ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → обдуманные рассказы

 

обдуманные рассказы

17 февраля 2013 - юрий сотников
article117748.jpg

                                                    ОБДУМАННЫЕ  РАССКАЗЫ

 

                                                    Власть и холуйство.

  Мы находимся в полосе стабильности, в её штиле. Но это болото. И оно всё глубже засасывает, потому что видимо никто из руководства страны не хочет двигаться вперёд, надеясь протянуть свой срок, свой отмерок, свою жизнь на этом достигнутом. А успехов по сути и нет. Реформа медицины наполовину уже провалилась, так как постройка крупных медцентров выявила такую же крупную нехватку умных спецов, способных работать на слишком умном оборудовании. Да и сами заграничные приборы обошлись нашей народной казне в 2-3 раза дороже из-за воровства прехитренных народных слуг, в миру величаемых чиновниками. Реформа образования – а особо её ЕГЭ, уже набившее во рту кислую оскомину – растит из ангельских детсадовских детей некрепких школьных бесенят тугодумов, способных в любом споре отбиться только с помощью кулаков да мата, почти не прибегая к словесным рассуждениям – чему и учит их нынешняя школа на паях с телевидением да интернетом. Реформа ЖКХ это прорва, это чистой воды мошенство невеликих коммунальных комбинаторов. Видимо, они подсмотрели в природе мутацию – гусеница, куколка, бабочка – контора, компания, фирмочка – и теперь эта безмозглая, но наглая капустница машет крылышками в оффшоре на Каймановых островах. Более-менее с реформой и деньгами повезло только армии да полиции, но это лишь потому, что мягкая власть боится своего грубого народа и на всякий случай прикармливает солдат, в надежде что они отдадутся за золото.

  Не коррупция главная беда нашей власти. А холуйство. Самые крупные руководители набирают себе помощниками холуёв помельче, чтоб заглядывали в рот; те, в свою очередь, вербуют соратниками ещё более тщедушных лакеев, чтобы не перечили; ну, а последним остаются совсем уже чахлые рабы, почти головастики в этом тухлом болоте стабильности. Какие же могут быть прорывные идеи в стране, которой правят трусливые кабальники, кабинетные клопы и тараканы? Им не нужны во власти творцы, таланты и созидатели, которые могут взомутить вонючую воду мертвящего покоя, утопив в ней насекомых хозяев нынешней жизни. Беда отечеству, когда в нём настоящими людьми командуют презренные гниды.

   ==================================================================================

                                  Демократия подлинная – это власть народа.

  О демократии слышал каждый. Читал о ней в школе. Имеет своё понятие.

  Больше всех ею озабочены журналисты. Она как та сладкая кость, к которой можно возвращаться снова и снова, чтобы лизнуть раз-другой. И даже сухую, выжатую в мел, её не забросят писаки, а будут цедить из неё звенящие гонорарные рубли. Будут таскать друг у друга истрёпанные цитаты. Я не хочу воровать чужие мысли, а выскажу только своё собственное мнение.

  Демократия подлинная – это власть народа. Но нигде в мире о такой не знают. На слуху в нашем отечестве всё больше диктатура чиновников, а заграницей вместо знамени болтается поникшая на древке застиранная тряпка западной свободы. Наши российские бюрократы подвластны одному рьяному вожаку, президенту. Он самый сильный, справедливый самый, но иногда и клыкастый. Это лишь его территория, его прайд. А вот на западе вожаки помельче, слабее – потому что долгая мирная жизнь, без войн и революций, ослабила хватку. Вот и объединяются они в партийные стаи, чтобы блюсти каждой свои интересы.

  Кто мы для них? Народ. И тем, и другим мы лишь средство поживы, объект для охоты. Обманут, заманят, а после нападут со спины, истекая в беззащитную шею голодной слюной. Как говорит мой дед Пимен:- Самодержавное ярмо ничем не лучше партийной нагайки. Один бес босяков колобродит – ненасытная утроба. И чем выше положенье человека, тем ему больше хочется.- А как же революции, деда? Для чего их творили?- Для надежды, сынок. И всегда на авось. Но после любого бунта к высоким должностям прибиваются трусливые горлохваты, двуликие хлюсты.-

  Так мне ответил старый Пимен своими партизанскими словами. Да я и без него давно понял, что нет её – народной власти. Потому что путёвый мужик без толку трибунить не пойдёт. Не для него сидеть в кресле да висеть на телефоне, бросаясь пустыми обещаньями. Ему бы соху в руки, да землю под лошадь – и пошёл, потянул он лемех, вздымая пыль вдоль экватора.

