ГлавнаяПрозаКрупные формыПовести → Прорваться. 2.5. Через академизм

Прорваться. 2.5. Через академизм

9 декабря 2020 - Александр Рогулев
5. Через академизм
 
     Они покинули место своего трехсуточного обитания за час до рассвета. АС105 перед уходом минут двадцать суетился с какими - то баллонами, пакетами, картонными коробками. Когда ИР и Алекс вылезли через люк, он шепнул им сверху, что догонит их через пять минут.
Алекс, после люка попав на асфальт, попробовал осмотреться, но тьма была египетская, ничего не видать; то, что он лежал на асфальте, было определено на ощупь. 
- За мной, - прошелестел голос ИР, - ползком, касайся пальцами моих подошв.
Они поползли, ''яко черви'' – не преминул бы съехидничать АС105. Через метров сто пятьдесят асфальт кончился, началась жухлая и мокрая трава и вот, то ли кусты, то ли деревья. Они развернулись лицом к точке исходного движения.
- Последнее время все по кустам, - уныло размышлял Алекс, - и началась-то вся эта круговерть с опрыскивания дерева, воистину неисповедимы…
 
Как и было обещано через пять минут к ним присоединился АС105.
- Ликвидация следов, - потребовала отчета ИР.
- Так что, вашблагродь, усе выполнено. Все, чем мы употреблялись, оно ж сгораемо за милу душу. Товар перевозимый зашишон стяной невзгораемой, а на той люк поставляна была коробка с китайским фрейферхом, там надысь все поплавитыся и нема концив, ось як я бачу.
- Что ж, отчет принят и одобрен по существу, - сказала ИР, - но форма отчета – это дикий коктейль из несочетаемых компонентов.
- Так это же, госпожа Писарева, среди своих можно и без …
- Тихо, - оборвала его ИР, - лежим молча, ждем, когда посветлеет.
 
Пришло время рассвета, мрак стал сереть, серость стала светлеть. Выяснилось, что позади от них имел место двух с половиной метровый забор со спиралью Бруно поверху. Когда видимость еще улучшилась, они увидели в двухстах метрах въездные ворота, сбоку их проходная со светящимся окном. Ворота были распахнуты, проезду препятствовал только натянутый поперек стальной трос.
- За этими воротами, налево, десять минут пешкодралом и будет улица имени Молодогвардейцев, - шепотом проинформировал их АС105, - туда можно вызвать такси, телефонный номер мне известен и – прямиком к академикам.
ИР резко повернулась к нему:
- Откуда тебе известно, что у меня есть мобильник?
- Ниоткуда, - пожал плечами АС105, - так - интуиция.
- А почему ты решил, что нам надо к академикам? - вопросил и Алекс.
- Да тоже она, врожденная интусьион. Однако, судя по ограде, мы внутри владений солидной фирмы, а посему этот трос меня смущает. Итого – выходить надо, как полагается, через проходную.
- Ты первым, - как всегда легко расшифровала его намерения ИР, - но только без …
- Обижаете, дорогая Исидора, - АС105 демонстративно поддернул брюки и …канул, растворился в пространстве.
 
Алексу стало жутко, где он, с кем он? Считанные секунды спустя в дверях проходной появился АС105 с приглашающими взмахами руки.
- Спит яко ребятеночек, губками причмокивает, жаль пустышки не мае, - ответил АС105 на вопросительный взгляд ИР.
 
Перелезая через турникет в проходной, Алекс глянул в окошко охранника. Двухметровый детина лежал на топчане лицом вверх и действительно причмокивал во сне.
 
Дальше было все как сказал Александр Степанович – налево, десять минут ходу, улица Молодогвардейцев.
- Номер, - потребовала ИР.
АС105 назвал десять цифр, ИР кивнула, мол, запомнила, и сделала им жест рукой.
Алекс этого знака не понял, но АС105 взял его деликатно под руку и мягко сказал:
- Пойдемте, мин херц, не торопясь, вдоль по штрассе, геноссе нас догонит.
 
