ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Она пришла... (из дневника холостого Отшельника)

Она пришла... (из дневника холостого Отшельника)

1 января 2015 - Вячеслав Отшельник
ДНЕВНИКОВАЯ ПРОЗА
Нижеследующий текст является выпиской из моего личного дневника.
Запись относится на январь 1982 года - когда я был ещё молодой, неопытный и... одинокий.
На основании авторского права я счёл возможным изменить в некоторых местах
пунктуацию и исправить очевидные для меня орфографические ошибки.
 В остальном официально заявляю о подлинности этой записи.

Она пришла... (из дневника холостого Отшельника)

Январь 1982 г.

31 декабря у меня было хорошее состояние. И хотя по показанию счётчика выпадал критический день физического биоритма и два отрицательных полупериода (эмоциональный и интеллектуальный), с утра ничто не предвещало того, чтобы над бедной душой моей вновь опустились сумерки печали. Но также ничто не предвещало мне большой радости и веселья. Потому что в этот предновогодний день, в этот последний день уходящего года, когда все люди заканчивают свои последние приготовления к прекрасному и счастливому веселью, к самому любимому всеми нами празднику – встрече Нового года, - в этот день я, как всегда, чувствовал себя одиноким и самым несчастливым человеком на свете. Никто не приглашал меня на Новый год, и некого было пригласить мне к себе. 

Лишь только желание хоть как-то смягчить это чувство тоски и одиночества, и приобретённое на горьком опыте безрадостной жизни моей осознание того, что, как говорится, слезами горю не поможешь, направило меня прочь от нового эмоционального срыва и наступления депрессии с утра пораньше. 

Возможно, это произошло бы неизбежно, если уж не утром, то вечером – как пить дать, - не будь одного прекрасного обстоятельства, которое перевернуло вверх дном все мои грустные ожидания и пессимистическое настроение… Не позвони я в этот день неожиданно для самого себя моей прекрасной, моей дорогой Ирочке, которой я не звонил уже месяц и в своих идиотских сомнениях не надеялся больше услышать её голос… 

Да, я уже ни на что не надеялся. Но решил, что будет доброе дело, если позвоню ей теперь и по-джентльменски поздравлю её, как все приличные люди, с наступающим праздником.

Странно, но на этот раз я даже не подумал, что и как буду говорить ей. Намерения мои были скромны, ведь для того, чтобы поздравить знакомую женщину с праздником, отнюдь не требовалась такая же тактичность и гибкость речи, как это могло бы стать необходимо при объяснении ей в любви. 

Странно, насколько хладнокровен, спокоен и твёрд был мой голос, как ясно и быстро работал мой мозг, как логична была моя речь, как естественна интонация. Я даже не искал ответы на её вопросы: язык как-то сам собой мгновенно находил нужные слова для тех мыслей, что так же мгновенно рождались в моей голове. Однако, я говорил не спеша, и не спеша отвечал ей. Но каждая пауза в нашем диалоге была наполнена, как мне теперь кажется, глубоким смыслом и пониманием, и говорила нам, наверное, больше, чем слова… 

- Иринка… Привет! Ты наверное уже забыла меня… - спросил я бодрым голосом, стараясь справиться с волнением, на мгновение охватившим меня. 
- А кто это звонит? – ответила она вопросом на вопрос. 
- Да это опять тот самый, что лежал когда-то у вас, - голос мой стал спокойным и твёрдым, с претензией на юмор - Славик, кажется, звать… 
- А-а, привет, Славик! Действительно, я совсем уже было забыла о тебе… 

Тут получилась пауза, возможно, она не была готова к этому разговору, или просто была не очень весела. А я на какое-то время задумался, и тут в голову пришла гениальная мысль: соврать. Ведь надо же было хоть как то оправдаться за то, что в течение месяца ни разу не позвонил ей. Оправдаться, хотя она и не требовала этого, и не спрашивала меня об этом, и ей было, наверное, всё равно. Лукавые люди всегда ищут оправдания, или те, кто не уверен в себе. 

- Ира, ты извини меня, что не звонил тебе с тех пор… Меня ведь не было в Никополе. Только вчера приехал из Кривого Рога. Был в командировке на строительстве канала. 

Странно, но я чувствовал какую-то вину перед ней, очевидно, по наивности своей полагая, что её может тревожить и обижать моё длительное молчание. Вновь произошла пауза. Потом я продолжил: 
- Ну, а как ты поживаешь? Чего новенького? 
- Да так себе… Живу хорошо, а новенького мало. 
- Подожди, будет тебе новенькое: Новый год, разве, не на носу? Наверное, приготовила себе уже снекурочкину шубку? – сказал я, сделав акцент на «к», и тут же понял, что шутка не удалась… На что не последовало ни смеха, ни шутки в ответ. 

