ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → Сальвариол - Война Богов - Глава 2[ Отредактированная и переписанная версия]

 

Сальвариол - Война Богов - Глава 2[ Отредактированная и переписанная версия]

4 декабря 2012 - Кирилл Вильегорский

Когда Заро Белый бился с Вирогом Безликим,
Кровь смешалась.
И на свет появились крохотные цветки,
Семена, которых, поглотили птицы Рох, падальщики.
Птиц поразили боги за непокорность,
И из живота их вышли Хоги, создания без веры.
И были они так малы и слабы,
Что поселились в пустынях и подземельях,
Пение их сбивало с толку путников,
А дар предвиденья давал знать об опасности.
Богиня-мать не заметила Хогов.
 Так и остались они существами без веры и бога.
                                      ''Книга тайн - стих второй''


Глава 2
Айлех ничего с собой не взял кроме еды и воды. Оружие в Арламане запрещено, но это не помеха, с кабаном можно и магией расправится.
Город только начал просыпаться. Пара торговцев около ворот спорили о чем-то, рядом стояли Пастериус и Торомад, они, завидев Айлеха, кинули друг другу пару слов и вышли за ворота
- Готов?. – Сказал Торомад вскоре подошедшему парню.
- Да. – Улыбаясь, ответил Айлех.
- Тогда в путь. – Пастериус оперся на посох и взглянул вглубь леса. – Пойдем через рудники.
На миг в лице Торомада промелькнуло непонятное волнение.
- А почему бы не воспользоваться магией и не перенестись сразу к ручью? – Озадаченно произнес Айлех , уставившись на Пастериуса.
- Разве это охота? – Рассмеялся старейшина. – На этот раз никакой магии, будем действовать своими силами, так ведь интересней.
- Можешь считать это зачетом для следующего урока. Сдашь, вечером можешь не приходить ко мне. – Торомад похлопал Айлеха по плечу.
- Устраивает. – Айлех закинул на плечо сумку с провиантом и последовал за Торомадом. Пастериус подошел к высоким сорнякам раздвинул кусты. За ними находилась тропа.
Рудники находились в лиге от города. Примерно около трех веков назад их забросили. Кто-то говорил, что из-за болезни, которая постигла рабочих, старейшины, твердили, что попросту рудники опустошили и поэтому о них забыли. Но почему-то с раннего детства детей предостерегали ходить в ту сторону, не исключая и самого Айлеха. Мать ему говорила, что там обитают злые духи. Тут Айлех вспомнил выражение лица Пастериуса, он явно был недоволен своим выбором пути.
- Мы довольно далеко ушли от города, - Торомад обернулся, - Айлех, ты сегодня завтракал?
Друид отрицательно мотнул головой.
-Тогда, сделаем привал. Торопиться нам не куда.
Лес дубовым, прозвали не спроста. В основном на его окраине встречалось множество деревьев, но в самой глубине, в которую может проникнуть лишь друид, росли лиги высокого дуба, некоторым деревьям уже более тысячи лет. Пастериус жил в самом старом дереве, которое описывается в Великой книге как первоначальное вместилище магии. Поэтому мало кто знал, где оно находится кроме Пастериуса, Торомада и пары старейшин Арламанского храма. Айлех сел около одного из дубов на выступающий толстый корень, похожий больше на огромное бревно. Хотя не удивительно, в этой части леса были самые высокие деревья. Этот дуб был в ширину не меньше трех с половиной метров, толстая длинная ветка давно уже обломилась и высохла, скорее всего, из-за урагана прошедшего, совсем недавно.
Тишина. Подозрительно тихо уже пару часов. Ни трелей птиц, ни шума листвы. Пока Айлех с Торомадом подкреплялись, Пастериус скрылся за небольшим холмом на котором росли сорняки.
- Удивлен? – Неожиданно спросил Торомад молодого ученика. Айлех дожевывал хлеб и непонимающе взглянул на учителя. – Удивлен тому что мы тебя взяли с собой? – Переспросил Торомад.
- Удивлен учитель. Но для меня это честь! Честь охотиться с вами. И я право даже не имею представления, чем заслужил ее. – Айлех завернул хлебные крошки в лист и положил рядом с собой.
- Ты способный ученик, даже очень способный. Поэтому я и решил вытащить тебя, а раз это тебе за честь…
- В четверти лиги отсюда заканчивается тропа. – Вдруг послышался голос старейшины. - Я попытался разглядеть рудники, но скорее всего они давно уже заросли. – Пастериус снял капюшон и Айлех увидел его лицо. Седые волосы закрывали один глаз, но не трудно было увидеть, что на глазу черная повязка. Пастериус заметил в глазах молодого сфира интерес.
- Не спрашивай. - Cказал старейшина зная, что вопрос был бы неизбежен.
- О чем? – Айлех прикинулся дурачком, но все- таки как давно было известно всем, врать не особо умел.
Пастериус улыбнулся и поднялся с листвы, – Пойдем, ручей совсем недалеко. Только почему- то я не вижу рудников.
