ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФантастика → зто сладкое слово месть

 

зто сладкое слово месть

8 января 2015 - Владимир Гришкевич
ВОЛЬДЕМАР ГРИЛЕЛАВИ Это сладкое слово – месть Фантастическая мелодрама В маленьком городке на берегу тихого мирного озера произошла трагедия. Кровавая, страшная и дикая, которую ни понять, ни принять, как факт просто невозможно. Однако на месте преступления никаких следов, никаких улик. И вот спустя месяц в городе появляется маленький мститель в образе одной из жертв, который не убивает своих убийц, а причиняет им боль, позволяя испытать на себе все страдания и мучения, которые достались ими убиенным. 1 -Все, бросаем кости на траву, пора приступать к интенсивному отдыху, - тяжело дыша, словно поднялся на тринадцатый этаж без лифта, простонал Дмитрий, сбрасывая с себя рюкзак и падая плашмя на траву. – Даже не пытайтесь уговорить на какие-либо телодвижения, лучше пристрелите. Что-то я совсем ослаб, уже такие маленькие расстояния преодолеваю с трудом. -Стареем или толстеем, иных вариантов не бывает. Но твое нытье не пройдет, ибо сейчас у нас начинается настоящая суета, - категорически, как факт, заявил Геннадий, отвергая возможность на отдых, и нежно, словно хрусталь, опуская свою ношу рядом и присаживаясь на бревно, что пересекало, будто перпендикуляр, небольшую полянку на берегу озера пополам. -Это еще, почему не получится? – вяло не согласился Дмитрий, не способный уже на жесткий отказ. -А потому, что собираем дрова и готовим мангал. И только потом можно предаться настоящему отдыху. -Зануда ты, однако, Гена. Знал бы, что такой, так оставил бы дома, - проворчал Дмитрий, но тут же резво вскочил и четким, громким, но веселым голосом всем, пришедшим к этому озеру, отдал команды: - Тамара, Таня, разбирайте рюкзаки и готовьте стол. Дети в полном вашем распоряжении. Не позволять им отлынивать, запрягайте, и пусть отрабатываю право на отдых. Однако детвора: Валя с Тимофеем и Антон с Варварой уже успели сбросить с себя верхнюю одежду и в купальниках метнулись к озеру, манящему в свои прохладные воды измученные духотой тела. -Папа, мама! – на ходу прокричал Антон, старший из всей детской компании, а потому позволявший себе покомандовать мелкотой. – Мы слегка окунемся, а потом поможем мамам и вам всем. Хорошо? А то очень жарко, и мы устали с дороги, просто мочи никакой уже нет. -Валя, Тим! – испуганно воскликнула Татьяна, просительно поглядывая на Геннадия, отца Антона, ища в его команде строгость и подчинение детей. – Здесь может быть глубоко, а вы не так уж хорошо плаваете. И дно неизвестное, мало ли что может оказаться на дне? -Да нет, тетя Таня, - уверенно проговорил Антон, призывая жестом детей следовать за ним. – Мы с папой и мамой в прошлом году несколько раз были здесь. Дно песчаное, а глубина у берега по колено. Геннадий подтвердил слова сына и разрешил детворе минут на пять забраться в прохладную воду озера. Он и сам бы не прочь. Но в его обязанности в первую очередь входил во времена всех пикников мангал. Маринованное мясо для шашлыка ждать не желало. А вот уже потом, когда соберет дрова и разожжет костер, позволит всем окунуться, прежде чем усесться за стол. Чтобы освежившееся тело с большим аппетитом потребляло пищу. -Хорошее здесь место, тихое и безлюдное. И подходы к воде удобные, - объясняла Тамара, супруга Геннадия. – Да, действительно, мы в прошлом году раз пять отдыхали на этом месте с Гореловыми. Нам понравилось, потому и пожелали первый пикник в этом году провести здесь. -А они, почему не пожелали сегодня пойти с нами? – поинтересовалась Татьяна. – Как я поняла, вы с ними дружите? -Да, чаще с ними все праздники проводим и вот такие походы, - пояснила Тамара и добавила, пожимая плечами и продолжая разбирать рюкзак. – Какие-то дела спешные вдруг появились, я толком так и не поняла, - и уже к сыну, который плескался и визжал в воде. – Антон, немного ополоснись и поищи кирпичи для мангала, - крикнула она в сторону озера, стараясь перекричать шум и плеск детворы. – Мы их в прошлом году вон под той сосной прятали. Там еще нора, чья та, - пояснила Тамара Татьяне. – Не будешь же тащить мангал в такую даль. А с кирпичами очень удобно. Лишь бы не забыть, перед уходом спрятать. Мужчины собирали дрова, а женщины готовили праздничный стол, украшая его разноцветными салфетками и раскладывая по всему столу одноразовую посуду. А дети, несмотря на призывы и требования матерей, вылезать из водной прохлады не желали. Слишком уж уютно и комфортно после лесной духоты сиделось им в воде. Лишь Антон, выбравшись на берег, по-быстрому отыскал, спрятанные еще в прошлом году во время последнего пикника, кирпичи, служащие компании мангалом, и вновь присоединился к купающимся. -Пусть, - махнула рукой Татьяна, с завистью бросая взгляды на детей. – Сама бы с огромнейшим удовольствием с головой скрылась на некоторое время под водой. Слишком уж печет с самого утра, быть жаре. Не знаю, как мы выдержим целый день такое пекло? -Так и прогноз обещал на сегодня жару, - согласилась с такой погодой Тамара. – Еще хорошо, что стол в тени. Да и вода рядом, в любой миг можно ополоснуться. И заметь, ни единого комарика. В прошлом году приходилось мазаться кремами, отпугивающими их. А сейчас куда-то пропали, исчезли с этой поляны. Видать, им такая жара не по нутру, в прохладу спрятались. Или, что наиболее вероятней, они в такое время просто не повылазили из своих нор. -Том, а давай и мы сполоснемся. Все равно, пока мужики мангал готовят, и мяса для шашлыка на шампуры нанизывать будут, время есть. В конце концов, мы сюда выбрались для радостей, а не страданий. Тамара с удовольствием согласилась. И когда Дмитрий с Геннадием вынырнули из лесной чащи с полными охапками сухих поленьев, поляна предстали пред их очами опустевшей. Лишь разбросанные в тени двух пышных кленов рюкзаки и пакеты с продуктами. А возле бревна-перпендикуляра лежали четыре кирпича для строительства мангала. И еще шум, и плеск на озере. Там барахтались и гоготали их семьи, там царило счастье и благодать. От вида этих счастливых лиц, торчащих над водой, мужчины вслух грубо возмутились и, сбросив с себя одежду, присоединились к счастью купальщиков, громко восторгаясь замечательной водой, погодой и прекрасным выходным днем, который растянулся в этом году аж на пять календарных дат. Но, как бы сильно не хотелось покидать этот ласковый спасительный водоем, однако на берегу всех ожидало не менее приятное и увлекательное застолье, о котором мечталось всю зиму и весну. Даже пока еще не всю, поскольку на дворе начало мая, то есть, центр весны. До лета еще много деньков. Но в этом году конец апреля и начало мая выдалось рекордно теплым. Апрель и май били рекорды по теплу. Дмитрий и Геннадий, позволив женам и детям побаловаться в воде еще малость, приступили к сугубо мужскому занятию: соорудили мангал, развели костер и нанизали на шампуры замаринованное еще с вечера мясо. А когда дрова немного прогорели, и угли позволили уложить над ними мясо, мужчины позволили себе еще немного ополоснуться в прохладе озера. -Таня, Тома, быстро на кухню! – скомандовал Геннадий, переворачивая над углями шампуры с румяным мясом. – Еще минуток с пяток, и мясо будет готово. Скоренько накрывайте стол. Повторять призыв не пришлось. Вместе с женщинами на поляну, мокрые и удовлетворенные, высыпали дети, которые в этом прохладном водоеме успели зверски проголодаться. А от мангала по земле и по воде соблазнительно расползался запах ароматного поджаренного мяса. Мужчины разлили в одноразовые стаканчики водку, женщинам вино, а детям колу. И когда Дмитрий положил на тарелку в центре стола вязанку шампуров с румяным мясом, застолье, не в силах сдержать эмоции, восторженно прокричало: «Ура»! а Геннадий сказал краткий тост: -С открытием сезона. Считаю правильным и необходимым посещать этот чудо-уголок часто и в этом составе. Нам по великому счастью достался такой прекрасный затаенный безлюдный пляж. -Еще и Гореловы, - подсказала Тамара. – Сегодня у них не получилось, а в следующий раз присоединятся к нам. Все-таки, они наши друзья. Правда, с этого года, и я этому рада, мы приобрели новых друзей. -Согласен, - добавил Геннадий. – Все вместе, тремя семьями мы здесь запросто поместимся. А приобретение считаю можно отпраздновать, поскольку мы всегда новым друзьям рады. И все, выпив потребную жидкость из своих стаканов, мгновенно и со звериной жадностью набросились на мясо, срывая его зубами с железных шампуров. Молча, грызли, чавкали и счастливо постанывали, наполняя желудки и насыщая аппетит. Дмитрий поспешил наполнить стаканы повторно, но к этому времени детвора, сбив первоначальный, казавшийся, неподдающийся удовлетворению, голод, лишь намекнув родителям о своем желании покинуть застолье ради купания, помчалась в сторону озера. Женщины предприняли слабую попытку, воспрепятствовать их порыву, прокричав им вслед неслышимые призывы: -Ну, куда вы несетесь, толком и не поели ведь! Как будто озеро без них может куда-то подеваться! Папы, возвратите их за стол, пусть хорошо поедят, а потом купаются, сколько душе угодно. -Пусть, - спокойно и слегка лениво отмахнулся Дмитрий. – Никуда еда от них не денется. Сейчас еще с полчаса поплещутся, вернут свой исчезнувший аппетит, и возвратятся к столу. Зачем же их лишать радости, коль такой случай на сегодня выпал, а? обойдемся без излишних строгостей. -Ну, и ладно, - согласился с товарищем Геннадий. – А вот нам спешить абсолютно без надобности. Сейчас еще по два стопарика пропустим, плотно закусим и присоединимся к детворе. Лучшего чередования для полного кайфа и не придумаешь. И слегка отрезвляет, и аппетит в организме, как бы постоянно наличествует. А самое главное, так ни без какого обжорства, все в пределах и в границах. Застолье с ним согласилось, и теперь уже пили спокойно, ели с чувством и вкусом. День ведь только начинается, а в их планы раннее возвращение не входило. Тому содействовали такие факты, как чудесная погода, не позволяющая оторваться от водоема, завтрашний еще один выходной день и замечательное настроение, призывающее к продолжительному и полноценному отдыху. А потому, хотелось насладиться природой максимально. Разумеется, к празднику и такому удачному отпуску, подаренному правительством народу, погода расстаралась на славу. И еще не известно, как она поведет себя далее. -А я бы в следующий раз и с ночевкой согласилась бы придти. После городской суеты и духоты, так здесь просто райский уголок, - слегка отвалившись от стола, насытившись мясом и овощами, мечтательно проговорила Татьяна. – А вы в прошлом году ночлег здесь не устраивали? – спросила она Геннадия и Тамару, как корифеев и знатоков этой чудесной поляны. -Как-то не планировали и даже на эту тему не задумывались, - слегка озадаченная от такого простого и понятного вопроса, ответила Тамара. – Так если помните, то лето в прошлом году было слегка слякотным и непредсказуемым по погоде. И дожди частили, и ночи довольно-таки прохладные были, намного холодней сегодняшних, майских. Да и дети еще малые были, если по правде. После одной ночи потом неделю на больничном сидеть. Не хотелось рисковать. Вот пусть малость еще подрастут, потом можно прихватить палатки и придти сюда с ночевкой. Да их потом и загрузить можно, не так, как сейчас с пустыми руками. -А рыбалка здесь как? – поинтересовался Дмитрий, бросая жадные взгляды на водную гладь. – Я бы в следующий раз и удочки прихватил. Как-то сегодняшний поход про рыбалку запамятовал. -Ну, и хорошо, а то сидел бы в гордом одиночестве ради несчастной поклевки, как раньше, - заметила Татьяна, припоминая прежние места с рыбалкой, из которой муж не вылезал. -Лично я сам, не любитель рыбалки, - равнодушно ответил Геннадий, который не понимал и не любил удочки. – Но и рыбаков что-то не примечал здесь. Справа пару километров отсюда основное место отдыха горожан. А аккурат напротив нас что-то вроде базы отдыха. Ну, там, с выездным кафе, беседки со столиками. Но мы вместе с Гореловыми, как-то не очень любим многолюдные места. Вот в прошлом году этот заброшенный уголок мы и раскопали. Потому и решили, что и в этом году, как и в прошлом, только сюда и ходить. Просто сейчас у них какие-то проблемы, поэтому без них. А вообще, в следующий раз будем планировать все вместе. Сами видите, как здесь здорово и замечательно. И семья Фученко согласилась с Геннадием единогласно. Здесь места еще для одной семьи вполне хватит. А потом, чем больше друзей, тем веселее проходит время, интереснее общение. Недалеко от места этой семейной компании, метрах в трехстах от них и вдали от озера, сидела на поляне своя мужская компания. Почему-то не любили мужчины барахтаться в этом озере, считая его грязной лужей, неприспособленной для элитного купания и совершенно непривлекательной по эстетическим параметрам. Они предпочитали местной «луже» моря и океаны престижных и популярных в России курортов. И не только в России. Любили эти мужчины, даже чаще на них бывали, моря заграничные. И вовсе нет, не было среди них олигархов, страдающих избытком денег. Однако к числу бедных себя причислить они не могли и не желали. Мужчины считали себя, умеющими зарабатывать, по местным меркам, довольно-таки приличные средства. Достаточные, чтобы позволить себе вместе с семьями пару раз в году погреться на пляжах зарубежных морей. Свой труд, то есть, работу, позволяющую зарабатывать такие приличные деньги, они называли бизнесом. Вполне допустимо, что сомнительным для правоохранительных и налоговых органов, но они имели по этому вопросу личное мнение. Все шестеро числились в одной из крупных фирм города. Однако основная прибыль доставалась им и их карманам, немного минуя официальные бумаги и документы фирмы, и она не отражалась на делах этого предприятия, в котором они числились в штатах на определенных окладах. И были они вполне молодыми мужчинами, перспективными и привлекательными, как это хотелось им сами так считать. Ну, если только Игоря Седова таким не назвать, хотя, сам он себя считал таковым и с данным определением не соглашался. Сорок лет. Самая молодость, как любил говорить сам он. А к числу более взрослых, чтобы не сказать, старых, его причисляли друзья по той причине, что их тайное, слегка криминальное сообщество организовал и возглавил он. Хотя, даже в среде своих он не позволял и ни в коем случае не допускал называть их союз бандитским сообществом. Их тайное предприятие вполне мирно, не вмешиваясь в экономику страны и окружающих их бизнесменов, делало свое дело, приносящее хорошую прибыль. Хорошую, радующую свое личное самолюбие и приносящую удовлетворение близким. Факт ухода прибыли от налогов Игорь Седов считал абсолютно непреступным деянием. Это были простые и понятные издержки несовершенства законодательства. И они, отыскивая слабые стороны некоторых правил, умело их обходили, считая свои заработки вполне законными и справедливыми. Почему бы не взять то, что плохо лежит и легко доступно? На травяном столе этой компании были овощи, мясные нарезки и водка. Возиться с шашлыками и прочими горячими походными закусками считали излишней тратой времени. Да и, по сути, такое природное застолье было редким явлением. Мужчины чаще предпочитали по аналогичным поводам рестораны или престижные кафе, где им подносили и где их обихаживали. Сегодня они обмывали очередную удачную сделку, которая могла позволить им всем шестерым совместно со всей семьей раз в полгода провести на берегу какого-нибудь моря. Не вместе, поскольку друзья-товарищи любили отдыхать врозь. Друг другу успевали надоесть за эти трудовые будни. На фирме почти все время рядом, темные дела требуют совместных усилий, удачную сделку опять же в ресторане вшестером обмывали без привлечения женщин. Это летом им иногда хочется в теплую погоду уйти всей компанией в лес. Здесь, в глуши, где вокруг на много метров ни единой души, ни постороннего уха, ни глаза, можно смело и без опаски и без оглядки спорить, обсудить проект следующего предприятия, не стесняясь и не смущаясь посторонних ушей. На правах старшего Игорь Седов после того, как разложили по импровизированному травяному столу закуску и разлили по стаканам спиртное, позволил себе взять первым слово, чтобы обозначить перед компаньонами причину сегодняшнего собрания в лесу и на этой поляне, хотя они и без него знали этот повод. Но он босс, а потому имеет на это право: -Господа! – с легким пафосом и смешинкой в голосе по причине такого непривычного торжественного тона, приступил он к речи. – Нас здесь, в этом прекрасном майском лесу собрала весьма уважительная, но приятная и душу радующая причина. Хорошо, пацаны, сработали, плодотворно и денежно. Разумеется, мы не собираемся подводить итоги, словно отчитавшись, как о завершенном деле, на этом завершить свою деятельность. Нет и нет, это лишь маленький эпизод в нашей сложной и хлопотной коммерции. Но именно вот такие сделки позволяют нам расслабиться и в полной мере вкусить сладкие плоды труда. Понимаю, вижу, что задерживаю стаканы и утомляю длительным нудным тостом, а посему закругляюсь. За удачу, которая пока нас не покидала. Сказал и залпом опрокинул до краев наполненный стакан в горло, одним глотком отправив содержимое тары в желудок. Крякнул, вздрогнул и отправил следом помидор. Такова многолетняя традиция: первый стакан при обмывке удачной коммерческой сделки наполняли с «горбушкой», чтобы удачу не спугнуть. Товарищи следом повторили в той же последовательности эти традиционные шаги. А уж затем компания, молча, набросилась на закуску. -Вторую рекомендую аналогично наполнить, поскольку имею сказать нечто важное и очень судьбоносное для нашей дальнейшей деятельности. Понимаю, что влезаю не по делу и вмешиваюсь в традицию, но предлагаю выслушать и подумать, - внезапно предложил Эдуард, явственно намекая на уважительность такого нарушения, кое никогда не менялось. Просто компания не любила терять над собой контроль по причинам перебора даже в таких отвлеченных моментах. Седов еще в самом начале их совместной коммерческой деятельности ввел этот закон трезвости и на серьезных интонациях предупредил, чтобы трезвый ум у них всегда был за правило, ибо несдержанность в алкоголе чревата последствиями и непредсказуемостью. Оставляйте себе такие расслабления, коль имеете желания, для отдыха на море и вдали от дома. – И хочется поднять наполненные стаканы по той причине, если конечно я не ошибаюсь, нас ждет в ближайшие дни еще одна весьма интересная и приятная встреча. И, по-моему, гораздо серьезней и увесистей. Я прав, Игорь, ты не станешь возражать, если я малость намекну товарищам? Так пусть она состоится. -Вообще-то, - немного сердито и осудительно недовольно высказался по поводу такого грубого нарушения принятых правил Седов. Однако стакан, наполненный до краев, взял. – Мы за будущее никогда не пьем, и делать этого не станем. Оно должно еще наступить и придти к нам, как дар природы и волеизлияние судьбы. Но, поскольку налито, обратно в бутылку сливать не будем. Тем более, дозаторы не позволят. Но впредь для вас на будущее внушаю строгое предупреждение. Мы сами установили эти правила, и менять их ни к чему. Тем более, нарушать. И после второй желательно всем хорошо закусить, плотно и сыто. Мне на ваши пьяные рожи смотреть не желательно. Серьезные дела решаются на трезвую голову. Потому что нам необходимо всегда держать разум начеку и готовности. -Да брось ты, Игорь, – бесшабашно махнул рукой Константин, у которого после второго стакана в голове радостно и весело зашумело. Ему теперь хотелось позитива и глубокого общения. После длительного воздержания и тяжелого труда организм требовал фермента радости - эндорфинов. – Хватило нам напряга за эти дни. Согласись, что потрудились все в полную силу и от души. Ну, а уж, коль вырвались на природу, в глухомань, где кроме птиц и муравьев нам, и помешать некому, так давайте, оторвемся по полной. Ладно, были бы в кабаке, в городе среди народа. А здесь, если что и произойдет с перебором, так под куст уложим для отрезвления. Не будем сегодня буками, а? Остальные также поддержали правильную идею Эдуарда и Константина, и Игорь, попытавшись поначалу сильно рассердиться и восстановить в компании тот порядок, что укрепил он в этом коллективе несколько лет назад, когда создавал свою отдельную коммерческую полукриминальную группу. Однако, глядя на уже осоловевшие лица и на их страстные желания, наполнить третьи стаканы, безнадежно махнул рукой, разрешив позволить товарищам полное расслабление. Пусть. И в самом деле, здесь в глухом затишье можно допустить такие расслабления. В ресторане или в каком-нибудь кафе, разумеется, он бы такие вольности запретил. Табу на излишки в алкоголе при их деятельности – залог успеха. А потрудились они и в самом деле, даже очень плодотворно, и всем шестерым пришлось даже с повышенной нагрузкой поработать, как для нервов, так и для мышц. Зато результат порадовал богатством купюр. И этот факт позволил Игорю проигнорировать собственные каноны. В этом глухом лесу перепой, и потеря разума опасности не представляла. Если уж такое даже со всеми вместе случится, так уложит их всех разом под кустом. Однако самому себе настрого строго приказал – оставаться в трезвом уме. Вот сейчас третий стакан выпьет, а затем возьмет ситуацию под контроль. А товарищи, получив из уст босса благословение, решили не сдерживать свои порывы и желания. Ведь и в самом деле, это трудное мероприятие, результат которого собрал их всех шестерых на этой поляне, порядком измотало и высосало вся энергию и жизненные ресурсы. И последние дни пахали, чуть ли не на износ. Много, трудно и не жале живота своего, как они сами потом признавались. А поправить порядком измотанные и измученные нервы поможет лишь это пьяное расслабление. Голову можно назавтра и пивом поправить, нервную систему лечить сложней. Зато сегодня на этой поляне они могут оторваться от души, без излишнего и в этом лесу ненужного самоконтроля. Ведь организм не желает себя насиловать и издеваться без отдыха и расслабления. -Послушай, Игорь, - уже даже слишком опьянев, что речь превратилась в сплошное брюзжание, решил внезапно вернуться к деловой тематике Эдуард, которую слишком долго переваривал и готовился по трезвости к этому серьезному и важному для него разговору. А вот именно сейчас, как он подумал, когда все, включая и босса, подогреты и разморены порядочной порцией хмеля, можно и вспомнить, пустую болтовню с этим важным предложением. – Ко мне еще три дня назад подходили ребята Сазонова. Ну, не буду представлять его, сами понимаете и представляете, кто и что такое. Так вот, он весьма интересную вещицу предложил мне. Они хотят воспользоваться нашим каналом для переправки мелкими партиями некоего своего товара. Обещали, в случае согласия, весьма приличные бабки. -Ясненько, что дело темненькое! – внезапно трезвея и принимая даже злое сердитое выражение, с нажимом проговорил Игорь Седов. – Я вас еще в самом начале нашей деятельности предупреждал, просил, требовал, а сейчас жестко приказываю: никаких дел с компанией Сазонова не имели, не имеем, и даже близко не собираемся с ним контактировать. Все поняли? -Игорь, а вот ты прислушайся к мнению всей компании, и пораскинь мозгами, а не возмущайся сразу так категорически, - все в том же пьяном тоне, но слегка напористо и требовательно вдруг воскликнул Эдуард, даже обиженный на приказное возражение Игоря. – Там, у них суммы с одной сделки на несколько порядков выше. И вот так париться и суетиться не придется. Понимаю, у тебя принципы, но деньги иногда принуждают поступиться и принципами. Почему бы не согласиться с мнением всей нашей компании? -Поступаться ничем ради сомнительных денег я не собираюсь. А вот, как раз, париться нам придется по полной. Да еще как! – уже, показывая свой командный статус, прикрикнул, на вышедшего из-под контроля, Эдуарда Седов, не желая даже прислушиваться к подобному бреду и этих сомнительных доводов. – И не один год. Я возле себя никого насильно держать не собираюсь, и ежели у кого из вас и возникнет желание, так путь к Сазонову не перекрываю, флаг ему в руки. Только прошу на трезвую башку посидеть с калькулятором в руках и немного осмыслить ваше сегодняшнее состояние. Все мы обеспечены даже с легким избытком. То есть, копейки ни вам, ни вашим женам считать не приходится. Да, там, у Сазонова дороже и шикарней, да только задницы ваши вмиг на лезвие бритвы окажутся. Легкий рывок, а она пополам. И в глаза ментам мы сейчас смотрим без дрожи и страха. А такой статус дорогого стоит, подумайте над этими фактами. И если мы сейчас кое-что и нарушаем, так органы не в состоянии нам чего-либо предъявить. Запутаются быстрей сами. Чем сумеют доказать. И такая позиция меня устраивает. -Слушай, Игорь, - попробовал развить эту тему Валерий, наполняя почему-то единолично свой стакан, игнорируя компанию, и сразу же выпивая его. – А может, стоит и это попробовать, какие наши годы? Ну, увязать по уши никто не собирается, а вот так, изредка, так вроде, и не страшно. -Сам хоть понял, что сказал? – окончательно разозлился Игорь, уже почти полностью трезвея. – Я сказал свое слово, и на этом все, завязали. Не собираюсь даже на будущее планировать, смешивать свое дело с грязью Сазонова. Попробует он, - язвительно ухмыльнулся Седов. – Знаю, чем эти пробы обычно заканчиваются. Сотый раз повторюсь, что жадность фраера губит. Запомните, пацаны, черную икру поверх красной не мажут. А у ваших жен всего на руках десять пальцев и одна шея для брюликов. И туловище одно для шубы. А для другого вам эти деньги и не нужны. Едим сыто, разъезжаем по всему миру, дети ни в чем не нуждаются. Может, хватит? Погонишься за большим, так и это потеряешь. -А босс полностью прав! – согласно кивал Андрей, вполне довольный сегодняшним днем и этим богатством. – Если идти на поводу баб, так никаких, даже и Сазоновских бабок не хватит. Предлагаю ввести квоту, чтобы выше ее не прыгать, а чаще и больше вот так сидеть. -Это еще что и как, я не совсем понял? – удивился Василий. – Как у рыбаков или у лесорубов? -Приблизительно. Ну, я предлагаю ограничить норму потребления на члена семьи. Например, как сейчас, где-то двадцать минимумов потребления на человека. Я имею в виду, на человека, учитывая даже младенца. И хватит. Легче, по-моему, жену поменять, чем пытаться удовлетворить все ее желания и капризы. Ну, если их распустить, так, и в самом деле, они в гроб загнать могут. -Насколько я проинформирован, - пьяно проворчал Эдуард, - так младенцев у нас ни у кого нет, и не намечается. -Неважно, - возразил Андрей. – Жизнь вся впереди, а квоты останутся на постоянно. И никому нарушать не позволительно. -Я не понял! – искренне, совершенно не улавливая даже долю шутки в этом призыве, возмутился Валерий. – И кто это будет ограничивать, и подсчитывать наши заработки и потребления? -Совесть каждого из нас. Будем рассчитывать на честность. Просто выше ушей не прыгать, и все. Даже не пытаться. -А я с Игорем полностью согласен, - торжественно и празднично воскликнул Андрей и поспешил наполнить стаканы. – И по этому поводу имею тост. Лучше журавля в руках, чем парашу в углу камеры. Все, кроме Эдуарда, воскликнули: «Ура»! и залпом опрокинули водку, беззаботно и откровенно с аппетитом набрасываясь на закуску. В этих спорах больше пили, чем ели, и потому торопились плотней закусить, чтобы алкоголь в этой неравной борьбе не вышел победителем. Иначе потом сам такого натворишь, что и понять не сумеешь, в чем причина этих катаклизмов. -Да ну вас! – зло махнул рукой Эдуард, а Валерий пододвинулся к нему поближе и легонько тряхнул за плечо, возвращая в реальный мир, стараясь вернуть товарищу соответствующее обстановке настроение. -Не пори горячку, Эдик, она в данный момент излишняя и мало кому нужная. Только настроение портит, - тихо попросил он Эдуарда. – О таких вещах говорят в иной обстановке и в другой компании. -Или вообще, делают, молча, не оглашая о своих намерениях, - согласился с Валерием Эдуард. -Вот именно, - поддакнул Валерий и перешел на шепот, чтобы его не услышали остальные. – Мы с тобой можем обсудить эту тему без босса и его церберов, как-нибудь наедине. Эдуард искоса глянул на Валерия, поначалу ничего не поняв из его намеков. Вроде как, в защитниках и в помощниках, подобных Валерию, он не нуждался. Дело, которое предлагал Сазонов, способны выполнить лишь они под управлением и с согласия самого босса Седова. А иначе и связываться не имеет смысла. Хоть и слишком прилично выпил Эдуард, но поддерживать намеки Валерия показалось весьма смешным и глупым. Да и Валерий сам по себе особой сообразительностью не отличался никогда и ни в каком деле. Его сразу Седов взял в компанию, поскольку показался нужным и полезным, а потом, когда понял слабые его стороны, уже девать некуда было. Но потом оказался полезным и нужным даже такой малоэффективный Валера. Вернее, его тесть, который работал в Мэрии. Всегда беспроблемно можно было нужные бумаги подписать, и раньше всех услышать о грозящей какой-либо инспекционной проверке. Ну, а в деле, так он был балластом, даже совершенно лишним и ненужным. Оттого эти слабые попытки Валерия, намекнуть на сотрудничество и соучастие, даже злили. Выпив одним глотком вновь наполненный до краев стакан водки, Эдуард вдруг вскочил с места и, решив немного размять затекшие ноги и стабилизировать неожиданно взбудораженную нервную систему, нырнул в кусты и зашагал по лесу в сторону озера. О его нахождении и о направлении к нему Эдуард знал. Он легко мог сориентироваться и беспроблемно возвратиться обратно. А резкого охлаждения требовало не только перегретое тело, но и хмельная голова. Эдуард уже сильно сожалел о сказанном вслух перед всеми предложении Сазонова. Можно было и один на один с Седовым переговорить, чтобы определиться в его отношении к делу Сазонова. Зря вообще затеял этот разговор во время пьянки, когда адекватно рассуждать и думать никто не способен. Ведь необходимо здраво и разумно выслушать и обсудить все аргументы за и против, а уж потом размышлять над ответами. Вполне допустимо, что услышав на трезвую голову предложенная прибыль по-иному повлияла на мнение товарищей А сейчас что вышло? Заткнули его, как нашкодившего мальчишку, да еще место указали в местной иерархии. Разозлился он, сильно обиделся, но не настолько, однако он глуп, чтобы рассориться со всей компанией. Без Седова и без всей этой команды Эдуард ничего не стоит. И свое место в деле он знает и понимает. Ну, а отвыкать от прежней беззаботной и денежной жизни с регулярной приличной прибылью он абсолютно не желает. Вот сейчас пробежится по лесу, окунется в прохладной воде озера, и возвратится на поляну прежним компанейским парнем. Прав Седов, ничего в их жизни менять не нужно. А вот сам факт, что предложил, так он одобряет. Сазонов просил, Эдуард исполнил, а Седов ответил. Вот этот ответ босса он ему и передаст. И в итоге выйдет так, что он сам лично ни в чем не виноват. С такими вот мыслями шел по лесу Эдуард, глядя себе под ноги, не обращая внимания на творящиеся движения и жизнь вокруг. А когда поднял глаза и глянул вперед, то от удивления чуть не рассмеялся. Впереди метрах в тридцати ближе к кустам присаживалась девица лет так эдак, насколько мог издалека определить Эдуард, слегка за двадцать, для оправления своей естественной нужды. Сразу как-то Эдуард и подумать не успел, что женщина может в одиночку забрести в такую лесную глухомань для отдыха и прочих нужд. Ясно ведь, что неподалеку могла находиться компания, с которой она и присутствует на берегу озера, которое уже находилось где-то рядом. Нет, не на пару с мужем или парнем, поскольку в том случае нет надобности, удаляться для интимных дел. Разумеется, вся эта цепочка причин и следствий прокрутилась в голове. Но очень быстро, если не моментально улетела на задворки памяти. А сейчас термическая огненная смесь алкоголя, нервного возбуждения и легкая злость с обидой на товарищей вместе с боссом воспламенилась и полностью затуманила и задурманила мозги. Самец впереди себя видел самку, которую желал немедленно покрыть, невзирая на обстоятельства и обстановку. После нескольких выпитых стаканчиков и плотной закуски, по телу разлилась нега, лень и желание бездельничать. Но в кастрюле еще оставалось мясо, и Геннадий, поборов все вышеперечисленные пороки, вскочил с места и подошел к костру. -Сиди, не суетись, - вяло и лениво бросил он Дмитрию, сделавшему слабую попытку, поспешить на помощь. – Сам управлюсь, тут мяса осталось на четыре шампура. Просто в таком пекле его лучше хранить в поджаренном состоянии. Иначе может приобрести запашок. А потом подогреть уже не так сложно. Можно даже на прямом огне, не обязательно на углях. -Вот чего мы в прошлом году из дома не вылезали, а? Все лето просидели в четырех стенах безвылазно. Этого я никак не пойму, - сокрушалась Татьяна о потерянных удовольствиях год тому назад, сладко потягиваясь и падая плашмя спиной на мягкую теплую траву. – Какая прелесть! Здорово, Тамара, что вы позвали нас. Теперь, предлагаю, даже если и Гореловы будут свободны и пожелают присоединяться к отдыху, нас не забывайте пригласить. А детям здесь, так просто великолепно. Это вам не городской загаженный воздух, а сплошной халявный озон. -Так все ждали, пока дети подрастут, - в оправдание сказал Дмитрий. – А теперь их смело можно брать с собой. Все-таки, ваши немного старше. Не так уж заметно, однако, с нашими не сравнить. -Ну, так это сын на три года старше, а девчонки почти ровесницы, - не согласилась Тамара. -И все равно, это много значит, - проговорила Татьяна. – С взрослым сыном, да еще умеющим так здорово плавать, не страшно и детей в воду отпускать. А наших малых пока еще без присмотра, от себя не оторвешь ни на шаг. С такими доводами Тамара вынуждена была согласиться. Хотя, если хорошо припомнить прошлое лето, так они тоже немало выходных отсидели дома. Но это было вынужденное домашнее заточение, поскольку имелись иные причины. Мало выпало солнечных теплых дней в прошлое лето. А у семьи Фученко кроме малых детей имелись иные основания для отсидки в домашних условиях. Переехали они в город Мартовск, который расположился южнее столицы России города Москва километров на 300, в начале весны прошлого года. Пока устраивались на работу на новом месте, определяли детей в школу. А с наступлением летних каникул затеяли ремонт в квартире, задействовав в это мероприятие и детей, насколько можно было использовать их, как рабочую силу. Ведь в новой квартире столько дел, что самим не управиться. В лагерь они сами не пожелали. Тем более, что сам городок небольшой, окружен зеленью, а рядом протекает небольшая речушка. Потому дети, оставшись дома, включились в ремонт и в ознакомление с компаниями их двора. А лето, и в самом деле, выдалось дождливым и прохладным, не зовущим на природу. Их всех вполне устраивали вечерние походы на местную речушку. А вот сейчас, познакомившись с семейством Дроздовых и приняв их предложение, они решились вырваться за город. Тем более, что Дроздовы так увлекательно и красочно описывали этот уголок на берегу озера, по каким-то причинам не освоенный местными любителями путешествий и природы. -Ой, девочки! – вдруг смущенно, но весело воскликнула Тамара, лениво отрываясь от травы и поднимаясь на ноги. – Мне необходимо на несколько секунд отлучиться. Я быстро, задерживаться не стану. -Далеко не забредай, - иронично хихикнул супруг Геннадий. – Еще заблудишься, и будем тебя по всему лесу искать. А нам этим приключением абсолютно не хочется портить отдых. Лень, не желаем суеты и беготни. Вот так и лежал бы без движения, только еще кто бы водичкой сверху поливал. Так что, если заблудишься, так сама и выбирайся. -Ой, вот не надо только глупостей болтать! – скривилась недовольно, но смешливо Тамара. – В этом лесу еще попробуй заблудиться, так не получится. Тут, куда не пойди, а все домой попадаешь. -Так я не про дом вовсе говорю, а о нашей поляне, - уже хохотал Геннадий. – Ты главное нас сумей потом отыскать. А за дом я и не переживаю, лес у нас не очень сложный и глухой. -Отыщу я нашу поляну, будь спокоен, и даже не надейся меня потерять, все равно найдусь, - отмахнулась от мужа Тамара и нырнула в кусты, мгновенно исчезнув из вида компании. -А может, поползем к воде? – лениво предложил Дмитрий. – Я уже слегка от солнца закипаю. Разумеется, ради таких пустяков потребностей Тамара и сама не планировала углубляться в лес. Тем более, в этих местах возле воды кусты разрослись настолько густо, что уже через пару метров их полянка и водная гладь водоема скрывалась за их зеленой стеной. Услышав треск сухих веток, словно кто-то посторонний шагал по лесу, Тамара быстро вскочила и увидела перед собой мужчину лет тридцати с ехидной, но явно со слащавой и вожделенной улыбкой, что выдавала явственные его желания и стремления. Поначалу Тамара лишь смутилась, оказавшись в такой пикантной ситуации, слегка устыдившись, но еще и разозлившись, что так неосмотрительно себя повела. Она ведь даже слишком оказалась уверенной в отсутствии посторонних глаз на довольно-таки большое расстояние в округе. Это их место, и в такое время года они, то есть, своей компанией считали безлюдным. Ладно бы ближе к осени, так грибники могли и забраться. Но сейчас в середине весны здесь делать нечего посторонним. Смутилась, но пугаться не собиралась. Далеко она от полянки не забрела, и стоит лишь сейчас крикнуть, как муж с Дмитрием окажутся рядом, в обиду не дадут. Ее лишь немного покоробила эти неожиданная встреча с незнакомцем, могущая испортить настроение и вообще всю эту прогулку на природу. А ей по таким пустякам обижать своих родных и друзей не хотелось. -Ой, простите! – не нашлась чего иного и разумного сказать, как можно спокойней и уверенней проговорила Тамара и попыталась поспешить, возвратиться к своей компании на берег озера. Однако Эдуард, который случайно набрел на такой пикантный эпизод, решил хоть сейчас свой шанс не упустить, и грубо ухватил Тамару за руку и притянул ее к себе. -Зачем же спешить, красотка! – пожирая женщину плотоядным взглядом и не желая так просто и легко лишить себя предстоящей радости, не соглашался с ее порывами Эдуард. – Еще успеешь к своему муженьку, а сейчас побудь капельку со мной. Обещаю незабываемые ощущения. -Не надо грубостей и пошлостей, - все еще спокойным тоном и даже не планируя пугаться незнакомца, хотя намерения он показывал, не утаивая и не маскируя, попросила Эдуарда Тамара. – Меня ждут, и долгое отсутствие может насторожить и взволновать. Лучше разойтись без эксцессов. -Я и говорю, - не отпуская ее руки и пытаясь преодолеть сильное сопротивление женщины, Эдуард продолжал притягивать ее к себе, пытаясь обнять второй рукой, чего пока еще не получалось. – Зачем же тревожить и беспокоить своих. Мы с тобой по-быстрому, без лишнего шума. Тамара, учуяв сильный водочный запах, исходящий от Эдуарда, и поняв, что просто так и без излишнего скандала от него не отделаться, поскольку силы их были абсолютно неравными, решила позвать на помощь мужа. -Гена, подойди сюда, - крикнула она, но без испуга в голосе, а словно позвала его для некоего неотложного дела, решив таким зовом отпугнуть незнакомца и охладить его желания, исходящие от него так нагло и откровенно. – Тут с тобой пообщаться хотят некоторые. Геннадий был не из слабых мужчин, легко могущий справиться с двумя-тремя такими вот самцами, беспардонно претендующих на его женщину. И уж этого наглого незнакомца он и мужчиной не назвал бы. -Гена! – помог в ее зове Эдуард, и пошло усмехнулся. – Беги сюда спасай свою самку, тут соперник отыскался. Он не успел даже закончить свой крик, как, ломая и кроша кустарник, возле них возник Геннадий, рядом с которым Эдуард, считавший до сих пор себя неслабым мужчиной, вмиг превратился в мелкого нашкодившего мальчишку. Геннадий моментально оценил эту неординарную пошлую ситуацию и без раздумья со всего маха приложился правым кулаком к лицу, неизвестно откуда взявшегося, нахала, даже не успев толком разозлиться. Разумеется, если бы не алкоголь, то Геннадий, по натуре спокойный и радушный, просто с силой потряс бы за грудки этого мужичка и отпустил бы восвояси, лишь объяснив ему его скверное поведение, не соответствующее джентльмену. Зачем же сходу портить незнакомцу фасад. Но в данный сложившийся миг, услышав призыв супруги к спасению, хмельной ревнивый муж несся танком на соперника. Хотя, бил по лицу без особых усилий, поскольку успел в эти мгновения рассмотреть и узреть в Эдуарде слабейшего соперника. Да еще даже слишком одурманенного алкоголем. Геннадий посчитал достаточным даже этот легкий удар, чтобы проучить и поставить на место нахала. Мол, на чужой каравай рот не разевай. -Испугалась? – усмехнулся добродушно Геннадий, обнимая жену за плечи и разворачивая в сторону полянки, где их дожидались дети и друзья. – А не следует далеко уходить от мужа. Услышав обычный зов Тамары и, не узрев в нем опасности, Дмитрий с Татьяной не торопились вскакивать и нестись в сторону крика. Мало ли чего позвала жена мужа в столь интимной ситуации. Вполне возможно, что ей потребовалась для чего-то помощь супруга. Поначалу Геннадий даже не понял причину этой резкой боли под лопаткой, словно в тело вонзилось жало пчелы или, скорее всего, шершня, поскольку к боли добавился пожар. И уже, теряя сознание, он сквозь туман и вязкую белую мглу, окутывающую мозги, слух и глаза, он услышал истеричный вопль жены, перекошенный ужасом, страхом и бедой. И с этими звуками Геннадий покинул этот прекрасный мир с чудной полянкой на берегу озера. А Тамара продолжала безумно кричать, уже, склоняясь над телом мертвого мужа, абсолютно не обращая внимания на стоящего мужчину с окровавленным ножом метрах в трех-четырех от них. Слишком понадеялись супруги на здравый смысл и разум этого случайного незнакомца. И не успели они отойти от, лежащего на земле, Эдуарда, чтобы покинуть поскорей место инцидента, как взбешенный, обозленный и оскорбленный Эдуард вскочил с земли, куда опрокинул его удар мужа этой визгливой бабы, выхватив из кармана свой перочинный, но довольно-таки крупный, нож, с которым он никогда и нигде не расставался, подскочил к уходящей и не замечающей, полностью его игнорирующей, парочке, вонзил лезвие под лопатку мужчине, уже потом, осознавая, что совершил убийство. Первое в своей жизни, оттого растерялся и не понял, откуда вдруг рядом появился Валерий, который вырвал из его рук нож и, подбежав к орущей голосистой Тамаре, двумя ударами в шею заставил ее замолчать. -Ты чего это тут, что здесь вообще-то случилось? – через пару секунд спрашивал Валерий Эдуарда. – Ты зачем замочил его, он напал на тебя, он угрожал, или ты просто так решил развлечься? -А сам ты? Я бабу не планировал убивать. Зачем ты ее прикончил? Вот чем она могла тебе помешать? – растерянно вращая головой, спрашивал Эдуард. – Ну, мужик. Так хрен с ним, это наши с ним заморочки, а вот она мне не мешала. И вообще, Валера, женщин убивать нехорошо и некрасиво. Их можно любить и ласкать. Как же я теперь труп любить буду? Дурак ты, Валера, да и только, вот что мне хочется тебе сказать. Да, в принципе, умным ты никогда и не был. -Заткнулся бы, а! – зло прохрипел Валерий, сам обезумивший от своего спонтанного поступка. – Ты-то сам хорош, придурок. Не успел отойти от всех чуть подальше, и уже на мокруху подписался. Валере вдруг стало слишком даже нехорошо и страшно. Он убил эту незнакомую ему женщину, абсолютно не задумываясь и не размышляя над причиной своего действия. Ему просто в первый миг показалось, что она представляет для Эдуарда некую угрозу, ради которого он и свершил это убийство. Валерий всегда чувствовал легкое пренебрежение к своей персоне со стороны Эдуарда. Однако, несмотря на такое отношение, ему всегда почему-то хотелось с ним сблизиться, услышать похвалу именно из его уст. Или хотя бы простое мужское спасибо. Он совершил страшное преступление ради него, ради этих слов благодарности, а услышал из его уст упрек и обвинение. А ведь именно сейчас ему казалось, что он спасает от некоего врага Эдуарда. Пусть не было прямой угрозы жизни, однако эта баба стала свидетелем его убийства, чем и опасна для товарища. И взамен вместо простого спасибо Валерию пришлось вновь получить сполна оскорблений. Ему почему-то хотелось сейчас совершить еще одно убийство – Эдуарда, этого спесивого глупца, каким именно в этот миг ему показался Эдик. -Ладно, - медленно приходя в себя, промямлил Эдуард. – Смываемся, пока нас с тобой никто не успел увидеть. Быстро бежим. И запомни: никто не должен знать об этом инциденте. Никто, я имею в виду и наших мужиков. Если уж связало нас это убийство, так вместе его и переживем. -Поздно, - обреченно изрек Валерий, кивая головой в сторону их пикника и в сторону озера. С одной стороны медленно, словно шли на прогулку, двигались в их направление четверка друзей, а со стороны озера, как они поняли, спешили на крик своей подруги, молодая женщина и мужчина. Теперь уже спрятаться и незаметно исчезнуть, никак не получится. -Тамара, Гена! – отчаянно завопила Татьяна, склонившись над мертвой подругой. А Дмитрий, сразу поняв и оценив события, происшедшие на месте трагедии, зло посмотрел в сторону Эдуарда и Валерия и истерично прокричал в их сторону: -Твари, уроды, что вы наделали, за что, мы же не трогали вас, что вам понадобилось от них? -Так, - уже бегом приближаясь к месту происшествия, протянул Игорь Седов, рассматривая двух мертвых и склонившихся над ними мужчину и женщину. А затем, с яростью глянув на своих товарищей Валерия и Эдуарда, зло прошипел: - Вы что, суки наделали, а? Вы чего натворили? Ты, Эдик, чего тебе, падла, на месте не сиделось? Приключений искал на свою задницу? Так можешь порадоваться, ты их нашел для себя сполна. -Да я, - поспешил с оправданиями Эдуард, сам уже отлично понимая свое шаткое и слишком кошмарное положение. – Я просто подошел к ней, а этот с разгону мне в морду. Ну, и психанул. -Ясно, что псих ты ненормальный, - констатировал Игорь. – Он просто подошел. Ты кому туфту гонишь, придурок? Я что, тебя не знаю, как ты можешь к женщине просто подойти, да? -Да правду говорю, его можешь спросить, - ткнул пальцем в сторону Валерия, который стоял, прислонившись спиной к дереву, не выпуская из рук нож. Его самого трясло от осознания содеянного. Если сейчас спросить, зачем он совершил убийство, так в данный миг у него и объяснений не нашлось. -Да, да, так и было. А потом и эти прибежали. А она кричала сильно, вот мне и пришлось ее заткнуть. -С вами обоими все ясно, оба ненормальные, придурки, - оценивал пока еще трезвой головой ситуацию Игорь, понимая, что сейчас у них лишь два выхода из сложившегося положения. Или сдать их в полицию, свалив нелепую гибель этих туристов на двух подонков, которых ему было абсолютно не жаль, поскольку Седов смертельно ненавидел убийц и насильников, не считая их нормальными людьми. Но с другой стороны, он абсолютно не собирался жалеть и этих туристов, попавшихся под пьяную руку компании. Да и сами эти отдыхающие не лимонад пили. А вот без Валерия и Эдуарда дела их могут надолго застопориться. Если не насовсем. Ведь тесть не простит ему факта лишения дочери мужа. И Игорю, еще полностью не осмыслившему и не проникнувшему в ситуации разумом и не принявшему окончательного решения, вдруг самопроизвольно всплыла эта единственная идея. И он бессознательно и без соглашения с самим собой, словно увидев единственный выход из этого лабиринта, дико закричал: - Всех мочить, быстро, немедленно! – скомандовал он, словно боясь передумать, рядом стоявшим товарищам, которые не стали дожидаться повторной команды. И, даже не позволив осознать угрозу жизни и опомниться, вмиг убили Татьяну и Дмитрия. – Всех, я сказал, всех мочить без разбора, - уже орал, словно взбешенный и сошедший с ума, Игорь, указывая пальцем в сторону озера, откуда спешили на крик родителей их дети. – Всех до единого, чтобы ни одного свидетеля не осталось. Одурманенные алкоголем, и обезумившие от крови и смертей, внезапно превратившиеся во взбешенных и потерявших над собой контроль, подельники Игоря набросились с ножами на детей. И в несколько секунд в лесу на месте трагедии установилась мертвая тишина. Мертвая с мертвыми телами, разбросанными по лесу взрослыми и детей. -Мама, мамочка! – внезапно разорвал тишину детский крик, напугавший даже убийц. Из кустов вдруг выскочила девочка, которая, видать, на несколько секунд отстала от своих друзей, и теперь, увидев на земле свою мать, помчалась в ее сторону. Однако, сразу же, заметив убийц и осознав свою опасность, она резко развернулась и метнулась в противоположную сторону, откуда только что выбежала. За ней сразу же рванул Андрей Володин, но окрик Игоря Седова его остановил. -Нет, стоять, у нас Вася, как я понял, чистеньким остался. Дай ему свой нож, Валера, и пусть он завершит эту мясорубку. -Не надо, Игорь, - испуганно залепетал Василий. – Я не смогу. Я вправду, не смогу, это же ребенок. -Игорь, - решительно и с легким пафосом воскликнул Андрей. – Да черт с ним, пусть остается чистеньким. Я и сам легко управлюсь. Там же вода, ей некуда бежать. А этот только все может испортить. -И как это он может испортить труп, а? Нет, Васенька, я так решил, а, стало быть, так и будет. Ты, Вася, подумай и принимай решение. Андрей может справиться, я ему верю, но тогда нам придется кончать тебя. А то еще совесть замучает, да и сдашь нас ментам. Мало ли что в твоих мозгах может закуролесить? Давай, поторопись, а то еще уплывет, а в воде ее не догонишь. -Я догоню, у меня разряд в молодости по плаванию был, - предложил Константин, как выход. -Тогда будем кончать Васю. Кто за? Страшно Василию стало до умопомрачения. Но, зная жесткость и твердость слов Седова, он себя пожалел в первую очередь. И, вырвав с силой окровавленный нож из рук Валерия, побежал в сторону убежавшей девчонки, у которой, по сути, только и оставался выход, как броситься в озеро. Только вряд ли она умеет плавать. С той поляны, на которой сидели они с родителями, бежать можно только к нему навстречу. И это поняла и сама девчонка, несмотря на ее малый возраст. Она повернулась лицом к Василию, падая спиной на песок возле самого озера, и жалобно заскулила, умоляя его о пощаде, уже не надеясь на спасение. -Дяденька, миленький, не убивайте меня, не надо, мне страшно. Я никому про вас не расскажу. Ой, как не хотел делать этого Василий, да ведь ни сам Игорь, ни остальные товарищи не простят ему этой слабости. И тогда придется умереть и самому, не спасая этой жертвой и ребенка. Убьет ее тот же Андрей. Но Василию абсолютно не хотелось умирать. И он, став рядом с ребенком на колени, взмахнул ножом, однако в последнее мгновение от страха закрыв, глаза и наугад нанес девчонке несколько ударов. И когда понял, что она замолчала, и, скорее всего, навсегда, он вскочил на ноги и, не глядя в ее сторону, побежал к своим. -Ну? – грозно спросил Игорь, прожигая взглядом Василия. – Проверять не надо, надежно уложил? -Вот, - протягивая нож, с которого каплями капала на траву кровь, полепетал Василий. Мертвая она, я ее убил. -Хорошо, - словно похвалил Игорь, забирая нож из рук Василия, словно боясь за собственную безопасность. Вдруг сорвется и заодно убьет самого его. – Дело сделано, и обратной дороги у нас нет. Все шестеро посмотрели друг на друга, словно утверждаясь и укрепляясь в сознании, что все сделано правильно, и иного пути у них просто не было. Ну, сложилось, так, и не стоит слишком переживать по этому поводу. И вдруг Эдуард весело и задорно, будто они только что просмотрели веселую комедию, прокричал в адрес Игоря, призывая к смеху всех: -Игорь, но ведь теперь нам придется тебя мочить. Все замарались кровью, а на тебе крови не оказалось. Ты лишь командовал, а суд не примет во внимание слова. Твои команды ни к чему не обязывают. И как нам быть? -А никак, - проскрипел зубами Игорь, рассматривая нож, что отнял у Василия. – Сейчас исправим ситуацию. И он прошелся по поляне, усеянной трупами. Словно выполняя контрольный выстрел, он ткнул нож в каждое тело. -А как же девчонка Васькина? – не унимался Эдуард, словно эти убийства его смешили. – Ее оставляешь без контрольного? Игорь посмотрел в сторону озера и поляны, где осталась убитая Василием девчонка, но внезапно передумал. Ему, скорее всего, было лень идти к озеру, словно на такое расстояние сил не осталось. Да и смысла в этом контрольном выстреле он не видел. Этих семи ножевых ударов вполне хватило для сурового обвинения, а нож, с которым вернулся Василий, он видел. -Я ему верю, - сурово проговорил Игорь, абсолютно не собираясь поддерживать веселое настроение Эдуарда. – А вот что делать с тобой, Эдик, я еще буду решать. И обещаю, что мое решение тебе не понравится. И все на этом, быстро сворачиваемся и идем в сторону Святого Источника. Там продолжим свой праздник и обсудим сегодняшнее приключение. -Да там постоянно любители святой воды маячат, - попытался опротестовать решение Игоря Валерий. -Вот и хорошо. Нас запомнят, если что, так подтвердят присутствие. Хотя, думаю это если что, не понадобится. А потом, чтобы всю обувь и одежду, что на вас, сожгли. Я сказал, не на помойку отнесли, а облили бензином и подожгли. И эту тему ни при ком, даже между собой, не перемалывать. Забыли навсегда, словно и не случилась такая вот неприятная история. 2 Виталлий сбросил с плеч тяжелый рюкзак и плюхнулся на землю, редко устланную травой. Солнце сюда проникало с трудом, и растительность соответствовала этим вечным сумеркам. Алексей последовал его примеру, а девчонки, Люся и Маша, не загруженные такой тяжелой ношей, остановились напротив своих парней и удивленно с непониманием спрашивали: -Мальчики, мы разве уже пришли? Здесь не видно обещанного озера. И вообще, вокруг так некрасиво и для загара неприемлемо. Мы хотим на солнце и на воду, нам эта поляна не нравится. -А придется привыкать, - лениво хохотнул Алексей, тыкая пальцем в сторону Виталика. – По его милости наш отдых будет скучным и серым. Он заблудился, и отыскать ту песчаную полянку не в состоянии. Говорил же ему, давай в знакомые места пойдем, так он, видите ли, уединения захотел. Вот здесь уж точно, ни единой души не встретишь, даже если и пожелаешь. -Ой, Леха, помолчал бы ты, а? – отмахнулся от неудачной шутки друга Виталий, с наслаждением потягиваясь, разминая уставшие суставы. – Больно охота тебе балдеть на переполненном берегу. С таким успехом можно было и на нашей вонючке развалиться. Там же сегодня ни одного метра свободного не останется. Вот радости нашел – купаться в толпе. -Ну, а сейчас ты одинок и счастлив? – уже в обвинительном тоне поинтересовался Алексей. – Уже почти час топаем, а просвета и не видать. Ты точно помнишь это место, мы хоть правильно идем? -Да успокойся ты, идем, как надо, - уверенно, даже с долей самоуверенности обрубил всякие сомнения друга Виталий. – Да можно уже смело считать, что мы пришли. Максимум сто-двести метров и осталось-то. Только я это место не с берега, а с озера обнаружил. Мы в прошлый выходной с Тимофеевым на этот островок на его моторке вышли. Ну, я тогда и прикинул, что около пяти километров по лесу будет. Считай, что почти пришли. А мимо никак не проскочим. -Что-то сомневаюсь я, - недоверчиво проворчал Алексей, придирчиво рассматривая местность. – Что-то я даже маломальской тропки не приметил, не говоря уж о дороге. По-моему, не туда идем. -Так я тебе и говорю, - уже более уверенно утвердил Виталий. – Значит, место и в самом деле еще никем не облюбованное. Хотя, следы прошлогоднего костра я наблюдал, но в этом году на этой полянке никого еще не было, гарантировано. Так что, мы здесь первые открываем сезон. -Ну, если честно, то хорошая погода только и началась, - не согласился Алексей с такими прогнозами друга. -Не скажи, уже две недели такая погода радует нас. Маша, - обратился Виталий к девушке. – Глянь-ка за эти кусты, - показал он на густые заросли метрах в пятидесяти от их места приземления. – По-моему, наша полянка сразу за ними. Я эти кусты еще в прошлый раз приметил. -Люся, пошли, прогуляемся, - махнула призывно рукой Маша и, не дожидаясь согласия подружки, потянула ее за собой в сторону кустов, что указал Виталий. – Пусть наши мужики отдохнут. Когда девчонки отошли метров на двадцать, Виталий хитро подмигнул другу, кивая в сторону девушек. -Вот, тебе лишний народ зачем? Что ты заладил все про общий пляж, переполненный отдыхающими. А тут, в любую минуту хватай подружку и в кусты. Ни тебе любопытных глаз, ни тебе свидетелей. Мы, вообще-то, с этой целью, как мне кажется, и притащили их сюда. Алексей весело хихикнул, одобряя выбор друга. Он просто большой любитель поворчать, а так-то полностью согласен с Виталием. Они с девчонками познакомились на дискотеке совершенно недавно, не успев еще крепко сблизиться и сдружиться. И такое уединение, и их согласие на поход с ночевкой обещал много. Тем более, что вина и водки они прихватили достаточно, чтобы расслабиться. Разумеется, потреблять будут в разумных пределах, чтобы в нужный момент не отключиться. И предчувствие близости таких развлечений бодрило и вливало в телеса дополнительную энергию. Потому-то парни, преодолевая лень и расслабленность, резво вскочили на ноги, готовые продолжить и преодолеть эти последние метры до намеченной цели. Усталости, как и не бывало. И тут округу оглушил пронзительный визг. Хором и в унисон визжали обе их подружки. -Вот, и чего они могли там, такое интересное повстречать? – смеясь, попробовал предположить нечто неординарное Виталий. – На змею наступили, или жаба на них набросилась? -Нее, слишком громко орут, - засомневался Алексей. – От змеи к нам прибежали бы, а их, словно парализовало. Однако, сколько не гадай, а необходимо самим убедиться, что происшествие не опасное для жизни. Подхватив тяжелые ноши, они поспешили к перепуганным и орущим девчонкам. Мало ли чего там у них случилось? Очень уж сильно визжат, без перерыва на отдых, хором. Даже та же змея давно бы со страху сбежала от них без оглядки. Или наступили на нее и не позволяют уползти? Но, когда приблизились к девчонкам, парням сами хотелось аналогично орать благим матом, настолько ужасная и кошмарная картинка открылась их взорам. Такого и в страшном сне не увидишь. Ладно бы, один труп, ну, от силы два. А здесь на небольшом расстоянии друг от друга четыре взрослых и три детских тела. В крови и с ужасом в мертвых лицах. А вокруг рой мух. Машинально отогнав от лиц покойных этих противных насекомых, Виталий, сбросив рюкзак на землю, обошел тела, грубым окриком приказав девчонкам примолкнуть, чтобы в тишине осмыслить увиденное. -Боже! – застонал Алексей, когда Люся и Маша наконец-то замолчали. – Да что здесь такое произошло? Ужас! Я такое даже в «Дежурной Части» не видел. Словно побоище какое-то времен войны. -Вот только ты мне еще не стони здесь, - попросил Виталий. – Достань вино и водку. Им по полному стакану плесни, а я с горла хлебну. А иначе трезво оценить такое просто невозможно. Виталий выхватил из рук Алексея бутылку водки, грубо скрутил пробку, трехэтажно выматерился, не обращая внимания на девчонок, которые, скорее всего, здесь не присутствовали, поскольку они были на грани обморока. Попробовав сделать хоть какой-то глоток, он выматерился еще раз. -Черт, давай стаканы, с этими дозаторами из горла не получается. Только во рту размазал капли. Наполнив полный граненый стакан, неизвестно откуда взявшийся в рюкзаке Алексея, Виталий двумя богатырскими глотками залил в себя водку, громко крякая и занюхивая рукой. -Фу, ты! – вздохнул он с облегчением, приятно ощущая, как алкоголь постепенно отрезвляет мозги и позволяет размышлять прагматично. – С ума сойти можно. Вот ни хрена себе, уединились! -Так, быстро наливаем девчонкам, - опрокинув аналогичный стакан в свое горло, предложил Алексей, - а иначе они сейчас коньки отбросят. Девочки, подходи за лекарством. Не обращая внимания на протесты, Виталий и Алексей заставили Люсю и Машу выпить по полному стакану вина. А уж потом всем раздал сигареты и по кусочку хлеба с сыром. -Мальчики, - вдруг расплакалась Люся, размазывая слезы по щекам. – Мне страшно, пошли домой, я уже не хочу никакого пикника. Ой, а вдруг эти убийцы еще не ушли и сейчас нападут на нас? -Нее, разве не видите, что убили их не сегодня. Скорее всего, вчера или позавчера. Этого можно не бояться, - уговаривал и успокаивал девчонок Виталий. – Давно уже сбежали домой, эти убийцы. -Да какой сейчас пикник? Полный отпад, - безнадежно махнул рукой Алексей, доставая из футляра на брючном ремне мобильный телефон. – По-моему, общий номер 112, я правильно запомнил? -Кажется, - неопределенно ответил Виталий, наливая себе еже с треть стакана. На такую дозу, как первый раз, он не отважился, несмотря на экстремальность ситуации. Хотелось оставаться при сознании. – Я им никогда не пользовался. Попробуй. Тебе еще налить? – спросил он у Алексея, выпив водку и закусывая оставшимся от первого раза кусочком хлеба. -Нет, не сейчас, - покачал головой Алексей, набирая на мобильном телефоне нужный номер. – А то потом буду лепетать ментам на непонятном языке. Только бы связь здесь была еще. А иначе придется одному из нас отправляться пешком до места, где берет мобильник. -Да будет она здесь, куда ей деваться. Сразу же на том берегу, вышка торчит. А это по-максимуму пять километров. – Ну? – спросил Виталий Алексея, - вызов идет? Значит, ответят сейчас. -Да, гудки идут, связь есть. Алло! – уже немного успокоившись, воскликнул обрадованный Алексей. – Полиция? Да, соедините нас с полицией. Это общий телефон МЧС, - пояснил он Виталию. – Алло, полиция, мы тут с друзьями семь трупов нашли недалеко от озера в лесу. Да, немного со страху выпил, а как вы догадались? – удивленно ответил он, спрашивая глазами у Виталия, мол, как они по телефону определили. По запаху, что ли? – А вот вы сами, можно подумать, не выпили бы от такой находки. Мы, между прочим, отдыхать намылились, а тут вот такой сюрприз. Да, мои друзья рядом и могут подтвердить, что это не пьяный бред. Правда, ведь, ребята? – спросил он у Виталия, прося помощи и поддержки. -Да, все это чистая правда, ровно семь трупов, - склонившись над телефоном, хором прокричали девчонки и Виталий. И он потом еще долго описывал дежурному на другом конце «провода» обнаруженные тела и как можно к ним добраться, объясняя, что дороги по лесу нет, и последние два километра они шли по лесу без тропинок. -Вы на машинах можете ехать до указателя «Святой Источник», а потом возьмете направление строго на юг. Нет, я уже вам сказал, что никаких тропинок и дорожек здесь мы не видели. Потом покричите нам, и мы вас услышим и ответим. Озеро рядом. Правда, до него мы не дошли, но оно рядом, метров 20-30. Ну, не вижу, потому что кусты заслоняют обзор. Но оно точно за ними, в этом я уверен. Все! – уже друзьям объявил Алексей, пряча телефон в футляр и усаживаясь рядом со своим рюкзаком. – Поверили и обещали очень скоро до нас добраться. -Нужно посидеть и подумать, что и как мы им будем говорить. Ведь теперь, как я понял, нас до конца дней будут опрашивать. По сто раз об одном и том же, - предложил Виталий. -Так, слушайте меня внимательно, - командным голосом, словно приказал Алексей друзьям. – Ничего мы думать не будем. И сочинять тем более. Как все было, так и расскажем. И никакой отсебятины. В конце концов, в этом убийстве никто нас обвинить не посмеет. И вы как хотите, а я есть хочу. Мне водку заесть необходимо. Виталлий, наливай еще по чуть-чуть. Раз уж сорвали какие-то отморозки нам отдых, так хоть до приезда полиции посидим в одиночестве. Потом, мне так кажется, они нас заберут с собой, чтобы протоколы писать. -Мальчики, я даже думать о еде не в состоянии, как вы только так можете? Словно нет здесь трупов, - прохныкала Люся, пьяно икая. Однако от вина и от конфетки она не отказалась. Даже непонятно было, от чего она больше пьянела: или от выпитого вина, или от пережитого страха. Виталий выпил водку, положил кусочек хлеба с сыром в рот и резко встал, вдруг приняв некое решение. -Пойду к ним навстречу. Они уже должны подъезжать к знаку. А то уйдут влево или вправо, и будут нас искать по всему лесу. -Сигнал подадут, как и обещали. Покричат, и мы услышим их, - попытался отговорить его Алексей. Водка и еда разморили, и теперь Алексею даже шевелиться не хотелось, не говоря уже о таком хождении по лесу. -На всякий случай, - не отступал от сказанного Виталий. – Так надежней, - решил он, поскольку его водка наоборот, снабдила дополнительное энергией, и просто так сидеть абсолютно не хотелось. -Виталик, я с тобой, - попросилась Люся, словно опасаясь оставаться надолго рядом с мертвыми. -И я тоже, – как некую спасительную соломинку увидела в этом походе Маша, напрашиваясь в компанию. -Нет, ты, Маша, оставайся с Алексеем, а я с собой Люсю возьму. Она громко кричать умеет, - уже весело шутил Виталий. Водка свою предназначенную работу исполнила, к нему возвратились уверенность и спокойствие. Алексей с доводами друга согласился и отпустил Виталия и Люсю навстречу полицейским. Успели Виталий и подружка пройти где-то с километр, как услышали невдалеке громкие голоса. Предполагая, что это и могут быть полиция, Виталий попросил Люсю прокричать. Однако та с долей опаски смотрела на эту затею, пугаясь шуметь, не уверенная в правильности такого решения. -Люся, не глупи, этих убили давно, и бандиты, ну, те, кто это совершил, давно уже сбежали за тысячу верст. Они же не настолько тупые, чтобы кружиться рядом с местом