Снова была пауза, и я подумал, что она хочет быстрее закончить этот разговор. Тогда я перешёл к главному и поздравил её с наступающим праздником, намереваясь на этом прекратить свою телефонную пантомиму. Она поблагодарила за поздравления и ответила мне тем же. Я тоже сказал ей спасибо и хотел было уже попрощаться, но она спросила: 

- А ты, дед Мороз, приготовил уже ватную бороду и мешок с подарками? 
- Какая борода? Какой мешок? С деньгами? – Да нет, получка у нас десятого. А… что… с подарками, говоришь… Не знаю ещё, куда пойду. Никто пока не приглашал, разве что без приглашения к кому-нибудь завалю. Или буду дома телевизор смотреть до 5 часов. 
- Приходи ко мне… 


Где-то у ключицы судорожно затрепыхалась жилка. Шею свело. По языку растеклись колики… Уши тут же замёрзли, хотя в телефонной будке не продувало, и никто не стоял над душой… Услышанное подействовало на меня, как ведро ледяной воды. Как будто воздух вокруг стал другого цвета. Как будто к ногам моим упала голубая звезда – так ошеломлён я был и не мог поверить своим ушам. 

- В детский сад на ёлку? - спросил я в тревоге, что это была шутка. 
- Дурак, я приглашаю тебя домой… 
- Что? Ты приглашаешь меня к себе? Я не ослышался? Да, но… 
- Но если у тебя другие планы, то всего хорошего… 

- Минутку, Ира, ты так говоришь, что слыша твои слова, я теряю дар речи. Что же будет, если мне посчастливится увидеть тебя… Я был бы счастлив принять твоё приглашение, если ты это всерьёз. Но скажи мне, будь ласка, как ты намереваешься представить меня, ведь у вас там меня никто не знает, да и я не знаю никого, кроме тебя. Познакомьтесь, друзья, это Славик, он лечился у нас в отделении, - так, что ли? Не приведёт ли это твоего мужа в цейтнот, или ты хочешь замаскировать меня в тени ресниц прекрасной дамы, одной из твоих подруг, или предложить более экзотическую роль на этом маскараде – мистера Инкогнито? 

Она рассмеялась, впервые услышав от меня столь длинный монолог, а я продолжал: 

- Дорогая Ирочка, я был бы счастлив от одной только мысли увидеть тебя, быть рядом с тобой, но я сомневаюсь, что в кругу твоих друзей и подруг смогу хоть чем-нибудь украсить ваше веселье… 
- Ну и будь счастлив от одной мысли… …Славик, выбрось из головы свои глупые бредни. Как я тебя представлю – моя забота. Мужа у меня больше нет. Мать забрала сына и уехала на праздник в Запорожье, а на вечер ко мне придут две подруги и ты… 
- Приказывай, отныне я раб твой. Где, во сколько, и с чем? 


Всё, что было потом – как во сне. Себя я не чувствовал. Сейчас мне уже невозможно восстановить в памяти подробности того, как я собирался в гости. Помню только, что долго вертелся у зеркала, с удивлением и разочарованием вдруг открыв для себя очевидно врождённый дефект: изгиб брови над моим левым глазом как будто «сдвинут по фазе» и не симметричен правому, по всем признакам находящемуся в правильном соотношении с остальными чертами лица. В конце концов, я проглотил горькую пилюлю этого открытия и через пару минут думал уже о другом. 

Помню ещё, что прихватил с собой бутылку Крымского игристого (за неимением лучшего), поставленного мной две недели назад на НЗ. Странно, но и автобуса, идущего к ЮТЗ, мне не пришлось долго ждать. Впрочем, даже если бы это не было так удачно, мои две ноги крутились бы, наверное, быстрее, чем его четыре колеса: так я был возбуждён, и так велико было моё желание поскорее быть там. 

Выйдя из автобуса на 3-м участке, я понял, что ещё рано: она должна была встретить меня на остановке. Вдруг стало холодно. Ботиночки на идиотской модной платформе сдавливали пальцы ног. Руки суетливо искали применение себе, перекидывая из одной в другую подарочный свёрток. Как будто ливень прошёл по пылающему костру: за те 20 – 30 минут, что пришлось пережить мне на этом месте. Эмоциональный круговорот  сменился спокойствием и холодной сдержанностью. 

