ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → Связанные вечностью. Роман. Глава 4 (любовь, мистика, приключения)

 

Связанные вечностью. Роман. Глава 4 (любовь, мистика, приключения)

20 октября 2014 - Александра Треффер
article246944.jpg
 
 
 
 
Спешное бегство...
Герой приоткрывает перед героиней завесу, скрывающую будущее...
 
Мистика...
 
После ужина Анжела прилегла и задумалась. В словах приятельницы был здравый смысл. В случившемся просматривалась зловещая логика, что-то рвалось наружу, какое-то знание, которое помогло бы понять происходящее.
Поднявшись и сев у компьютера, девушка машинально набирала в поисковике врезавшиеся ей в память имена – Анаклетос, Мэнли, Блэк, и размышляла. Какую роль во всём этом играет Дэймон? Возможно, Грейс права, и он – чудовище из кошмара. Так, а при чём тут миссис Селби, почему в курсе ещё и она? 
А может, Анжела попала в сеть тайной международной шпионской организации, и её пытаются напугать, используя психо… как его там… психотропное оружие? Но откуда же тогда взялись нестандартные целительские способности? Хотя, вероятно, именно в этом и стоит искать причину такого интереса….
В конце концов, девушка совсем запуталась. Действительно, ей оставалось только ждать и надеяться, что Блэк или Барбара объяснят суть происходящего, да прислушиваться к  интуиции, чтобы дожить до момента истины.
Махнув на всё рукой, мисс Брайт отправилась спать. Этой ночью ей ничего не снилось, и, прекрасно выспавшись, Анжи пробудилась около шести. Проведя утренние часы на кухне в обнимку с книгой и проводив Грейс на работу, девушка тоже начала собираться.
А в восемь в дверь позвонили. Анжела никого не ждала, поэтому испугалась. Все страхи возродились вновь, и, осторожно подкравшись ко входу, она окликнула:
– Кто там? 
В ответ прозвучал знакомый голос, и жертва вздохнула с облегчением:
– Анжела, это я – Дэймон.
Впуская мужчину в квартиру, хозяйка испытала дежа вю. Когда она это видела? Ну, конечно же, позавчера. Анжела подивилась собственной глупости.
– Анжи, вы поедете со мной. Вам небезопасно находиться здесь в одиночестве, да и на улицах Лондона тоже.
И снова холодный, липкий ужас пополз по позвоночнику. Она вспомнила, что похожие слова произнес в её последнем сне Роберт Мэнли, говоря о Лос-Анджелесе.
– Дэймон….
В голосе прозвучала паника.
– …вы можете объяснить, что происходит?
– Я сделаю это сегодня же. Но мы должны как можно скорее отсюда уйти, надо сменить квартиру.
– Как?
Анжела беспомощно смотрела на собеседника.
– Послушайте, это не такое скорое дело….
– У меня есть кое-что на примете. На время. А потом, возможно, нам и вовсе придётся исчезнуть из мира людей.
– Господи!
Мисс чувствовала себя кроликом под гипнотизирующим взглядом удава.
– Вряд ли он слышит вас. Уверен, Бог давно забыл о нашем существовании. Соберите всё самое необходимое, и бежим.
Кинувшись в комнату, Анжела побросала в большую сумку свои скромные пожитки. Подумав, она решила, что писать записку Грейс не стоит, позже они объяснятся по телефону. Шестое чувство подсказывало ей, что медлить и впрямь нельзя.
Улицу окутывал туман, создающий атмосферу таинственности и опасности. Блэк бросил вещи девушки на заднее сидение, а сама она села рядом с мужчиной.
– Пристегнитесь! – приказал он.
Анжела послушно набросила ремень, машина резко сорвалась с места, и вовремя. Едва они свернули под прикрытие зелени деревьев, как к дому подъехал автомобиль, откуда вышли двое, и в женщине Анжи узнала свою недавнюю попутчицу. Дэймон встревожено наблюдал за незваными  гости, заносящими внутрь большой свёрток.
– Успели! – вытирая пот со лба, выговорил он.
И, ловко лавируя, на немыслимой скорости помчался вперёд.
– У вас навыки раллиста, – стремясь разрядить обстановку, пошутила девушка.
– Мне приходилось бывать на трассах, – не отрывая взгляда от убегающего под колёса асфальта, отозвался он, – в прошлой жизни я принимал участие в автогонках.
Возникло неловкое молчание. Нарушила его Анжела, тихо поинтересовавшаяся:
– Чем в то время занималась я?
– Преподавали французский, – не глядя на неё, ответил мужчина.
– А ваше имя, я его знаю?
– Возможно. Брайян Макгуайр[1].
Девушка напрягла память и, как ни странно, вспомнила.
– Но Макгуайр же погиб.
– Да. Я спровоцировал катастрофу после того….
Он сглотнул, и руки его судорожно сжали руль.
– После того как в очередной раз не сумел спасти тебя, зевгари. Ты умерла днём ранее, и я сразу узнал об этом по пустоте внутри.
– Господи! – вырвалось у неё. – Но зачем, зачем ты убил себя?! Разве ты был виноват в моей смерти?
– Я виновен всегда, но дело не только в этом. Телесная оболочка мало значит для того, кто живёт вечно и помнит минувшее. Во-первых, я стремился восстановить баланс добра и зла, во-вторых, если бы я прожил жизнь до конца, то к твоему новому воплощению стал бы уже глубоким стариком, неспособным тебя защитить. Но на сей раз я поторопился и появился на свет на семь лет раньше тебя, Анжи.
