ГлавнаяПрозаКрупные формыПовести → Автобиография. гл 40я. "Приезд мамы с внуками, неурядицы на работе и др. события"

Автобиография. гл 40я. "Приезд мамы с внуками, неурядицы на работе и др. события"

28 августа 2020 - Марта Шаула
 Приезд мамы с Танюшей и Толиком внёс свежую струю  в нашу жизнь.  
Они доехали благополучно, море  относительно  было спокойное.                  
Им ,конечно, понравилось наше новое жильё, но долго племянники оставаться не могли, т.к. вскоре начинался учебный год. Танюша  продолжала занятия в школе, Толик поступал в ремесленное училище, но ещё не прошёл медкомиссию.  Мама же приехала с целью погостить у меня некоторое время.

Я к их приезду наварила, напекла. А тут ещё нас угостили морским окунем, приготовила и, за много лет, съела кусочек рыбы. Дело в том, что в  детстве отравилась рыбой, и с тех пор в рот её не брала.
Застолье было интересным, зашёл  наш сосед-летчик испытатель  Алексей, много говорили о жизни и планах на будущее. 
А пока мы трапезничали, к нашему крыльцу приблудился верблюд.
Когда послали Танюшу на веранду за водой, где она была в бочке, услышали дикий крик, она страшно испугалась, но мы её успокоили, а верблюда отогнали. Хорошо, что он не начал плеваться.  Такое бывало, как мера самозащиты.  

Через несколько дней ребят проводили в обратный путь, который для них  оказался ужасным.  Ночью море разбушевалось, шторм в 11ть баллов.  Их укачало, а у  Толика случился приступ эпилепсии, чего раньше не происходило с ним. Об  этом мы узнали только потом  из Леночкиного письма. Ведь мобильной связи тогда не было и в помине.

Маме для отдыха и ночного сна выделили диван, чтобы ей было удобно и комфортно.  Она сразу включилась в нашу жизнь, ведь ей не впервой было приспосабливаться! Прожив 63 года, она многое пережила и повидала,  живя в различных бытовых условиях. Сразу познакомилась с соседями из ближайших финских домиков, привыкала к окружающей  её обстановке,  находила со всеми общий язык.
Я старалась создать условия, чтобы она чувствовала себя, как дома.
Показала   исторические   места города, ходила с ней во Дворец и познакомила с сослуживцами.  Начала заниматься обновлением её гардероба,  купила всё необходимое, одев с головы до ног в полном смысле этого слова. Купила отрезы тканей, и сама пошила по паре зимних и летних платьев, купила пальто и обувь,  шарфики, перчатки, и была счастлива, что ,наконец-то, смогла  что-то существенное для неё сделать.

   Вечерами мы сидели на крыльце, ужинали кефиром с булочкой, и вспоминали довоенную жизнь в Одессе,   музыкальную школу  П. С. Столярского, где я училась тогда  игре на скрипке, эвакуацию возвращение в Одессу, затем Раздельную, где в то время жила Леночка с детьми.

 
Разговор зашёл о настоящей жизни, в которой назревали неприятности на работе, да и не очень комфортно было в семье.

Дело в том, что     О.В. Коваль председатель профкома завода нефтехимии и газа, на балансе которого находился наш Дворец культуры, пригласил меня к себе и попросил поработать по совместительству вместо его бухгалтера Елены, на время её декретного отпуска, с соответствующей оплатой. И я ,естественно, согласилась. Она   быстро сдала  дела, не введя меня  в  курс своего учёта.     
Её работа  заключалась в сборе взносов профсоюзных с профоргов цехов,  выдача и наклейка профсоюзных марок на билеты и учётные карточки, оформление  премий, выделенных по приказу. Вся работа весьма ответственная! 
Я же столкнулась с некоторой не стыковкой, и удивилась, как это не все марки наклеивались на карточки? Об этом сразу доложила председателю О.В. Ковалю, он же как-то не понятно отреагировал  на моё заявление, и посоветовал на такие мелочи не обращать внимание.  Но понял, что я натолкнулась на их махинации, и тут же стал искать причину, чтобы от меня избавиться.
  
А  дома накалялась обстановка,  Борис стал проявлять весьма неуважительное отношение к тёще, постоянно придирался, любые беседы превращались в спор, а он любил всем что-то доказывать.           
А  мама, образованная, интеллигентная женщина, много знала, видела, ,пережила,  читала, всегда была в курсе событий в стране,и пыталась высказать своё мнение, суждение. Кроме того, будучи чистоплотной аккуратисткой, старалась  приучить его к этому, а он всё принимал в штыки. 
В общем, «нашла коса на камень!»
   Вот в такой накаленной обстановке прожили до конца 1957го года!
   А тут Леночка прислала письмо с просьбой о возвращении мамы домой, сообщив о повторяющихся приступах эпилепсии Толика.  Сборы были не долгими, но мне до слёз было жаль с ней расставаться.
Посадили на пароход в каюту первого класса, а  в Баку её встретил брат –дядя Илья и проводил на поезд до Раздельной.
  