Я начал было уже сомневаться: не розыгрыш ли это, не глупый ли самообман влюблённого по уши пацана. Не наивны ли твои ожидания того, чего больше всего хотелось бы. Мысли о возможном для себя, надежда, возникают от желания реализовать эту возможность, существуют потому, что в человеке живёт вечная и благородная потребность жить завтрашним днём, верить или хотя бы надеяться на то, что новое, неизвестное, наступающее мгновение обязательно будет лучше прошедшего, пережитого. 

Вот и я, когда рассеялся дым от потухшего костра, всё же надеялся, что этот праздник подарит мне хоть горсточку новых впечатлений, букет ярких эмоций, романтику чувств. И это было так прекрасно, что ожидания оправдались. 

Она пришла. Взяла меня под руку. 
И повела. Мне было все-равно, 
Куда идти. Но я даю поруку: 
Что я за ней пошёл бы и на дно. 

Она пленила ясными глазами, 
Их искорки, как белый снег с ресниц, 
Сбегали мне в глаза, сгорая сами 
В любви кипящем пламени зарниц. 
 

© Copyright: Вячеслав Отшельник, 2015

Регистрационный номер №0262653

от 1 января 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0262653 выдан для произведения:
ДНЕВНИКОВАЯ ПРОЗА
Нижеследующий текст является выпиской из моего личного дневника.
Запись относится на январь 1982 года - когда я был ещё молодой, неопытный и... одинокий.
На основании авторского права я счёл возможным изменить в некоторых местах
пунктуацию и исправить очевидные для меня орфографические ошибки.
 В остальном официально заявляю о подлинности этой записи.

Она пришла... (из дневника холостого Отшельника)

Январь 1982 г.

31 декабря у меня было хорошее состояние. И хотя по показанию счётчика выпадал критический день физического биоритма и два отрицательных полупериода (эмоциональный и интеллектуальный), с утра ничто не предвещало того, чтобы над бедной душой моей вновь опустились сумерки печали. Но также ничто не предвещало мне большой радости и веселья. Потому что в этот предновогодний день, в этот последний день уходящего года, когда все люди заканчивают свои последние приготовления к прекрасному и счастливому веселью, к самому любимому всеми нами празднику – встрече Нового года, - в этот день я, как всегда, чувствовал себя одиноким и самым несчастливым человеком на свете. Никто не приглашал меня на Новый год, и некого было пригласить мне к себе. 

Лишь только желание хоть как-то смягчить это чувство тоски и одиночества, и приобретённое на горьком опыте безрадостной жизни моей осознание того, что, как говорится, слезами горю не поможешь, направило меня прочь от нового эмоционального срыва и наступления депрессии с утра пораньше. 

Возможно, это произошло бы неизбежно, если уж не утром, то вечером – как пить дать, - не будь одного прекрасного обстоятельства, которое перевернуло вверх дном все мои грустные ожидания и пессимистическое настроение… Не позвони я в этот день неожиданно для самого себя моей прекрасной, моей дорогой Ирочке, которой я не звонил уже месяц и в своих идиотских сомнениях не надеялся больше услышать её голос… 

Да, я уже ни на что не надеялся. Но решил, что будет доброе дело, если позвоню ей теперь и по-джентльменски поздравлю её, как все приличные люди, с наступающим праздником.

Странно, но на этот раз я даже не подумал, что и как буду говорить ей. Намерения мои были скромны, ведь для того, чтобы поздравить знакомую женщину с праздником, отнюдь не требовалась такая же тактичность и гибкость речи, как это могло бы стать необходимо при объяснении ей в любви. 

Странно, насколько хладнокровен, спокоен и твёрд был мой голос, как ясно и быстро работал мой мозг, как логична была моя речь, как естественна интонация. Я даже не искал ответы на её вопросы: язык как-то сам собой мгновенно находил нужные слова для тех мыслей, что так же мгновенно рождались в моей голове. Однако, я говорил не спеша, и не спеша отвечал ей. Но каждая пауза в нашем диалоге была наполнена, как мне теперь кажется, глубоким смыслом и пониманием, и говорила нам, наверное, больше, чем слова… 

- Иринка… Привет! Ты наверное уже забыла меня… - спросил я бодрым голосом, стараясь справиться с волнением, на мгновение охватившим меня. 
- А кто это звонит? – ответила она вопросом на вопрос. 
- Да это опять тот самый, что лежал когда-то у вас, - голос мой стал спокойным и твёрдым, с претензией на юмор - Славик, кажется, звать… 
- А-а, привет, Славик! Действительно, я совсем уже было забыла о тебе… 

Тут получилась пауза, возможно, она не была готова к этому разговору, или просто была не очень весела. А я на какое-то время задумался, и тут в голову пришла гениальная мысль: соврать. Ведь надо же было хоть как то оправдаться за то, что в течение месяца ни разу не позвонил ей. Оправдаться, хотя она и не требовала этого, и не спрашивала меня об этом, и ей было, наверное, всё равно. Лукавые люди всегда ищут оправдания, или те, кто не уверен в себе. 

