ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → И каждый думал о себе...

И каждый думал о себе...

5 февраля 2014 - Юрий Алексеенко
«Сокращения ! Увольнения ! С 1 июля начинается очередная волна ! Уберут 400 рабочих мест и 250 вакансий» ! - эта новость с утра коршуном закружилась над Управлением горохо-обогатительной фабрики.

- Вот и всё… - Опустив голову, пробормотала безнадёжно белощёкая пенсионерка Владлена Ивановна, уборщица Управления фабрики.

-Видно, и мой час пришёл. – Повторила следом пухлолицая лифтёрша Ирка Снеголюбова.

- Господи, этот каток может прокатиться и по мне… - Предположил вслух скуластыйсантехник и электромонтёр Власыч.

Над потолком хозблока Управления завис тревожный вопрос.

Спокойствие выражало только кругленькое лицо табельщицы Люськи Табунконевой. Все понимали, что ей нечего бояться. Да она и не боялась. Знала – беда её минует, а, если не минует, то начальник отдела Николай Иванович Щекоблыстин из скелета и черепа вылезет, но подружку свою в обиду не даст.

И вот час настал. После обеда в отдел пришло уведомление о сокращении одной штатной единицы.
Первый, кто с облегчением выдохнул, была порозовевшая носом Владлена Ивановна. Затем пот со скул и впалых щёк вытер Власыч. А лифтёрша Ирка украдкой перекрестила одутлую до неприличия физиономию.
Лишь только облик Люськи выражал отчаяние.

-Люсечка, родненькая, как же так… неблагодарность какая, ай-яй-яй…. - Пряча за ресницами повеселевшие глаза, качает как-бы сочувственно головой Ирка. - На, Люсечка, скушай пирожок с горохом, я тебе завтра ещё принесу.

- Эхе-хе-хе…. – Проблеяла противным, писклявым голосом Владлена Ивановна, у которой краснота уже накатывала на щёки, уши и затылок.

За спиной лифтёршизагрохотал могучий, пропитый пивом бас Власыча:

- Я тебе дома трубы поменяю, бесплатно раковину перенесу хучь куда, краны шариковые поставлю..…

- Какие пирожки, какие трубы, Боже…. Теперь - ни аванса, ни получки. Один сплошной отпуск ! Это ужасно…, – вопила, ломая хрустящие пальцы, Люська. – Почему именно меня….. Чем я хуже лифтёрши или сантехникас тремя классами? У меня - высшее образование !

Ирка скривила рот на левую сторону и опустила к низу искрящиеся глаза. Власыч наморщил лоб и затоптался на месте, поскрипывая суставами в коленках.

- Я сорок лет - верой и правдой… - сбивчиво громыхал он по люськиным нервам. – По мне можно историю фабрики написать… Я тут тоже наряду с фабричными горох обогащаю…Имею право – быть, вечно - быть….

Люська что-то хотела сказать в ответ, но слова так и не нашли выхода, получилось какое-то мычание и пугающие клокотание. Она, закашлявшись, шумно опустилась на стул у окна и, скрючив охладевшие пальцы, схватилась за шею.

-У неё дыхалку спёрло ! – забасил резво Власыч. – Воды !

Под его скулами забродили желваки.

Первой сорвалась с места Владлена Ивановна. Все подумали: «За водой!». И ошиблись. Владлена Ивановна рванула к своей сумочке, за влажными салфетками, чтобы вытереть счастливые слёзы и вообще – облагородить осунувшееся от переживаний лицо.

Потихоньку, прячась от дотошных, снующих туда-сюда Иркиных глаз, она вместе с пакетиком салфеток выдернула из сумочки ученическую тетрадку с надписью, обведённой дважды: «Начальничьи сучки».
Авторучка в её руке резво вычеркивает тринадцатую по счёту фамилию из общего списка. Тетрадка скручивается в рулончик и бьёт муху на подоконнике, потом вторую,третью…..

-Ух, вы, собаки, такие! Поразводили их тут, ну, ничего, теперь я за них возьмусь. - Хлопает по подоконнику тетрадкой и приговаривает Владлена Ивановна.

-Владлена Ивановна, когда ты уже воды принесёшь!? – Выдавливает из себя неискреннюю просьбу скуластый Власыч, придерживая за плечо одуревшую от известий Люську.

- Так за ней ещё сходить в подсобку надо, а тут её нету…., - засовывая авторучку в боковой карман куртки, говорит безадресно Владлена Ивановна. - И вообще давно уже пора бочку занесть в хозблок. Сколько я уже могу говорить.….