  А может не у нас, так на западе всё же есть истинная свобода? И не потому ли так яро, с танками да пушками, янки волокут её во все уголки света? Невзирая на смерть и разруху чужих стран, голод и боль местных жителей. Янки считают свою иноземную веру великим милосердием для людей, порабощённых диктатурой. Но лживые западные космополиты тоже обманут. Грезят наяву они волей для каждого человека, которая в избе не поместится. А втихомолку, через огороды, приволокут в местный хлев стреноженную свободу–отпиленные рога. И вместо единоличной кабалы маленького царька, люди попадут в скромное обаятельное рабство интернациональных монополий. Поначалу те бывают заботливы, одаривая поверженные страны гуманитарной милостыней. Но лишь только дорвутся до нефти, до леса и газа – то сразу забывают о своих благих обещаниях. Начинают выслеживать и вынюхивать неугодных, оградив солдатами и колючкой свою новую собственность. Дверные глазки, замочные скважины – вот светлые окна западной демократии.

  Где ж её взять, свободу? В себе искать надо. Там она: среди пороков жадности и пьянства, лени, зависти. Просто глубоко упрятана – в тех тёмных и стыдных уголках, куда самому страшно заглянуть. А вдруг я совсем не такой, вдруг я всё про себя придумал? Может, липовый героизм, навеянный фальшивыми телесериалами, на поверку окажется трусливым позором. Гранату собой накрыть, на пытки за веру?- что вы, что вы! я лучше на диване с газетой прилягу. Пусть любимая жена в лицо плюнет, пусть маленький сын глаза от товарищей прячет – зато сам я живой и здоровый.

  Ну, а если не струсил? Если я в самом деле герой, труда и отваги? Это же великая слава, её обмыть надо. Водочкой. А когда гулянье проходит, когда пьяная дружба выветривается, мне стыдно не только перед женой и детьми – но и всему миру я в ножки кланяюсь, хоть он того не стоит. Вчерашнему подлецу и хапуге я руки не подал, а сегодня с улыбкой сую пятерню, оправдываясь перед ним.

  Но вот вдруг я стал трезвенником: прокапался ли, закодировался. И гордо задрав русую голову, выхожу на улицу со своей личной свободой подмышкой. А навстречу сосед – чернявый южанин. Он тоже свою свободу погулять вывел, и так же горд. Кто кому кланяться должен? Слово за слово, плевок за плевком, и из уличной потасовки двух ротозеев вызрела национальная бойня. Которой не знал ещё мир. Кто после этого назовёт нас людьми? с чего мы решили, что разумнее микробов и насекомых? Может, больше ума в головах простых мандавошек, ползающих по звёздным системам нашей любви. Ведь их болезни губят нас, так же как мы выхолащиваем злобой и нетерпимостью родительство земли, нас вырастившей.

  Но свобода любовь жила и жить будет. В прошлые века её ножами резали, ядами травили – без толку. В нынешнее время её мотают на гусеницы танков и утюжат штурмовиками – а она, затравленная злыми гемодами, всё равно партизанит в лопухах с обрезом. Потому что превыше человеческой свободы ничего нет на свете. По праву моей бессмертной души рождения – я никому ничего не должен. Моя вера, моё отечество, и семья моя – святы. Если моего господа не тронут, то и я чужого уважу.

  Вот такая она для меня, демократия. Никто в мире не заведует ею. Она не лежит на секретном складе под тайным замком. Бесполезны ключи и отмычки. В душе свобода – твоей и моей.

   =================================================================================

                                                     Бюджет должен знать каждый.

  Пришла пора говорить о бюджете. Правительство его уже приняло на бумаге, дума проголосовала положительно – один народ не в курсе дел. Потому что записан бюджет нашей страны бумажными казёнными фразами и цифрами, в которых самый великий бухгалтер сломит ногу. Или свернёт шею на приступках этой денежной пирамиды. Попонятнее объясните, граждане чиновники.

  Молчат. Ну что ж, будем тогда сами разбираться. А начнём с малого – с бюджета отдельной семьи, которая кормится только зарплатой. Такая семья называется средней. Папа строит дома, мама работает медсестрой, бабушка отдыхает на своей пенсии, и внучка её учится в школе.