Минут через десять /так много для вызова такси-подумал Алекс/ ИР к ним присоединилась.
- Вернемся немного назад, такси я вызвала к салону-парикмахерской ''Престиж''.
Подъехало такси, Ситроен /С4/, водитель с заспанным лицом сердито спросил:
- Вам че ли в Академ?
- Йа,йа,йа, - живо откликнулся Александр Степанович, открыл заднюю дверь и пригласил, - битте шен, професса.
 
Алекс, недоумевая, сел в такси.
- Четыреста, - буркнул таксист, смотрел он при этом на ИР, - четыреста рублей.
ИР знала от диспетчера, что поездка стоит двести восемьдесят, но она кивнула, обошла автомобиль и присела к Алексу на заднее сидение. АС105 сел к водителю, такси тронулось.
 
Под звук двигателя ИР шепнула, касаясь губами уха Алекса:
- Не забывайте, что Вы в гриме, Вы – пожилой человек, почтенный ученый. Ведите себя соответственно.
Тут Алекс внезапно почувствовал, что он очередной раз впал. Надолго!
 
Подкатив к главному ходу вполне проснувшийся таксёр, лихо развернувшись, сказал по иностранному:
- Пше прошем.
- Алес гут, - продолжал фиглярствовать АС105, - вы можейт выбрат или тщатыресто вублей бьез плюса, или пятьдесят доллар плююс тщелбан моей палець в твоий лоб, давай, давай, балалайка.
Таксёр, к национальному стыду Алекса, выбрал второй вариант. Получив пятьдесять ''зеленых'' и удовлетворенно вздохнув, бедняга подставил лоб под ''плюсового леща''. Очнувшись через двенадцать секунд, он услышал проникновенный голос Александра Степановича:
- Жадность – это плохо.
Ситроен рванул с места так, как можно увидеть только в голливудских фильмах. Вообще говоря, обычная реакция после общения с Александром Степановичем.
 
Трое вошли в одно из святилищ науки. Время было раннее, они хотели только сориентироваться. Путь им преградил, вообще - то в это время по должному видимому, вахтер /сторож, лицензированный охранник/. Ничего подобного, на их пути встал человек, свыше средних лет, в строгом тёмно-синем костюме, в очках /может быть и роговых, но автор не знает, что это такое/, да, в лакированных черных туфлях. Выглядел он, добавьте выражение его лица, как доктор минимум двух наук.
- Что Вам угодно? – спросил он, вздернув подбородок.
Все еще в состоянии куража АС105 выдвинулся на передний план.
- Грейт Бритен…, сорри, Королевский юни…, сорри, университет прикладной физики имени Кавендиша, Ландон, Великобритания. Назначена встреча с профессором … э..э Ви Пи Праутсенко, тудей, эбоут уан онэ пиэм, сорри, в тринадцат ноул – ноул.
- Встреча с Владимиром Пименовичем Праценко не возможна, Вас либо дезинформировали, либо…, - доктор двух или более наук, нахмурившись, готов был выдвинуть обвинение.
 
Алекс, поняв, что надо спасать Александра Степановича от неминуемых активных действий, втиснулся между конфликтующими сторонами.
- Я знаком с Владимиром Пименовичем более десяти лет, что с ним, вновь обострение язвы?
Лицо достойного вахтера несколько смягчилось, недоверие на нем смешалось с удивлением:
- Кто же Вы, уважаемый коллега профессора Праценко?
- Ну, не коллега, конечно. Я – Алексей Руайбефт, ученик Бориса Семеновича Берковского.
- Алекс?! – вскликнул никакой, оказывается, не Цербер, - ты Алекс?
- Да, так меня все называют, все родные, близкие и друзья…
- Солещук Валентин Андреевич, к.ф.м.н., замзав отделом, в настоящее время по совместительству ммм… лицензированный охранник. Владимир Пименович ждал тебя все время после кончины Великого Боба. Все повторял: '' Если, Алекс у нас не объявится, то это станет, будем говорить, свидельством его явного недомыслия''.
 