- В прошлый раз ты ведь по торговой дороге шел. – Задумчиво произнес Торомад.
- Ты ведь лес знаешь, как свои пять пальцев.
- А кто сказал, что я заблудился? Четверть лиги на юг. – Cтарейшина надел капюшон и направился снова в сторону холма.
- А ты гляди в оба, кабан необязательно может быть около ручья. – Предупредил Торомад молодого ученика. – Отдай крошки дереву и догоняй.
Айлех осторожно высыпал остатки пшеничного хлеба под корни дубу и, поклонившись дереву, поспешил за остальными. Друиды раса лесов. Они поклоняются деревьям как богам, естественные алтари это самая сильная связь между землей и небом. Поэтому алтарями были всегда деревья, а некоторые считали что деревья сами имеют душу. Ведь лес единственная их защита.
Поэтому, если друид оказался в лесу, то на месте привала он обязательно должен отдать дань дереву.
Послышался жуткий визг и крики. Когда это произошло, Торомад и старейшина были на другой стороне холма. Холм был метров пять в ширину, сорняки, растущие на нем, закрывали полностью весь обзор. Айлех со всех ног помчался к холму и, забравшись на него, зацепился ногой за лиану, видимо обосновавшуюся здесь завидев съедобные сорняки. Друид покатился кубарем вниз по холму. Оказывается с другой стороны, был крутой скат в десятки метров, ведущий к берегу реки. Айлеха подбрасывало как мячик и, в конце концов, друид уткнулся лицом в песок недалеко от берега.
Отплевавшись от песка и аккуратно встав, Айлех повернул голову и огляделся.
- Прищучили! - крикнул Торомад, вытаскивая из кабана сухую ветку.
Животное лежало в паре десятков метров от Айлеха, задние ноги кабана лежали в воде, из горла текла кровь и кабан жутко хрипел и визжал. Молодой друид настороженно подошел к животному ,и через пару секунд, кабан испустил последний вздох и умер. На берегу голубоватой реки лежали сухие ветки, скопившиеся здесь за пару лет после урагана. Кабан сам нашел свою смерть, напоровшись на одну из них.
-Айлех, собери хворост, надо упокоить его, - тихо проговорил Пастериус, сняв капюшон и, схватив кабана за лапы, оттащил его от берега. – Так-то лучше...
-Ты в порядке? – Торомад подошел к Айлеху и взглянул на разодранное лицо.
-Все хорошо, спуск прошел на славу. – Айлех улыбнулся.
-Иди, умойся, хворост я сам соберу. – Торомад похлопал ученика по плечу и, развернувшись на миг, уставился на мертвое животное. – Где же нам зажечь погребальный костер? – спросил Торомад сам себя.
Айлех прошел вдоль берега и, найдя свободное от веток местечко, умылся, и уже было хотел встать, как на лице его появилось удивление.
-Учитель! – крикнул друид и вскочил на ноги. - Сюда!
На другом берегу реки, в камышах, виднелся нос маленькой старой лодки. Лодка была Торомаду знакома.
-Урок четвертый. Действуй. – Торомад оглянулся и увидел, как Пастериус уже разжигает костер. – Мы скоро подойдем.
Айлех потер ладони и, выставив одну руку вперед, стоя на коленях, сжал ее в кулак. Второй рукой он будто тянул веревку, и ведь и вправду, еле видимая зеленоватая нить появилась над водой и лодка, податливо проплыв через камыши, выползла на середину реки. Глубоко вздохнув, он обернулся, Торомад с Пастериусом ходили вокруг погребального костра.
Айлех притянул лодку к берегу и, набравшись духа, заглянул внутрь. Поверх лежала белая простыня, из-под которой торчала рука. Молодой друид сдернул ткань и в удивлении отпрыгнул назад.
- Во имя богов! – прошептал Айлех.
Под простыней лежал средних лет друид, длинные русые волосы спутались на лице из-за грязи и песка.
- Конох. – проговорил Торомад. – Не думал его снова увидеть.
- Жизнь еще теплится в его теле. – Пастериус провел рукой перед лицом друида, - Но ненадолго.
Конох был одет в растрепанную ломасу, такую же грязную как и его голова, да и вся лодка. Рядом с ним Айлех заметил непонятный кусок железа, видневшийся из-под белой простыни. Конох медленно приоткрыл глаза и, откашлявшись тихо произнес.
-Где я? – Он снова кашлянул.
-Он слаб, - Пастериус начал рыться в сумке. – Я залечу раны.
-Ты в дубовом лесу. Ты дома. – Успокаивал его Торомад, осматривая глубокие раны на груди, из которых торчали то ли когти, то ли шипы.
-Все-таки добрался – Улыбнулся через силу друид и снова начал откашливаться, на этот раз кровью.
-Друг, мой милый друг, – Конох посмотрел на Торомада. – Мне осталось недолго, - Он перевел взгляд на Пастериуса. Старейшина переливал из колбочек и баночек какие-то снадобья в глиняную чашу. – От яда йоров нет противоядия.
-О чем ты, Конох? Скажи, что случилось? – обеспокоился Торомад и кивнул Пастериусу. Старейшина начал смазывать раны на груди Коноха.