- Ира, ты извини меня, что не звонил тебе с тех пор… Меня ведь не было в Никополе. Только вчера приехал из Кривого Рога. Был в командировке на строительстве канала. 

Странно, но я чувствовал какую-то вину перед ней, очевидно, по наивности своей полагая, что её может тревожить и обижать моё длительное молчание. Вновь произошла пауза. Потом я продолжил: 
- Ну, а как ты поживаешь? Чего новенького? 
- Да так себе… Живу хорошо, а новенького мало. 
- Подожди, будет тебе новенькое: Новый год, разве, не на носу? Наверное, приготовила себе уже снекурочкину шубку? – сказал я, сделав акцент на «к», и тут же понял, что шутка не удалась… На что не последовало ни смеха, ни шутки в ответ. 

Снова была пауза, и я подумал, что она хочет быстрее закончить этот разговор. Тогда я перешёл к главному и поздравил её с наступающим праздником, намереваясь на этом прекратить свою телефонную пантомиму. Она поблагодарила за поздравления и ответила мне тем же. Я тоже сказал ей спасибо и хотел было уже попрощаться, но она спросила: 

- А ты, дед Мороз, приготовил уже ватную бороду и мешок с подарками? 
- Какая борода? Какой мешок? С деньгами? – Да нет, получка у нас десятого. А… что… с подарками, говоришь… Не знаю ещё, куда пойду. Никто пока не приглашал, разве что без приглашения к кому-нибудь завалю. Или буду дома телевизор смотреть до 5 часов. 
- Приходи ко мне… 

Где-то у ключицы судорожно затрепыхалась жилка. Шею свело. По языку растеклись колики… Уши тут же замёрзли, хотя в телефонной будке не продувало, и никто не стоял над душой… Услышанное подействовало на меня, как ведро ледяной воды. Как будто воздух вокруг стал другого цвета. Как будто к ногам моим упала голубая звезда – так ошеломлён я был и не мог поверить своим ушам. 

- В детский сад на ёлку? - спросил я в тревоге, что это была шутка. 
- Дурак, я приглашаю тебя домой… 
- Что? Ты приглашаешь меня к себе? Я не ослышался? Да, но… 
- Но если у тебя другие планы, то всего хорошего… 
- Минутку, Ира, ты так говоришь, что слыша твои слова, я теряю дар речи. Что же будет, если мне посчастливится увидеть тебя… Я был бы счастлив принять твоё приглашение, если ты это всерьёз. Но скажи мне, будь ласка, как ты намереваешься представить меня, ведь у вас там меня никто не знает, да и я не знаю никого, кроме тебя. Познакомьтесь, друзья, это Славик, он лечился у нас в отделении, - так, что ли? Не приведёт ли это твоего мужа в цейтнот, или ты хочешь замаскировать меня в тени ресниц прекрасной дамы, одной из твоих подруг, или предложить более экзотическую роль на этом маскараде – мистера Инкогнито? 

Она рассмеялась, впервые услышав от меня столь длинный монолог, а я продолжал: 

- Дорогая Ирочка, я был бы счастлив от одной только мысли увидеть тебя, быть рядом с тобой, но я сомневаюсь, что в кругу твоих друзей и подруг смогу хоть чем-нибудь украсить ваше веселье… 
- Ну и будь счастлив от одной мысли… …Славик, выбрось из головы свои глупые бредни. Как я тебя представлю – моя забота. Мужа у меня больше нет. Мать забрала сына и уехала на праздник в Запорожье, а на вечер ко мне придут две подруги и ты… 
- Приказывай, отныне я раб твой. Где, во сколько, и с чем? 

Всё, что было потом – как во сне. Себя я не чувствовал. Сейчас мне уже невозможно восстановить в памяти подробности того, как я собирался в гости. Помню только, что долго вертелся у зеркала, с удивлением и разочарованием вдруг открыв для себя очевидно врождённый дефект: изгиб брови над моим левым глазом как будто «сдвинут по фазе» и не симметричен правому, по всем признакам находящемуся в правильном соотношении с остальными чертами лица. В конце концов, я проглотил горькую пилюлю этого открытия и через пару минут думал уже о другом. 

