ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Грани вероятности

Грани вероятности

4 февраля 2012 - Дорохин Сергей
article22389.jpg

 1.

Голова пухнет от мыслей… Лезут, какие-то странные. События летят, одни заслоняя другие, столько всего произошло, что многое толком и пережить-то не успела… Институт. Одна подработка, с которой ушла. Другая, откуда увольняют. Поиски новой… Кажется, мою жизнь живёт другой человек, не та я, какой себя знаю… Будто наблюдаю за той, которая является мной… И боюсь, что эта «другая» наворотит дел, там, влюбится, выйдет замуж, нарожает детей, не посоветовавшись со мной… Боюсь, глядя, как родители седеют, надевают очки… И день знаний в этом году уже не для меня…

Для меня – ежедневные мотания из Куршевки в институт, в этой ужасной электричке, «вагонное» образование, так как дома на подготовку нет ни сил, ни времени, дважды в неделю подработка, путь на вокзал, проводимый исключительно в молитвах – чтоб не опоздать, чтоб нашлось свободное местечко, чтоб не приклеился какой озабоченный в вагоне, чтоб не пришиб, когда со станции пойду домой по темнотюге, умирая от страха и едва волоча ноги от голода. И постоянный недосып. Наполеон, говорят, спал три часа в сутки, и чем этот чокнутый кончил? Я предпочитаю часов восемь, лучше десять, и желательно – каждый день, да где ж только их взять? Интересная бледность скоро перейдёт в оттенок жертв холокоста, а синева под очами начнёт навевать мысль не о бурной личной жизни, а о женском алкоголизме…

Темп… Всё несётся, утрамбовывается каждый день, исправления не допускаются, всё набело… Какой-то тест на выживаемость. И осознание, что перед смертью не надышишься, идиотское хихиканье, «апофигоз»… А эти многоэтажки в «спальных» районах, они только и навевают мысль о самоубийстве. Ты – в толпе, ты не одна, но – так одинока! До тебя никому нет дела, каждый в своей скорлупе…

Последняя электричка на Куршевку. Три минуты до старта. Второй вагон. Одни и те же лица. Куда бы присесть? На боковушку, к бабке с тележкой? Или к парню, что один на целом диване расположился? Хотя, какой там парень, если четвертак на лбу написан! Книгу в руках мусолит, но за весь путь и двух страниц не прочитывает… Эстет самопровозглашённый. Такие и сами-то себя не понимают, где уж им понять ближнего…

– Эти места – заняты? – спрашиваю. А ведь ответ – бесспорен…

– К сожалению, да.

Всё верно: если постоянно ждать беду – она непременно придёт снова. Такой лёгкий странный холодок, как первый утренний морозец: не так серьёзен, но – так неприятен! Не сказала бы, что освежает, но определённо бодрит. Люди ж сами себя уполномочили ограничивать других людей! В праве на сидячее место… Ничего, побуду в роли жертвы, пусть даже и с летальным исходом.

– Вот это – свободно! – он передвинулся правее. – Садитесь, сударыня, прошу вас!

Н-да? Что ж, спасибо. Дальше спросишь, как у меня дела, как настроение? То и другое могли бы быть и получше! Потом спросишь, чем я занимаюсь? В Куршевку еду, разве не видишь? Дальше что? Как провожу будни и выходные? Будни в трудах, выходные – в праздности, логично? Тривиальные вопросы подразумевают тривиальные ответы. Далее тебе имя скажи и телефон оставь? Опять тот же сценарий… Видно, во мне что-то не так. Проклята, что ли? Смешно и горько. И скучно, потому что наперёд всё просматриваешь. А они-то не знают – те, вокруг. Уже и впечатлений никаких… Для чего всё?..

– Не будет ли сударыня возражать, если займу для неё местечко в понедельник? – он проговорил вполголоса.

О-о-о, вот это поворотец! Насущно! И ни слова о состоянии дел! Удивил, признаюсь. Но имени всё равно не скажу, и пусть последней умрёт твоя надька. В смысле – надежда. Я ещё не говорила, что я жутко вредная? Так вот: говорю!

