ГлавнаяВся прозаМалые формыНовеллы → Коктейль Ли-2

 

Коктейль Ли-2

25 августа 2014 - Александр Шипицын
article235220.jpg

 КОКТЕЙЛЬ ЛИ-2

 

            В дивизии, в отряде управления, летал у нас один самолет, мимо которого мало кто мог пройти, не облизнувшись. Ли-2 – «Малый советский спиртоносец». На нем использовалось 40 литров спирта. Большой спиртовоз – это Ан-8. Он по 110 литров этого добра таскал. Спирт использовался как противообледенительное средство. Когда самолет попадал в зону обледенения, система разбрызгивала спирт через каналы в винтах на плоскости и фюзеляж.

            Обычно эти самолеты, не успев оторваться от полосы, даже в Сахаре, сразу же попадали в зону интенсивного обледенения. И до самой посадки из этой благословленной зоны не выходили. Прямо рок какой-то над этими самолетами висел. Ненастье подтверждалось метеобюлетнем, который подписывал дежурный синоптик. А уж он в день полетов Ли-2 домой на бровях добирался. И дивизионное начальство поражалось, как это все летают «ясно 10 и миллион на миллион», а вокруг Ли-2 облака с обледенением, причем интенсивным, кучкуются? Только на стоянке они рассеиваются. Но за доверчивость у каждого дивизионного начальника в сейфе бутылка со спиртом стояла. И было чем брусничный сироп сдобрить. А уж с клоповкой* – высший пилотаж!

            Однажды самолет действительно попал в обледенение. Доложили командиру: лед быстро нарастает! Он и сам это видел. Но команду на включение системы не давал. Все экономил. Когда правый летчик начал слабо попискивать и управлять самолетом стало трудно, а угол атаки приблизился к критическому, он сказал: «Включай!» и тут же через 2 секунды крикнул «Выключай!» На их счастье они вышли из облаков. Командир попенял экипажу. Не могли еще пару минут потерпеть? Сколько спирта зря израсходовали!

            Матросы в дивизионное начальство не входили. Но, вопреки требованиям устава и грозных директив, норовили надраться, чем только можно. Спирт на этой стремянке ценностей, ввиду своей действенности, стоял выше всех. Ночью самолет стоял на охраняемой часовым стоянке и был опломбирован. Но наш матрос, которого куда ни целуй, везде одно и то же мягкое место, не спит, думает: как бы офицеру жизнь усложнить? И придумали.

 

 

            С некоторых пор спирта, что после полета оставался и тщательнейшим образом в журнал, тремя подписями заверенный, занесен был, утром в бачке не оказывалось. Бачок был пуст, как казна, которая везде и всегда пуста. Долгое время самое скрупулезное расследование причин этого таинственного явления выявить не могло. Одновременно участились случаи пьянства матросов. Они попадали на гауптвахту в сильном опьянении и с дикой жаждой по утрам. Жажда немедленно переходила в новое опьянение, стоило дать матросу вволю напиться воды. Привлеченный к следствию оперуполномоченный особого отдела быстро тайное сделал явным.

            В состав группы хищения спирта входили: механик самолета, апист (водитель АПА – аэродромного источника питания), часовой на посту и разводящий. Часовой пропускал преступную группировку на пост и охранял их во время экспроприации спирта. Разводящий должен был проинформировать группу в случае прибытия дежурного по караулам или проверяющего. Апист снабжал предприятие электроэнергией.

Главную роль играл  механик самолета. Он, выходя из самолета, незаметно включал тумблер противообледенительной системы, которая, из-за отсутствия тока на борту, даже будучи включенной, не работала.  Ночью он прибывал на стоянку. Туда же приезжал АПА. Оставалось только подключить АПА к самолету, запустить генератор и подставить под винты тазики и котелки.

Сложнее было легализовать открытие оперуполномоченного. Однако и тут нашли выход. Стартех самолета и ответственный офицер заперлись в домике отряда управления, откуда стоянка ЛИ-2 была, как на ладони. Дежурный по караулам нейтрализовал разводящего. Остальных арестовали стартех с ответственным офицером и вызванный патруль. Все нестыковки, связанные с хранением и употреблением спирта на законные нужды, были списаны на преступную группировку. Получалось, что они выпили целую железнодорожную цистерну. Зато долгое время не было нужды «летать в облаках». Над всем Дальним Востоком сияло безоблачное небо. К большому сожалению синоптиков.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------

* Клоповка – ягода-эндемик, типа брусники, но крупнее и душистее. Запах у нее был  – обалдеть. 