  Отец приносит домой зарплату, в ней четырнадцать тысяч рублей чистыми. Кто сказал:- много, бери меньше?- На строительстве так зарабатывают: зимой мало, летом больше, выводим среднее.

  За отцом подтягивается мамаша, она на больничном окладе – восемь тысяч рублей. Что поделаешь, медицина не в почёте – из капельницы нефти да газа не высосешь. Слава богу ещё, что мама не учительница.

  Вот и бабушка в морщинистых ладошках несёт свою лепту – пять тысяч, которые ей принесла почтальонка. А ведь у неё двадцать лет трудового стажа - да поди докажи в кабинетах, тем кто никогда не работал. Две тысячи бабуля сразу отдаёт внучке на вкусные обеды в школе.

  Сели они к столу всей семьёй. Сплюсовали. Вышло двадцать семь тысяч на месяц. Теперь их нужно расходовать. Первым делом, конечно, питание. Без еды курица не птица, а человек не работник. В один день уходит кастрюля борща с мясом, кастрюля макарон с подливой, сковорода жареной картошки, селёдка, хлеб, молоко, сахар, чай. Поверьте – они не жируют, а считают лишь необходимое. Уходит пятнадцать тысяч на месяц. Коммунальные платежи за трёхкомнатную квартиру забирают ещё пять штук. Остаётся семь тысяч рублей на одежду и бытовую технику, и разные срочные нужды.

  Ясненько, граждане?- Понятненько, сами всё знаем! Давай про чёрный бюджет, государственный!-

  Дааа, попался я с лопушком. Темы не знаю. Тот бюджет потому ведь и чёрный, что весь непроглядный. Он круглый как колобок, и с какой стороны не глянь – блестит на солнце золотыми червонцами. Он и от папы с мамой ушёл, про которых я раньше рассказывал, и от бабушки с внучкой сбежал. Но попался на зубы лисе.

  Хитрой лисе, которая ловким обманом доверчивых избирателей проникла в государственное учреждение, и режет теперь бюджетный колобок на куски. А потом глотает, не жуя.

  - Лиса, ты что обещала? По справедливости!- Ой, сирая я, убогая, обтрепали меня предвыборные чиновничьи дорожки, дайте хоть чуточку подкормиться! Вы ж такие добренькие.

  И она права. Только не добренькие мы, а равнодушные и злые люди. Потому что государственный бюджет – это тоже наши деньги, наши земли, леса, недра. Но глядя на то, как растаскивают ворюги богатства отечества, мы лишь меркантильно щупаем собственный карман – лишь бы туда не залезли. И позорно прячем свои глаза от нищих стариков да детей, собирающих милосердие на улицах.

  Для кого мы, взрослые мужики да бабы, живём? Для детей наших. А им уже сейчас нужны тёплые детсады, в которых греются батареи зимой; им светлые школы нужны, где не чахнут глаза от протухшей тьмы. Кукольные театры, стадионы, цирки. Дети нам с лихвой воздадут за подаренную им радость. Любить нас будут, родителей.

  А сейчас ненавидят. Проклинают подвальными сигаретами и наркотиками, подростковым пьянством и абортами.

  Мы всё молчим. А свинья-копилка всё пухнет. Раздувается Стабилизационный фонд Отечества, толстеет золотовалютный запас Родины. Нашей родины, мы ей не пасынки. Наши богатства питают чужеземные закрома, сберегаясь в импортных банках. И на эти деньги тоже ведут свои войны вероломные янки.

  Давайте учиться, сограждане. Без стыда и стеснения снова усядемся за парты, чтобы с подготовительного класса социального образования выводить в тетрадке первые трудные буквы экономики и финансов, государственного права и юридических актов. И пусть попробуют тогда занудные бюрократы сунуть нам корявую резолюцию. Мы им в нос нормативные акты, или того хуже – статью из уголовного кодекса. Они нам, трясясь от страха, подадут аппаратную инструкцию – а мы им огромную главу из Конституции России, где сильно и ярко сказано, что вся власть страны принадлежит народу.

  К ногтю, слуги народа! Извольте исполнять.

      ================================================================================

                                                                Беседа с родычем.