– Полагаете, в понедельник я тоже поеду этой электричкой? – вóт тебе! Грубо? Можешь списать на юношеский максимализм.

– Не исключаю, – он подмигнул, словно током ударил… Согласиться? Значит, стать обязанной. Отказаться? Вдруг свободных мест опять не будет? Выбор всегда чреват последствиями.

– Вы меня смущаете. Мы так не договаривались! – это не я ответила, правда! Это – та, «другая», не посоветовавшись…

– Честно сказать, мы вообще никак не договаривались, – он опять подмигнул, и уже на 380 вольт…

– Не берите в мысль, – нет, «другая», не старайся: я всё равно тебя заткну, чтоб жить не мешала! – Что у вас за книга? Достоевский? Смотрю, давно уже…

Господи, зачем, ну зачем это «давно уже»? «Другая», заткнись! Ты б ему ещё сказала, чтоб проводил со станции! Шизофрения…

 

2.

Полагаю, достаточно испытывать время и судьбу и сегодня для достижения поставленной цели следует применить полимодальный подход, то есть – с воздействием на каналы восприятия:

1) визуальный;

2) аудиальный;

3) назальный (одоральный);

4) кинестетический;

5) гевзиальный.

Последовательность действий по каждому каналу видится мне таковой:

- моделирование возможных ситуаций;

- апробация с последующим выбором модели поведения, наиболее эффективного в конкретной ситуации;

- диагностика рефлексии субъекта и анализ компонентов структуры его поведения.

Следует, однако, иметь в виду, что рефлексия субъекта – вариативна, определяется спецификой развития личности как индивидуума и не всегда поддаётся прямой диагностике. В этом случае может возникнуть задача разработки инструментария её измерения, способного выявить как содержательный, так и деятельностный компоненты. Впрочем, может и не возникать…

Итак, субъект прибыл. Поскольку вагон есть изолированная динамическая система с возрастающей общей энтропией, то и канал 1) включается самопроизвольно, необратимо и инвариантно.

Подключение канала 2) – тоже процесс с ∆S > 0, но – моновариантный, лимитируемый физическим расстоянием до субъекта. Свободное пространство – оптимальный катализатор процесса.

– Эти места – заняты?

Отрицательный ответ сделает ситуацию поливариантной, поэтому отвечу положительно:

– К сожалению, да.

Муссированная негативизация любого процесса на начальных стадиях в дальнейшем многократно повышает отдачу от любой, пусть и самой малой, попытки позитивировать его на последующих стадиях. Для включения канала 3) достаточно чуть сместиться в пространстве:

– Вот это – свободно! Садитесь, сударыня, прошу вас!..

Таким образом, мы имеем задействованными уже три канала восприятия. Развитие дальнейших событий может пойти по одному из двух магистральных направлений:

  а) интенсивному – усиленному, основанному на крупных деятельностных вложениях в единицу времени за счёт применения инновационных технологий к решению поставленной задачи;

  б) экстенсивному – основанному на временнóм удлинении процесса и приводящему к достижению максимального результата при относительно малых вложениях.

Логически оправдано направление б), придерживаясь его, вынужден сделать поправку лишь на временной фактор, лимитируемый длительностью пути до Куршевки.

– Не будет ли сударыня возражать, если займу для неё местечко в понедельник?

– Полагаете, в понедельник я тоже поеду этой электричкой?

– Не исключаю.

Таким образом, ситуация остаётся бивариантной.

– Вы меня смущаете. Мы так не договаривались! – неуместный риторический приём делает положительность реакции очевидной. Теперь вариативность из «би» надо превратить в «моно»:

– Честно сказать, мы вообще никак не договаривались.

– Не берите в мысль. Что у вас за книга? Достоевский? Смотрю, давно уже…

Последняя фраза однозначно завершает рефлексивно-оценочный этап процесса, степень вариативности по закону «бутылочного горлышка» повышается, и для подключения осязательного и вкусового каналов сами собой возникают пять магистральных направлений дальнейших действий…

 

3.