Новый 1958 год наступил как-то незаметно  во всех этих перипетиях  и неурядицах. 
Сначала Коваль стал придираться к моей работе:  то не так и это не то. 
Прислал ревизора, с целью, найти любые недочёты и зацепки, чтобы от меня избавиться, но  кроме мелких недочётов,  придраться было не к чему.

Так, например: зав библиотекой Е. П . Аванесова, по командировке, поехала в биб. коллектор  г. Ашхабада, приобретя билет в купейный вагон, тогда, как ей можно было ехать только в плацкартном. Я этот момент упустила, и приняла её отчёт, и ещё кой какие огрехи.  Акт тут же отправил в Обл.  Сов. проф.
Вся эта чехарда тянулась до мая месяца,  на нервах!   
В общем, сплошные неурядицы.  Вместо того, чтобы поблагодарить за то, что в течение четырёх лет держала за руки четырёх сменившихся директоров, он устроил травлю. Новый же пятый директор С. И. Пятаев, пока ещё входил в курс дела, и его устраивала моя работа. Но я всё выдерживала, как «оловянный солдатик!»

Наконец, нас вызвали на заседание в Небит-Даг для разбирательства.       

Коваль ехал радостный, как победитель,  уверенный в себе, но на заседании всё обернулось против него. Мне предписали выплатить некоторые издержки, а он получил выговор, и назад уже ехал «не солоно хлебавши!»

После всего пережитого, я твёрдо решила уйти из Дворца.  Находиться в такой обстановке было противно, не смотря на то, что мне всё время вручали грамоты за хорошую работу, тогда это было
ценно!!!
С. И.  Пятаев уговаривал меня остаться, но я была непреклонна!!!    
А к этому подвигли меня два случая!
   Об этом и многом другом следующая 41й главе повести.
 

 

© Copyright: Марта Шаула, 2020

Регистрационный номер №0479232

от 28 августа 2020

[Скрыть] Регистрационный номер 0479232 выдан для произведения:  Приезд мамы с Танюшей и Толиком внёс свежую струю  в нашу жизнь.  
Они доехали благополучно, море  относительно  было спокойное.                  
Им ,конечно, понравилось наше новое жильё, но долго племянники оставаться не могли, т.к. вскоре начинался учебный год. Танюша  продолжала занятия в школе, Толик поступал в ремесленное училище, но ещё не прошёл медкомиссию.  Мама же приехала с целью погостить у меня некоторое время.

Я к их приезду наварила, напекла. А тут ещё нас угостили морским окунем, приготовила и, за много лет, съела кусочек рыбы. Дело в том, что в  детстве отравилась рыбой, и с тех пор в рот её не брала.
Застолье было интересным, зашёл  наш сосед-летчик испытатель  Алексей, много говорили о жизни и планах на будущее. 
А пока мы трапезничали, к нашему крыльцу приблудился верблюд.
Когда послали Танюшу на веранду за водой, где она была в бочке, услышали дикий крик, она страшно испугалась, но мы её успокоили, а верблюда отогнали. Хорошо, что он не начал плеваться.  Такое бывало, как мера самозащиты.  

Через несколько дней ребят проводили в обратный путь, который для них  оказался ужасным.  Ночью море разбушевалось, шторм в 11ть баллов.  Их укачало, а у  Толика случился приступ эпилепсии, чего раньше не происходило с ним. Об  этом мы узнали только потом  из Леночкиного письма. Ведь мобильной связи тогда не было и в помине.

Маме для отдыха и ночного сна выделили диван, чтобы ей было удобно и комфортно.  Она сразу включилась в нашу жизнь, ведь ей не впервой было приспосабливаться! Прожив 63 года, она многое пережила и повидала,  живя в различных бытовых условиях. Сразу познакомилась с соседями из ближайших финских домиков, привыкала к окружающей  её обстановке,  находила со всеми общий язык.
Я старалась создать условия, чтобы она чувствовала себя, как дома.
Показала   исторические   места города, ходила с ней во Дворец и познакомила с сослуживцами.  Начала заниматься обновлением её гардероба,  купила всё необходимое, одев с головы до ног в полном смысле этого слова. Купила отрезы тканей, и сама пошила по паре зимних и летних платьев, купила пальто и обувь,  шарфики, перчатки, и была счастлива, что ,наконец-то, смогла  что-то существенное для неё сделать.

