ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Детективное агентство «ЛЕО» Юный киднеппинг

Детективное агентство «ЛЕО» Юный киднеппинг

24 февраля 2015 - Владимир Невский
article273465.jpg
  Лужин теперь старался не оставаться наедине с Фаей. После того, как Савелий ему открыл глаза и Женя узнал о любви девушке к своей персоне, то он просто боялся даже посмотреть открыто в глаза. Не зная почему, но он чувствовал непонятную вину за произошедшее. Словно это он насильно заставил юное сердечко учащенно биться, принудил щечкам загораться ярким румянцем при встрече с ним. Не говоря уж про мысли и думы. Лично теперь он сам все чаще и чаще ловил себя на мыслях о ней. И мысли те были далеки от рабочего процесса. В такие минуты он ругал себя, заставлял переключиться и заняться чем-нибудь серьезным. Но с каждым новым прожитым днем делать это становилось все труднее и труднее. Как на грех, в агентстве наступило затишье. Крупных и интересных дел не было и даже не предвиделось. А мелкие были до изжоги банальны и скучны, что даже во время работы над ними, мысли о Фае его не покидали. Приносили лишь дискомфорт и неудовлетворенность самим собой.
Вот и это теплое весеннее утро грозилось так и остаться в память обыденно скучным и тривиальным. Но спустя час после дебюта рабочего дня положение дел спас посетитель. В лице упитанного, розовощекого и вечно довольного мужчины, женского телосложения и, как впоследствии оказалась, такой же логики.
— Вот, — тяжело дыша, он положил перед Евгением конверт и, не дожидаясь приглашения, сел на диван, который под его массой жалобно скрипнул.
— Что это?
— Это я нашел сегодня утром. В почтовом ящике.
Конверт был без адреса, вскрыт, внутри – записка и еще один конверт, но уже запечатанный и с адресом, коротко и сердито: ЛЕО. Лужин сначала изучил записку, не без труда разобрав неровный, нервный и рваный почерк.
«Иваныч, не удивляйся, что общаюсь с тобой таким способом.
Объясню все потом, когда вся эта бадья закончится
 (если, конечно, закончится). Отнести второй конверт
в агентство ЛЕО. О нем недавно писал «Вестник».
Будь осторожен и никому не говори об этом.
Слышишь, никому. Это очень важно.
Самохин»
При упоминании «Молодежного вестника» Савелий побледнел, и, сорвавшись с места, покинул кабинет. Явно побежал в газетный киоск. Сейчас там всех на уши поставит, но раздобудет экземпляр со статьей о «ЛЕО». Найти автора серии статей о них было для Савы идеей - фикс. 
— Самохин  мой сосед по лестничной клетке. — Пояснил тем временем Иваныч. — Что с ним приключилось, ума не приложу. Почему он написал письмо? Почему не пришел? Не позвонил? Не понимаю. Я после получения записки, звонил и стучал в дверь, но мне так и не открыли. Хотя и слышно, что по квартире кто-то ходит.
— Расскажите о его семье поподробнее, — попросил его Лужин.
— А что говорить? Семья как семья. Владимир – отличный мужик. Водитель, золотые руки. Работяга, одним словом. Женя его, Катерина, тоже нормальная баба. Ничего плохого о ней отродясь не слышал. Работает в магазине «Рыба». Дочь, пятнадцати лет, учиться. Хорошо учится, на золотую медаль идет. Не то, что мои оболтусы. – Он замолчал и вопросительно посмотрел на детектива, явно ожидая, когда тот вскроет второй конверт. Но Лужин не спешил удовлетворить его нездоровое любопытство.
— Значит, что-то произошло, и Самохин не хочет, чтобы его видели с кем-либо разговаривающим. И боится прослушки телефона. Спасибо вам. Оставьте у секретаря ваши данные. И если вы нам понадобитесь, мы найдем вас.
Иваныч обиженно надул губки, но делать было нечего. Он подошел к Фае продиктовать о себе всю информацию. А Евгений вышел с сигарой на балкон. Что ж, дело наклевывалось, по его ощущениям, необыкновенное, а главное – столь долгожданное.  И потому следовало успокоиться и настроиться на работу.
 Иваныч в дверях столкнулся с Савелием, который был красным, словно вареный рак, и спешил, как торопыга. В руках он держал смятый номер газеты. Он лишь проводил посетителя взглядом и громко захлопнул за ним дверь.
— Вот! — вскричал он. — Новый рассказ доктора Ватсона.
Лужин вернулся в офис, посмотреть спектакль, который собирались разыграть его сотрудники.
— И как называется рассказ, знаете?
— Рубль Константина. — Невозмутимо сказала Фая.
— Да. Ты читала?
— Догадалась.
— Как?
— Это наше второе криминальное расследование.
— Точно! — Сава плюхнулся на диван и посмотрел на коллег с непонятным торжеством в глазах: — Ну, что скажите?
— Хорошая реклама.
