ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ.Глава 3. Начало службы.

МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ.Глава 3. Начало службы.

11 апреля 2014 - Валентин Пирогов
article208337.jpg

Валентин Пирогов

МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ

                       Глава 3

                Начало службы

              

  И вот я в своей  части. Военный городок Крампниц расположен в семи километрах от Потсдама – резиденции германских  королей. Крампниц- военный городок в котором располагалась сперва конная, а затем, танковая дивизия Паулюса. Удивляла капитальность зданий и сооружений городка. Например, какое покрытие внутри помещения может выдерживать танковые гусеницы? Оказывается пол из деревянных брусков, поставленных на торец. Столовая у нас была на 1500 человек одновременной посадки. И размещалась она в бывшей конюшне, где сохранились бывшие каменные ясли-кормушки для лошадей. В полах были сделаны мочестоки  с системой канализации. Убирались полы с помощью струй воды из шлангов. Конечно, кухонному наряду это было большим облегчением.

        Казармы двухэтажные. Полы в казармах паркетные в спальных помещениях, кафельные в коридорах, умывальниках, санузлах. Для малосемейных – общежития. Для старших офицеров – коттеджный городок.

      Вокруг казарм – спортивные площадки с гимнастическими снарядами и волейбольными площадками. Проезды между территориями казарм выполнены из гранитной брусчатки. В центре – стадион с футбольным полем и скамейками для зрителей. Остальное заполнено техническими парками с боевой техникой и автотранспортом. Всё это окружено забором с несколькими въездами – выездами. В восточной части городка – башня. На башне был барельеф -  фашистская свастика, который был уничтожен оккупационными властями. По слухам на этой башне были повешены участники заговора против Гитлера.

     Рядом с башней находился центральный КПП (контрольно-пропускной пункт). Рядом проходило шоссе, а за шоссе – озеро. Иногда летом в сопровождении офицера можно было искупаться в озере. С той же стороны находился лесной массив, за которым находилась пограничная зона с западным Берлином. Граница смешная в классическом привычном  понимании. По прилегающей территории на еле заметных лесных дорожках поперек были положены бревнышки. Вот и вся граница. Далее вдали были, какие- то сооружения с солдатами. У нас регулярно случались тревоги, когда пропадал солдат. В основном это были побеги военнослужащих. И, как правило, это были побеги из караула с охраняемого поста. С автоматом и двумя рожками патронов. Помню, ловили мы сбежавшего солдатика – первогодка. Прочесывали лесонасаждения до границы. Представляете, ходят по лесу масса солдат с автоматами, но без патронов. И ищут они незнамо кого – солдата татарина из пехотного полка. А он с заряженным автоматом. Мы обходили стороной кусты и заросли. И так почти неделю. Через неделю беглец, который ходил среди нас, случайно наткнулся на своего командира взвода и был тихо арестован. Почему тихо, потому что мог быть самосуд, до того  осточертели эти поиски. Прикрепленный к нашей части подполковник особого отдела рассказывал нам, что на допросе беглый сказал, что служить тяжело и нудно, а он решил сдаться американцам в западном Берлине, а далее стать шпионом, а после засылки в СССР сдаться и не служить срочную службу. Американцы, если до них добегали простые служивые, обычно допрашивали и не находя в них пользы, звонили нашим и передавали им беглых.

             У нас простых рабочее – крестьянских потомков таких бредовых идей не появлялось. И полетели деньки к совершенно реальному ориентиру, пусть и не скорому - дембилю.

       Прошел я испытание на прочность и в своей части. Суббота у нас была днем уборки. Убирали в казарме, в ремонтных боксах и мастерских. На пятый день службы была такая уборка. Меня определили мыть окно в спальном помещении. Дело не хитрое – раствор стирального порошка, тряпки, газеты. Я с удовольствием приступил к работе. Рядом ошивался служивый без дела. Оказалось, это был «старик» - военнослужащий, отслуживший три года, подлежащий демобилизации. Сперва разговор у нос был доброжелательный пока не перешел в материальную сферу. «Старику» понравились мои часы.

       - Давай меняться!

        - Это подарок! Подарки не меняют! Говорю я ему.

Канючил, канючил. Надоел.

         - Всё равно мы с тебя снимем!

         - На, снимай!

 Снял! Улетел в коридор!

           - Ты ударил «старика»! вечером заплатишь!

После ужина ко мне подошел Вася Шапран сержант, командир моего отделения.

        -Что, молодой, такой невеселый?

        -Ничего, всё нормально.