-Убери, - Конох кашлянул и убрал от себя руки Пастериуса. – Вы не понимаете. – Конох неторопливо и тихо продолжил. – Я путешествовал по миру. Повидал много за эти пару лет и две луны назад попал в бурю. – Конох задрал голову и, положив ее на край лодки, рассмеялся. – Я очнулся на острове, я долго бродил по лесам и увидел вулкан. Вулкан, описанный в книге тайн. Я уверен, это был Хыро.
-Его не видели уже сотни лет, - задумчиво проговорил Пастериус. – Интересно.
Конох приподнял руку и увидел, как она трясется.
-Нет времени все объяснять. Вы должны знать одно, – Конох вдруг вскрикнул и из его руки начала подниматься вверх черный дым тонкой струйкой. Все в недоумении смотрели на дымку, а Конох, проглатывая слова и корчась от боли, проговорил:
-Остров - чрево черной силы чернокнижников Безликого. Они начинают войну, и сфиры будут истреблены в первую очередь. – Дымка полностью вышла из руки Коноха и на миг, в ней все увидели зеленоватые глаза, наполненные яростью и злобой. Будто она была живая. Вдруг существо испарилось и Конох ахнув, повернул голову в сторону Торомада:
-Спасайте город.
После этих слов на лице Коноха застыл ужас, и тело рассыпалось, оставив после себя прах, который уносило все дальше по реке.
-Во имя святых богов! Что это было? – Айлех в ужасе отполз от лодки.
-Это черная магия, магия яда. – Пастериус сел на мокрый песок и пустыми глазами оглядел присутствующих. – Нам не удастся спасти его душу.
-Как? Ведь мы на святой земле! Учитель! Разве не так? – Айлех вскочил на ноги и в панике посмотрел на Торомада. Друид лишь тяжело вздохнул и оперевшись на посох, встал.
- Он прав, даже на святой земле, умерев от черной магии яда, душа умирает вместе с телом.
-Надо сжечь лодку и идти в Арламан, предупредить старейшину храма Заро о возможной опасности. – Пастериус поднял посох и начал произносить заклинание. Лодка загорелась и Айлех пнул ее ногой, отправляя в последний путь.