— Да? — возмутился он.
— Видишь, читатель становится нашим клиентом.
— Ну и что? Тебя разве не тревожит тот факт, что кто-то вскрывает наши компьютерные файлы?
— Лично я следов взлома не нашла.
— Значит, этот хакер – профессионал. Придется тебе, Фаечка, усовершенствовать защиту. Ты ж в этом деле тоже не дилетант?
— Хорошо. Я посмотрю, что можно сделать.
— Вот и ладненько. — На этот раз Сава довольно быстро отошел от гнева, и повернулся к Жене, задал давно уже созревший вопрос: — Ну, что клиент?
Женя вскрыл второй конверт.
— Так, письмо отпечатано на старой пишущей машинке с довольно потертой лентой, но сначала записка от Самохина:
«Уважаемые детективы, вы моя последняя надежда.
Прочтите послание, и вы все поймете сами».
— Коротко.
— Писали в отчаянье. Крик души. На большее не хватило душевных сил.
— Это точно. А теперь главное: письмо.
 «Ваша дочь у нас! Предупреждаем: за вами идет наблюдение.
Круглосуточное. Каждый шаг фиксируется, звонки записываются.
Шаг в сторону – попытка к бегству. Никакой милиции и ФСБ.
Иначе получите дочь в разобранном виде. Шутить мы не намерены.
У вас ровно неделя, чтобы созреть и промариноваться.
Письмо с требованием получите через неделю».
В кабинете повисла звенящая тишина. Жуткая история, от которой веяло могильным страхом. Просо в голове с трудом укладывается то, что преступники для достижения своих целей используют детей. Это переходит все границы человеческой морали и нравственности. Таким людям нет, и не может быть ни оправдания, ни прощения.
— А написано с орфографическими ошибками. Либо торопились, либо страдают неграмотностью. — Хоть как-то пытался смягчить обстановку Евгений.
— Что будем делать? — спросил Сава.
Все понимали, что дело очень серьезное и ответственное. Да и опасное. Брать на себя такое – слишком рискованно. На карте – жизнь ребенка. Здесь никак нельзя было ошибиться. Одна промашка, и ты станешь виновником трех загубленных жизней. Девочка может погибнуть от рук похитителей. А уж после этого жизнь родителей, и жизнью назвать будет как-то проблематично. Она замрет в постоянной депрессии. Да, огромная ответственность, которая требовало немедленного решения: взваливать ли ее целиком на свои плечи, или все же вмешать в ход милицию?
— Надо сообщить органам. — Подала голос Фая. Но Лужин не слышал ее, погруженный в свои раздумья, и, не спуская глаз с Савелия.
— Необходимо встретиться с Самохиным.
— Как?
— Договориться с ЖЭКом. Под видом водопроводчика обойти все квартиры в доме. Все, а не только Самохиных. Может, и правда, они отслеживают каждое их движение.
— Это точно. Риск надо минимизировать.
— Этим займусь я. — Женя решительно вскочил со стула.
— А мы?
— А вы пока ждите.
 
— Кто? — раздался из-за двери мужской приглушенный голос.
— Водопроводчик.
— Мы не вызывали.
— Это плановая проверка. Можете в ЖЭК позвонить, или соседям. — Сказал Лужин, и через некоторое время дверь распахнулась. На пороге стоял высокий сорокалетний мужчина со следами усталости и бессонницы на лице.
— Проходите.
Евгений прошел сразу на кухню. Ошеломленный хозяин едва поспевал за ним. А водопроводчик тем временем открыл чемоданчик, и достал сканер. Он прошелся с ним по всему периметру маленькой кухни и облегченно вздохнул:
— Чисто! Тут «жучков» нет. — Он снял полинявшую бейсболку и полуперчатки. Протянул руку хозяину. — Лужин Евгений Олегович, детективное агентство «ЛЕО».
Самохин облегченно выдохнул и опустился на стул:
— Слава богу!
Женя, не дожидаясь приглашения, сел напротив:
— Рассказывайте. — Потребовал он.
— Да, да, — Владимир потер виски. — Извините. Значит, так: позавчера наша дочь Мария ушла на танцы, после которых собиралась заночевать у подружки. Это иногда случается. Мы и не беспокоились. А утром получили это послание.
— А подружка? Кто она? Вы звонили ей?
— Да, конечно. Это Оксана Седых. Они давно дружат. Девочка из хорошей положительной семьи. Мы сразу же позвонили Оксане, но она сказала, что в тот вечер не видела Машу. Она так и не пришла на танцы.
На кухню зашла женщина. Наверное, еще пару дней назад ее можно было назвать красавицей. Теперь горе так надломило ее, что от былой привлекательности не осталось и следа. Женщина старела ежеминутно.
— Катюша, — мужчина вскочил, и помог супруге присесть. — Это Евгений Олегович.
— А! — протянула Екатерина, и слезы обильно потекли из глаз.