- Хорошая мысль, - поддержал её Власыч.- Вот с Люськой вопрос решится …..

Последние слова он не договорил, замялся, и отвернул лицо, по которому продолжали гулять от ушей до скул желваки.

Стул под Люськой стонал и трещал, будто дерево на морозном ветру. Власыч ещё немного постоял, потоптался возле несчастной и, повернувшись к двери, снова забубнил под нос:

- Вы тут, женщины, сами разберитесь, а мне надо свет в колидоре посмотреть, лампочки вкрутить…. пошёл я….

- Кругом одно бесчувствие и холодность,…..когда-то я тебя, Власыч, прикрыла – восьмёрки в табель поставила вместо прогулов, Ирке больничный липовый закрыла, а вы… – Отдышавшись и избавившись от клокотания внутри, выплеснула из себянегодующе Люська.

-Ну, что уж теперь, всякое случалось…., - развёл руками Власыч. – Сейчас начальство по другому обо мне думает…. Лампочки тоже на фабрике кому-то надо вкручивать…необученным табельщикам не поручишь же... пошёл я уже в колидор….
- И лифты ещё нужны фабрике, - встревает Ирка.- Без меня производству никак.

- А без моего опыта Щекоблыстину тоже трудно будет с людьми, он с пониманием. – Добавляет, засовывая тетрадку в сумку, Владлена Ивановна. – Мы к тебе, Люся, в гости ходить будем, не оставим в беде.

- Да-да, а я раковину принесу……трубы поменяю…, - Отворяя дверь, подытожил усовестившийся Власыч.

Уходил он с хозблока так быстро, будто на него падала электрическая опора. Скулы его выпирались кругляшами из-под глаз. Впалые щёки дрожали. Веки хаотично дёргались, а сам он был похож на боксёра, только что оказавшегося в нокдауне.

Но уйти ему к своим лампочкам так и не удалось. Из двери в хозблок, отталкивая Власычак стенке, ввалилось грузное тело начальника хозотдела - Николая ИвановичаЩекоблыстина.Лысина его слегка парила. С чела на зашарканный пол падал предательский пот. Глаза в пухлых щелках, наполненные злобой, бегали, обшаривая комнату.

Не сориентировавшись в настроении Щекоблыстина, Владлена Ивановна сходу посылает в тяжело дышащего начальника острый по злободневности вопрос:

- Николай Иванович, что с бочкой будем делать? Человеку плохо, а воды в помещении нет и вообще надо здесь аптечку завести...

-Да какая там аптечка…. Где документ отдела кадров!

-Уведомление что ли !? – интересуется, насторожившись Владлена Ивановна.

-Да-да…оно….

- Да вон на столе вашем сереет бумажка с загнутым углом. – Как бы нехотя, указывает пальцем Владлена Ивановна.

Сердечко её снова ёкнуло и очень сильно.

Скуластое лицо Власыча начало выпрямляться, а ямки на щеках расширяться. Иркинаводянистая физиономия снова осенилось крестным знамением.

-Давай её сюда ! Кто-нибудь читал ? – Взглянув на опухшую от слёз Люську, спрашивает он.

-Да нет, как-то… не пришлось…. – Понеслось неуверенно со всех сторон.- Надо оно нам….

Люська снова открыла, было, рот, но оттуда повалили междометия и какая-то нестройная череда бессвязных звуков.

Руки начальника рвут на части серую бумажку и выбрасывают ошметки в урну. Достают из кармана три таких же серых листка. Сантехник, пенсионерка и лифтёрша содрогаются. Власыч хватается за стенку, Владлена Ивановна - за сердце, а Ирка - за пухлое лицо.

- Уважаемые сотрудники, из отдела кадров пришли три уведомления о сокращении трёх штатных единиц! – громко говорит, стоя, Щекоблыстин и смахивает тыльной частью запястья остатки пота с парящей лысины.

Люська соскакивает со стула и визжит, подпрыгивая, от радости. Остальные лица хозблока… О их лицах лучше не рассказывать. Они чернели на глазах.

© Copyright: Юрий Алексеенко, 2014

Регистрационный номер №0186123

от 5 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0186123 выдан для произведения: «Сокращения ! Увольнения ! С 1 июля начинается очередная волна ! Уберут 400 рабочих мест и 250 вакансий» ! - эта новость с утра коршуном закружилась над Управлением горохо-обоготительной фабрики.

- Вот и всё… - Опустив голову, пробормотала безнадёжно белощёкая пенсионерка Владлена Ивановна, уборщица Управления фабрики.