''Будем говорить'', ''недомыслие'' – это были словечки из лексикона Владимира Пименовича. Алекс растаял.
- Как все же увидеться с профессором, где он сейчас?
- Академик Праценко, - строго поправил Алекса ИО охранника и тут же скуксился, - отправлен на ''заслуженный отдых по состоянию здоровья'', три, да с половиной, месяца тому назад.
- Опять кому-то тому на зад, - уныло подумал Алекс и спросил:
- Где же академик Праценко сейчас находится?
- В это время года он всегда жил, вернее, если удавалось, проводил свои свободные часы на даче. Думаю, что и сегодня он там и обитает.
- Где дача, как проехать? - высунулся из-за плеча Алекса, проявив инициативу, Александр Степанович.
- Вы на машине? – спросил Валентин Андреевич, - тогда мне проще проехать с вами.
- Как же охрана объекта? - напомнил АС105.
- Да нету никакого, НИКАКОГО объекта, ''все уже украдено до вас'', осталась скорлупа, которую вот-вот преобразуют в торгово-развлекательный центр, например, или вроде того.
- Как? После того, что было в двухстах пятидесяти километрах на восток?!
- Не будьте наивным, Алекс. Вы же читали Кайла Майкса – оживление капитала при … процентах прибыли, потом тра та та и нет такого преступления и т.д. Я, может быть, не понятно цитирую?
- Понял, не вахлак, - слегка обиженный Алекс, оглянулся за моральной поддержкой к своим спутникам. Ни того, ни другую он не увидел.
- Уж эти мне их фокусы, - бодрясь, подумал он.
 
В окружающем вход в храм науки сосновом бору что-то происходило, ему /бору/ не свойственное. Кряхтение, сопение, хрипение, чмоканье, и, в итоге, разноголосое храпление, лучше, наверное, сказать – разноголосый храп. Как минимум квинтета.
 
ИР и АС105 вышли из леса ''усталыми, но довольными''.
- Усули, бисовы диты, - сообщил АС105, - а видь так не хотели.
 
Алекс, в нахлынувшем, как у него не раз бывало, озарении, спросил у ''вахтера'':
- Вот и Владимир Пименович , без тепла не засыпал, в ногах у него всегда была кошка. Э..э… Мурка? Милка? О чем я? Прошло столько лет, сейчас какая-нибудь Розочка?
- Нет, не Розочка, а та же Мурка, естественно, в третьем поколении, - поведал и.о. охранника.
 
Алекс завел правую руку за спину, согнул указательный палец /внимание, вопрос/, поднял указательный палец /внимание, ответ/ и, протянув руку вперед, ущипнул собеседника за губу.
- Что это вы себе позволяете, - возопил было ''охранник'', но могучей рукой АС105 был брошен на бетонку и, ударившись головой, потерял сознание.
- А чего? – спросил АС105, - прокололся?
 
  Алекс, подивившись в очередной раз чутью Александра Степановича, спросил:
- Ты наш последний разговор слышал?
- Конычно.
- Видишь ли, мой друг со сверхъестественным чутьем, есть один нюанс, который ты уловить не можешь, в принципе.
- Что именно?- с уверенностью в победе, спросил АС105.
- Дело в том, что Владимир Пименович Праценко - душа, во всех отношениях человек - терпеть не мог кошек. Он даже – упомянул как-то Борис Семенович – перестал ходить к своему близкому другу, когда дочери того подарили котенка на день рождения, с тех пор встречался со своим товарищем на ''нейтральной территории''. А? Каково?
- Что ж ловушка устроена неплохо, - признал АС105,- то, что он не тот за кого себя выдает я понял на сорок седьмой секунде разговора.
У самодовольно ухмыляющегося Алекса отпала челюсть /нижняя, естественно/:
- Как?
- У него дрожали коленные чашечки, ну и еще были приметы…
- А в лес вы почему направились, так резко?
- ИР уловила звук взводимого затвора…
 