— Ну, ну, не волнуйся. Помни о сердце. Я сейчас капли принесу, — Владимир поспешно покинул кухню.
— Бедная моя девочка! Что с ней? — запричитала женщина. — Я ее так часто ругала, не понимала. А ей хотелось компьютер, видеокамеру и мобильник. Сейчас бы все сбережения спустила, в кредиты залезла, лишь она вернулась.
 Пришел муж с лекарством.
— Мне нужны адреса и телефоны всех ее подруг и знакомых. Записные книжки, блокноты, дневники.
— Да, я сейчас. — Женщина поднялась.
— Только прошу, в комнате ничего не говорите вслух. Я там не проверял на наличие подслушивающих устройств.
— Хорошо, — она без дополнительных пояснений все поняла и вышла.
Женя обратился к Владимиру:
— Как вы думаете, почему это случилось?  Как я заметил, вы не богато живете.
— Да, где там. — В досаде махнул рукой Владимир. — Живем от зарплаты до зарплаты.
— Тогда что получается? Похитители либо обманулись, либо им надо будет что-то иное, кроме денег. Что? Ничего не понимаю.
— Им нужен наш выигрыш.
— Выигрыш?
— Мы с женой сами узнали об этом только неделю назад. Оказывается, наша Машенька купила билет «Русского лото», и выиграла. 52 тысячи рублей. И молчала почти два месяца. Сюрприз хотела нам сделать.
— Выигрыш уже получили?
— Нет. Деньги выплачивают только через два месяца после розыгрыша. Осталась ждать пять дней.
— Понятно теперь, — Женя задумался, — а вы сами кому-нибудь не говорили о выигрыше?
— Нет. Как только Маша нам сообщила, мы тут же, на семейном совете решили никому не говорить.
— Правильное решение.
— Да, я тоже так думаю.
— А жена? Вы же знаете женщин, секреты не всегда держаться у них на языке.
Кажется, это немного обидело Владимира, щеки надулись:
— За Катерину я ручаюсь, как за самого себя. Нет, нет и еще раз нет. — И, видя, что детектив молчит, продолжил говорить горячо и уверенно. — Тем более мы оба в отпуске, никуда не ходим. Друзей у нас нет, а с соседями стараемся говорить лишь о погоде и сериалах.
— А Маша? — уверенность как сквозняком сдуло, и Лужин «добил» своими аргументами. — Два месяца все-таки огромный срок. А тут такая удача. Посудите сами: трудно удержаться, не похвастаться перед подружками.
— Да, конечно. — Мужчина совсем сник, опустил голову.
Вернулась Катерина, протянула Жене лист бумаги, исписанный мелким, но разборчивым почерком.
— Я переписала все, что нашла.
— Спасибо. — Лужин поднялся, считая, что на данном этапе его миссия выполнена. Но в дверях все же остановился:
— Скажите, а куда вы были намерены потратить выигрыш?
Супруги смутились.
— Хотели домик за городом купить. Все как-никак, а подсобное хозяйство. Огород – большое подспорье в столь трудное время.
— Это конечно. Если появятся новости, то звоните в свой ЖЭК, и вызовите водопроводчика. Я договорился.
— Умоляю, найдите нашу девочку.
— До свидания. — И он покинул квартиру с тяжелым сердцем. Квартиру, где поселилось огромное горе.
 
  В офисе Евгений поделился полученной информацией с сотрудниками.
— А мне никогда не везло в лотереи, — как-то немного обиженно сказала Фая.
— Повезет в любви, — тут же нашелся Сава.
Лужин поперхнулся сигарным дымом, закашлялся, чувствуя, как лицо предательски заливает краска. Он поспешил спрятаться от глаз коллег за монитором компьютера.
Однако быстро сумел взять себя в руки.
— Похитители явно ждут, когда Самохины обналичат билет. Но зачем? Деньги ведь труднее передать, чем простой билет.
— Страхуются, а вдруг Самохины подсунут другой билет. Что делать будем?
— Так, Фая, вот тебе адреса ее подружек. И школу заодно навести. Узнай мнение учителей о Марии. Чем живет она, ее интересы, окружение.
— Понятно.
— Ты, Савелий, поедешь в контору представительства «Русского лото». Узнай все, что можно узнать.
— Ok!
— А я прокачусь до магазина «Рыба» и до автобазы. Составить полный портрет семьи Самохиных. Это нам не помешает. Все, ребята, за работу. Завтра  все суммируем, проанализируем и решим, что делать. Возможно, и милицию придется подключать.
Все дружно и шумно поднялись с рабочих мест.
 
  Евгений пришел на работу самым первым. И пока не было сотрудников, стал заносить в компьютер все то, что он вчера узнал о Самохиных. Данных накопилось предостаточно. И с места работ, и от соседей, когда он накануне «работал водопроводчиком». Картина складывалась следующая: семья образцово-показательная. Ни скандалов, ни раздоров. Все тип-топ, как говорят тинэйджеры. Хоть пиши феерический рассказ под рабочим названием «Истинное счастье».