-Видно, и мой час пришёл. – Повторила следом пухлолицая лифтёрша Ирка Снеголюбова.

- Господи, этот каток может прокатиться и по мне… - Предположил вслух скуластыйсантехник и электромонтёр Власыч.

Над потолком хозблока Управления завис тревожный вопрос.

Спокойствие выражало только кругленькое лицо табельщицы Люськи Табунконевой. Все понимали, что ей нечего бояться. Да она и не боялась. Знала – беда её минует, а, если не минует, то начальник отдела Николай Иванович Щекоблыстин из скелета и черепа вылезет, но подружку свою в обиду не даст.

И вот час настал. После обеда в отдел пришло уведомление о сокращении одной штатной единицы.
Первый, кто с облегчением выдохнул, была порозовевшая носом Владлена Ивановна. Затем пот со скул и впалых щёк вытер Власыч. А лифтёрша Ирка украдкой перекрестила одутлую до неприличия физиономию.
Лишь только облик Люськи выражал отчаяние.

-Люсечка, родненькая, как же так… неблагодарность какая, ай-яй-яй…. - Пряча за ресницами повеселевшие глаза, качает как-бы сочувственно головой Ирка. - На, Люсечка, скушай пирожок с горохом, я тебе завтра ещё принесу.

- Эхе-хе-хе…. – Проблеяла противным, писклявым голосом Владлена Ивановна, у которой краснота уже накатывала на щёки, уши и затылок.

За спиной лифтёршизагрохотал могучий, пропитый пивом бас Власыча:

- Я тебе дома трубы поменяю, бесплатно раковину перенесу хучь куда, краны шариковые поставлю..…

- Какие пирожки, какие трубы, Боже…. Теперь - ни аванса, ни получки. Один сплошной отпуск ! Это ужасно…, – вопила, ломая хрустящие пальцы, Люська. – Почему именно меня….. Чем я хуже лифтёрши или сантехникас тремя классами? У меня - высшее образование !

Ирка скривила рот на левую сторону и опустила к низу искрящиеся глаза. Власыч наморщил лоб и затоптался на месте, поскрипывая суставами в коленках.

- Я сорок лет - верой и правдой… - сбивчиво громыхал он по люськиным нервам. – По мне можно историю фабрики написать… Я тут тоже наряду с фабричными горох обогащаю…Имею право – быть, вечно - быть….

Люська что-то хотела сказать в ответ, но слова так и не нашли выхода, получилось какое-то мычание и пугающие клокотание. Она, закашлявшись, шумно опустилась на стул у окна и, скрючив охладевшие пальцы, схватилась за шею.

-У неё дыхалку спёрло ! – забасил резво Власыч. – Воды !

Под его скулами забродили желваки.

Первой сорвалась с места Владлена Ивановна. Все подумали: «За водой!». И ошиблись. Владлена Ивановна рванула к своей сумочке, за влажными салфетками, чтобы вытереть счастливые слёзы и вообще – облагородить осунувшееся от переживаний лицо.

Потихоньку, прячась от дотошных, снующих туда-сюда Иркиных глаз, она вместе с пакетиком салфеток выдернула из сумочки ученическую тетрадку с надписью, обведённой дважды: «Начальничьи сучки».
Авторучка в её руке резво вычеркивает тринадцатую по счёту фамилию из общего списка. Тетрадка скручивается в рулончик и бьёт муху на подоконнике, потом вторую,третью…..

-Ух, вы, собаки, такие! Поразводили их тут, ну, ничего, теперь я за них возьмусь. - Хлопает по подоконнику тетрадкой и приговаривает Владлена Ивановна.

-Владлена Ивановна, когда ты уже воды принесёшь!? – Выдавливает из себя неискреннюю просьбу скуластый Власыч, придерживая за плечо одуревшую от известий Люську.

- Так за ней ещё сходить в подсобку надо, а тут её нету…., - засовывая авторучку в боковой карман куртки, говорит безадресно Владлена Ивановна. - И вообще давно уже пора бочку занесть в хозблок. Сколько я уже могу говорить.….

- Хорошая мысль, - поддержал её Власыч.- Вот с Люськой вопрос решится …..

Последние слова он не договорил, замялся, и отвернул лицо, по которому продолжали гулять от ушей до скул желваки.

Стул под Люськой стонал и трещал, будто дерево на морозном ветру. Власыч ещё немного постоял, потоптался возле несчастной и, повернувшись к двери, снова забубнил под нос:

- Вы тут, женщины, сами разберитесь, а мне надо свет в колидоре посмотреть, лампочки вкрутить…. пошёл я….