Легкая на поминках ИР, как всегда безапелляционно, сказала:
- Давайте-ка, Шерлоки, притормозите со своей дедукцией, что думаете делать дальше?
- Как что? – удивился Алекс, - приведем этого Лжедмитрия в чувство и спросим, где находится дача Владимира Пименовича.
- Детсад, - вздохнул АС105.
- Да уж, - едва ли не впервые согласилась с ним ИР, - ученый, в говне толченный…
 
Не описать в какое бешенство привела Алекса эта детская дразнилка.
- Че вы, че вы, блин, вы че, вы, - распыхтелся он, не находя слов и приближаясь к истерике.
- Вот, - сказала ИР, - возьми.
Она подала Алексу металлическую /вроде бы/ трубку, диаметром не более пластиковых трубочек для коктейлей.
- Ликвидируешь этого типа после получения от него информации, тут просто надо сильнее сжать конец трубки и все.
Истерика у Алекса мигом прошла:
- Как это – ликвидируешь? Вы спятили?
- Похоже спятил ты. Где же твоя хваленая логика! По твоему – этот хмырь нам все рассказывает, а, если нам покажется, что не все – может будем пытать? Получив требующуюся информацию, мы оставляем его живым? Что же дальше? Он берет обет молчания и удаляется в монастырь?
- Так он же все равно расскажет, что мы ищем Праценко.
- Не расскажет, - мрачно заявил АС105, - ''подъехало такси, а дальше ничего не помню'' – это все, что сможет данный индивидуум сказать.
- Что же по вашему мы должны делать? – покоренный логикой и фактами, спросил Алекс.
- Вы разрешите, экселенс? – обратился Александр Степанович к ИР. Та, фыркнув на очередной свой титул, кивнула.
- Видите ли, дражайший Алексей Олегович, чем больше знаем мы и чем меньше знают о нас – это, конечно, не гарантия, но, безусловно, одно из условий вашей безопасности. Прошу извинить за допущенную тавтологию, из всех моих грехов, этот самый малый, если, вообще, это считать грехом. Эллины, впрочем, …
 
Алекс из всего услышанного ни хрена не понял, но постепенно успокоился. Успокоившись, осознал, что АС105 нес всю эту ''дичь'' именно для его успокоения. За всем тем они уже порядочно углубились в лес.
- Теперь спокойно о главном, - явно держась настороже, проговорила ИР.
- Те, кто ждали нас у ''академиков'' – это свои, то есть родные ребята, исполняющие приказ.
- Крепкие хлопцы, - подтвердил АС105, - не должны бы простудиться, спля на траве, а?
- Твой профессор может быть и … ладно, пропустим, но не исключено, что в самом деле выращивает огурчики-помидорчики. Все-таки убрать академика ''без шума и пыли'' трудновасто. Мым…, мымым…, нужен ''язык''. Не может быть, что бы в округе никто не знал о судьбе профессора Праценко. Форы у нас семь-восемь часов. АС105 выдай нашему другу, не более трехсот грамм для общения с населением.
- Для общения, - подчеркнула ИР, вперив взор в Алекса, - а теперь я говорю – ФАС!
 Так приказывают собакам и тут впору обидеться, но по непонятной связи Алексу вспомнилась прогулка по вечернему городу. Не шипение о том, как должен ходить престарелый мужчина, нет. Вспомнилось ощущение руки, прижатой к её телу.
Короче, фас так фас.
 
Выходя с Александром Степановичем, перед тем как разойтись по ''секторам'', Алекс брякнул:
- Что-то у вас однообразненько, усыпления да усыпления. С чудесами дефицит…
АС105 не дал ему договорить, крепко взял за грудки и внушительно внушил:
- Чудеса в этом мире штука из ряда вон выходящая и, между прочим, чреватая непредсказуемыми последствиями. Внял, чудом выживший кобелёк? Иди, нюхай. Соль тебе под хвост.
Вот на этой ноте, то есть ''соль'', они и разошлись.
 