Мой город устал к пятнице, но он живёт, дышит. Я трогаю его, и он улыбается в ответ, радуясь мне – рафинадом первого снега.

Так интересно… Влилась в новый коллектив, иду на выходные довольная. Люблю приятную усталость – без неё не бывает хорошего отдыха. Люблю июльской ночью посидеть на балконе, созерцая плавный переход зари с запада на восток… Люблю в августе посидеть с книгой в привокзальном скверике, наслаждаясь ароматом петуний и флоксов. А когда совсем схолодает – люблю прокатиться на вечерней электричке до Куршевки и обратно. Чтоб просто посмотреть людей, ведь каждый человек в нашей жизни – маленькое чудо, он приходит, чтобы что-то дать и получить взамен…

Этот маршрут наша завкафедрой ужас, как не любит. Очевидно, потому, что идёт он мимо дач и собирает всех огородников. И этот контингент, пропахший табаком, алкоголем, пóтом – люди не всегда образованные, как, например, студенты педфака, который в нашем вузе приравнивается к ПТУ. И если послушать эту братию, то у всякого доцента филологических наук разовьётся маниакально-депрессивный психоз на почве желания исправить, отрегулировать и насмерть стоять за великий и могучий… А я – люблю прокатиться. Сажусь во второй вагон заранее, когда он совсем пустой, занимаю место у окошка, включаю плеер. Еду, чтоб ещё раз восхититься тем, что несмотря ни на какие трудности, в людях ещё сохранилась жажда жить по-доброму. И уж если в вагонной давке они способны извиняться, сопереживать, улыбаться незнакомым, значит, они поистине великие!

Парень напротив – из числа завсегдатаев второго вагона. Мест опять на весь отдел забронировал. Ответь только, ты зачем возишь книгу, если почти не открываешь её, а только тёток болтовнёй развлекаешь? И тебе удаётся: те ведь слушают, будто на работе не успевают наслушаться! Ещё одна личность, ещё один неповторимый набор генов, чувств и жизненного опыта… Такие сами-то себя не всегда понимают, гдé уж их понять ближним!

Вот и девчонка – тоже из постоянных пассажиров. Горящие от усталости глаза, стрекочущее от гонки сердце… Ритм жизни даже попереживать толком не даёт. Лишь в дороге и вспомнишь, сглотнёшь, жалея себя, бедняжечку. Да дома, под одеялом, расчувствуешься… Ты ещё помнишь, что такое юношеская бессонница? Ничего, скоро забудешь.

– Эти места – заняты? – миленькая… Сколько ж мольбы и надежды в твоём почти детском голосочке!..

– К сожалению, да, – беспощадный ответ. Неправильный! Ты сможешь спокойно сидеть, когда эта цыплюшечка будет стоять, беспомощная, как блондиночка-водитель на оживлённой трассе?

– Вот это – свободно! – он передвинулся правее. – Садитесь, сударыня, прошу вас!

Правильный ответ! И не парься относительно коллеги – ты ж не её место уступил! Ты ж своё уступил! И вообще, коллеги могли б не опаздывать!

Тронулись. Перроны, пути… Рысачьи морды электричек, сухие, вытянутые их тела нервно дрожат перед стартом… Ухоженные тела скорых фирменных… Длинно-чёрный, огромный ноябрьский вечер с фантастическими всполохами от контактного провода… И что ты молчишь? Отвлекись уже от книги! Или на буквы смотреть интереснее? Не стань придурком! Ну! Минуты капают!

– Не будет ли сударыня возражать, если займу для неё местечко в понедельник?

Вот, молодчага! Держи приоритет!

– Полагаете, в понедельник я тоже поеду этой электричкой?

А куда ж ты денешься, солнышко! Поедешь, как миленькая, и не рыпнешься!

– Не исключаю.