Та молчала, осмысливая услышанное. Блэк с тоской в глазах искоса посмотрел на девушку и снова перевёл взгляд на дорогу. Автомобиль плавно притормозил у небольшого кафе.
– Как ты смотришь на то, чтобы немного посидеть здесь? – спросил мужчина. – Можешь задавать любые вопросы, а я постараюсь на них ответить. Но только не на ходу, нервничая, я не справляюсь с управлением.
Она кивнула, и оба вошли в прохладу, наполненную запахами еды и кофе. Они заказали по чашке очень неплохого напитка, а для Анжелы ещё и мороженое. Последняя решилась нарушить напряжённую тишину:
– Я должна понять, что происходит. Ты можешь вернуть мне память?
Он отчаянно замотал головой, повторяя:
– Нет, нет, прошу тебя!
Оробевшая девушка положила ладонь на его руку, успокаивая.
– Хорошо, хорошо, не сейчас. Но почему?
– Ты не знаешь, – воскликнул он тихо, но дрожащий голос выдавал его состояние, – не способна понять, что это – вспомнить тысячи воплощений, тысячи жизней, ни одна из которых не прожита до конца. Увидев во сне две или три, ты уже встревожилась. А представь, что случится, если на мозг обрушится вся испытанная тобой боль. Я не могу нанести тебе такой удар.
Подумав, Анжела попросила:
– Тогда просто расскажи мне всё, но сначала самое главное: кто мы такие, откуда взялись, почему кто-то зло, а кто-то добро, и что такое зевгари?
– Хорошо. Начну я с того, что ты – ангел… это не комплимент, – предупреждая её вопрос, промолвил Дэймон, – это наша суть – ты ангел, а я демон….
– Нет!
– Это так.
Она почувствовала дрожь в коленях, глаза застлал туман. Блэк ощутил смятение девушки, и, взяв её руки в свои, принялся гладить пальцы, отчего внутреннее напряжение постепенно спало.
– Что это за метод такой?  – голосом жертвы поинтересовалась Анжела.
Дэймон нервно усмехнулся.
– За минувшие века я понял, что таким образом мне всегда удаётся тебя успокоить.
Она натянуто улыбнулась.
– Продолжай.
– Много миллионов лет назад Бог сотворил Вселенную. Бог – некая бесплотная высшая сила, величия и огромности которой смертные не в состоянии понять. Жизнь зарождалась то там, то здесь: Бог ставил эксперименты, каждый раз кончавшиеся ничем.
И, наконец, очередь дошла до Земли. Дав толчок развитию органики на планете, создатель отстранённо наблюдал, что из этого выйдет. И получились люди, живущие не инстинктами, а разумом. Для Бога это стало неожиданностью, и он решил, что деятельность разумных существ необходимо контролировать.
Впервые творец вмешался в естественный ход событий и создал нас – наблюдателей, заложив в наши души особую программу. Благодаря ней, мы, помимо более широкого, чем у человека, кругозора, приобрели способность после смерти переселяться в другое тело. Нам вменялось в обязанность следить за людьми и направлять их деятельность в нужное русло.
Дэймон исподлобья посмотрел на внимательно слушающую Анжелу и продолжил:
– Но случилось то, чего Бог не учёл. Согласно закону равновесия мы разделились на два лагеря:  на добро и зло, на ангелов и демонов, веками противостоящих друг другу. У каждого ангела есть пара среди демонов, и, по неизвестно кем установленным правилам, эти двое, встретившись лицом к лицу, должны вступить в схватку и нарушить баланс света и тьмы. И это стало крайне несправедливым решением, потому что демоны помнят все прошлые жизни и понимают, кто они, ангелы же лишены памяти и беспомощны в своём незнании. При встрече двух сторон мрак чаще всего одерживает верх, если только движимый остатками благородства демон не приоткрывает перед зевгари завесу прошлого. Но тогда светлые сущности обычно теряются от обилия рухнувшей на них информации и всё равно погибают.
Планета дрожит от засилья зла, а Бог закрыл лицо и отвернулся от людей. Видимо, он решил забыть и о нас, как о своей ошибке. Творец пустил всё на самотёк, и его роковой просчёт обрёк человеческий род на вымирание.
Блэк замолчал. Он сидел, похрустывая пальцами, в ожидании ответа собеседницы. А Анжеле казалось, что мир рухнул, и выхода нет. Закрыв глаза рукой, она тихо заплакала. Мужчина беспомощно смотрел на её слёзы и не нашёл ничего лучше, чем сесть рядом и обнять девушку. Та не отстранилась, но и не успокоилась. Они просидели так несколько минут, пока Анжела не подняла голову и не спросила:
– Значит, ты – мой противник, мой демон?  Почему же ты защищаешь меня? 
– Однажды в мире, где мы ютимся между воплощениями, ты держала мою вечную жизнь в своих руках и не отняла её. Может, я и зло, но мне не чужда благодарность. Однако ни разу я не смог отдать тебе долг, не остановил смерть.
– Так вот почему Анаклетос сказал, что не может любить меня. Он – ты всего лишь выплачивали долги.
Глаза её гневно сверкнули, и девушка вскочила.
– Верни мне память! – крикнула она.
– Тсс, тише, прошу тебя! Я не могу.
– Не можешь или не хочешь?
– Не хочу….
– А я настаиваю! Это моё право.