 
 
 
 
 
 
 
 

© Copyright: Александр Рогулев, 2020

Регистрационный номер №0485261

от 9 декабря 2020

[Скрыть] Регистрационный номер 0485261 выдан для произведения: 5. Через академизм
 
     Они покинули место своего трехсуточного обитания за час до рассвета. АС105 перед уходом минут двадцать суетился с какими - то баллонами, пакетами, картонными коробками. Когда ИР и Алекс вылезли через люк, он шепнул им сверху, что догонит их через пять минут.
Алекс, после люка попав на асфальт, попробовал осмотреться, но тьма была египетская, ничего не видать; то, что он лежал на асфальте, было определено на ощупь. 
- За мной, - прошелестел голос ИР, - ползком, касайся пальцами моих подошв.
Они поползли, ''яко черви'' – не преминул бы съехидничать АС105. Через метров сто пятьдесят асфальт кончился, началась жухлая и мокрая трава и вот, то ли кусты, то ли деревья. Они развернулись лицом к точке исходного движения.
- Последнее время все по кустам, - уныло размышлял Алекс, - и началась-то вся эта круговерть с опрыскивания дерева, воистину неисповедимы…
 
Как и было обещано через пять минут к ним присоединился АС105.
- Ликвидация следов, - потребовала отчета ИР.
- Так что, вашблагродь, усе выполнено. Все, чем мы употреблялись, оно ж сгораемо за милу душу. Товар перевозимый зашишон стяной невзгораемой, а на той люк поставляна была коробка с китайским фрейферхом, там надысь все поплавитыся и нема концив, ось як я бачу.
- Что ж, отчет принят и одобрен по существу, - сказала ИР, - но форма отчета – это дикий коктейль из несочетаемых компонентов.
- Так это же, госпожа Писарева, среди своих можно и без …
- Тихо, - оборвала его ИР, - лежим молча, ждем, когда посветлеет.
 
Пришло время рассвета, мрак стал сереть, серость стала светлеть. Выяснилось, что позади от них имел место двух с половиной метровый забор со спиралью Бруно поверху. Когда видимость еще улучшилась, они увидели в двухстах метрах въездные ворота, сбоку их проходная со светящимся окном. Ворота были распахнуты, проезду препятствовал только натянутый поперек стальной трос.
- За этими воротами, налево, десять минут пешкодралом и будет улица имени Молодогвардейцев, - шепотом проинформировал их АС105, - туда можно вызвать такси, телефонный номер мне известен и – прямиком к академикам.
ИР резко повернулась к нему:
- Откуда тебе известно, что у меня есть мобильник?
- Ниоткуда, - пожал плечами АС105, - так - интуиция.
- А почему ты решил, что нам надо к академикам? - вопросил и Алекс.
- Да тоже она, врожденная интусьион. Однако, судя по ограде, мы внутри владений солидной фирмы, а посему этот трос меня смущает. Итого – выходить надо, как полагается, через проходную.
- Ты первым, - как всегда легко расшифровала его намерения ИР, - но только без …
- Обижаете, дорогая Исидора, - АС105 демонстративно поддернул брюки и …канул, растворился в пространстве.
 
Алексу стало жутко, где он, с кем он? Считанные секунды спустя в дверях проходной появился АС105 с приглашающими взмахами руки.
- Спит яко ребятеночек, губками причмокивает, жаль пустышки не мае, - ответил АС105 на вопросительный взгляд ИР.
 
Перелезая через турникет в проходной, Алекс глянул в окошко охранника. Двухметровый детина лежал на топчане лицом вверх и действительно причмокивал во сне.
 
Дальше было все как сказал Александр Степанович – налево, десять минут ходу, улица Молодогвардейцев.
- Номер, - потребовала ИР.
АС105 назвал десять цифр, ИР кивнула, мол, запомнила, и сделала им жест рукой.
Алекс этого знака не понял, но АС105 взял его деликатно под руку и мягко сказал:
- Пойдемте, мин херц, не торопясь, вдоль по штрассе, геноссе нас догонит.
 