  Вчера, на крещение, в гости ко мне забрёл дальний родственник. Сели за стол с бутылочкой, рядом закуска. Сначала поговорили о работе, о бабах. Как водится у нормальных мужиков. Когда выпили по двести грамм, то разговор перешёл на веру и отечество. Мужики мы сравнительно молодые: ему чуть меньше сорока, мне чуточку больше. И потому оба ярые.

  Родыч взъярился на иноверцев. Почему они живут тут, гастарбарствуют и развлекаются, не уважая русских законов да заповедей? Гнать их, мол, надо взашей – а если сопротивляются, то можно и резать, как они резали наших во всех кавказских и азиатских бунтах.- Что это за терпимость такая?- спрашивает меня родыч.- Нас, русских, гонят отовсюду, изо всех уголков земли, как раньше гитлер гонял евреев. Мало того – уже и на своей земле покоя нет. Привечаем к себе всю окрестную шелупонь, работу даём им, чтоб они могли свои семьи кормить. А в обратку на нас? плевки, угрозы, оскорбления. Не пора ль нам и силу показать?!

  - Пора,- отвечаю ему.- Но смотря какой будет эта сила. Если в ней вновь обретётся духовная мощь великого русского народа – то дай нам господь синий флаг в руки. Флаг спокойствия и стойкости в ярой схватке с подлыми грехами, которые насилуют наши души, словно сутенёры ослабевшую проститутку. Дай нам бог белый флаг в руки. Флаг милосердия и благородства, чтобы в этой страшной бойне не наказать зазря обманутого и презренного человека, который целую жизнь прожил в неведении людских добродетелей. Дай нам всевышний и красный флаг в руки. Флаг ярости и отваги, когда может быть, за спиной у нас останется только горстка верных товарищей против огромной армии призрачных демонов и явых душегубов.

  - Красиво говоришь.- Родыч усмехнулся и налил ещё по рюмке. Мы выпили, слегка закусив.- Но почему это мы, русские, должны начать борьбу со своими пороками? А чужие в то же время будут строить по соседству свои мечети, костёлы да синагоги. Несправедливо. Они вон как разрастаются по всей земле – и не остановишь. Скоро церквушку негде будет поставить.

  - Почему русские, спрашиваешь?- моя ухмылка всё больше становилась зловещей.- Потому что мы вымираем. Больше всех остальных. От зависти, жадности, трусости. От беспробудного пьянства и бредущей за ним равнодушной лени. От вонючих подлючих абортов, когда здоровые русские бабы отказываются рожать детей. Зачем рожать? зачем семья? отечество? когда можно тихонько перепихнуться на одну ночь заради сладенького удовольствия. Тем более что вся нынешняя жизнь кричит об этом – не тормози, мол, сникерсни. В такую лихую годину только вера спасёт народ. Пусть люди строят какие угодно храмы, лишь бы дороги от них вели к господу.

  - Если молиться будем по-разному, то скоро войны начнутся,- сделал родыч серьёзное замечание.- Раньше хоть на шпагах дрались, а теперь на атомных бомбах. Взорвёмся мы к чёртовой матери из-за Христа и Аллаха.

  - Это и от священников зависит. Средь них ведь разные люди встречаются. Одни настоящие пастыри – помогают и утешают, воспрядая падших людей духом перед величием веры, истинного человеческого пути. И наверное, вьяве могли бы повторить деяние Иисуса, насытив верующих пятью хлебами. А другие церковники будто депутаты трибунные – с чёрной ложью лезут в открытые души. Их язвы ещё страшнее разрастаются в наших сердцах.

  - Ну и долго нам, русским, ждать пока язвы все зарубцуются?!- Родыч в запале треснул по столу вилкой, расколов тарелку с сыром.- Извини, но обидно же.

  - С собой войну начинать надо.- Я вздохнул.- Легче, конечно, вывести на улицу пятьдесят русых дурней с топорами да косами против полусотни черноволосых болванов с резаками и пиками. Все полягут, кости сгниют, памяти не останется. Меняются куски эпох, истории всей. Но вера – хоть в Иисуса, хоть в Моххамада – но отечество – сердцем принятое – навсегда.- Я разлил по последней.- Давай с себя начнём.

  Наверное, родыч не согласился со мной, уходя. Но всё же какую-то шестерёнку в его башке я раскрутил в обратную сторону.

