одновременно. Такова его участь, вместе с которой меняется участь сословий, поколений и народов.
Виктор Астраханцев # 22 октября 2016 в 20:22 0
Сквозной линией рассказа является, на мой взгляд, вопрос реабилитации (оправдания) Романовского перед сторонниками Белого движения. Но это третья сторона, которая не присутствует в рассказе, т.к. основной герой от которого идет повествование, занятый опустошением Макклайна не причисляет себя ни к одной их сторон.
И та правда, которую доносит генерал повисает в воздухе. Главный герой к ней индифферентен. А ведь он пишет сценарий и откровения генерала должны что дать ему или опровергнуть. Тут снова обнаруживается сюжетная рыхлость.

Очень интересна мысль: «Красные стреляли в господ, то есть в своих врагов. А мы ведь должны были стрелять в свой народ, так по крайней мере многие у нас думали.» Она раньше мне не встречалась.
В ней трагедия Белого движения, у которого не было ни крепкой идеологии ни опоры в населении. Видно, игнорируя Ленина, её лидеры не приняли всерьез его мысль: «Идеи становятся материальной силой, когда она овладевает массами». Красные смогли это сделать. Наверное, потому, что были ближе и понятнее основному населению.

В рассказе приведены три обоснования их победы. На самом деле их две, так как именно жесткая работа позволила красным собрать большую по численности армию. Но то, что они смогли собрать и вооружить огромную армию, - это их достижение. Они оказались более профессиональными и последовательными в мобилизации населения и ведения войны - «На войне, как на войне»!
И это несмотря на то, командование красных состояло, в основном, из нижних армейских чинов: Буденный - унтер-офицер, Чапаев – фельдфебель, Ворошилов вообще не имел звания в Императорской армии .
Так и получается, что полуграмотные командиры и комиссары оказались успешнее генералов.

Более выигрышное стратегическое положение красных, как фактор их победы – тоже слабый аргумент. За красными были Питер и Москва, а территории вокруг этих столиц и центр России - за Белой армией. Но она их постепенно отдавала, не сумев создать сильный фронт. Корниловский и кронштадтский мятежи провалились. Российское общество было рыхлое, раздробленное и ослабленное демократическими идеями.
И тут снова приходится возвращаться к силе или слабости идей.

И последняя фраза «Крым наш» Да, с позиции сегодняшнего дня это так. Но чей он с позиции белого генерала Романовского? Тут надо подумать.
А читать вас все равно интересно! Благодарю.