Фая и Сава пришли одновременно, и тишина тут же покинула их офис. Фая еще с порога начала делиться результатами проведенной работы:
— Самохина Мария - отличница и активистка. Отзывчивая и добрая девочка. Вот только иногда завистлива, но не черной завистью. В стенах школы близких подруг не имеет. Теперь, что касается семьи Седых. Семья хоть и положительна, но в ней властвует культ роскоши. Оксана испорчена этим. И на меня посмотрела свысока, оценивая одежду, обувь и косметику.
— Как ты представилась? — в голосе невольно выделялся металл.
— Корреспондентом «Молодежного вестника». Пишу статью о золотой молодежи.
— Отлично. Что у тебя, Сава?
— Большие суммы выигрышей регистрируются. Выплачивается через два месяца после розыгрыша, наличие паспорта обязательно. Облагается тридцати-пяти процентным  налогом.
— Тридцать пять? Много.
— Да. С пятидесяти двух тысяч? Восемнадцать тысяч двести рублей получается.
Пауза несколько затянулась.
— Что делать?
— Тупик. — Честно сознался Женя. Встал и прошелся по кабинету.
— Не совсем, — тихо сказала Фая.
— Что?
— Есть ниточка. Вот, — она достала листок бумаги, — в классе, где учится Мария, стоит старенькая пишущая машинка «Оптима». Я набралась наглости и отпечатала страничку.
— Молодец! — обрадовался Сава.
— Нужно будет сделать экспертизу. — Женя взял листок и сравнил с письмом похитителей. — Хотя и без нее видно, что оба текста печатались на одной машинке. И все же официальная бумага требуется. Я еду в милицию, а вы…. — Он задумался.
— Что?
— Узнайте, есть ли у Седых дача? Желательно и адрес ее.
— Есть соображения?
— Кое-какие есть. Но пока промолчу. — И Лужин покинул кабинет.
 
 Утром позвонили из ЖЭКа: звонил Самохин и истерично требовал прислать водопроводчика. Лужина в офисе не было, мобильник не отвечал. Пришлось в авральном порядке Савелию ехать к Самохиным. Фая же засела за любимый компьютер. Время катастрофически медленно тянулось. И когда она готова была выругаться в голос, дверь офиса распахнулась. Приехал Сава, угрюмый, как грозовая туча. Протянул лист бумаги:
— Похитители напомнили о себе. На этот раз текст отпечатан на принтере.
— Вижу.
«Готовьте 50 тысяч, если хотите увидеть
живой дочку-лапочку. Не расслабляйтесь.
Не забывайте о слежке».
— Шеф не появлялся?
— Нет.
Не успела Фая ответить, как появился Женя. Уставший,  в перепачканной одежде, но с довольным выражением на лице. Да и блеск глаз говорил, что шеф на пороге раскрытия дела. Фая протянула ему новое письмо от преступника. Женя лишь скользнул по нему взглядом и усмехнулся:
— Все сходится.
— Что?
— Все! Преступление раскрыто, господа сыщики.
— И? — Сава от нетерпения едва из собственной кожи не выпрыгивал.
По большому счету, и не было никакого преступления. Маша, выиграв большую сумму денег, не сразу сказала родителям. Это меня насторожило. В семье, где по всему царит гармония и взаимопонимание – это нонсенс. Просто девочка тайком от родителей решила купить себе компьютер, телефон и камеру. А потом поставить родителей перед фактом. Но узнав в представительстве, что несовершеннолетним такие большие выигрыши не выдаются, открылась родителям. А те тут же решили купить домик за городом, с огородом и садом. С Машей, естественно, истерика. Она требует своего, но родители непоколебимы. Тогда она и решилась на воображаемый киднеппинг. Печатает в классе на машинке текст, а сама скрывается у Оксаны Седых на даче. Сами Седых там появляются крайне редко, лишь по большим праздникам. Только девочка не учла, что выигрыш облагается налогом, вот и потребовала всю сумму, в пятьдесят тысяч. И текст уже печатает Оксана дома, на своем компьютере. А Маша до сих пор скрывается на даче. Мне и соседи в поселке сообщили, да и я сам ночь провел в кустарнике, неподалеку от дачи. Свет горит, в окне – девичий силуэт. Хотя все семейство Седых в городе, в театр ходили.
— Да, — протянул Сава. — Дела.
— Вот тебе и дочка-лапочка.
— Бедные Владимир и Катерина, — с неожиданной стороны посмотрел на ситуацию Женя. — Их ожидает очередной удар. А они и так держатся на лекарствах.
— Может, сходим все вместе в ресторан? — предложил Сава. — Развеемся. На душе так скверно.
— Цветы жизни не всегда благоухают.
— Это точно.