- Кругом одно бесчувствие и холодность,…..когда-то я тебя, Власыч, прикрыла – восьмёрки в табель поставила вместо прогулов, Ирке больничный липовый закрыла, а вы… – Отдышавшись и избавившись от клокотания внутри, выплеснула из себянегодующе Люська.

-Ну, что уж теперь, всякое случалось…., - развёл руками Власыч. – Сейчас начальство по другому обо мне думает…. Лампочки тоже на фабрике кому-то надо вкручивать…необученным табельщикам не поручишь же... пошёл я уже в колидор….
- И лифты ещё нужны фабрике, - встревает Ирка.- Без меня производству никак.

- А без моего опыта Щекоблыстину тоже трудно будет с людьми, он с пониманием. – Добавляет, засовывая тетрадку в сумку, Владлена Ивановна. – Мы к тебе, Люся, в гости ходить будем, не оставим в беде.

- Да-да, а я раковину принесу……трубы поменяю…, - Отворяя дверь, подытожил усовестившийся Власыч.

Уходил он с хозблока так быстро, будто на него падала электрическая опора. Скулы его выпирались кругляшами из-под глаз. Впалые щёки дрожали. Веки хаотично дёргались, а сам он был похож на боксёра, только что оказавшегося в нокдауне.

Но уйти ему к своим лампочкам так и не удалось. Из двери в хозблок, отталкивая Власычак стенке, ввалилось грузное тело начальника хозотдела - Николая ИвановичаЩекоблыстина.Лысина его слегка парила. С чела на зашарканный пол падал предательский пот. Глаза в пухлых щелках, наполненные злобой, бегали, обшаривая комнату.

Не сориентировавшись в настроении Щекоблыстина, Владлена Ивановна сходу посылает в тяжело дышащего начальника острый по злободневности вопрос:

- Николай Иванович, что с бочкой будем делать? Человеку плохо, а воды в помещении нет и вообще надо здесь аптечку завести...

-Да какая там аптечка…. Где документ отдела кадров!

-Уведомление что ли !? – интересуется, насторожившись Владлена Ивановна.

-Да-да…оно….

- Да вон на столе вашем сереет бумажка с загнутым углом. – Как бы нехотя, указывает пальцем Владлена Ивановна.

Сердечко её снова ёкнуло и очень сильно.

Скуластое лицо Власыча начало выпрямляться, а ямки на щеках расширяться. Иркинаводянистая физиономия снова осенилось крестным знамением.

-Давай её сюда ! Кто-нибудь читал ? – Взглянув на опухшую от слёз Люську, спрашивает он.

-Да нет, как-то… не пришлось…. – Понеслось неуверенно со всех сторон.- Надо оно нам….

Люська снова открыла, было, рот, но оттуда повалили междометия и какая-то нестройная череда бессвязных звуков.

Руки начальника рвут на части серую бумажку и выбрасывают ошметки в урну. Достают из кармана три таких же серых листка. Сантехник, пенсионерка и лифтёрша содрогаются. Власыч хватается за стенку, Владлена Ивановна - за сердце, а Ирка - за пухлое лицо.

- Уважаемые сотрудники, из отдела кадров пришли три уведомления о сокращении трёх штатных единиц! – громко говорит, стоя, Щекоблыстин и смахивает тыльной частью запястья остатки пота с парящей лысины.

Люська соскакивает со стула и визжит, подпрыгивая, от радости. Остальные лица хозблока… О их лицах лучше не рассказывать. Они чернели на глазах.

Рейтинг: +3 202 просмотра
Комментарии (3)
Kyle James Davies # 6 февраля 2014 в 09:40 +1
Да уж, и правда, каждый думает только о себе. Интересный рассказ, легко читается. Спасибо вам. Есть проблемки с текстом, некоторые слова слились, но это наверное произошло, когда выкладывали на сайт. 50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e
НИКОЛАЙ ГОЛЬБРАЙХ # 7 февраля 2014 в 02:17 +1
ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ РАССКАЗ!!! 50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e c0137
Надежда Рыжих # 7 февраля 2014 в 18:36 0
Исключительное сокращение- рядовых кадров, без которых и производство не производство rolf
Популярная проза за месяц
148
129
126
104
101
100
99
99
94
91
90
89
НАРЦИСС... 30 мая 2017 (Анна Гирик)
85
81
81
81
81
80
80
79
78
78
78
77
77
75
72
68
66
60