 Через некоторое время «старики»  приглашают меня в бытовку. Честно говоря я понял, будут бить. Мы молодые ещё не знали друг друга, хотя нас было почти пол роты. Вскоре ко мне подошли военнослужащие и сообщили, что меня ждут в бытовой комнате. Я всё понял. Ну, думаю, бить будут! Надеяться было не на кого.

        В бытовке было человек 15. Все переслужившие 3 года. Я зашел и занял свободный угол – по крайней мере, слева, справа и с заду как то прикрыт.

        - Ты понял, молодой, зачем мы тебя позвали???

        - ???

        - Мы тебя судить будем!!!

        - За что???

        - Ты ударил «старика», а это по нашим законам преступление.

        - Я ударил мародера. Но защита в вашем «суде» не предусмотрена. А по этому я буду защищаться сам.

Я снял ремень, намотал его на руку и сказал:

        - Конечно, с такой толпой я не справлюсь, но пять-шесть человек на тот свет я с собой возьму. И тут открылась дверь бытовки и вошел мой сержант Василий Шапран и стал рядом со мной!

        - Нет, молодой, мы с тобой больше угробим.

И тоже снял ремень.

        - Шапран выйди, мы тебя не приглашали.

Но Шапран начал перечислять, кому, когда уезжать. Но из-за этого «старика», которого, кстати никто, оказывается,  не уважал, вы, уважаемый «дембиля», скорее всего окажетесь в  «дисбате» и демобилизация отложится минимум на два года. Слова Шапрана оказались убедительными. И «суд» объявил перерыв. После отбоя меня пригласили в каптерку. Там был весь состав «суда» за исключением «потерпевшего». Нас с Шапраном попросили помолчать на счет «суда», пока не уедет домой последний «судья». И предложили выпить за мирное решение конфликта.

        Так началось  моё вживание в коллектив части.

   

       

 

 

© Copyright: Валентин Пирогов, 2014

Регистрационный номер №0208337

от 11 апреля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0208337 выдан для произведения:

Валентин Пирогов

МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ

                       Глава 3

                Начало службы

              

  И вот я в своей  части. Военный городок Крампниц расположен в семи километрах от Потсдама – резиденции германских  королей. Крампниц- военный городок в котором располагалась сперва конная, а затем, танковая дивизия Паулюса. Удивляла капитальность зданий и сооружений городка. Например, какое покрытие внутри помещения может выдерживать танковые гусеницы? Оказывается пол из деревянных брусков, поставленных на торец. Столовая у нас была на 1500 человек одновременной посадки. И размещалась она в бывшей конюшне, где сохранились бывшие каменные ясли-кормушки для лошадей. В полах были сделаны мочестоки  с системой канализации. Убирались полы с помощью струй воды из шлангов. Конечно, кухонному наряду это было большим облегчением.

        Казармы двухэтажные. Полы в казармах паркетные в спальных помещениях, кафельные в коридорах, умывальниках, санузлах. Для малосемейных – общежития. Для старших офицеров – коттеджный городок.

      Вокруг казарм – спортивные площадки с гимнастическими снарядами и волейбольными площадками. Проезды между территориями казарм выполнены из гранитной брусчатки. В центре – стадион с футбольным полем и скамейками для зрителей. Остальное заполнено техническими парками с боевой техникой и автотранспортом. Всё это окружено забором с несколькими въездами – выездами. В восточной части городка – башня. На башне был барельеф -  фашистская свастика, который был уничтожен оккупационными властями. По слухам на этой башне были повешены участники заговора против Гитлера.

     Рядом с башней находился центральный КПП (контрольно-пропускной пункт). Рядом проходило шоссе, а за шоссе – озеро. Иногда летом в сопровождении офицера можно было искупаться в озере. С той же стороны находился лесной массив, за которым находилась пограничная зона с западным Берлином. Граница смешная в классическом привычном  понимании. По прилегающей территории на еле заметных лесных дорожках поперек были положены бревнышки. Вот и вся граница. Далее вдали были, какие- то сооружения с солдатами. У нас регулярно случались тревоги, когда пропадал солдат. В основном это были побеги военнослужащих. И, как правило, это были побеги из караула с охраняемого поста. С автоматом и двумя рожками патронов. Помню, ловили мы сбежавшего солдатика – первогодка. Прочесывали лесонасаждения до границы. Представляете, ходят по лесу масса солдат с автоматами, но без патронов. И ищут они незнамо кого – солдата татарина из пехотного полка. А он с заряженным автоматом. Мы обходили стороной кусты и заросли. И так почти неделю. Через неделю беглец, который ходил среди нас, случайно наткнулся на своего командира взвода и был тихо арестован. Почему тихо, потому что мог быть самосуд, до того  осточертели эти поиски. Прикрепленный к нашей части подполковник особого отдела рассказывал нам, что на допросе беглый сказал, что служить тяжело и нудно, а он решил сдаться американцам в западном Берлине, а далее стать шпионом, а после засылки в СССР сдаться и не служить срочную службу. Американцы, если до них добегали простые служивые, обычно допрашивали и не находя в них пользы, звонили нашим и передавали им беглых.