 

 

© Copyright: юрий сотников, 2013

Регистрационный номер №0117748

от 17 февраля 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0117748 выдан для произведения:

                                                    ОБДУМАННЫЕ  РАССКАЗЫ

 

                                                    Власть и холуйство.

  Мы находимся в полосе стабильности, в её штиле. Но это болото. И оно всё глубже засасывает, потому что видимо никто из руководства страны не хочет двигаться вперёд, надеясь протянуть свой срок, свой отмерок, свою жизнь на этом достигнутом. А успехов по сути и нет. Реформа медицины наполовину уже провалилась, так как постройка крупных медцентров выявила такую же крупную нехватку умных спецов, способных работать на слишком умном оборудовании. Да и сами заграничные приборы обошлись нашей народной казне в 2-3 раза дороже из-за воровства прехитренных народных слуг, в миру величаемых чиновниками. Реформа образования – а особо её ЕГЭ, уже набившее во рту кислую оскомину – растит из ангельских детсадовских детей некрепких школьных бесенят тугодумов, способных в любом споре отбиться только с помощью кулаков да мата, почти не прибегая к словесным рассуждениям – чему и учит их нынешняя школа на паях с телевидением да интернетом. Реформа ЖКХ это прорва, это чистой воды мошенство невеликих коммунальных комбинаторов. Видимо, они подсмотрели в природе мутацию – гусеница, куколка, бабочка – контора, компания, фирмочка – и теперь эта безмозглая, но наглая капустница машет крылышками в оффшоре на Каймановых островах. Более-менее с реформой и деньгами повезло только армии да полиции, но это лишь потому, что мягкая власть боится своего грубого народа и на всякий случай прикармливает солдат, в надежде что они отдадутся за золото.

  Не коррупция главная беда нашей власти. А холуйство. Самые крупные руководители набирают себе помощниками холуёв помельче, чтоб заглядывали в рот; те, в свою очередь, вербуют соратниками ещё более тщедушных лакеев, чтобы не перечили; ну, а последним остаются совсем уже чахлые рабы, почти головастики в этом тухлом болоте стабильности. Какие же могут быть прорывные идеи в стране, которой правят трусливые кабальники, кабинетные клопы и тараканы? Им не нужны во власти творцы, таланты и созидатели, которые могут взомутить вонючую воду мертвящего покоя, утопив в ней насекомых хозяев нынешней жизни. Беда отечеству, когда в нём настоящими людьми командуют презренные гниды.

   ==================================================================================

                                  Демократия подлинная – это власть народа.

  О демократии слышал каждый. Читал о ней в школе. Имеет своё понятие.

  Больше всех ею озабочены журналисты. Она как та сладкая кость, к которой можно возвращаться снова и снова, чтобы лизнуть раз-другой. И даже сухую, выжатую в мел, её не забросят писаки, а будут цедить из неё звенящие гонорарные рубли. Будут таскать друг у друга истрёпанные цитаты. Я не хочу воровать чужие мысли, а выскажу только своё собственное мнение.

  Демократия подлинная – это власть народа. Но нигде в мире о такой не знают. На слуху в нашем отечестве всё больше диктатура чиновников, а заграницей вместо знамени болтается поникшая на древке застиранная тряпка западной свободы. Наши российские бюрократы подвластны одному рьяному вожаку, президенту. Он самый сильный, справедливый самый, но иногда и клыкастый. Это лишь его территория, его прайд. А вот на западе вожаки помельче, слабее – потому что долгая мирная жизнь, без войн и революций, ослабила хватку. Вот и объединяются они в партийные стаи, чтобы блюсти каждой свои интересы.

  Кто мы для них? Народ. И тем, и другим мы лишь средство поживы, объект для охоты. Обманут, заманят, а после нападут со спины, истекая в беззащитную шею голодной слюной. Как говорит мой дед Пимен:- Самодержавное ярмо ничем не лучше партийной нагайки. Один бес босяков колобродит – ненасытная утроба. И чем выше положенье человека, тем ему больше хочется.- А как же революции, деда? Для чего их творили?- Для надежды, сынок. И всегда на авось. Но после любого бунта к высоким должностям прибиваются трусливые горлохваты, двуликие хлюсты.-

  Так мне ответил старый Пимен своими партизанскими словами. Да я и без него давно понял, что нет её – народной власти. Потому что путёвый мужик без толку трибунить не пойдёт. Не для него сидеть в кресле да висеть на телефоне, бросаясь пустыми обещаньями. Ему бы соху в руки, да землю под лошадь – и пошёл, потянул он лемех, вздымая пыль вдоль экватора.