© Copyright: Кирилл Вильегорский, 2012

Регистрационный номер №0098898

от 4 декабря 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0098898 выдан для произведения:

Когда Заро Белый бился с Вирогом Безликим,
Кровь смешалась.
И на свет появились крохотные цветки,
Семена, которых, поглотили птицы Рох, падальщики.
Птиц поразили боги за непокорность,
И из живота их вышли Хоги, создания без веры.
И были они так малы и слабы,
Что поселились в пустынях и подземельях,
Пение их сбивало с толку путников,
А дар предвиденья давал знать об опасности.
Богиня-мать не заметила Хогов.
 Так и остались они существами без веры и бога.
                                      ''Книга тайн - стих второй''


Глава 2
Айлех ничего с собой не взял кроме еды и воды. Оружие в Арламане запрещено, но это не помеха, с кабаном можно и магией расправится.
Город только начал просыпаться. Пара торговцев около ворот спорили о чем-то, рядом стояли Пастериус и Торомад, они, завидев Айлеха, кинули друг другу пару слов и вышли за ворота
- Готов?. – Сказал Торомад вскоре подошедшему парню.
- Да. – Улыбаясь, ответил Айлех.
- Тогда в путь. – Пастериус оперся на посох и взглянул вглубь леса. – Пойдем через рудники.
На миг в лице Торомада промелькнуло непонятное волнение.
- А почему бы не воспользоваться магией и не перенестись сразу к ручью? – Озадаченно произнес Айлех , уставившись на Пастериуса.
- Разве это охота? – Рассмеялся старейшина. – На этот раз никакой магии, будем действовать своими силами, так ведь интересней.
- Можешь считать это зачетом для следующего урока. Сдашь, вечером можешь не приходить ко мне. – Торомад похлопал Айлеха по плечу.
- Устраивает. – Айлех закинул на плечо сумку с провиантом и последовал за Торомадом. Пастериус подошел к высоким сорнякам раздвинул кусты. За ними находилась тропа.
Рудники находились в лиге от города. Примерно около трех веков назад их забросили. Кто-то говорил, что из-за болезни, которая постигла рабочих, старейшины, твердили, что попросту рудники опустошили и поэтому о них забыли. Но почему-то с раннего детства детей предостерегали ходить в ту сторону, не исключая и самого Айлеха. Мать ему говорила, что там обитают злые духи. Тут Айлех вспомнил выражение лица Пастериуса, он явно был недоволен своим выбором пути.
- Мы довольно далеко ушли от города, - Торомад обернулся, - Айлех, ты сегодня завтракал?
Друид отрицательно мотнул головой.
-Тогда, сделаем привал. Торопиться нам не куда.
Лес дубовым, прозвали не спроста. В основном на его окраине встречалось множество деревьев, но в самой глубине, в которую может проникнуть лишь друид, росли лиги высокого дуба, некоторым деревьям уже более тысячи лет. Пастериус жил в самом старом дереве, которое описывается в Великой книге как первоначальное вместилище магии. Поэтому мало кто знал, где оно находится кроме Пастериуса, Торомада и пары старейшин Арламанского храма. Айлех сел около одного из дубов на выступающий толстый корень, похожий больше на огромное бревно. Хотя не удивительно, в этой части леса были самые высокие деревья. Этот дуб был в ширину не меньше трех с половиной метров, толстая длинная ветка давно уже обломилась и высохла, скорее всего, из-за урагана прошедшего, совсем недавно.
Тишина. Подозрительно тихо уже пару часов. Ни трелей птиц, ни шума листвы. Пока Айлех с Торомадом подкреплялись, Пастериус скрылся за небольшим холмом на котором росли сорняки.
- Удивлен? – Неожиданно спросил Торомад молодого ученика. Айлех дожевывал хлеб и непонимающе взглянул на учителя. – Удивлен тому что мы тебя взяли с собой? – Переспросил Торомад.
- Удивлен учитель. Но для меня это честь! Честь охотиться с вами. И я право даже не имею представления, чем заслужил ее. – Айлех завернул хлебные крошки в лист и положил рядом с собой.
- Ты способный ученик, даже очень способный. Поэтому я и решил вытащить тебя, а раз это тебе за честь…
- В четверти лиги отсюда заканчивается тропа. – Вдруг послышался голос старейшины. - Я попытался разглядеть рудники, но скорее всего они давно уже заросли. – Пастериус снял капюшон и Айлех увидел его лицо. Седые волосы закрывали один глаз, но не трудно было увидеть, что на глазу черная повязка. Пастериус заметил в глазах молодого сфира интерес.
- Не спрашивай. - Cказал старейшина зная, что вопрос был бы неизбежен.
- О чем? – Айлех прикинулся дурачком, но все- таки как давно было известно всем, врать не особо умел.
Пастериус улыбнулся и поднялся с листвы, – Пойдем, ручей совсем недалеко. Только почему- то я не вижу рудников.