             У нас простых рабочее – крестьянских потомков таких бредовых идей не появлялось. И полетели деньки к совершенно реальному ориентиру, пусть и не скорому - дембилю.

       Прошел я испытание на прочность и в своей части. Суббота у нас была днем уборки. Убирали в казарме, в ремонтных боксах и мастерских. На пятый день службы была такая уборка. Меня определили мыть окно в спальном помещении. Дело не хитрое – раствор стирального порошка, тряпки, газеты. Я с удовольствием приступил к работе. Рядом ошивался служивый без дела. Оказалось, это был «старик» - военнослужащий, отслуживший три года, подлежащий демобилизации. Сперва разговор у нос был доброжелательный пока не перешел в материальную сферу. «Старику» понравились мои часы.

       - Давай меняться!

        - Это подарок! Подарки не меняют! Говорю я ему.

Канючил, канючил. Надоел.

         - Всё равно мы с тебя снимем!

         - На, снимай!

 Снял! Улетел в коридор!

           - Ты ударил «старика»! вечером заплатишь!

После ужина ко мне подошел Вася Шапран сержант, командир моего отделения.

        -Что, молодой, такой невеселый?

        -Ничего, всё нормально.

 Через некоторое время «старики»  приглашают меня в бытовку. Честно говоря я понял, будут бить. Мы молодые ещё не знали друг друга, хотя нас было почти пол роты. Вскоре ко мне подошли военнослужащие и сообщили, что меня ждут в бытовой комнате. Я всё понял. Ну, думаю, бить будут! Надеяться было не на кого.

        В бытовке было человек 15. Все переслужившие 3 года. Я зашел и занял свободный угол – по крайней мере, слева, справа и с заду как то прикрыт.

        - Ты понял, молодой, зачем мы тебя позвали???

        - ???

        - Мы тебя судить будем!!!

        - За что???

        - Ты ударил «старика», а это по нашим законам преступление.

        - Я ударил мародера. Но защита в вашем «суде» не предусмотрена. А по этому я буду защищаться сам.

Я снял ремень, намотал его на руку и сказал:

        - Конечно, с такой толпой я не справлюсь, но пять-шесть человек на тот свет я с собой возьму. И тут открылась дверь бытовки и вошел мой сержант Василий Шапран и стал рядом со мной!

        - Нет, молодой, мы с тобой больше угробим.

И тоже снял ремень.

        - Шапран выйди, мы тебя не приглашали.

Но Шапран начал перечислять, кому, когда уезжать. Но из-за этого «старика», которого, кстати никто, оказывается,  не уважал, вы, уважаемый «дембиля», скорее всего окажетесь в  «дисбате» и демобилизация отложится минимум на два года. Слова Шапрана оказались убедительными. И «суд» объявил перерыв. После отбоя меня пригласили в каптерку. Там был весь состав «суда» за исключением «потерпевшего». Нас с Шапраном попросили помолчать на счет «суда», пока не уедет домой последний «судья». И предложили выпить за мирное решение конфликта.

        Так началось  моё вживание в коллектив части.

   

       

 

 

Рейтинг: +2 248 просмотров
Комментарии (2)
Анна Магасумова # 1 мая 2014 в 20:28 0
Очень интересно было почитать. 8ed46eaeebfbdaa9807323e5c8b8e6d9
Валентин Пирогов # 1 мая 2014 в 22:23 0
СЕРДЕЧНОЕ СПАСИБО АННА
!!!
Проза, которую Вы не читали

 

Популярная проза за месяц
173
Осенний поцелуй... 30 сентября 2017 (Анна Гирик)
140
136
125
115
Кто она, Осень? 28 сентября 2017 (Тая Кузмина)
115
Только Ты! 17 сентября 2017 (Анна Гирик)
114
111
​ТАЙНА ОСЕНИ 29 сентября 2017 (Эльвира Ищенко)
104
101
97
94
94
92
91
90
88
88
85
83
82
81
78
77
76
75
75
60
52
50