преступления. -Ну, ладно, - согласилась Люся и звонко прокричала в сторону слышимых людских шумов: - Алло, мы здесь, идите к нам! -Люся, - хохоча и тряся головой, словно пытаясь избавиться от избытка децибелов, проговорил Виталий. – Оглохнуть же можно. Предупреждать в следующий раз нужно, чтобы я успел уши прикрыть. -Вот сам же просил погромче, а теперь недоволен, - оправдывалась Люся, слегка обиженным тоном. – И следующего раза не будет. Мне сегодняшнего приключения с избытком хватит надолго, не скоро еще приду в себя. А еще они, эти полицейские, нервы нам потрепят. Будто мы им сможем чего-то путного сказать? То же самое, что они и сами сейчас увидят. -Работа у них такая, - не согласился с ней Виталий. – Нудная и противная, как мне кажется. Полицейские в форме и несколько человек в гражданской одежде появились пред ними буквально минуты через две-три. Видно, Люсины децибелы долетели до них и вывели на крик зовущих. К Виталию сразу подошел гражданский и представился помощником прокурора Смирновым Юрием Семеновичем. И сразу же их окружили всей толпой. Люся насчитала троих в форме и четверых по гражданке. Но, как поняла, все из органов. -Ты звонил? – спросил Смирнов Виталия. – И как это вас угораздило натолкнуться на такое? -Ну, не я сам, а мой товарищ, но это, можете считать, одно и то же. Он с Машей там остался, а мы вам навстречу вышли, чтобы вы не блудили. А почему вас так мало? Ведь их оттуда на руках выносить придется, - поинтересовался Виталий, оглядывая всех собравшихся. -Ты за это можешь не переживать, - успокоил его сомнения Смирнов. – Твой товарищ говорил, что озеро рядом? Два катера в нашу сторону направляются, а мы с берега будем корректировать их движение. Давай, веди к месту преступления, а то многие до сих пор сомневаются в достоверности информации. -Да кто же так шутит, вы, в самом деле, и скажете же! – искренне возмутился Виталий. – Да и не с телефона-автомата же звонили, поди, высветился номер телефона Алексея. -Ты не обижайся, сам представь, какую информацию вы сообщили. Не один, не два, а сразу семь. Разборки, какие, что ли? -Нее, - сразу же полностью исключил такой вариант Виталий. – Там две семьи, как мы поняли. Четверо взрослых и трое детей. -О, ужас! – простонал один из присутствующих. – Чем же они кому-то помешали, даже странно. Обратно дошли довольно-таки быстро, и, не поднимая шума, то есть, без использования голосовых связок Люси и Маши. По лицам полицейских, даже таких матерых, вроде как, повидавших в своей жизни по профессии всякого, заметно было их шокирующее состояние. Видать, сильно потрясло их это зверское убийство взрослых и детей. Кто же мог так жестоко расправиться с отдыхающими и не представляющими опасность двумя мужчинами, двумя женщинами и тремя детьми? Стало быть, помешали они чем-то, или просто оказались случайными свидетелями какого-то иного серьезного преступления. -Вы, ребята, - попросил Смирнов, - воздержались бы на время от спиртного. Вот, расскажете, что и как, а потом можете и расслабляться. Мы вас не задержим, гуляйте, если сможете. Только мне кажется, что ваш отдых уже испорчен, не получится продолжить. -Да нет уж, тут вы правы, сейчас нам будет не до гулянки, скорее всего, по домам разойдемся, - обреченно и с жалостью за испорченный выходной, отвечал Смирнову Виталий. – Только, ведь мы вам ничего интересного рассказать не можем. Вот, что вы сейчас видите, то увидели и мы. Ну, а выпили по чуть-чуть, так от страха. Это для вас картинка не в новинку, а мы от ужаса чуть в штаны не наложили. Так вы нас не задержите, сразу и отпустите? -Ну, если только это не ваших рук дело, - горько усмехнулся один из полицейских, стоявший рядом со Смирновым. – А так, незачем нам вас задерживать, продолжайте свой отдых. -Я не о том, просто, вот мы вам сейчас все расскажем, все что знаем, поведаем, и вы нас по домам отпустите? -Можете идти, куда пожелаете. А озеро, насколько я понял, вон там? – указал пальцем в сторону кустов Юрий Семенович. – Вы и не дошли всего-то какую-то малость до места? -Да, наверное, мы еще и сами его не видели, - вмешалась в разговор Люся. – Мы ведь первый раз сюда идем. Я сейчас посмотрю, поспешила она с обещаниями и побежала в сторону кустов, мгновенно теряясь в их зелени. Но буквально через несколько секунд выскочила оттуда и закричала, вновь оглашая и заполняя лес своими децибелами, словно и там увидела нечто кошмарное. – Там еще один ребенок, девочка, маленькая, только она живая, я правду говорю. -Новиков, быстро за мной, - прикрикнул Смирнов на ходу, направляясь бегом в сторону Люси. – Ну, где она, показывай. – Но, увидев, неподвижно лежавшую на песке, девочку в окровавленной футболке и в шортиках, он поспешил с вопросом: - А ты с чего взяла, что она живая? -У нее глазик дергался, когда по нему муха ползла. Да вы сами посмотрите, - словно умоляла поверить ей, Люся. -Она права, ребенок жив, - склонившись над девочкой, заключил Новиков, врач скорой помощи, которого на всякий случай прихватили с собой, для оказания помощи, если потребуется, свидетелям. А вот пригодилась одной из пострадавшей. – Большая потеря крови, но раны совершенно не опасные. Странно даже на фоне остальных, словно ее убивать вовсе и не собирались. Однако, еще бы несколько часов, и ее нам уже не удалось бы спасти. -Давай, Дима, спасай ребенка, - скомандовал Смирнов. – А я свяжусь с катерами. Они уже должны быть близко. -Это не они? – показала Люся пальцем на вынырнувшие из камышей два больших катера. -Они, они, - обрадовано воскликнул Смирнов, махая руками рулевым, сидящим за штурвалами катеров. – Сюда, скорей! – крикнул он уже громко, поняв, что его увидели и следуют к нему, к его берегу. – Дима, бери ребенка и на катере лети на базу. Я позвоню, чтобы тебя там скорая встретила. И сразу же катер возвращай обратно, нам он здесь понадобится. Не дожидаясь, пока катер подойдет близко к берегу, врач схватил ребенка на руки и побежал по воде навстречу катеру, подавая девочку рулевому и сам, влезая в него, на ходу разворачивая носом противоположному берегу. А второй катер, причалив к берегу, уткнулся носом в песок. И рулевой, вместе со Смирновым возвратились к месту преступления. -Что скажешь, Олег? – спросил Юрий Семенович у криминалиста Ярового. – Хотя, тут и говорить особо нечего. Картинка понятна с первого взгляда. Вчера их убили, я правильно понял? -Да, Юра, вчера, где-то в это же время. У всех от пяти до семи колотых ран. И все, насколько я могу судить, смертельные. А вот девчонка просто слегка поранена, так доктор сказал? -В том-то и дело, что на ее теле три-четыре царапины. Крови потеряла, но Новиков ничего опасного для ее жизни не наблюдает. И что можно подумать, а? Или настолько уверены, что их она не узнает, потому и оставили в живых? Да нет, не вижу в их деяниях я и грамма трезвого разума, убивали всех до единого, с особой жестокостью и с максимальной надежностью. -И у меня сомнения, чтобы у них проснулась внезапная жалость к ребенку, Юрий Семенович, - к ним подошел молодой мужчина в гражданском костюме. Как я понял, и Олег Станиславович подтвердит, то убийц было минимум 4-5, если не больше. Покойные мужчины были не из слабых, сила мышц просматривается даже у мертвых. А девочку, как мне представляется, они случайно оставили в живых. Это могу предположить с максимальной уверенностью. -Да? – удивился криминалист. – И откуда такие предположения. С таким остервенением убивали всех, и вдруг такой ляп допустить? И даже не убедиться в ее гибели? -Ну, скорее всего, - слегка запинаясь, протянул молодой мужчина, - она досталась какому-нибудь трусливому или совестливому убийце. Не хотел он ее убивать, вот потому больше имитировал и изобразил, чем жалел. Если их была целая банда, так освободить от этого деяния его никто не осмелился. Кровь должна быть на всех, то есть, повязать на крови, чтобы оправдаться перед товарищами. -Ты так считаешь? – немного удивленно спросил Смирнов, внутри соглашаясь с мнением молодого опера. – А ты прав, Миша, так, скорее всего, и было. И девчонке просто повезло, что ее судьба попала в руки этого совестливого или трусливого бандита. Потому и выжила. -Да, повезло, уж, так повезло! – неуверенно, с сомнениями в голосе произнес один из полицейских. – Вмиг ребенок осиротел. Хорошо, если дедушка с бабушкой имеются, так хоть детдома избежать сумеет. -Документов при них никаких? Все вещи их на берегу озера. Осмотри, Миша, может, что и найдешь. -Юрий Семенович! – со стороны озера бежал оперативник Григорьев. – Вот, в кармашке рюкзака одного мужчины нашел паспорт. И квитанцию на его имя. Они палатки на прокат брали. -Ну-ка, ну-ка! – воспрял духом Смирнов, забирая документы из рук опера. – Так, Дроздов Геннадий Николаевич, жена, дети есть. Вернее, были, - констатировал, как факт, печально Смирнов. – А вот и регистрация. Ну, теперь с ними более-менее ясно все стало. Я имею в виду потерпевших. А вот этих отморозков, костьми лягу, но разыщу, - зло, скрипя зубами и сжимая кулаки, простонал Смирнов. – Уроды, подонки, твари, чем же вами могли помешать эти семьи? Миша, сегодня же выставляешь охрану у палаты ребенка. Узнают, суки, что девочка выжила, попытаются добить. Ну, что, а вас, молодые люди, мы более подробно и под протокол опросим завтра в отделении. Вот вам мои координаты, дежурного предупредите, у него будет пропуск на вас четверых. – Юрий Семенович вручил Виталию визитку с информацией о местонахождении его кабинета и номером телефона. – Завтра с утра жду вас всех четверых. Попрошу быть трезвыми, сегодня слишком не расходиться. Понимаю, стресс, нервы, но, как мне кажется, молодые организмы сумеют справиться. Так что, до завтра. -Да вы что, вы не подумайте, мы не какие не алкаши, - виноватым голосом попытался за всех оправдаться Алексей. – Просто собрались вот отдохнуть на природе, искупаться в озере, позагорать, а оно, вон как вышло. Неплохое начало праздника, сами в шоке. -Я вам, верю и не пытаюсь обвинить, просто, под влиянием всех этих фактов захочется расслабиться, а силы можно не рассчитать. Потому и прошу, чтобы сумели взять себя на контроль. Гордеев, - дал команду Смирнов капитану полиции. – Переносим тела на катер, я поплыву с ними, а вы возвращайтесь к машинам. Встретите нас на базе, там перегрузим их в машины. И сразу поляна пришла в движение. Молодежь не просили о помощи, однако Алексей и Виталий сами предложили свои услуги и бросились на помощь полицейским, помогая переносить тела погибших из леса на берег озера. А там уже в катер перекладывали их сотрудники полиции. Когда поляна опустела, и катер с телами уплыл в сторону противоположного берега, а остальные полицейские ушли в другую сторону к своим машинам, Алексей, внезапно высыпав из чехла палатку и из рюкзака продукты на песок, вдруг предложил остаться. -Ну, а чего мы попремся домой, а? – спрашивал он, глядя в напуганные лица друга и девчат. – Ну, случилась с этими беда, ну, сильно подпортили нам настроение неведомые некие бандиты. А дома что, будем тупо смотреть в телевизор и плакаться родственникам в жилетку? Все-таки, выходной, погода прелестная, мы и пришли сюда отдыхать. Наплюем на приличия и оторвемся по полной программе, раз пришли сюда с этой целью. У костра посидим, шашлычок приготовим. Кстати, я заметил там, возле бревна мангал, ими оставленный. Из кирпичей сооруженный. Им, как я понял, он больше не понадобится. Ну, соглашайтесь. -Леша, ну, как ты так можешь? Я здесь на этой полянке ни на минутку не могу оставаться, страшно и ужасно, ведь, - захныкала Люся, вдруг испугавшись одной только мысли, сидеть, лежать и просто находиться на том месте, где буквально сутки тому назад совершено такое ужасное кошмарное преступление. – А вдруг те вернуться. Не зря говорят, что преступник всегда стремиться возвратиться на место, где свершил преступление. А тут мы сидим. -Люся, прекрати скулить, - грубо заткнула ее подружка Маша. – Вот прав Лешка, дома ты спокойно будешь смотреть телик или по магазинам шляться. Лично я за Лешкино предложение. Нам всем четверым нужно срочно и спешно расслабиться, друг перед другом выговориться, а иначе, в самом деле, чокнемся. Ну, а где, как не здесь, имеется такая возможность? -Люся, - даже с огромным удовольствием и облегчением воспринял Виталий идею Лешки, не прерывать и не приостанавливать намеченные планы с отдыхом и шашлыком. Да и планы на Люсю он не желал переносить на другой день, который, еще неизвестно, будет ли. А когда еще выпадет подобный случай? И эта встреча с таким диким преступлением ослабит ее бдительность, подтолкнет на чрезмерное потребление вина, тем самым сделает более податливой. – Никто из бандитов даже не помыслит через такое время возвратиться на место своих деяний. Они ведь даже не попытались припрятать, схоронить трупы, настолько были уверенны в своей безнаказанности. Поди, давно уже попрятались в самом городе или за его пределами. Так что, мы, поскольку большинство за, остаемся на этой поляне. И это решение окончательное. Поскольку одна ты никуда не пойдешь, то мы желаем продолжить отдых. И заночуем здесь, поскольку во хмелю тащиться с пикника, да еще в таком сытом состоянии нам в такую даль абсолютно не захочется. Я прав? – спросил Виталий Алексея и Машу. – Здесь больше подходит поговорка про бомбу, которая в одну воронку два раза не попадает. И бояться с нами тебе нечего, - уже приободрил он Люсю. -Вполне «за», - согласился Алексей. – Отдохнем, выспимся от души, и придем к следаку, когда управимся. Он нам повестки не вручал и время прибытия не оговаривал. Когда сумеем, тогда и явимся. Немного помявшись, но поняв твердость намерений друзей и невозможность их отговорить, согласилась с друзьями и Люся, лишь упросив, чтобы никаких шуток с попытками напугать. Есть такая привычка у Виталия. Во-первых, не возвращаться же ей одной. Там, в лесу в полном одиночестве она быстрей от страха помрет. А во-вторых, так они даже полностью правы. Им всем до колик в желудке хочется выговориться, еще немного выпить. А с кем и перед кем, если только ни друг перед другом. Благо, дрова успели заготовить покойные туристы. И эти вчерашние туристы собрали их с запасом, словно планировали остаться здесь надолго. И еще, сильно звало солнце в воду. Оно пекло, и тела требовали охлаждения. Выпив еще по чуть-чуть, и закусив овощами с салом, все четверо бросились в воду, разрешив себе наконец-то приступить к программе долгожданного отдыха на природе. Да, с кем-то случилась беда, и они столкнулись с ней лицом к лицу. Но ведь, не с ними же! Такое, если включить по телевизору программу «Чрезвычайное происшествие», или нечто схожее по другим каналам, так по всей стране по нескольку подобных случаев с массовыми убийствами постоянно случаются. А им, очень даже молодым и крепким здоровьем, хочется веселья, беззаботного отдыха, и вкусного пожаренного маринованного мяса. А еще, насытившись едой, купанием и алкоголем, захотелось парами уединиться и скрыться от посторонних глаз для любви и ласки. Девчонки словно только и ждали подобных акций от парней, даже не пытаясь оттянуть или оправдать глупый и ненужный отказ. А уж когда стемнело, то хмельные молодые юные тела оголились, даже не собираясь кого-то стесняться. И все четверо, обнявшись и слившись в единое целое, падали в воду, утираясь после купания одним полотенцем, и в аналогичном одеянии вползали в палатку, лишь прикрывшись одним большим одеялом. Ночь выдалась настолько теплой и нежной, что проснулись поутру они в тех же одеяниях, точнее, без них, даже без признаков замерзания. И вновь окунались в воду, чтобы смыть с себя ночное тепло. Следователю повезло лишь по той причине, что весь алкоголь за день и ночь был выпит полностью. Но им начинать пьянку с утра совершенно не хотелось. Не тот возраст и здоровье, чтобы страдать симптомами похмелья. А потому, вместо похмелья, они выскочили нагишом из палатки и побросали свои тела в озеро, сбрасывая с себя пелену вчерашнего пития, и возвращая в организм бодрость, здоровье и великолепное настроение. Отдых удался на славу. А вчерашнее утреннее событие, точнее, встреча со следами жестокого преступления, лишь добавила к выходному дню долю какого-то экстрима. Тот первоначальный ужас уже казался легкой романтикой. Злой, жестокой, но происшествием. Ведь нечто подобное с любым из их ровесников может не произойти и за всю оставшуюся жизнь. А у них случилось. Следователь Виноградов Леонид Алексеевич шел по поручению Смирнова к родителям Дроздова с неприятной миссией. Он несет им весть о трагической гибели сына, невестки и внуков. В одночасье старики осиротели. Вернее, насколько ему стало известно из уст соседей, они лишились сразу всех родных в этом городе. Эти же соседи и адрес проживания стариков предоставили. Хотя, размышляя здраво и логично, стариками Леонид поторопился их назвать. Обоим исполнилось чуть за пятьдесят. И с потерей всех родных погорячился, поскольку одна из девочек выжила. Хотя, по мнению врачей, сейчас ее состояние тяжелое, однако, не смертельное. Но на месте преступления оказалось два ребенка женского пола, и на удивление слишком похожие друг на друга и одного возраста. А потому без помощи Дроздовых определить ее фамилию было делом затруднительным и практически невозможным. Семья Фученко совершенно недавно переехала из глубины России в Мартовск, и пока прокуратура лишь смогла послать запрос в тот город, чтобы получить хоть какие сведения о наличии у них родственников, которым и сообщить о трагедии. И кому из родни с выжившей девочкой больше повезло, он может узнать с помощи подсказки из альбома, в котором обязательно должна оказаться последняя фотография единственной внучки. Фото выжившего ребенка Леонид имел при себе. Он сразу же, получив от прокурора поручение, попросил сделать это фото. -Николай Федорович, Анастасия Григорьевна, - словно умолял стариков следователь Виноградов, наконец-то большими усилиями приводя их в чувства после сообщения о гибели родных. Хотя, он бы сам свихнулся, получив такой подлый удар из уст некоего вестника. – Я понимаю ваше горе, эту беду никакими утешениями не смягчить. Но ведь одна из девочек осталась в живых. Мне так кажется, и вам не терпится узнать, что там, в морге не ваша внучка Варвара. Хоть эта маленькая приятная весть сможет как-то утешить вас? Вы уж простите, но так случилось, что обе девочки сильно похожи друг на друга, и я из фото сам не понял. -Да, да, - соглашался Николай Федорович, внезапно постарев за эти полчаса после оглашения ужасного приговора и из молодого, пожилого по возрасту, мужчины превратившись в старика. А уж об Анастасии Григорьевне и говорить излишне. Эти полчаса оба мужчины приводили женщину в чувство с помощью нашатыря поначалу. А потом используя уже сердечные и успокоительные средства. – Настя, милая, - просил он супругу. – Крепись и молись, чтобы в морге оказалась не наша Варенька. Хоть это утешение чем-то смягчит весь этот кошмар. Вставая, собирайся, нужно идти. Я по фото никак не пойму. Похожа, вроде, но так вы же сами сказали, что обе девочки поразительно схожими оказались. В глазах женщины внезапно блеснул слабый луч надежды. А вдруг? Хоть единственная внучка сумеет ослабить этот удар судьбы. Она будет всю дорогу молиться, чтобы Варенька была в больнице, а не в морге. -Но кто, кто в нашем тихом городке посмел совершить такое? Вы это нам можете объяснить? – мямлил, просил и требовал Николай Федорович. – Как же это могло случиться в тихом безлюдном лесу? Мы ведь всю жизнь, сколько помню, в нем грибы и ягоды собирали. -Мы этих ублюдков обязательно отыщем и по всей строгости накажем. Жаль, что смертная казнь отменена, но и остатки жизни провести в тюрьме – не в радость. Пусть гниют там, уроды нечеловеческие. И это просто какое-то чудо, что один ребенок сумел выжить в том кровавом побоище, а иначе назвать сложно это преступление. Грешно желать так, но пусть она окажется вашей внучкой. Хотя, и вторая девочка имела право на жизнь, - как мог, успокаивал Леонид стариков, а у самого ком в горле застрял и давил, порываясь вырваться в крик души, в мат и отборную ругань в адрес тех отморозков, посмевших отнять жизнь у четырех молодых людей, могущих прожить еще долгую и счастливую жизнь, и у трех маленьких детей, так и не успевших даже начать свою биографию. -Простите, Леонид Алексеевич, а почему бы нам не поехать в больницу? – вдруг спросил Николай Федорович следователя. – Нам ведь будет легче опознать свою внучку живой? -Николай Федорович, я вас отлично понимаю, а потому прощаю такую забывчивость. Вы просто запамятовали саму суть опознания, - стараясь быть максимально тактичным, попросил старика Виноградов. – Ведь в морге лежат тела вашего сына, внука и невестки. Их уже по нашей просьбе опознали соседи и сослуживцы. Вот с внучкой затруднение. Но и ваше опознание нам необходимо запротоколировать. -Ах, да, простите, не подумавши, сказал, - вздрогнувшим потухшим голосом согласился Николай Федорович. – Вы правы, просто мне вдруг показалось, что с опознанием Вареньки, вернее, узнав, что это именно она выжила в том кошмаре, жизнь возвратиться в прежнее русло. Ан, нет, остальных уже ничем не вернешь. Но ведь потом мы сможем к Вареньке в больницу сходить? Я правильно понимаю, что с ней ничего опасного? Ну, с той, с выжившей. -Разумеется, после морга мы с вами съездим в больницу. Правда, она, как сообщили мне доктора, пока без сознания, и там ее охраняют полицейские. Ну, так что пока можно, но только со мной. Потом мы договоримся, чтобы вас беспрепятственно пропускали. В следующие разы. -Полиция? Вы говорите, что ее охраняют? – искренне удивился и напугался Николай Федорович. – А зачем ее охранять полицейским? Вы же сами только что сказали, что ее жизни ничего не угрожает, и ранения абсолютно не смертельные. Так зачем тогда эта охрана? -Ранения неопасные, но ваша внучка, если это оказалась она, представляет опасность для бандитов. Она у нас единственная свидетель преступления. Поэтому охранять ее будем круглосуточно, пока не придет в себя и не расскажет о событиях на берегу озера. И, разумеется, пока не поймаем преступников. От этих предположений и перспектив Анастасия Григорьевна охнула и побледнела настолько, что следователь вновь стал опасаться за ее состояние. Однако в самом морге ему вновь понадобилась помощь докторов и нашатырь, только уже для двоих стариков. Здесь, в этом мрачном и ужасном заведении, даже Николай Федорович был на гране обморока, насколько потрясли его виды мертвых тел родных ему детей и внуков. Совершенно разные вещи, так слышать о гибели близких, и абсолютно другое – видеть их тела воочию. И лишь не узнав в погибшей девочке свою внучку, старики воспряли духом и разразились горючими слезами, облегчая плачем сжавшуюся в жесткий комок нервную систему. -Жива, прости меня, господи, за эту радость, но это не наша Варенька, - сквозь слезы лепетала Анастасия. -Это хорошо, – успокаивал и взбадривал стариков Виноградов. – Стало быть, вам хоть в этом повезло. Сейчас я вас отвезу в больницу, и вы сможете увидеть свою внучку. Простите, Николай Федорович, - уже в машине спросил старика Виноградов. – Вы были знакомы с Фученко? Ну, не подскажите, в нашем городе имеются у них родственники, к кому они могли приехать издалека? Не могли же просто так неведомо куда сразу рвануть из одного конца страны в другой? Кто-то ведь позвал, подсказал? Они же в Мартовск к кому-то ехали? -Нет, мы с ними совершенно незнакомы, - отрицательно ответил на этот вопрос Николай Федорович. – Если честно, так мы их никогда и не видели, не приходилось встречаться. Гена и Тамара больше дружили с Гореловыми. Их мы знали неплохо. А почему, вдруг, вот так спонтанно отправились на пикник с Фученко, так и предположить не можем. В больнице, оставив Дроздовых с внучкой, врач отозвал из палаты Виноградова и доложил ему о состоянии Варвары. -Мы и сами в непонимании. Ну, хотя, вполне допускаем шок, который подозрительно надолго затянулся. Но раны и серьезными ранами не назвать, так, легкие царапины, которые практически затянулись еще на озере за эти сутки, что она пролежала на песке. Поэтому даже затрудняюсь объяснить причину ее бессознательного состояния. И еще одна странность наблюдается, так это в самих ранениях. Ведь, насколько мне известно, нападение на ребенка, как и убийство всех остальных, совершено вчера утром. А эти порезы на ее теле затягиваются с такой скоростью, словно ребенка окунули с головой в живую воду. Прямо на глазах. У меня даже возникает желание – снять повязки с нее. И все жизненные показатели в норме. Даже в самой, что ни на есть, положительной. У меня складывается впечатление, что ребенок спит крепким здоровым сном. Надеюсь, что проснется скоро и расскажет вам с максимальными подробностями, что и как все произошло. Но все равно, настолько все странно и непонятно. Ведь там, в лесу все до единого, убиты, и, насколько слышал, с особой жестокостью. Оттого и странно состояние ребенка. -Да, с жестокостью поразительной, словно пытались умертвить их по нескольку раз. Так что, Варвара, как нам представляется, выжила совершенно случайно. Будем считать, по счастливой случайности. Вот потому и выставили охрану, на время, пока не поймаем преступников. Ведь ежели об этом станет известно преступникам, они постараются избавиться от ненужного свидетеля. Мне кажется, что ей есть о чем нам рассказать. А поэтому, у меня к вам личная просьба: ни кому никакой информации о Варваре не распространять, никого к ней из посторонних, даже из персонала, не подпускать. Об этом проинструктирована ее охрана, но и в больнице о таком факте должны знать все, начиная с приемного покоя, заканчивая медсестрами. Никаких уколов, капельниц без вашего личного присутствия. Понимаю, что напрягаю вас дополнительными обязательствами, но только так можно сохранить жизнь ребенку. Уверен, что убийц отыщем скоро, поэтому, все эти сложности – явление временное. -Даже просьба здесь ваша звучит слегка нелепо. Я сам лично заинтересован в ее безопасности, и буду следить за ней, как за собственной дочерью. Об этом еще раз предупредите вашу охрану, ведь она меняться будет, насколько я понимаю. Никого, кроме меня, не пропускать к ней. Хоронил погибших в этом ужасном и кошмарном преступлении почти весь город. Весть об убийстве двух семей в мгновение ока разнеслась по городу Мартовск. Даже быстрей, чем о нем успело сообщить центральное телевидение в вечерних новостях. Прозвучали личные заверения работников прокуратуры, чиновников из МВД, что раскрытие этого гнусного убийства – дело чести их мундира. Мало кто верил в искренность их слов, по всей стране и намного страшней преступления до сих пор не раскрыты, но город несколько дней гудел, словно растревоженный улей. В тихом, мирном Мартовске не могли понять, кто же это отважился на такое преступление? И в чем причина этих убийств? Ведь Дроздовы не имели в своем активе ни заправочных станций, ни сети магазинов. Не бедствовали, благодаря трезвости и трудолюбия самого Геннадия, вместе с супругой работали много. Однако таковых в городе тысячи, десятки тысяч. А семья Фученко приехала совершенно недавно из сибирского города. Высказывались из уст фантазеров, что хвост приполз из Сибири за этой странной семьей, но таковой факт не получил подтверждений. В ответе на запрос, указали полное отсутствие родственников у детдомовского Дмитрия и Татьяны. А переехали, по словам бывших соседей, по рекомендациям врачей. У сына Тимофея было какое-то заболевание, несовместимое с суровым сибирским климатом. А профессиональная деятельность взрослых Фученко аналогично с Дроздовыми, не могла навлечь беду. Вот так, спасая сына от неведомой болезни, родители погубили всю свою семью. 3 Супружеская чета Дроздовых, то есть, дедушка и бабушка выжившей девочки Варвары, целый месяц с регулярностью, словно посещали работу, ходили к следователю прокуратуры Виноградову с единственным вопросом и просьбой: -Ну, как, нашли этих негодяев, убивших наших детей и внука? Хотелось бы услышать, что подонки пойманы. Что же вы их никак не отыщите, столько времени прошло, а они до сих пор живы и здравствуют. Виноградов понимал стариков, сочувствовал им, но и его уже начинали злить и нервировать эти частые ненужные посещения, лишь нервирующие и указывающие на плохую его работу. Да и сверху давили, требуя положительных результатов, только бандиты-убийцы словно сквозь землю провалились, не оставив на ее поверхности никаких следов, позволяющие строить хоть какие-либо, близкие к истине версии. Следователь уговаривал стариков, просил, а потом уже и потребовал, чтобы они не обивали понапрасну пороги прокуратуры и не мешали их и без того хлопотной и сложной работе по поиску преступников. -Николай Федорович, ищем, землю роем. Да и сверху требуют от нас отчета. Но не боги мы. Так уж получилось, что эти отморозки слишком уж тщательно замели следы присутствия на этой поляне. И ни единого свидетеля, кроме вашей, чудом выжившей внучки. А она уже как месяц без сознания, не приходит в себя. Находится в состоянии сна. Доктор говорит, что это не кома. Но такое бывает после такого пережитого шока. Однако она единственная, кто может сказать, кто мог видеть воочию бандитов. Нам бы хоть маленькую зацепку. Мы и по местному телевидению просили горожан оказать помощь следствию, да никто ничего не видел и не слышал. Слишком безлюдное место оказалось на берегу этого озера. -Скажите, а почему охрану из палаты убрали? Разве ей уже ничего не угрожает, если преступники на свободе, а она единственная свидетельница, кто видела их и может что-либо рассказать? – поинтересовался у следователя Николай. – А вдруг про это прознают убийцы? -Мы решили, что преступники успокоились или считают, что вполне вероятно, Варя им не угрожает. Вполне допустимо, что она их просто не видела. Или бандиты не местные. Да и с народом у нас напряженка, все сотрудники заняты. Тем более, что доктора предупреждены, да и вы почти круглосуточно находитесь возле нее. Уж если до сих пор они не отважились пробраться к ней, то теперь уже вряд ли будут пытаться сунуться в больницу. Понимаете, и просим не обижаться и не пугаться, но сама больница имеет охранника, который предупрежден и будет внимательно пропускать посетителей. Да и видеонаблюдение круглосуточное. Поэтому, мы считаем, что таких мер будет вполне достаточно. В первые дни Виноградов долго и требовательно допытывался у четы Дроздовых о некой неизвестной деятельности сына, что принудила бандитов к такой радикальной деятельности, к физическому уничтожению всей семьи и свидетелей. Он, правда, допускал, что виноватым мог оказаться и Фученко. Однако и в его биографии не обнаруживалось никаких черных пятен. А потом в прокуратуре пришли к однозначному выводу: -Скорее всего, оба семейства совершенно случайно оказались свидетелями некоего преступления или преступной деятельности. Вот и убирали с особой жестокостью и тщательностью лишних свидетелей. А Варю оставили в покое, так по простой тривиальной причине, что навсегда или надолго покинули эти места, и она теперь для них никакой опасности не представляет. Никак не могли они, если бы боялись ее признаний, месяц никак не проявить себя. Уж обязательно предприняли хоть какую-то попытку. На милость я не могу даже думать. -Думаете, залетные, а потому их и не слыхать в наших местах? – спрашивал следователя его помощник прокурора Смирнов. – Вот потому и оставили ее в покое, что не представляет она для них угрозу? -Сам подумай, что она может вспомнить, описать или нам рассказать, пережив такую мясорубку? И, заметь, убивали ее отдельно от всех, незаметно, что ли? Слишком непонятно и загадочно само происшествие с Варей. Всех резали с двухсот процентной гарантией, а ей нанесли несколько малозначимых царапин, которые, кстати, уже через пару дней затянулись. К такому однозначному выводу пришло следствие, и работали в этом направлении, в этом аспекте вели поиски. Залетная некая банда из пяти-шести человек в этой глуши творила некое криминальное деяние, свидетелями которого случайно оказались эти две семьи, совершенно неясно для них, как оказавшиеся в этом безлюдном месте. Вот и расправились они с ними всеми, включая и детей. А Варя оказалась в отдалении от всех по непонятной пока причине. Бандиты, так предположил следователь Виноградов, отправили одного из подельников для проверки места базирования отдыхающих. И этот проверяющий, обнаружив, на поляне девчонку, попытался ее убрать. Скорее всего, он предположил, что тех ножевых ранений, что нанес ребенку, для ее смерти вполне достаточно. А причина таких незначительных царапин, так, можно предположить, для этого отморозка она оказалась первой жертвой. Со страху. Смотрели убийцы репортаж по центральному телевидению, или нет, но, решив, что им ничто и никто не угрожает, оставили Варвару в покое. Не каждый гражданин, даже имеющий телевизор и массу свободного времени, любитель просмотров криминальной хроники. Этот факт Варвару и спас. Ну, а доктора уверенно утверждают, что очень скоро ребенок придет в себя. Она, по всем медицинским канонам, уже давно должна была поправиться, а потому они и сами в недоумении. Сегодня Николай с супругой Анастасией остановились возле прокуратуры в нерешительности. Они уже понимали и представляли гипотетический ответ следователя Виноградова, а потому их сомнения были вполне оправданы. Ну, не бездельничает же полиция, трудится, ищет, да только и других дел у них с избытком и по горло. Не в состоянии они все силы и время бросить на поиски убийц и на охрану их любимой единственной внучки. А переживать за ее безопасность не стоит. Тем более, что Юрий Семенович, как он сам им говорит, дал строгое и жесткое указание медицинскому персоналу и охране, сидящей у входа в больницу, а тем более, в палату к Варе никого из посторонних не пускать. Доктор отменил все уколы, а капельницы ставит медсестра, которой он лично поручил, строго настрого запретить допускать к ребенку иных медсестер. Даже если она их лично знает. А потому он не отказался от бесплатной помощи Анастасии и Николая, которые по очереди проводят в палате ночное время суток. А Варя чисто и легко дышала, ее сердце стучало, организм функционировал с показателями вполне здорового ребенка. Просто она почему-то не желала просыпаться, словно понимала, как пусто и худо ей будет в этом мире без папы и мамы, и старшего братика, убитых злыми дядьками прямо у нее на глазах. -Ну, Коля, что топчешься? – нетерпеливо спросила Анастасия мужа, застывшего в нерешительности возле крыльца прокуратуры. – Пойдем, спросим, подтолкнем их, ежели что. Пусть поторопятся с поимкой этих убийц, поскорее отыщут этих подлых тварей. Много времени уже прошло, пора бы и порадовать нас результатом. Мне так кажется, что они уже и не ищут убийц наших деток. Поняли, что найти не удастся, а иных дел хватает с избытком. Вот и прекратили поиски. -Настя, - тяжело вздохнул Николай. – Может, не будем больше надоедать им, а? люди работают, ищут, а мы чуть ли не каждый день беспокоим их, надоедаем своими глупыми вопросами. Сама говоришь, что иных дел у них полно, а тут еще мы со своим нытьем. -Коля, ну, что ты такое говоришь, разве наши вопросы смогут быть глупыми? Разве не наших деток убили эти ироды? – попыталась возмутиться Анастасия, но внезапно умолкла, поняв свою неправоту. Им ведь помогать, а не мешать надобно. А помощь, вполне возможно, в самой Вареньке, которая, проснувшись, сможет всю правду об этой трагедии рассказать. И поэтому им не по прокуратуре нужно ходить, а больше и чаще находиться в больнице рядом с внучкой, чтобы помочь ей справиться с этим непонятным и даже странным недугом. Хотя, это вовсе и не недуг, а некий крепкий непрекращающийся сон, из которого Варенька не может возвратиться. Однако это, вполне вероятно, даже лучше. За время сна ее тело и душа излечатся и успокоятся. -Ты прав, Коля, пошли к Вареньке, не будем беспокоить следователя, он знает, что делает. Только, мне так кажется, слишком умные бандиты попались нашим деткам. Поди уже, и след их простыл, за тридевять земель сбежали, души их поганые. И все равно, я верю и надеюсь, что даром им это убийство невинных не пройдет, господь их зло не оставит безнаказанным, воздастся им по заслугам. Пусть немного успеют по земле походить, а все равно настигнет кара. Ну, не может такое зло остаться незамеченным и ненаказанным. Анастасия последние слова говорила, уже срываясь в истерику, в плач. И Николай поспешил с успокоительными и утешительными словами, сильно сжимая супругу за плечи и прижимая ее к себе. -Тихо, тихо, Настенька, воздастся им, да только помни о внученьке. Мы теперь для нее единственные родные и близкие люди. И нам просто очень нужно быть в теле и в духе, чтобы суметь поднять ее и вырастить. Мы постараемся быть крепкими и сильными, чтобы она в нас поверила. Да, пусть полиция ловит, господь и карает, а нам нужно думать о Вареньке. -Я, Коленька, постараюсь, - жалобно и виновато пролепетала Анастасия. – Только больно мне и страшно, что эти нелюди бродят по земле безнаказанно. Нельзя так и неправильно все это. У них нет прав на саму жизнь, а уж тем белее, на свободу, которую у них необходимо отнять, раз уж смертной казни в стране нет. Может и правильно, пусть в тюрьме страдают, если дано им такое чувство. -Есть или нет, но радости в тюрьме мало. Я очень верю и сильно желаю поверить, что их обязательно отыщут и накажут, - отпуская супругу и, взяв супругу под руку, Николай повел ее от прокуратуры. – Пусть люди спокойно работают. Ведь нам обязательно сообщат, когда поймают. А своими надоедливыми вопросами мы им только создаем помехи. Они, не спеша, и в стенаниях, переполненные собственной бедой, шли в сторону больницы к своей единственной родной душе в этом городе Вареньке, которая почему-то не желала возвращаться в этот злой жестокий мир, отнявший у нее счастливое беззаботное детство. Но дедушка и бабушка верили и желали ей скорейшего выздоровления, чтобы она вернулась в семью. Пусть без папы и без мамы, но они постараются заменить их. А там со временем позабудутся эти страшные дни, и возвратится в их дом радость и счастье. -Ой, мамочки! – неожиданно испуганно шепотом воскликнула Анастасия, впиваясь ногтями в руку супруга. – Господи, да этого же быть просто не может, как такое только привиделось мне? -Что с тобой, Настенька, сердце прихватило, что ли? – не на шутку взволновался Николай, желая побыстрей выхватить у жены сумочку и поискать в ней лекарство, с которым в последнее время она старается не расставаться. – Погоди, сейчас, вон, там скамеечка, присядем, и примешь лекарство. -Нет, нет, нет! – поторопилась с оправданиями Анастасия, сама уже не рада, что так эмоционально отреагировала на увиденное. – Со мной все в порядке, я имею в виду сердце. Коля, ты глянь на толпу возле светофора. Видишь, как похожа та девочка на нашу Вареньку? Вон, перекресток, а под самим светофором стоит мужчина в синей рубашке, а за ним девочка в шортиках и футболке с короткими рукавами. Мне даже страшно стало от этого вида. Даже шортики и футболка имена такие, в каких она была в тот пикник на озере. Ну, я их выбросила потом. Николай глянул в сторону светофора, под которым стояли пешеходы в ожиданиях своего зеленого цвета, и слегка поежился от холода в сердце, когда увидел этого ребенка, прическа, рост и одежда которого так сильно напоминали ему Вареньку. Но трезвый ум мужчины подсказывал ему явную ошибку зрения и воображения. Даже если бы она и поправилась внезапно, никто ее не выпустил бы из больницы. Да еще в той одежде, которой уже нет. -Настя, успокойся и не выдумывай. Наша Варя в больнице, она никак не может оказаться здесь. Да, имеется определенное сходство, если смотреть издали. Но так можно увидеть схожесть с кем угодно. Тем более, что мы только что говорили о ней, думали, вот и случились некие ассоциации. -Да, прости, ты прав, - согласилась Анастасия и успокоилась, уже смелее подходя к небольшой группе людей, ожидающих нужный сигнал светофора. – Обозналась, такое случается. Просто много думаю о ней, представляю ее в здравии и в хорошем настроении, оттого и показалось. И вдруг произошло абсолютно непредсказуемое и неожиданное, ввергшее в шок всех ожидающих и проходящих мимо. Эта маленькая девочка, что напомнила старикам их внучку, словно дождавшись подходящего момента и этот большой груженный грузовик, несшийся на большой скорости, пытаясь проскочить на мигающий зеленый свет, пока дающий ему право на проезд, резко с силой толкнула, метров за двадцать до подхода автомобиля к зебре, мужчину двумя руками на проезжую часть. И все же водитель, как поняли свидетели и видевшие это происшествие, был на готовности, и потому вовремя ударил по тормозам. И оттого удар по мужчине, так подло выброшенного детским толчком на проезжую часть, оказался не столь сильным и смертельным, но все равно, травмирующим. А поняли это окружающие по его поведению, поскольку мужчина, брошенный ударом на асфальт, сразу же вскочил на ноги, удивленно выискивая в толпе того, кто с ним так ужасно и подло поступил. Но первый шок быстро прошел, и его тело пронзила ужасная боль, от которой он поначалу глухо застонал, обхватывая голову руками и усаживаясь на проезжую часть. А затем, дико взвыв, завалился на бок и забился в судорогах от кошмарной боли. И эта боль, так показалось со стороны, все сильней и сильней пленяла тело, заставляя мужчину уже громко стонать, скулить, словно побитый пес, и визжать. -Что же ты, паршивка натворила? – наконец-то опомнился первым из толпы свидетелей мужчина, стоявший рядом с девчонкой, на глазах и в присутствии которого и произошло это событие. – Ты что, ты, за что убить человека хотела, да я тебя сейчас за это в полицию отведу, пусть твоих родителей накажут, оштрафуют, что воспитали такого изверга, - взвизгнул он, хватая ребенка за руку повыше локтя. – Стой и не дергайся, никуда от меня не денешься. Ишь, удумала чего, шутки шутить на дороге. Говори, кто ты и как твоя фамилия? -Да, да, это она его и толкнула, - постепенно приходила в себя толпа, выражая возмущение этим непонятным поступком. – Как специально, ждала момента, чтобы наверняка уж. -Коля, - прошептала Анастасия. – А ведь и в самом деле, все так и произошло. Она специально вытолкнула этого мужчину под колеса грузовика, - немного подумала, а потом добавила: - А если за дело? И вдруг девчонка, спокойно и без страха в глазах, развернулась лицом к своему противнику, удерживающему ее возле себя, зло блеснула по нему глазами и жестко и четко, но внятно и громко для всех произнесла, выговаривая медленно каждое слово, чтобы поняли все: -Он плохой, он убил моих родных и любимых, и теперь за это должен страдать. Вы за него не переживайте, он этого заслужил, а я ему не позволю слишком долго мучиться. И издохнет он очень скоро. Очень. Но сначала пусть испытает сполна этой боли, чтобы смерть казалась избавлением. Сказала и спокойно без особых усилий освободилась из цепких рук мужчины. Тот попытался повторить попытку и вновь ухватить за руку плохую и непослушную девчонку. Но, наткнувшись на ее, полный ненависти и ярости, взгляд, не решился на повторение хватки. И потому поторопился убрать, уже протянутую руку, словно видел для нее, для своей конечности, угрозу. А девчонка, скользнув холодным взглядом по онемевшей от всего происходящего толпе, смело шагнула на зебру и пошла, не обращая внимания на уже горевший красный свет для пешеходов и на возобновившееся движение автомобилей. Она шла, словно не замечая несущиеся машины, успевая проскочить те пространства между ними, чтобы безопасно оказаться через несколько секунд на противоположной стороне и затеряться в потоке снующихся пешеходов. -Коля, - едва не падая в обморок, но удерживаясь на ногах благодаря прочно стоявшему на ногах супругу, прошептала Анастасия. – Это была она, нет, разумеется, не она, но очень на нее похожая, на нашу Вареньку. Понимаешь, она отомстила этому человеку за смерть ее любимых. Я поняла, – вдруг, глядя сумасшедшими округлившимися глазами, проговорила безумную и абсурдную мысль Анастасия: - Это Ангел нашей Вареньки. Ты ведь слышал, что она сказала? Она отомстила ему за папу, за маму и за своего братика. -Хорошо, милая, хорошо, ты только успокойся, ради бога. Мы с тобой сейчас пойдем в больницу к Вареньке. А вдруг она уже проснулась, а нас нет рядом с ней. Нам нужно поспешить, Настенька. -Мы, Коля, сейчас пойдем к следователю и расскажем ему про этот случай. А вдруг и вправду, этот, которого она толкнула под колеса грузовика, и есть убийца наших деток, а? Нет, даже не уговаривай, мы идем к Леониду Алексеевичу. Ведь он, этот убийца родных той девчонки, не так уж серьезно пострадал. И если это действительно он, так его допросят, и он расскажет следователю о своих подельниках, с которыми убивал детей. В любом случае, грех за этим парнем имеется, его не просто так толкнула девчонка. И мне слишком явственно кажется, что он и есть тот убийца наших детей, его рук дело. Нужно срочно рассказать следователю о нем. -Хорошо, хорошо, - уговаривал Николай свою супругу, стараясь в данную критическую минуту не перечить ей и не вступать в спор, сам великолепно понимая истинное желание Анастасии, выдать увиденное за действительное. Ей постоянно казалось, и в этом она уверяла супруга, что с поимкой убийц сердце наконец-то успокоится осознанием заслуженного наказания за содеянную подлость. – Мы пойдем к следователю и расскажем ему об этом происшествии. Только здесь много свидетелей, которые обязательно введут полицейских в курс дела и без нас. Тем более, что многие лучше видели и слышали, чем мы. -Но они могут неправильно интерпретировать приговор девочки. Мол, простая месть за обиженную и брошенную мать. Или могла просто с кем-либо перепутать. А где теперь взять ее? А мы следователю свою версию выскажем, так ему сразу понятно станет, где искать убийц, - горячо и убедительно пыталась довести до своего супруга свои соображения Анастасия, вдруг сама максимально уверовав в свои домыслы. – Так не бывает, это непростое совпадение, чтобы ребенок, настолько похожий на нашу Вареньку, свершил месть на наших глазах. И вслух озвучила в оправдание свои действия. Ты же слышал, что на этом она не завершает возмездие, впереди этого подонка ожидает смерть. -Ну, - уже менее уверенно говорил Николай, - вполне и я допускаю месть. Ведь решиться на такой ужасный поступок – надо иметь веские причины. И они у нее, как мне кажется, были. Видел я, как она зыркнула на того, который попытался ее задержать и сдать в полицию. И у такого сильного, крепкого на вид, мужика не хватило сил и смелости, помешать ей уйти. -Она настроена решительно, Коля, я это по ее глазам поняла. И она знает всех убийц. Жалко, что убежала, могла бы рассказать. -А если у нее иные намерения? – задумался Николай. – Ну, не собирается она их сдавать, сама решила мстить. Вот так, как с этим, поступит и с остальными. Потому и убежала. -Жалко, если сломается. Нелегко справляться с взрослыми сильными убийцами. Может, не получиться. Дроздовы не успели далеко отойти от места происшествия, потому до их ушей долетели слова упреков сотрудников ГИБДД, прибывших по чьему-то вызову. Молодой полицейский высказывал претензии свидетелям, так легко отпустившим эту плохую девчонку. -Да вы, товарищ лейтенант, - беспомощно лепетал именно тот мужчина, с которым так легко справилась маленькая девчонка, - незаслуженно упрекаете нас. Она так глянула мне в глаза, что моя рука самопроизвольно плетью повисла и отказалась подчиняться. Словно гипнозом парализовала всех, здесь собравшихся. Вот не видели, потому и не верите. Они не станут же все врать одно и то же? А потом она вслух и громко объявила, что пока лишь его легко поранила. Однако очень скоро, так прямо и сказала, добьет его насмерть. Он, так она и говорила, погубил ее родных. Она не уточняла, как и что, но именно так и заявила, что мстит. Дальнейшую процедуру опроса и версии свидетелей чета Дроздовых слушать не захотела. Анастасия попросила супруга поторопиться к следователю, поскольку ее уверенность в своих предположениях с каждой минутой росла. Девчонка толкнула под колеса автомобиля именно одного из убийц в том лесу на берегу озера. И она знает имена остальных, ее необходимо отыскать поскорее, чтобы эти твари не погубили ее саму. Виноградов, увидев в дверном проеме до боли знакомые лица, Николая и Анастасии, досадливо сморщился и проскрипел зубами. Но поспешил сразу же возвратить на лицо доброжелательность и некое подобие улыбки, привставая с кресла и указывая на стулья, пригласил супругов присесть. Он не стал, как прежде, оправдываться и заверять, а просто пытливо смотрел на них, ожидая неких вестей от них самих. Но, поскольку супруги, молча, пытались отдышаться и успокоить свое волнение, он решил нарушить молчание и задал вопрос первый: -Были в больнице? Как там наша свидетельница, поправляется? И что говорят по этому поводу доктора? -Мы пока еще не были у нее, - все еще не справившись с одышкой, слегка заикаясь, поспешил с ответом Николай, посчитав просто неприличным задерживаться и молчать на вопрос. – Мы к вам совсем по другому поводу. Понимаем, что слегка сейчас скажем нечто ближе к мистике и малореальному, но оно случилось прямо на наших глазах, а потому откреститься сложно. -Да? – удивлено воскликнул Виноградов, немного даже обрадованный некому изменению в общении с четой Дроздовых. Ему до колик в животике не хотелось сейчас возвращаться к прежним стандартным ответам, от которых у самого оскоминой челюсти сводило. Второй месяц этого громкого резонансного убийства, а у них даже признаков более-менее приемлемой версии и в помине нет. Разумеется, гипотетических версий масса, да все они призрачные и никакими фактами не подтверждаются. С трудовой деятельностью погибших увязать не удалось. Наиболее правдоподобная, так с фактом случайного попадания в обзор преступников. Вот и ликвидировали лишних свидетелей, включая и детей. – И что это такое фантастическое попалось вам на глаза? Я готов внимательно выслушать. Ну, Николай Федорович, разумеется, в разумных аспектах. За пределы реальности мы заходить не будем. -Да в том-то и дело, что где-то на грани с мистикой, Леонид Алексеевич, - воскликнул азартно и загадочно Николай. – Ну, я сомневался слегка, стоило ли нам по такому поводу приходить, а вот моя супруга считает, что вы просто обязаны быть проинформированы, вам это нужно послушать. И Николай со всеми подробностями, добавляя предположительные домыслы супруги, поведал следователю о происшествии на перекрестке, сообщив, что в момент их ухода уже полицейские расспрашивали свидетелей. А потому их слова могут подтвердить очевидцы дорожного события. -Понимаете, если бы мы были там одни, так и самих бы сомнения одолели. Но там, на этом перекрестке поболей десяти человек, присутствовало. И все они с самого начала наблюдали эту эпопею девчонки с пострадавшим. Разумеется, ни я, ни Настя не станем утверждать, что там была наша внучка. Однако сходство настолько поразительное, что супруга даже предложила версию с Ангелом Вареньки, который решил отомстить мужчине за погубленные души. Вот потому мне и захотелось, а если точнее, так больше Насте. Это она потащила меня к вам, чтобы поспешить проинформировать и сообщить свои предположения. Ну, если отбросить мистику и Ангела, то все равно, явная месть остается. -Она так и сказала, что мстит ему за то, что он убил ее близких? Именно убил, а не обидел и не погубил? -Да, да, именно так и сказала. И не погубил, и не загубил. Как раз эти два глагола допускают интерпретации. А глагол убил – конкретный. Его уже по-иному понять невозможно. -Вы не учителем работаете, случайно? – улыбаясь, высказал предположения Виноградов. – Слишком сложно и литературно пытаетесь объяснить мне разницу в этих глаголах. -Нет, но заканчивал филологический, - поначалу, не совсем поняв вопроса, но уяснив смысл, смущенно улыбнулся Николай. Ему на работе, правда, шутя, ставили в укор эту литературность языка, не слишком и не всегда понимаемую в коллективе. – Простите, но проще сказать, что девчонка указала на физическое убийство ее близких. Это не было местью за иные обиды. Виноградов быстро схватил телефон и, набрав нужный номер, пригласил в свой кабинет какого-то Михаила, который оказался в кабинете буквально через несколько секунд, словно сидел и ждал этой команды. Опуская мифическое сходство того хулиганистого ребенка с внучкой супругов и их домыслы по поводу такого факта, следователь попросил Михаила разузнать с максимальными подробностями о событиях данного ДДП. И поскольку здание ГИБДД было рядом, то и ответ он рассчитывал получить быстро. Когда Михаил был уже возле дверей, внезапно Виноградов попросил помощника о нечто важном: -Ты узнай про этого свидетеля, возьми его координаты. Имеется у меня по поводу этого идейка, - и, когда за помощником закрылись двери, он уже обратился к супругам с просьбой: - У вас с собой фотография внучки имеется? Может, случайно оказалась в сумочке? А нет, так сбегайте домой, принесите. Мы сверили бы описания девчонки этим свидетелем с фотографией. Понимаю, - он виновато посмотрел на Николая, - в мистику, правда, и сам мало верю, а вдруг нам повезет, и этот мужичок, пострадавший от ее рук, и окажется одним из убийц? Вот тогда мне и в самом деле придется поверить в Ангела вашей Варвары. -Ой! – словно вспомнив нечто важное, воскликнула Анастасия. – Ведь и в самом деле, у меня имеется фотография. Ну, Коля, та, где мы втроем в парке фотографировались. Еще прошлой осенью. И она была в похожей одежде, что сейчас эта девчонка. Начало осени было теплым, летним, - сказала и быстро покопалась в сумочке, выложив на стол небольшую фотографию, не которой между бабушкой и дедушкой стояла Варенька. – Она здесь сильно похожа на ту девчонку, что толкнула мужчину. Вот именно больше, чем на остальных. Михаил вернулся минут через десять. И не один, а именно с тем мужчиной, который предпринимал попытки, задержать хулиганку, преступницу, как сам он и называл ее. Михаил пояснил, что там были кроме этого свидетеля еще парочку женщин, которые помогали составлять фоторобот ребенка. Когда перед мужчиной положили фотографию с внучкой Варенькой, мужчина от удивления подпрыгнул и ошалелым взглядом уставился в следователя. -Так вам она известна, да? Получается, что этот случай на дороге у нее не первый, раз вы ее знаете? Только глаза у той слишком злые, словно весь мир она возненавидела. А так, даже очень похожа. -Эта девочка на фотографии нам очень хорошо известна, и она приходится внучкой вот этих граждан. Но в том-то и дело, что к вашей девчонке она не имеет никакого отношения. -Но, как же так? – еще больше подивился свидетель. – Так это же она и есть, я ее очень даже сильно запомнил. Все здесь ее: и глаза, и волосы, и одежда. Ну, чуток не такая, но похожая. Но именно такие вот шортики и футболка. Цвет слегка иной, потемней, чем на фотографии. -Понимаете, простите, как вас звать? -Валерий Владиславович, - поспешил представиться мужчина. – Я и говорю, что та девчонка и эта, на фотографии, одна и та же. -Вот именно, что похожи, Валерий Владиславович. Эту девочку на фотографии звать Варвара. И фамилия у нее Дроздова. Насколько вы в курсе, так она единственная, выжившая в той кровавой драме на озере. И она в данную минуту находится в больнице. И непросто там лечится, а лежит в тяжелом бессознательном состоянии. Как понимаете, на дороге ее не могло быть. -Да, - протянул Валерий, почесывая в недоумении затылок и морща лоб от напряжения мыслей и в непонимании. – А ведь одно лицо. Я бы даже сказал, что это она и есть. Но, против фактов не попрешь. Ведь и в самом деле, - добавил он, глядя на Дроздовых, - не могла она сбежать из больницы. Ведь ей нужно было узнать, выследить и толкнуть, а она без сознания, как вы говорите. Следователь распрощался со свидетелем, упросил супругов отправляться к внучке или по своим делам, а сам решил все же навестить в больнице этого пострадавшего в ДДП. Да еще чудом уцелевшего. Для пущей убедительности решил пригласить с собой Михаила, чтобы тот подтвердил, посетив Варвару Дроздову, идентичность и фотографию с оригиналом. Когда они вместе вошли в палату к Изотову Валерию Михайловичу, 33 года отроду, женатого и имеющего дочь 10 лет, как проинформировал их лечащий врач, то на лице того уже блуждала довольная и умиротворенная улыбка человека, по случаю или по желанию самого господа, которому дарена жизнь и которому позволено дальнейшее пребывание в этом мире. Многочисленные ушибы, сотрясение мозга, разумеется, явились результатом такого соприкосновения с тяжелым грузовиком. Однако все органы, кости и сама жизнь вне опасности. -Еще легко отделался! – оптимистично и с некой гордостью заявил он, вошедшим к нему в палату следователям. – Признаюсь, боли было даже с избытком, казалось, чокнусь. А вот укольчик сделали, так даже и петь хочется от счастья и удовольствия. Ведь думал, что после такого удара целого места на теле не осталось, руки и ноги вдребезги переломало. Ан, нет, лишь синяками и гематомами, как говорит доктор, обошлось. А вы ту дурочку уже задержали? Мне сказали, что какая-то психопатка меня толкнула под грузовик. Конечно, сам бы я сроду на красный свет под такой поток автомобилей не пошел бы. Доктор предупредил, что Изотову сделали обезболивающий укол. И очень скоро, когда действие лекарства прекратится, с ним разговаривать будет трудно. Оттого, так показалось Виноградову, такая повышенная общительность у Валерия. Вот сейчас и нужно поспешить с вопросами, кои и запланировал задать он пострадавшему. Пока тот такой разговорчивый. -Скажите, Валерий Михайлович, - спросил Виноградов, показывая ему фотографию внучки с дедушкой и бабушкой. – Вам не знакома вот эта девочка в середине фотографии? Валерий взял в руки фотографию и, покрутив ее у своего носа, морща лоб в размышлениях и напряжении памяти, равнодушно отреагировал на лица, отраженные в ней, отрицательно покачивая головой. -Нет. Вполне возможно, что я ее могу знать, если вы мне напомните причину, но пока на ум мне ничего не приходит. Вроде, как кого-то она мне напоминает, вполне вероятно, где и видел. -Нет, это не наш случай, - подумал Виноградов, пряча фотографию в папку с бумагами. – Иначе в его глазах обязательно промелькнуло бы беспокойство. Он ведь должен знать, ему уже сказали, поди, тот приговор, что зачитала мстительница. А если нет, то озвучим сами, - вдруг решил следователь, и вслух задал этот провокационный вопрос: - По словам очевидцев, это она вас толкнула. А еще зачитала вердикт. Вы его слышали, вам уже доложили его содержание? -Простите, но там все настолько неожиданно и мгновенно произошло, что я ничего припомнить не в состоянии. Значит, это она, эта малявка меня и толкнула? Странно даже. Сколько себя помню, но детей до сих пор обижать не приходилось. У самого дочь Вера десяти лет. Чуть постарше этой будет. Так я даже супруге не позволяю физические наказания, ни при каких обстоятельствах. Чтобы из нее не выросла какая-нибудь мымра или мегера. Девчонок необходимо воспитывать в любви и в уважении к ним. Это вам не пацаны. -Хорошо, это все, что мы хотели узнать. Насколько мы проинформированы, так вы работаете в фирме «Юнитекс-Автоматик». На этом перекрестке находились по делам или просто прогуливались? -Да, но сейчас я в отпуске. Вот только вчера вернулся с отдыха. По заграницам немного прошвырнулся, а потом две недели в доме отдыха провел. И вот вместо работы на больничную койку угораздило. Дернул же черт перейти дорогу именно в этом месте. Мне, если честно сказать, так не особо и нужно было на ту сторону. Сейчас даже и припомнить не в состоянии, чего поперся туда. Видно, что-то или кого-то заметил, вот и рванулся на зебру. -Не наш клиент, - уже с большей уверенностью подумал Виноградов, собираясь покинуть палату больного. – Чистое совпадение. И девчонка просто слишком похожая на нашу Варвару. И не мог этот Изотов, судя по его словам, находиться в тот злополучный день на берегу озера. -А вы, какого числа отправились на отдых? – вмешался в их разговор внезапно Михаил. – Я так понимаю, где-то в начале мая? -Да, - с неким подозрением и внутренним волнением еще не мозгами, но уже чутьем Валерий уловил в этом вопросе опасную подоплеку и поспешил с ответом, уже не чувствуя прежнего комфорта. – Пятого мая. Билеты у меня были на вечерний рейс, но выехал я из города четвертого вечером. Леонид с Михаилом переглянулись, словно в мозгах у обоих сразу высветлилась единая мысль. И дата совпадает, и поведение Изотова вдруг стало каким-то неустойчивым, нервным, словно вмиг куда-то исчезла излишняя общительность, его напрягли вопросы о последнем дне перед отпуском. Вполне допустимо, что в этот день произошло нечто слишком запоминающееся. -Валерий Михайлович, а про тот день не можете припомнить, вы с утра до вечера дома были, или куда отлучались по каким-либо делам? – спрашивал Михаил, который первым заподозрил неискренность пострадавшего касательно этой даты. Если на фотографии он и не узнал девчонку, так он просто не мог ее видеть живьем, поскольку она лежала отдельно от всех остальных. -Ну, - нервно вздрогнул от самого вопроса, однако поспешил с ответом Валерий, чтобы не вызывать лишних подозрений, - по магазинам прошвырнулся, так, легко пробежался, то, се в дорогу прикупил по мелочам. Да и все. А потом с женой немного выпили на дорожку, и я на Московский отправился. Она меня не провожала, дома с дочерью осталась. Да и зачем? Такси вызвал, и на вокзал поехал один. Решили, что незачем провожать. -Хорошо, Валерий Михайлович, - внезапно резко встав и незаметно толкнув локтем Михаила, проговорил Леонид. – Выздоравливайте и всего вам доброго. Если что вспомните, вызовите нас через врача. Уже в коридоре Михаил спросил Виноградова: -Я так понимаю, что вы уже его полностью изобличили в неискренности? Что-то он излишне заволновался от наших вопросов. А вам не показалось, что он может оказаться одним из наших фигурантов? -Понял, Миша, а потому прошу установить за ним наблюдение. И фиксировать всех его посетителей. А сам постарайся неприметно, но максимально подробно узнать о его трудовой деятельности и о лицах, с кем он чаще и плотней контактирует. Хотя, я на все сто не уверен, что он причастен именно к нашему убийству, а вот с той девчонкой, что толкнула его под колеса, у него имеется что-то их объединяющее. И случилось оно перед его отъездом. -Странно все это, кончено, и слишком непонятно. Наша Варя, так похожая на ту хулиганку-мстительницу, разумеется, и быть ею не могла. Она до сих пор без сознания. Хоть доктора и говорят, что состояние у нее стабильное, и она, будто находится в состояние сна, однако, даже представить трудно, что Варя просыпается и бежит в город с целью, отомстить обидчику. Получается, что в нашем городе есть девчонка, как две капли похожая на Варвару, и которая мстит этому Изотову за обиду, ей нанесенную. Хотя, полностью месть за гибель Варвариных родителей я бы не исключал. Даты слишком уж совпадают. Да и мог он вполне после совершенного убийства даже не раз успеть на этот московский рейс. И хотя следователя Виноградова пока еще одолевали сомнения касательно версии Михаила, однако в адрес Изотова уже вкрались серьезные и обоснованные подозрения. Что-то нехорошего и ужасно скверного натворил этот парнишка, раз его желает убить такой маленький ребенок. И случилось это происшествие именно в день убийства на озере. Такой разговорчивый, добродушный и доброжелательный Валерий мгновенно изменился в лице и в настроении при озвучивании даты четвертого мая. И именно в этот день некие отморозки вырезали две семьи. И одним из этих убийц мог оказаться наш Изотов Валерий. Вот черт, внезапно про себя чертыхнулся Леонид. Ну, не принимать же за веру версию Анастасии Дроздовой об Ангеле, что в образе их внучки задумал вдруг жестоко покарать убийц. Тогда остается лишь ждать от нее дальнейших попыток мщения, чтобы получить подтверждения безумной версии. -Миша, - уже вслух произнес Виноградов. – А давай примем за единственную пока возможную версию месть некой девчонки за гибель семерых на берегу озера четвертого мая. -Ну, и что нам даст эта мистическая версия? Добавит головной боли и внесет еще большего непонимания. -Нет, я не предлагаю разрабатывать и идти по этому направлению. Пока, - добавил Леонид, немного подумав. – Просто, ежели оно так и есть, то мы можем ожидать дальнейших проявлений мести. А, стало быть, появятся новые пострадавшие. И заметь, как она выразилась, со смертью эта девчонка не торопиться, желая ему поначалу предоставить малость болевых страданий. Возьмем на заметку и будем плясать от нашей новой версии. Просто думать в этом направлении, пока не озвучивая ее вслух и не распространяя по прокуратуре, чтобы нас не приняли за психов. Об этом будем знать лишь ты и я. -Если быть справедливым до конца, – хмыкнул Михаил на эти сомнительные предложения следователя, - то сия версия озвучена Дроздовыми. Это они уговорили нас поверить их мистическим соображениям. Да только в таком случае нам придется учитывать и их версию с Ангелом-мстителем, что в образе Варвары задумал вершить возмездие. -То есть, самосуд, что идет в разрез с уголовным законодательством. И нам придется, если получится, в следующий раз задержать ее, привлечь эту мстительницу по закону, чтобы не потворствовать самосуду, - добавил Виноградов. – Право на вынесение приговора имеет только суд. -Ну, вы и загнули, Леонид Алексеевич! – иронично проговорил Михаил, даже приостановившись от такой комической дерзости начальника. – О каком соблюдении законности вы