Дэймон тоже поднялся. Опершись о стол, оба зло шипели друг на друга:
– Ты не знаешь, чего требуешь. Ты не выдержишь.
– Я справлялась там – за гранью.
– В нашем мире мы сильнее, мы сущности, а не люди.
– Я хочу этого!
Дэймон сдался. Протянув руку, он возложил её на голову Анжелы.
Мозг её взорвался болью. Чередой проходили перед глазами прошлые жизни: свет, тьма, смерти, новые рождения. И рядом всегда находился он – такой разный и загадочный. Воспоминания не прерывались….
Девушка рухнула на стул, уронив голову на руки.
– Ну, вот, тебе многое открылось, – безжизненным голосом сказал зевгари. – Ты счастлива?
Анжела, не поднимая глаз, отрицательно покачала головой.
– Нет. Но ты отдал мне не всё, Абаддон[2]. Осталось много пустот.
– Я возвратил ровно столько, сколько счёл безопасным для тебя, Лавия. И не зови меня этим именем, я отказался от него, оно не моё.
– С каких это пор?
– С того времени, как я посвятил жизнь тебе, твоему спасению.
– Тогда и ты не называй меня Лавией.
– Как же тогда?
– Анжелой. Я – это она. Всё моё принадлежит ей, а её – мне.
– Хорошо. Тогда и я – Дэймон, поскольку могу сказать о себе то же самое. Что ты помнишь?
– Чем связаны мы с тобой или немного больше, а остальное покрыто мраком. Скажи, почему мы употребляем греческие слова для обозначения нашего псевдоединства, родственных отношений?
– Чаще всего сущности воплощались в людей в прогрессивной древней Греции, никто не хотел появляться на свет в диких странах. И мы привыкли….
– Что сталось с Анаклетосом после моей гибели?
– Он пронзил грудь мечом на глазах Тэрона.
– Кто такой Тэрон? Это он преследует меня в каждом воплощении?
– Да, но зовут его не так. Он – осквернитель, не имеющий имени.
– Почему ему каждый раз удаётся добиться своего?
– Он сильнее. И умеет найти сторонников среди  мелких божеств, которых христиане теперь причисляют к демонам.
– Горгона?
– И она….
Оба замолчали. Казалось, тема разговора себя исчерпала. Но у Анжелы вновь возник вопрос:
– Почему ты – врач. Насколько я помню, раньше ты избирал поприща, дающие возможность творить зло: воина, политика…
Дэймон усмехнулся.
– Близость твоей сущности, зевгари, несколько изменила мою природу.
– Думаешь, я поверю в эту чушь? Сколько больных ты зарезал на операционном столе? 
Блэк пошатнулся от тяжкого обвинения, из глаз его брызнули слёзы.
– Я делал свою работу, как должно. У каждого хирурга может умереть пациент, и со мной случалось такое, но я никого не убивал.
Оскорбительница ошеломлённо смотрела на плачущего демона. Она поняла, что преступила грань дозволенного и похолодела, когда мужчина, развернувшись, направился к выходу, не отозвавшись на её оклик. Анжела кинулась вслед.
Шагая как слепой, Дэймон вышел на проезжую часть, и девушка едва успела выдернуть его из-под отчаянно сигналящей машины. Повинуясь порыву, она обняла поникшего человека и прошептала:
– Прости меня!