  А может не у нас, так на западе всё же есть истинная свобода? И не потому ли так яро, с танками да пушками, янки волокут её во все уголки света? Невзирая на смерть и разруху чужих стран, голод и боль местных жителей. Янки считают свою иноземную веру великим милосердием для людей, порабощённых диктатурой. Но лживые западные космополиты тоже обманут. Грезят наяву они волей для каждого человека, которая в избе не поместится. А втихомолку, через огороды, приволокут в местный хлев стреноженную свободу–отпиленные рога. И вместо единоличной кабалы маленького царька, люди попадут в скромное обаятельное рабство интернациональных монополий. Поначалу те бывают заботливы, одаривая поверженные страны гуманитарной милостыней. Но лишь только дорвутся до нефти, до леса и газа – то сразу забывают о своих благих обещаниях. Начинают выслеживать и вынюхивать неугодных, оградив солдатами и колючкой свою новую собственность. Дверные глазки, замочные скважины – вот светлые окна западной демократии.

  Где ж её взять, свободу? В себе искать надо. Там она: среди пороков жадности и пьянства, лени, зависти. Просто глубоко упрятана – в тех тёмных и стыдных уголках, куда самому страшно заглянуть. А вдруг я совсем не такой, вдруг я всё про себя придумал? Может, липовый героизм, навеянный фальшивыми телесериалами, на поверку окажется трусливым позором. Гранату собой накрыть, на пытки за веру?- что вы, что вы! я лучше на диване с газетой прилягу. Пусть любимая жена в лицо плюнет, пусть маленький сын глаза от товарищей прячет – зато сам я живой и здоровый.

  Ну, а если не струсил? Если я в самом деле герой, труда и отваги? Это же великая слава, её обмыть надо. Водочкой. А когда гулянье проходит, когда пьяная дружба выветривается, мне стыдно не только перед женой и детьми – но и всему миру я в ножки кланяюсь, хоть он того не стоит. Вчерашнему подлецу и хапуге я руки не подал, а сегодня с улыбкой сую пятерню, оправдываясь перед ним.

  Но вот вдруг я стал трезвенником: прокапался ли, закодировался. И гордо задрав русую голову, выхожу на улицу со своей личной свободой подмышкой. А навстречу сосед – чернявый южанин. Он тоже свою свободу погулять вывел, и так же горд. Кто кому кланяться должен? Слово за слово, плевок за плевком, и из уличной потасовки двух ротозеев вызрела национальная бойня. Которой не знал ещё мир. Кто после этого назовёт нас людьми? с чего мы решили, что разумнее микробов и насекомых? Может, больше ума в головах простых мандавошек, ползающих по звёздным системам нашей любви. Ведь их болезни губят нас, так же как мы выхолащиваем злобой и нетерпимостью родительство земли, нас вырастившей.

  Но свобода любовь жила и жить будет. В прошлые века её ножами резали, ядами травили – без толку. В нынешнее время её мотают на гусеницы танков и утюжат штурмовиками – а она, затравленная злыми гемодами, всё равно партизанит в лопухах с обрезом. Потому что превыше человеческой свободы ничего нет на свете. По праву моей бессмертной души рождения – я никому ничего не должен. Моя вера, моё отечество, и семья моя – святы. Если моего господа не тронут, то и я чужого уважу.

  Вот такая она для меня, демократия. Никто в мире не заведует ею. Она не лежит на секретном складе под тайным замком. Бесполезны ключи и отмычки. В душе свобода – твоей и моей.

   =================================================================================

                                                     Бюджет должен знать каждый.

  Пришла пора говорить о бюджете. Правительство его уже приняло на бумаге, дума проголосовала положительно – один народ не в курсе дел. Потому что записан бюджет нашей страны бумажными казёнными фразами и цифрами, в которых самый великий бухгалтер сломит ногу. Или свернёт шею на приступках этой денежной пирамиды. Попонятнее объясните, граждане чиновники.

  Молчат. Ну что ж, будем тогда сами разбираться. А начнём с малого – с бюджета отдельной семьи, которая кормится только зарплатой. Такая семья называется средней. Папа строит дома, мама работает медсестрой, бабушка отдыхает на своей пенсии, и внучка её учится в школе.

