ГлавнаяПрозаКрупные формыПовести → История одной компании. Глава тринадцатая

История одной компании. Глава тринадцатая

18 марта 2012 - Марина Беглова
article35828.jpg

XIII


Оказывается, Эля уже несколько месяцев жила в США.

Надо же, как забавно!

Понятно, что с Костей, в качестве его законной супруги; непонятно было другое - когда они успели. Я подивился Костиной прыти.

А вот детей Паша ей вывезти за границу не дал - как отец, он имел на это право. Исключительно из вредности. Видимо, помимо всяческих добродетелей, в длинном списке коренных свойств балясниковской натуры наличествовала и вредность. Так и сказал:
- Пускай сама катится, куда вздумается. Алё-машир, дорогая, ко всем чертям! А мальчишек не дам. Из вредности. Накося, выкуси!

Ай, молодца! Я постарался переварить эту преподнесённую мне Еленой Георгиевной на блюдечке новость подобающим образом.

Не могу сказать, чтобы я воспринял её хладнокровно и удовлетворённо, как нечто совершенно естественное. Не могу сказать также, что меня переполняло изумление или что я был убит ею наповал. Скорее всего, я испытал чувство, близкое к злорадству. А потом я сказал себе: очень может быть, что не всё так просто, но мне-то что до этого? Ровным счётом ничего. Пусть другие, кому приспичило муссировать свежую сплетню, теряются в догадках, а я не буду.

Она мне уже давно не жена, даже не подруга, а вообще никто, и мне абсолютно без разницы, кто с ней делит ложе, ведь в мире есть темы куда более интересные, чем эта. Так-то вот!

Хотя, у меня, как у человека, обладающего здоровым любопытством, само собой, возникал вполне логичный вопрос: что сие означает и как, собственно, это понимать?

Где-то в глубине мозгов у меня шевельнулось подозрение. Какой-то намёк, совсем пустяковый, но он меня озадачил. Собравшись с мыслями, я стал последовательно вспоминать нашу с Костей последнюю встречу, бурбон, кодаковскую цветную фотографию, Костину пустую болтовню про кодекс Хаммурапи и иезуитский девиз, которую я слушал вполуха, джинсы, Леви Страусса (он же простой еврейский паренёк Лёб Штраусс), чмурилу и когда дошёл до того самого «одного фраерка» с дублёнкой, меня осенила догадка. Всё сошлось, как в аптеке. Какой же я тупоголовый кретин! Я должен был ещё тогда догадаться. Ведь это лежало на поверхности. В Калифорнии она ему, конечно же, ни к чему, а вот в Новосибирске очень даже пригодилась. Ай да Костя! ай да сукин сын (да простит меня тётя Клара, ибо не в обиду ей сказано – она тут ни причём)! Теперь я подивился Костиной дальновидности и почти что уверился в его гениальности, как коварного соблазнителя.

Первое, что напрашивалось: таким нетривиальным способом этот олух царя небесного отомстил за друга, то бишь, за меня, проникнувшись всей серьёзностью моей ситуации. Око за око, так сказать… Значит, сделал я трезвый вывод, получается, что на этот шаг его сподвигли исключительно дружеские соображения. Так? Так. Я не знал, как мне к этому относиться. И что испытывать. Логично бы было благодарность. Но что-то не испытывалось. Удружил, называется. И что, позвольте узнать, теперь с меня причитается этому благодетелю за его услугу?

У нас во дворе Эльвиру до сих пор помнили девочкой, хоть и с некоторыми выкрутасами, тем не менее, из благополучной и интеллигентной семьи. Мать её, мою бывшую тёщу Светлану Геннадьевну Литвину, в доме уважали. Многие при встрече рассыпались перед ней в благодарностях. И было за что. Врач, как-никак, к ней всегда шли за помощью, за советом, и она никому не отказывала, не важничала, была со всеми одинаково любезная и предупредительная, к тому же собой отнюдь не уродина. Неординарной внешности, высокая и статная, слегка в теле, с гладким, ухоженным лицом и красивой причёской, всегда безупречно одетая, она была то, что называется "belle femme". И дочку одна, без мужа, сумела воспитать - да какую! - такая же умница выросла, мамочкина краса и гордость; одним словом, эти Литвины из крайнего слева подъезда - не семья, а щирое золото.

А бедный Костик, невзирая на все достижения, как был нелюдим, так нелюдимом и остался, то есть дикарь дикарём, что сродни всякой там чуди белоглазой; а ещё цыганам и неграм, лилипутам и горбунам, гомикам и педикам, сифилитикам и прокажённым, вольтерьянцам, сто восьмым шалавам, психбольным, пришельцам из других миров и прочим отщепенцам, а попросту дефективным уродам, коих нормальный люд не то чтобы боится, просто держится от них подальше. Про отца его – записного выпивоху-дядю Борю Сигала, перепробовавшего за жизнь множество разных занятий, сквернослова и грубияна, которого в округе знала каждая собака, наши доброхоты и доброхотки тоже не забывали и отсюда делали вывод про дурную наследственность, поскольку это такая вина, которой в любые времена нет искупления.

И теперь, скажите, пожалуйста, чем же этот змий-искуситель её прельстил, какой лапши навешал на уши, каких перских перлов и бразильских звёзд вдобавок к златым горам насулил?

А Паша? Ведь он наверняка подумал, что мы с Костей вступили в тайный сговор.

 Хотя, вообще-то, так ли уж это теперь важно? В любом случае это ничего не меняло.

© Copyright: Марина Беглова, 2012

Регистрационный номер №0035828

от 18 марта 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0035828 выдан для произведения:

XIII


Оказывается, Эля уже несколько месяцев жила в США.

Надо же, как забавно!