© Copyright: Владимир Невский, 2015

Регистрационный номер №0273465

от 24 февраля 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0273465 выдан для произведения:   Лужин теперь старался не оставаться наедине с Фаей. После того, как Савелий ему открыл глаза и Женя узнал о любви девушке к своей персоне, то он просто боялся даже посмотреть открыто в глаза. Не зная почему, но он чувствовал непонятную вину за произошедшее. Словно это он насильно заставил юное сердечко учащенно биться, принудил щечкам загораться ярким румянцем при встрече с ним. Не говоря уж про мысли и думы. Лично теперь он сам все чаще и чаще ловил себя на мыслях о ней. И мысли те были далеки от рабочего процесса. В такие минуты он ругал себя, заставлял переключиться и заняться чем-нибудь серьезным. Но с каждым новым прожитым днем делать это становилось все труднее и труднее. Как на грех, в агентстве наступило затишье. Крупных и интересных дел не было и даже не предвиделось. А мелкие были до изжоги банальны и скучны, что даже во время работы над ними, мысли о Фае его не покидали. Приносили лишь дискомфорт и неудовлетворенность самим собой.
Вот и это теплое весеннее утро грозилось так и остаться в память обыденно скучным и тривиальным. Но спустя час после дебюта рабочего дня положение дел спас посетитель. В лице упитанного, розовощекого и вечно довольного мужчины, женского телосложения и, как впоследствии оказалась, такой же логики.
— Вот, — тяжело дыша, он положил перед Евгением конверт и, не дожидаясь приглашения, сел на диван, который под его массой жалобно скрипнул.
— Что это?
— Это я нашел сегодня утром. В почтовом ящике.
Конверт был без адреса, вскрыт, внутри – записка и еще один конверт, но уже запечатанный и с адресом, коротко и сердито: ЛЕО. Лужин сначала изучил записку, не без труда разобрав неровный, нервный и рваный почерк.
«Иваныч, не удивляйся, что общаюсь с тобой таким способом.
Объясню все потом, когда вся эта бадья закончится
 (если, конечно, закончится). Отнести второй конверт
в агентство ЛЕО. О нем недавно писал «Вестник».
Будь осторожен и никому не говори об этом.
Слышишь, никому. Это очень важно.
Самохин»
При упоминании «Молодежного вестника» Савелий побледнел, и, сорвавшись с места, покинул кабинет. Явно побежал в газетный киоск. Сейчас там всех на уши поставит, но раздобудет экземпляр со статьей о «ЛЕО». Найти автора серии статей о них было для Савы идеей - фикс. 
— Самохин  мой сосед по лестничной клетке. — Пояснил тем временем Иваныч. — Что с ним приключилось, ума не приложу. Почему он написал письмо? Почему не пришел? Не позвонил? Не понимаю. Я после получения записки, звонил и стучал в дверь, но мне так и не открыли. Хотя и слышно, что по квартире кто-то ходит.
— Расскажите о его семье поподробнее, — попросил его Лужин.
— А что говорить? Семья как семья. Владимир – отличный мужик. Водитель, золотые руки. Работяга, одним словом. Женя его, Катерина, тоже нормальная баба. Ничего плохого о ней отродясь не слышал. Работает в магазине «Рыба». Дочь, пятнадцати лет, учиться. Хорошо учится, на золотую медаль идет. Не то, что мои оболтусы. – Он замолчал и вопросительно посмотрел на детектива, явно ожидая, когда тот вскроет второй конверт. Но Лужин не спешил удовлетворить его нездоровое любопытство.
— Значит, что-то произошло, и Самохин не хочет, чтобы его видели с кем-либо разговаривающим. И боится прослушки телефона. Спасибо вам. Оставьте у секретаря ваши данные. И если вы нам понадобитесь, мы найдем вас.
Иваныч обиженно надул губки, но делать было нечего. Он подошел к Фае продиктовать о себе всю информацию. А Евгений вышел с сигарой на балкон. Что ж, дело наклевывалось, по его ощущениям, необыкновенное, а главное – столь долгожданное.  И потому следовало успокоиться и настроиться на работу.
 Иваныч в дверях столкнулся с Савелием, который был красным, словно вареный рак, и спешил, как торопыга. В руках он держал смятый номер газеты. Он лишь проводил посетителя взглядом и громко захлопнул за ним дверь.
— Вот! — вскричал он. — Новый рассказ доктора Ватсона.
Лужин вернулся в офис, посмотреть спектакль, который собирались разыграть его сотрудники.
— И как называется рассказ, знаете?
— Рубль Константина. — Невозмутимо сказала Фая.
— Да. Ты читала?
— Догадалась.
— Как?
— Это наше второе криминальное расследование.
— Точно! — Сава плюхнулся на диван и посмотрел на коллег с непонятным торжеством в глазах: — Ну, что скажите?
— Хорошая реклама.
— Да? — возмутился он.
— Видишь, читатель становится нашим клиентом.
— Ну и что? Тебя разве не тревожит тот факт, что кто-то вскрывает наши компьютерные файлы?
— Лично я следов взлома не нашла.