  Отец приносит домой зарплату, в ней четырнадцать тысяч рублей чистыми. Кто сказал:- много, бери меньше?- На строительстве так зарабатывают: зимой мало, летом больше, выводим среднее.

  За отцом подтягивается мамаша, она на больничном окладе – восемь тысяч рублей. Что поделаешь, медицина не в почёте – из капельницы нефти да газа не высосешь. Слава богу ещё, что мама не учительница.

  Вот и бабушка в морщинистых ладошках несёт свою лепту – пять тысяч, которые ей принесла почтальонка. А ведь у неё двадцать лет трудового стажа - да поди докажи в кабинетах, тем кто никогда не работал. Две тысячи бабуля сразу отдаёт внучке на вкусные обеды в школе.

  Сели они к столу всей семьёй. Сплюсовали. Вышло двадцать семь тысяч на месяц. Теперь их нужно расходовать. Первым делом, конечно, питание. Без еды курица не птица, а человек не работник. В один день уходит кастрюля борща с мясом, кастрюля макарон с подливой, сковорода жареной картошки, селёдка, хлеб, молоко, сахар, чай. Поверьте – они не жируют, а считают лишь необходимое. Уходит пятнадцать тысяч на месяц. Коммунальные платежи за трёхкомнатную квартиру забирают ещё пять штук. Остаётся семь тысяч рублей на одежду и бытовую технику, и разные срочные нужды.

  Ясненько, граждане?- Понятненько, сами всё знаем! Давай про чёрный бюджет, государственный!-

  Дааа, попался я с лопушком. Темы не знаю. Тот бюджет потому ведь и чёрный, что весь непроглядный. Он круглый как колобок, и с какой стороны не глянь – блестит на солнце золотыми червонцами. Он и от папы с мамой ушёл, про которых я раньше рассказывал, и от бабушки с внучкой сбежал. Но попался на зубы лисе.

  Хитрой лисе, которая ловким обманом доверчивых избирателей проникла в государственное учреждение, и режет теперь бюджетный колобок на куски. А потом глотает, не жуя.

  - Лиса, ты что обещала? По справедливости!- Ой, сирая я, убогая, обтрепали меня предвыборные чиновничьи дорожки, дайте хоть чуточку подкормиться! Вы ж такие добренькие.

  И она права. Только не добренькие мы, а равнодушные и злые люди. Потому что государственный бюджет – это тоже наши деньги, наши земли, леса, недра. Но глядя на то, как растаскивают ворюги богатства отечества, мы лишь меркантильно щупаем собственный карман – лишь бы туда не залезли. И позорно прячем свои глаза от нищих стариков да детей, собирающих милосердие на улицах.

  Для кого мы, взрослые мужики да бабы, живём? Для детей наших. А им уже сейчас нужны тёплые детсады, в которых греются батареи зимой; им светлые школы нужны, где не чахнут глаза от протухшей тьмы. Кукольные театры, стадионы, цирки. Дети нам с лихвой воздадут за подаренную им радость. Любить нас будут, родителей.

  А сейчас ненавидят. Проклинают подвальными сигаретами и наркотиками, подростковым пьянством и абортами.

  Мы всё молчим. А свинья-копилка всё пухнет. Раздувается Стабилизационный фонд Отечества, толстеет золотовалютный запас Родины. Нашей родины, мы ей не пасынки. Наши богатства питают чужеземные закрома, сберегаясь в импортных банках. И на эти деньги тоже ведут свои войны вероломные янки.

  Давайте учиться, сограждане. Без стыда и стеснения снова усядемся за парты, чтобы с подготовительного класса социального образования выводить в тетрадке первые трудные буквы экономики и финансов, государственного права и юридических актов. И пусть попробуют тогда занудные бюрократы сунуть нам корявую резолюцию. Мы им в нос нормативные акты, или того хуже – статью из уголовного кодекса. Они нам, трясясь от страха, подадут аппаратную инструкцию – а мы им огромную главу из Конституции России, где сильно и ярко сказано, что вся власть страны принадлежит народу.

  К ногтю, слуги народа! Извольте исполнять.

      ================================================================================

                                                                Беседа с родычем.