Осторожно подняв глаза, она вздрогнула, отвернулась, заморгала… И к чему эта пауза на полторы станции? Твой коммуникативный кретинизм тебя саму – не пугает? Лови ситуацию! Парень – ждёт!

– Вы меня смущаете. Мы так не договаривались! – слава богу, разродилась!

– Честно сказать, мы вообще никак не договаривались… – он молодец, за словом в карман не лезет! В отличие от одной некоторой, язык опять проглотившей…

– Не берите в мысль. Что у вас за книга? Достоевский? Смотрю, давно уже…

Н-да, вот ты только что и призналась, что тоже давненько за ним наблюдаешь! Герменевтика – мощная вещь, но вопрос: владеет ли он ею?

– Нет, я Фёдормихалыча не читаю – боюсь, вдруг понравится, – определённо, этот обаятельный балбес заставляет работать мозги в иной плоскости, со скрипом и заносами; чтобы понять человека, порою приходится сходить с рельсов. – Диккенс. «Пиквикский клуб». Читали?

– Ну что вы! Я читаю исключительно некрологи в вечёрке! – дура, зачем создаёшь негативные мыслеформы? Небось, думаешь, сострила? Молись только, чтоб он всё воспринял адекватно!

– И не знаете Диккенса? – о-о, да: классики английской литературы – самая походящая тема при знакомстве с девушкой! Ты ещё Теккерея упомяни или Голсуорси! И Роберта Бернса не забудь процитировать: «Твои глаза горят во тьме, когда теряю ум я».

– Откуда! Нас же в инкубаторе растили, только начала выползать из него… – вот, правильно! Подобающий ответ!

– Ох, сударыня, ну, вы сказали! – бесенята, заплясавшие польку в его глазах, опять ввергают её в раздумья.

– Ваше вежливое обращение, несомненно, льстит моей застенчивой особе, но разрешите попросить вас менее пафосно ко мне обращаться. Ибо при слове «сударыня» не могу устоять перед соблазном заказать у вас блинчики и чай с бесплатным лимоном.

Браво! Вернулся-таки дар речи. Не прошло и получаса! Какой шокирующий лексикон, какой ехидный тон! Думаешь, отшила его, на место поставила? Ты ж даже не намекнула, ты прямым текстом открыла самое сокровенное! Не сомневайся: он-то не промедлит!

– Так вы и не устаивайте! В Куршевке есть местечко, где весьма недурственно готовят блинчики. Полагаю, есть повод нанести туда совместный визит сегодня же, а то на работе перекусить некогда, а дома готовить – лень.

Ну? Ваше слово, «сударыня»! Поезд неумолимо наматывает на оси последние километры. К чему излишний выпендрёж? Кому от него польза? Вспомни: «Если он уйдёт – это навсегда!». Ну? Пищевая доминанта перевешивает же остальные! Ну-у?? Куршевские огни мерцают в зоне видимости! Н-ну-у-у??? Барабанная дробь, по нарастающей…

– Таня, – тоненькая ладошка трепыхнулась робким взмахом маленькой птахи, пробующей крылья, точнее – вскинутым белым флагом.

– Дмитрий…

…Шагнули они вместе на перрон, постепенно исчезнув в снегопаде. Странная тишина и какая-то недосказанность остались в вагоне… И как сегодня спокойно спать, при моём-то патологическом любопытстве?!. Верится, что теперь-то этой вновь образовавшейся паре, прыгнувшей за своим маленьким счастьем в открытый космос и твёрдо верующей: мы сможем ВСЁ, совершенно не страшен ни глухой мир стервятников, готовых разорвать ближнего, ни ледяная каменистая пустыня равнодушия и безразличия, ни всё прочее зло мира, вместе взятое...

© Copyright: Дорохин Сергей, 2012

Регистрационный номер №0022389

от 4 февраля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0022389 выдан для произведения:

 1.