- В прошлый раз ты ведь по торговой дороге шел. – Задумчиво произнес Торомад.
- Ты ведь лес знаешь, как свои пять пальцев.
- А кто сказал, что я заблудился? Четверть лиги на юг. – Cтарейшина надел капюшон и направился снова в сторону холма.
- А ты гляди в оба, кабан необязательно может быть около ручья. – Предупредил Торомад молодого ученика. – Отдай крошки дереву и догоняй.
Айлех осторожно высыпал остатки пшеничного хлеба под корни дубу и, поклонившись дереву, поспешил за остальными. Друиды раса лесов. Они поклоняются деревьям как богам, естественные алтари это самая сильная связь между землей и небом. Поэтому алтарями были всегда деревья, а некоторые считали что деревья сами имеют душу. Ведь лес единственная их защита.
Поэтому, если друид оказался в лесу, то на месте привала он обязательно должен отдать дань дереву.
Послышался жуткий визг и крики. Когда это произошло, Торомад и старейшина были на другой стороне холма. Холм был метров пять в ширину, сорняки, растущие на нем, закрывали полностью весь обзор. Айлех со всех ног помчался к холму и, забравшись на него, зацепился ногой за лиану, видимо обосновавшуюся здесь завидев съедобные сорняки. Друид покатился кубарем вниз по холму. Оказывается с другой стороны, был крутой скат в десятки метров, ведущий к берегу реки. Айлеха подбрасывало как мячик и, в конце концов, друид уткнулся лицом в песок недалеко от берега.
Отплевавшись от песка и аккуратно встав, Айлех повернул голову и огляделся.
- Прищучили! - крикнул Торомад, вытаскивая из кабана сухую ветку.
Животное лежало в паре десятков метров от Айлеха, задние ноги кабана лежали в воде, из горла текла кровь и кабан жутко хрипел и визжал. Молодой друид настороженно подошел к животному ,и через пару секунд, кабан испустил последний вздох и умер. На берегу голубоватой реки лежали сухие ветки, скопившиеся здесь за пару лет после урагана. Кабан сам нашел свою смерть, напоровшись на одну из них.
-Айлех, собери хворост, надо упокоить его, - тихо проговорил Пастериус, сняв капюшон и, схватив кабана за лапы, оттащил его от берега. – Так-то лучше...
-Ты в порядке? – Торомад подошел к Айлеху и взглянул на разодранное лицо.
-Все хорошо, спуск прошел на славу. – Айлех улыбнулся.
-Иди, умойся, хворост я сам соберу. – Торомад похлопал ученика по плечу и, развернувшись на миг, уставился на мертвое животное. – Где же нам зажечь погребальный костер? – спросил Торомад сам себя.
Айлех прошел вдоль берега и, найдя свободное от веток местечко, умылся, и уже было хотел встать, как на лице его появилось удивление.
-Учитель! – крикнул друид и вскочил на ноги. - Сюда!
На другом берегу реки, в камышах, виднелся нос маленькой старой лодки. Лодка была Торомаду знакома.
-Урок четвертый. Действуй. – Торомад оглянулся и увидел, как Пастериус уже разжигает костер. – Мы скоро подойдем.
Айлех потер ладони и, выставив одну руку вперед, стоя на коленях, сжал ее в кулак. Второй рукой он будто тянул веревку, и ведь и вправду, еле видимая зеленоватая нить появилась над водой и лодка, податливо проплыв через камыши, выползла на середину реки. Глубоко вздохнув, он обернулся, Торомад с Пастериусом ходили вокруг погребального костра.
Айлех притянул лодку к берегу и, набравшись духа, заглянул внутрь. Поверх лежала белая простыня, из-под которой торчала рука. Молодой друид сдернул ткань и в удивлении отпрыгнул назад.
- Во имя богов! – прошептал Айлех.
Под простыней лежал средних лет друид, длинные русые волосы спутались на лице из-за грязи и песка.
- Конох. – проговорил Торомад. – Не думал его снова увидеть.
- Жизнь еще теплится в его теле. – Пастериус провел рукой перед лицом друида, - Но ненадолго.
Конох был одет в растрепанную ломасу, такую же грязную как и его голова, да и вся лодка. Рядом с ним Айлех заметил непонятный кусок железа, видневшийся из-под белой простыни. Конох медленно приоткрыл глаза и, откашлявшись тихо произнес.
-Где я? – Он снова кашлянул.
-Он слаб, - Пастериус начал рыться в сумке. – Я залечу раны.
-Ты в дубовом лесу. Ты дома. – Успокаивал его Торомад, осматривая глубокие раны на груди, из которых торчали то ли когти, то ли шипы.
-Все-таки добрался – Улыбнулся через силу друид и снова начал откашливаться, на этот раз кровью.
-Друг, мой милый друг, – Конох посмотрел на Торомада. – Мне осталось недолго, - Он перевел взгляд на Пастериуса. Старейшина переливал из колбочек и баночек какие-то снадобья в глиняную чашу. – От яда йоров нет противоядия.
-О чем ты, Конох? Скажи, что случилось? – обеспокоился Торомад и кивнул Пастериусу. Старейшина начал смазывать раны на груди Коноха.