© Copyright: Александр Шипицын, 2014

Регистрационный номер №0235220

от 25 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0235220 выдан для произведения:

 КОКТЕЙЛЬ ЛИ-2

 

            В дивизии, в отряде управления, летал у нас один самолет, мимо которого мало кто мог пройти, не облизнувшись. Ли-2 – «Малый советский спиртоносец». На нем использовалось 40 литров спирта. Большой спиртовоз – это Ан-8. Он по 110 литров этого добра таскал. Спирт использовался как противообледенительное средство. Когда самолет попадал в зону обледенения, система разбрызгивала спирт через каналы в винтах на плоскости и фюзеляж.

            Обычно эти самолеты, не успев оторваться от полосы, даже в Сахаре, сразу же попадали в зону интенсивного обледенения. И до самой посадки из этой благословленной зоны не выходили. Прямо рок какой-то над этими самолетами висел. Ненастье подтверждалось метеобюлетнем, который подписывал дежурный синоптик. А уж он в день полетов Ли-2 домой на бровях добирался. И дивизионное начальство поражалось, как это все летают «ясно 10 и миллион на миллион», а вокруг Ли-2 облака с обледенением, причем интенсивным, кучкуются? Только на стоянке они рассеиваются. Но за доверчивость у каждого дивизионного начальника в сейфе бутылка со спиртом стояла. И было чем брусничный сироп сдобрить. А уж с клоповкой* – высший пилотаж!

            Однажды самолет действительно попал в обледенение. Доложили командиру: лед быстро нарастает! Он и сам это видел. Но команду на включение системы не давал. Все экономил. Когда правый летчик начал слабо попискивать и управлять самолетом стало трудно, а угол атаки приблизился к критическому, он сказал: «Включай!» и тут же через 2 секунды крикнул «Выключай!» На их счастье они вышли из облаков. Командир попенял экипажу. Не могли еще пару минут потерпеть? Сколько спирта зря израсходовали!

            Матросы в дивизионное начальство не входили. Но, вопреки требованиям устава и грозных директив, норовили надраться, чем только можно. Спирт на этой стремянке ценностей, ввиду своей действенности, стоял выше всех. Ночью самолет стоял на охраняемой часовым стоянке и был опломбирован. Но наш матрос, которого куда ни целуй, везде одно и то же мягкое место, не спит, думает: как бы офицеру жизнь усложнить? И придумали.

 

 

            С некоторых пор спирта, что после полета оставался и тщательнейшим образом в журнал, тремя подписями заверенный, занесен был, утром в бачке не оказывалось. Бачок был пуст, как казна, которая везде и всегда пуста. Долгое время самое скрупулезное расследование причин этого таинственного явления выявить не могло. Одновременно участились случаи пьянства матросов. Они попадали на гауптвахту в сильном опьянении и с дикой жаждой по утрам. Жажда немедленно переходила в новое опьянение, стоило дать матросу вволю напиться воды. Привлеченный к следствию оперуполномоченный особого отдела быстро тайное сделал явным.

            В состав группы хищения спирта входили: механик самолета, апист (водитель АПА – аэродромного источника питания), часовой на посту и разводящий. Часовой пропускал преступную группировку на пост и охранял их во время экспроприации спирта. Разводящий должен был проинформировать группу в случае прибытия дежурного по караулам или проверяющего. Апист снабжал предприятие электроэнергией.

Главную роль играл  механик самолета. Он, выходя из самолета, незаметно включал тумблер противообледенительной системы, которая, из-за отсутствия тока на борту, даже будучи включенной, не работала.  Ночью он прибывал на стоянку. Туда же приезжал АПА. Оставалось только подключить АПА к самолету, запустить генератор и подставить под винты тазики и котелки.

Сложнее было легализовать открытие оперуполномоченного. Однако и тут нашли выход. Стартех самолета и ответственный офицер заперлись в домике отряда управления, откуда стоянка ЛИ-2 была, как на ладони. Дежурный по караулам нейтрализовал разводящего. Остальных арестовали стартех с ответственным офицером и вызванный патруль. Все нестыковки, связанные с хранением и употреблением спирта на законные нужды, были списаны на преступную группировку. Получалось, что они выпили целую железнодорожную цистерну. Зато долгое время не было нужды «летать в облаках». Над всем Дальним Востоком сияло безоблачное небо. К большому сожалению синоптиков.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------

* Клоповка – ягода-эндемик, типа брусники, но крупнее и душистее. Запах у нее был  – обалдеть. 

Рейтинг: 0 228 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!