Голова пухнет от мыслей… Лезут, какие-то странные. События летят, одни заслоняя другие, столько всего произошло, что многое толком и пережить-то не успела… Институт. Одна подработка, с которой ушла. Другая, откуда увольняют. Поиски новой… Кажется, мою жизнь живёт другой человек, не та я, какой себя знаю… Будто наблюдаю за той, которая является мной… И боюсь, что эта «другая» наворотит дел, там, влюбится, выйдет замуж, нарожает детей, не посоветовавшись со мной… Боюсь, глядя, как родители седеют, надевают очки… И день знаний в этом году уже не для меня…

Для меня – ежедневные мотания из Куршевки в институт, в этой ужасной электричке, «вагонное» образование, так как дома на подготовку нет ни сил, ни времени, дважды в неделю подработка, путь на вокзал, проводимый исключительно в молитвах – чтоб не опоздать, чтоб нашлось свободное местечко, чтоб не приклеился какой озабоченный в вагоне, чтоб не пришиб, когда со станции пойду домой по темнотюге, умирая от страха и едва волоча ноги от голода. И постоянный недосып. Наполеон, говорят, спал три часа в сутки, и чем этот чокнутый кончил? Я предпочитаю часов восемь, лучше десять, и желательно – каждый день, да где ж только их взять? Интересная бледность скоро перейдёт в оттенок жертв холокоста, а синева под очами начнёт навевать мысль не о бурной личной жизни, а о женском алкоголизме…

Темп… Всё несётся, утрамбовывается каждый день, исправления не допускаются, всё набело… Какой-то тест на выживаемость. И осознание, что перед смертью не надышешься, идиотское хихиканье, «апофигоз»… А эти многоэтажки в «спальных» районах, они только и навевают мысль о самоубийстве. Ты – в толпе, ты не одна, но – так одинока! До тебя никому нет дела, каждый в своей скорлупе…

Последняя электричка на Куршевку. Три минуты до старта. Второй вагон. Одни и те же лица. Куда бы присесть? На боковушку, к бабке с тележкой? Или к парню, что один на целом диване расположился? Хотя, какой там парень, если четвертак на лбу написан! Книгу в руках мусолит, но за весь путь и двух страниц не прочитывает… Эстет самопровозглашённый. Такие и сами-то себя не понимают, где уж им понять ближнего…

– Эти места – заняты? – спрашиваю. А ведь ответ – бесспорен…

– К сожалению, да.

Всё верно: если постоянно ждать беду – она непременно придёт снова. Такой лёгкий странный холодок, как первый утренний морозец: не так серьёзен, но – так неприятен! Не сказала бы, что освежает, но определённо бодрит. Люди ж сами себя уполномочили ограничивать других людей! В праве на сидячее место… Ничего, побуду в роли жертвы, пусть даже и с летальным исходом.

– Вот это – свободно! – он передвинулся правее. – Садитесь, сударыня, прошу вас!

Н-да? Что ж, спасибо. Дальше спросишь, как у меня дела, как настроение? То и другое могли бы быть и получше! Потом спросишь, чем я занимаюсь? В Куршевку еду, разве не видишь? Дальше что? Как провожу будни и выходные? Будни в трудах, выходные – в праздности, логично? Тривиальные вопросы подразумевают тривиальные ответы. Далее тебе имя скажи и телефон оставь? Опять тот же сценарий… Видно, во мне что-то не так. Проклята, что ли? Смешно и горько. И скучно, потому что наперёд всё просматриваешь. А они-то не знают – те, вокруг. Уже и впечатлений никаких… Для чего всё?..

– Не будет ли сударыня возражать, если займу для неё местечко в понедельник? – он проговорил вполголоса.

О-о-о, вот это поворотец! Насущно! И ни слова о состоянии дел! Удивил, признаюсь. Но имени всё равно не скажу, и пусть последней умрёт твоя надька. В смысле – надежда. Я ещё не говорила, что я жутко вредная? Так вот: говорю!

– Полагаете, в понедельник я тоже поеду этой электричкой? – вóт тебе! Грубо? Можешь списать на юношеский максимализм.