— Значит, этот хакер – профессионал. Придется тебе, Фаечка, усовершенствовать защиту. Ты ж в этом деле тоже не дилетант?
— Хорошо. Я посмотрю, что можно сделать.
— Вот и ладненько. — На этот раз Сава довольно быстро отошел от гнева, и повернулся к Жене, задал давно уже созревший вопрос: — Ну, что клиент?
Женя вскрыл второй конверт.
— Так, письмо отпечатано на старой пишущей машинке с довольно потертой лентой, но сначала записка от Самохина:
«Уважаемые детективы, вы моя последняя надежда.
Прочтите послание, и вы все поймете сами».
— Коротко.
— Писали в отчаянье. Крик души. На большее не хватило душевных сил.
— Это точно. А теперь главное: письмо.
 «Ваша дочь у нас! Предупреждаем: за вами идет наблюдение.
Круглосуточное. Каждый шаг фиксируется, звонки записываются.
Шаг в сторону – попытка к бегству. Никакой милиции и ФСБ.
Иначе получите дочь в разобранном виде. Шутить мы не намерены.
У вас ровно неделя, чтобы созреть и промариноваться.
Письмо с требованием получите через неделю».
В кабинете повисла звенящая тишина. Жуткая история, от которой веяло могильным страхом. Просо в голове с трудом укладывается то, что преступники для достижения своих целей используют детей. Это переходит все границы человеческой морали и нравственности. Таким людям нет, и не может быть ни оправдания, ни прощения.
— А написано с орфографическими ошибками. Либо торопились, либо страдают неграмотностью. — Хоть как-то пытался смягчить обстановку Евгений.
— Что будем делать? — спросил Сава.
Все понимали, что дело очень серьезное и ответственное. Да и опасное. Брать на себя такое – слишком рискованно. На карте – жизнь ребенка. Здесь никак нельзя было ошибиться. Одна промашка, и ты станешь виновником трех загубленных жизней. Девочка может погибнуть от рук похитителей. А уж после этого жизнь родителей, и жизнью назвать будет как-то проблематично. Она замрет в постоянной депрессии. Да, огромная ответственность, которая требовало немедленного решения: взваливать ли ее целиком на свои плечи, или все же вмешать в ход милицию?
— Надо сообщить органам. — Подала голос Фая. Но Лужин не слышал ее, погруженный в свои раздумья, и, не спуская глаз с Савелия.
— Необходимо встретиться с Самохиным.
— Как?
— Договориться с ЖЭКом. Под видом водопроводчика обойти все квартиры в доме. Все, а не только Самохиных. Может, и правда, они отслеживают каждое их движение.
— Это точно. Риск надо минимизировать.
— Этим займусь я. — Женя решительно вскочил со стула.
— А мы?
— А вы пока ждите.
 
— Кто? — раздался из-за двери мужской приглушенный голос.
— Водопроводчик.
— Мы не вызывали.
— Это плановая проверка. Можете в ЖЭК позвонить, или соседям. — Сказал Лужин, и через некоторое время дверь распахнулась. На пороге стоял высокий сорокалетний мужчина со следами усталости и бессонницы на лице.
— Проходите.
Евгений прошел сразу на кухню. Ошеломленный хозяин едва поспевал за ним. А водопроводчик тем временем открыл чемоданчик, и достал сканер. Он прошелся с ним по всему периметру маленькой кухни и облегченно вздохнул:
— Чисто! Тут «жучков» нет. — Он снял полинявшую бейсболку и полуперчатки. Протянул руку хозяину. — Лужин Евгений Олегович, детективное агентство «ЛЕО».
Самохин облегченно выдохнул и опустился на стул:
— Слава богу!
Женя, не дожидаясь приглашения, сел напротив:
— Рассказывайте. — Потребовал он.
— Да, да, — Владимир потер виски. — Извините. Значит, так: позавчера наша дочь Мария ушла на танцы, после которых собиралась заночевать у подружки. Это иногда случается. Мы и не беспокоились. А утром получили это послание.
— А подружка? Кто она? Вы звонили ей?
— Да, конечно. Это Оксана Седых. Они давно дружат. Девочка из хорошей положительной семьи. Мы сразу же позвонили Оксане, но она сказала, что в тот вечер не видела Машу. Она так и не пришла на танцы.
На кухню зашла женщина. Наверное, еще пару дней назад ее можно было назвать красавицей. Теперь горе так надломило ее, что от былой привлекательности не осталось и следа. Женщина старела ежеминутно.
— Катюша, — мужчина вскочил, и помог супруге присесть. — Это Евгений Олегович.
— А! — протянула Екатерина, и слезы обильно потекли из глаз.
— Ну, ну, не волнуйся. Помни о сердце. Я сейчас капли принесу, — Владимир поспешно покинул кухню.
— Бедная моя девочка! Что с ней? — запричитала женщина. — Я ее так часто ругала, не понимала. А ей хотелось компьютер, видеокамеру и мобильник. Сейчас бы все сбережения спустила, в кредиты залезла, лишь она вернулась.