Минут через десять /так много для вызова такси-подумал Алекс/ ИР к ним присоединилась.
- Вернемся немного назад, такси я вызвала к салону-парикмахерской ''Престиж''.
Подъехало такси, Ситроен /С4/, водитель с заспанным лицом сердито спросил:
- Вам че ли в Академ?
- Йа,йа,йа, - живо откликнулся Александр Степанович, открыл заднюю дверь и пригласил, - битте шен, професса.
 
Алекс, недоумевая, сел в такси.
- Четыреста, - буркнул таксист, смотрел он при этом на ИР, - четыреста рублей.
ИР знала от диспетчера, что поездка стоит двести восемьдесят, но она кивнула, обошла автомобиль и присела к Алексу на заднее сидение. АС105 сел к водителю, такси тронулось.
 
Под звук двигателя ИР шепнула, касаясь губами уха Алекса:
- Не забывайте, что Вы в гриме, Вы – пожилой человек, почтенный ученый. Ведите себя соответственно.
Тут Алекс внезапно почувствовал, что он очередной раз впал. Надолго!
 
Подкатив к главному ходу вполне проснувшийся таксёр, лихо развернувшись, сказал по иностранному:
- Пше прошем.
- Алес гут, - продолжал фиглярствовать АС105, - вы можейт выбрат или тщатыресто вублей бьез плюса, или пятьдесят доллар плююс тщелбан моей палець в твоий лоб, давай, давай, балалайка.
Таксёр, к национальному стыду Алекса, выбрал второй вариант. Получив пятьдесять ''зеленых'' и удовлетворенно вздохнув, бедняга подставил лоб под ''плюсового леща''. Очнувшись через двенадцать секунд, он услышал проникновенный голос Александра Степановича:
- Жадность – это плохо.
Ситроен рванул с места так, как можно увидеть только в голливудских фильмах. Вообще говоря, обычная реакция после общения с Александром Степановичем.
 
Трое вошли в одно из святилищ науки. Время было раннее, они хотели только сориентироваться. Путь им преградил, вообще - то в это время по должному видимому, вахтер /сторож, лицензированный охранник/. Ничего подобного, на их пути встал человек, свыше средних лет, в строгом тёмно-синем костюме, в очках /может быть и роговых, но автор не знает, что это такое/, да, в лакированных черных туфлях. Выглядел он, добавьте выражение его лица, как доктор минимум двух наук.
- Что Вам угодно? – спросил он, вздернув подбородок.
Все еще в состоянии куража АС105 выдвинулся на передний план.
- Грейт Бритен…, сорри, Королевский юни…, сорри, университет прикладной физики имени Кавендиша, Ландон, Великобритания. Назначена встреча с профессором … э..э Ви Пи Праутсенко, тудей, эбоут уан онэ пиэм, сорри, в тринадцат ноул – ноул.
- Встреча с Владимиром Пименовичем Праценко не возможна, Вас либо дезинформировали, либо…, - доктор двух или более наук, нахмурившись, готов был выдвинуть обвинение.
 
Алекс, поняв, что надо спасать Александра Степановича от неминуемых активных действий, втиснулся между конфликтующими сторонами.
- Я знаком с Владимиром Пименовичем более десяти лет, что с ним, вновь обострение язвы?
Лицо достойного вахтера несколько смягчилось, недоверие на нем смешалось с удивлением:
- Кто же Вы, уважаемый коллега профессора Праценко?
- Ну, не коллега, конечно. Я – Алексей Руайбефт, ученик Бориса Семеновича Берковского.
- Алекс?! – вскликнул никакой, оказывается, не Цербер, - ты Алекс?
- Да, так меня все называют, все родные, близкие и друзья…
- Солещук Валентин Андреевич, к.ф.м.н., замзав отделом, в настоящее время по совместительству ммм… лицензированный охранник. Владимир Пименович ждал тебя все время после кончины Великого Боба. Все повторял: '' Если, Алекс у нас не объявится, то это станет, будем говорить, свидельством его явного недомыслия''.
 