сейчас тут говорите? Насколько я понимаю, так у Ангелов иные представления о справедливости и правового наказания. И что любопытно, то они абсолютно не собираются с нами по этому поводу консультироваться. А потом, Леонид Алексеевич, вы как планируете арестовывать и предъявлять обвинение призраку. А отбросив мистику, то и здесь у нас проблемы с требованием справедливого наказания. Девчонке нет еще 14. -Призраку и Ангелу – это большая разница, - отвечал Виноградов, принимая игру помощника. – Да вот пока еще ни в ангелов, ни в призрака верить я не собираюсь. Имеет это происшествие логическое материалистическое объяснение. Только оно еще прячется во мгле таинственности. Но я планирую его разгадать. И вовсе не собираюсь я привлекать неведомого ребенка. Ей максимум, если судить по нашей Варваре, 8-9 лет. А вот Изотова я выверну наизнанку. Я поговорил с лечащим врачом, и он мне сообщил о времени следующего обезболивающего укола. Понимаю, грубовато и жестоковато, но, мне так кажется, в ожиданиях облегчения его язык окажется более правдивым, он поведает нам о событиях четвертого мая. А Изотов уже не чувствовал себя столь комфортно и беспечно, как до появления следователей. Ужасная боль, парализующая все тело, временно отступила после укола, и теперь казалось, что она покинула его навсегда. Так только казалось, но умом он понимал, что она обязательно возвратиться. Однако пугаться и ужасаться ее возврата не обязательно. Врачи рядом, сразу же помогут. Да и, как они говорят, все его органы в целости и сохранности, травмы не грозят ни потерями трудоспособности, ни какими-либо ограничениями. Легко отделался, однако, после встречи с таким грузовиком. И водитель вовремя притормозил, чтобы не успеть нанести смертельный удар. И упал Валерий более-менее удачно. Да вот только явление следователей внесло в душу тревогу и беспокойство. Зачем они желают знать его перемещения именно четвертого мая? Неужели у них могли возникнуть какие-либо предположения или улики, указывающие на его присутствие в тот день в лесу на берегу озера? И откуда взялась фотография некой неизвестной девчонки, если после той памятной сечи никого в живых не осталось? Или они упустили ее, эту паршивую малолетку, которая спряталась в кустах и могла запомнить их. И теперь задумала мстить. Да нет, глупости какие-то все это. Не могли они даже намеков на улику оставить на том месте. И уже потом, сидя у Святого Источника, им на глаза попадались знакомые, которые запросто подтвердят их алиби. Вот дурак, внезапно понял Валерий! Зачем он так неразумно соврал следователю, что с утра из города никуда не отлучался? Это его ошибка, которую необходимо срочно исправлять. Ну, хорошо, и это не беда, в следующую беседу, коль такая состоится, он скажет, что оговорился. Мол, сразу и не припомнил, как с друзьями провел свой последний перед отъездом день. 4 Дарья, супруга Эдуарда, заглянула в гараж, где с утра возился ее муж над старенькой, но пока еще очень даже исправной и хорошо им служащей, иномаркой, постояла у ворот минут пять, рассматривая мужа сзади, нырнувшего под открытый капот автомобиля и не обращающего на внешний мир никакого внимания, тяжело вздохнула, в раздумьях и сомнениях, стоит ли его отвлекать. -Эдик, - наконец-то решилась она его окликнуть, поскольку поняла, что самостоятельно из недр автомобиля он выползет нескоро. – Ты хоть на ужин придешь, или опять дотемна провозишься? Вот вместо этой поездки мы лучше бы добавили чуток и купили новый автомобиль. Твой, по-моему, чаще на тебе сидит, чем ты в нем. Самому не надоело? Выслушав тираду супруги, не меняя позы и не пытаясь даже на краткое время покинуть подкапотное пространство, Эдуард завершил там свои дела и, не спеша, вынырнул наружу, лукаво и весело рассматривая жену, словно увидел в ней нечто для себя смешное. -Даша, - начал он с легким упреком, но ласково и нежно, поскольку любил свою жену и позволял ей всякие вольности в обращении и замечаниях. – Во-первых, под моим постоянным надзором наша старушка прослужит нам еще лет несколько, как минимум. Машина – зверь, и я лично знаком с каждым ее винтиком, и как за самого себя могу поручиться, что никогда меня не подведет. А во-вторых, ты абсолютно неправа. Максимум раз в месяц я позволяю это посвящение ему, и заметь, лишь в выходной день. А за это в знак благодарности он ни разу еще не показал нам свой норов. Я не хочу считать замену проколотого колеса. Такой факт относиться к разряду несчастных случаев, а не поломок. -Так все равно, ему давно на пенсию пора. Вон, и Болюки, и Седовы уже по нескольку раз сменили своих старушек на новые, а мы восьмой год на одной и той же, словно относимся к разряду бедных. -Это потому они так часто меняют автомобили, что без уважения к своему личному транспорту относятся. Загоняют его, пока он не выдохнется, вот и приходится тратиться на новую. А мы еще малость подкопим, и сыну квартиру сумеем приобрести. На будущее, а оно не за горами. Мало ли как сложится все потом. И учиться в наше время нынче трудновато и накладно. -Ой, я тебя умоляю, Эдик! Славик только-только в пятый класс перешел, а ты его уже во взрослые записал. -Не еще, а уже, и это большая разница. А ведь только вчера я его из садика забирал, в первый класс отводил. Во, время летит, а? Ладно, Даша, иди, стол накрывай. И коньячок не позабудь. Не слишком я и занимаюсь своей машиной, все больше для профилактики, потому, грех на меня обижаться. А Дарья и не обижалась на мужа. И по поводу автомобиля она для порядка поворчала. Незлобиво и без упреков. Эдуард во многом прав. Это сейчас у них в семье относительное изобилие. А пройдет какое-нибудь время, исчезнут эти, душу и тело радующие, подработки с прибылями, порою равными годовому официальному заработку мужа. А так, у них и средства на образование сыну лежать будут в заначке, и квартира дождется момента, когда он повзрослеет. И не обязательно, что жениться. Вот станет зарабатывать себе на жизнь, и пусть живет отдельно от папы и мамы, почувствует себя самостоятельным. Ведь не все время мама обязана ухаживать и обихаживать. Пусть, вот только повзрослеет, сам по себе попробует. Ой, ужаснулась в душе и рассмеялась Дарья! Это куда так далеко она замахнулась-то? Сыну еще, как минимум, еще столько прожить нужно, сколько успел уже, вот тогда он и станет взрослым. Хотя, в это даже слишком прав муж: годы летят, как пули свистят. Это ведь в школе да в институте они, вроде как, тянулись помедленней. И еще, когда Саша был маленьким. А потом, когда пошел в садик, так не заметили, что уже и в школу сыну пора. И вот вам уже в пятый класс первого сентября идет. Жена ушла, и Эдуард, сладко потянувшись и размяв затекшие суставы, захлопнул капот и удовлетворенно хмыкнул. Скопил он деньжат в евровалюте на новую и долгожданную Японскую иномарку. Вот только и эта еще послужит годик-другой. А потом подправит, подчистит и выгодно сбудет в другие руки. Да, если бы этот Игорь не уперся, то у них уже у каждого в бригаде было бы по две иномарки. Чистоплюю вонючий. Вот только с таким важным и нужным клиентом рассорил его. Черте с два теперь Сазонов хоть когда пожелает обратиться к нему, даже если и сам попросишься. Послал бы он этого Седова куда подальше, да не нужен Эдуард Сазонову без Седова Игоря. А без Игоря и сам Эдуард получается пустышка. Слишком зыбкую систему создал Седов из их шестерки, что выбывание даже одного члена чревато длительным простоем, застоем и срывом. Оно-то без лишних лиц лучше, спокойней и прибыльней, да только будущее по этой же причине неустойчиво. И складывается такое представление и внутреннее ощущение, что еще пару-тройку лет, и Игорь пожелает прикрыть эту лавочку, создав к этому времени трамплин для себя, чтобы уйти в свое дело. А всем им, к такому сценарию неготовым, сложно придется выкручиваться без левого приработка. Потому и создает запасы на будущее Эдуард. Авось, и у него самого что-нибудь с бизнесом получится? Ну, хотя бы какую-нибудь маленькую конторку создать, вроде по недвижимости или по оказанию каких-либо услуг. Маленькую, но денежную. И независимую. Да ну его, махнул рукой Эдуард, протирая руки тряпкой, слегка смоченной в бензине. За эти два-три года всякое может случиться. Чего заранее заморачиваться и забивать себе голову всяким мусором. В гараж заглянул сосед по гаражу и без намеков предложил выпить в честь окончания рабочего дня. -Нее, - протянул, довольный днем и результатом, Эдуард. – Жена дома ждет. И стол накрыла, и бутылочку выставила. Так нечего аппетит сбивать. А за приглашение благодарю, как-нибудь в другой раз. Сосед согласился и скрылся в своем гараже, из которого слышались уже не совсем трезвые голоса. Ну, и зачем, спрашивается, приглашал, ежели у них своя, да еще такая веселая компания? Так, приличия ради? Отмахнулся от ненужных лишних мыслей и решил поспешить с переодеванием, поскольку соседское предложение распалило аппетит и желание выпить грамм сто-сто пятьдесят коньяку. Вот сколько раз уже планировал обустроить в гараже маленький мини бар с парочкой бутылок любимого коньяка? Не пьянства ради, а вот так, в охотку, когда желания переполняют и прут через край, опрокинуть стопарик. А уже дома без жадности и сильного рвения продолжить. Но и сейчас прогонял излишние мысли из головы. Как говорится в классических произведениях, что ружье, коль оно висит на стене, то обязательно выстрелит. Стоит лишь распуститься на денек-другой, как этот стопарик войдет в привычку. А там и до регулярного пьянства недалеко. Себя нужно держать в строгости, тогда в жизнь приходят лишь радости. И от таких вот правильных мыслей Эдуард самодовольно улыбнулся. Вновь изгнал из себя дьявола-искусителя. Для полного счастья, так лучше свой банк пересчитать. Вот где гораздо крепче и опьяняюще любого спиртного. Спрятавшись за шкафчиком, стоящим в углу гаража, Эдуард, бросив косой взгляд в сторону въездных ворот и убедившись в отсутствии посторонних, достал из тайника барсетку, завернутую в полиэтиленовый пакет, развернул и вынул из нее стопку евриков. Аккуратно пересчитав и убедившись, что суммарная цифра осталась прежней, счастливо выдохнул, словно после бокала коньяка, крякнул, понюхал валюту, и вернул сверток обратно в тайник. Да, допинг, лучше любого самого замечательно коньяка. Бодрит, пьянит и радует. Аккуратно замаскировав импровизированную дверцу сейфа-тайника, Эдуард выглянул из-за шкафчика и от неожиданного видения испуганно вздрогнул. Одна створка ворот была прикрыта, а в проеме второй, распахнутой половинки, стояла ребенок-девочка, чуть младше по возрасту его сына. Но очевидно и явно Эдуарду незнакомая. Оправившись от первоначальной растерянности, напустив на себя строгость и недовольство, Эдуард жестко спросил: -Тебе чего, девочка? Ты, случаем, не ошиблась дверью? Я сейчас буду закрываться, так что, иди-ка лучше домой. Не место для игр ты избрала, здесь хорошим и послушным детям делать нечего. Но девчонка на его строгости отреагировала полным безразличием, не выразив на лице ни растерянности, ни испуга. Она продолжала, молча, сверлить Эдуарда пронзительным взглядом, словно он здесь может оказаться провинившимся, а не ее персона. И ему вдруг показалось, что девочка глухонемая, а потому на его слова у нее такая реакция. -Ты, я понимаю, плохо, или совсем не слышишь? Я тебе понятно и внятно говорю, что здесь твоих никого нет! – и Эдуард, переходя на язык глухонемых, попытался жестами объяснить ребенку, что ей лучше покинуть чужую территорию. – Иди, девочка, домой, там, поди, тебя ждут, уже и могли потерять, а ты здесь по гаражам шляешься. Где твои родители? -Я не глухонемая. И с первых слов поняла тебя, не нужно так надрываться, - наконец-то сказала свои первые фразы девчонка, начисто развеяв предположения Эдуарда, что она неспособна понимать его по причине плохого слуха, а потому и внимает его настоятельным требованиям. – Только я не ошиблась, а как раз пришла по адресу, Эдуард Денисович Кулик. -Ах, не глухая и не немая! И ко всему прочему, мы с тобой знакомы? – не меняя сердитого тона на доброжелательность, еще больше завелся Эдуард. – Но и все равно, мне пора уходить, и я не собираюсь по твоей милости здесь задерживаться. Меня дома ждут, как и, скорее всего, тебя. Так что, до свидания, девочка, всего наилучшего. А родителям большой привет. -До свидания, Эдуард Денисович. Я считаю, что сегодняшняя встреча не прощальная. Ах, тебя дома ждут жена и сын? А меня, ты даже не поверишь, ждать абсолютно некому, поскольку ты моего папу убил. А твои друзья маму и братика. Мне поэтому просто идти некуда и не к кому. Вот я и пришла к тебе, чтобы отомстить за это зло, что ты причинил мне и моим близким. Эдуарду поначалу хотелось грубо ответить нахалке и за шиворот выбросить ее из гаража, как паршивую невоспитанную девчонку. Но вдруг до него дошел смысл ее слов, которые парализовали мышечную систему Эдуарда, не позволяя ему ни пошевелиться, ни ответить. Ужас заполонил его от пяток до волос на голове. Но, проявив не дюжие усилия воли, Эдуард попытался сохранить на лице непонимание и непричастность к тем обвинениям, которые она только что ему предъявила. Ведь маленький ребенок мог и ошибиться, перепутать его с кем-либо. Однако девчонка, даже не планируя выслушивать оправдания, твердо уверенная в своей правоте, резанула своим взглядом по его глазам, добавляя к прежнему страху еще небольшую порцию ужаса, который и без того уже переполнил сердце и душу, разрывая их и корежа. А затем, поставив на открытую канистру с бензином ногу, легонько толкнула ее от себя. Из емкости, резко пахнув парами, струйкой потек бензин, лужицей приближаясь к онемевшему Эдуарду. Он явственно и осознанно понимал, что именно сейчас, срочно, быстро, немедленно необходимо перейти из пассивного состояния наблюдателя к активным действиям, чтобы успеть еще, избежать кошмарной неминуемой беды. Но девчонка слишком торопилась с возмездием. Она, продолжая буравить острым взглядом Эдуарда и парализуя его волю своими гипнотизирующими глазами, неизвестно и непонятно откуда достала зажигалку, чиркнула ею, добывая огонь, и горящую ее бросила рядом с горловиной канистры, ядовито ухмыляясь его реакцией. Пары бензина, скопившиеся за эти секунды, мгновенно с легким взрывным хлопком вспыхнули, опалив пламенем и саму поджигательницу. Однако она, не обращая внимания на это мелкое недоразумение и на дикий вопль Эдуарда, не спеша, вышла из гаража и захлопнула за собой вторую створку. Истошный крик был услышан соседом и компанией, что весело проводила вечернее время в соседнем гараже. Мужчины энергично повыскакивали наружу и, обнаружив рядом с горящим гаражом Эдуарда чужого ребенка, не придумали ничего лучшего, как наброситься на девчонку с глупыми вопросами. -Девочка, а что здесь случилось, почему и кто так сильно кричал? Ты, случаем, не знаешь? -Знаю. Это я Эдуарду причинила боль за папу, которого он лично своими руками убил. И это я пока еще ему причинила лишь страдания, которые он заслужил и получил. Но потом его ожидает смерть. Пусть пока немного обгорит и помучается, - вполне серьезным тоном ответила девчонка. -Так это ты, паршивка, подожгла его, что ли? – спросил сосед, хватая неизвестную поджигательницу за руку. – Мужики! – внезапно завопил он в отчаянии, вдруг осознавая в этом пожаре опасность и для своего автомобиля. – Выкатывайте мой Жигули побыстрей, а я эту поганку придержу. Это, оказывается, она устроила нам пожар, чертова девчонка. В полицию сдадим ее, пусть с родителями разбираются, и те оплатят наши потери, если сгорит что. Мужчины, хоть и успели принять на грудь приличную дозу алкоголя, однако успели сообразить и понять ту опасность, что угрожает не только автомобилю друга, но и им самим. Они уже выкатывали жигуленок товарища из гаража, и откатили его на безопасное расстояние. А один из них все же осмелился распахнуть створку пылающего гаража, из которого в тот же миг мгновенно вылетел, весь охваченный огнем, орущий и дергающийся в судорогах, Эдуард. Мужчины поспешили к нему на помощь и быстро забросали живой факел песком и тряпками. А к месту пожара уже бежали со всех сторон гаражного общества автовладельцы со своими огнетушителями. И уже минут через пять мощный крик сирены известил о прибытии пожарных машин. А тут и скорая подоспела, врачи которой поспешили к пострадавшему Эдуарду. -А где девчонка? – неожиданно возмущенно и удивленно заорал сосед, только что державший поджигательницу в своих руках и вдруг обнаруживший, что в своей руке вместо девчонки он держит обыкновенный веник. Будто некая волшебная сила совершила такое превращение. – Да я только что ее держал, даже руку из своей не выпускал. -Слушай, а она точно была, а? – поинтересовался один из его собутыльников, выражая вопросом недоверие. -Ну, вот, можно подумать, ты сам ее не видел, - обиделся сосед на такое явное с намеком замечание. – Она даже вслух призналась мне, что сама подожгла Эдуарда за то, что он убил ее отца. Мол, отомстила. -Простите, - к соседу подошел полицейский, один из наряда, прибывшего на этот пожар. – Вы только что сказали про некую девчонку, которая из мести подожгла вашего соседа. Она так вам и сказала, что за убитого отца? Простите, а как ваше имя? Мне хотелось бы вам задать несколько вопросов. -Анатолий. Анатолий Викторович Погодаев. Я сосед по гаражу этого Эдуарда. Ну, который обгорел. Фамилию его не знаю, сразу скажу. Мы с друзьями сидели у меня, выпивали чуток. А тут вдруг раздался такой ужасный крик, что мороз по коже пробежался. Ну, я на улицу выскакиваю, а там возле горящего гаража эта девчонка стоит и на огонь эдак злорадно посматривает, радуется пожару. Точно, чокнутая какая-то. Я хватаю ее за руку, поскольку вдруг сообразил, что причастная она к пожару, а она мне и говорит, что специально подожгла его, потому что Эдик убил ее отца. Она ему отомстила, но не до конца. Говорит, пусть, мол, пострадает, помучается болью, а потом все равно его добьет. Ну, думаю, с дурдома девка сбежала. Маленькая, а такая сильная. Только руку я ее не отпускал. Думаю, обратно в психушку возвращать ее придется. А тут и суета началась с пожарными, с беготней, и вы подъехали. Я глянул, а у меня в руках этот веник. Мало того, что чокнутая, так еще и ведьма. -Да, да, мы подтверждаем, была девчонка, - поспешили на помощь Анатолию его товарищи. -Вы ее запомнили, описать можете? Ну, в чем одета была, как выглядела, сколько ей лет? – спрашивал полицейский. -Да обычная девчонка, как и все дети. И одета просто. Шорты, футболка и сандалики. Или туфли? Вот этого я не приметил, не до обуви мне, было, а лет так девять ей, не больше, - описал ребенка Анатолий. Полицейский выслушал Анатолия и его друзей, а затем достал мобильный телефон и кому-то позвонил. -Алло, Леонид Алексеевич? Вас беспокоит лейтенант Лисовенко. Я тут с пожара звоню. Вас это должно заинтересовать. -Ну, и чем это может меня заинтересовать пожар, лейтенант? – слегка удивленным тоном спросил следователь. -Я так думаю, что вчерашним авто происшествием на перекрестке, - поспешил раскрыть все карты Лисовенко. – Вернее, фигурантом в этих обоих событиях. Я имею в виду некую девчонку, что подожгла гараж вместе с хозяином, неким Куликом Эдуардом Денисовичем. Меня Михаил, ваш помощник, предупредил, чтобы я вам сразу звонил, если нечто схожее произойдет. Ну, он предупреждал, чтобы ему, а вам, если он не ответит, а вот мне почему-то показалось, что лучше сразу вам. Все равно, потом и ему вы сами перескажите. -Да? – уже заинтересованным голосом отвечал следователь Виноградов. – Адрес назови, я сейчас прибуду. И свидетелей мне попридержи. Хочется услышать от первоисточника. Уже через десять минут автомобиль следователя Виноградова въезжал на территорию гаражного общества. Искать и спрашивать о месте происшествия ему не пришлось, поскольку над гаражом Эдуарда все еще клубились дымки останков пожарища и пары воды, залившей его. Да и народ, все еще не желающий расходиться, продолжал обсуждать событие, осуждать беспечность хозяина, кто не знал истинной причины пожара, и коварство сумасшедшей малолетки, до слуха которого дошел факт поджога и слова мести. Лисовенко, увидев машину следователя, поспешил навстречу. И они уже вдвоем подходили к группе, столпившейся возле сгоревшего гаража. Полицейские попросили посторонних оттесниться подальше от места пожара, оставив возле самого гаража Анатолия и его друзей. Вот именно к ним и привел Лисовенко следователя Виноградова. Леонид Алексеевич поздоровался за руку со всеми ими и без предисловий показал Анатолию фотографию Варвары. -Она? – только и успел он задать ему вопрос этими двумя словами, как сразу получил утвердительный ответ. -Она, точно она, - удивленный фактом наличия фотографии преступницы в руках следователя, ответил Анатолий. -Ошибки быть не может? – на всякий случай переспросил Виноградов, хотя, несмотря на сильный алкогольный аромат, исходивший из нутра свидетелей, он уже понимал правдивость подтверждений всей компании. -Да, она, точно она! – в унисон твердили друзья Анатолия. – И одета точно так. Ну, почти. По-моему, футболка была другого цвета. А шорты, так, скорее всего, точно такие. Так она вам известна, что ли? -Возможно, вполне возможно, - туманно ответил следователь, и попросил Анатолия повторить рассказ, который он уже успел донести до Лисовенко. – А почему вы считаете, что футболка другого цвета, а шорты такие же, а? Ведь такое на фотографии сразу и не определишь. -Ну, почему-то в глаза сразу так и бросилось, - слегка смутившись, замялся Анатолий, словно его уличили в нечестности. – Понимаете, резкий контраст сверху, и копия одежки снизу, вот, - категорично добавил он. -Хорошо, я вам верю, вы не сомневайтесь, - поторопился успокоить свидетеля следователь. – Вы рассказывайте. Второй раз просить Анатолия не пришлось. И он со всеми подробностями, добавляя к событию новые, вспомнившиеся детали, пересказал все происшествие, начиная с эпизода приглашения Эдуарда к их столу, и заканчивая веником, что оказался в его руке вместо девчонки. -Вот, вы не поверите, - горячо и убежденно твердил Анатолий, жестикулируя руками и приглашая в помощь своих товарищей, которые активно поддакивали. – Но я ведь из рук ее не выпускал, несмотря на всю суету с пожаром, на эту толкотню и беготню. Точно, колдунья она. Ведь заметно было, что пламя и ее коснулось, слишком приметно и волос обгорел, и одежка слегка в ожогах, пятнах таких с чернотой. А ей хоть бы хны. Ни грамма на лице страданий от боли. Я, говорит, отомстила за папу, которого он убил. Только вот этот Эдик еще чуток поживет, чтобы насладиться болью, а потом, мол, она его собирается добить насмерть. Даже не знаю, что у них там могло произойти, когда он мог ее обидеть, да только Эдик – мировой мужик. Такой на преступление не способен. Да еще человека убить – бред какой-то! В этом факте Анатолий попытался горячо и убедительно заверить следователя, а его товарищи усиленно кивали головами в знак подтверждения. Виноградов выслушал рассказ, стараясь быть предельно внимательным, чтобы не упустить детали, но в конце все равно вручил визитку Анатолию и попросил его для протокола явиться в прокуратуру с самого утра. -Только, прошу вас, быть трезвым, чтобы вам веры больше было. Да и не прилично в такое заведение являться выпившим. -Да я и сейчас правду говорю, - искренне обиделся Анатолий на недоверие по причине легкого хмеля в организме. -Я вам и сейчас верю, - поспешил заверить следователь. – Но в протокол хотелось бы внести рассказ трезвого свидетеля. Утром следующего дня, когда Виноградову из дежурной комнаты сообщили о появлении приглашенного им вчерашнего свидетеля пожара Анатолия, Леонид Алексеевич поспешил набрать номер телефона помощника и пригласил его свой кабинет, чтобы заслушать его рассказ вместе. -У меня сейчас будет интересный свидетель по вчерашнему пожару в гаражном обществе на юге города. Не хочешь его послушать интересный рассказа? – приглашал Леонид Михаила. -И с каких это пор мы стали вдруг заниматься пожарами? – поначалу даже не понял причины приглашения удивленный Михаил. – Или вы взяли, как дополнительную нагрузку? -Во-первых, по приглашению твоего друга Лисовенко. Он почему-то мне позвонил, хотя и у него с тобой соглашение. А уже, во-вторых, так по той причине, что фигурант нас может заинтересовать. Думаю, понял о ком речь? – ответил Леонид, намекая на автомобильное происшествие на перекрестке. -Да ну? – воскликнул Михаил и буквально через минуту сидел в кабинете Виноградова на стуле аккурат напротив следователя. – Девчонка еще раз проявила себя? Ну, и кто в этот раз? -Некий Кулик Эдуард Денисович. Ну, подробности нам сейчас повторит свидетель, некий Анатолий Викторович Погодаев. Сосед по гаражу этого Эдуарда. И он не просто видел, но и держал за руку нашу девчонку, едва не поймал, да ушла. И по фотографии опознал в ней нашу Варвару. -И что связывает нашего пострадавшего на дороге с этим погорельцем. Разумеется, кроме девчонки. -Место работы. Одна компания и один отдел. То есть, совместная трудовая деятельность. А потому, сразу после разговора со свидетелем, отправишься по адресу компании, и постарайся без привлечения к себе внимания, разузнать про этих двоих пострадавших максимум информации. Мы предполагаем наличие преступников, вырезавших обе семьи, от четырех до пяти человек. И если этот фантом нашей Варвары мстит своим обидчикам, то попытайся выяснить круг их трудового общения. С кем они могли быть, настолько тесно связаны, что решились на совместное преступление. Не обязательно в фирме, возможно и за ее пределами. Однако, эти сообщники имеют с ними нечто общее. -Глупость, конечно, ляпну, Леонид Алексеевич, - немного помявшись и смутившись своей невероятной сумасшедшей версии, внезапно пришедшей на ум, неуверенно проговорил Михаил. – Но мне так представляется, что ежели уж поверить в наличие фантомов, так они должны быть в образе одного из погибших. А наша Варвара жива и вполне здорова, как ставят ей диагноз доктора. Просто крепко спит, да и только. Даже они понять причину ее сна не могут. -Не болтай глупостей, Миша! – отмахнулся от бредовой идеи Леонид, абсолютно не зацикливаясь на мистических версиях преступления. – Ни в колдунов, всяких там ведьм, а уж тем более фантомам, верить даже не планирую в ближайшие сто лет. Пока из ума не выжил, - добавил твердо следователь. – Имеется в наших случаях некое материалистическое и вполне здравое объяснение. Просто мы пока его не видим, а потому не понимаем. -Не знаю, не знаю, - неуверенно произнес Михаил, однако свою версию развить не успел. В кабинет вошел свидетель Анатолий Погодаев. Леонид вышел из-за стола навстречу Анатолию и за руку поздоровался со свидетелем, приглашая присесть на стул рядом с помощником, пододвигая к нему пепельницу, если тот вздумает курить. -Это Михаил, мой помощник. Анатолий Викторович, расскажите, пожалуйста, еще раз и с максимальными подробностями вчерашнее происшествие. Сегодня уже под протокол. Мой помощник будет записывать. -Да я всегда, пожалуйста. Мне повторить несложно. Только нового я ничего добавить ко вчерашнему рассказу не смогу. Ведь мы с друзьями услышали крик, когда находились в своем гараже. То есть, в моем. И когда выскочили наружу, так гараж уже пылал, а она, эта сумасшедшая, стояла рядом и вовсе даже не собиралась скрываться. Даже эдак громко и с пафосом заявила нам, что это она сама лично и подожгла гараж вместе с Эдиком. Вот что удивительно, так это ее предположение, словно в этом была уверена на все сто процентов. Хотя, в таком пекле и мы сами не были уверены, что Эдик не погибнет в огне. А она заверяла, что сейчас он лишь получит свою заслуженную порцию боли. И предупредила, что чуть позже его убьет. Да, прямо так мне и сказала. Я не один это слышал, товарищи рядом стояли. И Анатолий еще раз повторил свой рассказ, пересказанный вчера два раза. Он и сегодня никак понять не мог, откуда у него в руках оказался этот веник, словно она в него и превратилась. -Так ведь у меня в гараже и в помине не было такого. Из дома старый, весь потрепанный еще весной, где-то в начале марта принес. А этот новенький, поди, и пыли не знавший. Была рука, я ее хорошо ощущал, а потом, как глянул, а вместо нее у меня этот веник. -Ну, вырвалась, скорее всего, - недоверчиво ухмыльнулся Михаил. – Вот и подсунула его вам, чтобы вам казалось. -Так в том-то и дело, - в отчаянии восклицал Анатолий. – Смирнехонько стояла, даже не пыталась вырваться. -Что ж это, получается: стояла, словно уверенная была в побеге? А потом все-таки умудрилась вас перехитрить. -В том-то и дело, что стояла, словно кукла тряпичная. Так и выходит, что знала, как от меня сбежать. -Хорошо, - закончил свой опрос свидетеля Леонид. – Подписывайте протокол и можете быть свободны. Если понадобитесь, мы вас вызовем. Ну, а коль вспомните что, или ваши товарищи припомнят, так ко мне бегом. -Минутку, Леонид Алексеевич, - внезапно попросил задержаться свидетеля Михаил, словно нечто припомнил. – Анатолий Викторович, ну, а как соседа по гаражу вы знаете Эдуарда? Не подскажете, когда он последний раз был в своем гараже, ничего подозрительного не происходило? -Вот точно не припомню, - задумавшись и покопавшись в памяти, неопределенно произнес Анатолий. – Но давненько не встречался. Больше месяца. Он, как я слышал, в отпуске был, с супругой ездил куда-то отдыхать. А мальчишка его, он с моей дочкой в параллельном классе учится, у родителей это время проживал весь месяц. Во, вспомнил, точно! – обрадовано воскликнул Анатолий от внезапного озарения памяти. – Сразу после майских праздников. Ну, да, именно четвертого мая, утром. Он с товарищем заскочил, взял кое-что из вещей и убежал. Я его еще спросил, куда, мол, спешит, а он так и сказал, что на пикник. -А товарища его знаете? -Нее, первый раз видел. Ну, в принципе, я-то близко и с Эдиком не общаюсь, он в гараже не любит выпивать, как я, - сказал и слегка смутился своего откровения, а потом добавил в оправдание: - Так, где еще с друзьями выпьешь, как не в гараже? Дома супруга возражает. А вот Эдик, так тот предпочитает дома пить. Ну, а если признаться, так я его пьяным ни разу не видел. -То есть, четвертого мая он с друзьями шел на пикник? – попытался уточнить дату Леонид. -Да, четвертого. Ну, это он мне сказал, а, правда это, или нет, то я не знаю. Сужу по его словам. Когда Анатолий покинул кабинет, Леонид, пристально уставившись в Михаила, медленно по слогам произнес: -А Изотов утверждает, что с утра с женой по магазинам бегал, а потом дома чемодан паковал и с женой выпивал. Или Кулик без него ходил? Так, Миша, дуй в больницу и расспроси нашего Эдуарда о его присутствии на пикнике четвертого мая. С кем, где и сколько. В общем, пока они не успели состыковаться, послушай, что нам скажет Кулик про этот праздник. Михаил схватил свою папку и быстро выскочил из кабинета, словно торопился успеть на некое важное свидание. Разумеется, если это его компания устроила резню в лесу, то они уже прослышали о мести некой неизвестной девчонки, и постараются собраться всей компанией, чтобы выработать единую версию проведения майского пикника. А сам Леонид решил навестить офис компании, чтобы там расспросить и разузнать о круге общения этих двух, успевших пострадать от некой мстительницы, что не просто калечит, но и зачитывает вердикт. Чувствует Леонид, что месть уже дожидается следующего. Ох, неспроста эта девчонка настолько схожа с единственной выжившей Варварой Дроздовой. И своей местью, если она и будет продолжать в том же духе и темпе, она выявит фигурантов преступления. Вот только она бы еще им пару фактиков для доказательной базы подбросила. От таких мыслей Леонид даже усмехнулся. Размечтался. Она им живых фигурантов подбрасывает, в открытую обвиняя, так будь добр, потрудись и докажи их причастность к деянию. Хотя, если уж полностью поверить ее угрозам, то за акцией устрашения последует их уничтожение. Когда Михаил зашел в палату, в которой лежал весь перебинтованный и упакованный, словно кокон бабочки, Эдуард Кулик, то тот уже бодрым голосом общался с соседями по палате, словно и не было пожара и кошмарной боли, что в знак отместки подарила ему мстительница. -Помощник следователя Михаил Юрьевич Стасов, - представился он Кулику и присел рядом с кроватью на свободный стул. – Можно просто Михаил. А вы, Эдуард, насколько мне известно. Ну, как мне уже понятно, глядя и слушая ваши рассказы, то вы способны ответить мне на вопросы? -Ну, да, - слегка испуганно, но быстро справившись с внезапным волнением, ответил Эдуард. – Спасибо докторам, избавили меня от этой кошмарной боли. Казалось, что с ума сойду, настолько пекло. А вот ожил и уже практически не ощущаю. Правда, доктор сказал, что несколько дней придется пожить на обезболивающих. Но это уже не так страшно, как было. Эдуард внезапно предположил, что эта сумасшедшая девчонка, сотворив свое злодеяние, сбежала, и вряд ли кто мог ее видеть и слышать. И тогда ему лучше о ней вообще не говорить, чтобы не выносить на суд причину этого поджога. Но Михаил, вдруг раскусив и расценив эту задумчивость и сомнения Эдуарда, поспешил с разоблачением, не позволив развивать собственной версии. Пусть знает и пытается как-то объяснить действия девчонки. -Это была она? – разрушив надежды, показал он фотографию Варвары в окружении дедушки и бабушки. – Это фотография прошлого года, но она на ней хорошо запечатлена, узнать не сложно. -Так вы ее поймали? – испуганно спросил Эдуард, срочно в уме придумывая теперь уже новый вариант оправданий. -Пока нет, но, надеемся, что это дело времени. Так все-таки, вы мне не ответили, хотя по вашей реакции я понял ответ, как утвердительный. То есть, вы ее узнали, это она устроила вам пожар в гараже. А зачем она это сделала, она вам хоть сказала, за что решила вас сжечь? Вашему соседу она призналась, что мстила вам за что-то, мол, пока еще не насмерть. -А знаете, - все еще мялся и не решался открываться хоть на толику, Эдуард, великолепно понимая, что ее слова могут приблизить к разоблачению, если не полностью раскрыть преступление на берегу озера. – Все настолько быстро и скоротечно произошло, что я даже не успел разобрать из ее слов сам смысл. Да, она мне про какие-то обиды говорила, ну, что когда-то обидел ее, да только признаюсь, как на духу, в этот день я видел ее впервые. Даже предположить не могу, что и как. Вообще-то, за последние годы никого обижать мне не приходилось, даже собственного сына. А уж о жене и говорить не стоит, только слова любви. -Хорошо, - согласился с ним Михаил, пока еще до конца не уверенный, является ли Эдуард одним из убийц, вырезавших две семьи на берегу озера. – В таком случае, распишите мне весь день, как и с кем, вы провели, начиная с утра и заканчивая поздним вечером четвертого мая сего года. Насколько мне известно, так это был последний ваш день перед отпуском. Поподробней, пожалуйста, с кем, что и как. Мне сейчас важны каждые детали. -А зачем вам этот день? – поначалу даже искренне удивился Эдуард, абсолютно не понимая заинтересованности следователя к этой дате. Но вдруг, мгновенно осознав и припомнив подробности этого дня, его бросило в жар, в холод и в дрожь одновременно. Спасибо кокону, в котором он находился в данный миг, а иначе выдал бы себя с потрохами. И Эдуард поторопился восстановить нервное равновесие, чтобы скрыть излишние волнения и страх. – Ну, понимаете, я как-то вот так сразу и не припомню, что я делал в этот день. -А я вам напомнил, что этот день был последним перед отъездом в отпуска. Насколько мне известно, так вы на следующий день с супругой уехали на отдых. А вот четвертого мая вы забегали с другом в гараж за некими аксессуарами для пикника. Сосед Анатолий видел вас, он нам и рассказал. Ну, надеюсь, теперь вы все вспомнили, сумеете рассказать? -А причем здесь сосед и пикник? – уже смелее начал Эдуард, понимая, откуда и почему этот Михаил интересуется именно этой датой. Видать, спросил он у Толика о нем, а тот и признался, когда и как видел его в последний раз. Так он и не предполагает о том кровавом преступлении, а просто хочет узнать, где и когда могла произойти их встреча с девчонкой. Знать бы хоть, кто такая она. – Ну, да, теперь я конечно припоминаю. Да, действительно, на пикник мы с друзьями собрались, - добавил он, уже принимая решение, рассказать всю правду о том застолье, разумеется, исключая убийство и место, с которого они начали пикник. – Шестеро нас было. Ну, удачную сделку обмыть решили. Хорошо поработали, вот и решили расслабиться, - и, перечислив всех участников пикника, понимая, что здесь обман легко вскроется, да и правда такая не опасная, ведь все это они узнают и без его помощи, Эдуард добавил: - Мы сразу пошли к Святому источнику. Хорошая вода рядом, народу мало. Ну, кроме тех, кто за водой приезжал. Вернулся домой рано, потому что, как вы говорили, планировали поезду, собраться нужно было, хотя, и без меня жена все собрала. -Возвратились вместе, или каждый в разное время. Я так думаю, что кому не спешилось, так остались у Источника? -Нее, ну, разумеется, закончили вместе. А потом разошлись, каждый, кто куда. Я сразу на дороге тачку поймал, а им в другом направлении, поэтому со мной никто не сел в такси. Да и так, за год друг на друга настолько насмотрелись, что отдохнуть от этих лиц хочется. Ну, а возвратились с супругой позавчера. -Изотов Валерий на пикнике присутствовал с вами? Я вот смотрю на список, так он был в компании. -Ну, разумеется, я же вам сказал, - поторопился с ответом Эдуард, внезапно заподозрив в этом вопросе подвох. – А почему вы так спросили о нем? Разве он отрицает присутствие? -Я вам, Эдуард, сейчас кое-какие детали поведаю, а вы призадумайтесь и попытайтесь кое-что вспомнить. Авось, услышав от меня эти подробности, вы по-иному посмотрите на этот несчастный случай. Так вот, Валерий Изотов позавчера, аккурат, когда вы возвратились с поездки, попал в автомобильную катастрофу. И лежит он в этой же больнице этажом выше. И попал он под автомобиль с помощью вот этой девчонки. И приговор она ему зачитала аналогичный. Вот мне только немного непонятно, почему вы боитесь вспоминать его? -Я вовсе не боюсь, - торопливо проговорил Эдуард. – Я и в самом деле, не расслышал и не понял, что она мне наговорила. И никак не могу понять, что я ей такого плохого сделал, что она мне смерти пожелала. Я правду говорю, я ее впервые видел в гараже, когда она это сделала. -Да не ей, а ее брату и ее родителям кто-то причинил зло, и за них она хочет вам отомстить. А ее, вполне допускаю, вы могли и не видеть, - уже более требовательно говорил Михаил, улавливая в отговорках Эдуарда фальшь и испуг. Он очень сильно испугался этого открытия. -Да нет же, не мог я причинить ее родным зла! Хотя, может, когда что и могло случиться, вполне допускаю. Но только не в этом году. И нарушений у меня никаких не было по вопросам безопасности вождения. Я очень аккуратный водитель. А что случилось с ее родителями и братом? Они под колеса какого-нибудь пьяного водителя попали, а она подумала на меня? – решил схитрить и выдвинуть свою версию мести Эдуард. – Так тогда это точно не я. Я не только смертельных случаев сумел избежать, но и простых мелких аварий. -Хорошо, - решил закончить допрос Михаил, уже на 90% уверенный, что Эдуард ему врет и трясется от страха. Вполне допустимо, что причастен он не к этому убийству, хотя, в их тихом городе за последние годы подобных преступлений он не может припомнить. Случались два-три эпизода в году на бытовой почве. Жена мужа-алкаша скалкой насмерть прибила, силу не рассчитала, муж жену застукал и прирезал в порывах яростной ревности. Года два назад молодой парень в драке погиб. И все! А девчонка предъявляет им убийство всей ее семьи. И кроме этого случая иного преступления не случилось в их округе. Но, если верить девчонке-мстительнице, то тогда есть необходимость и в мистику поверить. Варвара Дроздова физически не могла покинуть больницу. И, главное, месть свершает не ночью, а белым днем. Ладно бы, случились эти эпизоды ночью, что как-то оправдывало бы версию с лунатизмом или иными какими-либо пороками. А она с утра до ночи под присмотром врачей и деда с бабкой, что по очереди дежурят у ее кровати. Когда Михаил позвонил Виноградову, чтобы отчитаться о проведенном допросе, Леонид успел уже посетить фирму и владел аналогичной информацией о пикнике и о его фигурантах. -Так тогда я не могу понять, почему Изотов врет? Ладно бы, другой день, но ведь именно четвертого мая он собирался к отъезду. Никак не мог позабыть про пикник. Стало быть, соврал умышленно, то есть, от страха, - предположил Леонид, выслушав подробный отчет Михаила. – И Кулик врет про Святой Источник. Рядом, поди, были они с этими семьями, что-то не поделили, вот пьяная ссора и завершилась убийствами. А детей убивали, как лишних свидетелей. Я узнал, что четверо из них не планировали отпуска, а тут внезапно вдруг собрались и уехали. Ох, Миша, по-моему, все они вшестером причастны к этой кровавой драме. Вот только с какой стороны подойти к ним, так даже и представить не могу. Ни единой улики не оставили. А брать на испуг, так такой факт никакой суд не примет. -Леонид Алексеевич, - внезапно в монолог следователя вклинился Михаил. – Так ведь, как сказал Кулик, их на Святом Источнике видели и запомнили многие. А это от места преступления довольно-таки далековато. Даже представить себе трудно, как они после свершения убийства перебрались к Источнику? Или настолько отмороженные, что такой факт их даже не взволновал? Разумно после резни, замести следы, и бежать, куда подальше. -Водка, как анестезия совести, Миша, - предположил Леонид. – Начали на берегу озера, подпили хорошо, потом устроили по какой-то причине эту резню, и, чтобы создать себе уверенное алиби, продолжили пьянку у Источника. По-моему, моя версия имеет право быть правдоподобной? -Логично, допускаю, - согласился с версией начальника Михаил. – Будем разрабатывать эту шестерку? Ну, установим наблюдение, их контакты, как между собой, так и с другими. Неправда, проколются где-нибудь, понимая, что мы наступаем им на пятки. -Да, ты прав, - подтвердил свои намерения Леонид. – Очень скоро, если не уже, они узнают об этих бедах со своими товарищами. И о проделках этой девчонки. Я понять не могу, кто она, но, думаю, нам необходимо выставить охрану у ее палаты. Мне так кажется, что со страху они попробуют навестить ее. И не с целью узнать о ее здоровье. Днем дед с бабкой дежурят, а вот на ночь необходимо кому-нибудь из наших. И не допустить их даже близко до нее. -Думаю, Леонид Алексеевич, что недолго нам ее охранять придется. Скоро, как мне кажется, в больнице окажутся и эти четверо. И здесь мы против нее бессильны. Не верю в сказки, но мстит им некая колдунья. -Ты мне тут не приписывай деяния ведьмы или колдуньи, - разозлился и рассмеялся Леонид от такой версии помощника. – Имеет сие деяние некое разумное объяснение. Просто нам оно пока недоступно. 5 Седов нервно мял сигарету в руках, отхлебывая кофе из чашки и постоянно бросая взгляды в окно, поджидая своих товарищей. А они все не шли. Хотя, он же, когда всех обзванивал, то четко и ясно определил время встречи в кафе. И слабые попытки отказаться или подыскать причину, оттянуть встречу, он категорично и жестко пресекал грубой тирадой в адрес любителей утреннего сна. -Ну, Игорь, - лениво простонал в трубку Андрей Володин. Хотя, аналогичное нытье он услыхал и из уст Константина и Василия. – Вчера поздно приехал, до полуночи разбирал чемодан, потом с женой побаловался. Под утро только и уснули, а ты звонишь в такую рань и трубишь сбор. Пожар, что ли, случился, нельзя подождать хоть до обеда? Теперь понравится моя зевота? -Да, пожар, и плевать мне на твою зевоту, перетерплю как-нибудь, - сквозь зубы рычал, но шепотом и еле слышно, чтобы, не дай бог, какой посторонний не услышал и не заподозрил его в чем-либо непотребном. А посторонними были в спальне жена, а в детской сын. 14 лет, уже все понимает и соображает. Сумеет домыслить. – И чтобы все трое были в «Сером Волке» ровно в 9.00. иначе может оказаться потом поздно. За месяц, поди, отоспались, как суслики. Я жду, и чтобы никаких опозданий. Сами потом поймете мою спешку. И сейчас Игорь нервничал, психовал, но обвинять друзей не мог. Все еще без пятнадцати девять. Это он не мог ни минуты лишней усидеть дома, поскольку полночи не спал, а вторую половину лишь на мгновения проваливался в дрему. Не спасал и коньяк, выпитый посреди ночи. Да еще жена рядом настолько крепко спала, тихо посапывая и похрапывая, что его такой факт просто бесил. Тут катастрофа вселенская приближается, все рушится и рассыпается, с такой любовью выстроенное и выпестованное, а ей хоть бы хны. Хотя, и к ней он сейчас несправедлив. Женщина даже духом не мыслит о его проблемах. Муж приносит деньги, обеспечивает семью с лихвой. О чем ей переживать? Потому и спит крепко и сладко ему на зависть. В принципе, до вчерашнего дня и у него самого никаких переживаний даже в мыслях не могло возникать. Да, наломали они перед отъездом дров, точнее, тел, да все уже далеко позади. У полиции даже намеков на их причастность к этой кровавой драме возникнуть не могло и даже не присутствует. Вовремя и грамотно успели подчистить следы и перебрались к Святому Источнику, изобразив, на поляне следы, уже, довольно-таки длительного пребывания на этом месте. И за это время к Источнику и к ним самим подходили многие из тех, кто знал как Седова, так и всю их компанию. А вот вчера, не успели они с женой переступить порог своей квартиры, как мать с сыном насыпали им ошеломляющей информации полный короб, или, если уточнить, черепные коробки. И если супруга Галя охала и ужасалась таким фактом, как это жестокое преступление в их тихом районе, то сын успел донести до ушей отца информацию, внезапно сковавшую всего Игоря ледяным нервным обручем или железными оковами. -Да глупости все это и байки со сплетнями, - попыталась вмешаться в сказки внука мать. – Слышала я, что девчонка, случайно выжившая в этой резне, в больнице лежит, в коме до сих пор. И уж бродить по городу средь бела дня и творить всякие безобразия, словно мстительница некая, она никак не могла. Кто-то что-то сказал, не подумавши, а дети и рады раздуть сплетню. Два этих случая, происшедших друг за другом через день, как мать, так и сын рассказывали со всеми подробностями. Разумеется, он с удовольствием посмеялся бы над глупостью сплетников, если бы не был тот черный день четвертого мая реальностью. И Игоря, сопоставляя эти две истории и приписывая их к той дате, почему-то месть девчонки не рассмешила. И ему на ум почему-то пришла мысль именно о своих друзьях-товарищах, пострадавших от рук девчонки-мстительницы. И в самом деле, в их городе крупных ЧП за последние годы не случалось, чтобы можно было сейчас пофантазировать о неких посторонних. Но обзванивать друзей, чтобы уточнить свою версию, он не отважился в присутствии родных, чтобы не вызвать даже тени подозрения. И бежать на улицу ради этого звонка, где в свои права вступила ночь, у него аналогично не хватило мужества. Разумеется, полностью поверить в сказку сына о девчонке-мстительнице он не пожелал, однако некий внутренний ужас все же не пустил его в эту темноту. Вдруг в данную минуту она его дожидается? Промаявшись всю ночь, он все же не выдержал и ранним утром обзвонил всех пятерых, сразу же подтвердив свою ужасную догадку. Кулик и Изотов в больнице. И если Кулик поджарился позавчера, то сегодня, если верить распорядку мстительницы, можно ожидать следующую жертву. И кто следующий? Игоря больше пугала именно эта мистика, поскольку его личная уверенность, что следствие в тупике, была на все сто процентов. Нет, нужно срочно вносить в эту белиберду ясность и понимание. Поэтому оставшейся тройке он приказал жестко и строго явиться на срочное совещание. И вся эта тройка, как оказалось, аналогично с ним явилась из поездки вчера поздним вечером. Словно сговорились. И, стало быть, могут просто не владеть информацией ни по этим происшествиям, ни о фигурантке в этих делах. Неужели, там оказалась еще одна, которую они не приметили? И которая видела их, и решилась на самостоятельную месть. -О, Игорек! – слегка пьяно и торжественно, вваливаясь в кафе, словно сговорившись и специально встретившись для этой цели где-то за углом, все втроем, Андрей, Константин и Василий. – Вроде, как мы договаривались, выходим на работу послезавтра. К чему такая спешка и таинственность? Или новое срочное дело объявилось? Так и сказал бы, намекнул по телефону. Мы все за. -Сели все и примолкли! – не поддерживая их веселья, скомандовал Игорь, но руки все пожал дружелюбно. – Нового дела нет, а вот со старым разобраться следовало бы. Возникли некие осложнения. Друзья выразили на своих хмельных лицах удивление и легкое недоумение, но решили подчиниться, и сели за стол, примолкнув на время, чтобы выслушать Игоря, решив, что возникла проблема с той последней сделкой, деньги с которой уже потрачены. А что попрятали по кубышкам, так возвращать их у всех желание отсутствовало напрочь. Оно уже свое и родное. -Слушать, готовы? – спросил Игорь, дождавшись от всех кивка головой, отображающего согласие, и продолжил разговор. – Информацию о событиях четвертого мая все прослушали? Дошла до всех? -Погоди, Игорь, - решился нарушить общее молчание Андрей. – Ты, это, о тех на берегу озера? – склонившись над столом, прошептал он. В кафе в такое раннее утро никого, кроме скучающего бармена, не было. Но произносить вслух подробности той драмы он не осмелился. – И что говорят? Насколько ты знаешь, так мы лишь вчера возвратились. Так что, ничего и не от кого мы не слышали, кроме той информации по центральному телевидению из «Чрезвычайных Происшествий». А есть проблема? Вроде, сработали чисто. -Кстати, а где Эдик с Валеркой? Ты что, их не приглашал? – вдруг спросил Константин, обнаружив в их компании такую существенную недостачу. – Или они еще не возвратились? -Вот это и есть главная причина, по которой я вас собирал с такой срочностью и требование. Кстати, Вася, ответь всем предельно внятно, четко и конкретно – ты убил свою девчонку, ты в ее смерти убедился? Мне даже представить невозможно, что в той мясорубке у кого-то из жертв был шанс на жизнь! И все-таки такое произошло, что даже удивительно. -А что случилось, шеф? – как-то нервно и с дрожью в голосе спросил Василий, окидывая взглядом все застолье, будто его обвиняют в чем-то ужасном. – Ну, лично я ручаюсь, что она была мертва. Я ее всю искромсал, сам же видел, с каким ножом вернулся. Ну, если только какое чудо не произошло, так я особо в чудеса не верю. Сказки закончил читать еще в детстве. -Да, Игорь, - спросил Андрей, которому уже порядком надоели невнятные вопросы и подозрительные намеки. – Я-то предположил, что у нас проблема с последней сделкой, а ты о какой-то девчонке спрашиваешь. Поди, даже если их и быстро нашли, то все они за этот месяц успели в могилках подгнить, - нервно хихикнул Андрей, вставая со стула и направляясь к бармену. – Кому что взять? – спросил он, разворачиваясь в сторону столика с друзьями. – Лично я сегодня пью только вино. Хватило вчера крепких напитков. Дурак старый, полночи пил. -Прихвати и нам вина, - попросил Константин и повторил вопрос Василия. – Объясни причину срочного сбора, если он не касается работы. Пора уже конкретизировать вопросы, оставить непонимания на потом. -Хорошо, внятно и конкретно говорю, - решился Игорь, когда с вином в руках вернулся от бармена Андрей. – Валера угодил под автомобиль, а Эдик обгорел в собственном гараже. Вот по такому поводу я вас и собрал, если вам интересно знать о судьбе Кулика и Изотова. -Вот, черт! – с досадой в сердцах воскликнул Андрей. – И надолго они к койке приковались? Ну, как я понял, что оба они выжили, поскольку о них ты говоришь не в прошлом времени. -В прошлом, но как о живых, - поправил Константин, которого даже рассмешило такое попадание сразу после отдыха. -Да, как говорится, чудом выжили, и даже несильно пострадали. Хотя, это мнение их жен, я им звонил с утра, а вот такую информацию и услыхал. Более конкретно узнаю у врачей и у них самих при посещении. -Плохо, - констатировал сам факт Андрей. – Без них дело может застопориться. Ну, да ладно, если ничего ужасного, так и потерпеть можно. Только все равно я не могу понять, зачем нас собирал. Ведь о таком можно было просто по телефону рассказать, да не в такую рань собирать. -А теперь немного конкретики. Дело может и потерпеть, - каким-то загадочным тоном произнес Игорь. – Ну, это если ничего подобного не произойдет и с нами. А оно очень даже возможно. -Не понял? – удивился Константин. – Если оба эти придурка угодили в больницу, то почему нам может угрожать нечто подобное. Гореть я не желаю, под машину не попаду, поскольку на зеленый свет перехожу. -Валерку под машину толкнула девчонка. Она же подожгла Эдуарда в его собственном гараже. И это не хулиганская выходка, а акция возмездия, потому что перед действиями она сказала вслух и при свидетелях причину своего безрассудства. Хотите услышать, какую? За убийство братика и родителей, за папу и маму. Вам это ничего не напоминает? Произнесенная информация прозвучала для них троих приговором, словно теперь и над ними всеми завис дамоклов меч, грозящийся в любой миг сорваться и покарать их повинные головы. -Так ты думаешь, что это Васькина девчонка сумела выжить, а теперь мстит нам за гибель родных? – неуверенно прошептал Константин. – Ты что, свин паршивый, ты вовсе и не собирался ее убивать? Отвечай, сволочь! – уже с силой рявкнул он в сторону Горбунова. – Пожалел, отпустил, да? -Нет, вы что? – перепугано, залепетал Василий, бросая умоляющие взгляды в сторону Игоря, словно просил у него защиты и опровержения обвинения. – Я же сам видел е мертвой. -Не она! – спас от испепеляющих взглядов Андрея и Константина, Игорь Василия, категорично тряся головой. – Видать, одна все же выжила. И именно та, которую мы прозевали, не заметили. Однако, Вася тоже опростоволосился. Его девчонка не издохла. Но в коме, чем пока для нас не опасна. Пока не очнется, а потому долго ее оставлять без внимания нельзя. -Ты! – в гневе Андрей вскочил со стула и попытался ухватить Василия за грудки. Но его перехватил Игорь и грубо усадил на место, жестким, но тихим голосом приказывая успокоиться: -Всем заткнуться и засунуть свои эмоции в задницу. Нам сейчас нельзя привлекать к себе внимания. Главное на сегодня – разобраться с этим явлением и избрать тактику защиты. Менты уже, как мать и сын донесли до меня, связывают то убийство с этими актами мщения девчонки. Даже странно, что, зная нас в лицо, она не собирается нас выдавать. Я так понял, что решила самостоятельно отомстить. Ну, тем, кого успела запомнить. Теперь прошу выслушать меня, что я предлагаю, как первостепенные задачи. Во-первых, я сам лично разузнаю и выясню, кто из детей сумел выжить в тот день. Скорее всего, так и есть. Спряталась в кустах и пересидела. Одну из них мы все-таки упустили, а потому не нужно искать виноватых. Не Васька не добил, а мы все вместе вообще оставили невредимой. Андрей и Костя навещают в больнице Эдуарда с Валеркой, и подробно расспрашиваете их об этом происшествии. И главное, выяснить вопросы, что задавал им следователь. Разумеется, и про ответы. Ну, а мы сейчас вырабатываем единую версию пикника четвертого мая. По часам и по минутам. -А с Васькой что? – с язвинкой в голосе спросил Андрей. – Вот так ему простить обман? -Во-первых, его девчонка в коме, а наша бегает по городу и мочит нас, почем зря. Так что, заткнулись и никаких распрей. Мы выживем, если будем вместе и друг за друга. Ну, а девчонку он свою навестит и все про нее разузнает. Как ее самочувствие, какие перспективы на здоровье и поправку. Ну, и постарается завершить незаконченное. Сам исправит свой ляп. -Я тебя умоляю, Игорь. Разумеется, поскольку она в больнице, то я не уверен в первоначальной версии, что он ее пожалел и отпустил на все четыре стороны. Поди, со страху и попасть толком не сумел, так, в песок ножом потыкал, да еще немного поцарапал. Ты хочешь, чтобы он окончательно завалил нас всех? Нет уж, - категорично и жестко, бросая ненавистные взгляды в сторону Василия, который уже находился на грани обморока, заявил Андрей. – Он пойдет со мной, а девчонкой пусть займется Костя. У него это получится лучше и надежней. -Хорошо, - согласился Игорь, с усмешкой заметив облегченный вздох и выход из обморока Василия. Разумеется, он уже понимал свою ошибку, доверяя во второй раз девчонку Василию, который просто физически не способен на убийство. – Пусть будет так. И все, Костя, сделать максимально аккуратно и предельно внимательно. Я бы, если честно, то с большим удовольствием добил этих придурков. Из-за этих тварей мы влезли в это дерьмо. Вот и расхлебываем до сих пор. И еще неизвестно, чем все закончится. Клянусь, что сразу после разборки, и лишь убедившись во всех своих версиях и предположениях, я этих двух ублюдков выброшу не только из нашего дела, но и из фирмы вообще, чтобы не встречать их подлые рожи. То им захотелось легких денег, задумали с наркотой и Сазоновым связаться. То на первых встречных баб набрасываются, словно изголодавшиеся самцы. И ножичками машут без разбора, даже мозги не напрягая. Выброшу к ядреной фене. От Васьки толку больше, чем от них, вредителей поганых. Ну, боится Васька убивать, так не каждый и отважится на мокрое дело. Зато работу выполняет исправно и послушно. Андрей с Константином недоверчиво посмотрели в сторону Василия, но, слегка поразмыслив, согласились с мнением босса. Самих их не порадовала эта кровавая разборка. Просто в тот миг командный голос Игоря как-то мигом подчинил их пьяные мозги. А уже назавтра они с ужасом вспоминали события того страшного дня. Ведь не просто убивали за какие-то провинности, а по причине идиотской выходки Эдуарда и Валерия. Но теперь обратной дороги нет, ленту жизни не перемотаешь. В принципе, плевать они хотели на этих погибших. Да вот некую девчонку сумели проглядеть – это беда, которая напрягала и грозила полной катастрофой. Боже упаси, не девка страшна, а разоблачение, что последует за этими акциями мщения. Ведь беспредел творит, шмакодявка, оглашая громко вслух приговор, изобличая в деяниях неблаговидных. И у следствия подозрения возникают. Не просто так она прицепилась к ним, а имеется за ними некий грешок. Валерий, увидев в дверном проеме Василия, обрадовался этой встрече, словно навестил его в этот миг самый лучший, близкий и любимый человек. Хотя, таковых в ближайшем окружении и в недалеком прошлом нечто подобное не просматривалось в его биографии. Ну, жена Алевтина и дочь Вера в счет не принимаются. Этих двух женщин он любил иной любовью, которая к чувствам дружбы и товарищества не относится ни по каким параметрам. Просто после тяжелой болезненной ночи, что непрерывно беспокоило его сознание, медсестра по рекомендации врача сделала ему обезболивающий укол, и вновь к Валерию возвратилось восторженное радостное возбуждение с любовью к жизни и ко всему окружающему. -О, Васька! – взвизгнул Валерий, протягивая в сторону друга обе руки сразу и пытаясь встать с кровати. Однако Василий, получив некие консультации и рекомендации врача, поспешил воспрепятствовать этим попыткам, укладывая Валерия на подушку и уговаривая, не противиться и выполнять советы врачей, отдавшись в их власть без оглядки. – Ну, говори, дружок, как и где, погулял? По роже видать, что отпуск удался. А мне, вот, видишь, сразу же, ну, почти сразу с пляжного лежака попало на больничную койку. И дернул же черт переться к этому перекрестку. Главное, на той стороне мне и делать нечего было. Никак до сих пор вспомнить не могу, какого дьявола на эту зебру на красный свет вступил. -Слышишь, Валера, а я слышал, что ты не сам под машину прыгнул. Вроде как, помогли тебе доброжелатели. -Да? – искренне удивился и немного испуганно переспросил Валерий, но выкручиваться и выискивать оправдания не стал. – Да, мне уже следователь говорил. Мол, какая-т холера толкнула меня. Но вот в девчонку я никак поверить не могу. Возможно, кто рядом с ней стоял, а на меня подумали. Или толкнул этот другой. Откуда она на мою голову могла взяться? -Так ты и не видел ее? -Я даже толчка этого не слышал. Стою на тротуаре под светофором, потом удар грузовика и все, дальше сильнейшая боль и потеря памяти. Хорошо еще отделался, одни синяки, да и только. Ночью ломает сильно, а утром чем-то нашпигуют, и даже собственного тела не чую. -А про что тебя следователь спрашивал? Ну, если ты не видел ее, то и знать не мог, кто и как? -Понимаешь, - перешел на шепот Валерий, хотя в палате в это время соседей не было рядом. – Он с чего-то про четвертого мая меня спрашивал, так я сказал ему, что весь день дома с женой пробыл. Только с утра по магазинам пробежался, и все. А про пикник ни слова не сказал. -Плохо, - покачал головой Валерий. – Тебе хоть про Эдика кто рассказал, или ничего не знаешь? -Нет, - как-то расстроено и обеспокоенно ответил Валерий. – А что, он уже тоже возвратился? Он с женой уезжал, по-моему. -В гараже позавчера обгорел. Я сам не видел, не слышал и не знал. Вчера Седову мать с сыном городскую сплетню доложили, вот он нас с утра сегодня собрал и довел до наших ушей. А плохо сказал, потому что мы все вшестером на пикнике были. И, скорее всего, Эдик и про тебя следователю рассказал. Получается, что ты умышленно ему соврал про отсутствие на пикнике. -Слушай, Вася, - уже окончательно испорченное настроение навевало на некие неприятные ассоциации. – Я что-то никак понять не могу, кто и как связывает это дорожное происшествие с пикником четвертого мая? Мы, вроде как, чисто за собой прибрали, алиби создали у Источника. А следователь, почему-то именно этот вопрос больше всего мусолил. -Девчонка тебя толкнула под колеса. Она же и Эдика подожгла. И при этих акциях она вам приговор зачитала. Мол, это ее месть за убийство родных. Проглядели мы одну девчонку там, на озере. Эдуард Андрея встречал с меньшей радостью и оптимизмом. Слух о некой паршивой девчонке с ее угрозами сегодня с утра добрался и до его палаты. А ведь он рассчитывал, что эта чертовка бежала от пожарища сломя голову. А тут ему еще с его ожогами припарка от следователя с напоминанием события четвертого мая. Ведь сопоставили события, сложили эти оба происшествия и огласили версию. Если эта мерзавка угрожала и мстила за такие убийства, то, как предполагает Эдуард, иных в их тихой местности и не происходило. Ведь специально дождалась возвращения его из поездки, чтобы затем проследить и поджечь. И сейчас по выражению лица Андрея Эдуард так и предположил, что тот вряд ли прибежал сразу по прибытию в город навещать пострадавшего товарища из-за сострадания. Да, работа и левый бизнес у них совместный. Ну, еще редкие застолья после удачных сделок. А вот проявление подобных сантиментов он у товарищей по работе не наблюдал до сих пор. Неужели следующая месть этой паршивой девчонки заявила о себе? -Привет, Андрей! – тихим голосом, но с некой затаенной надеждой, что ошибается в версиях, проговорил Эдуард. – Вот, видишь, как получилось? Не успел вернуться, как угодил на очередной отдых. Только вот с загаром перестарался, шкурка слегка перегорела до черноты. -Это хорошо, что слегка, - присаживаясь рядом с койкой на стул и пожимая обернутую многими слоями бинтов руку, с легкой иронией проговорил Андрей, обдавая Эдуарда свежим запахом алкоголя. Чувствовалось, что и вчера хорошо выпил, и сегодня успел приложиться. – О Валерке слыхал? -А что с ним? – холодея от ужаса, уже менее бодрым и дрожащим голосом спросил Эдуард. – Я ведь никого еще и увидеть не успел, как сюда угодил. Ты сам, когда вернулся-то? Мне следователь говорил что-то про аварию да, про какую-то девчонку, так я ничего так и не понял. -Я, Седов и Костя вчера. Да и Васька, по-моему, я не уточнял. Ну, мы с Костей, так получилось, что под ночь дома оказались. Вещи разбросали, с коньячком в семейном кругу поужинали и в койку завалились. Васька, вроде как, пораньше, ну, а Игорь тоже под вечер дома оказался. -Вы с Костей вместе отдыхали, что ли? -Да нет, не так, я вовсе не об этом. Я к тому, что мы никакой практически информацией не владеем. Это Седову мать с сыном сразу всю информацию со сплетнями вперемежку свалили, а нам было некому. Так вот, Седов нас и собрал по этому поводу с самого утра, чтобы ввести в курс дела. Валерку под колеса толкнула твоя шмакодявка с аналогичными угрозами. -Да-да, мне следователь так и говорил об этом, да только я как-то не особо поверил ему, - решил признаться Эдуард. – Как-то все звучало из его уст нереально и слегка попахивало некой мистикой. -Да нет, все реально и натурально, - хмыкнул Андрей. – Понимаешь, Эдик, разумеется, Игорь сейчас обо всех этих перипетиях поведает и уточнит у своих источников. Но, насколько уже ясно, то некая девчонка все же выжила в той мясорубке. И теперь у нее возникла бредовая идея: жестоко нам отомстить за потерю близких. И Васькина девка не издохла, выжила и сейчас в коме лежит. Костя пошел уточнять в детское отделение о ней. -А может, это она и есть, а? – со слабой надеждой спросил Эдуард. – Там, мне так кажется, никого в живых не осталось, кроме Васькиной девки. Это, как же нужно было промахнуться, а? -Нет, она в коме, это факт. А на озере была еще третья, что выжила. А Васькина, хоть и выжила, но уже месяц, как мне известно, лежит без движения. Еще Валерка, придурок, следователю туфту сморозил. Мол, не было его в тот день на пикнике четвертого мая. А ты, как я понял, о нас всех шестерых