Понятно, что с Костей, в качестве его законной супруги; непонятно было другое - когда они успели. Я подивился Костиной прыти.

А вот детей Паша ей вывезти за границу не дал - как отец, он имел на это право. Исключительно из вредности. Видимо, помимо всяческих добродетелей, в длинном списке коренных свойств балясниковской натуры наличествовала и вредность. Так и сказал:
- Пускай сама катится, куда вздумается. Алё-машир, дорогая, ко всем чертям! А мальчишек не дам. Из вредности. Накося, выкуси!

Ай, молодца! Я постарался переварить эту преподнесённую мне Еленой Георгиевной на блюдечке новость подобающим образом.

Не могу сказать, чтобы я воспринял её хладнокровно и удовлетворённо, как нечто совершенно естественное. Не могу сказать также, что меня переполняло изумление или что я был убит ею наповал. Скорее всего, я испытал чувство, близкое к злорадству. А потом я сказал себе: очень может быть, что не всё так просто, но мне-то что до этого? Ровным счётом ничего. Пусть другие, кому приспичило муссировать свежую сплетню, теряются в догадках, а я не буду.

Она мне уже давно не жена, даже не подруга, а вообще никто, и мне абсолютно без разницы, кто с ней делит ложе, ведь в мире есть темы куда более интересные, чем эта. Так-то вот!

Хотя, у меня, как у человека, обладающего здоровым любопытством, само собой, возникал вполне логичный вопрос: что сие означает и как, собственно, это понимать?

Где-то в глубине мозгов у меня шевельнулось подозрение. Какой-то намёк, совсем пустяковый, но он меня озадачил. Собравшись с мыслями, я стал последовательно вспоминать нашу с Костей последнюю встречу, бурбон, кодаковскую цветную фотографию, Костину пустую болтовню про кодекс Хаммурапи и иезуитский девиз, которую я слушал вполуха, джинсы, Леви Страусса (он же простой еврейский паренёк Лёб Штраусс), чмурилу и когда дошёл до того самого «одного фраерка» с дублёнкой, меня осенила догадка. Всё сошлось, как в аптеке. Какой же я тупоголовый кретин! Я должен был ещё тогда догадаться. Ведь это лежало на поверхности. В Калифорнии она ему, конечно же, ни к чему, а вот в Новосибирске очень даже пригодилась. Ай да Костя! ай да сукин сын (да простит меня тётя Клара, ибо не в обиду ей сказано – она тут ни причём)! Теперь я подивился Костиной дальновидности и почти что уверился в его гениальности, как коварного соблазнителя.

Первое, что напрашивалось: таким нетривиальным способом этот олух царя небесного отомстил за друга, то бишь, за меня, проникнувшись всей серьёзностью моей ситуации. Око за око, так сказать… Значит, сделал я трезвый вывод, получается, что на этот шаг его сподвигли исключительно дружеские соображения. Так? Так. Я не знал, как мне к этому относиться. И что испытывать. Логично бы было благодарность. Но что-то не испытывалось. Удружил, называется. И что, позвольте узнать, теперь с меня причитается этому благодетелю за его услугу?

У нас во дворе Эльвиру до сих пор помнили девочкой, хоть и с некоторыми выкрутасами, тем не менее, из благополучной и интеллигентной семьи. Мать её, мою бывшую тёщу Светлану Геннадьевну Литвину, в доме уважали. Многие при встрече рассыпались перед ней в благодарностях. И было за что. Врач, как-никак, к ней всегда шли за помощью, за советом, и она никому не отказывала, не важничала, была со всеми одинаково любезная и предупредительная, к тому же собой отнюдь не уродина. Неординарной внешности, высокая и статная, слегка в теле, с гладким, ухоженным лицом и красивой причёской, всегда безупречно одетая, она была то, что называется "belle femme". И дочку одна, без мужа, сумела воспитать - да какую! - такая же умница выросла, мамочкина краса и гордость; одним словом, эти Литвины из крайнего слева подъезда - не семья, а щирое золото.

А бедный Костик, невзирая на все достижения, как был нелюдим, так нелюдимом и остался, то есть дикарь дикарём, что сродни всякой там чуди белоглазой; а ещё цыганам и неграм, лилипутам и горбунам, гомикам и педикам, сифилитикам и прокажённым, вольтерьянцам, сто восьмым шалавам, психбольным, пришельцам из других миров и прочим отщепенцам, а попросту дефективным уродам, коих нормальный люд не то чтобы боится, просто держится от них подальше. Про отца его – записного выпивоху-дядю Борю Сигала, перепробовавшего за жизнь множество разных занятий, сквернослова и грубияна, которого в округе знала каждая собака, наши доброхоты и доброхотки тоже не забывали и отсюда делали вывод про дурную наследственность, поскольку это такая вина, которой в любые времена нет искупления.

И теперь, скажите, пожалуйста, чем же этот змий-искуситель её прельстил, какой лапши навешал на уши, каких перских перлов и бразильских звёзд вдобавок к златым горам насулил?

А Паша? Ведь он наверняка подумал, что мы с Костей вступили в тайный сговор.

 Хотя, вообще-то, так ли уж это теперь важно? В любом случае это ничего не меняло.

Рейтинг: +1 190 просмотров
Комментарии (2)
Светлана Тен # 20 марта 2012 в 09:11 0
Вот так завернулось, закрутилось. А Эля-дура отмороженная или игрок? Пока не поняла.
Марина Беглова # 20 марта 2012 в 15:07 0
Она - просто женщина. mmm
Популярная проза за месяц
147
126
123
102
101
99
99
97
94
93
91
90
89
НАРЦИСС... 30 мая 2017 (Анна Гирик)
85
81
81
80
80
79
78
77
77
77
77
76
76
75
72
71
65