  Вчера, на крещение, в гости ко мне забрёл дальний родственник. Сели за стол с бутылочкой, рядом закуска. Сначала поговорили о работе, о бабах. Как водится у нормальных мужиков. Когда выпили по двести грамм, то разговор перешёл на веру и отечество. Мужики мы сравнительно молодые: ему чуть меньше сорока, мне чуточку больше. И потому оба ярые.

  Родыч взъярился на иноверцев. Почему они живут тут, гастарбарствуют и развлекаются, не уважая русских законов да заповедей? Гнать их, мол, надо взашей – а если сопротивляются, то можно и резать, как они резали наших во всех кавказских и азиатских бунтах.- Что это за терпимость такая?- спрашивает меня родыч.- Нас, русских, гонят отовсюду, изо всех уголков земли, как раньше гитлер гонял евреев. Мало того – уже и на своей земле покоя нет. Привечаем к себе всю окрестную шелупонь, работу даём им, чтоб они могли свои семьи кормить. А в обратку на нас? плевки, угрозы, оскорбления. Не пора ль нам и силу показать?!

  - Пора,- отвечаю ему.- Но смотря какой будет эта сила. Если в ней вновь обретётся духовная мощь великого русского народа – то дай нам господь синий флаг в руки. Флаг спокойствия и стойкости в ярой схватке с подлыми грехами, которые насилуют наши души, словно сутенёры ослабевшую проститутку. Дай нам бог белый флаг в руки. Флаг милосердия и благородства, чтобы в этой страшной бойне не наказать зазря обманутого и презренного человека, который целую жизнь прожил в неведении людских добродетелей. Дай нам всевышний и красный флаг в руки. Флаг ярости и отваги, когда может быть, за спиной у нас останется только горстка верных товарищей против огромной армии призрачных демонов и явых душегубов.

  - Красиво говоришь.- Родыч усмехнулся и налил ещё по рюмке. Мы выпили, слегка закусив.- Но почему это мы, русские, должны начать борьбу со своими пороками? А чужие в то же время будут строить по соседству свои мечети, костёлы да синагоги. Несправедливо. Они вон как разрастаются по всей земле – и не остановишь. Скоро церквушку негде будет поставить.

  - Почему русские, спрашиваешь?- моя ухмылка всё больше становилась зловещей.- Потому что мы вымираем. Больше всех остальных. От зависти, жадности, трусости. От беспробудного пьянства и бредущей за ним равнодушной лени. От вонючих подлючих абортов, когда здоровые русские бабы отказываются рожать детей. Зачем рожать? зачем семья? отечество? когда можно тихонько перепихнуться на одну ночь заради сладенького удовольствия. Тем более что вся нынешняя жизнь кричит об этом – не тормози, мол, сникерсни. В такую лихую годину только вера спасёт народ. Пусть люди строят какие угодно храмы, лишь бы дороги от них вели к господу.

  - Если молиться будем по-разному, то скоро войны начнутся,- сделал родыч серьёзное замечание.- Раньше хоть на шпагах дрались, а теперь на атомных бомбах. Взорвёмся мы к чёртовой матери из-за Христа и Аллаха.

  - Это и от священников зависит. Средь них ведь разные люди встречаются. Одни настоящие пастыри – помогают и утешают, воспрядая падших людей духом перед величием веры, истинного человеческого пути. И наверное, вьяве могли бы повторить деяние Иисуса, насытив верующих пятью хлебами. А другие церковники будто депутаты трибунные – с чёрной ложью лезут в открытые души. Их язвы ещё страшнее разрастаются в наших сердцах.

  - Ну и долго нам, русским, ждать пока язвы все зарубцуются?!- Родыч в запале треснул по столу вилкой, расколов тарелку с сыром.- Извини, но обидно же.

  - С собой войну начинать надо.- Я вздохнул.- Легче, конечно, вывести на улицу пятьдесят русых дурней с топорами да косами против полусотни черноволосых болванов с резаками и пиками. Все полягут, кости сгниют, памяти не останется. Меняются куски эпох, истории всей. Но вера – хоть в Иисуса, хоть в Моххамада – но отечество – сердцем принятое – навсегда.- Я разлил по последней.- Давай с себя начнём.

  Наверное, родыч не согласился со мной, уходя. Но всё же какую-то шестерёнку в его башке я раскрутил в обратную сторону.

 

 

Рейтинг: 0 140 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!