Дом.

       В этой квартире прошла вся моя жизнь с 6 лет... Я помню другую, узенькую малосемейку, с клопами и кухней прямо перед носом, с постоянно гладящей рядом что-то матерью, но это было давно и неправда. А эту квартиру я помню и знаю до самого конца. В ней прошло всё, и то что она помнит ...это просто невероятно... какие сломы и сдвиги моей жизни, четыре эпохи и моей жизни и всей страны... Когда-то в детстве весь мир был для меня этой квартирой, я не знал, что бывают другие, бывают другие способы жить и способы думать не так как думал я. И сколько помнят эти стены, и меня, наивного мечтателя-идеалиста, строго морально откорректированного и меня узнавшего секс конца 80-х — начала 90-х, и меня сегодняшнего. Не удивительно ли им такое изменение, и что могут понять эти вещи, эти двери, скрипящее временами так же и о том же ... Не скучают ли они по мне прошлому и не ждут ли они поворота времён вспять и возврата прошлых чувств? Эти стены как колыбель когда-то осторожно принимали меня, и могли успокоить, и может я когда-то их обидел, не прошёл всё тем путём тихого мушкетёрского благородства, которым задумывал, болел и мучился от проблем, но выжил...
      Такую щемящую жалость испытываешь к детям, которые растут сейчас, им так, наверное, одиноко в этом мире, как впрочем, бывает одиноко всем детям во все времена, от того, что ничего из их детских мечт не сбудется в созданном их мечтами виде, как не сбылось ничего из моих чистых идей... Хотя понимаешь это только сейчас, когда их уже нет, и юность уничтожила всё то о чём думал, уничтожила с основания, с основ. Иногда, редко и неожиданно, всплывают детские фундаменты мысли, подобно осколкам кораблекрушения, те аллюзии, которыми был полон, и удивляешся, насколько основательно и цельно было то мышление, по-своему неограниченно, со своими маяками, целями, остановками, полустанками, которые так впитал в себя дом. Будто ты был тогда другим, телесно другим, из другого тела сделанным человеком, будто тебя несколько разных, один ты остался там, в полушаге, так и стоит с вопросом - "Что же мне делать? ты новый, изменился, а мне что делать?...", остановленный в движении на своём пути.
     Нет у нас в России традиции, потеряна традиция дома как личного чего-то, передающего именно жизнь определённой семьи, но всё же эта квартира, это окружение и сделало меня тем, кто я есть. Я вполне понимаю, что если бы мир вокруг меня был другим, мир моего дома, моего окружающего пространства, то и я, подчиняясь пластичной природе человеческой психики и материи тела, стал бы другим, может даже настолько другим что совсем отличался бы, психика бы сделало и моё бы тело другим, как бывает с человеком после долгой разлуки с чем-то, невозможно узнать прежнего, черты изменились. Остался бы только основной каркас личности, но на него наросло бы совсем другое... Можно сказать, что дом сделал меня, вырастил в своей колыбели стен на равных с окружением биологическим, оказавши не меньшее значение, молчаливо и этим весомо. Ты становишся тесен как старая одежда, бывает раздражаешь, как человек знавший тебя во всех не самых выгодно тебя подчёркивающих ситуациях, но ты сделал своё дело. У каждого свой и каждому индивидуальный как личный врач. Создающий, рождающий, выявляющий одну из многих потенциальных, индивидуальность дом, наполняющий живущими в этом пространстве идеями и возможностями. Дом, который пройдёт мозаикой подсознания и отблесками характера через всю жизнь.

© Copyright: Дмитрий Добровольский, 2011

Регистрационный номер №0004962

от 16 декабря 2011

[Скрыть] Регистрационный номер 0004962 выдан для произведения:

       В этой квартире прошла вся моя жизнь с 6 лет... Я помню другую, узенькую малосемейку, с клопами и кухней прямо перед носом, с постоянно гладящей рядом что-то матерью, но это было давно и неправда. А эту квартиру я помню и знаю до самого конца. В ней прошло всё, и то что она помнит ...это просто невероятно... какие сломы и сдвиги моей жизни, четыре эпохи и моей жизни и всей страны... Когда-то в детстве весь мир был для меня этой квартирой, я не знал, что бывают другие, бывают другие способы жить и способы думать не так как думал я. И сколько помнят эти стены, и меня, наивного мечтателя-идеалиста, строго морально откорректированного и меня узнавшего секс конца 80-х — начала 90-х, и меня сегодняшнего. Не удивительно ли им такое изменение, и что могут понять эти вещи, эти двери, скрипящее временами так же и о том же ... Не скучают ли они по мне прошлому и не ждут ли они поворота времён вспять и возврата прошлых чувств? Эти стены как колыбель когда-то осторожно принимали меня, и могли успокоить, и может я когда-то их обидел, не прошёл всё тем путём тихого мушкетёрского благородства, которым задумывал, болел и мучился от проблем, но выжил...
      Такую щемящую жалость испытываешь к детям, которые растут сейчас, им так, наверное, одиноко в этом мире, как впрочем, бывает одиноко всем детям во все времена, от того, что ничего из их детских мечт не сбудется в созданном их мечтами виде, как не сбылось ничего из моих чистых идей... Хотя понимаешь это только сейчас, когда их уже нет, и юность уничтожила всё то о чём думал, уничтожила с основания, с основ. Иногда, редко и неожиданно, всплывают детские фундаменты мысли, подобно осколкам кораблекрушения, те аллюзии, которыми был полон, и удивляешся, насколько основательно и цельно было то мышление, по-своему неограниченно, со своими маяками, целями, остановками, полустанками, которые так впитал в себя дом. Будто ты был тогда другим, телесно другим, из другого тела сделанным человеком, будто тебя несколько разных, один ты остался там, в полушаге, так и стоит с вопросом - "Что же мне делать? ты новый, изменился, а мне что делать?...", остановленный в движении на своём пути.
     Нет у нас в России традиции, потеряна традиция дома как личного чего-то, передающего именно жизнь определённой семьи, но всё же эта квартира, это окружение и сделало меня тем, кто я есть. Я вполне понимаю, что если бы мир вокруг меня был другим, мир моего дома, моего окружающего пространства, то и я, подчиняясь пластичной природе человеческой психики и материи тела, стал бы другим, может даже настолько другим что совсем отличался бы, психика бы сделало и моё бы тело другим, как бывает с человеком после долгой разлуки с чем-то, невозможно узнать прежнего, черты изменились. Остался бы только основной каркас личности, но на него наросло бы совсем другое... Можно сказать, что дом сделал меня, вырастил в своей колыбели стен на равных с окружением биологическим, оказавши не меньшее значение, молчаливо и этим весомо. Ты становишся тесен как старая одежда, бывает раздражаешь, как человек знавший тебя во всех не самых выгодно тебя подчёркивающих ситуациях, но ты сделал своё дело. У каждого свой и каждому индивидуальный как личный врач. Создающий, рождающий, выявляющий одну из многих потенциальных, индивидуальность дом, наполняющий живущими в этом пространстве идеями и возможностями. Дом, который пройдёт мозаикой подсознания и отблесками характера через всю жизнь.

Рейтинг: +1 244 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

Популярная проза за месяц
174
Осенний поцелуй... 30 сентября 2017 (Анна Гирик)
140
138
127
118
117
Кто она, Осень? 28 сентября 2017 (Тая Кузмина)
112
​ТАЙНА ОСЕНИ 29 сентября 2017 (Эльвира Ищенко)
105
101
101
98
97
95
94
93
93
90
89
89
84
84
83
82
81
78
77
75
61
52
50