Помню ещё, что прихватил с собой бутылку Крымского игристого (за неимением лучшего), поставленного мной две недели назад на НЗ. Странно, но и автобуса, идущего к ЮТЗ, мне не пришлось долго ждать. Впрочем, даже если бы это не было так удачно, мои две ноги крутились бы, наверное, быстрее, чем его четыре колеса: так я был возбуждён, и так велико было моё желание поскорее быть там. 

Выйдя из автобуса на 3-м участке, я понял, что ещё рано: она должна была встретить меня на остановке. Вдруг стало холодно. Ботиночки на идиотской модной платформе сдавливали пальцы ног. Руки суетливо искали применение себе, перекидывая из одной в другую подарочный свёрток. Как будто ливень прошёл по пылающему костру: за те 20 – 30 минут, что пришлось пережить мне на этом месте. Эмоциональный круговорот  сменился спокойствием и холодной сдержанностью. 

Я начал было уже сомневаться: не розыгрыш ли это, не глупый ли самообман влюблённого по уши пацана. Не наивны ли твои ожидания того, чего больше всего хотелось бы. Мысли о возможном для себя, надежда, возникают от желания реализовать эту возможность, существуют потому, что в человеке живёт вечная и благородная потребность жить завтрашним днём, верить или хотя бы надеяться на то, что новое, неизвестное, наступающее мгновение обязательно будет лучше прошедшего, пережитого. 

Вот и я, когда рассеялся дым от потухшего костра, всё же надеялся, что этот праздник подарит мне хоть горсточку новых впечатлений, букет ярких эмоций, романтику чувств. И это было так прекрасно, что ожидания оправдались. 

Она пришла. Взяла меня под руку. 
И повела. Мне было все-равно, 
Куда идти. Но я даю поруку: 
Что я за ней пошёл бы и на дно. 

Она пленила ясными глазами, 
Их искорки, как белый снег с ресниц, 
Сбегали мне в глаза, сгорая сами 
В любви кипящем пламени зарниц. 
 
Рейтинг: +1 187 просмотров
Комментарии (2)
Рената Юрьева # 2 января 2015 в 07:49 +1
Вячеслав! это просто замечательно!!!!!!!!Причем, всё замечательно! и непридуманный сюжет ожившей сказки и веры в то, что мечты сбываются...причем в те самые мгновения, когда уже, казалось бы, не ждешь.... И написано замечательно! хорошим слогом! это если Вы уже тогда писали ТАК прозу, причем не специально, а лишь как дневник, могу себе представить, КАК Вы сейчас ее пишите) очень люблю детали, которые так украшают любое повествование...Ваш эпизод с бровями меня умилил))))))))
а знаете, Вы правы, что чудеса нужны всем! причем взрослым, наверное, даже больше, ибо дети уже по определению верят в них...но главное, все-таки, чтобы мечта приблизилась, кое-что зависит и от нас самих...
по канонам классики, закончили на самом интересном) хотелось бы узнать дальнейшую судьбу героев)
спасибо за удовольствие читать
Вячеслав Отшельник # 2 января 2015 в 13:14 0
Дорогая Рената! Я в восторге от Вашего комментария. И потому что, конечно, приятно читать такое, но главное, что радует, это то, что твоя работа задела читателя за живое, возбудила его чувства и эмоции. Это я Вам должен сказать спасибо за такую высокую оценку и за Ваш труд, за Ваше умение читать сердцем и душой.
Ну конечно, это далеко не мАстерская и не художественная работа. Это действительно, всего лишь дневниковая проза. Но дневник, в своё время, очень помог мне, я бы даже сказал, сыграл главную роль в формировании моего стиля и слога, если они представляют собой ныне хоть какую-нибудь ценность.
И ещё... Не стесняйтесь, если будете ещё читать что-либо из моих сочинений, высказывать критические замечания (если есть на то основания), ибо они особенно ценны для меня, особенно, когда исходят от тех, кто владеет словом и кому есть что сказать. Имейте ввиду, что я никогда не обижаюсь даже на самые резкие замечания, если они предметны и по существу, так как помогают находить слабые моменты в моём творчестве.
Всегда рад Вашим визитам на мои странички!
 

 

Популярная проза за месяц
158
125
120
106
98
95
93
93
Повар Света 22 октября 2017 (Тая Кузмина)
92
91
91
Подруги 11 ноября 2017 (Татьяна Петухова)
88
86
84
83
81
79
78
77
76
74
73
71
70
70
69
Тёщин сон 3 ноября 2017 (Тая Кузмина)
63
60
60
56