[1] Брайян Макгуайр – реальное лицо, австралийский гонщик Формулы–1, погибший из-за неисправности машины во время прохождения квалификации.
[2] Абаддон – (греческий аналог: Аполлион  (греч. Απολλύων), то есть губитель), в иудейской (затем и в христианской) теологии – ангел (демон) истребления, разрушения и смерти.

© Copyright: Александра Треффер, 2014

Регистрационный номер №0246944

от 20 октября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0246944 выдан для произведения:
Спешное бегство...
Герой приоткрывает перед героиней завесу, скрывающую будущее...
Мистика...
 
 

После ужина Шерил прилегла и задумалась. В словах приятельницы был здравый смысл. Во всём, что её сейчас окружало, просматривалась зловещая логика, что-то рвалось наружу, какое-то знание, которое могло бы открыть ей глаза на происходящее.

Поднявшись и сев у компьютера, девушка машинально набирала в поисковике врезавшиеся ей в память имена – Анаклетос, Мэнли, Сандерс, и размышляла. Какая роль во всём этом у Дэниеля? Возможно, Грейс права, и он чудовище из кошмара. Так, а при чём тогда миссис Селби, почему в курсе ещё и она?

А может быть, Шерил попала в сеть тайной международной шпионской организации, и теперь её просто пытаются напугать, используя психо… как его там… психотронное оружие? Тогда откуда у неё взялись эти нестандартные целительские способности? Хотя, вероятно, именно в них и стоит искать причину такого интереса…

В конце концов, девушка совсем запуталась. Действительно, ей оставалось только ждать и надеяться, что Сандерс или Барбара объяснят суть происходящего, да прислушиваться к своей интуиции, чтобы дожить до момента истины.

Махнув рукой на всё, мисс Бёртон отправилась спать. Этой ночью ей ничего не снилось, и, прекрасно выспавшись, Шер пробудилась чуть ли не в шесть. Просидев утренние часы с книгой на кухне и проводив Грейс на работу, девушка тоже начала собираться.

 

А около восьми позвонили в дверь. Никого не ждавшая Шерил испугалась. Все страхи возродились вновь, и, осторожно подкравшись ко входу, она окликнула:

– Кто там?

В ответ прозвучал знакомый голос, и она вздохнула с облегчением:

– Шерил, это я – Дэниель.

Впуская мужчину в квартиру, девушка испытала дежа вю. Когда-то она уже это видела. Ну, конечно же, позавчера. Шерил удивилась собственной глупости.

– Шер, вы поедете со мной. Вам сейчас небезопасно находиться одной здесь, да и на улицах Лондона тоже.

И снова холодный, липкий ужас пополз по позвоночнику. Она вспомнила, что точно такие же слова произнес в её последнем сне Роберт Мэнли, говоря о Лос-Анджелесе.

– Дэниель, – в голосе прозвучала паника, – вы можете мне объяснить, что происходит?

– Я сделаю это сегодня же. Но мы должны поскорее отсюда уйти. Надо сменить квартиру.

– Как?

Шерил беспомощно смотрела на собеседника.