– Не исключаю, – он подмигнул, словно током ударил… Согласиться? Значит, стать обязанной. Отказаться? Вдруг свободных мест опять не будет? Выбор всегда чреват последствиями.

– Вы меня смущаете. Мы так не договаривались! – это не я ответила, правда! Это – та, «другая», не посоветовавшись…

– Честно сказать, мы вообще никак не договаривались, – он опять подмигнул, и уже на 380 вольт…

– Не берите в мысль, – нет, «другая», не старайся: я всё равно тебя заткну, чтоб жить не мешала! – Что у вас за книга? Достоевский? Смотрю, давно уже…

Господи, зачем, ну зачем это «давно уже»? «Другая», заткнись! Ты б ему ещё сказала, чтоб проводил со станции! Шизофрения…

 

2.

Полагаю, достаточно испытывать время и судьбу и сегодня для достижения поставленной цели следует применить полимодальный подход, то есть – с воздействием на каналы восприятия:

1) визуальный;

2) аудиальный;

3) назальный (одоральный);

4) кинестетический;

5) гевзиальный.

Последовательность действий по каждому каналу видится мне таковой:

- моделирование возможных ситуаций;

- апробация с последующим выбором модели поведения, наиболее эффективного в конкретной ситуации;

- диагностика рефлексии субъекта и анализ компонентов структуры его поведения.

Следует, однако, иметь в виду, что рефлексия субъекта – вариативна, определяется спецификой развития личности как индивидуума и не всегда поддаётся прямой диагностике. В этом случае может возникнуть задача разработки инструментария её измерения, способного выявить как содержательный, так и деятельностный компоненты. Впрочем, может и не возникать…

Итак, субъект прибыл. Поскольку вагон есть изолированная динамическая система с возрастающей общей энтропией, то и канал 1) включается самопроизвольно, необратимо и инвариантно.

Подключение канала 2) – тоже процесс с ∆S > 0, но – моновариантный, лимитируемый физическим расстоянием до субъекта. Свободное пространство – оптимальный катализатор процесса.

– Эти места – заняты?

Отрицательный ответ сделает ситуацию поливариантной, поэтому отвечу положительно:

– К сожалению, да.

Муссированная негативизация любого процесса на начальных стадиях в дальнейшем многократно повышает отдачу от любой, пусть и самой малой, попытки позитивировать его на последующих стадиях. Для включения канала 3) достаточно чуть сместиться в пространстве:

– Вот это – свободно! Садитесь, сударыня, прошу вас!..

Таким образом, мы имеем задействованными уже три канала восприятия. Развитие дальнейших событий может пойти по одному из двух магистральных направлений:

  а) интенсивному – усиленному, основанному на крупных деятельностных вложениях в единицу времени за счёт применения инновационных технологий к решению поставленной задачи;

  б) экстенсивному – основанному на временнóм удлинении процесса и приводящему к достижению максимального результата при относительно малых вложениях.

Логически оправдано направление б), придерживаясь его, вынужден сделать поправку лишь на временной фактор, лимитируемый длительностью пути до Куршевки.

– Не будет ли сударыня возражать, если займу для неё местечко в понедельник?

– Полагаете, в понедельник я тоже поеду этой электричкой?

– Не исключаю.

Таким образом, ситуация остаётся бивариантной.

– Вы меня смущаете. Мы так не договаривались! – неуместный риторический приём делает положительность реакции очевидной. Теперь вариативность из «би» надо превратить в «моно»:

– Честно сказать, мы вообще никак не договаривались.

– Не берите в мысль. Что у вас за книга? Достоевский? Смотрю, давно уже…

Последняя фраза однозначно завершает рефлексивно-оценочный этап процесса, степень вариативности по закону «бутылочного горлышка» повышается, и для подключения осязательного и вкусового каналов сами собой возникают пять магистральных направлений дальнейших действий…

 

3.

Мой город устал к пятнице, но он живёт, дышит. Я трогаю его, и он улыбается в ответ, радуясь мне – рафинадом первого снега.