 Пришел муж с лекарством.
— Мне нужны адреса и телефоны всех ее подруг и знакомых. Записные книжки, блокноты, дневники.
— Да, я сейчас. — Женщина поднялась.
— Только прошу, в комнате ничего не говорите вслух. Я там не проверял на наличие подслушивающих устройств.
— Хорошо, — она без дополнительных пояснений все поняла и вышла.
Женя обратился к Владимиру:
— Как вы думаете, почему это случилось?  Как я заметил, вы не богато живете.
— Да, где там. — В досаде махнул рукой Владимир. — Живем от зарплаты до зарплаты.
— Тогда что получается? Похитители либо обманулись, либо им надо будет что-то иное, кроме денег. Что? Ничего не понимаю.
— Им нужен наш выигрыш.
— Выигрыш?
— Мы с женой сами узнали об этом только неделю назад. Оказывается, наша Машенька купила билет «Русского лото», и выиграла. 52 тысячи рублей. И молчала почти два месяца. Сюрприз хотела нам сделать.
— Выигрыш уже получили?
— Нет. Деньги выплачивают только через два месяца после розыгрыша. Осталась ждать пять дней.
— Понятно теперь, — Женя задумался, — а вы сами кому-нибудь не говорили о выигрыше?
— Нет. Как только Маша нам сообщила, мы тут же, на семейном совете решили никому не говорить.
— Правильное решение.
— Да, я тоже так думаю.
— А жена? Вы же знаете женщин, секреты не всегда держаться у них на языке.
Кажется, это немного обидело Владимира, щеки надулись:
— За Катерину я ручаюсь, как за самого себя. Нет, нет и еще раз нет. — И, видя, что детектив молчит, продолжил говорить горячо и уверенно. — Тем более мы оба в отпуске, никуда не ходим. Друзей у нас нет, а с соседями стараемся говорить лишь о погоде и сериалах.
— А Маша? — уверенность как сквозняком сдуло, и Лужин «добил» своими аргументами. — Два месяца все-таки огромный срок. А тут такая удача. Посудите сами: трудно удержаться, не похвастаться перед подружками.
— Да, конечно. — Мужчина совсем сник, опустил голову.
Вернулась Катерина, протянула Жене лист бумаги, исписанный мелким, но разборчивым почерком.
— Я переписала все, что нашла.
— Спасибо. — Лужин поднялся, считая, что на данном этапе его миссия выполнена. Но в дверях все же остановился:
— Скажите, а куда вы были намерены потратить выигрыш?
Супруги смутились.
— Хотели домик за городом купить. Все как-никак, а подсобное хозяйство. Огород – большое подспорье в столь трудное время.
— Это конечно. Если появятся новости, то звоните в свой ЖЭК, и вызовите водопроводчика. Я договорился.
— Умоляю, найдите нашу девочку.
— До свидания. — И он покинул квартиру с тяжелым сердцем. Квартиру, где поселилось огромное горе.
 
  В офисе Евгений поделился полученной информацией с сотрудниками.
— А мне никогда не везло в лотереи, — как-то немного обиженно сказала Фая.
— Повезет в любви, — тут же нашелся Сава.
Лужин поперхнулся сигарным дымом, закашлялся, чувствуя, как лицо предательски заливает краска. Он поспешил спрятаться от глаз коллег за монитором компьютера.
Однако быстро сумел взять себя в руки.
— Похитители явно ждут, когда Самохины обналичат билет. Но зачем? Деньги ведь труднее передать, чем простой билет.
— Страхуются, а вдруг Самохины подсунут другой билет. Что делать будем?
— Так, Фая, вот тебе адреса ее подружек. И школу заодно навести. Узнай мнение учителей о Марии. Чем живет она, ее интересы, окружение.
— Понятно.
— Ты, Савелий, поедешь в контору представительства «Русского лото». Узнай все, что можно узнать.
— Ok!
— А я прокачусь до магазина «Рыба» и до автобазы. Составить полный портрет семьи Самохиных. Это нам не помешает. Все, ребята, за работу. Завтра  все суммируем, проанализируем и решим, что делать. Возможно, и милицию придется подключать.
Все дружно и шумно поднялись с рабочих мест.
 
  Евгений пришел на работу самым первым. И пока не было сотрудников, стал заносить в компьютер все то, что он вчера узнал о Самохиных. Данных накопилось предостаточно. И с места работ, и от соседей, когда он накануне «работал водопроводчиком». Картина складывалась следующая: семья образцово-показательная. Ни скандалов, ни раздоров. Все тип-топ, как говорят тинэйджеры. Хоть пиши феерический рассказ под рабочим названием «Истинное счастье».