– Послушайте, это ведь не такое скорое дело…

– У меня есть кое-что на примете, на время. А потом, возможно, нам и вовсе придётся исчезнуть из мира людей.

– Господи!

Мисс чувствовала себя кроликом под гипнотизирующим взглядом удава.

– Вряд ли он слышит вас. Наверняка Бог уже забыл о нашем существовании. Соберите всё самое необходимое, и бежим.

Шерил кинулась в комнату и побросала в большую сумку свои скромные пожитки. Подумав, решила, что писать записку Грейс не стоит, позже она объяснит всё по телефону. Шестое чувство подсказывало ей, что медлить и впрямь нельзя.

Над улицей висел негустой туман, создающий атмосферу таинственности и опасности. Сандерс не открывая багажник, бросил вещи девушки на заднее сидение, а она села рядом с мужчиной.

– Пристегнитесь! – кинул он.

Шерил послушно набросила ремень, машина резко сорвалась с места, и вовремя. Когда она свернула под прикрытие зелени деревьев, около дома остановился автомобиль, откуда вышли двое, причём в женщине Шер узнала свою недавнюю попутчицу. Незваные гости с трудом внесли внутрь огромный свёрток, а Дэниель встревожено наблюдал за ними.

– Успели! – вытирая пот со лба, выговорил он.

И помчался вперёд с немыслимой скоростью, ловко лавируя на пути.

– У вас навыки раллиста, – стремясь разрядить обстановку, пошутила девушка.

– Мне приходилось бывать на трассах, – не отрывая взгляда от убегающего под колёса асфальта, отозвался он. – В прошлой жизни я принимал участие в автогонках.

Возникло неловкое молчание. Потом Шерил тихо спросила:

– Кем чем в то время занималась я?

– Преподавали французский, – не глядя на неё, ответил мужчина.

– А ваше имя, я его знаю?

– Возможно. Брайян Макгуайр[1].

Девушка напрягла память и, как ни странно, вспомнила.

– Но Макгуайр же погиб.

– Да. Я специально спровоцировал катастрофу после того…

Он сглотнул, и руки его судорожно сжали руль.

– После того как в очередной раз не сумел спасти тебя, зевгари. Тебя не стало днём ранее, и я узнал об этом сразу же по пустоте внутри.

– Господи! – вырвалось у неё. – Но зачем, зачем ты убил себя?! Разве ты был виноват в моей смерти?

– Я виновен всегда, но дело не только в этом. Телесная оболочка мало значит для того, кто живёт вечно и помнит минувшее. Во-первых, я хотел восстановить равновесие, во-вторых, если бы я прожил жизнь до конца, то к твоему новому воплощению стал бы уже глубоким стариком, неспособным тебя защитить. Но на сей раз я поторопился и появился на свет на семь лет раньше тебя, Шер.

Та молчала, осмысливая услышанное. Сандерс с тоской в глазах искоса посмотрел на девушку, а потом снова перевёл взгляд на дорогу. Автомобиль плавно притормозил у небольшого кафе.

– Как ты смотришь на то, чтобы посидеть здесь немного? – спросил мужчина. – Можешь задавать любые вопросы, а я постараюсь на них ответить. Но только не на ходу, я не сумею вести машину, говоря об этом.

Она кивнула, и оба вошли в прохладу, наполненную запахами еды и кофе. Они заказали по чашке очень неплохого напитка, а для Шерил ещё и мороженое. Девушка первая прервала молчание:

– Мне нужно всё вспомнить. Ты ведь можешь вернуть мне память?

Он вдруг отчаянно замотал головой, повторяя:

– Нет, нет, прошу тебя!

Оробевшая девушка, успокаивая, положила ладонь на его руку.

– Хорошо, хорошо, не сейчас. Но почему ты не хочешь этого?

– Ты не понимаешь, – воскликнул он тихо, но эмоции в голосе выдавали его состояние, – не знаешь, что это такое – вспомнить тысячи воплощений, тысячи жизней, ни одна из которых не прожита до конца. Увидев во сне всего две или три, ты уже встревожилась. Что же будет, если на мозг обрушится вся испытанная тобой боль! Я не могу нанести тебе такой удар.

Шерил, подумав, попросила:

– Тогда расскажи мне всё, но сначала самое главное: кто мы такие, откуда взялись, почему кто-то зло, а кто-то добро, и что такое зевгари?