Так интересно… Влилась в новый коллектив, иду на выходные довольная. Люблю приятную усталость – без неё не бывает хорошего отдыха. Люблю июльской ночью посидеть на балконе, созерцая плавный переход зари с запада на восток… Люблю в августе посидеть с книгой в привокзальном скверике, наслаждаясь ароматом петуний и флоксов. А когда совсем схолодает – люблю прокатиться на вечерней электричке до Куршевки и обратно. Чтоб просто посмотреть людей, ведь каждый человек в нашей жизни – маленькое чудо, он приходит, чтобы что-то дать и получить взамен…

Этот маршрут наша завкафедрой ужас, как не любит. Очевидно, потому, что идёт он мимо дач и собирает всех огородников. И этот контингент, пропахший табаком, алкоголем, пóтом – люди не всегда образованные, как, например, студенты педфака, который в нашем вузе приравнивается к ПТУ. И если послушать эту братию, то у всякого доцента филологических наук разовьётся маниакально-депрессивный психоз на почве желания исправить, отрегулировать и насмерть стоять за великий и могучий… А я – люблю прокатиться. Сажусь во второй вагон заранее, когда он совсем пустой, занимаю место у окошка, включаю плеер. Еду, чтоб ещё раз восхититься тем, что несмотря ни на какие трудности, в людях ещё сохранилась жажда жить по-доброму. И уж если в вагонной давке они способны извиняться, сопереживать, улыбаться незнакомым, значит, они поистине великие!

Парень напротив – из числа завсегдатаев второго вагона. Мест опять на весь отдел забронировал. Ответь только, ты зачем возишь книгу, если почти не открываешь её, а только тёток болтовнёй развлекаешь? И тебе удаётся: те ведь слушают, будто на работе не успевают наслушаться! Ещё одна личность, ещё один неповторимый набор генов, чувств и жизненного опыта… Такие сами-то себя не всегда понимают, гдé уж их понять ближним!

Вот и девчонка – тоже из постоянных пассажиров. Горящие от усталости глаза, стрекочущее от гонки сердце… Ритм жизни даже попереживать толком не даёт. Лишь в дороге и вспомнишь, сглотнёшь, жалея себя, бедняжечку. Да дома, под одеялом, расчувствуешься… Ты ещё помнишь, что такое юношеская бессонница? Ничего, скоро забудешь.

– Эти места – заняты? – миленькая… Сколько ж мольбы и надежды в твоём почти детском голосочке!..

– К сожалению, да, – беспощадный ответ. Неправильный! Ты сможешь спокойно сидеть, когда эта цыплюшечка будет стоять, беспомощная, как блондиночка-водитель на оживлённой трассе?

– Вот это – свободно! – он передвинулся правее. – Садитесь, сударыня, прошу вас!

Правильный ответ! И не парься относительно коллеги – ты ж не её место уступил! Ты ж своё уступил! И вообще, коллеги могли б не опаздывать!

Тронулись. Перроны, пути… Рысачьи морды электричек, сухие, вытянутые их тела нервно дрожат перед стартом… Ухоженные тела скорых фирменных… Длинно-чёрный, огромный ноябрьский вечер с фантастическими всполохами от контактного провода… И что ты молчишь? Отвлекись уже от книги! Или на буквы смотреть интереснее? Не стань придурком! Ну! Минуты капают!

– Не будет ли сударыня возражать, если займу для неё местечко в понедельник?

Вот, молодчага! Держи приоритет!

– Полагаете, в понедельник я тоже поеду этой электричкой?

А куда ж ты денешься, солнышко! Поедешь, как миленькая, и не рыпнешься!

– Не исключаю.

Осторожно подняв глаза, она вздрогнула, отвернулась, заморгала… И к чему эта пауза на полторы станции? Твой коммуникативный кретинизм тебя саму – не пугает? Лови ситуацию! Парень – ждёт!

– Вы меня смущаете. Мы так не договаривались! – слава богу, разродилась!