''Будем говорить'', ''недомыслие'' – это были словечки из лексикона Владимира Пименовича. Алекс растаял.
- Как все же увидеться с профессором, где он сейчас?
- Академик Праценко, - строго поправил Алекса ИО охранника и тут же скуксился, - отправлен на ''заслуженный отдых по состоянию здоровья'', три, да с половиной, месяца тому назад.
- Опять кому-то тому на зад, - уныло подумал Алекс и спросил:
- Где же академик Праценко сейчас находится?
- В это время года он всегда жил, вернее, если удавалось, проводил свои свободные часы на даче. Думаю, что и сегодня он там и обитает.
- Где дача, как проехать? - высунулся из-за плеча Алекса, проявив инициативу, Александр Степанович.
- Вы на машине? – спросил Валентин Андреевич, - тогда мне проще проехать с вами.
- Как же охрана объекта? - напомнил АС105.
- Да нету никакого, НИКАКОГО объекта, ''все уже украдено до вас'', осталась скорлупа, которую вот-вот преобразуют в торгово-развлекательный центр, например, или вроде того.
- Как? После того, что было в двухстах пятидесяти километрах на восток?!
- Не будьте наивным, Алекс. Вы же читали Кайла Майкса – оживление капитала при … процентах прибыли, потом тра та та и нет такого преступления и т.д. Я, может быть, не понятно цитирую?
- Понял, не вахлак, - слегка обиженный Алекс, оглянулся за моральной поддержкой к своим спутникам. Ни того, ни другую он не увидел.
- Уж эти мне их фокусы, - бодрясь, подумал он.
 
В окружающем вход в храм науки сосновом бору что-то происходило, ему /бору/ не свойственное. Кряхтение, сопение, хрипение, чмоканье, и, в итоге, разноголосое храпление, лучше, наверное, сказать – разноголосый храп. Как минимум квинтета.
 
ИР и АС105 вышли из леса ''усталыми, но довольными''.
- Усули, бисовы диты, - сообщил АС105, - а видь так не хотели.
 
Алекс, в нахлынувшем, как у него не раз бывало, озарении, спросил у ''вахтера'':
- Вот и Владимир Пименович , без тепла не засыпал, в ногах у него всегда была кошка. Э..э… Мурка? Милка? О чем я? Прошло столько лет, сейчас какая-нибудь Розочка?
- Нет, не Розочка, а та же Мурка, естественно, в третьем поколении, - поведал и.о. охранника.
 
Алекс завел правую руку за спину, согнул указательный палец /внимание, вопрос/, поднял указательный палец /внимание, ответ/ и, протянув руку вперед, ущипнул собеседника за губу.
- Что это вы себе позволяете, - возопил было ''охранник'', но могучей рукой АС105 был брошен на бетонку и, ударившись головой, потерял сознание.
- А чего? – спросил АС105, - прокололся?
 
  Алекс, подивившись в очередной раз чутью Александра Степановича, спросил:
- Ты наш последний разговор слышал?
- Конычно.
- Видишь ли, мой друг со сверхъестественным чутьем, есть один нюанс, который ты уловить не можешь, в принципе.
- Что именно?- с уверенностью в победе, спросил АС105.
- Дело в том, что Владимир Пименович Праценко - душа, во всех отношениях человек - терпеть не мог кошек. Он даже – упомянул как-то Борис Семенович – перестал ходить к своему близкому другу, когда дочери того подарили котенка на день рождения, с тех пор встречался со своим товарищем на ''нейтральной территории''. А? Каково?
- Что ж ловушка устроена неплохо, - признал АС105,- то, что он не тот за кого себя выдает я понял на сорок седьмой секунде разговора.
У самодовольно ухмыляющегося Алекса отпала челюсть /нижняя, естественно/:
- Как?
- У него дрожали коленные чашечки, ну и еще были приметы…
- А в лес вы почему направились, так резко?
- ИР уловила звук взводимого затвора…
 