Фая и Сава пришли одновременно, и тишина тут же покинула их офис. Фая еще с порога начала делиться результатами проведенной работы:
— Самохина Мария - отличница и активистка. Отзывчивая и добрая девочка. Вот только иногда завистлива, но не черной завистью. В стенах школы близких подруг не имеет. Теперь, что касается семьи Седых. Семья хоть и положительна, но в ней властвует культ роскоши. Оксана испорчена этим. И на меня посмотрела свысока, оценивая одежду, обувь и косметику.
— Как ты представилась? — в голосе невольно выделялся металл.
— Корреспондентом «Молодежного вестника». Пишу статью о золотой молодежи.
— Отлично. Что у тебя, Сава?
— Большие суммы выигрышей регистрируются. Выплачивается через два месяца после розыгрыша, наличие паспорта обязательно. Облагается тридцати-пяти процентным  налогом.
— Тридцать пять? Много.
— Да. С пятидесяти двух тысяч? Восемнадцать тысяч двести рублей получается.
Пауза несколько затянулась.
— Что делать?
— Тупик. — Честно сознался Женя. Встал и прошелся по кабинету.
— Не совсем, — тихо сказала Фая.
— Что?
— Есть ниточка. Вот, — она достала листок бумаги, — в классе, где учится Мария, стоит старенькая пишущая машинка «Оптима». Я набралась наглости и отпечатала страничку.
— Молодец! — обрадовался Сава.
— Нужно будет сделать экспертизу. — Женя взял листок и сравнил с письмом похитителей. — Хотя и без нее видно, что оба текста печатались на одной машинке. И все же официальная бумага требуется. Я еду в милицию, а вы…. — Он задумался.
— Что?
— Узнайте, есть ли у Седых дача? Желательно и адрес ее.
— Есть соображения?
— Кое-какие есть. Но пока промолчу. — И Лужин покинул кабинет.
 
 Утром позвонили из ЖЭКа: звонил Самохин и истерично требовал прислать водопроводчика. Лужина в офисе не было, мобильник не отвечал. Пришлось в авральном порядке Савелию ехать к Самохиным. Фая же засела за любимый компьютер. Время катастрофически медленно тянулось. И когда она готова была выругаться в голос, дверь офиса распахнулась. Приехал Сава, угрюмый, как грозовая туча. Протянул лист бумаги:
— Похитители напомнили о себе. На этот раз текст отпечатан на принтере.
— Вижу.
«Готовьте 50 тысяч, если хотите увидеть
живой дочку-лапочку. Не расслабляйтесь.
Не забывайте о слежке».
— Шеф не появлялся?
— Нет.
Не успела Фая ответить, как появился Женя. Уставший,  в перепачканной одежде, но с довольным выражением на лице. Да и блеск глаз говорил, что шеф на пороге раскрытия дела. Фая протянула ему новое письмо от преступника. Женя лишь скользнул по нему взглядом и усмехнулся:
— Все сходится.
— Что?
— Все! Преступление раскрыто, господа сыщики.
— И? — Сава от нетерпения едва из собственной кожи не выпрыгивал.
По большому счету, и не было никакого преступления. Маша, выиграв большую сумму денег, не сразу сказала родителям. Это меня насторожило. В семье, где по всему царит гармония и взаимопонимание – это нонсенс. Просто девочка тайком от родителей решила купить себе компьютер, телефон и камеру. А потом поставить родителей перед фактом. Но узнав в представительстве, что несовершеннолетним такие большие выигрыши не выдаются, открылась родителям. А те тут же решили купить домик за городом, с огородом и садом. С Машей, естественно, истерика. Она требует своего, но родители непоколебимы. Тогда она и решилась на воображаемый киднеппинг. Печатает в классе на машинке текст, а сама скрывается у Оксаны Седых на даче. Сами Седых там появляются крайне редко, лишь по большим праздникам. Только девочка не учла, что выигрыш облагается налогом, вот и потребовала всю сумму, в пятьдесят тысяч. И текст уже печатает Оксана дома, на своем компьютере. А Маша до сих пор скрывается на даче. Мне и соседи в поселке сообщили, да и я сам ночь провел в кустарнике, неподалеку от дачи. Свет горит, в окне – девичий силуэт. Хотя все семейство Седых в городе, в театр ходили.
— Да, — протянул Сава. — Дела.
— Вот тебе и дочка-лапочка.
— Бедные Владимир и Катерина, — с неожиданной стороны посмотрел на ситуацию Женя. — Их ожидает очередной удар. А они и так держатся на лекарствах.
— Может, сходим все вместе в ресторан? — предложил Сава. — Развеемся. На душе так скверно.
— Цветы жизни не всегда благоухают.
— Это точно.
Рейтинг: 0 204 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

Популярная проза за месяц
175
142
127
118
117
Кто она, Осень? 28 сентября 2017 (Тая Кузмина)
116
​ТАЙНА ОСЕНИ 29 сентября 2017 (Эльвира Ищенко)
106
101
101
101
100
98
97
95
93
93
92
91
89
85
84
84
82
82
81
77
73
61
52
50