доложил? -Да, а что? – испуганно пролепетал Эдуард. – Так врать смысла не было, только запутал бы все, как этот дурак, и у следователя лишние подозрения по нашу душу возникли бы. Мы же специально с этой целью и ушли к Источнику, и пробыли там все вместе подольше. -Все правильно, в этом ты прав, как сказал, так и мы все говорить будем. Мол, с самого начала пили у Святого Источника. Тем более, что свидетелей, видевших нас там, полно. -Скажи, Андрей, - трясущимся голосом лепетал Эдуард, вдруг ощутив реальность угрозы, исходящей от этой неизвестной девчонки. Она ведь смерть ему обещала, а он сейчас в таком беспомощном состоянии и сопротивление оказать ей неспособен. Вот, лежит себе, окутанный и опутанный. – Ты хоть представляешь, кто она такая, эта мстительница? Если одна из сестер, то и адрес у нее имеется. А вдруг вот так она всех нас в больницу уложит, а затем сдаст в полицию, а? Или, что еще похуже, как и обещала, убивать начнет. -Не понял? – удивленно воскликнул Андрей. – Так ты говоришь, что будто, толкая Валерку и поджигая тебя, она предполагала выше выживание? И как это она могла об этом знать? Да вы сами-то не очень были уверены, что так легко отделаетесь. А она настолько самоуверенно? -Ну, да, говорила, мол, сначала получи хорошую порцию боли, а потом и смерть примешь. Представляешь? Она нам еще расписание своей мести продиктовала, словно идет по плану. -Вот, черт! – уже абсолютно неуверенный в будущее, чертыхнулся Андрей. – Ты хоть запомнил ее, чтобы знать при встрече, от кого ждать пакостей. Это она нас запомнила в лицо, а я теперь всех девчонок пугаться буду. Ну, разумеется, кроме своей Машки и ее подружек. -Мне следователь фотографию показал. Она там с дедкой и бабкой стоит. Это была она, я ее сразу узнал. И одежда слишком даже похожая, и взгляд этакий пронзительный, словно уже с фотографии обвиняет. -Ну, и ладно, давай, лечись. А я к Седову побежал. Если у следователя есть фотография, так они про нее знают все, и, стало быть, могут встретить и расспросить. Только теперь, как мне кажется, она ему нас выдавать не пожелает. У нее на нас иные планы. А знаешь, это даже к лучшему. Она начинает охоту на нас, а мы устроим охоту на нее. Ведь в ее планы не входит следователь и прокурор, а сейчас без ее показаний у них на нас ничего нет, кроме свидетельств этой мстительницы. Так что, от следователя сумеем отбиться. Оставив Эдуарда в смятении и в страхе, Андрей созвонился с Игорем и сообщил ему эти важные детали, кои узнал из уст Эдуарда. И на скоростях помчался к нему навстречу, чтобы уже в тихом укромном месте, вроде какого-нибудь кафе, обсудить и перетереть новые обстоятельства. Они, эти последние вести, вносили в ситуацию, как обнадеживающие моменты, так и прибавляли тревог. Но в любом случае, легче справиться с девчонкой, чем пытаться оправдаться перед следователем. Ведь, получив такого важного свидетеля, они и улики, предполагая подозреваемых, отыскать, сумеют легко и беспроблемно. Практически невозможно, а это и наукой доказано, побывав в любом месте, не оставить следа пребывания. И ежели целенаправленно копать, то результат можно получить положительный. И с таким приподнятым настроением он несся к Игорю. Однако те факты, что стали ведомы Седову, ошеломили и потрясли Андрея, лишив на время его дара речи. -Эта и есть Васькина девка. Мне свои люди, как некий фантастический роман, и доложили. И не по ночам, а именно днем она беспрепятственно покидает пределы больницы и навещает свои жертвы. И это несмотря на бдительность врачей и медсестер, и под постоянным контролем своих стариков. Ну, я имею в виду деда с бабкой. У меня даже в голове эта мысль не желает вмещаться, - взволнованно объяснял Игорь Андрею, сидя за рулем своего автомобиля. Выпитое вино в данную минуту его меньше всего волновало. От ДПС-ников он откупиться сумеет, а вот от следователя, который прижмет его ногтем к столу, вряд ли. Такое может и не получиться. – Я не могу до Кости дозвониться. Нельзя его в больницу пускать, засветится и разоблачит себя и всех нас. Как пить дать, сейчас за этой девкой следят во все глаза. И стоит кому-либо из нас появиться, как сразу картинка этого убийства проявиться во всех деталях. Что же он, эта скотина, телефон не берет? Ты не в курсе, он не за рулем? Ну, может, уже успел посетить ее и куда-нибудь едет? -Нее, мы вдвоем с Васькой на такси, а Костя хотел домой заскочить по своим делам, а уже оттуда в больницу. Не успеем, Игорь, звони Ваське, пусть перехватит его. Он только что был у Валерки. Или, если уже ушел, то где-то рядом. По времени, Костя может еще и не дойти до больницы. -Звонил, - зло и жестко гаркнул Игорь. – Там, аналогично заблокировано. Сговорились они, что ли? Вот, когда нужно, так до них не дозвониться, да все, конец, он уже там, скорее всего, - ударив по тормозам, в отчаянии в сердцах воскликнул Игорь, понимая проигрыш на этом этапе. – Нет смысла и нам теперь там рисоваться, поехали по домам. Если его там засекли менты, так наше появление лишь прибавит им подозрения. И я, дурак, эмоциям поддался. Игорь Седов развернул автомобиль и уже без нервной спешки порулил в сторону дома. Волевой, властный и жестокий босс превратился в растерянного, потерянного и перепуганного нашкодившего мальчишку, который мягким местом чувствовал надвигающуюся жестокую порку. Он уже безумно жалел, что в том лесу четвертого мая подчинился пьяным эмоциям. Сдавать нужно было этих подонков Эдика с Валерием. Ну, да, на некоторое неопределенное время их подпольный бизнес заглох бы, временно приостановился. А сейчас их ждет полный провал. Длительными сроками они вряд ли обойдутся. На пожизненный их деяние тянет. И трудно даже оценить, что для них сейчас легче и проще: попасть в лапы следователя или встретиться с аналогичным результатом, что Эдуард с Валерием, с юной мстительницей. Жизнь на краткое время превратилась в неустойчивое и шаткое безумие, то есть, рушится и рассыпается, как домик из песка. Стоило лишь создать небольшую тряску. -Всем говорить и утверждать о своей полной непричастности к этой кровавой разборке. А спросить, теперь они нас спросят обязательно. И прижмут сильно и больно. Но мы с утра сидели у Святого Источника. И не поддаваться ни на какие уловки следователя. Ты меня понял? Так всем и передадим. И готовься к большой нервотрепке. А главное, так постарайся на все сто процентов убедить в этом свою жену и дочь. Город маленький, слухи распространяются быстрей радиоволн. Не сегодня, завтра они узнают и о той драме, к которой мы как-то причастны, и о девчонке, что сумела этим двум уродам отомстить. А мы в тот день были с ними вместе, и потому косых взглядов и щекотливых вопросов не избежать. Вот и постарайся быть убедительным, докажи всем, что ты на такое неспособен. -Черт, Игорь, а может, и этих уродов замочить, а? Ну, сам поразмысли: девчонка угрожала вслух и публично, она и исполнила. А мы запросто можем сочинить версию, что эти двое на какое-то время отходили от нас. Ну, мы, как-то и внимания на такой факт в тот день не обратили, что они отсутствовали. Мало ли зачем? А вот сейчас сложили, осмыслили и к такому выводу пришли. -Знаешь, Андрей, - призадумавшись на несколько секунд, ответил Игорь. – А ведь, твоя идея имеет право на существование. Стоит над этим поразмыслить. Это, разумеется, для нас четверых – единственный спасительный выход. Только, как тогда быть с девчонкой? -Ну, а потом, разумеется, с максимальной аккуратностью и осторожность и девчонку того, кончить. Она в коме, стало быть, может и сама умереть. Но в любом случае нам четверым необходимо, если следователь пригласит на собеседование, эту версию легким намеком донести до его ушей. А что, я неправ, что ли? Они, эти суки, кашу заварили, так пусть и расплачиваются. Ну, мы не станем им так открыто утверждать, а намеком, что по пьянке, мол, особого внимания и не обратили, а вот сейчас, как нам кажется, эта сладкая парочка покидала пикник на неопределенное время. И чем они занимались, так нам было как-то безразлично. Мало ли? -А ведь ты, Андрей, полностью прав, - уже взбодрившись, и уверенным голосом отвечал Игорь, внезапно в этом предложении Андрея увидев единственный и верный выход из столь критического и деликатного положения. – И нам ничего не остается, как только топить их, этих двух придурков. А им напрямую скажем, что иного им самим не придумать и не поделать, как ни согласиться. Не сразу, мол, это мы и чистосердечно каемся, а постепенно, когда прокурор предъявит неопровержимые улики. Пусть сами по полной программе ответят, нас не касаясь, а мы здесь, на воле, пообещаем присмотреть и оказать максимальную помощь семьям. Пользы от коллективного утопления ни им, ни нам не будет. А так, хоть будет с воли им и финансовая, и моральная поддержка. Согласятся, не окончательно поглупели. Это ведь им сами проще и легче оправдать свое зверство. Погорячились, а теперь каются. Василия они увидели, когда тот выходил из такси. Андрей свистнул, и Василий быстро подбежал к ним, словно только и ждал такой команды, и запрыгнул на заднее сиденье автомобиля. И сразу же, шутя и иронизируя, намекнул Игорю на его нетрезвое состояние за рулем. Такое не только он, но и товарищи видят впервые, чтобы Седов мог позволить такую вольность. -Вот нам сам постоянно талдычит о правилах поведения за рулем. Ну, и чего вдруг пошел на такое злостное нарушение? Или деньги девать некуда? Сейчас можно напороться и на принципиального гибддшника. -Заткнись и скажи, какого хрена телефон заблокирован? Звоню, звоню, а он мне все зачитывает на двух языках: «абонент заблокирован или временно недоступен». Нам сейчас постоянно нужно быть на связи, чтобы в любой миг связаться друг с другом, а ты отключен. И Костя молчит, как рыба об лед. С ума посходили, что ли, или уже все страхи позади, и нам некого бояться? -Ну? – откровенно удивился такой агрессии босса по столь пустячному поводу, срочно меняя шутливый тон на серьезный и деловой, спросил Василий. – Во-первых, я немного не понял наезда, - сказал и продемонстрировал свой телефон, доказывая, что он работоспособен и готов к приему. – И не понимаю, чего это вам я оказался недоступен. Только в больницу и обратно, а здесь связь исправная. А Костя, как я понял, в это время находился в детском отделении. Вполне возможно, потому и отключился, чтобы вдруг не ко времени не зазвонил. А потом, этот придурок, я имею в виду Валерку, следователю навешал лапши, что четвертого мая близко к лесу не приближался. Мол, с самого сранья с женой в дорогу паковался. И такая откровенная ложь следователю – повод для серьезных размышлений. Я уже намекнул ему, чтобы все срочно возвращал назад. Мол, даты перепутал или просто забыл, а так, то он, как и мы все, весь день провели у Святого Источника. Сказал, что исправит ляп. -Ладно, забыли, - уже миролюбиво говорил Игорь, и подробно описал Василию, сочиненную Андреем, версию события четвертого мая с фактами, что Валерий с Эдиком отлучались на некоторое время, а спьяну уточнить срок не можем. Вот, когда ушли и когда вернулись, не припоминаем, поскольку пили много, говорили не меньше, и внимания на них особого не обращали. Ни к чему, вроде как. Тем более, что факт отлучки имел место. Только после этого последовала ошибка, когда кто-то предложил пройтись и посмотреть на их рожи. Лучше бы они, вообще не в курсах оказавшись, были, так и не случилось бы последующих страхов. -Так это же больше километрах от места, где мы их мочили, до Святого источника. Могут не поверить. -Ну, и что? Пьянка все спишет. Куда, зачем, и сколько они ходили, нам не обязательно уточнять. -А они сами с вашей версией согласны? Ну, обидятся, что так кидаем их, и заартачатся. -Ну, если честно, так их согласие нам не понадобится. Их все равно девчонка добьет. И потом, какая им разница, с нами под вышку идти, или без нас? Закладывать мы их не собираемся, сразу с откровениями к следователю не побежим. Вот пригласит, мы напряжем память и будем лепить себе алиби. То есть, теперь каждый за себя, и это будет справедливо. Мы их не уговаривали мочить туристов. И, между прочим, попытались их выручить. А если уж так пошло, то пусть принимают дар судьбы, - словно подведя итоги, закруглил совещание Седов. Детское отделение, где лежала выжившая девочка Варвара, находилось в соседнем подъезде от хирургии на втором этаже. Домой Константин, оставив Василия с Андреем одних, забежал, чтобы переодеться. Утром было прохладно, а вот сейчас ближе к полудню летнее солнце пригрело, добавив к выпитому вину дополнительные градусы. В больницу Константин решил идти в летнем легком костюме, чтобы не париться и не потеть. В приемном покое больницы работала его старая знакомая. По этой причине друзья и отправляли именно его в больницу к девчонке. В его задачу входил сбор информации о состоянии Варвары, которые он незаметно и без подозрения получил от этой женщины. Однако, решив проявить инициативу, поскольку хмель приглашал к подвигу, и ему захотелось о Варваре узнать немного поподробней. И разведка местности не помешает. Он уже планировал на будущее, коль от него такое потребуется, явиться в одну из ночей к своей подружке, усыпить ее ласками и любовью со слабой дозой снотворного, чтобы та особо и не поняла причину своего сна, а затем свершить задуманную акцию умерщвления ребенка. Разумеется, смерть должна выглядеть естественно или близко к этому. Как, что и чем, он придумает немного погодя. Это уже не столь проблематично, поскольку сейчас на ум разумная мысль не приходила. Но ведь сегодня иные намерения, поэтому и напрягаться не хотелось. Он уже поднялся на второй этаж и стоял на последней ступеньке, когда распахнулась входная дверь в отделение, и перед Константином остановилась маленькая девочка в шортах и футболке. Отделение детское, потому на явление ребенка никаких опасных ассоциаций у него даже возникнуть не могло. Поскольку девчонка преградила ему путь, то он решил просто сместиться слегка вправо и обойти ее. Ругать, требовать и повышать голос на постояльца этого заведения ему не хотелось. Мало ли что за заболевание у этого ребенка? Вполне допустимо, что девочка плохо видит, а потому не заметила препятствие в виде взрослого мужчины. Однако на его попытки с маневрами девчонка аналогично переместилась, вновь преграждая ему дорогу. Иронично усмехнувшись, посчитав ситуацию комичной и веселой, Константин попытался взять ребенка за плечи и сместить ее влево, освободив себе путь. Но девчонка оказалась зрячей, а потому сумела ускользнуть от его рук. -Дядя Костя, - внезапно неким жестким злым голосом проговорила девчонка. – Ты зачем убил моих близких и любимых? Они тебе не успели даже зла причинить, а ты лишил их жизни. Или ты посчитал их лишними на земле, вам всем показалось, что они помешали гулять? Так в лесу места было слишком много, чтобы вот так встретиться и не разминуться. Ее слова не просто шокировали, но и парализовали Константина, лишив его возможности отвечать или вообще сбежать от этой коварной и жестокой мстительницы. А факт, что это и есть она, он уже не в силах отрицать. Только бежать отсюда без оглядки, уже проклиная момент, когда эта пьяная инициатива возобладала над разумом. И иного способа, как вернуться обратно, то есть, по лестнице в низ, у Константина не оказалось. Сделав шаг назад, он внезапно понял, что оступился, чувствуя, как теряет равновесие, и последующее падение для него окажется смертельным. Пробуя взмахами рук восстановить равновесие, Константин лишь ускорил свое падение, уже окончательно осознав бесполезность сопротивления. -Я причиняю тебе боль, а умрешь ты немного погодя, не сейчас. А пока испытай частичку страданий, тобой убиенных. Только пойми и прими, как факт, что на жизнь ты прав не имеешь. Потерял ты их на берегу озера. Словно судья зачитала приговор девчонка громко и внятно, что ее даже отчетливо расслышали на площадке между вторым и третьим этажом посетители, навестившие своих больных детей. И хотя этого уже и не требовалось, девчонка двумя руками подтолкнула Константина, который, пытаясь как-то, если не удержаться, так хоть до минимума смягчить падение, пытался вцепиться в поручни. Но это у него не получалось, и он покатился по ступенькам, словно мешок с неким грузом, лишь остановившись на площадке, сильно ударяясь всем телом о стену. Пронизывающая, кошмарная, страшная боль ворвалась в тело, словно поломанные кости и порванные жилы защемили все нервные окончания и жалили тупыми ядовитыми иглами, приостанавливая дыхание и удары сердца, не позволяя Константину кричать и взывать о помощи. И весь ужас еще заключался в том, что сознание его не желало покидать, словно по команде мстительницы оно воспринимало все муки и страдания, позволяя вкусить весь ее ассортимент. Наблюдавшие и слышавшие этот поединок две женщины и мужчина поспешили с площадки вниз, чтобы оказать помощь пострадавшему и не позволить сбежать виновнице этой беды. Однако девчонка вовсе и не собиралась скрываться, медленно по ступенькам спускаясь к своей жертве. Мужчина, спешивший на помощь Константину, поравнявшись с девчонкой, с силой ухватил ее за плечо. Однако внезапно, словно обжегся от ее пронзительного жгучего колючего взгляда, резко отдернул руку, как от раскаленного металла. Но девчонка совершенно не планировала бегство, и даже не попыталась покинуть место преступления, словно провинившаяся. Она остановилась и, глядя мужчине в глаза, объявила: -Я мщу за братика и за папу с мамой. Он их убил, лишил их жизни, а потому и получил эти муки. Сказала и не спеша пошла вниз, словно не произошло этого ужасного болезненного толчка. -Сережа, ты зачем отпустил ее? – взвизгнула женщина, попытавшаяся побежать за девчонкой, чтобы выполнить задержание, не получившееся у мужчины. Но этот Сережа удержал ее от неоправданной попытки, поймав женщину за руку и не позволяя преследовать мстительницу. -Лариса, ты же сама слышала, что она говорила, ее никак нельзя, но и невозможно задержать. -Девчонка так и сказала, что мстит за гибель родителей и своего братика, которых убил он. Эта же та девчонка, о которой всякие слухи-сказки ходят. Так получается, что все это правда она и в самом деле, мстит убийцам. Тем, что убили на берегу озера две семьи. И этот мужик третий. Женщины, не добежав до корчащегося в муках и стонущего от сильной боли Константина, замерли в неподвижности от слов мужчины, бросая косые взгляды то на Константина, то на уходящую девчонку. Ни пускаться в погоню, ни оказывать помощь пострадавшему они не решались. Наконец-то, когда от девчонки и след простыл, мужчина по имени Сергей, как назвала его Лариса, побежал в соседний подъезд в хирургическое отделение, чтобы позвать врачей на помощь. В кабинет к следователю Виноградову, широко распахнув дверь, не вошел, а вбежал его помощник Михаил Стасов. Глаза его горели озорным и неким нервным от перевозбуждения огоньком. Словно нечто, из ряда вон происшедшее, как нервировало, так и забавляло его одновременно. -Ну? – нетерпеливо спросил Леонид, уже понимая неординарность некоего события, так повлиявшего на помощника. – Говори уж, что могло тебя так взбодрить, что прямо светишься весь. -Все, Леонид Алексеевич, баста, можно смело снимать охрану с палаты Варвары Дроздовой, - выдохнул Михаил, шлепаясь на стул. -Так, а теперь с максимальными подробностями и стараясь не перескакивать с места на место, как ты обычно предпочитаешь, - предчувствуя некую подоплеку к этому неразумному предложению, попросил Леонид. – Преступники, как понимаю, задержаны и изобличены. -Нет, однако, третий с многочисленными ушибами и приличным сотрясением мозга угодил на больничную койку. А теперь отгадайте с трех раз: где это произошло, и кто в этом виноват. То есть, по какой причине такие травмы. -Уже догадываюсь, даже почти уверен, - с некоторым огорчением произнес Леонид, абсолютно не понимая радостного тона помощника. – Девчонка постаралась. Это на вопрос кто. Вот с ответом где, слегка затрудняюсь. Хотя, приблизительно могу назвать: некая высота, с которой она его сбросила. -Вы даже не поверите, - захлебываясь в восторгах, восклицал Михаил, - но он шел к нашей Варваре. И она его, некоего нам известного, Булюка Константина Юрьевича, спустила вниз головой по ступенькам. Мне только что позвонили. И позвонил лечащий врач, который обещал нам сразу сообщать обо всех событиях, касательно нашей Варвары. И совершила она свой акт возмездия при трех свидетелях с читкой аналогичного приговора. Мол, поначалу будет боль, а потом последует смерть. Понимаете, она сама себя защитит покруче любой охраны, не дупуская даже близко к палате Варвары. Ну, я хотел сказать, что защитница не сама Варвара, а некая ее копия, которая охранят эту девчонку. Во, наговорил, что и сам не совсем разобрал, что сказал. Ладно, мы вместе едем в больницу, или я сам? -Нет, езжай один, Миша, а я навещу нашего общего знакомого Седова. Как нам известно, он в их компании главный, то есть, негласный босс. Так что, если у них имеется такое скромное желание, как выжить, так пусть поспешат с явкой с повинной. Мне так кажется, что и Горбунов с Володиным причастны к этому убийству. Вот на эту тему с Седовым и поговорю. -Леонид Алексеевич, а может, арестовать их всех для их же блага, а там, прижать, они и расколются. -Нам им пока предъявлять нечего. А Варвара спит, когда находится под присмотром. Выходит, что стоит отвернуться, как она спешит с мщениями? Хотя, полный бред. Не способна она так артистично сыграть роль двух девчонок: девятилетнюю беззащитную, и такого же возраста, да решительную и мстящую. Не у каждого профессионала настолько правдоподобно получится. Ладно, покажешь нашим свидетелям в детском отделении фотографию Варвары, что они на это скажут. Хотя, мне их ответ уже ясен, укажут, что была она. Все трое рассматривали предъявленную Михаилом фотографию с раскрытыми от удивления ртами. Оказывается, она хорошо известна полиции, и потому им весьма непонятна причина, почему полицейские не принимают никаких мер. Возможно, эти пострадавшие и есть истинные убийцы, но легко допустить и ее ошибки. Так ведь могут пострадать и невинные. -Вы правы, и я с вами полностью согласен, - попытался разъяснить сложившуюся ситуацию Михаил. – Однако эта девчонка, что отображена на фотографии, лежит без сознания уже больше месяца в палате на втором этаже этого детского отделения. Вы, я даже уверен, в курсе причин ее болезни. Вот и объясните, как мне задержать больного неподвижного ребенка? Врач подтвердил слова Михаила. Да еще в это время рядом с Варварой находилась ее бабушка Анастасия Юрьевна, которая не могла пропустить момента, когда ее Варенька покинула палату. Да и как, если за такой срок болезни даже признаков возвращения из непонятного длительного сна ни разу не фиксировали. Спит Варвара и не пробуждается. А лунатизма за ней не наблюдали. Да это ей нужно было не просто встать и покинуть палату, но и предварительно переодеться в одежду, которой, кстати, ни в палате, ни по близости нет. -Нет, нет и нет, - категорически утверждал доктор. – Я эту бредовую идею за реальность принять не могу. Ищите эту мстительницу за пределами больницы, это уж ваши прямые обязанности, а Варвару даже не пытайтесь беспокоить. Мы боремся за ее жизнь, а вы нам такие сказки. Седов, впуская в квартиру следователя, поначалу растерялся и с трудом унял противную дрожь. Но, осознавая, что его не арестовывать явились, а просто посетить с некоторыми вопросами, он успокоился и уже уверенным тоном пригласил гостя в свою комнату, обустроенную под личный кабинет. В своей двухуровневой квартире ему пожелалось иметь именно свой отдельный кабинет, который всегда закрывал на ключ от посторонних любопытных глаз, позволяя матери лишь иногда под его личным присмотром проводить уборку. Но чаще пыль смахнуть он и сам не считал за тяжкий труд, поскольку никто в этой комнате особо и не пачкал. -Игорь Сергеевич, не буду я лукавить и юлить, а сразу хочу поставить вас в известность, - начал жестко и безапелляционно Леонид, усаживаясь в кресло напротив Седова. – Совершено покушение на следующего вашего товарища Булюка Константина. И вновь нарисовался при исполнении акции главный фигурант, девчонка, так сильно похожая на Варвару Дроздову. И догадайтесь, где и как она подстерегла его? В больнице рядом с входом в детское отделение. При свидетелях девчонка столкнула его с лестницы, предварительно зачитав приговор. Она же истребляет вашу компанию, и получается у нее это весьма успешно. 6 -Я не знаю и даже предполагать не в состоянии, что это за мстительница такая, которая поставила своей жизненной целью, полное уничтожение вашей всей компании. Поймите меня правильно, она не шутит и не по-детски балуется с вашими жизнями. Она на полном серьезе взялась за вас, чтобы в крайний срок поначалу жестоко искалечить, позволив вам вкусить солидную порцию боли и страданий, а затем, собрав вас всех в одной палате больницы, это уже мои фантазии и гипотетические предположения, одним махом истребить. То есть, умертвить неким своим способом, - говорил, словно зачитывал приговор, следователь Игорю Седову, которого весть о следующем покушении на еще одного его товарища из их компании деморализовала и обезоружила, отняв остатки сил и разума для обороны и выстроенной заранее защиты. И это волнение, и панику легко замечал следователь. -Но, Леонид Алексеевич, поймите меня правильно, - все же собрал всю волю в кулак. И, стараясь говорить, как можно спокойней, равнодушней и сдержанней, Игорь решился выговорить, предложенную Андреем, версию о непричастности, оставшихся в целостности, находящихся в данный период, вне стен больницы. – Я не стану защищаться и оправдываться за всех, но о себе могу клятвенно заверить о своей полной неосведомленности по этому убийству. Да мне сын и мать еще вчера с подробностями описали эту трагедию в лесу на берегу озера. И совпало именно так, что в этот день мы отмечали неподалеку от этого места свой успех в своих делах. Да, лишку выпили, да, допускаю, что перебрали. Насколько я осведомлен, так убийство произошло на берегу озера в километре от того места, где мы пили. Но пили, каюсь, много. И за деяния всех своих товарищей клятвенно поручиться не могу. Даже могу допустить, хоть и с большой натяжкой, участие этой троицы в драме. Но сразу оговариваюсь, что лишь предполагаю. А потом, ребенок, ну, девчонка эта, что устроила самосуд, могла и ошибиться. Ребенок, однако, несмышленый. Леонид внимательно выслушивал оправдательный монолог Седова, пытаясь уловить в его голосе дрожь или сомнения в своей правоте. И, признаваясь, и у него самого проскользнула нечто схожее с этой мыслью. А вдруг? Ну, ведь девчонка и в самом деле, чересчур мала. А там, сидя в кустах, и прячась от пьяных обезумевших убийц, могла обознаться и принять компанию Седова за тех, кто и в самом деле совершил преступление. И первоначальное волнение Седова имеет оправдание. Кому же легко слушать, что кто-то, приняв вас за подлых убийц, устроил такую жестокую карательную акцию. -Так какого хрена, в таком случае, ваш Булюк поперся в больницу в детское отделение, где лежит Варвара Дроздова, если вы так пытаетесь меня уверить в вашей непричастности и возможной ошибки девчонки? – спросил Леонид, решив сразу не соглашаться с Седовым. -Во-первых, - услышав в голосе следователя слабый намек на сомнения в собственных версиях, осмелевший и приободрившийся Игорь решил уже твердо стоять на своей позиции. Он никого не собирался яростно и с пеной на губах оправдывать в невиновности и непричастности к убийству. Побольше сомнений и обычных предположений, - Константин шел, скорее всего, в хирургическое отделение, навестить Изотова и Кулика. Ну, перепутал подъезды, они ведь, рядом, а он, насколько я осведомлен, услугами бесплатной медицины не пользуется, и в этой больнице оказался впервые. А во-вторых, я не утверждаю, их непричастность к этому пошлому деянию, а лишь предполагаю. Да, мы уже много лет вместе трудимся, но, сразу же оговорюсь, кроме дела у нас ничего общего. Все праздники, как личные, так и государственные порознь. И ежели случаются вот такие застолья с выпивкой, так они, насколько припоминаю, не чаще двух-трех раз в году. Но в тот раз, так уж случилось, на радостях лично я сильно перебрал. Вполне допускаю, что кто-нибудь из них и отлучался от стола, поскольку сидели мы долго. -Только эти трое? -Говорю же вам, что не уверен я ни в чем. Но лично сам в этой грязной бойне участия не принимал, так это, как факт, утверждаю категорически, - заверял настолько клятвенно Седов, что чуть было и сам не поверил в свою непричастность, настолько убедительно говорил он эти слова следователю. -Хорошо, Игорь Сергеевич, - уже весь в сомнениях и неуверенности вставал с кресла Леонид и жестом попросил Игоря проводить его к выходу. – Возможно, и такое, в ваших словах прозвучала искренность. Я поверю вам, однако, будем дожидаться дальнейших действий вашей девчонки. -Ну, почему она наша, зачем вы так убедительно пытаетесь ее к нам приписать, словно даже сомнений нет, что она направила свои мести на нас всех? – искренне возмутился Игорь подобным инсинуациям. – Она, скорее всего, ваша. Только немного не понимаю я вам, Леонид Алексеевич. Ведь она вам известна, как утверждают слухи и сплетни. Почему вы ее сами о нас не расспросите? Это же намного проще, чем огульно подозревать нас всех. -Обязательно спросим, Игорь Сергеевич. Сразу, как встретим, так и спросим, но никак не раньше, - сказал на прощание следователь и, увидев удивление в глазах Седова, добавил: - Эта Варя, что лежит в больнице и которую непонятно зачем, но догадываюсь, с какой целью пытался навестить Булюк, ею быть физически не может, поскольку находится в бессознательном состоянии уже второй месяц. И ни разу врачи еще не зафиксировали ее возвращение из забытья. А мстит вам, то есть, я хочу сказать, предполагаемым убийцам некая сильная, волевая и смелая, и слишком похожая на Варвару девчонка. И нам о ней ничего неизвестно, поскольку у нашей Варвары сестер не имеется. Так что, будьте предельно внимательны и осторожны. Я так предполагаю, что намерения у нее вполне серьезные. Следователь ушел, а Седов, уняв дрожи во всем теле хорошей порцией коньяка, схватил телефон и спешно отзвонился Андрею и Василию, подробно описав беседу со следователем и свои версии. -Топить теперь всех этих троих будим. Костя, придурок лагерный, без спроса и ведома поперся в палату к девчонке. Кто его надоумил? Ведь ясно предупреждал, что нам всего-навсего нужна пока лишь информация о здоровье девчонки. Не она это, не Дроздова, которая устроила эти самосуды. Та Варвара, мне так следователь и заявил, лежит в палате в коме, или в чем-то ином, но уже второй месяц без сознания. Теперь максимум бдительности, не подпускать к себе вот таких малолеток на пушечный выстрел, если хотите уцелеть. А она, насколько я понял, да и меня следователь надоумил, хочет всю нашу шестерку в кучу собрать. А потом уже без лишних хлопот и вот таких обездвиженных без напряг прикончить одним махом. Как вам такая перспектива? А она идет к цели танком. Сказано, сделано. Оставшаяся троица перешла в режим чрезвычайной ситуации с максимальной осмотрительностью. А для своих семей они уверенно выдвинули две версии: девчонка обозналась, или эти трое все-таки причастны к тому ужасному преступлению на берегу озера. И какая одна из двух версий имеет право на существование, так кто его знает. И убеждать жен и детей не приходилось, поскольку совместных общений у них не было, и семьи просто не могли увязать тех, уже пострадавших от рук мстительницы со своими мужьями. Но во всем у них, у мужчин, была неуверенность, некое недоверие и непонимание происходящего. Ежели Варвара в коме, то кто эта мстительница? Седов назавтра же навестил всех троих в больнице, искалеченных и прикованных к койкам, и пересказал свои мысли, грубо и зло, приказав им самим и самостоятельно теперь выкручиваться. Двоим за кашу, кою заварили, а Константину за глупую и неоправданную инициативу. -Ты зачем, козел, поперся в это детское отделение? – громким шепотом шипел Игорь на Константина. – Ну, узнал из уст своей знакомой всю необходимую информацию, так и достаточно, беги домой. Вот теперь сумей уцелеть и не расколоться следователю. А если пожелаешь признаваться, то будь добр, кроме своего имени не упоминай ничьи. Каждый сам за себя. -А вот ты думаешь, что вы так легко и просто останетесь в стороне? – зло и едва не плача от боли и обиды, пытался оправдаться Константин. – Да она вас всех где угодно достанет, скрыться не получится. Вот клянусь, что очень скоро в наших рядах пополнение получим. Если это не Дроздова Варвара, так этой мстительнице еще проще отыскать вас и покарать. Слишком нечто нереальное и неземное ополчилось против нас, словно нечисть из мистики. -Сам знаю, что охоту она не завершила, - рявкнул уже не столь уверенно Седов, признавая за девчонкой некую непонятную силу. – Да только теперь, благодаря вам, мы будем максимально осторожны и внимательны. Постараемся сами опередить ее. Уж таким лохом, как ты, я не буду. С ума сойти, столкнуться с глазу на глаз и не управиться с малолеткой. Уж не сверх какой-то силой обладает она. Ну, ничего, предупрежден, стало быть, вооружен. Я сам объявляю ей войну, ибо победителю в награду обещана жизнь, и никак не меньше. Оставил Игорь Константина в сомнениях, размышлениях и в опасениях за свое дальнейшее будущее. Ведь эта прошмандовка обещала смерть. Прав Игорь в одном: соберет она всех до кучи, заставил понервничать и подрожать в страхе. Мстит, холера, с фантазией, не желая простой смерти. Получите, господа хорошие, порцию боли, страха и страданий. А ведь получается, что тогда проще уж самому по доброй воле покинуть бренный мир, чтобы не трястись в ужасе и в ожиданиях смерти в лице убиенной ими же девчонки. Да, прав и он сам, силы против них ополчились неземные, нереальные, и тем страшней и бессмысленней цепляться за спасительную соломинку. Вот только не думал никогда о смерти, точнее, о добровольном уходе из жизни. А потому, даже не предполагает, как и с помощью, каких средств уйти безболезненно и с наименьшими страданиями? А ведь жить хочется до безумия. Так все наладилось, настолько комфортно и удивительно жить начали. Ему, Константину, вдруг пожелалось вот так немедленно и сразу вскочить с койки и собственными руками придушить тех двоих, что лежат на этом же этаже, только в разных палатах. И девчонке работу облегчить, и душу излить. Да и Игорь не лучше их, этого Валерки с Эдиком. Сам же, скот, не успев окончательно и грамотно оценить и рассмотреть ситуацию, как сразу приказал уничтожить всех свидетелей, включая и детей. А теперь, тварь эдакая, удумал, свалить все на троих. Обидно до соплей, да вот только радует подлая мыслишка о неотвратимости возмездия и для них самих. Ох, чувствует душа, что очень даже скоро и эти трое окажутся неподалеку с переломанными костями. Все шестеро были в лесу, творили зло, так всем им и ответить потребно равнозначно, как и полагается. А Игорь, выскочив из больницы, весь взведенный и перевозбужденный, запрыгнув в салон автомобиля, и нервно передернул рычаги, готовый рвать и метать, и даже выплеснуть обуявшую его ярость на своем автомобиле. Этот подонок, Костя, посмел ему угрожать некой соплячкой. Нет, не сама угроза его взбесила, а этот подлый прогноз. Хотя, признаваясь самому себе, он и сам уже начинал сомневаться в собственной безопасности, нарисовав в воображении эту девчонку неким монстром в детском обличии, словно злая колдунья мстит за настоящую Варвару. Врет все следователь, не может такого быть, чтобы совершенно посторонняя девчонка мстила за совершенно чужих для нее людей. И не было ее там, в этом лесу, голову он на отсечение дает. Она, эта мстительница, скорее всего, и есть та Варвара, сумевшая выжить после ранений, нанесенных ей Васькой. Видел он лично этот нож после расправы над ней. И самого Ваську видел и помнит состояние того. Кровь с лезвия стекала крупными каплями, а сам Васька был перепачкан в крови. А она выжила, стало быть, и есть ведьма или зомби. Не человек в плоти, а мстит им сам девчонка-дьявол, незаметно покидая больничную койку. И единственное, вернее, одно из единственных спасений – убить саму эту девчонку. Предложенный выход следователя Игорь отметает сразу. С повинной он не пойдет по одной простой причине, что грозит им всем пожизненный срок. А гнить свои остатки жизни в тюрьме - перспектива намного страшней смерти, которая легко избавляет от страданий. И лично сам убивать он девчонку не станет, чтобы не светиться в больнице. Знает и уже предполагает он будущего киллера. Денег хватит. Или, что намного безопасней, хлопнуть потом и самого киллера, чтобы обойтись меньшими затратами. Даже минимальными. Прикармливает он уже не один год одного наркомана, в надежде, что тот когда-нибудь может пригодиться. А потом всего лишь хорошая передозировка, и нет свидетеля. Ха, радостно, внезапно обрадованный радужными перспективами, воскликнул Игорь, ударяя по газам. Это же так легко и просто! А дело он обязательно развернет, да только с иными помощниками. Даже год внезапного перерыва никак не отразится на финансовых планах семьи и на его личных. Не зря всегда запас делал, понимая и предполагая возможность неудач. Вот этот вынужденный перерыв и наступил, когда пригодилась заначка. Он смотрел на дорогу, следил и контролировал обстановку, как поступал всегда. Но вот именно сейчас он даже понять не мог, откуда она взялась впереди метрах в двадцати от его автомобиля. Максимально с силой ударив по тормозам, Игорь рванул руль влево, с опозданием осознавая ошибочность маневра. Слева встречные автомобили, и эта попытка, избежать наезда на девчонку, смертельно опасна, поскольку теперь он выскакивает на встречную полосу. И, заметив перед глазами КамАЗ, несущийся ему в лоб, столкновения с которым избежать уже не удастся, Игорь вдруг с ужасом осознал, что так бездарно и глупо угодил в ее ловушку сразу же после клятвенных заверений перед Константином, что она его провести не сумеет. Да, это была она, та, которую он уже планировал перехитрить и физически уничтожить. А она опередила, потому что не была человеком. Это был сам дьявол. Точнее, дьяволица. Затем последовал оглушительный удар, вспышка в голове, вызванная кошмарной острой болью. Но и самое ужасное, что, услышав, как трещат его кости и рвется плот, он не потерял сознание. Боль захватила в плен все его клеточки, нестерпимо терзая и мучая, создавая впечатление ее бесконечности. Она исполняет свои обещания, строго придерживаясь слов, не отступая от планов. Сказала, что наградит болью и муками, вот и получи их. Движение на дороге мгновенно парализовалось остановившимися автомобилями и их хозяевами, поспешившими на помощь своему собрату по рулю. Попытки открыть двери потерпели неудачу сразу же. Но и через разбитое переднее стекло вытащить его не получилось, поскольку ноги Игоря оказались зажатыми в клещи. Толпа суетилась, вызывала МЧС, полицию, скорую помощь, многие водители стояли рядом с приготовленными к бою огнетушителями, чтобы враз загасить пламя, посмей оно возникнуть. А сам Игорь смотрел на всю эту суету широко распахнутыми глазами, умоляя и даже требуя, если не получается освободить, так хоть избавьте его от боли, добейте, чтобы наконец-то исчезли эти невыносимые кошмарные страдания. Однако народ не слышал и не понимал его просьб, продолжая лицезреть и предпринимать слабые попытки, распахнуть заклинившие двери, громко обсуждая аварию, и ожидая помощи специалистов, вызванных по телефону. А их все не было. Зато перед ним появилась девчонка, сумевшая приблизиться вплотную и успевшая, зло, усмехнувшись, прочесть свой страшный, но заслуженный вердикт: -Ты почему не остановил их, а? Ты зачем приказал своим подонкам вершить убийства? Ведь хватило бы одного твоего слова, чтобы спасти остальных. А там был мой братик. Да, папу с мамой уже убили до твоего появления, но братика убили по твоему приказу. Да всего на всего по той причине, что ты ничем не отличаешься от них. А теперь страдай и жди смерти. Она очень скоро явится, чтобы еще страшней напугать. Я всех вас уничтожу. -Сейчас убей, умоляю, избавь от этой боли, я больше не могу ее терпеть, - просипел губами неслышно Игорь. -Нет! – громко резанула девчонка и повернулась к нему спиной, шагая на толпу, чтобы покинуть это кровавое место, ею же устроенное. – До конца пройди муки ада, легко уйти не позволю. -Стой! – вдруг рявкнул из толпы мужчина, пытаясь ухватить девчонку за плечи, не позволив ей покинуть место преступления. Но, стоявшая рядом женщина, грубо отдернула мужчину от девчонки. – Ты что? – с обидой воскликнул тот на женщину, словно она его лишила права на свободные действия. – Это же она выпрыгнула на дорогу перед его машиной, я видел, она сделала это специально, словно пошутила. Только это смертельные шутки. -Ну, и что? – испуганно оправдывалась женщина. – Ты разве не слышал, что она ему сказала? Не понимаешь, что ли? Это же и есть та девчонка, которая мстит убийцам за смерть своих родителей. Весь город только об этом и говорит, а ты хватаешь ее. Пусть уходит, нельзя ее задерживать. -Спасибо, тетенька! – лукаво улыбнувшись, поблагодарила девчонка и нырнула в гущу толпы. Близко стоявшие соглядатаи, слышавшие диалог супругов, слегка ошарашенные от услышанного, расступились, пропуская ребенка и бросая в ее сторону восхищенные пугливые взгляды, не помышляя о ее задержании. Затем прибыли спасатели, медики и сотрудники ГИБДД, которые быстро и профессионально, распустив толпу и оставив возле себя для опроса нескольких свидетелей, разрулили автомобили, освободив дорогу для движения, спасатели извлекли Игоря из покореженного автомобиля, а медики с помощью уколов и бинтов поспешили избавить пострадавшего от страданий. Игорь после нескольких уколов ушел в забытье, где уже не было боли, страха и опасной мстительницы. -Ну, и что скажешь, Миша? – спрашивал помощника следователь Леонид, получив из больницы информацию о попадании по вине мстительницы очередного фигуранта преступления на берегу озера четвертого мая. – Арестовать этих, последних из оставшихся пока целыми, двоих, или пусть девчонка и их пощиплет малость? – добавил он иронично, усмехаясь. – А ведь божился, подлец, что абсолютно непричастен к этому делу. Мол, вполне допускает, что его собутыльники по пикнику, возможно, и приложили свои поганые ручки. А сам он чист, как стеклышко. Или, все-таки, девчонка ошибается, зазря калечит? -Вы хотите сказать, что не тех казнит, перепутала фигурантов? – спросил удивленный Михаил. – Сомневаюсь, однако. Ну, спутать одного, ошибиться максимум на двух, хоть и в этом имею сомнении. А она задумала покарать их всех до единого, кто был в том лесу в тот злосчастный день. Арестовать? Сами говорите, что предъявлять нам им нечего, кроме как свои предположения и догадки. Нет уж, пусть, коль пожелают избежать подобного наказания, приходят сами к нам с повинной. А облегчать им их участи, у меня особого желания не возникает. -Миша, ну, вот признайся, как на духу, ты способен поверить в мистику? – внезапно задал этот волнующий вопрос Леонид. – А я нет, но здесь в нашем деле присутствует явно нечто пока еще неопознанное и неизученное наукой явление, которое и творит эту кару. Поспрошал я стариков, соседей, погибших Дроздовых. Нет, и не было у них сестры-близняшки Варвары. И тогда у нас остается единственная версия – это и есть она сама. Как у нее такое получается – пока не скажу, поскольку и предположить не в состоянии. Но заметь, что на арену вступили явные темные силы, пожелавшие сполна отвесить убийцам по заслугам. -Нет, Леонид Алексеевич, - поспешил не согласиться с начальником помощник Михаил. – Не темные, а светлые. А я ее даже оправдываю. Даже не знаю и в страшном сне представить не в состоянии, на что сам оказался бы способен, случись нечто подобное с моими родными. Да еще, как понимаю, на твоих глазах. Тяжело и практически невозможно действовать законными методами, понимая, что при отсутствии улик их засудить нельзя, а если и сумеешь посадить, так заранее понимаешь, что убийцы в тюрьме будут жить, жрать и даже мечтать. Хорошо или плохо там, но и к такому за долгие годы привыкнуть можно, хотя, даже не представляю такое существование. И прогулка тебе, и еда, и кино покажут, и книги можешь прочесть. А главное – мыслить, мечтать и представлять. И еще сон остается, в котором ты свободен и независим от тюремных правил и законов. -Хотелось бы согласиться с тобой, да никак не могу, - печально констатировал, как факт, Леонид. – Ведь ничего поделать мы уже не в силах. Даже если этих двоих арестовать, чтобы спасти от возмездия мстительницы, так я теперь просто неуверен, будет ли для них тюрьма защитой от нее. А не сумеем уговорить на чистосердечное признание, так выпускать придется, где они еще с большей легкостью попадают под ее меч возмездия. Ведь, кто она и что из себя представляет, так мы и предположить нечто правдоподобное не в состоянии. -Леонид Алексеевич! – внезапно, словно в отчаянии, но голосом резвым и бодрым воскликнул Михаил, вскакивая с кресла и суетливо забегав по кабинету, измеряя его параметры шагами. – А ну их подальше! У нас с вами появился хороший помощник, разоблачающий и наказывающий преступников. Сверху, насколько я понимаю, так уж сильно не давят, поскольку не верят в мистику. Это по городу уже вовсю ходят слухи, осторожные и не слишком вычурные фантазии по поводу юной мстительницы. Так и пусть завершает начатое дело. А у нас работы и без этих подонков невпроворот. Позвольте заняться текучкой. -Даю добро, Миша, - иронично хмыкнув, согласился с помощником Леонид. – Все равно, кроме версий и гипотез в мозги ничего разумного и реального не приходит. Этим двоим помочь, мы не можем. А забивать головы непонятной и загадочной мистикой с фантастикой – занятие для свободного личного времени. Будем безучастно наблюдать, и заниматься своими делами. Ты прав, был звонок сверху прокурору, но такой размытый и не совсем понятный. Мол, что у вас там за слухи по городу ходят-бродят о неком странном мстителе? А слухами нам никто не позволит заниматься всерьез и в рабочее время. Андрей влетел в квартиру Василия, словно несся от роя пчел, преследовавших его на всем пути и беспощадно жалящих. Они всей компанией никогда не дружили семьями, даже не пытались вводить своих жен в курс своих темных дел. Да и светлых аналогично. Удел женщины – уход за мужем-добытчиком. И поскольку добыча всегда могла их только радовать, то женщин вполне устраивал сам факт добычи. И потому их жены знали про их работу лишь по названию фирмы и по зарплате, кою мужья им предоставляли по мере необходимости. И супруга Марина, увидев на пороге свое квартиры незнакомого мужчину, в первую очередь поинтересовалась причиной явления Андрея, и кто, и откуда этот господин. -Марина, это ко мне и по нашим делам, - выглянув из комнаты в прихожую, предупредил жену Василий, приглашая Андрея, слегка удивленный его появлению. За годы знакомства это был первый визит. – Ты чего такой весь издерганный, случилось чего, или просто по делу? -Седов в больнице, - падая в кресло, предложенное хозяином, выдавил из себя, Андрей, тяжело дыша. – И опять она здесь приложила свою лапу. Выскочила, говорят, перед его машиной, а Игорь, придурок, руль влево, и в лоб с КамАЗом. Странно, что вообще еще в живых остался. Но мне в больнице сказали, что сильно его поломало, живого места не осталось. -Так она и ломает, не допуская летального исхода, словно крупный специалист в анатомии человеческих тел, - простонал Василий, обессилено падая на диван и бледнея от ужаса, внезапно ощутив и осознав полную незащищенность перед карой неведомой девчонки. Он жадно хватал воздух онемевшим ртом, вдруг почувствовав, что сердце и легкие отказываются функционировать. И вот-вот могут вообще остановиться и убить его, не дождавшись кары, коей успела она наказать его товарищей. Но он только одного не понимал, насколько хуже или лучше эта внезапная остановка сердца. Она, эта девчонка, словно злая колдунья, способная своей местью достать где угодно. Так пусть именно сейчас остановиться сердце, и вмиг исчезнет противная дрожь от страха и ожидания, и пропадут эти бессонные страшные ночи. -И что будем делать? – сумел наконец-то выговорить Василий, не дождавшись остановки сердца и легкой смерти, которая избавит от ужаса ожидания. – Так недолго и нам осталось ждать и принимать из ее лап акт мщения. И что, ты предлагаешь спокойно дожидаться, пока она и нам нечто подобное не устроила? Нет, Андрей, пора принимать какие-то меры опережения. -Ох, Васька, как я зол на тебя, если бы ты только на минутку представил, так меня стал больше ее бояться, - проскрипел зубами Андрей, выражая этим скрипом всю имеющуюся ненависть в адрес Василия. Но тихо, шепотом, боясь быть услышанным его супругой Мариной. – Вот ты можешь мне внятно объяснить, как она могла у тебя выжить, если ты ей смерти желал? Дите настолько мало, что удар ножа в любую точку тела смертельно. А она до сих пор жива, да еще и устроила нам такое мщение, что и взрослые мужики от страха еле живы. -Вот, сам заткнулся бы, а? – зло бросил Василий, и внятно постучал себе по лбу, отражая интеллект товарища. – Ты что, до сих пор веришь, что эта девка для своих акций мщения выходит из комы и средь бела дня разыскивает нас по городу, чтобы кости поломать, да адские боли причинить? Чушь собачь, даже как за версию не принимаю и не верю, хоть ты тресни. -А что тогда? – уже с меньшим нажимом на злость и обиду спросил Андрей. – Васька, вдвоем мы остались, и теперь, чувствую задницей, до нас она вот-вот доберется, если у нее планы не изменились, в чем лично я уже сомневаюсь. Мне теперь просто так из дома выйти страшно, боюсь любого шороха, звука или вида какой-нибудь девчонки. Так и, кажется, что приближается ко мне с единой опасной целью. Или, хуже того, с крыши на голову кирпич упадет, или из-за угла она с ломом. Ведь не убить хочет с первого раза, а сильно искалечить, чтобы в беспомощном состоянии в больничную койку уложить. А уж потом, так делай, чего хочешь с нами. Ладно, побежал я до дому, будь все время на связи и не отключайся. Мало ли чего. Андрей убежал с аналогичной скоростью и энергией, что и явился, а супруга Василия Марина, выпроводив гостя, вошла в комнату к мужу, с легким удивлением рассматривая его, и спросила: -Чего это он такой весь взвинченный, взбалмошный? – кивнула она в стороны прихожей, откуда сбежал Андрей. – Какой-то весь взведенный, перепуганный, да еще глаза бешеные. Мне аж страшно за него стало. Как бы в таком состоянии под автомобиль не попал. Или он на своей? -Успокойся, ничего страшного с ним не случится. А если и случится, то с ним, а не с нами, - как можно буднишней и с легким ироничным смешком, попросил он супругу не волноваться по пустякам. – Ну, возникли у него проблемы, так они меня ни каким боком не касаются, - на ходу сочинял Василий Марине, сам с трудом сдерживаясь от нервного перевозбуждения и кошмарных фантазий. – За советом прибегал, помощи просил. Словесной, разумеется. Припекло сильно. Давай, Марина, поужинаем, что ли? Да и пару рюмочек выпить хочется. Взвалил он на меня свои проблемы и слинял, а мне их теперь переваривать. Супруга, получив успокаивающие комментарии от мужа по поводу нервного товарища, неторопливо уплыла на кухню разогревать и нарезать, а Василий, чтобы вернуть нервную систему в стабильную норму, сделал несколько физических упражнений, которые всегда старался использовать, коль случались подобные нервотрепки. Помогали и позволяли казаться спокойным и удовлетворенным. Даже если остатки беспокойства еще внутри бурлили, то уж внешне о нем можно сказать, что самочувствие Василия даже выше нормы. Вошедшая дочь несколько секунд, молча, рассматривала праздничный стол с коньяком и ароматной нарезкой, потом вопросительно глянула на мать и отца и спросила: -Я какую-нибудь календарную дату подзабыла, или вы просто мне о ней никогда не рассказывали? -Нет, доченька, папа предложил устроить праздник, а я не стала возражать, - весело ответила Марина. – Мой руки и садись за стол. Прихвати себе с кухни тарелку с вилкой. Коль пожелаешь, можешь свое вино прихватить. Дочь Люба не заставила себя уговаривать, и уже через минуту сидела за столом с бокалом, наполовину наполненным вином. -Да, родители, - вдруг, словно вспомнив нечто интересное, поговорила она. – Не слыхали новость? Вчера напротив «Виктории» Форд в КамАЗ вписался. И не сам, говорят, а помогла им та девчонка, которая мстит за убийство родителей. Она перед носом Форда выпрыгнула, а тому и ничего не оставалось делать, как руль влево крутануть. И тут КамАЗ нарисовался. -Ой, Люба, - лениво отмахнулась от глупых инсинуаций дочери мать. – Вот болтает народ всякую чушь, а ты повторяешь. Любят у нас люди из мухи слона лепить. Ну, я не возражаю, аварии у нас происходят часто. Просто какая-то бестолочь малолетняя перебежала дорогу в неположенном месте, где машин полно, вот и едва не угодила под колеса. Пусть скажет спасибо, что собой рискнул водитель ради ее спасения. А народ сразу ее хулиганство некой мстительнице приписывает. Вот, есть ли она вообще, так нечто я сомневаюсь даже. Ее кто-нибудь видел воочию? – высказала сомнения по поводу этой мстительницы Марина. – Почему-то все слышали от кого-то, мол, товарищ, сосед, подруга видели. А лично сам, так никто толком о ней и не знает. Кому-то интересно эти слухи распускать, вот и болтают. Сорок дней со дня гибели родных супружеская чета Дроздовых решила отметить на кладбище, на могилке детей и внука. Да и семья Фученко захоронена рядом. Не было, не оказалось у них родных, могущих организовать похороны. Поэтому на себя такую миссию взял комбинат, на котором они оба работали. Да и соседи собрали, кто, что мог. Мир оказался не без добрых людей. Николай сразу предупредил супругу, что прихватил с собой побольше водки и одноразовых стаканчиков, в надежде на многих желающих, помянуть на кладбище погибших. Поэтому Анастасия нагрузила полную сумку бутербродов и овощей. Она поначалу пыталась уговорить мужа, собрать соседей и сотрудников фирмы, где трудился Геннадий, у себя дома. Но быстро согласилась с выводами мужа. Стояла теплая летняя погода. И в помещении такое сборище народу чревато дискомфортом, и поминки превратится в пытку для нее самой. Да ведь и без застолья они на сегодня планировали навестить могилку, что явилось бы излишней перегрузкой и без того ослабшего здоровья. Больно, тяжело смотреть на свежие холмики, однако всегда, возвращаясь с кладбища, Анастасия всегда ощущала некое облегчение, словно посетила детей, пообщалась с ними, ответила на их вопросы, рассказала о дочке, выжившей, но пока еще не пришедшей в себя после такого потрясения. Так случилось, что и возле могилки соседей было много народу. Несколько мужчин и женщин, как они сами признались, товарищи по работе. Бывшие. И Николай сразу же предложил им рядом, метрах в пяти-семи от могилки на траве расстелить покрывало и накрыть общий стол. Засуетились женщины, доставая из сумок продукты. Не стояли без дела и мужчины, разливая водку по стаканам и разнося их по кругу. Старались не пропустить ни кого. Говорили много, поскольку время прошло, шок уже немного спал, а потому появилось желание высказаться, вспомнить и помянуть. Семью Фученко, прибывшую на ПМЖ в их город недавно, знали слабо, а потому просто кратко желали им покоя в том неведомом мире и пили. Их сюда привела больше не сама смерть товарища, а именно факт страшного и зверского убийства, которое пока не раскрыто, а стало быть, убийцы бродят по земле. Хотя, как извещают слухи и разнообразные сплетни, то месть за их гибель уже началась. Подходил и посторонний люд, которому сходу и без споров и нежелания принимать отказ, наливали полный стакан и предлагали помянуть. И этими также руководило чувство солидарности и желание расспросить о ходе следствия, а еще их аналогично волновала явившаяся в мир мстительница. -Мало прожили на земле наши детки, ой, как мало! Самая только жизнь и начиналась. А у малышей и того меньше. Нашим внучкам не удалось даже повзрослеть по вине этих нелюдей, - с дрожью в голосе и слезами в глазах говорил Николай, вставая над застольем и бросая тяжелые печальные взгляды в сторону свежих холмиков. – Пусть их мечты и планы сбудутся там. А мы с Настей дождемся выздоровления внучки и посвятим все силы и душу в ее воспитание. Дай бог, выучим, замуж выдадим, а там и ее деток удастся немного понянчить. Выпили, молча, закусили. И лишь тихие просьбы, советы и успокоительные фразы нарушали тишину. Потом захотелось выговориться, чтобы как-то отвлечь чету Дроздовых от мрачных мыслей. -А что полиция, так и не смогла отыскать этих убийц? – решился вновь затронуть болезненную тему один из присутствующих. Но этот вопрос, как оказалось, больше всех и волновал собравшихся. – Сорок дней, однако, прошло, а они все на месте топчутся, и даже признаков окончания этого дела на горизонте не просматривается. Слишком глубоко замаскировались убийцы. -Полицию тоже можно понять, - слабо попыталась защитить правоохранительные органы женщина со стороны компании Фученко. – Городок наш маленький, таких тяжких преступлений раньше не случалось. Мы даже поначалу и не поверили, когда услышали о гибели сразу двух семей. Это же, какими подонками надобно было уродиться, чтобы на такое пойти. Ладно, случаются, хоть и это ужасно, убийства в драке, при семейных разборках. А тут даже деток не пожалели. -Да, ужас, какой! – поддержала ее соседка по застолью. – Это по телевизору можно еще такое смотреть и ужасаться. А сейчас случилось с теми, кого знаешь, с кем только что вчера общались, говорили. А уж детей-то за что, твари, убивали, вот что мне не понятно. Чем они им помешали? -Свидетелей убирали. Видать, заметили наши нечто запретное для их глаз, вот и убивали. -Просто чудо еще, какое, - высказался один из мужчин, - что ваша внучка уцелела в этой мясорубке. Нам говорили у всех убитых, как минимум по пять-семь ножевых ранений. А она сумела выжить. Стало быть, будет жить долго, раз смерть ее лишь слегка коснулась. -Видишь ли, - вторил следующий, - срок у нее отмерен иной, потому святой апостол Петр и не позволил. Не время умирать. -Чудо чудом, а вот месть, слухи ходят, не заставила себя ждать, - вдруг, словно нечто важное вспомнив, громко воскликнул один из мужчин. И настолько у него торжественно получилось, что он даже слегка смутился своему неуместному восторгу. Однако все восприняли новую тему с интересом и без осуждения. – Ох, как она их калечит, эта некая мстительница, что волком воют от боли. А она еще и с угрозами, не позволить им жить, мол, уничтожит все равно. Самому мне не довелось видеть, но знакомый оказался в той толпе, когда Форд в КамАЗ врезался. Так она подошла к нему, к водителю легковушки, и прямо в глаза ему высказала приговор. Так и говорит, что мало тебе, дядя страдать, смерть не заставит ждать. -И никто ее не задержал? – удивленно спросили женщины. – Ведь прав ей никто не давал, людей без суда калечить. А ежели обозналась? А потом, если мстит этим, которых считает убийцами, стало быть, есть тому причина. Так пусть органам и поведает о них, расскажет, что и как. -Для суда их не просто поймать нужно, но еще, прежде чем срок впаять, доказать их вину. А докажут, так в тюрьму, на нары. Нет у нас смертной казни, в живых их оставят по любому. А она поначалу кости им переломает, землю грызть от боли заставит, а потом уже и казнит. -Ну, и правильно! – по всему застолью пронеслось одобрение. И для убедительности своего согласия все протянули свои стаканы для заполнения. – Хочу выпить, - добавил уже один из мужчин, - за нее, за эту неведомую, но справедливую и, пусть так остается, жестокую. Чтобы другим неповадно было. И родным легче пережить, коль знаешь, что убийца твоего ребенка наказан. И не камерой, не тюремной баландой, а страданием и смертью. И его слова ни у кого не вызвали возмущения или хотя бы сомнения в их справедливости. Глядя на беду и страдания чету Дроздовых, на эти свежие холмики, слегка уже покрытые свежей травой, не хотелось законности и правосудия. Всем желалось знать о неотвратимости за это свершенное злодеяние смертельного возмездия. Убийца должен умереть. Николай с удивлением глянул на супругу, слегка поразившись ее ошарашенному и немного испуганному взгляду. Резко повернувшись по направлению ее взгляда, Николай и сам непроизвольно вздрогнул, увидев некое чудо, закрытое наполовину огромным красивым и богатым букетом живых цветов. Однако по ногам и коротким шортикам, что не закрыты цветами, он видел ребенка. А когда девчонка, подойдя к могилкам, отняла от лица букет, Анастасия глухо вскрикнула, а Николай тихо простонал, хватаясь рукой за сердце и тяжело дыша. -Варя? – осипшим голосом еле слышно прошептал он дикий и глупый, физически и практически невозможный вопрос. – Ты? Но, ведь ты только что лежала в палате, как же ты оказалась здесь? -Нет, дедулька, я не Варя, ты уж меня прости. Твоя внучка действительно, лежит на койке. Она просто спит, и вы ее пока не беспокойте. Но недолго осталось, поверьте мне, она очень скоро проснется, - тихим детским голоском, но ясно и внятно, слышимым всему застолью, ответила ему девчонка. – Пока рано просыпаться, потому что еще не все обидчики наказаны. Сказала, и медленно, не спеша, разложила по могилкам, принесенные с собой, цветы. Уложив последние на крайнюю могилку, прошептала несколько фраз, затем поклонилась и, развернувшись в сторону леса, на краю которого располагалось городское кладбище, словно туман растворилась в густых зарослях. И все, словно и не произошло ничего необычного и сверхъестественного. Все застолье сидело, застыв в различных позах, в которых и застало их явление этой девчонки, боясь пошевелиться или сказать некие слова, словно своим шумом они могут разрушить и погубить это явлении. И лишь через несколько секунд, как пропало это видение, одна из женщин осмелилась спросить, все еще не поверив, будто явление могло быть мифическим. -Так это была ваша внучка Варвара? Сами ведь только что сказали, будто она без сознания и в больнице. -Да нет, - поправил ее, рядом сидящий, мужчина. – Не она. Тебе же ясно сказали, что их внучка лежит в больнице. И сама девчонка только что подтвердила, что она не Варвара. Ух, ты! – внезапно воскликнул он восхищенно. – Стало быть, не сказки, она существует, эта мстительница. Довелось и нам лично лицезреть воочию это мистическое явление. А иначе так до конца лично сам никому бы не поверил. А все равно, кому не расскажешь, лишь ухмыльнуться. Мол, враки все. Хотя, сейчас нас слишком много было свидетелей, так что, поверят. -Думаешь, не фантазируют? – спросил следователь Виноградов своего помощника, когда утром сразу же по прибытию на работу Михаил вывалил ему явление призрака на кладбище. Однако цветы, возложенные на могилки, были естественными, материальными и натуральными. -Все сразу? – настаивал на очевидности услышанных пересказов Михаил. – Там их больше десяти человек сидело. И напиться не успели, поскольку только начали. Да и Анастасия, как она сама говорила, мало пьет, совсем чуточку. А эта девчонка прошлась, словно видение проплыло, вдоль могилок, цветы возложила, сказала несколько фраз в ответ деду Коле, и исчезла. Да сейчас об этом происшествии по всем очередям и кухням только и говорят. Ну, разумеется, не без этого, фантазий прилепляют больше, чем хотелось бы. Однако я с утра, прежде чем придти на работу, к Дроздовым в гости заглянул. Уж они ничего лишнего не приплели. Как все было, так и рассказали. Слово в слово. Мол, Николай назвал ее Варей. Однако девчонка сразу отвергла и поправила его ошибку. Ждите, говорит, скорого выздоровления внучки. Остались еще на воле обидчики, потому и не может она проснуться. Вот сейчас, мол, с остальными разберется, а там и Варя поправится. -Ну, а теперь что делать нам? В отчаянии воскликнул Леонид, больше расстроенный, чем удивленный пересказу помощника. – Она же вслух пригрозила этим двум оставшимся уродам. Поскольку были они в лесу все вшестером, то, а теперь я в этом даже не сомневаюсь, и эти к убийству причастны. Она ведь, не пригрозила кому-то одному, а во множественном числе обозначила будущих гипотетических жертв. Мы, Миша просто обязаны адекватно отреагировать и соответственно, а не пропустить мимо ушей ее угрозу. Иначе нас могут не понять, а бездействие за покровительство посчитать. Мол, не вмешались, мирно дожидались самосуда. -Ха! – иронично и язвительно прокричал Михаил. – Это мы сейчас безучастно наблюдаем ее первый этап мести. А впереди, насколько понял я из ее угроз, следует последний, завершающий, и с летальными последствиями. Она вовсе не планирует даровать им жизнь. Ну, вот сейчас еще нас ждет порицание, а потом сами запишемся в уголовно наказуемых. Как же, знали о готовящемся убийстве, а даже пальцем не пошевелили, чтобы предотвратить. Вот тогда выкручиваться придется с большим напряжением. -Вот, черт! – в сердцах возмущенно проговорил, окончательно расстроенный, со стоном раненной лошади Леонид. – А ведь ты полностью прав. И что? Я теперь обязан их жизни охранять? Основание? Некая мстительница прилюдно пригрозила им убийством? Так они и не просят у нас защиты. Даже наоборот, избегают контакта, а еще и врут без конца. Тот же Седов клялся и божился, а оказался в койке по приговору этой девчонки. Пусть теперь пожалуется. -Только сомневаюсь я, Леонид Алексеевич, что у вас с охраной получится, - хихикнул откровенно и со смешинкой в голосе Михаил. – Как мы уже успели понять, так никаких препятствий она не признает. Понимал следователь Виноградов и его помощник Стасов, что вмешаться в сценарий, разработанный и разыгранный юной мстительницей, они не в силах. И не потому, что они обладают весьма малой информацией и малочисленными силами. Леонид, как и Михаил, признал полную свою несостоятельность в стремлениях и в желаниях, вмешаться в процесс, поскольку не видел в этих деяниях мстительницы реальности происходящего. Видать, некто пожелавший вступиться за пострадавшую Варвару Дроздову и за остальных убиенных этими подлыми тварями, не из настоящего материального мира. Полную чушь и глупость собственных предположений Леонид оправдывал событиями последних дней. Здоровые, сильные, взрослые мужики оказались абсолютно бессильными и неспособными на сопротивление при встрече с этой малолеткой, казалось бы, неспособной противостоять превосходящим по мощи и силе по причине своего малого возраста. А она их беспощадно калечит и прилюдно приговаривает к скорой гибели от ее же рук. Ну, проанализировав происшествия, приведшие этих убийц в больничную койку, казалось бы, что смерть неминуема. Однако, хоть и чудом, но они выживают, поскольку легкой и быстрой смерти она им не желает. Словно точным математическим расчетом вершила эти чрезвычайные происшествия. Боль, вот ее цель в первой половине плана мести. Ведь пришлись на долю погибших в лесу испытания болью, страданием и ужасам. Так и вы получите весь этот набор. Сработала обычная бытовая русская пословица: «как аукнется, так и откликнется». -Миша, - сделал окончательный вывод следователь Леонид. – А ведь эти двое, хоть и перепуганы до кровавой диареи, однако, сами к нам не придут, не покаются. Только никак понять не могу, на что они рассчитывают? Весь город только об этом говорит и с нетерпением дожидается ее дальнейших шагов. 