Легкая на поминках ИР, как всегда безапелляционно, сказала:
- Давайте-ка, Шерлоки, притормозите со своей дедукцией, что думаете делать дальше?
- Как что? – удивился Алекс, - приведем этого Лжедмитрия в чувство и спросим, где находится дача Владимира Пименовича.
- Детсад, - вздохнул АС105.
- Да уж, - едва ли не впервые согласилась с ним ИР, - ученый, в говне толченный…
 
Не описать в какое бешенство привела Алекса эта детская дразнилка.
- Че вы, че вы, блин, вы че, вы, - распыхтелся он, не находя слов и приближаясь к истерике.
- Вот, - сказала ИР, - возьми.
Она подала Алексу металлическую /вроде бы/ трубку, диаметром не более пластиковых трубочек для коктейлей.
- Ликвидируешь этого типа после получения от него информации, тут просто надо сильнее сжать конец трубки и все.
Истерика у Алекса мигом прошла:
- Как это – ликвидируешь? Вы спятили?
- Похоже спятил ты. Где же твоя хваленая логика! По твоему – этот хмырь нам все рассказывает, а, если нам покажется, что не все – может будем пытать? Получив требующуюся информацию, мы оставляем его живым? Что же дальше? Он берет обет молчания и удаляется в монастырь?
- Так он же все равно расскажет, что мы ищем Праценко.
- Не расскажет, - мрачно заявил АС105, - ''подъехало такси, а дальше ничего не помню'' – это все, что сможет данный индивидуум сказать.
- Что же по вашему мы должны делать? – покоренный логикой и фактами, спросил Алекс.
- Вы разрешите, экселенс? – обратился Александр Степанович к ИР. Та, фыркнув на очередной свой титул, кивнула.
- Видите ли, дражайший Алексей Олегович, чем больше знаем мы и чем меньше знают о нас – это, конечно, не гарантия, но, безусловно, одно из условий вашей безопасности. Прошу извинить за допущенную тавтологию, из всех моих грехов, этот самый малый, если, вообще, это считать грехом. Эллины, впрочем, …
 
Алекс из всего услышанного ни хрена не понял, но постепенно успокоился. Успокоившись, осознал, что АС105 нес всю эту ''дичь'' именно для его успокоения. За всем тем они уже порядочно углубились в лес.
- Теперь спокойно о главном, - явно держась настороже, проговорила ИР.
- Те, кто ждали нас у ''академиков'' – это свои, то есть родные ребята, исполняющие приказ.
- Крепкие хлопцы, - подтвердил АС105, - не должны бы простудиться, спля на траве, а?
- Твой профессор может быть и … ладно, пропустим, но не исключено, что в самом деле выращивает огурчики-помидорчики. Все-таки убрать академика ''без шума и пыли'' трудновасто. Мым…, мымым…, нужен ''язык''. Не может быть, что бы в округе никто не знал о судьбе профессора Праценко. Форы у нас семь-восемь часов. АС105 выдай нашему другу, не более трехсот грамм для общения с населением.
- Для общения, - подчеркнула ИР, вперив взор в Алекса, - а теперь я говорю – ФАС!
 Так приказывают собакам и тут впору обидеться, но по непонятной связи Алексу вспомнилась прогулка по вечернему городу. Не шипение о том, как должен ходить престарелый мужчина, нет. Вспомнилось ощущение руки, прижатой к её телу.
Короче, фас так фас.
 
Выходя с Александром Степановичем, перед тем как разойтись по ''секторам'', Алекс брякнул:
- Что-то у вас однообразненько, усыпления да усыпления. С чудесами дефицит…
АС105 не дал ему договорить, крепко взял за грудки и внушительно внушил:
- Чудеса в этом мире штука из ряда вон выходящая и, между прочим, чреватая непредсказуемыми последствиями. Внял, чудом выживший кобелёк? Иди, нюхай. Соль тебе под хвост.
Вот на этой ноте, то есть ''соль'', они и разошлись.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Рейтинг: 0 79 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!