-Убери, - Конох кашлянул и убрал от себя руки Пастериуса. – Вы не понимаете. – Конох неторопливо и тихо продолжил. – Я путешествовал по миру. Повидал много за эти пару лет и две луны назад попал в бурю. – Конох задрал голову и, положив ее на край лодки, рассмеялся. – Я очнулся на острове, я долго бродил по лесам и увидел вулкан. Вулкан, описанный в книге тайн. Я уверен, это был Хыро.
-Его не видели уже сотни лет, - задумчиво проговорил Пастериус. – Интересно.
Конох приподнял руку и увидел, как она трясется.
-Нет времени все объяснять. Вы должны знать одно, – Конох вдруг вскрикнул и из его руки начала подниматься вверх черный дым тонкой струйкой. Все в недоумении смотрели на дымку, а Конох, проглатывая слова и корчась от боли, проговорил:
-Остров - чрево черной силы чернокнижников Безликого. Они начинают войну, и сфиры будут истреблены в первую очередь. – Дымка полностью вышла из руки Коноха и на миг, в ней все увидели зеленоватые глаза, наполненные яростью и злобой. Будто она была живая. Вдруг существо испарилось и Конох ахнув, повернул голову в сторону Торомада:
-Спасайте город.
После этих слов на лице Коноха застыл ужас, и тело рассыпалось, оставив после себя прах, который уносило все дальше по реке.
-Во имя святых богов! Что это было? – Айлех в ужасе отполз от лодки.
-Это черная магия, магия яда. – Пастериус сел на мокрый песок и пустыми глазами оглядел присутствующих. – Нам не удастся спасти его душу.
-Как? Ведь мы на святой земле! Учитель! Разве не так? – Айлех вскочил на ноги и в панике посмотрел на Торомада. Друид лишь тяжело вздохнул и оперевшись на посох, встал.
- Он прав, даже на святой земле, умерев от черной магии яда, душа умирает вместе с телом.
-Надо сжечь лодку и идти в Арламан, предупредить старейшину храма Заро о возможной опасности. – Пастериус поднял посох и начал произносить заклинание. Лодка загорелась и Айлех пнул ее ногой, отправляя в последний путь.

Рейтинг: +1 205 просмотров
Комментарии (2)
Анна Магасумова # 4 декабря 2012 в 21:29 0
Друиды сравнивали каждого человека с деревом. Я - Каркас. sneg
Кирилл Вильегорский # 4 декабря 2012 в 22:26 0
36 Я скроее всего дуб 36