– Хорошо. Начну я с того, что ты – ангел… это не комплимент, – предупреждая её вопрос, промолвил Дэниель, – это наша суть – ты ангел, а я демон…

– Нет!

– Это так.

Она почувствовала дрожь в коленях, а глаза застлал туман. Сандерс ощутил смятение девушки, и, как уже бывало, взял её руки в свои, поглаживая пальцы, от чего внутреннее напряжение постепенно спадало.

– Что это за метод такой? – голосом жертвы поинтересовалась Шерил.

Дэниель нервно улыбнулся.

– За минувшие века я понял, что таким образом мне всегда удаётся тебя успокоить.

Она натянуто усмехнулась.

– Продолжай.

 

– Много миллионов лет назад Бог сотворил Вселенную. Бог – некая бесплотная высшая сила, которую смертные не могут охватить внутренним взором и не в состоянии вообразить её величия и огромности. Жизнь зарождалась то там, то здесь, Бог ставил эксперименты, каждый раз кончавшиеся ничем.

И, наконец, очередь дошла до Земли. Конечно же, не было ни семи дней, ни Адама и Евы. Дав однажды толчок развитию органики на планете, создатель просто наблюдал за тем, что из этого выйдет. Получились люди, живущие не инстинктами, а разумом. Для Бога это стало неожиданностью, и он решил, что деятельность разумных существ необходимо контролировать.

Впервые творец вмешался в естественный ход событий и создал нас – наблюдателей, в которых заложил особую программу, позволяющую не только иметь более широкий, чем у человека, кругозор, но и переселяться из тела в тело, по мере умирания предыдущего. Нам, несущим в себе волю высшей силы, вменялось в обязанность следить за людьми и направлять их деятельность в нужное русло.

Но по закону равновесия случилось то, чего Бог не учёл – мы разделились на два лагеря, на добро и зло, на ангелов и демонов, с этого момента веками противостоящих друг другу. У каждого ангела есть своя пара среди демонов, и правила, неизвестно кем созданные, таковы, что если эти двое встретятся лицом к лицу, то оба должны вступить в схватку друг с другом, для того чтобы нарушить баланс света и тьмы.

А несправедливость этого закона заключается в том, что демоны помнят все свои прошлые жизни и понимают, кто они, а ангелы лишены памяти и в своём незнании просто беспомощны. При встречах двух сторон мрак обычно одерживает верх, если только движимый остатками благородства демон не приоткрывает перед зевгари завесу прошлого. Но в этом случае светлые сущности обычно теряются от обилия рухнувшей на них информации и всё равно погибают.

Планета дрожит от засилья зла, а Бог закрыл лицо и отвернулся от людей. Видимо, он предпочёл забыть и о нас, как о своей ошибке, в общем, как и везде, пустил всё на самотёк. Из-за этого просчёта творца человеческий род обречён, и его конец вряд ли можно предотвратить.

 

Сандерс замолчал. Он сидел, похрустывая пальцами, и ждал, что скажет собеседница. А Шерил казалось, что мир рухнул, и выхода нет. Она закрыла глаза рукой и тихо заплакала. Мужчина беспомощно смотрел на её слёзы и не нашёл ничего лучше, чем сесть рядом и обнять девушку. Та не отстранилась, но и не успокоилась. Оба просидели так несколько минут, пока она не подняла голову и не спросила:

– Так ты – мой противник, мой демон? Почему же ты защищаешь меня?

– Однажды в том мире, где мы ютимся между воплощениями, ты держала мою вечную жизнь в своих руках и не отняла её. Может быть, я и зло, но мне не чужда благодарность. Однако ни разу я не смог отдать тебе долг, не остановил смерть.

– Так вот почему Анаклетос сказал, что не может любить меня. Он – ты просто выплачивали долги.

Глаза её гневно сверкнули, и девушка вскочила.

– Верни мне память! – крикнула она.

– Тсс, тише, прошу тебя! Я не могу этого сделать.

– Не можешь или не хочешь?

– Не хочу!

– А я настаиваю! Это моё право!

Дэниэль тоже поднялся. Опершись о стол, оба зло шипели друг на друга:

– Ты не знаешь, чего требуешь! Ты не выдержишь.

– Я выдерживала там – за гранью.

– В нашем мире мы сильнее, мы сущности, а не люди.