– Честно сказать, мы вообще никак не договаривались… – он молодец, за словом в карман не лезет! В отличие от одной некоторой, язык опять проглотившей…

– Не берите в мысль. Что у вас за книга? Достоевский? Смотрю, давно уже…

Н-да, вот ты только что и призналась, что тоже давненько за ним наблюдаешь! Герменевтика – мощная вещь, но вопрос: владеет ли он ею?

– Нет, я Фёдормихалыча не читаю – боюсь, вдруг понравится, – определённо, этот обаятельный балбес заставляет работать мозги в иной плоскости, со скрипом и заносами; чтобы понять человека, порою приходится сходить с рельсов. – Диккенс. «Пиквикский клуб». Читали?

– Ну что вы! Я читаю исключительно некрологи в вечёрке! – дура, зачем создаёшь негативные мыслеформы? Небось, думаешь, сострила? Молись только, чтоб он всё воспринял адекватно!

– И не знаете Диккенса? – о-о, да: классики английской литературы – самая походящая тема при знакомстве с девушкой! Ты ещё Теккерея упомяни или Голсуорси! И Роберта Бернса не забудь процитировать: «Твои глаза горят во тьме, когда теряю ум я».

– Откуда! Нас же в инкубаторе растили, только начала выползать из него… – вот, правильно! Подобающий ответ!

– Ох, сударыня, ну, вы сказали! – бесенята, заплясавшие польку в его глазах, опять ввергают её в раздумья.

– Ваше вежливое обращение, несомненно, льстит моей застенчивой особе, но разрешите попросить вас менее пафосно ко мне обращаться. Ибо при слове «сударыня» не могу устоять перед соблазном заказать у вас блинчики и чай с бесплатным лимоном.

Браво! Вернулся-таки дар речи. Не прошло и получаса! Какой шокирующий лексикон, какой ехидный тон! Думаешь, отшила его, на место поставила? Ты ж даже не намекнула, ты прямым текстом открыла самое сокровенное! Не сомневайся: он-то не промедлит!

– Так вы и не устаивайте! В Куршевке есть местечко, где весьма недурственно готовят блинчики. Полагаю, есть повод нанести туда совместный визит сегодня же, а то на работе перекусить некогда, а дома готовить – лень.

Ну? Ваше слово, «сударыня»! Поезд неумолимо наматывает на оси последние километры. К чему излишний выпендрёж? Кому от него польза? Вспомни: «Если он уйдёт – это навсегда!». Ну? Пищевая доминанта перевешивает же остальные! Ну-у?? Куршевские огни мерцают в зоне видимости! Н-ну-у-у??? Барабанная дробь, по нарастающей…

– Таня, – тоненькая ладошка трепыхнулась робким взмахом маленькой птахи, пробующей крылья, точнее – вскинутым белым флагом.

– Дмитрий…

…Шагнули они вместе на перрон, постепенно исчезнув в снегопаде. Странная тишина и какая-то недосказанность остались в вагоне… И как сегодня спокойно спать, при моём-то патологическом любопытстве?!. Верится, что теперь-то этой вновь образовавшейся паре, прыгнувшей за своим маленьким счастьем в открытый космос и твёрдо верующей: мы сможем ВСЁ, совершенно не страшен ни глухой мир стервятников, готовых разорвать ближнего, ни ледяная каменистая пустыня равнодушия и безразличия, ни всё прочее зло мира, вместе взятое...

Рейтинг: +5 354 просмотра
Комментарии (1)
Булат Туматаев # 3 ноября 2012 в 00:25 0
необычно и требует пере чтения....но нравится 39

 

Популярная проза за месяц
156
В плену у моря... 28 августа 2017 (Анна Гирик)
137
129
109
105
Синее море 25 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
101
Ловец жемчуга 28 августа 2017 (Тая Кузмина)
99
98
91
89
88
86
86
85
78
77
77
76
74
72
72
ПРИНЦ 29 августа 2017 (Елена Бурханова)
72
71
71
Песочный замок 6 сентября 2017 (Аида Бекеш)
65
65
64
63
63