7 Теперь уже Василий на всех парах несся к Андрею. Мало того, что некая девчонка уложила на больничные койки четверых из всей компании, так теперь, как донесли до его ушей сплетни жена и дочь, эта шмакодявка на могиле ими убиенных вслух объявила приговор оставшимся пока на воле. Не уточняла количество, но обещала очень скоро уложить там же. А остальные, это и есть они, то есть, Василий и Андрей. И теперь необходимо срочно вырабатывать стратегию обороны. Воскресенье, семья Володиных в полном составе дома, поэтому Василий предложил уединиться в кафе, которое до вечера обычно пустовало и могло предоставить им одиночество и конфиденциальность. Это еще хорошо, что в быту они обычно не общались, а потому обывателю трудно вычислить тех оставшихся, которым угрожала девчонка. -Ты думаешь, что с ней можно справиться? – неуверенно, и перепугано спрашивал Андрей уже за столиком в кафе Чтобы отрезвить и унять трясущиеся в ужасе и панике мозги и тело, они заказали бутылку коньяка и нарезку лимона, поскольку иная пища не желала поступать в желудок. Всю субботу жена и дочь Андрея аналогично полоскали ему мозги сплетнями о происшествие на городском кладбище. Поскольку у родных ему людей даже мысли о причастности ко всем этим делам отца и мужа не проскальзывало, то их слова и речи звучали пафосно, восторженно и с нескрываемым удовлетворением по поводу мести девчонки и страданий подлых убийц. Так, мол, им и надо! По заслугам получили. И с утра супруга с дочерью, не скрывая намерений, гадали и предполагали очередную жертву мстительницы. -Седов до чего самоуверенно бахвалился, а угодил в ловушку, так хитро ею расставленную, - продолжил Андрей. – Слышишь, а говорят, что она, ну, как две капли воды схожа с той, что в больнице. Но ведь сама так и сказала, что она не Варя. Тебе, Васька, проще, ты ее сразу узнаешь, а мне теперь каждую встречную малявку пугаться, за сто верст обходить. -Проще! – язвительно и иронично прошипел Василий. – Это если лицом к лицу. А шандарахнет чем-нибудь сзади, и мои знания не спасут. Нет, Андрей, меня уже ничем не убедить о возможности избежать удара судьбы. Лучше, так кажется, и это самая надежная защита от нее и самая правильная, идти с повинной. Да, влетим по-максимуму. Однако если навалить побольше на Седова и Эдика с Валеркой, то, учитывая все эти смягчающие обстоятельства, десяткой обойдемся. Ну, а при хорошем поведении, так еще на два-три годика раньше откинемся. Вот, тебе сколько сейчас? -Ну, 37, а что? – пока еще не понимая и не вникая в вопросы и предложения товарища, спросил Андрей. -А мне 38. С женами, как понимаю, можно распрощаться сразу, а вот детей и внуков можем еще застать. Нам и 50 не буде еще. Молодые и перспективные годы. Ты как считаешь, стоит? -Да пошел ты, знаешь куда? – с перепуга на весь зал закричал Андрей, до которого вдруг стало доходить предложение товарища. – Если ты думаешь, что в тюрьме легче, так глубоко заблуждаешься. Да там один год за три идет. Чего угодно, но только не зона. Не знаю, не слышал, лишь по кино и книгам о ней представляю, но не желаю добровольно в нее, и баста. -Дурак, хочу тебе откровенно сказать. А если кости переломает, как Игорю с Константином, а просмолит, как Эдуарда или помнет, как Валерия? Легче будет? Мы еще ничего не знаем о ее последующем этапе приговора. Вот, как и чем убивать будет? Только уже обездвиженного, к койке пристегнутого и бинтами закрепленного. То-то и оно, - уже спокойней и уверенней продолжил свое предложение Валерий, увидев в глазах Андрея смятение и неуверенность. – А потом, не забывай одну маленькую деталь, что играет против нас. Все они пока живые, но следователю толком ничего не рассказывали, сказки не сочиняли. А вот запоют, да так, чтобы себя краше выставить, тогда и ты десяткой не отделаешься. Если от девки смерти избежим, то загремим на пожизненный срок по их милости. И нам очень срочно необходимо опередить их, но чтобы наша сказка звучала правдоподобно. А чего сочинять? Эдик с Валеркой начали, Игорь приказал. А мы под давлением и под угрозами действовали. С перепуга, мол. Седов так и сказал, что нас порешит, если в стороне останемся. -И думаешь, следователь нам поверит? – уже окончательно подавленный безысходностью, лепетал Андрей. -Ну, поверит, не поверит, однако суд учтет чистосердечное и согласие сотрудничать со следствием. Плевать на червонец, там еще впереди немного жизни вольной и свободной остается. Я кое-что припас, и надежно припрячу. Вернусь, так еще сколько-нибудь лет поживу, на солнышко погляжу. И, заметь, с этим припасом буду небедно доживать свои остатки. Думай, Андрюха, до утра время даю тебе, а потом сам с тобой или без тебя, но к десяти часам иду сдаваться. Если не придешь, то и тебя закладывать буду по-максимуму, на жалость не рассчитывай. -Погоди, давай, ну, хоть пару дней подождем, поглядим, что и как. Решиться надо, подготовиться. Я пока еще сомневаюсь. Вдруг пронесет, а мы уже все выложим и продадимся, -Андрюха, до утра успеешь и подумать, и прикинуть, что и как. И все, больше не пьем, потому что много дел надо успеть сделать. Из кабинета следователя тебя уже на десять лет от мира сего изолируют. Да и на раздумье нам время девка не дает, на пятки уже наступает. А я хочу еще и заначку перепрятать, чтобы ее десять лет никто не мог тронуть, и она меня дождалась. -И где это ты такое место сумел отыскать, что оно сумеет уцелеть нетронутым столько лет? – с сомнениями в голосе спрашивал Андрей. – За столько лет мир так изменится, что и не узнаешь. Не говоря уж о мелких деталях. -Имеется такое место, да только о нем я даже тебе не скажу, чтобы ты мне зла не желал. Непроизвольно, без умысла, но пожелаешь, дабы овладеть моим добром. Такова природа человека. -И все равно, Вася, страшно идти. Это же через что нам пройти придется, а? Даже думать страшно. Через позор, душевные муки и изоляцию. А там, и унижения, превращающие любого человека в животное. И не месяц, не год, а долгие и длинные, серые и однообразные. -Однако нам эта изоляция жизнь дарит, - словно уже сидит в кабинете следователя, рассудительно проговорил Василий. – Да, про своих родных и близких забыть придется. Не обязательно общаться, но, ежели пожелают, и письмо напишут, отвечу, разъясню, как смогу. Мол, ради вашего блага пошел на все эти подлости и пошлости. А иного контакта мне без надобности. Дочь вырастит, жена замуж за другого выскочит. Да и не сможем мы после признания оставаться в прежних отношениях. Они нас будут презирать и возненавидят, как я сейчас этого придурка Седова. Сам дурак, что подчинился, ничего бы он мне не сделал. А я эту девчонку всю ножом исполосовал. Хорошо, что в живых осталась, на суде мне это зачтется. -А мне? – зло сверкнул глазами Андрей, вдруг осознав свое катастрофическое положение. – Вот ты ухитрился и там чистеньким остаться, и сейчас запросто сумеешь выкрутиться. А я убивал по-настоящему. -И ты говори поменьше, - советовал Василий, сам вдруг наконец-то поняв свое выгодное положение по сравнению с другими. Его жертва жива, не то, что остальные, по-настоящему убийцы. – Нам с тобой выпал шанс – оставить на себе минимум грязи. Так давай, воспользуйся им, не профукай. Андрей не просто понял, но уже и повинную в уме прокручивал, обеляя себя, как можно больше, оставляя минимум, что могут подтвердить товарищи. Да и тут Васька прав: мы будем первыми и пока единственными повинившимися и признавшимися. И не под давлением фактов и улик, а ими руководили угрызения совести и разум. Вот, мол, не смогли жить с таким грузом дальше. О некой мстительнице хоть и говорил весь город, но в границе слухов и сплетен. Никакой суд не примет сей факт во внимание. Мало ли чего народ треплет? Дома супруга пыталась опротестовать беспричинную пьянку, но Андрей грубо послал ее, чем лишь удивил и поразил. Однако, заметив неадекватное состояние и настроение мужа, она не решилась заострять конфликт, а просто, изобразив обиду на лице, ушла в спальню. А Андрей, собрав всю наличность, хранившуюся дома, ушел в гараж, где там, как и у Эдуарда, который хвалился не раз о тайнике, аналогично хранил основную сумму. Он выгреб всю наличность в рублях, евро и в долларах, запихнул в сумку и поехал за город в известное лишь ему одному место. Он уже представлял, где и как припрячет свой клад, чтобы все десять лет, именно на такой максимум он и рассчитывал, его ларец оставался невредимым и от сил и явлений природных, и от рук людских. Место безлюдное, дикое, и вряд ли за такой срок оно чем-либо сумеет заинтересовать инвесторов-строителей. Сюда цивилизация доберется очень еще нескоро. Страшно, ужасно не хотелось в тюрьму, да иного выхода не находилось. И не только вина в самой девчонке, хотя, это не исключается, да и виной тому факт наличия у следователя его и Васькиной фамилии, как подозреваемых. Вот только нет у него пока улик против них. Но ведь, это пока, которое весьма зыблемо и неустойчиво. И скоро все может измениться против них. Прав Васька в одном, что им самим необходимо поторопиться, чтобы заговорить раньше тех, кто уже на больничной койке. О них ведь, весь город уже говорит, как о жертвах той, которая мстит. Вот и надо поспешить, чтобы главную вину свалить на Седова и Валерку с Эдиком. Даже Костю слегка обелить, чтобы правдоподобней самобичевание получилось. А ведь, всего на всего и нужно, что говорить чистую правду, соглашаясь на сотрудничество. Да, пришли и увидели Эдуарда с Валеркой рядом с трупами. Затем набежали друзья этих убитых, а потом, как под гипнозом и по команде Игоря устроили резню. Он же при всех угрожал, правда, одному Ваське, сам же Андрей ринулся в бой без колебаний. Но ведь такие мелочи можно и опустить. Вряд ли Игорь будет себя топить и говорить про эти команды, а вот остальные припомнят. При выезде из города машина внезапно завиляла, и ее потянуло с шоссе в кювет. На спидометре скорость была минимальной, точнее, именно той, которую ограничивал указатель. Поэтому Андрей легко справился с управлением и, прижав автомобиль к обочине, остановился. Даже не выходя из машины, он уже предполагал, какое именно колесо проколол. Переднее правое. Даже не посчитав происшествие досадной задержкой, Андрей достал из багажника запаску, приподнял домкратом автомобиль и легко снял проколотое колесо. Не привыкать. С автомобилем он любил возиться, как мальчишка с игрушкой, а потому даже расстраиваться не стал по такой мелкой досадной поломке. Заменит еще быстрей. Руки сами все делают, даже мозги не нужно напрягать. Он уже ухватился за запаску, как в кармане зазвонил телефон. Ответить нужно, поскольку мог звонить тот же Васька. Если жена или кто другой, кому и отвечать не обязательно, так он проигнорирует звонок. Положив запаску на асфальт, Андрей достал из кармана телефон и, прежде чем нажать кнопку вызова, бросил взгляд на дисплей, на котором высветился совершенно незнакомый номер. Не понимая, но и не вникая, он нажал на вызов и произнес традиционное: -Алло, я вас слушаю, говорите! Однако телефон ответил чередой коротких гудков, отображая своей игрой занятость абонента. -Ну, и черт с тобой! – незлобиво чертыхнулся Андрей, предполагая, что некто ошибся номером и поспешил исправиться. – Только, почему вдруг занято, если должен просто отключиться? – решил подумать, но поленился. Он положил трубку в карман, вернее, хотел сделать это, но, видать, промахнулся, и дорогой телефон грубо шлепнулся на асфальт и разлетелся на запасные части. Теперь чертыхнулся и выругался Андрей более грубо и вслух. Однако трезвого взгляда на телефон хватило, чтобы оценить событие, как пустяковое. Всего-то и развалился его родной аппарат на три части. Основная лежала рядом с колесом, крышка у него под ногами, а аккумуляторная батарея отскочила от колеса и улетела под автомобиль. Но весьма на неудобное расстояние. Теперь, чтобы достать ее, придется ползти на брюхе и неслабо испачкать куртку и брюки. Но плевать, вдруг вспомнил он, немного обрадовано. Ведь завтра ему эти брюки и куртка и даром не нужны будут. И от таких кошмарных выводов у него неожиданно даже настроение поднялось. И Андрей, умышленно и преднамеренно упав плашмя на асфальт, пополз на брюхе за аккумулятором. Уже зажимая его в руках и собираясь выползать наружу, он внезапно ощутил тяжесть и жесткость днища на своей спине. Чертыхнувшись, но еще не чувствуя и не представляя никакой опасности, а считая сей факт мелким недоразумением, Андрей попытался преодолеть давление тисков из асфальта и его личного автомобиля. Он же, вроде как, грамотно и правильно зафиксировал домкрат. Не мог он без посторонней помощи опустить автомобиль. Без помощи? Андрей похолодел от ужаса и нехорошего предчувствия. С трудом, изловчившись и извернувшись, вернее, выкрутив максимально шею, он глянул косым взглядом на домкрат, вдруг осознавая и понимая причину капкана, в который так бездарно угодил. Да только в этот миг, именно сейчас эти тиски пока нежно, но ощутимо лишь обездвижили и приковали его к асфальту. Однако уже неким предчувствием Андрей уже ощущал дальнейшие силы, могущие вдавить его намного сильней и больней и переломать все кости. Рядом с домкратом Андрей видел детские ноги в легких летних туфельках. И обладательница этих ног пока безмолвствовала и бездействовала, молча, наблюдая и любуясь обездвиженным телом, ожидающим с леденящим страхом ее дальнейшие действия. И они не замедлили, не заставили себя долго ждать. Тяжесть автомобиля медленно, но заметно и ощутимо, вдавливала его тело в асфальт, сжимая легкие, не позволяя им свободно дышать и вырвать столь потребный из нутра крик боли, отчаяния и безысходности. Она, все-таки, настигла его, но убивать сейчас не будет, а лишь переломает ему ребра, оглушив весь организм, его любимое тело нестерпимой продолжительной болью. Андрей уже ощущал и слышал треск костей, разрыв тканей. Глаза выползали из глазниц, но легкие, расплющенные и вмятые в землю, не позволяли кричать, взывать и умолять. Ему страстно и нестерпимо хотелось немедленной смерти или хотя бы временной потери сознания, чтобы поскорее и любым способом убежать хоть на какое время от этой ужасной боли. Глаза застилал туман и темнота, но мозг продолжал воспринимать пытки, не желая отключаться. Обещанные муки и страдания, коих хотелось избежать даже добровольной сдачей в руки правосудия, пришли к нему во всех своих аспектах. Как теперь понял, позавидовал он своим товарищам, уже оказавшимся на больничной койке. Они, поди, уже вспоминают эти муки, как в прошлом. Послышался визг тормозов и топот каблуков. Почему-то и в этом аду Андрей сумел отличить в этой паре ног одни из них женские. Мужчина и женщина каким-то чутьем и зрением уловили и поняли трагедию, посчитав ее несчастным случаем. А потому искренне спешили на помощь. -Что случилось, девочка, там твой папа, на него упал автомобиль? – спрашивал подбежавший мужчина, мгновенно оценивая ситуацию, и быстрыми движениями и манипуляциями с домкратом освободил тело Андрея от тяжести автомобиля. – Как же это у вас такое случилось, домкрат, вроде как, исправный. Может, ты случайно что-нибудь с ним сделала? Однако тело пострадавшего, ощутив внезапную свободу, облегчения не получило, охватив его всего еще сильнейшей ужасающей болью. Но легкие наконец-то получили свободу и воздух, и Андрей дико и громко заорал на всю округу, словно недовольный и возмущенны такой излишней и ненужной помощью. Но супруги, а это оказались муж с женой, поняли вопли по-своему, а потому поспешили, ухватившись за ноги Андрея, вытащить его из-под автомобиля. Теперь уже, получив полную свободу и массу пространства, Андрей задергался и затрясся, словно в эпилептическом припадке, продолжая оглушительно орать, проклиная все и всех на свете. -Галя, звони в скорую, - прокричал мужчина, отойдя на безопасное расстояние, чтобы дергающийся Андрей не зацепил его ногами. – И как это так произошло, что твоего папу зажало? Странно, однако. Так ты точно, девочка, ничего не крутила и не трогала домкрат? Сам же он не мог пустить машину. -Дима, ну что ты к ребенку пристал, не видишь, что ли, она сама не в себе, а тут еще ты, - просила женщина, продолжая набирать на телефоне номер скорой помощи, пытаясь дозвониться до врачей. Но ей все не отвечали. -Галя, - наконец-то вмешался в ее попытки муж. – Набери 112, сколько раз говорить, забей номер МЧС, и никаких проблем. -Хорошо, - согласилась с ним супруга, и уже через несколько секунд рассказывала по телефону о дорожном происшествии. -Ну, и что у вас случилось? – не отставал от девчонки мужчина по имени Дмитрий, как назвала его жена. -И вовсе он не мой папа, - наконец-то надумала ответить девчонка подозрительно и равнодушным голосом к судьбе пострадавшего. – Его зовут Андрей. Это я специально опустила на него его же личный автомобиль. Я его здесь поджидала, потому что знала, что у него лопнет колесо. -Что? – завопил ошарашенный, но с легким испугом в голосе мужчин. – Зачем, ты хоть сама понимаешь, чего ты натворила? Ему не просто больно, ему очень больно. Да еще, если и выживет, может инвалидом на всю жизнь остаться. Что он тебе сделал, что ты так жестоко поступила? -Да, я понимаю, что больно и страшно. Но я ему отомстила за смерть моих родных. Он их убивал вместе со своими дружками, даже не спрашивая, больно ли им. Вот он и получил по заслугам. Больно, дяденька Андрей? – вдруг, склонившись над орущим и прыгающим Андреем, спросила девчонка. – И это даже правильно и справедливо. Когда ты убивал моего братика и дядю Диму с тетей Галей, почему-то о боли не думал. Конечно, вам всем тогда больно не было, даже весело. Вы сумели после подлого убийства, потом продолжить свою пьянку, свой праздник. А потом еще месяц беззаботно провести на иностранном море. Позабыли о своей подлости, словно ее и не было, решили, что и про вас уже никто не помнит? Только ошиблись. И вот теперь вы получили расчет. Не волнуйся, и за дружком твоим не задержится, быстро рядом с твоей койкой лежать будет. Но учтите все, что это лишь маленький аванс. Окончательную плату получите немного погодя. Я вас отправлю в ад. Так что, не прощаюсь и говорю тебе: до свидания. И своим дружкам передай. Сказала и ушла, а ошарашенные и оглушенные таким признанием супруги еще долго, молча и без движения, смотрели в сторону, куда она ушла и где растворилась, как призрак в тумане. Они поняли, что это и была та мстительница, о которой, как им казалось, слагались сплетни. И только прибывшая скорая помощь, и спасатели вывели их из оцепенения. Однако на поток вопросов первоначально они отвечали непониманием и междометиями. И лишь окрик одного из спасателей вывел их из ступора. -А? – глупо спросил мужчина. – Вы о чем говорите? -Что здесь произошло, почему его придавило автомобилем? Домкрат неисправным оказался? -Нет, - наконец-то окончательно возвратился мужчина из небытия, и он легонько подтолкнул ладошкой в бок супругу, призывая ее на помощь. – Это все девчонка. Она сказала, что этот мужчина, его звать Андреем, убийца. И она ему вот таким варварским способом отомстила. Мы не видели, как все происходило. Просто проезжали мимо, и нам показалось, что у них что-то произошло. Остановились, освободили Андрея из плена, а она нам и рассказала, как опустила на него автомобиль. Ну, это и есть она, та, которая мстит за смерть родителей. О ней весь город только и говорит, вы и сами слышали. А вот мы впервые встретились с глазу на глаз. Наговорила и ушла, а задерживать мы ее не посмели. Правда, ведь, Галя? – спросил мужчина, намекая на подтверждение его рассказа. -Да, да! – кивала головой, словно зомби, супруга, так до конца и, не осознав происшедшее, и не сумев полностью придти в себя. Это легко и интересно на кухне или во дворе на лавочке слушать, а вот так лицом к лицу столкнуться с мифической мстительницей, немного страшно, но чересчур ошеломляюще и шокирующее. -Глеб, звони Виноградову, это его клиент, - уже с некой иронией и безразличием к пострадавшему, проговорил спасатель. – А вы, - он попросил супругов, - дождитесь следователя и потом расскажете ему поподробней о встрече с этой загадочной девчонкой, творящей самосуд. Медики оказали первую помощь пострадавшему. И машина скорой помощи унесла его в сторону города, а спасатели остались рядом с автомобилем, чтобы дождаться следователя, а уже потом решать, что делать с автомобилем. Хотя, судя по внешнему виду, так кроме снятого колеса, иных дефектов на нем не просматривается. Ставь запаску и своим ходом гони на стоянку. Слухи, разумеется, доходили и до ушей спасателей. Не зря же старший сразу же решил звонить Виноградову, занимающемуся этим майским убийством и этой отчаянной мстительницей. Однако до конца старший верить не хотел в некие мистические и мифические силы. Уж слишком мало подобно звучали рассказы про девчонку, желающую наказать этих отморозков, погубивших ее родителей. Хотя, слухи могут просто немного преувеличивать. -Здравствуйте, Леонид Алексеевич, - поздоровался старший за руку с вышедшим из милицейского Уазика следователем. – Мне так почему-то показалось, что это дело касается вашего расследования. И вам захочется именно на месте происшествия поговорить с очевидцами. Ну, не совсем очевидцами самого события, а вот встретиться и выслушать ее им пришлось. -И кто он у нас по документам? – спросил Леонид и поспешил добавить, приостанавливая попытку спасателя назвать имя пострадавшего: - Погодите, а давайте я попробую угадать: или Андрей Володин, или Василий Горбунов. Кто-нибудь из двух, так это уж точно. -Андрей Володин, - немного удивленно проговорил старший. Но, сопоставив факты, решил не показывать свои восхищения проницательностью следователя. – Как понимаю, один из подозреваемых? Так что у нас получается? Следующий по плану у нее стоит Горбунов? Ждите новых встреч с мстительницей. Точнее, не самих встреч, а с ее актом мщения. -Ну, судя по раскладу, оно так и должно случиться. Всю шестерку друзей-подельников загоняет на больничные койки эта хулиганка. И спасти себя последний сумеет лишь лично сам, собственным покаянием. Да вот мало веры у них в реальность возмездия мстительницы, на авось хотели проскочить. Думаю, что теперь этот Вася как миленький принесется и поведает нам со всеми подробностями и фигурантами трагедии четвертого мая. -Так получается, что все остальные у вас уже в больнице? Ох, и умница же она, а! Здоровенных мужиков уложила. И что они вам говорят? -Богом клянутся, твердят, как заводные, что и духом не ведают. Мол, не причастны к этому убийству. Потому и не принимаем встречных действий, не можем без доказательств и каких-либо маломальских фактов арестовывать. Ведь нутром чую, что они это, никто иной, да прокурор требует соблюсти законность и отыскать более веские доказательства, чем слова этой незнакомки. Нечего нам суду предъявлять, оттого и наблюдаем, как они по одному укладываются в койки. Старший иронично усмехнулся. -А вот ей эти твердые улики и даже намеки на подозрения как-то по барабану. Ломает их без веских и не веских. Неужели они у нее есть? Откуда, ежели она не участница пикника? -Да нет, скорее всего, но здесь пока полно сомнений и нестыковок, так она была там. Чудом уцелела, а вот им такого чуда решила не представлять. Нам бы хоть пару вопросов выжившей Варваре Дроздовой задать, тогда, но и это возможно лишь, все стало бы на свои места. Да спит она долгим сном и пока не просыпается. Доктора утверждают, что вполне уже здорова, а возвращаться из мира гроз не желает, словно догадывается, какие вести ее здесь ждут. Пока Леонид беседовал со старшим спасателей, Михаил опросил свидетелей и изучил автомобиль с документами Володина. Однако кроме слов самой исчезнувшей девчонки, ничто не говорило о преднамеренном причинении вреда здоровью. Все указывало на несчастный случай. Однако у него в наличие свидетели, которые утверждают обратное. -Она, Леонид Алексеевич, - сделал однозначный вывод Михаил, отпустив свидетелей домой. – А может, лучше все-таки арестовать Горбунова? Ну, задержать хотя бы на трое суток. -И что мы ему будем предъявлять, если он уйдет в подполье и не пожелает признаваться в своем причастие к убийству? Мол, пили, гуляли, и ничего не знаю. Нет, этим мы его не спасем, а геморрой добавим. Если пожелает, так пусть сам приходит и кается. По-правде, плевать я на него хотел, Миша. Ну, не может она ошибаться так явственно. Вот пусть сам с ней и разбирается. По мне, так эти свидетели даже излишни, только хлопот прибавляют. От наших знаний, что этот Володин явился очередной жертвой девчонки, кроме головной боли я не испытываю ничего. И пользы нет, поскольку бежать на помощь его дружку не могу. -Но и отрицать теперь бессмысленно. Что она сказала про его дружка? Скоро, говорит, и этот рядом ляжет? Так давайте дождемся последнего, пусть исполнит угрозы, а потом выдвинем этим калекам ультиматум: или пусть признаются и рассказывают всю правду, и мы их будем защищать, или, если они не причем, как сами утверждают, то пусть оправдываются перед ней самостоятельно, когда она явится с окончательным вердиктом для завершения возмездия. Василий уже к вечеру знал о судьбе и трагедии, постигшей Андрея. Не жалость, не сочувствие, а парализующий потный липкий страх, ужас, кошмар охватили его. Это уже очевидный конец. Теперь он не верил в спасение даже в чистосердечном признании с явкой с повинной. Эта бесовка сумеет достать их везде и всюду. И даже в камере СИЗО нельзя быть уверенным в безопасности, поскольку, ежели силы мщения не вписываются в общечеловеческие законы, то и нары не защитят, стены тюрьмы не задержат ее, поскольку она вездесуща. Бежать? Вариант, да только Андрею она даже за черту города выехать не позволила. Но ведь в день по две кары он не применяет. Может, сразу, прямо сейчас и пуститься в бега, пока она еще не приготовила для него способ наказания? Завтра будет поздно. Только ему ведь еще в нормальное человеческое состояние вернуться поначалу необходимо. Сейчас за рулем он сам для себя большую опасность представляет, чем эта карательница. Сердце трясется как у перепуганного зайчонка, глаза застилает мгла с мушками. А руки и ноги полностью отказались подчиняться. Да его в таком состоянии любой гибддшник тормознет и в кутузку отправит. -Вася, что это с тобой? – в комнату, где парализованный и деморализованный сидел в кресле в своих раздумьях и в попытках спланировать свое собственное спасение Василий, вошла супруга Марина. – Да на тебе лица нет. Не заболел ли, ненароком, или отравился чем? Попытка как-то внятно и членораздельно оправдаться, провалилась сразу с неким еканьем, мыканьем и заиканием. Во рту образовалась настолько сильнейшая засуха, что язык не сумел даже слога произнести в ответ. И это состояние супруга еще сильней взволновало Марину, предположившую заболевание едва ли не связанное с параличом. И по его виду и состоянию иного ответа она не находила. -Мама, - в комнату вошла дочь Люба. – Не суетись. Это вполне нормальная человеческая реакция на страх. Он просто испугался настолько, что едва в штаны от страха не наложил. -Доченька, что ты такое говоришь? Папа заболел, а она про него такие гадости выдумывает, - мать с удивлением и непониманием смотрела на дочь, пытаясь в ее глазах рассмотреть злую глупую шутку. Однако вид самой дочери ее поразил еще больше. Люба, вроде стараясь держаться непринужденно и свободно, сама было белее мела. По щекам текли ручьем горючие слезы. -Мама, - продолжала дочь уже трясущимся в плаче голосом. – Это он так отреагировал на мною выданную новость. Соседская Валя рассказала, что родители ее подружки возвращались из деревни и столкнулись нос в нос с этой мистической мстительницей. Ну, та, которая карает этих ублюдков за смерть родителей. Четверых уже уложила на больничную койку, а сегодня пятого собственной машиной придавила, когда тот из города уже бежал. И заявила родителям подружки, что очередь последнего уже наступила. Мама, последним будет наш папка. Это ведь он четвертого мая с этими подонками пьянствовал, это они убили тех в лесу. Всех до единого, включая и детей. Только Варвара и осталась чудом в живых. Пока, потому что даже доктора не уверенны в ее будущее. Мамочка, наш отец оказался убийцей. Он даже свой страх не сумел скрыть от меня. Я ему рассказываю с пафосом, с задором, мол, какая молодец, а этот сразу затрясся, весь побледнел. И я поняла, что он и был шестым, последним, потому и наложил полные штаны. Ты спроси его, он же от страха и слова вымолвить не может, вон, как до сих пор его колбасит. Марина сама еле удержалась на ногах от таких хлестких слов дочери. Она же своими признаниями заметно добивала отца, который уже был на грани истерики и безумия. Да вот засуха во рту не позволяла никак ни выкрутиться, ни оправдаться, ни опровергнуть эти убийственные разоблачения. Он уже смирился с мыслью, что навсегда потерял семью. Да вот расставаться с жизнью пока не собирался. Но и здесь его не сама смерть пугала, а именно первая стадия ее наказания болью с переломами костей страшила. Ведь не убивает, а калечит, проклятая девка, грозя смертью немного погодя. И никак невозможно от нее спрятаться. Находит, догоняет, отлавливает в любой месте, куда ни пытаются спрятаться от нее. -Васенька, ты не молчи, ты скажи что-нибудь, ты почему не прикажешь ей замолчать, скажи ей, что она сама все навыдумывала, нафантазировала, ты же не мог таким быть жестоким убийцей, - лепетала Марина, умоляюще глядя на супруга и жалобно уговаривая его, опровергнуть столь ужасные обвинения дочери. – Ну, мало ли чего могло показаться ребенку. Ты не мог, ты не имел право так подло с нами поступить, мы же не можем теперь жить, как родные подлого убийцы. Господи, взмолился Василий, уговаривая бога и свой, отказавшийся подчиняться, организм хоть на миг позволить ему сказать им пару слов. Однако любые попытки обнаружить во рту хоть каплю слюны, чтобы смочить язык и громко властно заткнуть этих двоих верещалок, терпели провал. Его тело отделилось от разума и желаний. И он вновь еле слышно промычал. Не получилось. Это полный провал и разоблачение. Но ведь оно все равно очень скоро случится, так чего паниковать? -Тварь, подонок, скотина, подлый убийца! – внезапно, словно сорвавшись с цепей, до сих сковавших ее эмоции и желания, дико истерично завопила супруга, окончательно добивая морально и физически мужа. Она схватила, валявшийся возле кресла, тапок и беспощадно замолотила им по голове, лицу и прочим частям тела супруга. – Как ты посмел, кто тебе позволил лишать жизни ни в чем не повинных людей, как ты мог убивать детей? Вы, зверье бешеное, после такого убийства еще посмели уехать на отдых и весь месяц развлекаться? Ты, нелюдь проклятая, марш из дома и немедленно иди в полицию с признаниями. Чтобы ноги твоей больше не было в нашем доме. И если девка тебя не прибьет, то после тюрьмы можешь навсегда забыть о нашем существовании. Хотя, скорее всего, посадят тебя на всю оставшуюся жизнь. Марина разом выплеснула из себя, накипевший и грозивший взрывом, пар и, упав в объятия дочери, они уже вдвоем заскулили, окончательно лишая сознания мужа. Воспользовавшись моментом, что жена отвлеклась на дочь и больше не бьет его, на время, словно забыв о его существовании, Василий с трудом оторвался от кресла, на трясущихся ногах добрался до бара и, схватив бутылку коньяка, осознавая полную неспособность наполнить бокал, приложился губами к горлышку, выхлебывая половину бутылки, не отрываясь. Наконец-то, почувствовав некие, возвратившиеся к нему, силы говорить и действовать, он вновь упал в кресло и в отчаянии завопил: -Я никого не убивал. Это правда. Да, они убивали, мне пригрозили, что если я девчонку не замочу, то там, прямо на месте меня самого прибьют. Я испугался и не посмел ослушаться. Но убивать не захотел. Так, слегка поцарапал ее, чтобы они отстали от меня. А она жива, она не умерла. Я специально ходил в больницу и интересовался ее здоровьем. Варя просто крепко спит. И, скорее всего, это от шока. Ведь на ее глазах убивали родных и друзей. По-настоящему резали, а я не убивал, на мне нет смертей, но струсил, это правда. -А почему ты тогда не пошел в полицию и не признался, а? Ведь тогда их всех повязали бы, и никого бояться не пришлось бы, - оторвавшись от дочери, устало проговорила Марина. – Я поверю тебе, что ты не убивал, ты просто не мог бы убить, но ведь ты их покрываешь, и, значит, заодно с ними. И эта мстительница сама решит степень твоей вины. Я так поняла, что тебе от нее не сбежать. А потому, я прошу, нет, мы с дочкой требуем, чтобы ты срочно бежал и рассказал в полиции всю правду. Пусть наш отец окажется трусом, а не подлым убийцей. Нам так легче будет жить с такими знаниями, не так страшно перед соседями. -Да я уже и сам собрался идти. Только завтра, сейчас уже поздно, там никого уже не будет, кто мне нужен. А из дома я уйду прямо сейчас. Не буду, да и бессмысленно оправдываться, только я ведь вам много хорошего сделал. А за то, что испугался, так долго и жестоко не осуждайте. Я не мог убить, но и Седова боялся. Он страшный, ужасный и беспощадный. Да, это меня не оправдывает, но хоть как-то объясняет мой поступок. Все, прощайте, поминайте злом. Я не убийца. Вот девчонка поправится, так вы можете сами у нее спросить. Василий лепетал, а сам в сумку складывал бутылки, банки с консервированными фруктами. Сегодняшнюю ночь он проведет в гараже наедине с самим собой. Да, пить будет много, как в последний раз. Возможно, этот раз таковым в его жизни и окажется, но внутри теплилась надежда, что сумасшедшая доза алкоголя убьет его неслышно и незаметно, избавив от предстоящих мук и страданий. Но в любом случае он покидал этот дом навсегда. -Миша, - сказал Леонид вошедшему помощнику, когда тот уселся напротив следователя и вопросительно смотрел, ожидая объяснений срочного вызова. – Прокурор подписал постановление на арест Горбунова. Ну, признаюсь, что сам назвал ему эту фамилию, однако на аресте не настаивал. Он сам принял такое решение. Скорее всего, Горбунов сейчас на работе, все-таки уже почти 10 часов утра. Езжай прямо сейчас, иначе, если девчонка опередит, то он будет иметь все права на обвинения в медлительности. А мне не хотелось бы оправдываться. -Да я-то что, да я сейчас, мигом доставлю к вам на допрос. Я правильно понял, что везти его сюда? -Правильно, вези сюда, вместе и зададим ему несколько наводящих вопросов. Авось созрел для беседы. Последний остался пока за пределами больницы. Поди, о судьбе подельников знает. -Знает, куда же деться, если весь город об этом только и говорит. А что он ему инкриминирует? Ну, что предъявляет этому Горбунову. У нас ведь до сих пор никаких улик и доказательств. Только эти больничные койки. -Да тоже, что всем шестерым, пока ничего. Но в одном он прав. Так мы хоть сумеем правду узнать из уст уцелевшего. Иначе «ОНА» их всех уничтожит, не пожелав нам дать внятные разъяснения. Ведь умышленно собирает в больнице, чтобы нанести свой смертельный удар. Ладно, - отмахнулся лениво Леонид. – Езжай скорей, пока она нас не опередила. Ответив громко и кратко по-военному «есть», Михаил вскочил со стула и, развернувшись в сторону выхода, уже занес ногу для движения. Однако его что-то остановило. Он подошел к окну и уставился на здание напротив прокуратуры, фасад которого готовился к ремонту. Об этом свидетельствовали леса, которые еще вчера с вечера установили рабочие. Установили, подперли с двух сторон металлическими трубами, а вот заграждение, судя по подготовительным работам, планировали, как минимум, установить сегодня. И заинтересовали Михаила некие подозрительные манипуляции, совершенно не относящейся к этому строительству, девчонки, что нахально, не обращая внимания на одиноких прохожих, вырвала одну из подпорок, а теперь привязывала веревку ко второй с какой-то непонятной целью. И вдруг внезапная догадка бурей ворвалась к Михаилу в мозги. Расстояние до лесов и до этой девчонки было незначительным, поэтому он, отличаясь хорошим зрением и фотографической памятью, мгновенно узрел в этой злоумышленнице девчонку Варвару, которую запомнил по фотографии из семейного альбома Дроздовых. И такие манипуляции она явно проделывала преднамеренно, планируя очередное мщение. А поскольку из подозреваемых у них остался один Горбунов Василий, то капкан готовится для него. Значит, она вычислила его маршрут и готовится к встрече. Неужели этот последний решился на откровения с полицией? Он идет в прокуратуру, и ему здесь готовят ловушку. В таком случае необходимо поспешить и опередить юную мстительницу, дабы не лишиться последней надежды, познать истину. Заинтересовавшись видом и любопытной позой помощника, Леонид подошел к окну и бросил взгляд в направлении, где развивались события. Понял следователь планы и подготовку девчонки мгновенно, тряхнув за плечи Михаила и приказывая, мчаться сломя голову на улицу. -Она же его ждет, он к нам идет, значит. Хватай ее и предупреди Горбунова. Он нам нужен живым и невредимым. -Несусь, - крикнул Михаил, но остался на месте по причине явления на арену события главного героя развивающейся трагедии. – Не успели, - абсолютно без огорчения и сожаления в голосе, а даже с некой задорностью воскликнул Михаил, указывая пальцем на угол здания, из-за поворота которого вынырнул Василий. У следователя в столе находились фотографии всех гипотетических участников трагического убийства, поэтому Михаил мгновенно определил в пешеходе жертву капкана. – Только здесь она ошиблась в выборе средства мести. Насмерть, ведь зашибет, под грудой этого металла никто не сумеет выжить. Строительные леса были громоздкими, тяжелыми, поэтому вероятность под ними выжить минимальная, если вообще таковая может быть. Когда девчонка, держа конец веревки в руках, двинулась навстречу Василию, Леонид и Михаил не могли слышать диалог, что состоялся между мстительницей и жертвой, но их предположения кардинально не отличались от действительного. -Здравствуй, Вася! – сказала девчонка, останавливаясь метрах в пяти-шести от мужчины. – Узнаешь меня? Мне так кажется, что ты повиниться решил? Погорячился, хотя, выбор твой частично одобряю. Ты – единственный, кто пошел с покаяниями. Но сейчас я тебя не пущу к следователю. Только помни, что такая возможность немного позже тебе будет предоставлена. Василий, вдруг увидав и отчетливо осознав, кого он видит пред собой, толком и испугаться не успел и не сумел, поскольку до сих пор находился в плену алкогольных паров. Он даже вспомнить не в состоянии, сколько поглотил внутрь коньяку. Много, потому что выключился в кресле, что стояло у него в гараже. А когда очнулся, то уже светило солнце. И он, даже не собираясь опохмеляться, сразу пошел в прокуратуру, чтобы успеть раньше, чем девчонка задумает осуществить свое возмездие. Он не заучивал речь, не придумывал слова. Он решил говорить всю правду, какая она есть, не пытаясь себя даже чуть-чуть обелить. Стало быть, не успел. А скорее всего, опередить ее – дело заранее было бесперспективным. Лишние бессмысленные потуги. Она всегда идет на шаг впереди. Вот и сейчас, когда до прокуратуры оставались считанные шаги, девчонка преграждает ему путь и угрожает расправой. Вот только чем и как, ему понять невозможно, потому что он не наблюдает опасности рядом с ней. Однако, понимая, что избежать ему приговора не удастся, все равно, возникло жгучее желание, оправдаться, покаяться именно перед ней, что позволил друзьям вершить зло. -Я ведь не желал тебе смерти, и не убивал тебя. Зачем ты решила мне мстить? Позволь дойти до следователя и поведать ему истину. Если причинил тебе боль и слегка поцарапал тебя, так прости. Если желаешь, то убей меня, но, умоляю, без мучений. Мне и вправду очень жаль твоих родителей и братика, но моей вины в их смерти нет. Вернее, разумеется, есть, но минимальная. Я не сумел бы, даже сильно того желая, противостоять им. Тем более, что когда мы появились, Эдуард с Валерием уже убили твоих. Отпусти меня, позволь дойти. -Нет, - жестко и сердито проговорила девчонка и, выйдя из опасной зоны, с силой рванула за веревку, выбивая последнюю подпорку, удерживающую леса возле стены. Василий абсолютно не понял маневра девчонки, поэтому не предпринял даже попыток избежать столкновения с конструкциями лесов. Но и боли он не услышал, мгновенно теряя сознание после первого прикосновения металла с телом. Неужели пощадила, улетая в бездну, думал Василий, теряя исчезающий мир реальности. А к ним на всех парах неслись следователь с помощником. Михаил сразу подбежал к Василию, пытаясь вызволить его из плена конструкций лесов, а Леонид подскочил к девчонке, пытаясь ухватить ее за руку. Но маневр не удавался. Она удачно уклонялась от его руки. -Нет, - категорично и жестко крикнула девчонка. – Я еще не закончила свое мщение. Рано мне сдаваться. Вот отправлю всех их в ад, тогда и уйду в свою страну, откуда явилась. Здесь меня можете не искать, нет меня на вашей планете. Я сюда явилась лишь для этой миссии. 8 Виноградов вышел из кабинета и, проходя мимо дверей помощника, приоткрыл ее и крикнул вовнутрь помещения, не уточняя наличия или отсутствия в нем хозяина кабинета: -Миша, выходи, Изотов на разговор зовет. Чувствую, что рвать и метать нас будет по всему кабинету. -Сейчас, - послышался ответ и возня с бумагами. И уже через 5-7 секунд Михаил Стасов запирал на ключ свой кабинет. – Чего он хотел? Вроде как, утром только расстались, услышали все слова благодарности в полном объеме, обещали исправляться и улучшать работу. -Там узнаем. Наверное, вновь хочет вернуться ко вчерашнему происшествию. Видать, еще чего новенького придумал. Тебе Горбунов много интересного рассказал? Или пытался обелиться? -Да нет, все так же, как и вчера, слово в слово повторил. Да, Володин тоже решился на признания. Они вместе собирались, мол, придти с признаниями, а вот девчонка опередила. Но до этой встречи, видать, успели согласовать свои речи. Он так и говорит, что уже решились, договорились, да вечерком девчонка его машиной и придавила. А утром мы уже сами видели, как она Василия лесами заваливала. Оба валят на Седова. Но, как оба говорят слово в слово, так начали эту заваруху Изотов с Куликом. Мол, никто ничего не планировал, все вышло спонтанно. Подробностей и причину убийства родителей Варвары они не видели и не знают. Кулик с Изотовым отделились от компании, а через несколько минут остальные пошли следом и напоролись на два трупа. Седов или испугался, или слишком обозлился, но сразу приказал уничтожить всех свидетелей. А Горбунов испугался и отказался. Это Володин подтверждает. Тогда Седов пригрозил ему смертью. Всех замарать смертью решил. Подонок. Нет, этих двоих за шиворот ухватил бы, да в полицию, так ему, мол, больно страшно стало, что их денежная афера провалится. Ради будущих финансовых прибылей и приказал всех убить. Полный отморозок. И сейчас с пеной у рта орет, что ничего не знает и абсолютно непричастен к убийствам. Мол, девчонка его спутала с кем-то. -Миша, - Леонид остановился и ткнул пальцем в грудь помощника. - Вот мы оба с тобой видели, что перед нами была Варвара Дроздова. Но больничную палату она не покидала. И что ты теперь на это скажешь? Поверить в ее слова, что она прилетела из какого-то космоса с миссией мщения? -Да ничего я не скажу, - категорически, как отрезал, сказал Михаил, мягко убирая острый палец с груди и продолжая движение в сторону кабинета прокурора. – Одно знаю, что информацией она владеет полной. Даже полней самих убийц. Василий утверждает, что не собирался убивать девчонку, но и Седова боялся не меньше. А эта мстительница словно мысли и страхи его прочла. Потому и пострадал Горбунов щадяще. Без боли, без переломов, чему я сам удивлен. Одни ушибы и те с потерей сознания. Да настолько, что к вечеру уже легко с нами общался. Мистика какая-то. Ведь, по словам докторов, Варвара пока еще в себя не приходила. А эта девчонка – ее двойняшка, даже о таких моментах в курсе. Так что, Леонид Алексеевич, я скорее в ее слова о космосе поверю, чтобы легче воспринимать такие факты. -Получается с Горбуновым, что от самой мести она не отказалась, но и от боли избавила? Уж остальным ее хватило сполна. Будто обладает медицинскими навыками и догадывается, как причинить страдания, а как отправить в нокаут. Ладно, ты только Изотову такие предположения не высказывай. Вот мстит, бьет их, а, как и почему, так ей самой лишь и известно. У прокурора уже сидели его помощник Смирнов, криминалисты и двое неизвестных по гражданке, как представил их сам Изотов, из областной прокуратуры. Москва требует отчета, потому и приехали. -Ну, Виноградов, изложи результаты расследования. Как я уже понял, так все шестеро уже собраны некой мстительницей в больнице. Плохо, что не с вашей помощью, но на такие мелкие аспекты не будем заострять внимание сейчас. Эта мстительница оказалась проворней и расторопней нас, и за нас выполнила основную нашу работу. Теперь дело за нами. -Да нет, - с места поправил Михаил, позволив себе такую вольность. – По ее словам, так это лишь первый этап ее плана. Далее следует смерть. Или как она сама сказала, отправит их в ад лично. -Так если вы ее видели, стояли рядом, почему не задержали? – спросил один из областных. -Простите, но такое практически невозможно, - ответил опять Михаил. – Она гипнотизирует, и этот факт подтверждают многие. Любая попытка применение силы терпит мгновенное фиаско. А потом, на вид ей лет 9-10. И нет еще 14, потому она неприкосновенна. -Ну, я имею в виду, не арестовывать, а просто поговорить, задать вопросы хотя бы, узнать у нее подробности. И кто она такая вообще? – вновь спросил работник областной прокуратуры. -Она не желает разговаривать на эту тему, сразу же предупреждая, что собирается лично сама покарать всех. -А вот этого мы не имеем право допустить. Тем более, что она вас уже даже предупредила, - сердито и категорично заявил Семен Ильич, что Михаил на всякий случай привстал, чтобы выслушать приказ начальника стоя. – Собрать их всех в одну палату и выставить круглосуточную охрану. Ладно, я могу допустить, что в городе, где эти убийцы чувствовали себя вольготно и безопасно, она сумела выполнить свои задуманные планы. Но в больнице под присмотром нашей охраны у нее не хватит смелости и сил. Думаю, что нам недолго ждать их выздоровления. Немного подлечат их доктора, а потом в тюремный лазарет отправить. -Семен Ильич, - с места попросил слова Виноградов. – Но мне так кажется, что мы этим действием способствуем ее задумкам. Она, мне думается, и хотела их собрать в одной палате, чтобы исполнить разом задуманную вторую часть мести. Именно такие высказывания припоминают случайные свидетели происшествий с нашими подозреваемыми. -Ну, я поражаюсь вашими фантазиями! – с неким искренним возмущением воскликнул прокурор. – Обычная малолетка, ровесница той Дроздовой Варвары. Не приписывайте ей несуществующих и невозможных качеств. Это просто ребенок. Да, ребенок, обозленный и жаждущий мести. Но это ничего не меняет. Они все шестеро обязаны предстать перед судом и понести заслуженное наказание. А выставлять каждому охрану, так слишком много чести им. -Семен Ильич, - спросил прокурора Ярощук, из областной прокуратуры. – Ну, ее вообще, видел кто вживую, кроме наших следователей, или все ее похождения выстроены на фантазиях? Я всего несколько часов в городе, а уже таких небылиц наслушался, что уже сомневаюсь в реальности происходящего. Не слишком ли много качеств ей приписывают? -Ну, как вам известно, мы с Михаилом видели, как она на наших глазах заваливала строительными лесами последнюю жертву Василия Горбунова, - глядя гостю в глаза, жестко проговорил Леонид, чтобы его слова не вызывали сомнения и недоверия. – Она есть, она существует, и лично мне в глаза она так и заявила, что никто и ничто не посмеет помешать ей завершить акцию мщения. То есть лично сама уничтожит их физически. Всех шестерых. -И вы так говорите, будто бессильны перед ней, - возмутился Ярощук. – И не надо так категорически утверждать, расписываясь в собственном бессилии, словно она – некий супермен. -Супергерл. Да, пока конкретных объяснений я дать не могу, нечего мне вам представлять. И любые попытки взрослого сильного мужчины ее задержать, мгновенно терпят фиаско. Черт, да понимаю, что расписываюсь в собственном бессилии, но мне так кажется, что мы их спасти не сумеем. Суда она не допустит. Нашего, поскольку сама приведет приговор в исполнение. Она задумала убийство и совершит его, несмотря на наши тщетные попытки и потуги. Поэтому, сбор в одной палате считаю ошибочным. Хотя, она их и в разных легко достанет. Гул и шум возмущений пронесся по кабинету. Однако больше всех шумели лишь гости и сам прокурор, до конца не поверившие в неуязвимость странного мстителя. Свои же, уже не раз слышавшие о ней и понимающие правдивость слов следователя, потупившись, молчали. Возможно, слухи слегка преувеличивали силу и возможности девчонки. Но ведь против фактов аргументы слабы и беспочвенны. Она сумела свершить обещанную первую часть плана, не встретив на пути никакого сопротивления. Против убийц выступила, как многие ее называют, дьяволица. -Ладно, споры прекращаем, и я хочу услышать по делу, - прерывая шум, потребовал прокурор, хотя и шумят здесь лишь гости и он сам. – Они признались уже в совершенном преступлении? Я так понимаю, что кроме слов девчонки у нас на них пока ничего нет? Или все-таки я ошибаюсь? -Я так думаю и делаю вывод из уже имеющихся признаний, - вставил слово Михаил, позволив себе такую вольность, - что всем им хочется выжить любой ценой. А она конкретно обещала каждому, собрав всех в одной больнице, именно здесь, и завершить возмездие. Пока Седов с пеной у рта пытается отрицать все обвинения. Трое в сомнениях, но уже сдаются, в полной мере согласились на сотрудничество и покаялись лишь Горбунов и Володин. Но и их описаний преступления вполне достаточно, и они раскрывают полностью картину события. -Да, - уже как начальник добавил Виноградов. – Показания Горбунова и Володина создают четкие картины происшествия. И нам их вполне достаточно для обвинения всех шестерых. -Кто первый заговорил, тот больше всех и прав, - съязвил Ярощук, абсолютно не согласный с таким оптимизмом следователя. -Не отрицаю, согласился с ним Леонид. – Но признания их обоих совпадают. Да и Изотов, Кулик и Булюк уже на подходе. Они полностью не отрицают своего участия, лишь пока не придумали себе легенду помягче. Если честно, то мне не хотелось бы собирать их всех в одну палату. Однако оставляю собственное мнение при себе и соглашусь с доводами Семена Ильича. Охранять одну палату многократно легче. Надеюсь, что охрана ее не пропустит. И Виноградов с максимальными подробностями описал ход расследования и события, связанные с попаданием фигурантов в больницу, добавляя свое мнение об этой девчонке. -А Горбунову я поверил по действиям самой мстительницы. Она его пощадила. Мне сам врач говорил, что всем пятерым пришлось пережить адские нестерпимые боли. А Василия она ударила по голове, чтобы сразу отключился, а уж потом нанесла ему многочисленные ушибы. -Простите, Леонид Алексеевич, - возмутился и даже излишне с горячностью воскликнул Ярощук. – Насколько я понял, так она всех их шестерых ломала и била без оглядки на последствия. А тут вы мне рассказываете о ее выборочности тяжести травм. В конце концов, как она могла предполагать последствия травм? По-моему, им все одинаково доставалось. -А вот сумела же, - с легкой иронией вмешался Михаил. – И так вершила, как по писанному. Этот факт отрицать невозможно. Всех ломала она при свидетелях, при которых так и объявляла, что дарит им боль и страдания. А Василию обещала пощаду. Ну, и как это понимать? -Чертовщина какая-то! – уже не так уверенно и тихо проговорил Ярощук, непонятливо пожимая плечами. Хоть и не желал Леонид, но приказ исполнил точно и сразу. Всех шестерых разместили в одной из самых больших палат больницы, предварительно опросив еще раз молчащую четверку. К удивлению следователя, первым заговорил Седов, когда сообщили ему о планах размещения его команды в одну палату. Недолго томились и остальные. Поняв, что Василий и Андрей уже полностью признались и максимальную вину взвалили на них, все наперебой и со спешкой и торопливостью заговорили, пытаясь хоть чем-то оправдать свои поступки. Михаил и Леонид едва успевали записывать. А убийцы путались, возвращались сначала и вновь с максимальными подробностями описывали события того трагического дня, даже напрочь исключив попытки, свалить вину на алкоголь. Память оказалась яркой и впечатляющей, и выпитый алкоголь лишь обострил восприятия. И из всех рассказов Леонид сделал однозначный вывод: преступление началось с Эдуарда и Валерия и продолжилось по жесткому приказу Седова. Не оказалось смягчающих обстоятельств и у Андрея Володина, как не старался он себя хоть чуточку обелить. И лишь Горбунов Василий имеет небольшой шанс на смягчение своей вины. Он никого не убил, если с Варварой все обойдется. Очутившись в одной палате все шестеро, не имея возможностей на самостоятельное передвижение, первые минуты, молча, рассматривали друг друга, словно не могли понять их сбора в одну кучу. Ведь получается, что полиция лишь способствует в осуществлении планов мстительницы. Она ведь обещала им, что после боли уничтожит их, не позволив на существование даже в тюремной камере. И вот они беспомощные и готовые принять от нее смерть. -Нам так гораздо легче вас охранять, – объяснил им Михаил, руководивший акцией переселения. – Она, если вы помните, еще не закончила свое возмездие. Хотя, по мне, так пусть бы уже завершила месть, потому что прав на жизнь у вас нет. Слишком много невинных убиенных на вашей совести. Но прокурор приказал беречь вас для суда, потому, и решено выставить у палаты охрану. – И уже на выходе он еще раз проинструктировал охранника: - Никаких посещений, кроме медсестры и врача, которого вам представили. Ну, разумеется, и меня с Виноградовым. Помни, охота на них пока не завершена, поэтому никакого ребенка даже близко к палате не допускай. Да, на всякий случай, девчонку даже не пытайся задержать. Пока до сих пор ни у кого удачно, ни одна попытка не получилась. При появлении ее, - Михаил вручил охраннику фотографию Варвары, - поднимай тревогу. Знаешь, мне твоя безопасность как-то важней. Хотя, до сих пор она никому из посторонних вреда не причинила. Но ведь сейчас она будет пытаться уничтожить их. Так что, будь бдительным. Охранник выслушал инструкции и пожелания, молча. Однако, рассматривая фотографию маленькой девочки Вари, он в душе иронично посмеивался над всеми этими манипуляциями и потугами прокуратуры, не понимая и не представляя, как сумеет эта малолетка проникнуть в палату к пострадавшим от ее действий, если у дверей будет находиться и жестко бдеть молодой, спортивный и очень ловкий, каким считал себя Григорий, старший сержант полиции, студент юридического факультета, в будущем собирающийся стать опером и ловить преступников. Взрослых, матерых и жестоких, какими являются все эти шестеро, которых ему поручили охранять от девчонки. А здесь столько наставлений и предупреждений, что ему даже немного весело. Разумеется, они хоть и бандиты, но абсолютно обездвиженные, и потому ему надо защитить их от обиженной и обозленной девчонки. Да он ее близко к палате не допустит. А это предупреждение помощника следователя о невозможности и о провале всех попыток, задержать ее, так, по крайней мере, смешны и комичны. Григорий буквально три дня назад без особых усилий и напряжений задержал двух хулиганов размером с маленький шифоньер. Легко схватил их за шиворот и привел в отделение. А все потому, что по вечерам и выходным не пиво хлещет, как поступает большинство, а ходит в спортзал и железо тягает, и с тренером разминается. Свое мнение Григорий не высказывал, поскольку начальство им не поинтересовалось. Он выслушал указания, ответил готовностью исполнять, заверив, что мышь, и даже муха в эту палату не проникнут. Так что, господа начальники, работайте без излишних волнений и опаски за сохранность вверенных ему убийц. Сколько принял, столько и сдаст. Марине еще в приемном покое сказали о запрете на посещения. Она возненавидела и прокляла своего любимого прежде Васеньку. Однако, поразмыслив после получения сообщения о попадании его в больницу и отвергнув все намеки и ненавидящие убийственные категорические речи дочери в адрес отца, Марина все же решилась навестить его. Хотя бы поговорить, выслушать оправдания. А вдруг, и в самом деле, не было его вины в этих убийствах? Ведь жива девчонка, она знает правду, и, очнувшись, поведает ее всем. Трудно даже предположить, как Марина сумеет простить мужа за этот зверский поступок. Однако быть неблагодарной Марина не умела. Все годы совместной жизни, как за каменной стеной, они обе были под его опекой, не испытывая материальных нужд. Испугался? А как бы на его месте они сами с дочерью поступили? Этот зверь Седов, способный ради денег на убийство, командовал ими, как своими рабами. Вот Вася и отчаялся на этот поступок. Однако не подчинился, а сымитировал убийство. И следователь, этот молодой парень по имени Миша, так говорил. Мол, ваш муж – единственный, кто может рассчитывать на какое-то оправдание. А дочь уже выросла, пусть живет своим умом. А Марина на одиночество не согласна. Не всем герои даны. И не пьющий ее Вася, и незлой. И не убийца, как те пятеро. Она сидела на лавочке в больничном дворике и смотрела в окно палаты, где по ее предположению мог лежать муж Вася. Когда рядом с ней с пакетом в руках присела женщина, Марине так показалось, что она должна быть одной из жен пятерых пострадавших от рук девчонки. -И вас не пустили? – как факт, а не вопрос проворила женщина, представившаяся Катей, женой Андрея Володина. – Наши, как я поняла, последними попали. Давай на «ты», - попросила она Марину и, получив согласие, продолжила: - Я поначалу не поверила, решила, что произошла ошибка. Но, когда попал твой, то сразу все сопоставила и окончательно убедилась, что влипли наши мужики по полной. Ну, и что ты думаешь по этому поводу? Простишь, будешь ждать, если срок, какой дадут, а не пожизненно, как обещал прокурор. -Я не знаю, - растерянно пролепетала Марина, подавленная напористостью Екатерины. Уж слишком спокойно и без излишних эмоций выговаривалась женщина, чей муж искалеченный лежит в больнице, а будущее у них весьма с неперспективной судьбой. – Поначалу была зла, ненавидела. А потом остыла, осмыслила. Только, как ходят слухи, она их не желает оставлять в живых, обещала всех в больнице порешить. Тогда суда не будет. -Ну, - не согласилась Екатерина, - не такая уж она всемогущая и всесильная. Я до палаты дойти не успела, как меня развернули. Их всех, наших мужей в одну палату собрали и охрану выставили. Там такой мужик огромный и сильный стоит, что не то, что девчонку, никакого мордоворота не пропустит. Комедия, да и только. От какой-то малявки охраняют, как от банды террористов. Хотя, - немного поразмыслив, добавила она чуть погодя, - сильна она оказалась, уложила на койки всех наших мужей. Вот странно как-то получается. Столько лет наши мужья вместе работают, а нас ни разу не познакомили. Дела, все, да дела. Они, как мне Андрей говорил, и за солом редко сами вместе собирались. Вот в кои века решились, и наломали дров на остаток жизни. Твой ничего конкретно не рассказывал? Марина, молча, покачала головой. Ей почему-то не хотелось общаться и откровенничать с супругой убийцы. Своего Васю она уже таковым не считала. Хотя, в одном Екатерина права – с женами друзей по бизнесу они не знакомили. И потому откровения с потенциальным врагом мужа могли принести ряд неудобств и нанести вред Васе. -Но ведь, не могли наши мужики ни с того, ни с сего напасть на мирно отдыхающих, никого не трогающих граждан? – решилась высказать свое видение происшедшего Екатерина. – Я могу судить по своему мужу, да и ты подтвердишь, что пьяницами они не были, таковыми никогда не считались. С их деньгами любой мужик давно бы спился. Частенько случается в гостях, так я первая напивалась, и Андрей мне потом нотации читал. И уж об агрессивности, способной довести его до убийства женщин и детей, я даже думать не желаю. Поди, сами спровоцировали эти туристы драку с поножовщиной, а нашим пришлось обороняться. -Но там ведь трое детишек убиты. И четвертая до сих пор в больнице лежит. Как такое объяснить? -Не знаю, но в виновности муже не верю, что сам он первый начал. Вынудили его к такой жестокой обороне. Когда к их лавочке подошли еще четыре женщины, то Марина внутренним чутьем поняла, что здесь в дворике больницы собрались все шесть жен тех, кто сейчас лежит в палате. И все они жертвы одной девчонки. Все шестеро, молча, сидя на лавочке, пару минут изучали друг друга, смотрели, словно на некое диковинное явление или музейные реликвии. Затем одна из них, представившись Галиной Седовой, предложила всем познакомиться друг с другом. -Одной бедой повязаны мы, девчата, - как-то сурово и одновременно с ноткой обреченности, проговорила она. – Много лет за широкими сильными спинами мужей мы прожили беззаботно и беспроблемно. А вот случилось такое несчастье, и нам придется его пережить. -Не переживем, - категорически с некой тоской в голосе, проговорила Дарья Кулик, супруга Эдуарда, которого все теперь считали главным виновником преступления. Никакие СМИ не сравняться со скоростью перемещения и распространения информации с людской молвой, то есть, по-народному говоря, со сплетнями. Уже через два дня после сбора всей шестерки в одну палату и после чистосердечного признания всех, доля вины в этой трагедии каждого стала достоянием ушей обывателя. – Вот, - Дарья ткнула пальцем в сторону Марины, - она одна может рассчитывать на мягкий приговор суда. Ее Васька остался не замаранным, жива его жертва. И даже не в тяжелом состоянии. Спит и во сне выздоравливает. -А нашим, как я поняла, - продолжила мысль Дарьи Алевтина Изотова, - грозят сроками максимальными. Уж с Куликом мой загремит на пожизненное. Да и твой Седов запачкался не меньше. Но и 20 лет, если Булюк с Володиным сумеют отделаться такими сроками, вы, дорогие мои Катя и Света, не станете их преданно дожидаться. Так что, если кому и повезет, так это лишь Марине. В этом Даша права. Как-то сумел в этой резне твой муж не свершить убийство. -Девочки, ради бога! – как-то спокойно и даже с неким оптимизмом, воскликнула Светлана Булюк. – Никакие сроки мстительница не обещала. Всех она, как и желала, да еще с помощью прокурора, что собрал их всех в одной палате, порешит одним махом. А поводов для недоверия ее угрозам она пока не давала. Все творит до сих пор, как по писанному, не отклоняясь от планов, высказанных вслух и прилюдно. Обязательно любит при зрителях, словно в театр играет. -Месть – она сладка и пьянит, вот оттого и остановить ее невозможно. -Там, у дверей ее палаты, - недоверчиво проговорила Екатерина, - некий шкаф сидит, что здесь ее планам сбыться не суждено. Не думаю, что у нее хватит сил с ним справиться. Не пропустит, не допустит, а схитрить или какими другими путями попасть к ним просто нет возможностей. Если только через окно, так стены гладкие, уцепиться не за что. Поэтому, я не думаю, что у нее с этим что-то выйдет. В этот раз она окажется неспособной и слабей. -Я тебя умоляю! – иронично и с сарказмом вскликнула Алевтина. – До сих пор ее как-то преграды особо и не волновали, она их с легкостью обходила и преодолевала. И сейчас, будьте уверены, получится без особых проблем. Вот увидите, придумает такое, что сами удивимся. Так что, милые мои вдовушки, будьте готовы скоро стать таковыми, незамужними. -А я с тобой согласна на все сто процентов. Нет, не о фантастических способностях девчонки хочется сказать, - тихо и спокойно, как