Болезнь

article62722.jpg

      Мне как-то неважно теперь чувствуется…

Неважно? – да это бред полный! Мне просто плохо! И вовсе не с того, что я… Я стал очень плох к другим… Слово «презрение» стало чуть ни первым в списке моих слов. Я теперь презираю все на свете. Я слышу ложь теперь везде… В поэзии, в музыке, в живописи… Мне стало вдруг казаться, что все мне собираются соврать, лгут всенепременно и всегда… Я знаю, что это не более, чем заболевание, но на то оно и заболевание, что ближе его тебе никого и нет. Близкие лгуны, от врачей и до самых родных, казалось, людей – все лгут. Я не против, что весь наш мир испачкан ложью… Я против того, чтобы это касалось именно меня. Но…
 
     Больше всего на свете я боялся собственного сумасшествия. Я, как любой, все представлял себе свою смерть… Такой-то и такой-то… Даже, словно, как Гоголь…, боялся быть похороненным заживо, но сумасшествие, друзья… Уж лучше живым в гроб. Теперь я сумасшедший. Я это знаю. Я это знаю точно, потому, что нельзя ведь ненавидеть весь мир без каких-либо оснований… И жизнь… Ведь ее же, априори, все должны любить?.. И любят все… А мне она… обрыдла… Я вижу лишь сломанные ногти, что стараются взобраться на отвесную стену, скребут этот гранит, а он… Он висит над человеком не то, чтобы… Он, вообще, о нас не думает… Он живет вечность, он видел сотни, тысячи, миллиарды когтей, что царапались о него… Природа прекрасна, говорит писатель, музыкант, художник… Но она над нами… Она… Она-то нас с вами за природу и не держит…
 
     Вот мы еще говорим… Бог! Что мы Ему подобны… Али он нам… Чушь собачья! Бог, если бы любил нас, с нами бы такого не делал. Бог – что та скала… Сломанные ногти, а боле ничего… Я Бога не люблю. Не люблю ровно за то, что Он не любит меня. Любовь наша к Богу – простая наша трусость. Трусливый всегда бежит туда, а где бы было ему теплее, безопаснее… Тут тебе и храм…, да вот беда… Нету там никакого Бога. Одни скалы гранитные… Вы посмотрите на пресные морды икон… Любят они вас? Да даже жалеют ли? 
 
     Я не люблю Бога не потому, что его нет. Напротив – он, как раз, и есть. Я не люблю Бога, потому, что ему плевать… И плевать мне ровно в лицо… Вам разве не тоже так? Вам Он говорит, мол, сначала вы, а после уж Я?.. Но так ли говорит сыну отец, когда сын в беде?! В общем… Вера нужна лишь затем, чтобы продлить страх…, а страх нужен затем, чтобы продлить боль, а боль нужна затем… А зачем людям боль?..
 
 
- Семнадцатого пациента на укол – послышалось из коридора…
- Вот и Господь сподобился…, - подумалось мне…

© Copyright: Владимир Степанищев, 2012

Регистрационный номер №0062722

от 15 июля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0062722 выдан для произведения:

      Мне как-то неважно теперь чувствуется…

Неважно? – да это бред полный! Мне просто плохо! И вовсе не с того, что я… Я стал очень плох к другим… Слово «презрение» стало чуть ни первым в списке моих слов. Я теперь презираю все на свете. Я слышу ложь теперь везде… В поэзии, в музыке, в живописи… Мне стало вдруг казаться, что все мне собираются соврать, лгут всенепременно и всегда… Я знаю, что это не более, чем заболевание, но на то оно и заболевание, что ближе его тебе никого и нет. Близкие лгуны, от врачей и до самых родных, казалось, людей – все лгут. Я не против, что весь наш мир испачкан ложью… Я против того, чтобы это касалось именно меня. Но…
 
     Больше всего на свете я боялся собственного сумасшествия. Я, как любой, все представлял себе свою смерть… Такой-то и такой-то… Даже, словно, как Гоголь…, боялся быть похороненным заживо, но сумасшествие, друзья… Уж лучше живым в гроб. Теперь я сумасшедший. Я это знаю. Я это знаю точно, потому, что нельзя ведь ненавидеть весь мир без каких-либо оснований… И жизнь… Ведь ее же, априори, все должны любить?.. И любят все… А мне она… обрыдла… Я вижу лишь сломанные ногти, что стараются взобраться на отвесную стену, скребут этот гранит, а он… Он висит над человеком не то, чтобы… Он, вообще, о нас не думает… Он живет вечность, он видел сотни, тысячи, миллиарды когтей, что царапались о него… Природа прекрасна, говорит писатель, музыкант, художник… Но она над нами… Она… Она-то нас с вами за природу и не держит…
 
     Вот мы еще говорим… Бог! Что мы Ему подобны… Али он нам… Чушь собачья! Бог, если бы любил нас, с нами бы такого не делал. Бог – что та скала… Сломанные ногти, а боле ничего… Я Бога не люблю. Не люблю ровно за то, что Он не любит меня. Любовь наша к Богу – простая наша трусость. Трусливый всегда бежит туда, а где бы было ему теплее, безопаснее… Тут тебе и храм…, да вот беда… Нету там никакого Бога. Одни скалы гранитные… Вы посмотрите на пресные морды икон… Любят они вас? Да даже жалеют ли? 
 
     Я не люблю Бога не потому, что его нет. Напротив – он, как раз, и есть. Я не люблю Бога, потому, что ему плевать… И плевать мне ровно в лицо… Вам разве не тоже так? Вам Он говорит, мол, сначала вы, а после уж Я?.. Но так ли говорит сыну отец, когда сын в беде?! В общем… Вера нужна лишь затем, чтобы продлить страх…, а страх нужен затем, чтобы продлить боль, а боль нужна затем… А зачем людям боль?..
 
 
- Семнадцатого пациента на укол – послышалось из коридора…
- Вот и Господь сподобился…, - подумалось мне…
Рейтинг: 0 304 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
91
80
75
71
70
64
61
58
57
57
56
54
54
52
52
51
49
49
48
48
47
47
45
45
44
40
40
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
40
35
30