   Вечерами мы сидели на крыльце, ужинали кефиром с булочкой, и вспоминали довоенную жизнь в Одессе,   музыкальную школу  П. С. Столярского, где я училась тогда  игре на скрипке, эвакуацию возвращение в Одессу, затем Раздельную, где в то время жила Леночка с детьми.

   ( Моя любимая семья,но не удачно сфотографированная,все какие-то заторможенные,неестественные)
 Разговор зашёл о настоящей жизни, в которой назревали неприятности на работе, да и не очень комфортно было в семье.

Дело в том, что     О.В. Коваль председатель профкома завода нефтехимии и газа, на балансе которого находился наш Дворец культуры, пригласил меня к себе и попросил поработать по совместительству вместо его бухгалтера Елены, на время её декретного отпуска, с соответствующей оплатой. И я ,естественно, согласилась. Она   быстро сдала  дела, не введя меня  в  курс своего учёта.     
Её работа  заключалась в сборе взносов профсоюзных с профоргов цехов,  выдача и наклейка профсоюзных марок на билеты и учётные карточки, оформление  премий, выделенных по приказу. Вся работа весьма ответственная! 
Я же столкнулась с некоторой не стыковкой, и удивилась, как это не все марки наклеивались на карточки? Об этом сразу доложила председателю О.В. Ковалю, он же как-то не понятно отреагировал  на моё заявление, и посоветовал на такие мелочи не обращать внимание.  Но понял, что я натолкнулась на их махинации, и тут же стал искать причину, чтобы от меня избавиться.
  
А  дома накалялась обстановка,  Борис стал проявлять весьма неуважительное отношение к тёще, постоянно придирался, любые беседы превращались в спор, а он любил всем что-то доказывать.           
А  мама, образованная, интеллигентная женщина, много знала, видела, ,пережила,  читала, всегда была в курсе событий в стране,и пыталась высказать своё мнение, суждение. Кроме того, будучи чистоплотной аккуратисткой, старалась  приучить его к этому, а он всё принимал в штыки. 
В общем, «нашла коса на камень!»
   Вот в такой накаленной обстановке прожили до конца 1957го года!
   А тут Леночка прислала письмо с просьбой о возвращении мамы домой, сообщив о повторяющихся приступах эпилепсии Толика.  Сборы были не долгими, но мне до слёз было жаль с ней расставаться.
Посадили на пароход в каюту первого класса, а  в Баку её встретил брат –дядя Илья и проводил на поезд до Раздельной.
  
Новый 1958 год наступил как-то незаметно  во всех этих перипетиях  и неурядицах. 
Сначала Коваль стал придираться к моей работе:  то не так и это не то. 
Прислал ревизора, с целью, найти любые недочёты и зацепки, чтобы от меня избавиться, но  кроме мелких недочётов,  придраться было не к чему.

Так, например: зав библиотекой Е. П . Аванесова, по командировке, поехала в биб. коллектор  г. Ашхабада, приобретя билет в купейный вагон, тогда, как ей можно было ехать только в плацкартном. Я этот момент упустила, и приняла её отчёт, и ещё кой какие огрехи.  Акт тут же отправил в Обл.  Сов. проф.
Вся эта чехарда тянулась до мая месяца,  на нервах!   
В общем, сплошные неурядицы.  Вместо того, чтобы поблагодарить за то, что в течение четырёх лет держала за руки четырёх сменившихся директоров, он устроил травлю. Новый же пятый директор С. И. Пятаев, пока ещё входил в курс дела, и его устраивала моя работа. Но я всё выдерживала, как «оловянный солдатик!»

Наконец, нас вызвали на заседание в Небит-Даг для разбирательства.       

Коваль ехал радостный, как победитель,  уверенный в себе, но на заседании всё обернулось против него. Мне предписали выплатить некоторые издержки, а он получил выговор, и назад уже ехал «не солоно хлебавши!»

После всего пережитого, я твёрдо решила уйти из Дворца.  Находиться в такой обстановке было противно, не смотря на то, что мне всё время вручали грамоты за хорошую работу, тогда это было
ценно!!!
С. И.  Пятаев уговаривал меня остаться, но я была непреклонна!!!    
А к этому подвигли меня два случая!
   Об этом и многом другом следующая 41й главе повести.
 

 
 
Рейтинг: +1 28 просмотров
Комментарии (1)
Марта Шаула # 9 сентября 2020 в 15:17 0
СЕВУШКА ДОРОГОЙ,ЧТО-ТО ТЫ МОЛЧИШЬ,НИЧЕГО НЕ ВЫСКАЗЫВАЕШЬ!
ВИДИМО,УТОМИЛСЯ ИЛИ НЕ ИНТЕРЕСНО СТАЛО??? Emotions-6