о неком обыденном событии, проговорила Светлана. – Своих мужей мы потеряли уже четвертого мая, когда они посмели пойти на это грязное убийство. Так путь теперь она их добивает, поскольку на это имеет полное право. Они ее родных людей убили за просто так, осиротили и саму покалечили. Если сам господь дал ей этих сил и такое право на суд, то свершит она его, несмотря ни на что. -Так ты думаешь, что это она и есть? – недоверчиво поинтересовалась Екатерина, которая имела на этот случай иное мнение. – Так мне сказали, что после четвертого мая Варвара даже в себя ни разу не приходила. Нее, девчонки, тут, скорее всего, другая мстит, просто здорово на нее похожая. Может, близняшка? Сумела спрятаться в кустах, выждать, всех зафиксировать. А потом вот таким способом отомстить. И не просто убивает, а поначалу искалечит. -Нет, не было и даже не намечалось никаких сестер у Варвары, - уверенно и компетентно заявила Дарья. – У этих Дроздовых единственная внучка. Был внук, да убили наши суки-мужья. И если это не мистика и никакой не фантом Варвары, то, стало быть, она сама и мстит им, поскольку, единственная, которая выжила. Бывали случаи в медицинской практике, как раздвоение личности. Она спит в палате, вернее, все и она сама так думает, а ее второе «Я» в это время встает и начинает творить всякие дела, о которых даже сама потом не вспомнит. -Ой, ну, это же полнейший бред, девочки! – с возмущением не согласилась с ней Галина. – Какое там раздвоение, ежели эта Варвара под постоянным присмотром врачей. Да еще дед с бабкой дежурят ежедневно в ее палате возле койки. Не могла она незаметно покидать больницу, сразу бы заметили и возвратили обратно в койку. Не порите чушь, дорогие. -Так это днем, а ночью? Ну, когда все спят, так она и орудует со своими замыслами. По-моему, по ночам старики не дежурят, а медсестра, так та сама спит мертвецким сном, запросто пропустит. -Однако ни одной акции она ночью не провела. Утром, в обед и вечером. Аккурат в то самое время, когда у койки Варвары кто-нибудь сидел, - со знанием дела опровергла всевозможные домыслы Марина. – И такой факт отрицать бессмысленно. Даже если хочется ее посчитать мстительницей, то никак не сходится с временем свершения того или иного события. Женщины, словно давние преданные и хорошо знакомые подружки, не испытывая друг к другу абсолютно никаких негативных чувств, мирно, спокойно и без лишних эмоций беседовали, делились мнениями, впечатлениями, уже считавшие себя если не вдовами, то, что наиболее вероятно, одинокими, потерявшими мужей. Никто даже намеком не желал предположить многолетнее ожидание возвращения мужа из мест не столь отдаленных. Не беда и не несчастный случай, а умышленным злым, кошмарным поступком назвали они такое бедствие бытового порядка. Однако, как предположила Дарья, им самим ведь и сорока нет, а дети уже немаленькие. Есть еще у женщин шанс и замуж выйти, и ребенка родить от какого-нибудь нового супруга. Никто из них, кроме Марины, не рассчитывал на чудо и на возвращение мужей в лоно семьи. Хотя, как предположила Галина, на помилование и Василий рассчитывать не имеет никаких моральных прав. На саму жизнь, на возможность еще пожить на свободе. Но вряд ли суд радикально повлияет на его ближайшее будущее. Срок ему все равно светит нешуточный. Если только чуть поменьше, чем остальным. -Он струсил, но не пожелал противостоять остальным, стало быть, был со всеми и одобрял это убийство, - словно приговор, определила судьбу Василия Галина Седова, не желая и ему прощать поступок. – Если мой кричал, как все говорят, приказывал, так они, ваши мужья, вовсе в его подчинении не были, и как бараны исполнять этот дикий приказ не имели права. Все они – одна банда. Если по мне, так и Василий не имеет никакого снисхождения. Марина обреченно согласно кивала головой, принимая за истину слова этой беспощадной и жестокой женщины, такой же злой и бессердечной, как и ее супруг. Но в глубине души все еще пыталась оправдать своего Васеньку. Он не изверг, как все эти их мужья, он просто испугался властного Седова, для которого деньги важней и дороже человеческих судеб. -Что-то следователи совершено позабыли о нашем существовании, словно потеряли интерес к нашим персонам, - сделал вывод на отсутствие в их палате уже второй день работников прокуратуры Седов. -Мы им стали неинтересны после признаний, - предположил Эдуард. – Нет тем больше для общения. -Да, теперь ждут результата от врачей, - добавил Валерий. – Как только на ноги встанет, так в тюремный лазарет на долечивание отправят. Так что, с лечением можно не спешить. -А какая разница, все одно, тюрьма нас дожидается. Если не пожизненный срок, то максимальный, что без разницы, - печально констатировал Андрей. – Под старость на свободе не выживем, с голода издохнем. -Пенсию получишь на хлеб и воду. Конечно, бабы себе других найдут, нас вычеркнут из списка живых, потому, готовьтесь в бомжи, иного не получите, - зло хихикнул над собственным будущим Константин. Боль отпустила, тело помаленьку заживает и, можно даже так сказать, выздоравливает у всех шестерых. В первый день, когда их собрали в кучу, то есть, разместили в одну палату, молодой следователь по имени Михаил Юрьевич, как он сам представился, с максимальными подробностями всех опросил и записал события, начиная с четвертого мая, а затем и последующие с встречей с мстительницей и с попаданиями на больничную койку. Окончательно осознав бесполезность отрицаний и, смирившись с судьбой, они откровенничали и пересказывали со всеми деталями сам процесс преступления и эту роковую встречу с Варварой. Говорили много, слишком даже подробно, чтобы хоть чем-то смягчить судьбу. -Вася, ну, признайся наконец-то честно и правдиво, - просил Горбунова Эдуард уже беззаботным и уверенным тоном, словно впереди у него после больницы ничего, кроме как возвращения домой. Он так до конца и не поверил и не принял версию мистического фантома пострадавшей девчонки. – Не могла же нам мстить настолько жестоко совершенно посторонняя девка. Да и не было там больше никого. Две семьи в полном составе. И все семеро погибли, правда, не без нашего участия, кроме этой Варвары, которая нас и отправила сюда. -Она, - равнодушно подтвердил Василий. Бояться Седова и своих подельников в этой палате не имело смысла. Все его противники обездвижены, обмотаны и перемотаны бинтами и залиты в гипс. Да и сами они уже мирные и тихие, словно смирившиеся агнцы на закланье. – И что интересно, так одежда на ней одна в одну, что и на берегу была. Эти моменты я запомнил детально. Однако в этом и вижу нелепость совпадения. Да, признаюсь, и плевать я сейчас на вас хотел, но по-настоящему убивать девчонку я не хотел. Слегка поцарапал, каюсь и за это прошу прощения. А в смерти других я не участвовал. Да только, все равно, одежду я ее порезал, раскромсал, в крови испачкал. Не могли же постирать и надеть на нее. -И теперь ты надеешься на снисхождение за такие вот нечаянные поступки, словно и не было тебя с нами, не участвовал, не воспрепятствовал, ничего не видел и не ведал, что творил? – иронично, однако с неким сожалением, что ему не досталась в тот день эта девчонка, спросил Константин. -Надеюсь, что под пенсию успею насладиться свободой. Пусть пятнашку получу, так это всего-то и будет мне 53. Ну, даже до семидесяти и то 17 получается. -Не забывай, что за пятнадцать лет в тюрьме та потеряешь зубы, остатки здоровья и состаришься. На все эти 70. -Только этим мечтам мне может помешать, - продолжил Василий, не обратив внимания на реплику соседа по койке, - все та же двойняшка Варвары. Не Варвара нас отправила сюда, ее двойняшка. И это я вам заявляю со всей прямотой. И она нам всем после боли смертью грозилась. И если вы заметили, так все ее угрозы сбываются. Даже интересно, чем и как добивать будет. -Заткнулся бы ты, Васька, слушать противно, - зло вскрикнул Валерий. – Тебя она освободила от страданий. Не то, что нам досталось по полной. Поди, языком мелешь, а сам все надеешься на ее дальнейшую благосклонность. Хочется, ой, как хочется, чтобы пощадила в знак признательности, что провел нас, как лохов. Тебе же, Игорь, говорили, чтобы проверил, а ты понадеялся на Васькину честность. Вот и получили по вашей милости то, чего получили. -Не лохов, а отморозков. Я не детоубийца. Вот как бы сам пел, если бы твою Веру ножом, как ты мать Варвары? Не знаю, но за Любу сам любому глотку перегрыз бы. Так что, можете мне не завидовать. Эти справедливые, но для ушей болезненные обвинения, вызвали в палате бурную реакцию. Теперь уже каждому хотелось хоть каким-нибудь маломальским оправдывающим эпизодом обелиться, найти в своих поступках смягчающиеся обстоятельства. А их отсутствие еще больше злило и раздражало, словно жизнь прожита в зле и в преступлениях. -Шумят? – к Григорию, сидевшему метрах в пяти от входной двери и листающему некий цветной журнал, подошел врач с пожилой женщиной. – Еще хорошо, что связаны и прикованы, а иначе и подраться могли бы. -Пусть орут, сколько им влезет. Выясняют, как я понял из их криков, кто больше виноват или прав. Да только ничто их уже не спасет, кара не за горами, - равнодушно проговорил Григорий, но в знак уважения перед профессионалом и перед пожилой женщиной с кресла привстал. Негоже с таким большими и пожилыми людьми разговаривать сидя. – Вот вы их подлечите маленько, а мы потом их в кутузку отправим. А то им слишком чести много. И кормежка качественная, и прислуга уважительная. Да еще охрана круглосуточная. -Получается, что в кутузке кормят, чем попало? – весело поинтересовался у Григория врач. -Там, уважаемый товарищ доктор, кормежка баландой называется, как и полагается по статусу. -Хорошо, это будет потом, а пока они в нашей власти, а потому от остальных больных не отличаются, - согласился врач. – Вот, познакомься с Евгенией Федоровной. Она с сегодняшнего дня присматривать будет за ними. Кормить, утку подавать, и прочие процедуры выполнять. Григорий согласно кивнул головой и вновь уселся в свое кресло, возвращаясь к картинкам в журнале. К шумам и крикам, доносящимся из этой тюремной палаты, он уже успел привыкнуть, а потому особого внимания на их силу и смысл внимания не обращал. Да и не желал вникать. Пусть, коль так приперло, орут, пытаются что-то кому-то доказать и обвинить. Ему на все эти базары начхать. Уж пусть, коль такая планида выпала, лучше их та девчонка добьет, чтобы уменьшить работу судей. Это же после приговора их потом до конца дней кормить за государственный счет обязаны. Вот чего-чего, а такого блага они не заслуживают. -Ну, вот сам он не отморозок, да? – не соглашаясь с такой характеристикой, завизжал Эдуард. – Так чего же сам даже попытки не предпринял, чтобы как-то остановить нас, предотвратить убийство? -Вас? – искренне возмутился Андрей, занимая позицию Василия и не соглашаясь с выводами Эдуарда. – Да вы с Валеркой уже до нашего прихода порешили бабу с мужиком. Ну, дал он тебе по морде, так по-мужски отвалил бы ему сдачи. Чего же, как полный отморозок за нож хватаешься? И тут Васька о вас с Валеркой чистую правду сказал. Нелюди, да и только. -А сами вы кто, лучше нас, что ли? – кричал писклявым голосом Валерий. – Одним дерьмом мазаны. -Так тут уж главный отморозок вдруг принимает такое убийственное решение, - уже не так категорично защищался Андрей. – Так сказать, поступила от босса команда, а мы люди послушные, исполнительные. Васька попытался избавиться от миссии убийцы, но этот же ему смертью пригрозил, всех ему замарать хотелось кровью. А что, за ним бы не заржавело. Получив новый всплеск повода к крикам и эмоциям, палата вновь превратилась в потревоженный улей. Кто зло, кто по инерции, чтобы выплеснуть наружу накипевшее, а некоторые лишь бы не молчать, ибо лично себя они уже оценили и приговорили. Еще давно, на второй день после убийства, когда пришло осознание свершившегося пьяными мозгами и такими же руками. Ведь в тот момент свершение преступления казалось единственным и правильным решением Седова. Однако утром думалось уже несколько иначе. Зря, однако, пощадили Валерия с Эдуардом, все свалить на них было бы оптимальным вариантом. А Игорь своим командным визгом перечеркнул биографию и будущее всех. Даже если бы не оказалось мстительницы, то прежней беззаботной жизни у них не могло просто быть уже никогда и ни за что. -Вас послушать, так и виноватых не найти. Вокруг одни заблудшие овечки. Ну, если только Седова за старшего не посчитать. Тогда он получается козлом во главе отары. А у вас всех столько отговорок и оправданий нашлось, что даже жалость внутри зашевелилась. Нет, господа хорошие, не получится поблажек никому, приговор для всех будет единый. Слова по палате пролетели, словно хлесткий щелчок стека по стеклу. И вся компания вмиг смолкла, уставившись на окно, со стороны которого и прозвучала эта гневная убийственная тирада. На подоконнике сидела Варвара Дроздова собственной персоной. В футболке, шортиках и летних туфельках, какие и были на ней в тот роковой день четвертого мая. -Ну, и чего умолкли? – хихикая детским веселым смешком, спросила мужчин Варвара. – Поспешила я со своим вмешательством, не дала выговориться сполна. Хотя, признаюсь, так мне самой порядком надоели ваши пошлые оправдательные и обвинительные речи. Вы с обвинениями кричите в адрес других, но никто не повинился и не покаялся. Лишь имеется единственное желание – перекричать друг друга. Признайтесь, что сейчас хочется время перекрутить в обратную сторону? Да оно, к сожалению, не имеет обратного хода. Случившееся остается лишь признать и осознать. А вернуть, ну, никак не выходит. Ладно, теперь слушайте, молча, меня. Вас слушать противно и скучно. Пустобрехи. Варвара спрыгнула с подоконника, оставив на окне трехлитровую бутыль, наполненную прозрачной жидкостью, и прошлась между коек, пристально вглядываясь в глаза своих жертв, отыскивая в их глубине хоть искорки сомнений, сожалений и раскаяния. Нет, там только страх, ужас и отчаяния. А еще страшное желание закончить незавершенное на берегу Василием. Он не убил ее, так сейчас они с великой радостью добили бы. Но не могут, поскольку их тела связаны и обездвижены. Лишь рот и свободен. А такое их состояние и входило в ее планы. Пусть страдают и осознают свое полное бессилие. Как те, от руки которых они погибли. -Я вовсе и не Варвара. Девочка Варя спит на больничной койке в своей палате и видит прекрасные сказочные сны. Я – ее фантом. А вы, вернее, некоторые из вас, мыслили в правильном ракурсе. Обыкновенная девчонка не осмелилась бы и не сумела чисто физически достигнуть такого результата. Зачем я явилась перед вами в это мгновение? Так вы и сами отчетливо представляете, но страшно признаваться в собственных предположениях. Девочка Варя некрещеная и верой божественной необученная. То есть, атеист она. Стало быть, аналогичной верой и я посвящена. А вот ада, вам обещанного, мне для вас хочется. И сервис обслуживания окажу по-максимуму, с доставкой в палату. Фантом Варвары, обойдя все койки и внимательно изучив глубину глаз каждого, возвратилась к подоконнику за бутылью. Скрутив крышку и оставив ее на подоконнике, она с этой бутылью возвратилась к койкам. Теперь ее глаза уже не по детски сверкали дьявольским огнем, испепеляя и уничтожая, поверженных ужасом и безумным страхом свои жертвы. -Спирт, чистейший, медицинский. 96 градусов, - зловеще объявила она, плеская на каждого порцию сильно пахнущей жидкости. – Вас этот спирт сгубил душевно и морально, а сейчас вы от него издохните физически. Хотя, все-таки, не все. Я не варвар, хоть и Варвара, и не полный отморозок, какими являетесь вы. А потому, сейчас проявлю чуток человеческой благодарности. Варвара силой выдернула кровать Василия на середину палаты и, толкая ее с визжащим скрипом, пододвинула к входной двери, которую уже открыл охранник Григорий, заинтересованный слишком неестественным шумом для лежачих больных. Сам по себе шум такого музыкального сопровождения возникнуть не мог. Явно в палате происходит нечто запредельное. 9 -Эй, что у вас тут происходит? – удивленный и слегка ошеломленный от происходящего, в палату попытался войти Григорий. Однако койка с Василием полностью заполнила дверной проем. – Ты кто, ты чего? – вдруг обнаружив виновницу странных шумов и явлений, залепетал он, поняв свою беспомощность и бессилие. Такой большой и сильный мужик, а перед ней, такой маленькой, сплоховал. – Так это и есть ты, про которую так много мне талдычили? Но откуда ты взялась, ведь я ни на минутку не покидал свой пост? Григорий попытался отодвинуть койку и проникнуть в палату, чтобы задержать нарушительницу покоя и восстановить должный больничный порядок. Однако Варвара с силой толкнула койку, выдворяя Григория за пределы палаты вместе с Василием, показав ему его неспособность, противостоять ее желанием и невозможность вмешиваться в планы мести. -Гриша, - добрым детским голоском пролепетала Варвара. – Забери его отсюда куда подальше. И скажи своим, что я его прощаю. Нет на нем смерти. А ежели слегка и поцарапал меня, так он за свой подлый поступок попросил у меня прощения и покаялся. Ну, а ваш земной суд пусть без меня определяет степень его вины по своему закону. Остальных казню я сама. Мне такая миссия сверху дана. Они обязаны покинуть сей мир через муки ада. -Погоди, Варвара! – взмолился Григорий, учуяв запах спирта и осознав дальнейшие действия девчонки. – Пусть их всех осудят по закону, не бери грех на душу. Ты их уже достаточно наказала. Да и сама можешь сгореть вместе с ними. Или обжечься, так и это неприятно. Ты себя пожалей, мне лично на них плевать, ты себя не сгуби, - крикнул Григорий, суетясь возле входа и пытаясь как-то через верх или сбоку проникнуть вовнутрь палаты. Однако, осознав окончательно тщетность своих попыток, он наконец-то сообразил отпихнуть от входа койку с Василием, но этих секунд хватило Варваре, чтобы поднести огонь зажигалки к пеленатым телам оставшихся пятерых. Единый дикий вопль разорвал просторы больницы и вмиг смолк, захлебнувшись в пламени. И когда Григорий наконец-то выдернул из дверного проема эту преграду в виде койки, на которой, бледный и онемевший от страха, и все еще не веря в помилование мстительницы, в полусознательном состоянии лежал Василий Горбунов, вся палата напоминала факел, состоящий из пяти коек. А девчонка стояла на подоконнике возле открытого окна и готовилась к прыжку, чтобы покинуть судное место. Григорий понял, что за ней ему не угнаться, а его подопечные уже мертвы, выскочил в коридор и помчался к щитку с надписью «ПГ», чтобы раскрутить свернутый в колесо шланг и до приезда пожарных, которых успела уже вызвать дежурная сестра, по-максимуму погасить пламя. Хотя, как лениво горели тела убийц и постельные принадлежности на койках, он понимал, что с таким огнем справится легко. Заметив всполохи огня в распахнутом окне и стоявшую девчонку в проеме, женщины испуганно вскочили с лавки, позабыв тему недавнишнего разговора, и побежали в сторону больницы, чтобы помочь, терпящему бедствие, ребенку. Им так сразу и показалось, что девчонка ищет спасение именно в этих действиях, как покидание бедственной палаты через окно. Они не успели подбежать, как она оторвалась от стены и грубо обеими ногами приземлилась на асфальт. В ужасе женщины, предчувствуя тяжкие последствия, вскрикнули в унисон. Однако им на удивление девчонка не упала, не присела, а не спеша, словно сошла со ступенек, пошла от больницы в сторону парка, рядом с которым это лечебное учреждение располагалось. Однако, заметив, перепуганных ее действиями, женщин, она задержалась и, подпустив их на близкое расстояние, громко и торжественно объявила, словно отчиталась перед ними: -Миссия мщения завершена. Ваши мужья, пройдя муки ада, покинули этот мир, отправившись в вечность. Мои вам соболезнования, но не сочувствия. Избавление от таких отморозков можно и за благо принять. Да, - немного отойдя, она развернулась и поведала, будто забывшуюся весть: - Твой муж, Марина, остался в живых. Я его пощадила и простила. Он не желал мне смерти. А к гибели других не причастен. И самое главное, он искренне каялся и молил прощения. Не жизнь вымаливал, а мое прощение, в чем большая разница. А дальше сама примешь решение, тут уж меня не касается, и в его судьбе я участия больше не приму. Теперь после этих слов, оставив женщин в неком нереальном и подвешенном состоянии, она ушла, навсегда посчитав свои дела завершенными. И шла она настолько уверенно и независимо, что ни у кого не может возникнуть желание, задержать, не пустить. А ежели кто и посмеет, то не сумеет сделать это физически. С этого мига мстительница, завершив свою миссию, исчезает из этого реального мира, уходя в свой, неведомый и таинственный. Женщины, осознав происшедшее и не имея шансов на недоверие ее признаний, однако, внезапно лишившись здравого смысла и трезвого разума, рванулись в сторону входных дверей больницы, чтобы воочию убедиться, а именно в первые мгновения такого им хотелось, что девчонка пошутила. Она бравировала, ибо такой хлипкой маленькой девчонке не под силу ни физически, ни морально, свершить такое кошмарное убийство огнем. Именно огнем, ибо выпрыгивала она из окна палаты, охваченной огнем. И лишь Марина, внезапно почувствовав, как силы покидают ее, остановилась возле крыльца, не желая и не имея сил, входить в больницу. Неужели она его пощадила и оставила в живых? Но для недоверия она пока поводов не давала, исполняя обещанные кары слово в слово. А как теперь воспринимать и понимать этот дар обиженного ребенка? Разве сама Варвара могла такое совершить? Хотя, продолжала рассуждать Марина, усаживаясь на ступеньку крыльца, поскольку ноги не желали держать ее, и сил дойти до лавки не оставалось, это были отчаяния сильно обозленного ребенка. Она понимала, что выглядит глупо на этой ступеньке, что создает помеху суетящимся и бегающим людям в форме, пытающимся оказать помощь в покидании горящей больницы перепуганным больным. Однако, как она поняла по действиям пожарников, которые добежали по выдвинутой лестнице до окна той палаты, откуда выпрыгнула девчонка, угрозы распространения огня не было. Но людей, кто об этом не знал, пугал и гнал подальше от опасного места дым. К Марине подошел некий мужчина и усиленно тряс ее за плечо, пытаясь возвратить из небытия в реальный мир. С трудом, продираясь сквозь дымку в глазах, Марина узнала в мужчине следователя, который несколько раз опрашивал ее и задавал вопросы, касающиеся мужа. По-моему, так решила она, звали его Михаилом. Вот отчество она запамятовала. -Марина, с вами все в порядке? – наконец-то долетели до нее первые внятные слова из его уст. – Вы видели ее? Мне говорили, что она из окна выпрыгнула к вам и успела что-то сказать. Это была Варвара Дроздова? Она пощадила вашего мужа, заявив о его непричастности к убийствам. Это правда? Давайте, я вам помогу дойти до лавки, не нужно сидеть на бетоне. -Да, - наконец-то выговорила Марина, поднимаясь с помощью Михаила со ступенек и направляясь к тому месту, где они вместе все сидели до этого пожара. Ибо ноги ее пока еще не держали, и ей вновь хотелось присесть. – Только это была не Варвара, она так нам говорила. -Как это, не Варвара? Охранник сказал, что это она была, она подожгла их. Он ее сам видел. -Нет, Михаил, она ведь нам призналась, что не является Варварой Дроздовой. Сами можете проверить, посетив ее в палате. А мстила именно за нее, от ее имени за гибель родных. Ведь Варвара, как лежала в палате, мне кажется, она до сих пор там и лежит в детском отделении. -Марина, - вдруг попросил ее Михаил. – Я сейчас в детское отделение сбегаю, проверю, как она там, а вы обязательно дождитесь меня. Мне еще хотелось бы задать несколько вопросов. И всех женщин, как только они выйдут из больницы, попросите подождать на этой лавке. Хотя, - Михаил задумался, слово попытался принять некое иное решение. – Они и сами вряд ли так скоро разойдутся по домам. Все равно, ждите меня здесь. -Скажите, а она правду сказала? – испуганно спросила Марина, боясь опровержения слов мстительницы. – Они все погибли, все до единого? А Васю, она сказала, что простила и не убила? -Да, - опроверг ее внезапные сомнения Михаил. – Все погибли, а вашего мужа она оставила в живых. -Его буду судить? -Разумеется, ему суда не избежать. Однако, мне так кажется, что в любом случае вина вашего супруга имеется, и наказания избежать не удастся. Я допускаю не столь большой срок, какой могли получить остальные, суд учтет его непричастность к убийству. А все остальное решать вам. Сказал и побежал к входу в подъезд, в котором на втором этаже в детском отделение в отдельной палате лежала Варвара Дроздова. Девчонка-мстительница даже не пыталась скрыть свое лицо, однако, вслух заявляла о непричастности к больной Варе. Которая лежит на больничной койке. Но в мистику и в фантомы Михаил верить не собирался. Он сейчас хочет лично убедиться, что настоящая Варвара палату несколько минут назад не покидала. -Бабушка, я кушать хочу. Анастасия от неожиданности выронила книгу, которая с шумом шлепнулась на пол. Но поднимать ее она не стала, а уставившись испуганными, обрадованными и слегка ошарашенными глазами, рассматривала внучку. Варя открыла глаза, достала руки из-под одеяла, положив их поверх его и, глядя на бабушку, повторила свою просьбу, добавляя к сказанному: -Кушать очень хочется, бабушка. И пить. Очень сильно-сильно. Можно мне хоть один глоток сока? -Сейчас, моя миленькая, сейчас, я только у доктора разрешение спрошу. Ты потерпи чуток. О, господи, а я только что деда отправила, там, в соседнем отделении что-то случилось, вот я и попросила его посмотреть. Ты погоди чуток, сейчас, - лепетала Анастасия, до конца не осознавая случившееся чудо, что внучка, их любимая Варвара наконец-то пробудилась, вышла из этого долгого тяжелого сна. Кончились мучения и страдания от неизвестности. Анастасия и рада была бы, исполнить в сей миг любое желание ребенка, да ведь страшно без ведома доктора. А вдруг по доброте душевной навредит чем-либо ребенку? Ведь сколько дней Варя лежала без движений, без пищи, без воды, а лишь одними капельницами жила. В палату по зову Анастасии вбежала медсестра, которая, прежде, чем исполнить просьбу ребенка, испуганно и ошарашено смотрела на Варвару, словно решив поначалу убедиться в достоверности слов Анастасии. К ним в отделение уже долетели слухи о явлении юной мстительницы в образе Варвары Дроздовой и о приведении приговора в исполнение тем жестоким убийцам ее родных. А она вот здесь лежит и просит у бабушки пить и есть. И из этой палаты, медсестра лично может поклясться, девчонка не выходила. Или врут, или обознались, или правду говорят о фантоме, что мстит от имени Варвары. Хотя, поскольку ту, горящую палату она покинула через окно, так можно допустить, что и эта девчонка способна на такие подвиги. Но нет, такое медсестра исключает однозначно. Спала эта Варвара. -Бабушка, - тихо прошептала Варя, когда медсестра, позволив сделать ребенку пару глотков чистой воды вместо сока, на который она пока не решилась, покинула палату, оставив их наедине. Медсестра убежала за помощью и за консультацией к врачу. – Мне страшно. Мне очень-очень страшно. -Что случилась, Варенька, кого ты боишься и почему? – плакала Анастасия, зацеловывая руки внучке. – Я с тобой, все страшное уже позади. Ничего не нужно бояться. Слава богу, ты очнулась. Господи, мне уже начало казаться, что ты, моя ласточка, никогда не проснешься. Все спишь да спишь. Сон хоть, снился тебе какой. Это же, каким он должен быть долгим. -Бабушка, - таинственно прошептала Варя, пугливо посматривая на двери и окно. – Я убила их всех, я отомстила за маму, за папу и братика. Только теперь мне сделалось страшно. Я поняла, что этого нельзя было делать. Они злые, жестокие и заслуживают того. Но убивать не нужно было их. Пусть бы в тюрьму посадили. Но там, в своем сне я была сама не своя. Мною управляло некое болезненное чувство мести, такое злое, беспощадное и кровавое. Поначалу я их калечила, чтобы они почувствовали, как страшно, когда больно. А вот только что, перед тем, как проснуться, я облила их какой-то горючей жидкостью, по-моему, спиртом, и подожгла. Но ведь это было во сне, значит, все неправда? И они все живы, просто нужно все рассказать полицейским, которые сразу их арестуют. -Не нужно, - в палату вошел Михаил, который случайно услышал признание Варвары, и они его сильно поразили. -Это не она, - категорично и безапелляционно воскликнула Анастасия, пытаясь защитить внучку от ее же слов. – У нее просто такой сон приснился. Я сама, и медицинская сестра может вам подтвердить, что Варенька вот только что проснулась. А до этого момента она была без сознания. А потом, как такое могла совершить больная и беспомощная девочка? -Уважаемая Анастасия Григорьевна, - Михаил вошел в палату и, поздоровавшись и пододвинув стул к койке, в которой лежала Варя, присел рядом. – Только, Варя, я не собираюсь вовсе тебе предъявлять какие-то нелепые обвинения. И вам, Анастасия Григорьевна, верю и не буду ничего проверять. Просто некто от имени Вари, от имени вашей внучки, от твоего, Варя, имени, расправился с помощью огня и этого самого спирта с убийцами твоих родителей и братика. Они все мертвы. И тем самым сумели избежать тюремного наказания. -Но она же Василия Горбунова пощадила? Правда? Он не убивал меня, потому что не желал моей смерти. -Ты и это знаешь? – удивленно воскликнул Михаил, окончательно и бесповоротно запутавшись в этой эпопее. – Но, как и почему такое случилось, что никто не может придумать разумное оправдание? -Я все это видела во сне. Мне казалось, что я сама их наказываю. А вот сейчас проснулась, и мне все показалось обычным сном. Только очень похожим на правду. Но, как вы сказали, все именно так и произошло, да? Я сама не знаю, как такое могло произойти, только она, ну, та «Я», которая во сне, совсем на меня не похожа, мне так чувствовалось. Она такая бесстрашная и сильная, а я большая трусиха и слабая. Во сне бывает по-всякому. Но это оказался совсем не сон, так случилась на самом деле. А что тогда, если не сон? -О, наша соня наконец-то соизволила проснуться и сразу от мира сего затребовать пищи земной! – шумно в палату вошел доктор, широко разбросав руки, словно для объятий и восторгаясь такому славному исцелению. – И вы здесь сразу же? – с неким укором добавил он, осудительно поглядывая на Михаила. – Ребенок впервые за долгие дни раскрыл глаза, а вы сразу к нему с расспросами. -Нет, нет, - попытался оправдаться Михаил, слегка смутившись и устыдившись справедливых обвинений. – Я просто зашел, чтобы уточнить, что в соседнем отделении хозяйничала не наша Варя. И теперь выяснил, что там была другая девочка, просто на нее похожая. -Она их, все-таки, убила, насколько я проинформирован? Загнала в больницу и всех разом подожгла. -Да, довела свою задуманную акцию мщения до конца. В принципе, да и черт с ними, поправляйся, Варя, и это самое основное для нас, - Михаил встал со стула, уступая место врачу, и направился к выходу. У самых дверей он приостановился и добавил лично Варе: - Мне хотелось бы с тобой поговорить. Как окончательно поправишься, передай через бабушку. Нам тоже хотелось бы знать истину. Ты ведь помнишь тот страшный день на берегу озера? -А я уже совсем хорошо себя чувствую. Только кушать сильно хочется, - уже неким бодрым и уверенным голосом говорила Варвара. – Знаете, мне ведь и самой хочется много всего вам рассказать. Вы приходите поскорей, мы с вами поговорим, я только получше вспомню тот день. -Хорошо, - согласился Михаил. – Конечно, если только доктор разрешит нам с тобой болтать. -А доктор пока ничего не может разрешить, ему нужно хорошенько самому изучить ребенка и познать его состояние, - категорично заявил доктор. – А твои, Варя, оптимистические настроения даже очень нравятся. Однако слишком долго ты спала, чтобы сразу позволять тебе так много дел и волнений. Вот обследуем, изучим, а потом и посмотрим, что, да как. Все разошлись, оставив Анастасию с внучкой вдвоем. Только медсестра принесла тарелку бульона, и бабушка сама решила покормить Варю. Когда последние капли бульона Варя облизала с ложки, у нее от обиды навернулись слезы на глазах. Она ведь даже на граммульку не утолила голод, лишь только раздразнила желудок. А доктор запретил добавку. -Не плачь, моя миленькая, - сама с трудом сдерживая слезы, умоляла внучку Анастасия. – Нельзя, не разрешает доктор. -Я понимаю, просто очень хочется, - согласилась Варя, не желая обижать и расстраивать бабушку. – Ладно, нельзя есть, так я тогда посплю. Ты, бабушка, можешь больше не караулить меня, ведь ничего больше страшного просто случиться уже не может. Мне ничего не угрожает. -Да, да, - обрадовалась Анастасия такому оптимизму и хорошему настроению ребенка. – Я ненадолго схожу, дедушку поищу, и с ним нашей радостью поделюсь, что наконец-то выздоровела. Увидела супруга Анастасия напротив крыльца больничного отделения на лавочке в кругу мужчин, азартно жестикулирующих и нечто любопытное друг другу рассказывающих. Весь двор больницы был заполнен снующимися и бегающими. Событие, о котором предсказывали, гадали и предполагали, свершилось практически на глазах врачей, охраны и больных. Есть о чем поговорить, что обсудить и высказать свои видения по этому происшествию. -Настя, - громко подозвал супругу Николай, заметив приближающуюся к компании супругу. – Ну, скажи ты им, что даже близко не могло быть там нашей Вареньки. Мы ведь с ней с утра до вечера по очереди дежурим у ее койки. И сейчас наша внучка лежит в палате без сознания. -Коля, - тихо, но взволновано произнесла Анастасия. – Варя проснулась. Доктор сказал, что теперь на поправку быстро пойдет. Закончились наши мучения и страдания, все стало хорошо, - сказала и заплакала Анастасия. -Ну, и, слава богу! – облегченно вздохнул Николай. – Так не плакать, а радоваться нужно. Все, мужики, - обратился он к собеседникам. – Побежал я к внучке. Видать, держали ее эти ублюдки, не позволяли своим пребыванием на земле выздоравливать. А вот издохли, и она сразу пробудилась. -Так я от радости плачу, Коля, - словно пытаясь оправдаться, проговорила Анастасия, доставая платочек и протирая глаза. – Только сейчас торопиться не нужно. Я ее покормила, и она уснула уже правильным сном, настоящим и здоровым. Пусть поспит, устала она с непривычки. Теперь все пойдет правильно. Николай приобнял супругу за плечи, и они пошли в парк, углубляясь в его чащу, чтобы побыть наедине и позволить отдохнуть ребенку без их опеки. Их обуяла радость и восторг. Немного тревожила эта мистическая мстительница, так и не пожелавшая раскрыться и объяснить свое появление. Ну, и пусть. Подлые убийцы мертвы, Варя, их единственная внучка, пошла на поправку. Николай, молча, выслушивал рассказ Анастасии, вставляя в ее повествование лишь охи и ахи, и покачивание головой. Они наконец-то могут позволить себе расслабиться, побыть вдвоем дома, не волнуясь и не переживая за здоровье внучки. Вот только, чуть погодя, заглянут в палату, чтобы убедиться в благополучии Вареньки, расспросить подробности у врача. А потом, как вдруг предложил Николай, сходят вечером в ресторан и отпразднуют окончание этого длительного и томительного ожидания. Теперь они втроем заживут. Варя сквозь сон почувствовала присутствие некоего постороннего и незнакомого рядом с ее койкой. Открыв глаза, она увидела перед собой мужчину, по возрасту близкого к ее погибшему папе. Только папа был высоким и очень сильным. А этот больше, как дядя Дима, которого тоже убили эти плохие бандиты. И глаза у незнакомца добрые и веселые. Но на доктора он непохожий. Возможно, этого дядя Миша прислал, чтобы Варя ему все рассказала? Ведь она в тот день четвертого мая видела все, запомнила этих бандитов даже каждого в лицо. И даже припоминает, кто кого убивал лично. А потом к ней явился этот странный сон с мщениями, с ненавистью и с желанием, причинить подлым бандитам сильнейшую невыносимую боль. А уже потом и смерть. Ведь сразу, как только проснулась, вернее, возвратилась в реальный мир, было ужасно страшно за те злые мысли и поступки. И особенно ужасно это последнее убийство всех их пятерых. Однако в том сне ей захотелось простить Василия. Она так и поступила, как желала. Но ведь все происходило в ее сне. Так почему они все говорят о настоящей гибели в огне, как и случилось в ее видениях? Неужели это и была она? Только все делала, не осознавая, словно заколдованная? Ведь другой девчонке мстить этим убийцам было незачем. -Привет! – улыбнулся ей посетитель своей доброй улыбкой, словно встретил свою старую подружку. – Я не стану тебя расспрашивать ни о чем. Потому что сам все знаю. А вот поговорить и кое-то рассказать хочу. -А ты кто? – спросила неуверенным голосом Варя, уже понимая, что посетитель добрый и хороший. -Зови меня Ангелом. Имя такое у меня. Тебя звать Варварой, а меня Ангелом. Ну, понимаю, немножко экзотично звучит, так и миссия моя соответствует имени. Это ты пожалела Василия, а не я. Я бы отправил в ад его вместе со всеми. Да, он не хотел твоей смерти, но за свою жизнь боялся сильней. Ладно, это был твой личный выбор, и я тебе уступил. -Но ведь, он не убил меня, и это правда? -Правда. Только твоей смерти не желал я, хотя, по всем правилам вмешиваться в процесс не имел прав. Однако ты являешься моей подопечной, моим объектом внимания. Потому и решил, не позволить острию ножа проникнуть в твое тело, не разрешил сгубить твою жизнь. -Так ты мой Ангел-хранитель, да? – внезапно осознав истинное предназначение гостя, воскликнула Варя. – Ну, а почему ты не спас мою маму, папу и братика. Зачем разрешил убивать наших друзей? Ведь ты мог и их спасти? -Нет, Варя, - немного задумчиво и грустно ответил Ангел. – Не мог, поскольку не знал об опасности, что им угрожает. -Но, почему? Это же так просто для тебя, если получилось со мной? Просто не нужно было и их ножам убивать. -Я не Ангел-хранитель, а обычный Переносчик ПЛИКов. Сейчас попробую, чтобы тебе немного стало понятно, рассказать о себе и о своей роли в этом мире. Следящий позволил мне встретиться с тобой и на время попрощаться. Только надолго я не пожелал, и он благосклонно согласился с моими доводами. Ты девочка славная, умная, я давно приметил тебя, а потому включил в список избранных. Мы, Переносчики, иногда позволяем себе отвлекаться от повседневности. Нет, не от безделья, как тебе могло показаться. Загружены мы делами плотно, много и разнообразно. ПЛИК – полный личный код человека делает его вечным и бессмертным. Вот сейчас и попытаюсь тебе разъяснить максимально доступно мироздание и о мирах, кои окружают нас и по жизни существуют вместе с нами. Кое-что о параллельных мирах ты слышала, насколько я проинформирован. -Да, читала в книжках, в кино по телевизору видела. Только все ведь это простые сказки и фантастика. -Ну, то, что ты видела, так они и есть сказки. А фактически, так истина лишь в одном, что параллельные миры существуют, они нас окружают и создают эту самую вечность и бессмертие. Это бесконечная спираль, движущаяся снизу вверх из прошлого в будущее. Эти миры между собой схожие, то есть, практически зеркальные. Только отличаются слегка во времени. Так, как я и сказал: вниз по спирали в прошлое, вверх по спирали в будущее. И поскольку спираль бесконечна, то и миры соответственно нескончаемы. А бессмертие человека определяется ПЛИКом. Ваше тело – всего лишь оболочка, контейнер для ПЛИКа. И мы, то есть, Переносчики, тем и занимаемся, что принимаем ПЛИКи умершего в прошлом мире и помещаем его в тело новорожденного. А ПЛИКи умершего в нашем мире, того, кто находится в нашем ведении, перемещаем в мир будущего, где его местный Ангел-Переносчик принимает для помещения его в своем мире в тело младенца. Так что, все твои погибшие родные и друзья в нашем мире, продолжают жизнь в будущем, в следующем параллельном мире. Разумеется, ты рассталась с ними навсегда, но эта мысль, что они не пропали насовсем, тебя, я так думаю, успокоит. Все же приятней знать, что они живут и радуются жизни. -Так это ты все эти мщения совершал за меня, да? Только специально сделал так, что мне во сне казалось, будто делаю я? -Не знаю, Варя, но мне почему-то показалось так правильным и справедливым. Ты не обижайся, но уж так случилось по моей прихоти, что мстили злым убийцам мы с тобой вдвоем. Я просто исполнял твои откровенные мечты о мести, мечты о возмездии. Ты жаждала для них боль, и они ее получили. Это ты пожелала пропустить их через ад, и они его испытали. Ну, захотела помиловать Василия, та пусть живет, если сумеет дожить свой срок в этом мире. -Скажи, Ангел, - вдруг решилась спросить его Варвара, замечая в его взгляде некую, слишком заметную, грусть. – А почему ты пришел прощаться со мной? Следящий недоволен твоим поступком? -Угадала, Варя, я нарушил инструкцию и правила, вышел за пределы программы, запрещающие вмешательства в дела людские. Нельзя, неправильно, запрещено нарушать порядок вашей жизни. -Но ты же правильно поступил, честно, справедливо, так почему тебя за это должны наказать? -Вы, то есть, все человечество, сами в своих делах обязаны разбираться. Он прав этот Следящий. Ты даже не представляешь, чего мы способны натворить, обладая такой силой и властью над человечеством? Для того и существует Следящий, чтобы нам не позволять творить беспредел. А вершить суд и правосудие – компетенция ваших карающих органов. Ну, не все пока совершенно и не так, как хотелось бы. В будущем исправитесь, всему научитесь. Но сами, без внешнего вмешательства. А сейчас Следящий отправляет меня в лазарет, то есть, в нашу больницу, чтобы очистить от вредного вируса. Понимаешь, этот вирус, как и в ваших компьютерах, способен разрушить Переносчика. Пока он просто сбил меня с верного курса, а потом, усиливая свое влияние, он может толкнуть на такие безрассудства, превращая меня уже в неуправляемого монстра, что мне самому страшно представлять последствия. И хорошо, что есть Следящий, который, приметив нарушения, быстро нейтрализует и принуждает нас к лечению. Но он оказался благосклонным ко мне за мои, как ты смела их, назвать, праведные дела. Обещал исцелить, а затем не вмешиваться, то есть, позволить слегка нарушать эти самые законы Переносчиков. А потому, я не прощаюсь, а говорю тебе: «до свидания»! -Так ты еще придешь ко мне, да? -Конечно, Варя. Теперь мы с тобой до конца дней твоих будешь числиться в моих избранных. -А он тебя опять накажет. -Нет, он не запрещает, вернее, допускает совершать добрые поступки. Понимаешь, Варя, месть – не есть добро, она, как сладкий яд, отравляет. И в этом моя вина перед тобой. Мне можно было просто помочь изобличить их и отдать в руки правосудия. Но вирус меня опьянил и по его вине я допустил такие ошибки. Поэтому и пришел к тебе с повинной и с прощением. -Несмотря ни на что, я тебя прощаю и очень благодарна за твои нарушения, Ангел. Спасибо тебе за дар, за жизнь, что не позволил им у меня отнять ее. И за эту месть. Мне теперь легче будет жить с мыслью, что убийцы наказаны. -Немного жестоко. -Но справедливо. Ангел улетел, оставив Варвару в размышлениях и в осознании происшедшего. Он был, это вовсе не сон, потому что теперь она знает, как и почему все случилось. Только она совершенно не собирается делиться с этими знаниями со всеми. Это ее личная тайна и того Ангела, которого за справедливую кару наказали. Однако и простили. Поэтому он еще не раз навестит ее. Злой и мерзкий зверь из чащи, змеем подлым, ядовитым Вполз в судьбу, мечту ломая. Словно кто-то звал из ада гласом этим тошнотворным, Смертью сладкой завлекая. Вдруг, ему так показалось, иль мерещилось со страху – Мракобесы правят миром. Лучше влиться в их ряды, в этом образе являясь, Завлекая в сети пиром. Праздник слабит душу с телом, увлекает, в тину тянет. Потому, что радость бьется. Взор туманом заплывает, а мечты за горизонтом, Что полоскою зовется. Стоит только добежать от черты своей заветной, Сразу всем желаньям сбыться. Только за холмом расплата с изобилием кровавым, И с командой: расплатиться. Не деньгами и не златом, не камнями с блеском тусклым – Болью, кровью и страданьем. Слишком праздник затянулся, срок веселья завершился, Чтоб услышать крик отчаянья. Месть сладка и ядом пахнет. Словно песнью торжествуя, Слышишь приговора звуки. И палач, взмахнув вердиктом, обрекает на расплату, Обещав пред смертью муки. В том и есть весь смысл мщенья, не мгновеньем мир покинуть, А шагами гибель мерить. Свой конец увидеть близко, не позволив дотянуться, И в прощенье не поверить.

© Copyright: Владимир Гришкевич, 2015

Регистрационный номер №0263851

от 8 января 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0263851 выдан для произведения: ВОЛЬДЕМАР ГРИЛЕЛАВИ Это сладкое слово – месть Фантастическая мелодрама В маленьком городке на берегу тихого мирного озера произошла трагедия. Кровавая, страшная и дикая, которую ни понять, ни принять, как факт просто невозможно. Однако на месте преступления никаких следов, никаких улик. И вот спустя месяц в городе появляется маленький мститель в образе одной из жертв, который не убивает своих убийц, а причиняет им боль, позволяя испытать на себе все страдания и мучения, которые достались ими убиенным. 1 -Все, бросаем кости на траву, пора приступать к интенсивному отдыху, - тяжело дыша, словно поднялся на тринадцатый этаж без лифта, простонал Дмитрий, сбрасывая с себя рюкзак и падая плашмя на траву. – Даже не пытайтесь уговорить на какие-либо телодвижения, лучше пристрелите. Что-то я совсем ослаб, уже такие маленькие расстояния преодолеваю с трудом. -Стареем или толстеем, иных вариантов не бывает. Но твое нытье не пройдет, ибо сейчас у нас начинается настоящая суета, - категорически, как факт, заявил Геннадий, отвергая возможность на отдых, и нежно, словно хрусталь, опуская свою ношу рядом и присаживаясь на бревно, что пересекало, будто перпендикуляр, небольшую полянку на берегу озера пополам. -Это еще, почему не получится? – вяло не согласился Дмитрий, не способный уже на жесткий отказ. -А потому, что собираем дрова и готовим мангал. И только потом можно предаться настоящему отдыху. -Зануда ты, однако, Гена. Знал бы, что такой, так оставил бы дома, - проворчал Дмитрий, но тут же резво вскочил и четким, громким, но веселым голосом всем, пришедшим к этому озеру, отдал команды: - Тамара, Таня, разбирайте рюкзаки и готовьте стол. Дети в полном вашем распоряжении. Не позволять им отлынивать, запрягайте, и пусть отрабатываю право на отдых. Однако детвора: Валя с Тимофеем и Антон с Варварой уже успели сбросить с себя верхнюю одежду и в купальниках метнулись к озеру, манящему в свои прохладные воды измученные духотой тела. -Папа, мама! – на ходу прокричал Антон, старший из всей детской компании, а потому позволявший себе покомандовать мелкотой. – Мы слегка окунемся, а потом поможем мамам и вам всем. Хорошо? А то очень жарко, и мы устали с дороги, просто мочи никакой уже нет. -Валя, Тим! – испуганно воскликнула Татьяна, просительно поглядывая на Геннадия, отца Антона, ища в его команде строгость и подчинение детей. – Здесь может быть глубоко, а вы не так уж хорошо плаваете. И дно неизвестное, мало ли что может оказаться на дне? -Да нет, тетя Таня, - уверенно проговорил Антон, призывая жестом детей следовать за ним. – Мы с папой и мамой в прошлом году несколько раз были здесь. Дно песчаное, а глубина у берега по колено. Геннадий подтвердил слова сына и разрешил детворе минут на пять забраться в прохладную воду озера. Он и сам бы не прочь. Но в его обязанности в первую очередь входил во времена всех пикников мангал. Маринованное мясо для шашлыка ждать не желало. А вот уже потом, когда соберет дрова и разожжет костер, позволит всем окунуться, прежде чем усесться за стол. Чтобы освежившееся тело с большим аппетитом потребляло пищу. -Хорошее здесь место, тихое и безлюдное. И подходы к воде удобные, - объясняла Тамара, супруга Геннадия. – Да, действительно, мы в прошлом году раз пять отдыхали на этом месте с Гореловыми. Нам понравилось, потому и пожелали первый пикник в этом году провести здесь. -А они, почему не пожелали сегодня пойти с нами? – поинтересовалась Татьяна. – Как я поняла, вы с ними дружите? -Да, чаще с ними все праздники проводим и вот такие походы, - пояснила Тамара и добавила, пожимая плечами и продолжая разбирать рюкзак. – Какие-то дела спешные вдруг появились, я толком так и не поняла, - и уже к сыну, который плескался и визжал в воде. – Антон, немного ополоснись и поищи кирпичи для мангала, - крикнула она в сторону озера, стараясь перекричать шум и плеск детворы. – Мы их в прошлом году вон под той сосной прятали. Там еще нора, чья та, - пояснила Тамара Татьяне. – Не будешь же тащить мангал в такую даль. А с кирпичами очень удобно. Лишь бы не забыть, перед уходом спрятать. Мужчины собирали дрова, а женщины готовили праздничный стол, украшая его разноцветными салфетками и раскладывая по всему столу одноразовую посуду. А дети, несмотря на призывы и требования матерей, вылезать из водной прохлады не желали. Слишком уж уютно и комфортно после лесной духоты сиделось им в воде. Лишь Антон, выбравшись на берег, по-быстрому отыскал, спрятанные еще в прошлом году во время последнего пикника, кирпичи, служащие компании мангалом, и вновь присоединился к купающимся. -Пусть, - махнула рукой Татьяна, с завистью бросая взгляды на детей. – Сама бы с огромнейшим удовольствием с головой скрылась на некоторое время под водой. Слишком уж печет с самого утра, быть жаре. Не знаю, как мы выдержим целый день такое пекло? -Так и прогноз обещал на сегодня жару, - согласилась с такой погодой Тамара. – Еще хорошо, что стол в тени. Да и вода рядом, в любой миг можно ополоснуться. И заметь, ни единого комарика. В прошлом году приходилось мазаться кремами, отпугивающими их. А сейчас куда-то пропали, исчезли с этой поляны. Видать, им такая жара не по нутру, в прохладу спрятались. Или, что наиболее вероятней, они в такое время просто не повылазили из своих нор. -Том, а давай и мы сполоснемся. Все равно, пока мужики мангал готовят, и мяса для шашлыка на шампуры нанизывать будут, время есть. В конце концов, мы сюда выбрались для радостей, а не страданий. Тамара с удовольствием согласилась. И когда Дмитрий с Геннадием вынырнули из лесной чащи с полными охапками сухих поленьев, поляна предстали пред их очами опустевшей. Лишь разбросанные в тени двух пышных кленов рюкзаки и пакеты с продуктами. А возле бревна-перпендикуляра лежали четыре кирпича для строительства мангала. И еще шум, и плеск на озере. Там барахтались и гоготали их семьи, там царило счастье и благодать. От вида этих счастливых лиц, торчащих над водой, мужчины вслух грубо возмутились и, сбросив с себя одежду, присоединились к счастью купальщиков, громко восторгаясь замечательной водой, погодой и прекрасным выходным днем, который растянулся в этом году аж на пять календарных дат. Но, как бы сильно не хотелось покидать этот ласковый спасительный водоем, однако на берегу всех ожидало не менее приятное и увлекательное застолье, о котором мечталось всю зиму и весну. Даже пока еще не всю, поскольку на дворе начало мая, то есть, центр весны. До лета еще много деньков. Но в этом году конец апреля и начало мая выдалось рекордно теплым. Апрель и май били рекорды по теплу. Дмитрий и Геннадий, позволив женам и детям побаловаться в воде еще малость, приступили к сугубо мужскому занятию: соорудили мангал, развели костер и нанизали на шампуры замаринованное еще с вечера мясо. А когда дрова немного прогорели, и угли позволили уложить над ними мясо, мужчины позволили себе еще немного ополоснуться в прохладе озера. -Таня, Тома, быстро на кухню! – скомандовал Геннадий, переворачивая над углями шампуры с румяным мясом. – Еще минуток с пяток, и мясо будет готово. Скоренько накрывайте стол. Повторять призыв не пришлось. Вместе с женщинами на поляну, мокрые и удовлетворенные, высыпали дети, которые в этом прохладном водоеме успели зверски проголодаться. А от мангала по земле и по воде соблазнительно расползался запах ароматного поджаренного мяса. Мужчины разлили в одноразовые стаканчики водку, женщинам вино, а детям колу. И когда Дмитрий положил на тарелку в центре стола вязанку шампуров с румяным мясом, застолье, не в силах сдержать эмоции, восторженно прокричало: «Ура»! а Геннадий сказал краткий тост: -С открытием сезона. Считаю правильным и необходимым посещать этот чудо-уголок часто и в этом составе. Нам по великому счастью достался такой прекрасный затаенный безлюдный пляж. -Еще и Гореловы, - подсказала Тамара. – Сегодня у них не получилось, а в следующий раз присоединятся к нам. Все-таки, они наши друзья. Правда, с этого года, и я этому рада, мы приобрели новых друзей. -Согласен, - добавил Геннадий. – Все вместе, тремя семьями мы здесь запросто поместимся. А приобретение считаю можно отпраздновать, поскольку мы всегда новым друзьям рады. И все, выпив потребную жидкость из своих стаканов, мгновенно и со звериной жадностью набросились на мясо, срывая его зубами с железных шампуров. Молча, грызли, чавкали и счастливо постанывали, наполняя желудки и насыщая аппетит. Дмитрий поспешил наполнить стаканы повторно, но к этому времени детвора, сбив первоначальный, казавшийся, неподдающийся удовлетворению, голод, лишь намекнув родителям о своем желании покинуть застолье ради купания, помчалась в сторону озера. Женщины предприняли слабую попытку, воспрепятствовать их порыву, прокричав им вслед неслышимые призывы: -Ну, куда вы несетесь, толком и не поели ведь! Как будто озеро без них может куда-то подеваться! Папы, возвратите их за стол, пусть хорошо поедят, а потом купаются, сколько душе угодно. -Пусть, - спокойно и слегка лениво отмахнулся Дмитрий. – Никуда еда от них не денется. Сейчас еще с полчаса поплещутся, вернут свой исчезнувший аппетит, и возвратятся к столу. Зачем же их лишать радости, коль такой случай на сегодня выпал, а? обойдемся без излишних строгостей. -Ну, и ладно, - согласился с товарищем Геннадий. – А вот нам спешить абсолютно без надобности. Сейчас еще по два стопарика пропустим, плотно закусим и присоединимся к детворе. Лучшего чередования для полного кайфа и не придумаешь. И слегка отрезвляет, и аппетит в организме, как бы постоянно наличествует. А самое главное, так ни без какого обжорства, все в пределах и в границах. Застолье с ним согласилось, и теперь уже пили спокойно, ели с чувством и вкусом. День ведь только начинается, а в их планы раннее возвращение не входило. Тому содействовали такие факты, как чудесная погода, не позволяющая оторваться от водоема, завтрашний еще один выходной день и замечательное настроение, призывающее к продолжительному и полноценному отдыху. А потому, хотелось насладиться природой максимально. Разумеется, к празднику и такому удачному отпуску, подаренному правительством народу, погода расстаралась на славу. И еще не известно, как она поведет себя далее. -А я бы в следующий раз и с ночевкой согласилась бы придти. После городской суеты и духоты, так здесь просто райский уголок, - слегка отвалившись от стола, насытившись мясом и овощами, мечтательно проговорила Татьяна. – А вы в прошлом году ночлег здесь не устраивали? – спросила она Геннадия и Тамару, как корифеев и знатоков этой чудесной поляны. -Как-то не планировали и даже на эту тему не задумывались, - слегка озадаченная от такого простого и понятного вопроса, ответила Тамара. – Так если помните, то лето в прошлом году было слегка слякотным и непредсказуемым по погоде. И дожди частили, и ночи довольно-таки прохладные были, намного холодней сегодняшних, майских. Да и дети еще малые были, если по правде. После одной ночи потом неделю на больничном сидеть. Не хотелось рисковать. Вот пусть малость еще подрастут, потом можно прихватить палатки и придти сюда с ночевкой. Да их потом и загрузить можно, не так, как сейчас с пустыми руками. -А рыбалка здесь как? – поинтересовался Дмитрий, бросая жадные взгляды на водную гладь. – Я бы в следующий раз и удочки прихватил. Как-то сегодняшний поход про рыбалку запамятовал. -Ну, и хорошо, а то сидел бы в гордом одиночестве ради несчастной поклевки, как раньше, - заметила Татьяна, припоминая прежние места с рыбалкой, из которой муж не вылезал. -Лично я сам, не любитель рыбалки, - равнодушно ответил Геннадий, который не понимал и не любил удочки. – Но и рыбаков что-то не примечал здесь. Справа пару километров отсюда основное место отдыха горожан. А аккурат напротив нас что-то вроде базы отдыха. Ну, там, с выездным кафе, беседки со столиками. Но мы вместе с Гореловыми, как-то не очень любим многолюдные места. Вот в прошлом году этот заброшенный уголок мы и раскопали. Потому и решили, что и в этом году, как и в прошлом, только сюда и ходить. Просто сейчас у них какие-то проблемы, поэтому без них. А вообще, в следующий раз будем планировать все вместе. Сами видите, как здесь здорово и замечательно. И семья Фученко согласилась с Геннадием единогласно. Здесь места еще для одной семьи вполне хватит. А потом, чем больше друзей, тем веселее проходит время, интереснее общение. Недалеко от места этой семейной компании, метрах в трехстах от них и вдали от озера, сидела на поляне своя мужская компания. Почему-то не любили мужчины барахтаться в этом озере, считая его грязной лужей, неприспособленной для элитного купания и совершенно непривлекательной по эстетическим параметрам. Они предпочитали местной «луже» моря и океаны престижных и популярных в России курортов. И не только в России. Любили эти мужчины, даже чаще на них бывали, моря заграничные. И вовсе нет, не было среди них олигархов, страдающих избытком денег. Однако к числу бедных себя причислить они не могли и не желали. Мужчины считали себя, умеющими зарабатывать, по местным меркам, довольно-таки приличные средства. Достаточные, чтобы позволить себе вместе с семьями пару раз в году погреться на пляжах зарубежных морей. Свой труд, то есть, работу, позволяющую зарабатывать такие приличные деньги, они называли бизнесом. Вполне допустимо, что сомнительным для правоохранительных и налоговых органов, но они имели по этому вопросу личное мнение. Все шестеро числились в одной из крупных фирм города. Однако основная прибыль доставалась им и их карманам, немного минуя официальные бумаги и документы фирмы, и она не отражалась на делах этого предприятия, в котором они числились в штатах на определенных окладах. И были они вполне молодыми мужчинами, перспективными и привлекательными, как это хотелось им сами так считать. Ну, если только Игоря Седова таким не назвать, хотя, сам он себя считал таковым и с данным определением не соглашался. Сорок лет. Самая молодость, как любил говорить сам он. А к числу более взрослых, чтобы не сказать, старых, его причисляли друзья по той причине, что их тайное, слегка криминальное сообщество организовал и возглавил он. Хотя, даже в среде своих он не позволял и ни в коем случае не допускал называть их союз бандитским сообществом. Их тайное предприятие вполне мирно, не вмешиваясь в экономику страны и окружающих их бизнесменов, делало свое дело, приносящее хорошую прибыль. Хорошую, радующую свое личное самолюбие и приносящую удовлетворение близким. Факт ухода прибыли от налогов Игорь Седов считал абсолютно непреступным деянием. Это были простые и понятные издержки несовершенства законодательства. И они, отыскивая слабые стороны некоторых правил, умело их обходили, считая свои заработки вполне законными и справедливыми. Почему бы не взять то, что плохо лежит и легко доступно? На травяном столе этой компании были овощи, мясные нарезки и водка. Возиться с шашлыками и прочими горячими походными закусками считали излишней тратой времени. Да и, по сути, такое природное застолье было редким явлением. Мужчины чаще предпочитали по аналогичным поводам рестораны или престижные кафе, где им подносили и где их обихаживали. Сегодня они обмывали очередную удачную сделку, которая могла позволить им всем шестерым совместно со всей семьей раз в полгода провести на берегу какого-нибудь моря. Не вместе, поскольку друзья-товарищи любили отдыхать врозь. Друг другу успевали надоесть за эти трудовые будни. На фирме почти все время рядом, темные дела требуют совместных усилий, удачную сделку опять же в ресторане вшестером обмывали без привлечения женщин. Это летом им иногда хочется в теплую погоду уйти всей компанией в лес. Здесь, в глуши, где вокруг на много метров ни единой души, ни постороннего уха, ни глаза, можно смело и без опаски и без оглядки спорить, обсудить проект следующего предприятия, не стесняясь и не смущаясь посторонних ушей. На правах старшего Игорь Седов после того, как разложили по импровизированному травяному столу закуску и разлили по стаканам спиртное, позволил себе взять первым слово, чтобы обозначить перед компаньонами причину сегодняшнего собрания в лесу и на этой поляне, хотя они и без него знали этот повод. Но он босс, а потому имеет на это право: -Господа! – с легким пафосом и смешинкой в голосе по причине такого непривычного торжественного тона, приступил он к речи. – Нас здесь, в этом прекрасном майском лесу собрала весьма уважительная, но приятная и душу радующая причина. Хорошо, пацаны, сработали, плодотворно и денежно. Разумеется, мы не собираемся подводить итоги, словно отчитавшись, как о завершенном деле, на этом завершить свою деятельность. Нет и нет, это лишь маленький эпизод в нашей сложной и хлопотной коммерции. Но именно вот такие сделки позволяют нам расслабиться и в полной мере вкусить сладкие плоды труда. Понимаю, вижу, что задерживаю стаканы и утомляю длительным нудным тостом, а посему закругляюсь. За удачу, которая пока нас не покидала. Сказал и залпом опрокинул до краев наполненный стакан в горло, одним глотком отправив содержимое тары в желудок. Крякнул, вздрогнул и отправил следом помидор. Такова многолетняя традиция: первый стакан при обмывке удачной коммерческой сделки наполняли с «горбушкой», чтобы удачу не спугнуть. Товарищи следом повторили в той же последовательности эти традиционные шаги. А уж затем компания, молча, набросилась на закуску. -Вторую рекомендую аналогично наполнить, поскольку имею сказать нечто важное и очень судьбоносное для нашей дальнейшей деятельности. Понимаю, что влезаю не по делу и вмешиваюсь в традицию, но предлагаю выслушать и подумать, - внезапно предложил Эдуард, явственно намекая на уважительность такого нарушения, кое никогда не менялось. Просто компания не любила терять над собой контроль по причинам перебора даже в таких отвлеченных моментах. Седов еще в самом начале их совместной коммерческой деятельности ввел этот закон трезвости и на серьезных интонациях предупредил, чтобы трезвый ум у них всегда был за правило, ибо несдержанность в алкоголе чревата последствиями и непредсказуемостью. Оставляйте себе такие расслабления, коль имеете желания, для отдыха на море и вдали от дома. – И хочется поднять наполненные стаканы по той причине, если конечно я не ошибаюсь, нас ждет в ближайшие дни еще одна весьма интересная и приятная встреча. И, по-моему, гораздо серьезней и увесистей. Я прав, Игорь, ты не станешь возражать, если я малость намекну товарищам? Так пусть она состоится. -Вообще-то, - немного сердито и осудительно недовольно высказался по поводу такого грубого нарушения принятых правил Седов. Однако стакан, наполненный до краев, взял. – Мы за будущее никогда не пьем, и делать этого не станем. Оно должно еще наступить и придти к нам, как дар природы и волеизлияние судьбы. Но, поскольку налито, обратно в бутылку сливать не будем. Тем более, дозаторы не позволят. Но впредь для вас на будущее внушаю строгое предупреждение. Мы сами установили эти правила, и менять их ни к чему. Тем более, нарушать. И после второй желательно всем хорошо закусить, плотно и сыто. Мне на ваши пьяные рожи смотреть не желательно. Серьезные дела решаются на трезвую голову. Потому что нам необходимо всегда держать разум начеку и готовности. -Да брось ты, Игорь, – бесшабашно махнул рукой Константин, у которого после второго стакана в голове радостно и весело зашумело. Ему теперь хотелось позитива и глубокого общения. После длительного воздержания и тяжелого труда организм требовал фермента радости - эндорфинов. – Хватило нам напряга за эти дни. Согласись, что потрудились все в полную силу и от души. Ну, а уж, коль вырвались на природу, в глухомань, где кроме птиц и муравьев нам, и помешать некому, так давайте, оторвемся по полной. Ладно, были бы в кабаке, в городе среди народа. А здесь, если что и произойдет с перебором, так под куст уложим для отрезвления. Не будем сегодня буками, а? Остальные также поддержали правильную идею Эдуарда и Константина, и Игорь, попытавшись поначалу сильно рассердиться и восстановить в компании тот порядок, что укрепил он в этом коллективе несколько лет назад, когда создавал свою отдельную коммерческую полукриминальную группу. Однако, глядя на уже осоловевшие лица и на их страстные желания, наполнить третьи стаканы, безнадежно махнул рукой, разрешив позволить товарищам полное расслабление. Пусть. И в самом деле, здесь в глухом затишье можно допустить такие расслабления. В ресторане или в каком-нибудь кафе, разумеется, он бы такие вольности запретил. Табу на излишки в алкоголе при их деятельности – залог успеха. А потрудились они и в самом деле, даже очень плодотворно, и всем шестерым пришлось даже с повышенной нагрузкой поработать, как для нервов, так и для мышц. Зато результат порадовал богатством купюр. И этот факт позволил Игорю проигнорировать собственные