– Я хочу этого!

Дэниель сдался. Протянув руку, он возложил её на голову Шерил.

Всё завертелось у той в мозгу. Чередой проходили перед глазами прошлые жизни, свет, тьма, смерти, новые рождения. И в каждом её существовании рядом находился он: красивый, обычный, иногда даже уродливый, в пролётке, на коне, идущий за сохой и размахивающий шашкой… Воспоминания не прерывались…

Девушка рухнула на стул, уронив голову на руки.

– Ну, вот, теперь тебе многое открылось, – безжизненным голосом сказал зевгари. – Ты чувствуешь себя счастливой?

Она отрицательно покачала головой, не поднимая глаз.

– Нет. Но ты отдал мне не всё, Абаддон[2]. Осталось много пустот.

– Я возвратил ровно столько, сколько счёл безопасным для тебя, Лавия[3]. И не зови меня этим именем, я отказался от него, оно не моё.

– С каких это пор?

– С того самого времени, как я посвятил жизнь тебе, твоему спасению.

– Тогда и ты не называй меня Лавией.

– Как же тогда?

– Шерил. Я – это она. Всё моё принадлежит ей, а её – мне.

– Хорошо. Тогда для тебя я Дэниель, поскольку могу сказать о себе то же самое. Что ты помнишь?

– Только то, чем связаны мы с тобой, может быть, чуть больше, а остальное покрыто мраком. Скажи, почему мы употребляем греческие слова для обозначения нашего псевдоединства, родственных отношений?

– В древней Греции было больше всего воплощений сущностей в людей, никто не хотел появляться на свет в диких странах. И мы привыкли…

– Что сталось с Анаклетосом после моей гибели?

– Он бросился на меч на глазах Тэрона.

– Кто этот Тэрон? Это он постоянно преследует меня, уничтожая в каждом воплощении?

– Да, но его зовут не так. Он – Осквернитель, не имеющий имени.

– Почему ему каждый раз удаётся добиться своего?

– Думаю, потому что у него сильные сторонники среди мелких божеств, которых христиане теперь тоже причисляют к демонам.

– Горгона?

– И она тоже …

Оба замолчали. Казалось, тема разговора себя исчерпала. Но у Шерил вновь возник вопрос:

– Почему ты – врач. Насколько я помню, раньше ты избирал поприща, дающие возможность творить зло: воина, политика…

Он усмехнулся.

– Близость твоей сущности, зевгари, несколько изменила мою природу.

– Думаешь, я поверю в это? Скольких ты зарезал на операционном столе?

Сандерс пошатнулся от тяжкого обвинения, и из глаз его брызнули слёзы.

– Я делал свою работу, как должно. У каждого хирурга может умереть пациент, со мной тоже такое случалось, но я никого не убивал!

Оскорбительница ошеломлённо смотрела на плачущего демона. Она поняла, что преступила грань дозволенного и похолодела, когда мужчина, развернувшись, пошёл прочь, не отозвавшись на её оклик. Шерил кинулась вслед.

Шагая, как слепой, Дэниель вышел на проезжую часть, и девушка едва успела выдернуть его из-под отчаянно сигналящей фуры. Повинуясь неожиданному порыву, она крепко обняла поникшего человека и прошептала:

– Прости меня!



[1]Брайян Макгуайрреальное лицо – австралийский гонщик Формулы–1, погибший из-за неисправности машины во время прохождения квалификации.

 

[2]Абаддон – (греческий аналог: Аполлион (греч. Απολλύων), то есть губитель), в иудейской (затем и в христианской) теологии — ангел (демон) истребления, разрушения и смерти.

[3]Лавия имя ангела.

 

Рейтинг: +3 281 просмотр
Комментарии (4)
Kyle James Davies # 21 октября 2014 в 10:51 +1
Тайное потихоньку становится явью. Очень интересно, жду продолжения 040a6efb898eeececd6a4cf582d6dca6
Александра Треффер # 21 октября 2014 в 11:10 0
Спасибо! Скоро, очень скоро.
Андрей Мерклейн # 19 декабря 2014 в 20:05 +1
Неожиданный поворот событий: ангел и демон спокойно общаются ))) Интересный сюжетный ход!
Александра Треффер # 19 декабря 2014 в 20:16 0
Любовь smile В дальнейшем всё объяснится.