каноны. В этом глухом лесу перепой, и потеря разума опасности не представляла. Если уж такое даже со всеми вместе случится, так уложит их всех разом под кустом. Однако самому себе настрого строго приказал – оставаться в трезвом уме. Вот сейчас третий стакан выпьет, а затем возьмет ситуацию под контроль. А товарищи, получив из уст босса благословение, решили не сдерживать свои порывы и желания. Ведь и в самом деле, это трудное мероприятие, результат которого собрал их всех шестерых на этой поляне, порядком измотало и высосало вся энергию и жизненные ресурсы. И последние дни пахали, чуть ли не на износ. Много, трудно и не жале живота своего, как они сами потом признавались. А поправить порядком измотанные и измученные нервы поможет лишь это пьяное расслабление. Голову можно назавтра и пивом поправить, нервную систему лечить сложней. Зато сегодня на этой поляне они могут оторваться от души, без излишнего и в этом лесу ненужного самоконтроля. Ведь организм не желает себя насиловать и издеваться без отдыха и расслабления. -Послушай, Игорь, - уже даже слишком опьянев, что речь превратилась в сплошное брюзжание, решил внезапно вернуться к деловой тематике Эдуард, которую слишком долго переваривал и готовился по трезвости к этому серьезному и важному для него разговору. А вот именно сейчас, как он подумал, когда все, включая и босса, подогреты и разморены порядочной порцией хмеля, можно и вспомнить, пустую болтовню с этим важным предложением. – Ко мне еще три дня назад подходили ребята Сазонова. Ну, не буду представлять его, сами понимаете и представляете, кто и что такое. Так вот, он весьма интересную вещицу предложил мне. Они хотят воспользоваться нашим каналом для переправки мелкими партиями некоего своего товара. Обещали, в случае согласия, весьма приличные бабки. -Ясненько, что дело темненькое! – внезапно трезвея и принимая даже злое сердитое выражение, с нажимом проговорил Игорь Седов. – Я вас еще в самом начале нашей деятельности предупреждал, просил, требовал, а сейчас жестко приказываю: никаких дел с компанией Сазонова не имели, не имеем, и даже близко не собираемся с ним контактировать. Все поняли? -Игорь, а вот ты прислушайся к мнению всей компании, и пораскинь мозгами, а не возмущайся сразу так категорически, - все в том же пьяном тоне, но слегка напористо и требовательно вдруг воскликнул Эдуард, даже обиженный на приказное возражение Игоря. – Там, у них суммы с одной сделки на несколько порядков выше. И вот так париться и суетиться не придется. Понимаю, у тебя принципы, но деньги иногда принуждают поступиться и принципами. Почему бы не согласиться с мнением всей нашей компании? -Поступаться ничем ради сомнительных денег я не собираюсь. А вот, как раз, париться нам придется по полной. Да еще как! – уже, показывая свой командный статус, прикрикнул, на вышедшего из-под контроля, Эдуарда Седов, не желая даже прислушиваться к подобному бреду и этих сомнительных доводов. – И не один год. Я возле себя никого насильно держать не собираюсь, и ежели у кого из вас и возникнет желание, так путь к Сазонову не перекрываю, флаг ему в руки. Только прошу на трезвую башку посидеть с калькулятором в руках и немного осмыслить ваше сегодняшнее состояние. Все мы обеспечены даже с легким избытком. То есть, копейки ни вам, ни вашим женам считать не приходится. Да, там, у Сазонова дороже и шикарней, да только задницы ваши вмиг на лезвие бритвы окажутся. Легкий рывок, а она пополам. И в глаза ментам мы сейчас смотрим без дрожи и страха. А такой статус дорогого стоит, подумайте над этими фактами. И если мы сейчас кое-что и нарушаем, так органы не в состоянии нам чего-либо предъявить. Запутаются быстрей сами. Чем сумеют доказать. И такая позиция меня устраивает. -Слушай, Игорь, - попробовал развить эту тему Валерий, наполняя почему-то единолично свой стакан, игнорируя компанию, и сразу же выпивая его. – А может, стоит и это попробовать, какие наши годы? Ну, увязать по уши никто не собирается, а вот так, изредка, так вроде, и не страшно. -Сам хоть понял, что сказал? – окончательно разозлился Игорь, уже почти полностью трезвея. – Я сказал свое слово, и на этом все, завязали. Не собираюсь даже на будущее планировать, смешивать свое дело с грязью Сазонова. Попробует он, - язвительно ухмыльнулся Седов. – Знаю, чем эти пробы обычно заканчиваются. Сотый раз повторюсь, что жадность фраера губит. Запомните, пацаны, черную икру поверх красной не мажут. А у ваших жен всего на руках десять пальцев и одна шея для брюликов. И туловище одно для шубы. А для другого вам эти деньги и не нужны. Едим сыто, разъезжаем по всему миру, дети ни в чем не нуждаются. Может, хватит? Погонишься за большим, так и это потеряешь. -А босс полностью прав! – согласно кивал Андрей, вполне довольный сегодняшним днем и этим богатством. – Если идти на поводу баб, так никаких, даже и Сазоновских бабок не хватит. Предлагаю ввести квоту, чтобы выше ее не прыгать, а чаще и больше вот так сидеть. -Это еще что и как, я не совсем понял? – удивился Василий. – Как у рыбаков или у лесорубов? -Приблизительно. Ну, я предлагаю ограничить норму потребления на члена семьи. Например, как сейчас, где-то двадцать минимумов потребления на человека. Я имею в виду, на человека, учитывая даже младенца. И хватит. Легче, по-моему, жену поменять, чем пытаться удовлетворить все ее желания и капризы. Ну, если их распустить, так, и в самом деле, они в гроб загнать могут. -Насколько я проинформирован, - пьяно проворчал Эдуард, - так младенцев у нас ни у кого нет, и не намечается. -Неважно, - возразил Андрей. – Жизнь вся впереди, а квоты останутся на постоянно. И никому нарушать не позволительно. -Я не понял! – искренне, совершенно не улавливая даже долю шутки в этом призыве, возмутился Валерий. – И кто это будет ограничивать, и подсчитывать наши заработки и потребления? -Совесть каждого из нас. Будем рассчитывать на честность. Просто выше ушей не прыгать, и все. Даже не пытаться. -А я с Игорем полностью согласен, - торжественно и празднично воскликнул Андрей и поспешил наполнить стаканы. – И по этому поводу имею тост. Лучше журавля в руках, чем парашу в углу камеры. Все, кроме Эдуарда, воскликнули: «Ура»! и залпом опрокинули водку, беззаботно и откровенно с аппетитом набрасываясь на закуску. В этих спорах больше пили, чем ели, и потому торопились плотней закусить, чтобы алкоголь в этой неравной борьбе не вышел победителем. Иначе потом сам такого натворишь, что и понять не сумеешь, в чем причина этих катаклизмов. -Да ну вас! – зло махнул рукой Эдуард, а Валерий пододвинулся к нему поближе и легонько тряхнул за плечо, возвращая в реальный мир, стараясь вернуть товарищу соответствующее обстановке настроение. -Не пори горячку, Эдик, она в данный момент излишняя и мало кому нужная. Только настроение портит, - тихо попросил он Эдуарда. – О таких вещах говорят в иной обстановке и в другой компании. -Или вообще, делают, молча, не оглашая о своих намерениях, - согласился с Валерием Эдуард. -Вот именно, - поддакнул Валерий и перешел на шепот, чтобы его не услышали остальные. – Мы с тобой можем обсудить эту тему без босса и его церберов, как-нибудь наедине. Эдуард искоса глянул на Валерия, поначалу ничего не поняв из его намеков. Вроде как, в защитниках и в помощниках, подобных Валерию, он не нуждался. Дело, которое предлагал Сазонов, способны выполнить лишь они под управлением и с согласия самого босса Седова. А иначе и связываться не имеет смысла. Хоть и слишком прилично выпил Эдуард, но поддерживать намеки Валерия показалось весьма смешным и глупым. Да и Валерий сам по себе особой сообразительностью не отличался никогда и ни в каком деле. Его сразу Седов взял в компанию, поскольку показался нужным и полезным, а потом, когда понял слабые его стороны, уже девать некуда было. Но потом оказался полезным и нужным даже такой малоэффективный Валера. Вернее, его тесть, который работал в Мэрии. Всегда беспроблемно можно было нужные бумаги подписать, и раньше всех услышать о грозящей какой-либо инспекционной проверке. Ну, а в деле, так он был балластом, даже совершенно лишним и ненужным. Оттого эти слабые попытки Валерия, намекнуть на сотрудничество и соучастие, даже злили. Выпив одним глотком вновь наполненный до краев стакан водки, Эдуард вдруг вскочил с места и, решив немного размять затекшие ноги и стабилизировать неожиданно взбудораженную нервную систему, нырнул в кусты и зашагал по лесу в сторону озера. О его нахождении и о направлении к нему Эдуард знал. Он легко мог сориентироваться и беспроблемно возвратиться обратно. А резкого охлаждения требовало не только перегретое тело, но и хмельная голова. Эдуард уже сильно сожалел о сказанном вслух перед всеми предложении Сазонова. Можно было и один на один с Седовым переговорить, чтобы определиться в его отношении к делу Сазонова. Зря вообще затеял этот разговор во время пьянки, когда адекватно рассуждать и думать никто не способен. Ведь необходимо здраво и разумно выслушать и обсудить все аргументы за и против, а уж потом размышлять над ответами. Вполне допустимо, что услышав на трезвую голову предложенная прибыль по-иному повлияла на мнение товарищей А сейчас что вышло? Заткнули его, как нашкодившего мальчишку, да еще место указали в местной иерархии. Разозлился он, сильно обиделся, но не настолько, однако он глуп, чтобы рассориться со всей компанией. Без Седова и без всей этой команды Эдуард ничего не стоит. И свое место в деле он знает и понимает. Ну, а отвыкать от прежней беззаботной и денежной жизни с регулярной приличной прибылью он абсолютно не желает. Вот сейчас пробежится по лесу, окунется в прохладной воде озера, и возвратится на поляну прежним компанейским парнем. Прав Седов, ничего в их жизни менять не нужно. А вот сам факт, что предложил, так он одобряет. Сазонов просил, Эдуард исполнил, а Седов ответил. Вот этот ответ босса он ему и передаст. И в итоге выйдет так, что он сам лично ни в чем не виноват. С такими вот мыслями шел по лесу Эдуард, глядя себе под ноги, не обращая внимания на творящиеся движения и жизнь вокруг. А когда поднял глаза и глянул вперед, то от удивления чуть не рассмеялся. Впереди метрах в тридцати ближе к кустам присаживалась девица лет так эдак, насколько мог издалека определить Эдуард, слегка за двадцать, для оправления своей естественной нужды. Сразу как-то Эдуард и подумать не успел, что женщина может в одиночку забрести в такую лесную глухомань для отдыха и прочих нужд. Ясно ведь, что неподалеку могла находиться компания, с которой она и присутствует на берегу озера, которое уже находилось где-то рядом. Нет, не на пару с мужем или парнем, поскольку в том случае нет надобности, удаляться для интимных дел. Разумеется, вся эта цепочка причин и следствий прокрутилась в голове. Но очень быстро, если не моментально улетела на задворки памяти. А сейчас термическая огненная смесь алкоголя, нервного возбуждения и легкая злость с обидой на товарищей вместе с боссом воспламенилась и полностью затуманила и задурманила мозги. Самец впереди себя видел самку, которую желал немедленно покрыть, невзирая на обстоятельства и обстановку. После нескольких выпитых стаканчиков и плотной закуски, по телу разлилась нега, лень и желание бездельничать. Но в кастрюле еще оставалось мясо, и Геннадий, поборов все вышеперечисленные пороки, вскочил с места и подошел к костру. -Сиди, не суетись, - вяло и лениво бросил он Дмитрию, сделавшему слабую попытку, поспешить на помощь. – Сам управлюсь, тут мяса осталось на четыре шампура. Просто в таком пекле его лучше хранить в поджаренном состоянии. Иначе может приобрести запашок. А потом подогреть уже не так сложно. Можно даже на прямом огне, не обязательно на углях. -Вот чего мы в прошлом году из дома не вылезали, а? Все лето просидели в четырех стенах безвылазно. Этого я никак не пойму, - сокрушалась Татьяна о потерянных удовольствиях год тому назад, сладко потягиваясь и падая плашмя спиной на мягкую теплую траву. – Какая прелесть! Здорово, Тамара, что вы позвали нас. Теперь, предлагаю, даже если и Гореловы будут свободны и пожелают присоединяться к отдыху, нас не забывайте пригласить. А детям здесь, так просто великолепно. Это вам не городской загаженный воздух, а сплошной халявный озон. -Так все ждали, пока дети подрастут, - в оправдание сказал Дмитрий. – А теперь их смело можно брать с собой. Все-таки, ваши немного старше. Не так уж заметно, однако, с нашими не сравнить. -Ну, так это сын на три года старше, а девчонки почти ровесницы, - не согласилась Тамара. -И все равно, это много значит, - проговорила Татьяна. – С взрослым сыном, да еще умеющим так здорово плавать, не страшно и детей в воду отпускать. А наших малых пока еще без присмотра, от себя не оторвешь ни на шаг. С такими доводами Тамара вынуждена была согласиться. Хотя, если хорошо припомнить прошлое лето, так они тоже немало выходных отсидели дома. Но это было вынужденное домашнее заточение, поскольку имелись иные причины. Мало выпало солнечных теплых дней в прошлое лето. А у семьи Фученко кроме малых детей имелись иные основания для отсидки в домашних условиях. Переехали они в город Мартовск, который расположился южнее столицы России города Москва километров на 300, в начале весны прошлого года. Пока устраивались на работу на новом месте, определяли детей в школу. А с наступлением летних каникул затеяли ремонт в квартире, задействовав в это мероприятие и детей, насколько можно было использовать их, как рабочую силу. Ведь в новой квартире столько дел, что самим не управиться. В лагерь они сами не пожелали. Тем более, что сам городок небольшой, окружен зеленью, а рядом протекает небольшая речушка. Потому дети, оставшись дома, включились в ремонт и в ознакомление с компаниями их двора. А лето, и в самом деле, выдалось дождливым и прохладным, не зовущим на природу. Их всех вполне устраивали вечерние походы на местную речушку. А вот сейчас, познакомившись с семейством Дроздовых и приняв их предложение, они решились вырваться за город. Тем более, что Дроздовы так увлекательно и красочно описывали этот уголок на берегу озера, по каким-то причинам не освоенный местными любителями путешествий и природы. -Ой, девочки! – вдруг смущенно, но весело воскликнула Тамара, лениво отрываясь от травы и поднимаясь на ноги. – Мне необходимо на несколько секунд отлучиться. Я быстро, задерживаться не стану. -Далеко не забредай, - иронично хихикнул супруг Геннадий. – Еще заблудишься, и будем тебя по всему лесу искать. А нам этим приключением абсолютно не хочется портить отдых. Лень, не желаем суеты и беготни. Вот так и лежал бы без движения, только еще кто бы водичкой сверху поливал. Так что, если заблудишься, так сама и выбирайся. -Ой, вот не надо только глупостей болтать! – скривилась недовольно, но смешливо Тамара. – В этом лесу еще попробуй заблудиться, так не получится. Тут, куда не пойди, а все домой попадаешь. -Так я не про дом вовсе говорю, а о нашей поляне, - уже хохотал Геннадий. – Ты главное нас сумей потом отыскать. А за дом я и не переживаю, лес у нас не очень сложный и глухой. -Отыщу я нашу поляну, будь спокоен, и даже не надейся меня потерять, все равно найдусь, - отмахнулась от мужа Тамара и нырнула в кусты, мгновенно исчезнув из вида компании. -А может, поползем к воде? – лениво предложил Дмитрий. – Я уже слегка от солнца закипаю. Разумеется, ради таких пустяков потребностей Тамара и сама не планировала углубляться в лес. Тем более, в этих местах возле воды кусты разрослись настолько густо, что уже через пару метров их полянка и водная гладь водоема скрывалась за их зеленой стеной. Услышав треск сухих веток, словно кто-то посторонний шагал по лесу, Тамара быстро вскочила и увидела перед собой мужчину лет тридцати с ехидной, но явно со слащавой и вожделенной улыбкой, что выдавала явственные его желания и стремления. Поначалу Тамара лишь смутилась, оказавшись в такой пикантной ситуации, слегка устыдившись, но еще и разозлившись, что так неосмотрительно себя повела. Она ведь даже слишком оказалась уверенной в отсутствии посторонних глаз на довольно-таки большое расстояние в округе. Это их место, и в такое время года они, то есть, своей компанией считали безлюдным. Ладно бы ближе к осени, так грибники могли и забраться. Но сейчас в середине весны здесь делать нечего посторонним. Смутилась, но пугаться не собиралась. Далеко она от полянки не забрела, и стоит лишь сейчас крикнуть, как муж с Дмитрием окажутся рядом, в обиду не дадут. Ее лишь немного покоробила эти неожиданная встреча с незнакомцем, могущая испортить настроение и вообще всю эту прогулку на природу. А ей по таким пустякам обижать своих родных и друзей не хотелось. -Ой, простите! – не нашлась чего иного и разумного сказать, как можно спокойней и уверенней проговорила Тамара и попыталась поспешить, возвратиться к своей компании на берег озера. Однако Эдуард, который случайно набрел на такой пикантный эпизод, решил хоть сейчас свой шанс не упустить, и грубо ухватил Тамару за руку и притянул ее к себе. -Зачем же спешить, красотка! – пожирая женщину плотоядным взглядом и не желая так просто и легко лишить себя предстоящей радости, не соглашался с ее порывами Эдуард. – Еще успеешь к своему муженьку, а сейчас побудь капельку со мной. Обещаю незабываемые ощущения. -Не надо грубостей и пошлостей, - все еще спокойным тоном и даже не планируя пугаться незнакомца, хотя намерения он показывал, не утаивая и не маскируя, попросила Эдуарда Тамара. – Меня ждут, и долгое отсутствие может насторожить и взволновать. Лучше разойтись без эксцессов. -Я и говорю, - не отпуская ее руки и пытаясь преодолеть сильное сопротивление женщины, Эдуард продолжал притягивать ее к себе, пытаясь обнять второй рукой, чего пока еще не получалось. – Зачем же тревожить и беспокоить своих. Мы с тобой по-быстрому, без лишнего шума. Тамара, учуяв сильный водочный запах, исходящий от Эдуарда, и поняв, что просто так и без излишнего скандала от него не отделаться, поскольку силы их были абсолютно неравными, решила позвать на помощь мужа. -Гена, подойди сюда, - крикнула она, но без испуга в голосе, а словно позвала его для некоего неотложного дела, решив таким зовом отпугнуть незнакомца и охладить его желания, исходящие от него так нагло и откровенно. – Тут с тобой пообщаться хотят некоторые. Геннадий был не из слабых мужчин, легко могущий справиться с двумя-тремя такими вот самцами, беспардонно претендующих на его женщину. И уж этого наглого незнакомца он и мужчиной не назвал бы. -Гена! – помог в ее зове Эдуард, и пошло усмехнулся. – Беги сюда спасай свою самку, тут соперник отыскался. Он не успел даже закончить свой крик, как, ломая и кроша кустарник, возле них возник Геннадий, рядом с которым Эдуард, считавший до сих пор себя неслабым мужчиной, вмиг превратился в мелкого нашкодившего мальчишку. Геннадий моментально оценил эту неординарную пошлую ситуацию и без раздумья со всего маха приложился правым кулаком к лицу, неизвестно откуда взявшегося, нахала, даже не успев толком разозлиться. Разумеется, если бы не алкоголь, то Геннадий, по натуре спокойный и радушный, просто с силой потряс бы за грудки этого мужичка и отпустил бы восвояси, лишь объяснив ему его скверное поведение, не соответствующее джентльмену. Зачем же сходу портить незнакомцу фасад. Но в данный сложившийся миг, услышав призыв супруги к спасению, хмельной ревнивый муж несся танком на соперника. Хотя, бил по лицу без особых усилий, поскольку успел в эти мгновения рассмотреть и узреть в Эдуарде слабейшего соперника. Да еще даже слишком одурманенного алкоголем. Геннадий посчитал достаточным даже этот легкий удар, чтобы проучить и поставить на место нахала. Мол, на чужой каравай рот не разевай. -Испугалась? – усмехнулся добродушно Геннадий, обнимая жену за плечи и разворачивая в сторону полянки, где их дожидались дети и друзья. – А не следует далеко уходить от мужа. Услышав обычный зов Тамары и, не узрев в нем опасности, Дмитрий с Татьяной не торопились вскакивать и нестись в сторону крика. Мало ли чего позвала жена мужа в столь интимной ситуации. Вполне возможно, что ей потребовалась для чего-то помощь супруга. Поначалу Геннадий даже не понял причину этой резкой боли под лопаткой, словно в тело вонзилось жало пчелы или, скорее всего, шершня, поскольку к боли добавился пожар. И уже, теряя сознание, он сквозь туман и вязкую белую мглу, окутывающую мозги, слух и глаза, он услышал истеричный вопль жены, перекошенный ужасом, страхом и бедой. И с этими звуками Геннадий покинул этот прекрасный мир с чудной полянкой на берегу озера. А Тамара продолжала безумно кричать, уже, склоняясь над телом мертвого мужа, абсолютно не обращая внимания на стоящего мужчину с окровавленным ножом метрах в трех-четырех от них. Слишком понадеялись супруги на здравый смысл и разум этого случайного незнакомца. И не успели они отойти от, лежащего на земле, Эдуарда, чтобы покинуть поскорей место инцидента, как взбешенный, обозленный и оскорбленный Эдуард вскочил с земли, куда опрокинул его удар мужа этой визгливой бабы, выхватив из кармана свой перочинный, но довольно-таки крупный, нож, с которым он никогда и нигде не расставался, подскочил к уходящей и не замечающей, полностью его игнорирующей, парочке, вонзил лезвие под лопатку мужчине, уже потом, осознавая, что совершил убийство. Первое в своей жизни, оттого растерялся и не понял, откуда вдруг рядом появился Валерий, который вырвал из его рук нож и, подбежав к орущей голосистой Тамаре, двумя ударами в шею заставил ее замолчать. -Ты чего это тут, что здесь вообще-то случилось? – через пару секунд спрашивал Валерий Эдуарда. – Ты зачем замочил его, он напал на тебя, он угрожал, или ты просто так решил развлечься? -А сам ты? Я бабу не планировал убивать. Зачем ты ее прикончил? Вот чем она могла тебе помешать? – растерянно вращая головой, спрашивал Эдуард. – Ну, мужик. Так хрен с ним, это наши с ним заморочки, а вот она мне не мешала. И вообще, Валера, женщин убивать нехорошо и некрасиво. Их можно любить и ласкать. Как же я теперь труп любить буду? Дурак ты, Валера, да и только, вот что мне хочется тебе сказать. Да, в принципе, умным ты никогда и не был. -Заткнулся бы, а! – зло прохрипел Валерий, сам обезумивший от своего спонтанного поступка. – Ты-то сам хорош, придурок. Не успел отойти от всех чуть подальше, и уже на мокруху подписался. Валере вдруг стало слишком даже нехорошо и страшно. Он убил эту незнакомую ему женщину, абсолютно не задумываясь и не размышляя над причиной своего действия. Ему просто в первый миг показалось, что она представляет для Эдуарда некую угрозу, ради которого он и свершил это убийство. Валерий всегда чувствовал легкое пренебрежение к своей персоне со стороны Эдуарда. Однако, несмотря на такое отношение, ему всегда почему-то хотелось с ним сблизиться, услышать похвалу именно из его уст. Или хотя бы простое мужское спасибо. Он совершил страшное преступление ради него, ради этих слов благодарности, а услышал из его уст упрек и обвинение. А ведь именно сейчас ему казалось, что он спасает от некоего врага Эдуарда. Пусть не было прямой угрозы жизни, однако эта баба стала свидетелем его убийства, чем и опасна для товарища. И взамен вместо простого спасибо Валерию пришлось вновь получить сполна оскорблений. Ему почему-то хотелось сейчас совершить еще одно убийство – Эдуарда, этого спесивого глупца, каким именно в этот миг ему показался Эдик. -Ладно, - медленно приходя в себя, промямлил Эдуард. – Смываемся, пока нас с тобой никто не успел увидеть. Быстро бежим. И запомни: никто не должен знать об этом инциденте. Никто, я имею в виду и наших мужиков. Если уж связало нас это убийство, так вместе его и переживем. -Поздно, - обреченно изрек Валерий, кивая головой в сторону их пикника и в сторону озера. С одной стороны медленно, словно шли на прогулку, двигались в их направление четверка друзей, а со стороны озера, как они поняли, спешили на крик своей подруги, молодая женщина и мужчина. Теперь уже спрятаться и незаметно исчезнуть, никак не получится. -Тамара, Гена! – отчаянно завопила Татьяна, склонившись над мертвой подругой. А Дмитрий, сразу поняв и оценив события, происшедшие на месте трагедии, зло посмотрел в сторону Эдуарда и Валерия и истерично прокричал в их сторону: -Твари, уроды, что вы наделали, за что, мы же не трогали вас, что вам понадобилось от них? -Так, - уже бегом приближаясь к месту происшествия, протянул Игорь Седов, рассматривая двух мертвых и склонившихся над ними мужчину и женщину. А затем, с яростью глянув на своих товарищей Валерия и Эдуарда, зло прошипел: - Вы что, суки наделали, а? Вы чего натворили? Ты, Эдик, чего тебе, падла, на месте не сиделось? Приключений искал на свою задницу? Так можешь порадоваться, ты их нашел для себя сполна. -Да я, - поспешил с оправданиями Эдуард, сам уже отлично понимая свое шаткое и слишком кошмарное положение. – Я просто подошел к ней, а этот с разгону мне в морду. Ну, и психанул. -Ясно, что псих ты ненормальный, - констатировал Игорь. – Он просто подошел. Ты кому туфту гонишь, придурок? Я что, тебя не знаю, как ты можешь к женщине просто подойти, да? -Да правду говорю, его можешь спросить, - ткнул пальцем в сторону Валерия, который стоял, прислонившись спиной к дереву, не выпуская из рук нож. Его самого трясло от осознания содеянного. Если сейчас спросить, зачем он совершил убийство, так в данный миг у него и объяснений не нашлось. -Да, да, так и было. А потом и эти прибежали. А она кричала сильно, вот мне и пришлось ее заткнуть. -С вами обоими все ясно, оба ненормальные, придурки, - оценивал пока еще трезвой головой ситуацию Игорь, понимая, что сейчас у них лишь два выхода из сложившегося положения. Или сдать их в полицию, свалив нелепую гибель этих туристов на двух подонков, которых ему было абсолютно не жаль, поскольку Седов смертельно ненавидел убийц и насильников, не считая их нормальными людьми. Но с другой стороны, он абсолютно не собирался жалеть и этих туристов, попавшихся под пьяную руку компании. Да и сами эти отдыхающие не лимонад пили. А вот без Валерия и Эдуарда дела их могут надолго застопориться. Если не насовсем. Ведь тесть не простит ему факта лишения дочери мужа. И Игорю, еще полностью не осмыслившему и не проникнувшему в ситуации разумом и не принявшему окончательного решения, вдруг самопроизвольно всплыла эта единственная идея. И он бессознательно и без соглашения с самим собой, словно увидев единственный выход из этого лабиринта, дико закричал: - Всех мочить, быстро, немедленно! – скомандовал он, словно боясь передумать, рядом стоявшим товарищам, которые не стали дожидаться повторной команды. И, даже не позволив осознать угрозу жизни и опомниться, вмиг убили Татьяну и Дмитрия. – Всех, я сказал, всех мочить без разбора, - уже орал, словно взбешенный и сошедший с ума, Игорь, указывая пальцем в сторону озера, откуда спешили на крик родителей их дети. – Всех до единого, чтобы ни одного свидетеля не осталось. Одурманенные алкоголем, и обезумившие от крови и смертей, внезапно превратившиеся во взбешенных и потерявших над собой контроль, подельники Игоря набросились с ножами на детей. И в несколько секунд в лесу на месте трагедии установилась мертвая тишина. Мертвая с мертвыми телами, разбросанными по лесу взрослыми и детей. -Мама, мамочка! – внезапно разорвал тишину детский крик, напугавший даже убийц. Из кустов вдруг выскочила девочка, которая, видать, на несколько секунд отстала от своих друзей, и теперь, увидев на земле свою мать, помчалась в ее сторону. Однако, сразу же, заметив убийц и осознав свою опасность, она резко развернулась и метнулась в противоположную сторону, откуда только что выбежала. За ней сразу же рванул Андрей Володин, но окрик Игоря Седова его остановил. -Нет, стоять, у нас Вася, как я понял, чистеньким остался. Дай ему свой нож, Валера, и пусть он завершит эту мясорубку. -Не надо, Игорь, - испуганно залепетал Василий. – Я не смогу. Я вправду, не смогу, это же ребенок. -Игорь, - решительно и с легким пафосом воскликнул Андрей. – Да черт с ним, пусть остается чистеньким. Я и сам легко управлюсь. Там же вода, ей некуда бежать. А этот только все может испортить. -И как это он может испортить труп, а? Нет, Васенька, я так решил, а, стало быть, так и будет. Ты, Вася, подумай и принимай решение. Андрей может справиться, я ему верю, но тогда нам придется кончать тебя. А то еще совесть замучает, да и сдашь нас ментам. Мало ли что в твоих мозгах может закуролесить? Давай, поторопись, а то еще уплывет, а в воде ее не догонишь. -Я догоню, у меня разряд в молодости по плаванию был, - предложил Константин, как выход. -Тогда будем кончать Васю. Кто за? Страшно Василию стало до умопомрачения. Но, зная жесткость и твердость слов Седова, он себя пожалел в первую очередь. И, вырвав с силой окровавленный нож из рук Валерия, побежал в сторону убежавшей девчонки, у которой, по сути, только и оставался выход, как броситься в озеро. Только вряд ли она умеет плавать. С той поляны, на которой сидели они с родителями, бежать можно только к нему навстречу. И это поняла и сама девчонка, несмотря на ее малый возраст. Она повернулась лицом к Василию, падая спиной на песок возле самого озера, и жалобно заскулила, умоляя его о пощаде, уже не надеясь на спасение. -Дяденька, миленький, не убивайте меня, не надо, мне страшно. Я никому про вас не расскажу. Ой, как не хотел делать этого Василий, да ведь ни сам Игорь, ни остальные товарищи не простят ему этой слабости. И тогда придется умереть и самому, не спасая этой жертвой и ребенка. Убьет ее тот же Андрей. Но Василию абсолютно не хотелось умирать. И он, став рядом с ребенком на колени, взмахнул ножом, однако в последнее мгновение от страха закрыв, глаза и наугад нанес девчонке несколько ударов. И когда понял, что она замолчала, и, скорее всего, навсегда, он вскочил на ноги и, не глядя в ее сторону, побежал к своим. -Ну? – грозно спросил Игорь, прожигая взглядом Василия. – Проверять не надо, надежно уложил? -Вот, - протягивая нож, с которого каплями капала на траву кровь, полепетал Василий. Мертвая она, я ее убил. -Хорошо, - словно похвалил Игорь, забирая нож из рук Василия, словно боясь за собственную безопасность. Вдруг сорвется и заодно убьет самого его. – Дело сделано, и обратной дороги у нас нет. Все шестеро посмотрели друг на друга, словно утверждаясь и укрепляясь в сознании, что все сделано правильно, и иного пути у них просто не было. Ну, сложилось, так, и не стоит слишком переживать по этому поводу. И вдруг Эдуард весело и задорно, будто они только что просмотрели веселую комедию, прокричал в адрес Игоря, призывая к смеху всех: -Игорь, но ведь теперь нам придется тебя мочить. Все замарались кровью, а на тебе крови не оказалось. Ты лишь командовал, а суд не примет во внимание слова. Твои команды ни к чему не обязывают. И как нам быть? -А никак, - проскрипел зубами Игорь, рассматривая нож, что отнял у Василия. – Сейчас исправим ситуацию. И он прошелся по поляне, усеянной трупами. Словно выполняя контрольный выстрел, он ткнул нож в каждое тело. -А как же девчонка Васькина? – не унимался Эдуард, словно эти убийства его смешили. – Ее оставляешь без контрольного? Игорь посмотрел в сторону озера и поляны, где осталась убитая Василием девчонка, но внезапно передумал. Ему, скорее всего, было лень идти к озеру, словно на такое расстояние сил не осталось. Да и смысла в этом контрольном выстреле он не видел. Этих семи ножевых ударов вполне хватило для сурового обвинения, а нож, с которым вернулся Василий, он видел. -Я ему верю, - сурово проговорил Игорь, абсолютно не собираясь поддерживать веселое настроение Эдуарда. – А вот что делать с тобой, Эдик, я еще буду решать. И обещаю, что мое решение тебе не понравится. И все на этом, быстро сворачиваемся и идем в сторону Святого Источника. Там продолжим свой праздник и обсудим сегодняшнее приключение. -Да там постоянно любители святой воды маячат, - попытался опротестовать решение Игоря Валерий. -Вот и хорошо. Нас запомнят, если что, так подтвердят присутствие. Хотя, думаю это если что, не понадобится. А потом, чтобы всю обувь и одежду, что на вас, сожгли. Я сказал, не на помойку отнесли, а облили бензином и подожгли. И эту тему ни при ком, даже между собой, не перемалывать. Забыли навсегда, словно и не случилась такая вот неприятная история. 2 Виталлий сбросил с плеч тяжелый рюкзак и плюхнулся на землю, редко устланную травой. Солнце сюда проникало с трудом, и растительность соответствовала этим вечным сумеркам. Алексей последовал его примеру, а девчонки, Люся и Маша, не загруженные такой тяжелой ношей, остановились напротив своих парней и удивленно с непониманием спрашивали: -Мальчики, мы разве уже пришли? Здесь не видно обещанного озера. И вообще, вокруг так некрасиво и для загара неприемлемо. Мы хотим на солнце и на воду, нам эта поляна не нравится. -А придется привыкать, - лениво хохотнул Алексей, тыкая пальцем в сторону Виталика. – По его милости наш отдых будет скучным и серым. Он заблудился, и отыскать ту песчаную полянку не в состоянии. Говорил же ему, давай в знакомые места пойдем, так он, видите ли, уединения захотел. Вот здесь уж точно, ни единой души не встретишь, даже если и пожелаешь. -Ой, Леха, помолчал бы ты, а? – отмахнулся от неудачной шутки друга Виталий, с наслаждением потягиваясь, разминая уставшие суставы. – Больно охота тебе балдеть на переполненном берегу. С таким успехом можно было и на нашей вонючке развалиться. Там же сегодня ни одного метра свободного не останется. Вот радости нашел – купаться в толпе. -Ну, а сейчас ты одинок и счастлив? – уже в обвинительном тоне поинтересовался Алексей. – Уже почти час топаем, а просвета и не видать. Ты точно помнишь это место, мы хоть правильно идем? -Да успокойся ты, идем, как надо, - уверенно, даже с долей самоуверенности обрубил всякие сомнения друга Виталий. – Да можно уже смело считать, что мы пришли. Максимум сто-двести метров и осталось-то. Только я это место не с берега, а с озера обнаружил. Мы в прошлый выходной с Тимофеевым на этот островок на его моторке вышли. Ну, я тогда и прикинул, что около пяти километров по лесу будет. Считай, что почти пришли. А мимо никак не проскочим. -Что-то сомневаюсь я, - недоверчиво проворчал Алексей, придирчиво рассматривая местность. – Что-то я даже маломальской тропки не приметил, не говоря уж о дороге. По-моему, не туда идем. -Так я тебе и говорю, - уже более уверенно утвердил Виталий. – Значит, место и в самом деле еще никем не облюбованное. Хотя, следы прошлогоднего костра я наблюдал, но в этом году на этой полянке никого еще не было, гарантировано. Так что, мы здесь первые открываем сезон. -Ну, если честно, то хорошая погода только и началась, - не согласился Алексей с такими прогнозами друга. -Не скажи, уже две недели такая погода радует нас. Маша, - обратился Виталий к девушке. – Глянь-ка за эти кусты, - показал он на густые заросли метрах в пятидесяти от их места приземления. – По-моему, наша полянка сразу за ними. Я эти кусты еще в прошлый раз приметил. -Люся, пошли, прогуляемся, - махнула призывно рукой Маша и, не дожидаясь согласия подружки, потянула ее за собой в сторону кустов, что указал Виталий. – Пусть наши мужики отдохнут. Когда девчонки отошли метров на двадцать, Виталий хитро подмигнул другу, кивая в сторону девушек. -Вот, тебе лишний народ зачем? Что ты заладил все про общий пляж, переполненный отдыхающими. А тут, в любую минуту хватай подружку и в кусты. Ни тебе любопытных глаз, ни тебе свидетелей. Мы, вообще-то, с этой целью, как мне кажется, и притащили их сюда. Алексей весело хихикнул, одобряя выбор друга. Он просто большой любитель поворчать, а так-то полностью согласен с Виталием. Они с девчонками познакомились на дискотеке совершенно недавно, не успев еще крепко сблизиться и сдружиться. И такое уединение, и их согласие на поход с ночевкой обещал много. Тем более, что вина и водки они прихватили достаточно, чтобы расслабиться. Разумеется, потреблять будут в разумных пределах, чтобы в нужный момент не отключиться. И предчувствие близости таких развлечений бодрило и вливало в телеса дополнительную энергию. Потому-то парни, преодолевая лень и расслабленность, резво вскочили на ноги, готовые продолжить и преодолеть эти последние метры до намеченной цели. Усталости, как и не бывало. И тут округу оглушил пронзительный визг. Хором и в унисон визжали обе их подружки. -Вот, и чего они могли там, такое интересное повстречать? – смеясь, попробовал предположить нечто неординарное Виталий. – На змею наступили, или жаба на них набросилась? -Нее, слишком громко орут, - засомневался Алексей. – От змеи к нам прибежали бы, а их, словно парализовало. Однако, сколько не гадай, а необходимо самим убедиться, что происшествие не опасное для жизни. Подхватив тяжелые ноши, они поспешили к перепуганным и орущим девчонкам. Мало ли чего там у них случилось? Очень уж сильно визжат, без перерыва на отдых, хором. Даже та же змея давно бы со страху сбежала от них без оглядки. Или наступили на нее и не позволяют уползти? Но, когда приблизились к девчонкам, парням сами хотелось аналогично орать благим матом, настолько ужасная и кошмарная картинка открылась их взорам. Такого и в страшном сне не увидишь. Ладно бы, один труп, ну, от силы два. А здесь на небольшом расстоянии друг от друга четыре взрослых и три детских тела. В крови и с ужасом в мертвых лицах. А вокруг рой мух. Машинально отогнав от лиц покойных этих противных насекомых, Виталий, сбросив рюкзак на землю, обошел тела, грубым окриком приказав девчонкам примолкнуть, чтобы в тишине осмыслить увиденное. -Боже! – застонал Алексей, когда Люся и Маша наконец-то замолчали. – Да что здесь такое произошло? Ужас! Я такое даже в «Дежурной Части» не видел. Словно побоище какое-то времен войны. -Вот только ты мне еще не стони здесь, - попросил Виталий. – Достань вино и водку. Им по полному стакану плесни, а я с горла хлебну. А иначе трезво оценить такое просто невозможно. Виталий выхватил из рук Алексея бутылку водки, грубо скрутил пробку, трехэтажно выматерился, не обращая внимания на девчонок, которые, скорее всего, здесь не присутствовали, поскольку они были на грани обморока. Попробовав сделать хоть какой-то глоток, он выматерился еще раз. -Черт, давай стаканы, с этими дозаторами из горла не получается. Только во рту размазал капли. Наполнив полный граненый стакан, неизвестно откуда взявшийся в рюкзаке Алексея, Виталий двумя богатырскими глотками залил в себя водку, громко крякая и занюхивая рукой. -Фу, ты! – вздохнул он с облегчением, приятно ощущая, как алкоголь постепенно отрезвляет мозги и позволяет размышлять прагматично. – С ума сойти можно. Вот ни хрена себе, уединились! -Так, быстро наливаем девчонкам, - опрокинув аналогичный стакан в свое горло, предложил Алексей, - а иначе они сейчас коньки отбросят. Девочки, подходи за лекарством. Не обращая внимания на протесты, Виталий и Алексей заставили Люсю и Машу выпить по полному стакану вина. А уж потом всем раздал сигареты и по кусочку хлеба с сыром. -Мальчики, - вдруг расплакалась Люся, размазывая слезы по щекам. – Мне страшно, пошли домой, я уже не хочу никакого пикника. Ой, а вдруг эти убийцы еще не ушли и сейчас нападут на нас? -Нее, разве не видите, что убили их не сегодня. Скорее всего, вчера или позавчера. Этого можно не бояться, - уговаривал и успокаивал девчонок Виталий. – Давно уже сбежали домой, эти убийцы. -Да какой сейчас пикник? Полный отпад, - безнадежно махнул рукой Алексей, доставая из футляра на брючном ремне мобильный телефон. – По-моему, общий номер 112, я правильно запомнил? -Кажется, - неопределенно ответил Виталий, наливая себе еже с треть стакана. На такую дозу, как первый раз, он не отважился, несмотря на экстремальность ситуации. Хотелось оставаться при сознании. – Я им никогда не пользовался. Попробуй. Тебе еще налить? – спросил он у Алексея, выпив водку и закусывая оставшимся от первого раза кусочком хлеба. -Нет, не сейчас, - покачал головой Алексей, набирая на мобильном телефоне нужный номер. – А то потом буду лепетать ментам на непонятном языке. Только бы связь здесь была еще. А иначе придется одному из нас отправляться пешком до места, где берет мобильник. -Да будет она здесь, куда ей деваться. Сразу же на том берегу, вышка торчит. А это по-максимуму пять километров. – Ну? – спросил Виталий Алексея, - вызов идет? Значит, ответят сейчас. -Да, гудки идут, связь есть. Алло! – уже немного успокоившись, воскликнул обрадованный Алексей. – Полиция? Да, соедините нас с полицией. Это общий телефон МЧС, - пояснил он Виталию. – Алло, полиция, мы тут с друзьями семь трупов нашли недалеко от озера в лесу. Да, немного со страху выпил, а как вы догадались? – удивленно ответил он, спрашивая глазами у Виталия, мол, как они по телефону определили. По запаху, что ли? – А вот вы сами, можно подумать, не выпили бы от такой находки. Мы, между прочим, отдыхать намылились, а тут вот такой сюрприз. Да, мои друзья рядом и могут подтвердить, что это не пьяный бред. Правда, ведь, ребята? – спросил он у Виталия, прося помощи и поддержки. -Да, все это чистая правда, ровно семь трупов, - склонившись над телефоном, хором прокричали девчонки и Виталий. И он потом еще долго описывал дежурному на другом конце «провода» обнаруженные тела и как можно к ним добраться, объясняя, что дороги по лесу нет, и последние два километра они шли по лесу без тропинок. -Вы на машинах можете ехать до указателя «Святой Источник», а потом возьмете направление строго на юг. Нет, я уже вам сказал, что никаких тропинок и дорожек здесь мы не видели. Потом покричите нам, и мы вас услышим и ответим. Озеро рядом. Правда, до него мы не дошли, но оно рядом, метров 20-30. Ну, не вижу, потому что кусты заслоняют обзор. Но оно точно за ними, в этом я уверен. Все! – уже друзьям объявил Алексей, пряча телефон в футляр и усаживаясь рядом со своим рюкзаком. – Поверили и обещали очень скоро до нас добраться. -Нужно посидеть и подумать, что и как мы им будем говорить. Ведь теперь, как я понял, нас до конца дней будут опрашивать. По сто раз об одном и том же, - предложил Виталий. -Так, слушайте меня внимательно, - командным голосом, словно приказал Алексей друзьям. – Ничего мы думать не будем. И сочинять тем более. Как все было, так и расскажем. И никакой отсебятины. В конце концов, в этом убийстве никто нас обвинить не посмеет. И вы как хотите, а я есть хочу. Мне водку заесть необходимо. Виталлий, наливай еще по чуть-чуть. Раз уж сорвали какие-то отморозки нам отдых, так хоть до приезда полиции посидим в одиночестве. Потом, мне так кажется, они нас заберут с собой, чтобы протоколы писать. -Мальчики, я даже думать о еде не в состоянии, как вы только так можете? Словно нет здесь трупов, - прохныкала Люся, пьяно икая. Однако от вина и от конфетки она не отказалась. Даже непонятно было, от чего она больше пьянела: или от выпитого вина, или от пережитого страха. Виталий выпил водку, положил кусочек хлеба с сыром в рот и резко встал, вдруг приняв некое решение. -Пойду к ним навстречу. Они уже должны подъезжать к знаку. А то уйдут влево или вправо, и будут нас искать по всему лесу. -Сигнал подадут, как и обещали. Покричат, и мы услышим их, - попытался отговорить его Алексей. Водка и еда разморили, и теперь Алексею даже шевелиться не хотелось, не говоря уже о таком хождении по лесу. -На всякий случай, - не отступал от сказанного Виталий. – Так надежней, - решил он, поскольку его водка наоборот, снабдила дополнительное энергией, и просто так сидеть абсолютно не хотелось. -Виталик, я с тобой, - попросилась Люся, словно опасаясь оставаться надолго рядом с мертвыми. -И я тоже, – как некую спасительную соломинку увидела в этом походе Маша, напрашиваясь в компанию. -Нет, ты, Маша, оставайся с Алексеем, а я с собой Люсю возьму. Она громко кричать умеет, - уже весело шутил Виталий. Водка свою предназначенную работу исполнила, к нему возвратились уверенность и спокойствие. Алексей с доводами друга согласился и отпустил Виталия и Люсю навстречу полицейским. Успели Виталий и подружка пройти где-то с километр, как услышали невдалеке громкие голоса. Предполагая, что это и могут быть полиция, Виталий попросил Люсю прокричать. Однако та с долей опаски смотрела на эту затею, пугаясь шуметь, не уверенная в правильности такого решения. -Люся, не глупи, этих убили давно, и бандиты, ну, те, кто это совершил, давно уже сбежали за тысячу верст. Они же не настолько тупые, чтобы кружиться рядом с местом преступления. -Ну, ладно, - согласилась Люся и звонко прокричала в сторону слышимых людских шумов: - Алло, мы здесь, идите к нам! -Люся, - хохоча и тряся головой, словно пытаясь избавиться от избытка децибелов, проговорил Виталий. – Оглохнуть же можно. Предупреждать в следующий раз нужно, чтобы я успел уши прикрыть. -Вот сам же просил погромче, а теперь недоволен, - оправдывалась Люся, слегка обиженным тоном. – И следующего раза не будет. Мне сегодняшнего приключения с избытком хватит надолго, не скоро еще приду в себя. А еще они, эти полицейские, нервы нам потрепят. Будто мы им сможем чего-то путного сказать? То же самое, что они и сами сейчас увидят. -Работа у них такая, - не согласился с ней Виталий. – Нудная и противная, как мне кажется. Полицейские в форме и несколько человек в гражданской одежде появились пред ними буквально минуты через две-три. Видно, Люсины децибелы долетели до них и вывели на крик зовущих. К Виталию сразу подошел гражданский и представился помощником прокурора Смирновым Юрием Семеновичем. И сразу же их окружили всей толпой. Люся насчитала троих в форме и четверых по гражданке. Но, как поняла, все из органов. -Ты звонил? – спросил Смирнов Виталия. – И как это вас угораздило натолкнуться на такое? -Ну, не я сам, а мой товарищ, но это, можете считать, одно и то же. Он с Машей там остался, а мы вам навстречу вышли, чтобы вы не блудили. А почему вас так мало? Ведь их оттуда на руках выносить придется, - поинтересовался Виталий, оглядывая всех собравшихся. -Ты за это можешь не переживать, - успокоил его сомнения Смирнов. – Твой товарищ говорил, что озеро рядом? Два катера в нашу сторону направляются, а мы с берега будем корректировать их движение. Давай, веди к месту преступления, а то многие до сих пор сомневаются в достоверности информации. -Да кто же так шутит, вы, в самом деле, и скажете же! – искренне возмутился Виталий. – Да и не с телефона-автомата же звонили, поди, высветился номер телефона Алексея. -Ты не обижайся, сам представь, какую информацию вы сообщили. Не один, не два, а сразу семь. Разборки, какие, что ли? -Нее, - сразу же полностью исключил такой вариант Виталий. – Там две семьи, как мы поняли. Четверо взрослых и трое детей. -О, ужас! – простонал один из присутствующих. – Чем же они кому-то помешали, даже странно. Обратно дошли довольно-таки быстро, и, не поднимая шума, то есть, без использования голосовых связок Люси и Маши. По лицам полицейских, даже таких матерых, вроде как, повидавших в своей жизни по профессии всякого, заметно было их шокирующее состояние. Видать, сильно потрясло их это зверское убийство взрослых и детей. Кто же мог так жестоко расправиться с отдыхающими и не представляющими опасность двумя мужчинами, двумя женщинами и тремя детьми? Стало быть, помешали они чем-то, или просто оказались случайными свидетелями какого-то иного серьезного преступления. -Вы, ребята, - попросил Смирнов, - воздержались бы на время от спиртного. Вот, расскажете, что и как, а потом можете и расслабляться. Мы вас не задержим, гуляйте, если сможете. Только мне кажется, что ваш отдых уже испорчен, не получится продолжить. -Да нет уж, тут вы правы, сейчас нам будет не до гулянки, скорее всего, по домам разойдемся, - обреченно и с жалостью за испорченный выходной, отвечал Смирнову Виталий. – Только, ведь мы вам ничего интересного рассказать не можем. Вот, что вы сейчас видите, то увидели и мы. Ну, а выпили по чуть-чуть, так от страха. Это для вас картинка не в новинку, а мы от ужаса чуть в штаны не наложили. Так вы нас не задержите, сразу и отпустите? -Ну, если только это не ваших рук дело, - горько усмехнулся один из полицейских, стоявший рядом со Смирновым. – А так, незачем нам вас задерживать, продолжайте свой отдых. -Я не о том, просто, вот мы вам сейчас все расскажем, все что знаем, поведаем, и вы нас по домам отпустите? -Можете идти, куда пожелаете. А озеро, насколько я понял, вон там? – указал пальцем в сторону кустов Юрий Семенович. – Вы и не дошли всего-то какую-то малость до места? -Да, наверное, мы еще и сами его не видели, - вмешалась в разговор Люся. – Мы ведь первый раз сюда идем. Я сейчас посмотрю, поспешила она с обещаниями и побежала в сторону кустов, мгновенно теряясь в их зелени. Но буквально через несколько секунд выскочила оттуда и закричала, вновь оглашая и заполняя лес своими децибелами, словно и там увидела нечто кошмарное. – Там еще один ребенок, девочка, маленькая, только она живая, я правду говорю. -Новиков, быстро за мной, - прикрикнул Смирнов на ходу, направляясь бегом в сторону Люси. – Ну, где она, показывай. – Но, увидев, неподвижно лежавшую на песке, девочку в окровавленной футболке и в шортиках, он поспешил с вопросом: - А ты с чего взяла, что она живая? -У нее глазик дергался, когда по нему муха ползла. Да вы сами посмотрите, - словно умоляла поверить ей, Люся. -Она права, ребенок жив, - склонившись над девочкой, заключил Новиков, врач скорой помощи, которого на всякий случай прихватили с собой, для оказания помощи, если потребуется, свидетелям. А вот пригодилась одной из пострадавшей. – Большая потеря крови, но раны совершенно не опасные. Странно даже на фоне остальных, словно ее убивать вовсе и не собирались. Однако, еще бы несколько часов, и ее нам уже не удалось бы спасти. -Давай, Дима, спасай ребенка, - скомандовал Смирнов. – А я свяжусь с катерами. Они уже должны быть близко. -Это не они? – показала Люся пальцем на вынырнувшие из камышей два больших катера. -Они, они, - обрадовано воскликнул Смирнов, махая руками рулевым, сидящим за штурвалами катеров. – Сюда, скорей! – крикнул он уже громко, поняв, что его увидели и следуют к нему, к его берегу. – Дима, бери ребенка и на катере лети на базу. Я позвоню, чтобы тебя там скорая встретила. И сразу же катер возвращай обратно, нам он здесь понадобится. Не дожидаясь, пока катер подойдет близко к берегу, врач схватил ребенка на руки и побежал по воде навстречу катеру, подавая девочку рулевому и сам, влезая в него, на ходу разворачивая носом противоположному берегу. А второй катер, причалив к берегу, уткнулся носом в песок. И рулевой, вместе со Смирновым возвратились к месту преступления. -Что скажешь, Олег? – спросил Юрий Семенович у криминалиста Ярового. – Хотя, тут и говорить особо нечего. Картинка понятна с первого взгляда. Вчера их убили, я правильно понял? -Да, Юра, вчера, где-то в это же время. У всех от пяти до семи колотых ран. И все, насколько я могу судить, смертельные. А вот девчонка просто слегка поранена, так доктор сказал? -В том-то и дело, что на ее теле три-четыре царапины. Крови потеряла, но Новиков ничего опасного для ее жизни не наблюдает. И что можно подумать, а? Или настолько уверены, что их она не узнает, потому и оставили в живых? Да нет, не вижу в их деяниях я и грамма трезвого разума, убивали всех до единого, с особой жестокостью и с максимальной надежностью. -И у меня сомнения, чтобы у них проснулась внезапная жалость к ребенку, Юрий Семенович, - к ним подошел молодой мужчина в гражданском костюме. Как я понял, и Олег Станиславович подтвердит, то убийц было минимум 4-5, если не больше. Покойные мужчины были не из слабых, сила мышц просматривается даже у мертвых. А девочку, как мне представляется, они случайно оставили в живых. Это могу предположить с максимальной уверенностью. -Да? – удивился криминалист. – И откуда такие предположения. С таким остервенением убивали всех, и вдруг такой ляп допустить? И даже не убедиться в ее гибели? -Ну, скорее всего, - слегка запинаясь, протянул молодой мужчина, - она досталась какому-нибудь трусливому или совестливому убийце. Не хотел он ее убивать, вот потому больше имитировал и изобразил, чем жалел. Если их была целая банда, так освободить от этого деяния его никто не осмелился. Кровь должна быть на всех, то есть, повязать на крови, чтобы оправдаться перед товарищами. -Ты так считаешь? – немного удивленно спросил Смирнов, внутри соглашаясь с мнением молодого опера. – А ты прав, Миша, так, скорее всего, и было. И девчонке просто повезло, что ее судьба попала в руки этого совестливого или трусливого бандита. Потому и выжила. -Да, повезло, уж, так повезло! – неуверенно, с сомнениями в голосе произнес один из полицейских. – Вмиг ребенок осиротел. Хорошо, если дедушка с бабушкой имеются, так хоть детдома избежать сумеет. -Документов при них никаких? Все вещи их на берегу озера. Осмотри, Миша, может, что и найдешь. -Юрий Семенович! – со стороны озера бежал оперативник Григорьев. – Вот, в кармашке рюкзака одного мужчины нашел паспорт. И квитанцию на его имя. Они палатки на прокат брали. -Ну-ка, ну-ка! – воспрял духом Смирнов, забирая документы из рук опера. – Так, Дроздов Геннадий Николаевич, жена, дети есть. Вернее, были, - констатировал, как факт, печально Смирнов. – А вот и регистрация. Ну, теперь с ними более-менее ясно все стало. Я имею в виду потерпевших. А вот этих отморозков, костьми лягу, но разыщу, - зло, скрипя зубами и сжимая кулаки, простонал Смирнов. – Уроды, подонки, твари, чем же вами могли помешать эти семьи? Миша, сегодня же выставляешь охрану у палаты ребенка. Узнают, суки, что девочка выжила, попытаются добить. Ну, что, а вас, молодые люди, мы более подробно и под протокол опросим завтра в отделении. Вот вам мои координаты, дежурного предупредите, у него будет пропуск на вас четверых. – Юрий Семенович вручил Виталию визитку с информацией о местонахождении его кабинета и номером телефона. – Завтра с утра жду вас всех четверых. Попрошу быть трезвыми, сегодня слишком не расходиться. Понимаю, стресс, нервы, но, как мне кажется, молодые организмы сумеют справиться. Так что, до завтра. -Да вы что, вы не подумайте, мы не какие не алкаши, - виноватым голосом попытался за всех оправдаться Алексей. – Просто собрались вот отдохнуть на природе, искупаться в озере, позагорать, а оно, вон как вышло. Неплохое начало праздника, сами в шоке. -Я вам, верю и не пытаюсь обвинить, просто, под влиянием всех этих фактов захочется расслабиться, а силы можно не рассчитать. Потому и прошу, чтобы сумели взять себя на контроль. Гордеев, - дал команду Смирнов капитану полиции. – Переносим тела на катер, я поплыву с ними, а вы возвращайтесь к машинам. Встретите нас на базе, там перегрузим их в машины. И сразу поляна пришла в движение. Молодежь не просили о помощи, однако Алексей и Виталий сами предложили свои услуги и бросились на помощь полицейским, помогая переносить тела погибших из леса на берег озера. А там уже в катер перекладывали их сотрудники полиции. Когда поляна опустела, и катер с телами уплыл в сторону противоположного берега, а остальные полицейские ушли в другую сторону к своим машинам, Алексей, внезапно высыпав из чехла палатку и из рюкзака продукты на песок, вдруг предложил остаться. -Ну, а чего мы попремся домой, а? – спрашивал он, глядя в напуганные лица друга и девчат. – Ну, случилась с этими беда, ну, сильно подпортили нам настроение неведомые некие бандиты. А дома что, будем тупо смотреть в телевизор и плакаться родственникам в жилетку? Все-таки, выходной, погода прелестная, мы и пришли сюда отдыхать. Наплюем на приличия и оторвемся по полной программе, раз пришли сюда с этой целью. У костра посидим, шашлычок приготовим. Кстати, я заметил там, возле бревна мангал, ими оставленный. Из кирпичей сооруженный. Им, как я понял, он больше не понадобится. Ну, соглашайтесь. -Леша, ну, как ты так можешь? Я здесь на этой полянке ни на минутку не могу оставаться, страшно и ужасно, ведь, - захныкала Люся, вдруг испугавшись одной только мысли, сидеть, лежать и просто находиться на том месте, где буквально сутки тому назад совершено такое ужасное кошмарное преступление. – А вдруг те вернуться. Не зря говорят, что преступник всегда стремиться возвратиться на место, где свершил преступление. А тут мы сидим. -Люся, прекрати скулить, - грубо заткнула ее подружка Маша. – Вот прав Лешка, дома ты спокойно будешь смотреть телик или по магазинам шляться. Лично я за Лешкино предложение. Нам всем четверым нужно срочно и спешно расслабиться, друг перед другом выговориться, а иначе, в самом деле, чокнемся. Ну, а где, как не здесь, имеется такая возможность? -Люся, - даже с огромным удовольствием и облегчением воспринял Виталий идею Лешки, не прерывать и не приостанавливать намеченные планы с отдыхом и шашлыком. Да и планы на Люсю он не желал переносить на другой день, который, еще неизвестно, будет ли. А когда еще выпадет подобный случай? И эта встреча с таким диким преступлением ослабит ее бдительность, подтолкнет на чрезмерное потребление вина, тем самым сделает более податливой. – Никто из бандитов даже не помыслит через такое время возвратиться на место своих деяний. Они ведь даже не попытались припрятать, схоронить трупы, настолько были уверенны в своей безнаказанности. Поди, давно уже попрятались в самом городе или за его пределами. Так что, мы, поскольку большинство за, остаемся на этой поляне. И это решение окончательное. Поскольку одна ты никуда не пойдешь, то мы желаем продолжить отдых. И заночуем здесь, поскольку во хмелю тащиться с пикника, да еще в таком сытом состоянии нам в такую даль абсолютно не захочется. Я прав? – спросил Виталий Алексея и Машу. – Здесь больше подходит поговорка про бомбу, которая в одну воронку два раза не попадает. И бояться с нами тебе нечего, - уже приободрил он Люсю. -Вполне «за», - согласился Алексей. – Отдохнем, выспимся от души, и придем к следаку, когда управимся. Он нам повестки не вручал и время прибытия не оговаривал. Когда сумеем, тогда и явимся. Немного помявшись, но поняв твердость намерений друзей и невозможность их отговорить, согласилась с друзьями и Люся, лишь упросив, чтобы никаких шуток с попытками напугать. Есть такая привычка у Виталия. Во-первых, не возвращаться же ей одной. Там, в лесу в полном одиночестве она быстрей от страха помрет. А во-вторых, так они даже полностью правы. Им всем до колик в желудке хочется выговориться, еще немного выпить. А с кем и перед кем, если только ни друг перед другом. Благо, дрова успели заготовить покойные туристы. И эти вчерашние туристы собрали их с запасом, словно планировали остаться здесь надолго. И еще, сильно звало солнце в воду. Оно пекло, и тела требовали охлаждения. Выпив еще по чуть-чуть, и закусив овощами с салом, все четверо бросились в воду, разрешив себе наконец-то приступить к программе долгожданного отдыха на природе. Да, с кем-то случилась беда, и они столкнулись с ней лицом к лицу. Но ведь, не с ними же! Такое, если включить по телевизору программу «Чрезвычайное происшествие», или нечто схожее по другим каналам, так по всей стране по нескольку подобных случаев с массовыми убийствами постоянно случаются. А им, очень даже молодым и крепким здоровьем, хочется веселья, беззаботного отдыха, и вкусного пожаренного маринованного мяса. А еще, насытившись едой, купанием и алкоголем, захотелось парами уединиться и скрыться от посторонних глаз для любви и ласки. Девчонки словно только и ждали подобных акций от парней, даже не пытаясь оттянуть или оправдать глупый и ненужный отказ. А уж когда стемнело, то хмельные молодые юные тела оголились, даже не собираясь кого-то стесняться. И все четверо, обнявшись и слившись в единое целое, падали в воду, утираясь после купания одним полотенцем, и в аналогичном одеянии вползали в палатку, лишь прикрывшись одним большим одеялом. Ночь выдалась настолько теплой и нежной, что проснулись поутру они в тех же одеяниях, точнее, без них, даже без признаков замерзания. И вновь окунались в воду, чтобы смыть с себя ночное тепло. Следователю повезло лишь по той причине, что весь алкоголь за день и ночь был выпит полностью. Но им начинать пьянку с утра совершенно не хотелось. Не тот возраст и здоровье, чтобы страдать симптомами похмелья. А потому, вместо похмелья, они выскочили нагишом из палатки и побросали свои тела в озеро, сбрасывая с себя пелену вчерашнего пития, и возвращая в организм бодрость, здоровье и великолепное настроение. Отдых удался на славу. А вчерашнее утреннее событие, точнее, встреча со следами жестокого преступления, лишь добавила к выходному дню долю какого-то экстрима. Тот первоначальный ужас уже казался легкой романтикой. Злой, жестокой, но происшествием. Ведь нечто подобное с любым из их ровесников может не произойти и за всю оставшуюся жизнь. А у них случилось. Следователь Виноградов Леонид Алексеевич шел по поручению Смирнова к родителям Дроздова с неприятной миссией. Он несет им весть о трагической гибели сына, невестки и внуков. В одночасье старики осиротели. Вернее, насколько ему стало известно из уст соседей, они лишились сразу всех родных в этом городе. Эти же соседи и адрес проживания стариков предоставили. Хотя, размышляя здраво и логично, стариками Леонид поторопился их назвать. Обоим исполнилось чуть за пятьдесят. И с потерей всех родных погорячился, поскольку одна из девочек выжила. Хотя, по мнению врачей, сейчас ее состояние тяжелое, однако, не смертельное. Но на месте преступления оказалось два ребенка женского пола, и на удивление слишком похожие друг на друга и одного возраста. А потому без помощи Дроздовых определить ее фамилию было делом затруднительным и практически невозможным. Семья Фученко совершенно недавно переехала из глубины России в Мартовск, и пока прокуратура лишь смогла послать запрос в тот город, чтобы получить хоть какие сведения о наличии у них родственников, которым и сообщить о трагедии. И кому из родни с выжившей девочкой больше повезло, он может узнать с помощи подсказки из альбома, в котором обязательно должна оказаться последняя фотография единственной внучки. Фото выжившего ребенка Леонид имел при себе. Он сразу же, получив от прокурора поручение, попросил сделать это фото. -Николай Федорович, Анастасия Григорьевна, - словно умолял стариков следователь Виноградов, наконец-то большими усилиями приводя их в чувства после сообщения о гибели родных. Хотя, он бы сам свихнулся, получив такой подлый удар из уст некоего вестника. – Я понимаю ваше горе, эту беду никакими утешениями не смягчить. Но ведь одна из девочек осталась в живых. Мне так кажется, и вам не терпится узнать, что там, в морге не ваша внучка Варвара. Хоть эта маленькая приятная весть сможет как-то утешить вас? Вы уж простите, но так случилось, что обе девочки сильно похожи друг на друга, и я из фото сам не понял. -Да, да, - соглашался Николай Федорович, внезапно постарев за эти полчаса после оглашения ужасного приговора и из молодого, пожилого по возрасту, мужчины превратившись в старика. А уж об Анастасии Григорьевне и говорить излишне. Эти полчаса оба мужчины приводили женщину в чувство с помощью нашатыря поначалу. А потом используя уже сердечные и успокоительные средства. – Настя, милая, - просил он супругу. – Крепись и молись, чтобы в морге оказалась не наша Варенька. Хоть это утешение чем-то смягчит весь этот кошмар. Вставая, собирайся, нужно идти. Я по фото никак не пойму. Похожа, вроде, но так вы же сами сказали, что обе девочки поразительно схожими оказались. В глазах женщины внезапно блеснул слабый луч надежды. А вдруг? Хоть единственная внучка сумеет ослабить этот удар судьбы. Она будет всю дорогу молиться, чтобы Варенька была в больнице, а не в морге. -Но кто, кто в нашем тихом городке посмел совершить такое? Вы это нам можете объяснить? – мямлил, просил и требовал Николай Федорович. – Как же это могло случиться в тихом безлюдном лесу? Мы ведь всю жизнь, сколько помню, в нем грибы и ягоды собирали. -Мы этих ублюдков обязательно отыщем и по всей строгости накажем. Жаль, что смертная казнь отменена, но и остатки жизни провести в тюрьме – не в радость. Пусть гниют там, уроды нечеловеческие. И это просто какое-то чудо, что один ребенок сумел выжить в том кровавом побоище, а иначе назвать сложно это преступление. Грешно желать так, но пусть она окажется вашей внучкой. Хотя, и вторая девочка имела право на жизнь, - как мог, успокаивал Леонид стариков, а у самого ком в горле застрял и давил, порываясь вырваться в крик души, в мат и отборную ругань в адрес тех отморозков, посмевших отнять жизнь у четырех молодых людей, могущих прожить еще долгую и счастливую жизнь, и у трех маленьких детей, так и не успевших даже начать свою биографию. -Простите, Леонид Алексеевич, а почему бы нам не поехать в больницу? – вдруг спросил Николай Федорович следователя. – Нам ведь будет легче опознать свою внучку живой? -Николай Федорович, я вас отлично понимаю, а потому прощаю такую забывчивость. Вы просто запамятовали саму суть опознания, - стараясь быть максимально тактичным, попросил старика Виноградов. – Ведь в морге лежат тела вашего сына, внука и невестки. Их уже по нашей просьбе опознали соседи и сослуживцы. Вот с внучкой затруднение. Но и ваше опознание нам необходимо запротоколировать. -Ах, да, простите, не подумавши, сказал, - вздрогнувшим потухшим голосом согласился Николай Федорович. – Вы правы, просто мне вдруг показалось, что с опознанием Вареньки, вернее, узнав, что это именно она выжила в том кошмаре, жизнь возвратиться в прежнее русло. Ан, нет, остальных уже ничем не вернешь. Но ведь потом мы сможем к Вареньке в больницу сходить? Я правильно понимаю, что с ней ничего опасного? Ну, с той, с выжившей. -Разумеется, после морга мы с вами съездим в больницу. Правда, она, как сообщили мне доктора, пока без сознания, и там ее охраняют полицейские. Ну, так что пока можно, но только со мной. Потом мы договоримся, чтобы вас беспрепятственно пропускали. В следующие разы. -Полиция? Вы говорите, что ее охраняют? – искренне удивился и напугался Николай Федорович. – А зачем ее охранять полицейским? Вы же сами только что сказали, что ее жизни ничего не угрожает, и ранения абсолютно не смертельные. Так зачем тогда эта охрана? -Ранения неопасные, но ваша внучка, если это оказалась она, представляет опасность для бандитов. Она у нас единственная свидетель преступления. Поэтому охранять ее будем круглосуточно, пока не придет в себя и не расскажет о событиях на берегу озера. И, разумеется, пока не поймаем преступников. От этих предположений и перспектив Анастасия Григорьевна охнула и побледнела настолько, что следователь вновь стал опасаться за ее состояние. Однако в самом морге ему вновь понадобилась помощь докторов и нашатырь, только уже для двоих стариков. Здесь, в этом мрачном и ужасном заведении, даже Николай Федорович был на гране обморока, насколько потрясли его виды мертвых тел родных ему детей и внуков. Совершенно разные вещи, так слышать о гибели близких, и абсолютно другое – видеть их тела воочию. И лишь не узнав в погибшей девочке свою внучку, старики воспряли духом и разразились горючими слезами, облегчая плачем сжавшуюся в жесткий комок нервную систему. -Жива, прости меня, господи, за эту радость, но это не наша Варенька, - сквозь слезы лепетала Анастасия. -Это хорошо, – успокаивал и взбадривал стариков Виноградов. – Стало быть, вам хоть в этом повезло. Сейчас я вас отвезу в больницу, и вы сможете увидеть свою внучку. Простите, Николай Федорович, - уже в машине спросил старика Виноградов. – Вы были знакомы с Фученко? Ну, не подскажите, в нашем городе имеются у них родственники, к кому они могли приехать издалека? Не могли же просто так неведомо куда сразу рвануть из одного конца страны в другой? Кто-то ведь позвал, подсказал? Они же в Мартовск к кому-то ехали? -Нет, мы с ними совершенно незнакомы, - отрицательно ответил на этот вопрос Николай Федорович. – Если честно, так мы их никогда и не видели, не приходилось встречаться. Гена и Тамара больше дружили с Гореловыми. Их мы знали неплохо. А почему, вдруг, вот так спонтанно отправились на пикник с Фученко, так и предположить не можем. В больнице, оставив Дроздовых с внучкой, врач отозвал из палаты Виноградова и доложил ему о состоянии Варвары. -Мы и сами в непонимании. Ну, хотя, вполне допускаем шок, который подозрительно надолго затянулся. Но раны и серьезными ранами не назвать, так, легкие царапины, которые практически затянулись еще на озере за эти сутки, что она пролежала на песке. Поэтому даже затрудняюсь объяснить причину ее бессознательного состояния. И еще одна странность наблюдается, так это в самих ранениях. Ведь, насколько мне известно, нападение на ребенка, как и убийство всех остальных, совершено вчера утром. А эти порезы на ее теле затягиваются с такой скоростью, словно ребенка окунули с головой в живую воду. Прямо на глазах. У меня даже возникает желание – снять повязки с нее. И все жизненные показатели в норме. Даже в самой, что ни на есть, положительной. У меня складывается впечатление, что ребенок спит крепким здоровым сном. Надеюсь, что проснется скоро и расскажет вам с максимальными подробностями, что и как все произошло. Но все равно, настолько все странно и непонятно. Ведь там, в лесу все до единого, убиты, и, насколько слышал, с особой жестокостью. Оттого и странно состояние ребенка. -Да, с жестокостью поразительной, словно пытались умертвить их по нескольку раз. Так что, Варвара, как нам представляется, выжила совершенно случайно. Будем считать, по счастливой случайности. Вот потому и выставили охрану, на время, пока не поймаем преступников. Ведь ежели об этом станет известно преступникам, они постараются избавиться от ненужного свидетеля. Мне кажется, что ей есть о чем нам рассказать. А поэтому, у меня к вам личная просьба: ни кому никакой информации о Варваре не распространять, никого к ней из посторонних, даже из персонала, не подпускать. Об этом проинструктирована ее охрана, но и в больнице о таком факте должны знать все, начиная с приемного покоя, заканчивая медсестрами. Никаких уколов, капельниц без вашего личного присутствия. Понимаю, что напрягаю вас дополнительными обязательствами, но только так можно сохранить жизнь ребенку. Уверен, что убийц отыщем скоро, поэтому, все эти сложности – явление временное. -Даже просьба здесь ваша звучит слегка нелепо. Я сам лично заинтересован в ее безопасности, и буду следить за ней, как за собственной дочерью. Об этом еще раз предупредите вашу охрану, ведь она меняться будет, насколько я понимаю. Никого, кроме меня, не пропускать к ней. Хоронил погибших в этом ужасном и кошмарном преступлении почти весь город. Весть об убийстве двух семей в мгновение ока разнеслась по городу Мартовск. Даже быстрей, чем о нем успело сообщить центральное телевидение в вечерних новостях. Прозвучали личные заверения работников прокуратуры, чиновников из МВД, что раскрытие этого гнусного убийства – дело чести их мундира. Мало кто верил в искренность их слов, по всей стране и намного страшней преступления до сих пор не раскрыты, но город несколько дней гудел, словно растревоженный улей. В тихом, мирном Мартовске не могли понять, кто же это отважился на такое преступление? И в чем причина этих убийств? Ведь Дроздовы не имели в своем активе ни заправочных станций, ни сети магазинов. Не бедствовали, благодаря трезвости и трудолюбия самого Геннадия, вместе с супругой работали много. Однако таковых в городе тысячи, десятки тысяч. А семья Фученко приехала совершенно недавно из сибирского города. Высказывались из уст фантазеров, что хвост приполз из Сибири за этой странной семьей, но таковой факт не получил подтверждений. В ответе на запрос, указали полное отсутствие родственников у детдомовского Дмитрия и Татьяны. А переехали, по словам бывших соседей, по рекомендациям врачей. У сына Тимофея было какое-то заболевание, несовместимое с суровым сибирским климатом. А профессиональная деятельность взрослых Фученко аналогично с Дроздовыми, не могла навлечь беду. Вот так, спасая сына от неведомой болезни, родители погубили всю свою семью. 3 Супружеская чета Дроздовых, то есть, дедушка и бабушка выжившей девочки Варвары, целый месяц с регулярностью, словно посещали работу, ходили к следователю прокуратуры Виноградову с единственным вопросом и просьбой: -Ну, как, нашли этих негодяев, убивших наших детей и внука? Хотелось бы услышать, что подонки пойманы. Что же вы их никак не отыщите, столько времени прошло, а они до сих пор живы и здравствуют. Виноградов понимал стариков, сочувствовал им, но и его уже начинали злить и нервировать эти частые ненужные посещения, лишь нервирующие и указывающие на плохую его работу. Да и сверху давили, требуя положительных результатов, только бандиты-убийцы словно сквозь землю провалились, не оставив на ее поверхности никаких следов, позволяющие строить хоть какие-либо, близкие к истине версии. Следователь уговаривал стариков, просил, а потом уже и потребовал, чтобы они не обивали понапрасну пороги прокуратуры и не мешали их и без того хлопотной и сложной работе по поиску преступников. -Николай Федорович, ищем, землю роем. Да и сверху требуют от нас отчета. Но не боги мы. Так уж получилось, что эти отморозки слишком уж тщательно замели следы присутствия на этой поляне. И ни единого свидетеля, кроме вашей, чудом выжившей внучки. А она уже как месяц без сознания, не приходит в себя. Находится в состоянии сна. Доктор говорит, что это не кома. Но такое бывает после такого пережитого шока. Однако она единственная, кто может сказать, кто мог видеть воочию бандитов. Нам бы хоть маленькую зацепку. Мы и по местному телевидению просили горожан оказать помощь следствию, да никто ничего не видел и не слышал. Слишком безлюдное место оказалось на берегу этого озера. -Скажите, а почему охрану из палаты убрали? Разве ей уже ничего не угрожает, если преступники на свободе, а она единственная свидетельница, кто видела их и может что-либо рассказать? – поинтересовался у следователя Николай. – А вдруг про это прознают убийцы? -Мы решили, что преступники успокоились или считают, что вполне вероятно, Варя им не угрожает. Вполне допустимо, что она их просто не видела. Или бандиты не местные. Да и с народом у нас напряженка, все сотрудники заняты. Тем более, что доктора предупреждены, да и вы почти круглосуточно находитесь возле нее. Уж если до сих пор они не отважились пробраться к ней, то теперь уже вряд ли будут пытаться сунуться в больницу. Понимаете, и просим не обижаться и не пугаться, но сама больница имеет охранника, который предупрежден и будет внимательно пропускать посетителей. Да и видеонаблюдение круглосуточное. Поэтому, мы считаем, что таких мер будет вполне достаточно. В первые дни Виноградов долго и требовательно допытывался у четы Дроздовых о некой неизвестной деятельности сына, что принудила бандитов к такой радикальной деятельности, к физическому уничтожению всей семьи и свидетелей. Он, правда, допускал, что виноватым мог оказаться и Фученко. Однако и в его биографии не обнаруживалось никаких черных пятен. А потом в прокуратуре пришли к однозначному выводу: -Скорее всего, оба семейства совершенно случайно оказались свидетелями некоего преступления или преступной деятельности. Вот и убирали с особой жестокостью и тщательностью лишних свидетелей. А Варю оставили в покое, так по простой тривиальной причине, что навсегда или надолго покинули эти места, и она теперь для них никакой опасности не представляет. Никак не могли они, если бы боялись ее признаний, месяц никак не проявить себя. Уж обязательно предприняли хоть какую-то попытку. На милость я не могу даже думать. -Думаете, залетные, а потому их и не слыхать в наших местах? – спрашивал следователя его помощник прокурора Смирнов. – Вот потому и оставили ее в покое, что не представляет она для них угрозу? -Сам подумай, что она может вспомнить, описать или нам рассказать, пережив такую мясорубку? И, заметь, убивали ее отдельно от всех, незаметно, что ли? Слишком непонятно и загадочно само происшествие с Варей. Всех резали с двухсот процентной гарантией, а ей нанесли несколько малозначимых царапин, которые, кстати, уже через пару дней затянулись. К такому однозначному выводу пришло следствие, и работали в этом направлении, в этом аспекте вели поиски. Залетная некая банда из пяти-шести человек в этой глуши творила некое криминальное деяние, свидетелями которого случайно оказались эти две семьи, совершенно неясно для них, как оказавшиеся в этом безлюдном месте. Вот и расправились они с ними всеми, включая и детей. А Варя оказалась в отдалении от всех по непонятной пока причине. Бандиты, так предположил следователь Виноградов, отправили одного из подельников для проверки места базирования отдыхающих. И этот проверяющий, обнаружив, на поляне девчонку, попытался ее убрать. Скорее всего, он предположил, что тех ножевых ранений, что нанес ребенку, для ее смерти вполне достаточно. А причина таких незначительных царапин, так, можно предположить, для этого отморозка она оказалась первой жертвой. Со страху. Смотрели убийцы репортаж по центральному телевидению, или нет, но, решив, что им ничто и никто не угрожает, оставили Варвару в покое. Не каждый гражданин, даже имеющий телевизор и массу свободного времени, любитель просмотров криминальной хроники. Этот факт Варвару и спас. Ну, а доктора уверенно утверждают, что очень скоро ребенок придет в себя. Она, по всем медицинским канонам, уже давно должна была поправиться, а потому они и сами в недоумении. Сегодня Николай с супругой Анастасией остановились возле прокуратуры в нерешительности. Они уже понимали и представляли гипотетический ответ следователя Виноградова, а потому их сомнения были вполне оправданы. Ну, не бездельничает же полиция, трудится, ищет, да только и других дел у них с избытком и по горло. Не в состоянии они все силы и время бросить на поиски убийц и на охрану их любимой единственной внучки. А переживать за ее безопасность не стоит. Тем более, что Юрий Семенович, как он сам им говорит, дал строгое и жесткое указание медицинскому персоналу и охране, сидящей у входа в больницу, а тем более, в палату к Варе никого из посторонних не пускать. Доктор отменил все уколы, а капельницы ставит медсестра, которой он лично поручил, строго настрого запретить допускать к ребенку иных медсестер. Даже если она их лично знает. А потому он не отказался от бесплатной помощи Анастасии и Николая, которые по очереди проводят в палате ночное время суток. А Варя чисто и легко дышала, ее сердце стучало, организм функционировал с показателями вполне здорового ребенка. Просто она почему-то не желала просыпаться, словно понимала, как пусто и худо ей будет в этом мире без папы и мамы, и старшего братика, убитых злыми дядьками прямо у нее на глазах. -Ну, Коля, что топчешься? – нетерпеливо спросила Анастасия мужа, застывшего в нерешительности возле крыльца прокуратуры. – Пойдем, спросим, подтолкнем их, ежели что. Пусть поторопятся с поимкой этих убийц, поскорее отыщут этих подлых тварей. Много времени уже прошло, пора бы и порадовать нас результатом. Мне так кажется, что они уже и не ищут убийц наших деток. Поняли, что найти не удастся, а иных дел хватает с избытком. Вот и прекратили поиски. -Настя, - тяжело вздохнул Николай. – Может, не будем больше надоедать им, а? люди работают, ищут, а мы чуть ли не каждый день беспокоим их, надоедаем своими глупыми вопросами. Сама говоришь, что иных дел у них полно, а тут еще мы со своим нытьем. -Коля, ну, что ты такое говоришь, разве наши вопросы смогут быть глупыми? Разве не наших деток убили эти ироды? – попыталась возмутиться Анастасия, но внезапно умолкла, поняв свою неправоту. Им ведь помогать, а не мешать надобно. А помощь, вполне возможно, в самой Вареньке, которая, проснувшись, сможет всю правду об этой трагедии рассказать. И поэтому им не по прокуратуре нужно ходить, а больше и чаще находиться в больнице рядом с внучкой, чтобы помочь ей справиться с этим непонятным и даже странным недугом. Хотя, это вовсе и не недуг, а некий крепкий непрекращающийся сон, из которого Варенька не может возвратиться. Однако это, вполне вероятно, даже лучше. За время сна ее тело и душа излечатся и успокоятся. -Ты прав, Коля, пошли к Вареньке, не будем беспокоить следователя, он знает, что делает. Только, мне так кажется, слишком умные бандиты попались нашим деткам. Поди уже, и след их простыл, за тридевять земель сбежали, души их поганые. И все равно, я верю и надеюсь, что даром им это убийство невинных не пройдет, господь их зло не оставит безнаказанным, воздастся им по заслугам. Пусть немного успеют по земле походить, а все равно настигнет кара. Ну, не может такое зло остаться незамеченным и ненаказанным. Анастасия последние слова говорила, уже срываясь в истерику, в плач. И Николай поспешил с успокоительными и утешительными словами, сильно сжимая супругу за плечи и прижимая ее к себе. -Тихо, тихо, Настенька, воздастся им, да только помни о внученьке. Мы теперь для нее единственные родные и близкие люди. И нам просто очень нужно быть в теле и в духе, чтобы суметь поднять ее и вырастить. Мы постараемся быть крепкими и сильными, чтобы она в нас поверила. Да, пусть полиция ловит, господь и карает, а нам нужно думать о Вареньке. -Я, Коленька, постараюсь, - жалобно и виновато пролепетала Анастасия. – Только больно мне и страшно, что эти нелюди бродят по земле безнаказанно. Нельзя так и неправильно все это. У них нет прав на саму жизнь, а уж тем белее, на свободу, которую у них необходимо отнять, раз уж смертной казни в стране нет. Может и правильно, пусть в тюрьме страдают, если дано им такое чувство. -Есть или нет, но радости в тюрьме мало. Я очень верю и сильно желаю поверить, что их обязательно отыщут и накажут, - отпуская супругу и, взяв супругу под руку, Николай повел ее от прокуратуры. – Пусть люди спокойно работают. Ведь нам обязательно сообщат, когда поймают. А своими надоедливыми вопросами мы им только создаем помехи. Они, не спеша, и в стенаниях, переполненные собственной бедой, шли в сторону больницы к своей единственной родной душе в этом городе Вареньке, которая почему-то не желала возвращаться в этот злой жестокий мир, отнявший у нее счастливое беззаботное детство. Но дедушка и бабушка верили и желали ей скорейшего выздоровления, чтобы она вернулась в семью. Пусть без папы и без мамы, но они постараются заменить их. А там со временем позабудутся эти страшные дни, и возвратится в их дом радость и счастье. -Ой, мамочки! – неожиданно испуганно шепотом воскликнула Анастасия, впиваясь ногтями в руку супруга. – Господи, да этого же быть просто не может, как такое только привиделось мне? -Что с тобой, Настенька, сердце прихватило, что ли? – не на шутку взволновался Николай, желая побыстрей выхватить у жены сумочку и поискать в ней лекарство, с которым в последнее время она старается не расставаться. – Погоди, сейчас, вон, там скамеечка, присядем, и примешь лекарство. -Нет, нет, нет! – поторопилась с оправданиями Анастасия, сама уже не рада, что так эмоционально отреагировала на увиденное. – Со мной все в порядке, я имею в виду сердце. Коля, ты глянь на толпу возле светофора. Видишь, как похожа та девочка на нашу Вареньку? Вон, перекресток, а под самим светофором стоит мужчина в синей рубашке, а за ним девочка в шортиках и футболке с короткими рукавами. Мне даже страшно стало от этого вида. Даже шортики и футболка имена такие, в каких она была в тот пикник на озере. Ну, я их выбросила потом. Николай глянул в сторону светофора, под которым стояли пешеходы в ожиданиях своего зеленого цвета, и слегка поежился от холода в сердце, когда увидел этого ребенка, прическа, рост и одежда которого так сильно напоминали ему Вареньку. Но трезвый ум мужчины подсказывал ему явную ошибку зрения и воображения. Даже если бы она и поправилась внезапно, никто ее не выпустил бы из больницы. Да еще в той одежде, которой уже нет. -Настя, успокойся и не выдумывай. Наша Варя в больнице, она никак не может оказаться здесь. Да, имеется определенное сходство, если смотреть издали. Но так можно увидеть схожесть с кем угодно. Тем более, что мы только что говорили о ней, думали, вот и случились некие ассоциации. -Да, прости, ты прав, - согласилась Анастасия и успокоилась, уже смелее подходя к небольшой группе людей, ожидающих нужный сигнал светофора. – Обозналась, такое случается. Просто много думаю о ней, представляю ее в здравии и в хорошем настроении, оттого и показалось. И вдруг произошло абсолютно непредсказуемое и неожиданное, ввергшее в шок всех ожидающих и проходящих мимо. Эта маленькая девочка, что напомнила старикам их внучку, словно дождавшись подходящего момента и этот большой груженный грузовик, несшийся на большой скорости, пытаясь проскочить на мигающий зеленый свет, пока дающий ему право на проезд, резко с силой толкнула, метров за двадцать до подхода автомобиля к зебре, мужчину двумя руками на проезжую часть. И все же водитель, как поняли свидетели и видевшие это происшествие, был на готовности, и потому вовремя ударил по тормозам. И оттого удар по мужчине, так подло выброшенного детским толчком на проезжую часть, оказался не столь сильным и смертельным, но все равно, травмирующим. А поняли это окружающие по его поведению, поскольку мужчина, брошенный ударом на асфальт, сразу же вскочил на ноги, удивленно выискивая в толпе того, кто с ним так ужасно и подло поступил. Но первый шок быстро прошел, и его тело пронзила ужасная боль, от которой он поначалу глухо застонал, обхватывая голову руками и усаживаясь на проезжую часть. А затем, дико взвыв, завалился на бок и забился в судорогах от кошмарной боли. И эта боль, так показалось со стороны, все сильней и сильней пленяла тело, заставляя мужчину уже громко стонать, скулить, словно побитый пес, и визжать. -Что же ты, паршивка натворила? – наконец-то опомнился первым из толпы свидетелей мужчина, стоявший рядом с девчонкой, на глазах и в присутствии которого и произошло это событие. – Ты что, ты, за что убить человека хотела, да я тебя сейчас за это в полицию отведу, пусть твоих родителей накажут, оштрафуют, что воспитали такого изверга, - взвизгнул он, хватая ребенка за руку повыше локтя. – Стой и не дергайся, никуда от меня не денешься. Ишь, удумала чего, шутки шутить на дороге. Говори, кто ты и как твоя фамилия? -Да, да, это она его и толкнула, - постепенно приходила в себя толпа, выражая возмущение этим непонятным поступком. – Как специально, ждала момента, чтобы наверняка уж. -Коля, - прошептала Анастасия. – А ведь и в самом деле, все так и произошло. Она специально вытолкнула этого мужчину под колеса грузовика, - немного подумала, а потом добавила: - А если за дело? И вдруг девчонка, спокойно и без страха в глазах, развернулась лицом к своему противнику, удерживающему ее возле себя, зло блеснула по нему глазами и жестко и четко, но внятно и громко для всех произнесла, выговаривая медленно каждое слово, чтобы поняли все: -Он плохой, он убил моих родных и любимых, и теперь за это должен страдать. Вы за него не переживайте, он этого заслужил, а я ему не позволю слишком долго мучиться. И издохнет он очень скоро. Очень. Но сначала пусть испытает сполна этой боли, чтобы смерть казалась избавлением. Сказала и спокойно без особых усилий освободилась из цепких рук мужчины. Тот попытался повторить попытку и вновь ухватить за руку плохую и непослушную девчонку. Но, наткнувшись на ее, полный ненависти и ярости, взгляд, не решился на повторение хватки. И потому поторопился убрать, уже протянутую руку, словно видел для нее, для своей конечности, угрозу. А девчонка, скользнув холодным взглядом по онемевшей от всего происходящего толпе, смело шагнула на зебру и пошла, не обращая внимания на уже горевший красный свет для пешеходов и на возобновившееся движение автомобилей. Она шла, словно не замечая несущиеся машины, успевая проскочить те пространства между ними, чтобы безопасно оказаться через несколько секунд на противоположной стороне и затеряться в потоке снующихся пешеходов. -Коля, - едва не падая в обморок, но удерживаясь на ногах благодаря прочно стоявшему на ногах супругу, прошептала Анастасия. – Это была она, нет, разумеется, не она, но очень на нее похожая, на нашу Вареньку. Понимаешь, она отомстила этому человеку за смерть ее любимых. Я поняла, – вдруг, глядя сумасшедшими округлившимися глазами, проговорила безумную и абсурдную мысль Анастасия: - Это Ангел нашей Вареньки. Ты ведь слышал, что она сказала? Она отомстила ему за папу, за маму и за своего братика. -Хорошо, милая, хорошо, ты только успокойся, ради бога. Мы с тобой сейчас пойдем в больницу к Вареньке. А вдруг она уже проснулась, а нас нет рядом с ней. Нам нужно поспешить, Настенька. -Мы, Коля, сейчас пойдем к следователю и расскажем ему про этот случай. А вдруг и вправду, этот, которого она толкнула под колеса грузовика, и есть убийца наших деток, а? Нет, даже не уговаривай, мы идем к Леониду Алексеевичу. Ведь он, этот убийца родных той девчонки, не так уж серьезно пострадал. И если это действительно он, так его допросят, и он расскажет следователю о своих подельниках, с которыми убивал детей. В любом случае, грех за этим парнем имеется, его не просто так толкнула девчонка. И мне слишком явственно кажется, что он и есть тот убийца наших детей, его рук дело. Нужно срочно рассказать следователю о нем. -Хорошо, хорошо, - уговаривал Николай свою супругу, стараясь в данную критическую минуту не перечить ей и не вступать в спор, сам великолепно понимая истинное желание Анастасии, выдать увиденное за действительное. Ей постоянно казалось, и в этом она уверяла супруга, что с поимкой убийц сердце наконец-то успокоится осознанием заслуженного наказания за содеянную подлость. – Мы пойдем к следователю и расскажем ему об этом происшествии. Только здесь много свидетелей, которые обязательно введут полицейских в курс дела и без нас. Тем более, что многие лучше видели и слышали, чем мы. -Но они могут неправильно интерпретировать приговор девочки. Мол, простая месть за обиженную и брошенную мать. Или могла просто с кем-либо перепутать. А где теперь взять ее? А мы следователю свою версию выскажем, так ему сразу понятно станет, где искать убийц, - горячо и убедительно пыталась довести до своего супруга свои соображения Анастасия, вдруг сама максимально уверовав в свои домыслы. – Так не бывает, это непростое совпадение, чтобы ребенок, настолько похожий на нашу Вареньку, свершил месть на наших глазах. И вслух озвучила в оправдание свои действия. Ты же слышал, что на этом она не завершает возмездие, впереди этого подонка ожидает смерть. -Ну, - уже менее уверенно говорил Николай, - вполне и я допускаю месть. Ведь решиться на такой ужасный поступок – надо иметь веские причины. И они у нее, как мне кажется, были. Видел я, как она зыркнула на того, который попытался ее задержать и сдать в полицию. И у такого сильного, крепкого на вид, мужика не хватило сил и смелости, помешать ей уйти. -Она настроена решительно, Коля, я это по ее глазам поняла. И она знает всех убийц. Жалко, что убежала, могла бы рассказать. -А если у нее иные намерения? – задумался Николай. – Ну, не собирается она их сдавать, сама решила мстить. Вот так, как с этим, поступит и с остальными. Потому и убежала. -Жалко, если сломается. Нелегко справляться с взрослыми сильными убийцами. Может, не получиться. Дроздовы не успели далеко отойти от места происшествия, потому до их ушей долетели слова упреков сотрудников ГИБДД, прибывших по чьему-то вызову. Молодой полицейский высказывал претензии свидетелям, так легко отпустившим эту плохую девчонку. -Да вы, товарищ лейтенант, - беспомощно лепетал именно тот мужчина, с которым так легко справилась маленькая девчонка, - незаслуженно упрекаете нас. Она так глянула мне в глаза, что моя рука самопроизвольно плетью повисла и отказалась подчиняться. Словно гипнозом парализовала всех, здесь собравшихся. Вот не видели, потому и не верите. Они не станут же все врать одно и то же? А потом она вслух и громко объявила, что пока лишь его легко поранила. Однако очень скоро, так прямо и сказала, добьет его насмерть. Он, так она и говорила, погубил ее родных. Она не уточняла, как и что, но именно так и заявила, что мстит. Дальнейшую процедуру опроса и версии свидетелей чета Дроздовых слушать не захотела. Анастасия попросила супруга поторопиться к следователю, поскольку ее уверенность в своих предположениях с каждой минутой росла. Девчонка толкнула под колеса автомобиля именно одного из убийц в том лесу на берегу озера. И она знает имена остальных, ее необходимо отыскать поскорее, чтобы эти твари не погубили ее саму. Виноградов, увидев в дверном проеме до боли знакомые лица, Николая и Анастасии, досадливо сморщился и проскрипел зубами. Но поспешил сразу же возвратить на лицо доброжелательность и некое подобие улыбки, привставая с кресла и указывая на стулья, пригласил супругов присесть. Он не стал, как прежде, оправдываться и заверять, а просто пытливо смотрел на них, ожидая неких вестей от них самих. Но, поскольку супруги, молча, пытались отдышаться и успокоить свое волнение, он решил нарушить молчание и задал вопрос первый: -Были в больнице? Как там наша свидетельница, поправляется? И что говорят по этому поводу доктора? -Мы пока еще не были у нее, - все еще не справившись с одышкой, слегка заикаясь, поспешил с ответом Николай, посчитав просто неприличным задерживаться и молчать на вопрос. – Мы к вам совсем по другому поводу. Понимаем, что слегка сейчас скажем нечто ближе к мистике и малореальному, но оно случилось прямо на наших глазах, а потому откреститься сложно. -Да? – удивлено воскликнул Виноградов, немного даже обрадованный некому изменению в общении с четой Дроздовых. Ему до колик в животике не хотелось сейчас возвращаться к прежним стандартным ответам, от которых у самого оскоминой челюсти сводило. Второй месяц этого громкого резонансного убийства, а у них даже признаков более-менее приемлемой версии и в помине нет. Разумеется, гипотетических версий масса, да все они призрачные и никакими фактами не подтверждаются. С трудовой деятельностью погибших увязать не удалось. Наиболее правдоподобная, так с фактом случайного попадания в обзор преступников. Вот и ликвидировали лишних свидетелей, включая и детей. – И что это такое фантастическое попалось вам на глаза? Я готов внимательно выслушать. Ну, Николай Федорович, разумеется, в разумных аспектах. За пределы реальности мы заходить не будем. -Да в том-то и дело, что где-то на грани с мистикой, Леонид Алексеевич, - воскликнул азартно и загадочно Николай. – Ну, я сомневался слегка, стоило ли нам по такому поводу приходить, а вот моя супруга считает, что вы просто обязаны быть проинформированы, вам это нужно послушать. И Николай со всеми подробностями, добавляя предположительные домыслы супруги, поведал следователю о происшествии на перекрестке, сообщив, что в момент их ухода уже полицейские расспрашивали свидетелей. А потому их слова могут подтвердить очевидцы дорожного события. -Понимаете, если бы мы были там одни, так и самих бы сомнения одолели. Но там, на этом перекрестке поболей десяти человек, присутствовало. И все они с самого начала наблюдали эту эпопею девчонки с пострадавшим. Разумеется, ни я, ни Настя не станем утверждать, что там была наша внучка. Однако сходство настолько поразительное, что супруга даже предложила версию с Ангелом Вареньки, который решил отомстить мужчине за погубленные души. Вот потому мне и захотелось, а если точнее, так больше Насте. Это она потащила меня к вам, чтобы поспешить проинформировать и сообщить свои предположения. Ну, если отбросить мистику и Ангела, то все равно, явная месть остается. -Она так и сказала, что мстит ему за то, что он убил ее близких? Именно убил, а не обидел и не погубил? -Да, да, именно так и сказала. И не погубил, и не загубил. Как раз эти два глагола допускают интерпретации. А глагол убил – конкретный. Его уже по-иному понять невозможно. -Вы не учителем работаете, случайно? – улыбаясь, высказал предположения Виноградов. – Слишком сложно и литературно пытаетесь объяснить мне разницу в этих глаголах. -Нет, но заканчивал филологический, - поначалу, не совсем поняв вопроса, но уяснив смысл, смущенно улыбнулся Николай. Ему на работе, правда, шутя, ставили в укор эту литературность языка, не слишком и не всегда понимаемую в коллективе. – Простите, но проще сказать, что девчонка указала на физическое убийство ее близких. Это не было местью за иные обиды. Виноградов быстро схватил телефон и, набрав нужный номер, пригласил в свой кабинет какого-то Михаила, который оказался в кабинете буквально через несколько секунд, словно сидел и ждал этой команды. Опуская мифическое сходство того хулиганистого ребенка с внучкой супругов и их домыслы по поводу такого факта, следователь попросил Михаила разузнать с максимальными подробностями о событиях данного ДДП. И поскольку здание ГИБДД было рядом, то и ответ он рассчитывал получить быстро. Когда Михаил был уже возле дверей, внезапно Виноградов попросил помощника о нечто важном: -Ты узнай про этого свидетеля, возьми его координаты. Имеется у меня по поводу этого идейка, - и, когда за помощником закрылись двери, он уже обратился к супругам с просьбой: - У вас с собой фотография внучки имеется? Может, случайно оказалась в сумочке? А нет, так сбегайте домой, принесите. Мы сверили бы описания девчонки этим свидетелем с фотографией. Понимаю, - он виновато посмотрел на Николая, - в мистику, правда, и сам мало верю, а вдруг нам повезет, и этот мужичок, пострадавший от ее рук, и окажется одним из убийц? Вот тогда мне и в самом деле придется поверить в Ангела вашей Варвары. -Ой! – словно вспомнив нечто важное, воскликнула Анастасия. – Ведь и в самом деле, у меня имеется фотография. Ну, Коля, та, где мы втроем в парке фотографировались. Еще прошлой осенью. И она была в похожей одежде, что сейчас эта девчонка. Начало осени было теплым, летним, - сказала и быстро покопалась в сумочке, выложив на стол небольшую фотографию, не которой между бабушкой и дедушкой стояла Варенька. – Она здесь сильно похожа на ту девчонку, что толкнула мужчину. Вот именно больше, чем на остальных. Михаил вернулся минут через десять. И не один, а именно с тем мужчиной, который предпринимал попытки, задержать хулиганку, преступницу, как сам он и называл ее. Михаил пояснил, что там были кроме этого свидетеля еще парочку женщин, которые помогали составлять фоторобот ребенка. Когда перед мужчиной положили фотографию с внучкой Варенькой, мужчина от удивления подпрыгнул и ошалелым взглядом уставился в следователя. -Так вам она известна, да? Получается, что этот случай на дороге у нее не первый, раз вы ее знаете? Только глаза у той слишком злые, словно весь мир она возненавидела. А так, даже очень похожа. -Эта девочка на фотографии нам очень хорошо известна, и она приходится внучкой вот этих граждан. Но в том-то и дело, что к вашей девчонке она не имеет никакого отношения. -Но, как же так? – еще больше подивился свидетель. – Так это же она и есть, я ее очень даже сильно запомнил. Все здесь ее: и глаза, и волосы, и одежда. Ну, чуток не такая, но похожая. Но именно такие вот шортики и футболка. Цвет слегка иной, потемней, чем на фотографии. -Понимаете, простите, как вас звать? -Валерий Владиславович, - поспешил представиться мужчина. – Я и говорю, что та девчонка и эта, на фотографии, одна и та же. -Вот именно, что похожи, Валерий Владиславович. Эту девочку на фотографии звать Варвара. И фамилия у нее Дроздова. Насколько вы в курсе, так она единственная, выжившая в той кровавой драме на озере. И она в данную минуту находится в больнице. И непросто там лечится, а лежит в тяжелом бессознательном состоянии. Как понимаете, на дороге ее не могло быть. -Да, - протянул Валерий, почесывая в недоумении затылок и морща лоб от напряжения мыслей и в непонимании. – А ведь одно лицо. Я бы даже сказал, что это она и есть. Но, против фактов не попрешь. Ведь и в самом деле, - добавил он, глядя на Дроздовых, - не могла она сбежать из больницы. Ведь ей нужно было узнать, выследить и толкнуть, а она без сознания, как вы говорите. Следователь распрощался со свидетелем, упросил супругов отправляться к внучке или по своим делам, а сам решил все же навестить в больнице этого пострадавшего в ДДП. Да еще чудом уцелевшего. Для пущей убедительности решил пригласить с собой Михаила, чтобы тот подтвердил, посетив Варвару Дроздову, идентичность и фотографию с оригиналом. Когда они вместе вошли в палату к Изотову Валерию Михайловичу, 33 года отроду, женатого и имеющего дочь 10 лет, как проинформировал их лечащий врач, то на лице того уже блуждала довольная и умиротворенная улыбка человека, по случаю или по желанию самого господа, которому дарена жизнь и которому позволено дальнейшее пребывание в этом мире. Многочисленные ушибы, сотрясение мозга, разумеется, явились результатом такого соприкосновения с тяжелым грузовиком. Однако все органы, кости и сама жизнь вне опасности. -Еще легко отделался! – оптимистично и с некой гордостью заявил он, вошедшим к нему в палату следователям. – Признаюсь, боли было даже с избытком, казалось, чокнусь. А вот укольчик сделали, так даже и петь хочется от счастья и удовольствия. Ведь думал, что после такого удара целого места на теле не осталось, руки и ноги вдребезги переломало. Ан, нет, лишь синяками и гематомами, как говорит доктор, обошлось. А вы ту дурочку уже задержали? Мне сказали, что какая-то психопатка меня толкнула под грузовик. Конечно, сам бы я сроду на красный свет под такой поток автомобилей не пошел бы. Доктор предупредил, что Изотову сделали обезболивающий укол. И очень скоро, когда действие лекарства прекратится, с ним разговаривать будет трудно. Оттого, так показалось Виноградову, такая повышенная общительность у Валерия. Вот сейчас и нужно поспешить с вопросами, кои и запланировал задать он пострадавшему. Пока тот такой разговорчивый. -Скажите, Валерий Михайлович, - спросил Виноградов, показывая ему фотографию внучки с дедушкой и бабушкой. – Вам не знакома вот эта девочка в середине фотографии? Валерий взял в руки фотографию и, покрутив ее у своего носа, морща лоб в размышлениях и напряжении памяти, равнодушно отреагировал на лица, отраженные в ней, отрицательно покачивая головой. -Нет. Вполне возможно, что я ее могу знать, если вы мне напомните причину, но пока на ум мне ничего не приходит. Вроде, как кого-то она мне напоминает, вполне вероятно, где и видел. -Нет, это не наш случай, - подумал Виноградов, пряча фотографию в папку с бумагами. – Иначе в его глазах обязательно промелькнуло бы беспокойство. Он ведь должен знать, ему уже сказали, поди, тот приговор, что зачитала мстительница. А если нет, то озвучим сами, - вдруг решил следователь, и вслух задал этот провокационный вопрос: - По словам очевидцев, это она вас толкнула. А еще зачитала вердикт. Вы его слышали, вам уже доложили его содержание? -Простите, но там все настолько неожиданно и мгновенно произошло, что я ничего припомнить не в состоянии. Значит, это она, эта малявка меня и толкнула? Странно даже. Сколько себя помню, но детей до сих пор обижать не приходилось. У самого дочь Вера десяти лет. Чуть постарше этой будет. Так я даже супруге не позволяю физические наказания, ни при каких обстоятельствах. Чтобы из нее не выросла какая-нибудь мымра или мегера. Девчонок необходимо воспитывать в любви и в уважении к ним. Это вам не пацаны. -Хорошо, это все, что мы хотели узнать. Насколько мы проинформированы, так вы работаете в фирме «Юнитекс-Автоматик». На этом перекрестке находились по делам или просто прогуливались? -Да, но сейчас я в отпуске. Вот только вчера вернулся с отдыха. По заграницам немного прошвырнулся, а потом две недели в доме отдыха провел. И вот вместо работы на больничную койку угораздило. Дернул же черт перейти дорогу именно в этом месте. Мне, если честно сказать, так не особо и нужно было на ту сторону. Сейчас даже и припомнить не в состоянии, чего поперся туда. Видно, что-то или кого-то заметил, вот и рванулся на зебру. -Не наш клиент, - уже с большей уверенностью подумал Виноградов, собираясь покинуть палату больного. – Чистое совпадение. И девчонка просто слишком похожая на нашу Варвару. И не мог этот Изотов, судя по его словам, находиться в тот злополучный день на берегу озера. -А вы, какого числа отправились на отдых? – вмешался в их разговор внезапно Михаил. – Я так понимаю, где-то в начале мая? -Да, - с неким подозрением и внутренним волнением еще не мозгами, но уже чутьем Валерий уловил в этом вопросе опасную подоплеку и поспешил с ответом, уже не чувствуя прежнего комфорта. – Пятого мая. Билеты у меня были на вечерний рейс, но выехал я из города четвертого вечером. Леонид с Михаилом переглянулись, словно в мозгах у обоих сразу высветлилась единая мысль. И дата совпадает, и поведение Изотова вдруг стало каким-то неустойчивым, нервным, словно вмиг куда-то исчезла излишняя общительность, его напрягли вопросы о последнем дне перед отпуском. Вполне допустимо, что в этот день произошло нечто слишком запоминающееся. -Валерий Михайлович, а про тот день не можете припомнить, вы с утра до вечера дома были, или куда отлучались по каким-либо делам? – спрашивал Михаил, который первым заподозрил неискренность пострадавшего касательно этой даты. Если на фотографии он и не узнал девчонку, так он просто не мог ее видеть живьем, поскольку она лежала отдельно от всех остальных. -Ну, - нервно вздрогнул от самого вопроса, однако поспешил с ответом Валерий, чтобы не вызывать лишних подозрений, - по магазинам прошвырнулся, так, легко пробежался, то, се в дорогу прикупил по мелочам. Да и все. А потом с женой немного выпили на дорожку, и я на Московский отправился. Она меня не провожала, дома с дочерью осталась. Да и зачем? Такси вызвал, и на вокзал поехал один. Решили, что незачем провожать. -Хорошо, Валерий Михайлович, - внезапно резко встав и незаметно толкнув локтем Михаила, проговорил Леонид. – Выздоравливайте и всего вам доброго. Если что вспомните, вызовите нас через врача. Уже в коридоре Михаил спросил Виноградова: -Я так понимаю, что вы уже его полностью изобличили в неискренности? Что-то он излишне заволновался от наших вопросов. А вам не показалось, что он может оказаться одним из наших фигурантов? -Понял, Миша, а потому прошу установить за ним наблюдение. И фиксировать всех его посетителей. А сам постарайся неприметно, но максимально подробно узнать о его трудовой деятельности и о лицах, с кем он чаще и плотней контактирует. Хотя, я на все сто не уверен, что он причастен именно к нашему убийству, а вот с той девчонкой, что толкнула его под колеса, у него имеется что-то их объединяющее. И случилось оно перед его отъездом. -Странно все это, кончено, и слишком непонятно. Наша Варя, так похожая на ту хулиганку-мстительницу, разумеется, и быть ею не могла. Она до сих пор без сознания. Хоть доктора и говорят, что состояние у нее стабильное, и она, будто находится в состояние сна, однако, даже представить трудно, что Варя просыпается и бежит в город с целью, отомстить обидчику. Получается, что в нашем городе есть девчонка, как две капли похожая на Варвару, и которая мстит этому Изотову за обиду, ей нанесенную. Хотя, полностью месть за гибель Варвариных родителей я бы не исключал. Даты слишком уж совпадают. Да и мог он вполне после совершенного убийства даже не раз успеть на этот московский рейс. И хотя следователя Виноградова пока еще одолевали сомнения касательно версии Михаила, однако в адрес Изотова уже вкрались серьезные и обоснованные подозрения. Что-то нехорошего и ужасно скверного натворил этот парнишка, раз его желает убить такой маленький ребенок. И случилось это происшествие именно в день убийства на озере. Такой разговорчивый, добродушный и доброжелательный Валерий мгновенно изменился в лице и в настроении при озвучивании даты четвертого мая. И именно в этот день некие отморозки вырезали две семьи. И одним из этих убийц мог оказаться наш Изотов Валерий. Вот черт, внезапно про себя чертыхнулся Леонид. Ну, не принимать же за веру версию Анастасии Дроздовой об Ангеле, что в образе их внучки задумал вдруг жестоко покарать убийц. Тогда остается лишь ждать от нее дальнейших попыток мщения, чтобы получить подтверждения безумной версии. -Миша, - уже вслух произнес Виноградов. – А давай примем за единственную пока возможную версию месть некой девчонки за гибель семерых на берегу озера четвертого мая. -Ну, и что нам даст эта мистическая версия? Добавит головной боли и внесет еще большего непонимания. -Нет, я не предлагаю разрабатывать и идти по этому направлению. Пока, - добавил Леонид, немного подумав. – Просто, ежели оно так и есть, то мы можем ожидать дальнейших проявлений мести. А, стало быть, появятся новые пострадавшие. И заметь, как она выразилась, со смертью эта девчонка не торопиться, желая ему поначалу предоставить малость болевых страданий. Возьмем на заметку и будем плясать от нашей новой версии. Просто думать в этом направлении, пока не озвучивая ее вслух и не распространяя по прокуратуре, чтобы нас не приняли за психов. Об этом будем знать лишь ты и я. -Если быть справедливым до конца, – хмыкнул Михаил на эти сомнительные предложения следователя, - то сия версия озвучена Дроздовыми. Это они уговорили нас поверить их мистическим соображениям. Да только в таком случае нам придется учитывать и их версию с Ангелом-мстителем, что в образе Варвары задумал вершить возмездие. -То есть, самосуд, что идет в разрез с уголовным законодательством. И нам придется, если получится, в следующий раз задержать ее, привлечь эту мстительницу по закону, чтобы не потворствовать самосуду, - добавил Виноградов. – Право на вынесение приговора имеет только суд. -Ну, вы и загнули, Леонид Алексеевич! – иронично проговорил Михаил, даже приостановившись от такой комической дерзости начальника. – О каком соблюдении законности вы сейчас тут говорите? Насколько я понимаю, так у Ангелов иные представления о справедливости и правового наказания. И что любопытно, то они абсолютно не собираются с нами по этому поводу консультироваться. А потом, Леонид Алексеевич, вы как планируете арестовывать и предъявлять обвинение призраку. А отбросив мистику, то и здесь у нас проблемы с требованием справедливого наказания. Девчонке нет еще 14. -Призраку и Ангелу – это большая разница, - отвечал Виноградов, принимая игру помощника. – Да вот пока еще ни в ангелов, ни в призрака верить я не собираюсь. Имеет это происшествие логическое материалистическое объяснение. Только оно еще прячется во мгле таинственности. Но я планирую его разгадать. И вовсе не собираюсь я привлекать неведомого ребенка. Ей максимум, если судить по нашей Варваре, 8-9 лет. А вот Изотова я выверну наизнанку. Я поговорил с лечащим врачом, и он мне сообщил о времени следующего обезболивающего укола. Понимаю, грубовато и жестоковато, но, мне так кажется, в ожиданиях облегчения его язык окажется более правдивым, он поведает нам о событиях четвертого мая. А Изотов уже не чувствовал себя столь комфортно и беспечно, как до появления следователей. Ужасная боль, парализующая все тело, временно отступила после укола, и теперь казалось, что она покинула его навсегда. Так только казалось, но умом он понимал, что она обязательно возвратиться. Однако пугаться и ужасаться ее возврата не обязательно. Врачи рядом, сразу же помогут. Да и, как они говорят, все его органы в целости и сохранности, травмы не грозят ни потерями трудоспособности, ни какими-либо ограничениями. Легко отделался, однако, после встречи с таким грузовиком. И водитель вовремя притормозил, чтобы не успеть нанести смертельный удар. И упал Валерий более-менее удачно. Да вот только явление следователей внесло в душу тревогу и беспокойство. Зачем они желают знать его перемещения именно четвертого мая? Неужели у них могли возникнуть какие-либо предположения или улики, указывающие на его присутствие в тот день в лесу на берегу озера? И откуда взялась фотография некой неизвестной девчонки, если после той памятной сечи никого в живых не осталось? Или они упустили ее, эту паршивую малолетку, которая спряталась в кустах и могла запомнить их. И теперь задумала мстить. Да нет, глупости какие-то все это. Не могли они даже намеков на улику оставить на том месте. И уже потом, сидя у Святого Источника, им на глаза попадались знакомые, которые запросто подтвердят их алиби. Вот дурак, внезапно понял Валерий! Зачем он так неразумно соврал следователю, что с утра из города никуда не отлучался? Это его ошибка, которую необходимо срочно исправлять. Ну, хорошо, и это не беда, в следующую беседу, коль такая состоится, он скажет, что оговорился. Мол, сразу и не припомнил, как с друзьями провел свой последний перед отъездом день. 4 Дарья, супруга Эдуарда, заглянула в гараж, где с утра возился ее муж над старенькой, но пока еще очень даже исправной и хорошо им служащей, иномаркой, постояла у ворот минут пять, рассматривая мужа сзади, нырнувшего под открытый капот автомобиля и не обращающего на внешний мир никакого внимания, тяжело вздохнула, в раздумьях и сомнениях, стоит ли его отвлекать. -Эдик, - наконец-то решилась она его окликнуть, поскольку поняла, что самостоятельно из недр автомобиля он выползет нескоро. – Ты хоть на ужин придешь, или опять дотемна провозишься? Вот вместо этой поездки мы лучше бы добавили чуток и купили новый автомобиль. Твой, по-моему, чаще на тебе сидит, чем ты в нем. Самому не надоело? Выслушав тираду супруги, не меняя позы и не пытаясь даже на краткое время покинуть подкапотное пространство, Эдуард завершил там свои дела и, не спеша, вынырнул наружу, лукаво и весело рассматривая жену, словно увидел в ней нечто для себя смешное. -Даша, - начал он с легким упреком, но ласково и нежно, поскольку любил свою жену и позволял ей всякие вольности в обращении и замечаниях. – Во-первых, под моим постоянным надзором наша старушка прослужит нам еще лет несколько, как минимум. Машина – зверь, и я лично знаком с каждым ее винтиком, и как за самого себя могу поручиться, что никогда меня не подведет. А во-вторых, ты абсолютно неправа. Максимум раз в месяц я позволяю это посвящение ему, и заметь, лишь в выходной день. А за это в знак благодарности он ни разу еще не показал нам свой норов. Я не хочу считать замену проколотого колеса. Такой факт относиться к разряду несчастных случаев, а не поломок. -Так все равно, ему давно на пенсию пора. Вон, и Болюки, и Седовы уже по нескольку раз сменили своих старушек на новые, а мы восьмой год на одной и той же, словно относимся к разряду бедных. -Это потому они так часто меняют автомобили, что без уважения к своему личному транспорту относятся. Загоняют его, пока он не выдохнется, вот и приходится тратиться на новую. А мы еще малость подкопим, и сыну квартиру сумеем приобрести. На будущее, а оно не за горами. Мало ли как сложится все потом. И учиться в наше время нынче трудновато и накладно. -Ой, я тебя умоляю, Эдик! Славик только-только в пятый класс перешел, а ты его уже во взрослые записал. -Не еще, а уже, и это большая разница. А ведь только вчера я его из садика забирал, в первый класс отводил. Во, время летит, а? Ладно, Даша, иди, стол накрывай. И коньячок не позабудь. Не слишком я и занимаюсь своей машиной, все больше для профилактики, потому, грех на меня обижаться. А Дарья и не обижалась на мужа. И по поводу автомобиля она для порядка поворчала. Незлобиво и без упреков. Эдуард во многом прав. Это сейчас у них в семье относительное изобилие. А пройдет какое-нибудь время, исчезнут эти, душу и тело радующие, подработки с прибылями, порою равными годовому официальному заработку мужа. А так, у них и средства на образование сыну лежать будут в заначке, и квартира дождется момента, когда он повзрослеет. И не обязательно, что жениться. Вот станет зарабатывать себе на жизнь, и пусть живет отдельно от папы и мамы, почувствует себя самостоятельным. Ведь не все время мама обязана ухаживать и обихаживать. Пусть, вот только повзрослеет, сам по себе попробует. Ой, ужаснулась в душе и рассмеялась Дарья! Это куда так далеко она замахнулась-то? Сыну еще, как минимум, еще столько прожить нужно, сколько успел уже, вот тогда он и станет взрослым. Хотя, в это даже слишком прав муж: годы летят, как пули свистят. Это ведь в школе да в институте они, вроде как, тянулись помедленней. И еще, когда Саша был маленьким. А потом, когда пошел в садик, так не заметили, что уже и в школу сыну пора. И вот вам уже в пятый класс первого сентября идет. Жена ушла, и Эдуард, сладко потянувшись и размяв затекшие суставы, захлопнул капот и удовлетворенно хмыкнул. Скопил он деньжат в евровалюте на новую и долгожданную Японскую иномарку. Вот только и эта еще послужит годик-другой. А потом подправит, подчистит и выгодно сбудет в другие руки. Да, если бы этот Игорь не уперся, то у них уже у каждого в бригаде было бы по две иномарки. Чистоплюю вонючий. Вот только с таким важным и нужным клиентом рассорил его. Черте с два теперь Сазонов хоть когда пожелает обратиться к нему, даже если и сам попросишься. Послал бы он этого Седова куда подальше, да не нужен Эдуард Сазонову без Седова Игоря. А без Игоря и сам Эдуард получается пустышка. Слишком зыбкую систему создал Седов из их шестерки, что выбывание даже одного члена чревато длительным простоем, застоем и срывом. Оно-то без лишних лиц лучше, спокойней и прибыльней, да только будущее по этой же причине неустойчиво. И складывается такое представление и внутреннее ощущение, что еще пару-тройку лет, и Игорь пожелает прикрыть эту лавочку, создав к этому времени трамплин для себя, чтобы уйти в свое дело. А всем им, к такому сценарию неготовым, сложно придется выкручиваться без левого приработка. Потому и создает запасы на будущее Эдуард. Авось, и у него самого что-нибудь с бизнесом получится? Ну, хотя бы какую-нибудь маленькую конторку создать, вроде по недвижимости или по оказанию каких-либо услуг. Маленькую, но денежную. И независимую. Да ну его, махнул рукой Эдуард, протирая руки тряпкой, слегка смоченной в бензине. За эти два-три года всякое может случиться. Чего заранее заморачиваться и забивать себе голову всяким мусором. В гараж заглянул сосед по гаражу и без намеков предложил выпить в честь окончания рабочего дня. -Нее, - протянул, довольный днем и результатом, Эдуард. – Жена дома ждет. И стол накрыла, и бутылочку выставила. Так нечего аппетит сбивать. А за приглашение благодарю, как-нибудь в другой раз. Сосед согласился и скрылся в своем гараже, из которого слышались уже не совсем трезвые голоса. Ну, и зачем, спрашивается, приглашал, ежели у них своя, да еще такая веселая компания? Так, приличия ради? Отмахнулся от ненужных лишних мыслей и решил поспешить с переодеванием, поскольку соседское предложение распалило аппетит и желание выпить грамм сто-сто пятьдесят коньяку. Вот сколько раз уже планировал обустроить в гараже маленький мини бар с парочкой бутылок любимого коньяка? Не пьянства ради, а вот так, в охотку, когда желания переполняют и прут через край, опрокинуть стопарик. А уже дома без жадности и сильного рвения продолжить. Но и сейчас прогонял излишние мысли из головы. Как говорится в классических произведениях, что ружье, коль оно висит на стене, то обязательно выстрелит. Стоит лишь распуститься на денек-другой, как этот стопарик войдет в привычку. А там и до регулярного пьянства недалеко. Себя нужно держать в строгости, тогда в жизнь приходят лишь радости. И от таких вот правильных мыслей Эдуард самодовольно улыбнулся. Вновь изгнал из себя дьявола-искусителя. Для полного счастья, так лучше свой банк пересчитать. Вот где гораздо крепче и опьяняюще любого спиртного. Спрятавшись за шкафчиком, стоящим в углу гаража, Эдуард, бросив косой взгляд в сторону въездных ворот и убедившись в отсутствии посторонних, достал из тайника барсетку, завернутую в полиэтиленовый пакет, развернул и вынул из нее стопку евриков. Аккуратно пересчитав и убедившись, что суммарная цифра осталась прежней, счастливо выдохнул, словно после бокала коньяка, крякнул, понюхал валюту, и вернул сверток обратно в тайник. Да, допинг, лучше любого самого замечательно коньяка. Бодрит, пьянит и радует. Аккуратно замаскировав импровизированную дверцу сейфа-тайника, Эдуард выглянул из-за шкафчика и от неожиданного видения испуганно вздрогнул. Одна створка ворот была прикрыта, а в проеме второй, распахнутой половинки, стояла ребенок-девочка, чуть младше по возрасту его сына. Но очевидно и явно Эдуарду незнакомая. Оправившись от первоначальной растерянности, напустив на себя строгость и недовольство, Эдуард жестко спросил: -Тебе чего, девочка? Ты, случаем, не ошиблась дверью? Я сейчас буду закрываться, так что, иди-ка лучше домой. Не место для игр ты избрала, здесь хорошим и послушным детям делать нечего. Но девчонка на его строгости отреагировала полным безразличием, не выразив на лице ни растерянности, ни испуга. Она продолжала, молча, сверлить Эдуарда пронзительным взглядом, словно он здесь может оказаться провинившимся, а не ее персона. И ему вдруг показалось, что девочка глухонемая, а потому на его слова у нее такая реакция. -Ты, я понимаю, плохо, или совсем не слышишь? Я тебе понятно и внятно говорю, что здесь твоих никого нет! – и Эдуард, переходя на язык глухонемых, попытался жестами объяснить ребенку, что ей лучше покинуть чужую территорию. – Иди, девочка, домой, там, поди, тебя ждут, уже и могли потерять, а ты здесь по гаражам шляешься. Где твои родители? -Я не глухонемая. И с первых слов поняла тебя, не нужно так надрываться, - наконец-то сказала свои первые фразы девчонка, начисто развеяв предположения Эдуарда, что она неспособна понимать его по причине плохого слуха, а потому и внимает его настоятельным требованиям. – Только я не ошиблась, а как раз пришла по адресу, Эдуард Денисович Кулик. -Ах, не глухая и не немая! И ко всему прочему, мы с тобой знакомы? – не меняя сердитого тона на доброжелательность, еще больше завелся Эдуард. – Но и все равно, мне пора уходить, и я не собираюсь по твоей милости здесь задерживаться. Меня дома ждут, как и, скорее всего, тебя. Так что, до свидания, девочка, всего наилучшего. А родителям большой привет. -До свидания, Эдуард Денисович. Я считаю, что сегодняшняя встреча не прощальная. Ах, тебя дома ждут жена и сын? А меня, ты даже не поверишь, ждать абсолютно некому, поскольку ты моего папу убил. А твои друзья маму и братика. Мне поэтому просто идти некуда и не к кому. Вот я и пришла к тебе, чтобы отомстить за это зло, что ты причинил мне и моим близким. Эдуарду поначалу хотелось грубо ответить нахалке и за шиворот выбросить ее из гаража, как паршивую невоспитанную девчонку. Но вдруг до него дошел смысл ее слов, которые парализовали мышечную систему Эдуарда, не позволяя ему ни пошевелиться, ни ответить. Ужас заполонил его от пяток до волос на голове. Но, проявив не дюжие усилия воли, Эдуард попытался сохранить на лице непонимание и непричастность к тем обвинениям, которые она только что ему предъявила. Ведь маленький ребенок мог и ошибиться, перепутать его с кем-либо. Однако девчонка, даже не планируя выслушивать оправдания, твердо уверенная в своей правоте, резанула своим взглядом по его глазам, добавляя к прежнему страху еще небольшую порцию ужаса, который и без того уже переполнил сердце и душу, разрывая их и корежа. А затем, поставив на открытую канистру с бензином ногу, легонько толкнула ее от себя. Из емкости, резко пахнув парами, струйкой потек бензин, лужицей приближаясь к онемевшему Эдуарду. Он явственно и осознанно понимал, что именно сейчас, срочно, быстро, немедленно необходимо перейти из пассивного состояния наблюдателя к активным действиям, чтобы успеть еще, избежать кошмарной неминуемой беды. Но девчонка слишком торопилась с возмездием. Она, продолжая буравить острым взглядом Эдуарда и парализуя его волю своими гипнотизирующими глазами, неизвестно и непонятно откуда достала зажигалку, чиркнула ею, добывая огонь, и горящую ее бросила рядом с горловиной канистры, ядовито ухмыляясь его реакцией. Пары бензина, скопившиеся за эти секунды, мгновенно с легким взрывным хлопком вспыхнули, опалив пламенем и саму поджигательницу. Однако она, не обращая внимания на это мелкое недоразумение и на дикий вопль Эдуарда, не спеша, вышла из гаража и захлопнула за собой вторую створку. Истошный крик был услышан соседом и компанией, что весело проводила вечернее время в соседнем гараже. Мужчины энергично повыскакивали наружу и, обнаружив рядом с горящим гаражом Эдуарда чужого ребенка, не придумали ничего лучшего, как наброситься на девчонку с глупыми вопросами. -Девочка, а что здесь случилось, почему и кто так сильно кричал? Ты, случаем, не знаешь? -Знаю. Это я Эдуарду причинила боль за папу, которого он лично своими руками убил. И это я пока еще ему причинила лишь страдания, которые он заслужил и получил. Но потом его ожидает смерть. Пусть пока немного обгорит и помучается, - вполне серьезным тоном ответила девчонка. -Так это ты, паршивка, подожгла его, что ли? – спросил сосед, хватая неизвестную поджигательницу за руку. – Мужики! – внезапно завопил он в отчаянии, вдруг осознавая в этом пожаре опасность и для своего автомобиля. – Выкатывайте мой Жигули побыстрей, а я эту поганку придержу. Это, оказывается, она устроила нам пожар, чертова девчонка. В полицию сдадим ее, пусть с родителями разбираются, и те оплатят наши потери, если сгорит что. Мужчины, хоть и успели принять на грудь приличную дозу алкоголя, однако успели сообразить и понять ту опасность, что угрожает не только автомобилю друга, но и им самим. Они уже выкатывали жигуленок товарища из гаража, и откатили его на безопасное расстояние. А один из них все же осмелился распахнуть створку пылающего гаража, из которого в тот же миг мгновенно вылетел, весь охваченный огнем, орущий и дергающийся в судорогах, Эдуард. Мужчины поспешили к нему на помощь и быстро забросали живой факел песком и тряпками. А к месту пожара уже бежали со всех сторон гаражного общества автовладельцы со своими огнетушителями. И уже минут через пять мощный крик сирены известил о прибытии пожарных машин. А тут и скорая подоспела, врачи которой поспешили к пострадавшему Эдуарду. -А где девчонка? – неожиданно возмущенно и удивленно заорал сосед, только что державший поджигательницу в своих руках и вдруг обнаруживший, что в своей руке вместо девчонки он держит обыкновенный веник. Будто некая волшебная сила совершила такое превращение. – Да я только что ее держал, даже руку из своей не выпускал. -Слушай, а она точно была, а? – поинтересовался один из его собутыльников, выражая вопросом недоверие. -Ну, вот, можно подумать, ты сам ее не видел, - обиделся сосед на такое явное с намеком замечание. – Она даже вслух призналась мне, что сама подожгла Эдуарда за то, что он убил ее отца. Мол, отомстила. -Простите, - к соседу подошел полицейский, один из наряда, прибывшего на этот пожар. – Вы только что сказали про некую девчонку, которая из мести подожгла вашего соседа. Она так вам и сказала, что за убитого отца? Простите, а как ваше имя? Мне хотелось бы вам задать несколько вопросов. -Анатолий. Анатолий Викторович Погодаев. Я сосед по гаражу этого Эдуарда. Ну, который обгорел. Фамилию его не знаю, сразу скажу. Мы с друзьями сидели у меня, выпивали чуток. А тут вдруг раздался такой ужасный крик, что мороз по коже пробежался. Ну, я на улицу выскакиваю, а там возле горящего гаража эта девчонка стоит и на огонь эдак злорадно посматривает, радуется пожару. Точно, чокнутая какая-то. Я хватаю ее за руку, поскольку вдруг сообразил, что причастная она к пожару, а она мне и говорит, что специально подожгла его, потому что Эдик убил ее отца. Она ему отомстила, но не до конца. Говорит, пусть, мол, пострадает, помучается болью, а потом все равно его добьет. Ну, думаю, с дурдома девка сбежала. Маленькая, а такая сильная. Только руку я ее не отпускал. Думаю, обратно в психушку возвращать ее придется. А тут и суета началась с пожарными, с беготней, и вы подъехали. Я глянул, а у меня в руках этот веник. Мало того, что чокнутая, так еще и ведьма. -Да, да, мы подтверждаем, была девчонка, - поспешили на помощь Анатолию его товарищи. -Вы ее запомнили, описать можете? Ну, в чем одета была, как выглядела, сколько ей лет? – спрашивал полицейский. -Да обычная девчонка, как и все дети. И одета просто. Шорты, футболка и сандалики. Или туфли? Вот этого я не приметил, не до обуви мне, было, а лет так девять ей, не больше, - описал ребенка Анатолий. Полицейский выслушал Анатолия и его друзей, а затем достал мобильный телефон и кому-то позвонил. -Алло, Леонид Алексеевич? Вас беспокоит лейтенант Лисовенко. Я тут с пожара звоню. Вас это должно заинтересовать. -Ну, и чем это может меня заинтересовать пожар, лейтенант? – слегка удивленным тоном спросил следователь. -Я так думаю, что вчерашним авто происшествием на перекрестке, - поспешил раскрыть все карты Лисовенко. – Вернее, фигурантом в этих обоих событиях. Я имею в виду некую девчонку, что подожгла гараж вместе с хозяином, неким Куликом Эдуардом Денисовичем. Меня Михаил, ваш помощник, предупредил, чтобы я вам сразу звонил, если нечто схожее произойдет. Ну, он предупреждал, чтобы ему, а вам, если он не ответит, а вот мне почему-то показалось, что лучше сразу вам. Все равно, потом и ему вы сами перескажите. -Да? – уже заинтересованным голосом отвечал следователь Виноградов. – Адрес назови, я сейчас прибуду. И свидетелей мне попридержи. Хочется услышать от первоисточника. Уже через десять минут автомобиль следователя Виноградова въезжал на территорию гаражного общества. Искать и спрашивать о месте происшествия ему не пришлось, поскольку над гаражом Эдуарда все еще клубились дымки останков пожарища и пары воды, залившей его. Да и народ, все еще не желающий расходиться, продолжал обсуждать событие, осуждать беспечность хозяина, кто не знал истинной причины пожара, и коварство сумасшедшей малолетки, до слуха которого дошел факт поджога и слова мести. Лисовенко, увидев машину следователя, поспешил навстречу. И они уже вдвоем подходили к группе, столпившейся возле сгоревшего гаража. Полицейские попросили посторонних оттесниться подальше от места пожара, оставив возле самого гаража Анатолия и его друзей. Вот именно к ним и привел Лисовенко следователя Виноградова. Леонид Алексеевич поздоровался за руку со всеми ими и без предисловий показал Анатолию фотографию Варвары. -Она? – только и успел он задать ему вопрос этими двумя словами, как сразу получил утвердительный ответ. -Она, точно она, - удивленный фактом наличия фотографии преступницы в руках следователя, ответил Анатолий. -Ошибки быть не может? – на всякий случай переспросил Виноградов, хотя, несмотря на сильный алкогольный аромат, исходивший из нутра свидетелей, он уже понимал правдивость подтверждений всей компании. -Да, она, точно она! – в унисон твердили друзья Анатолия. – И одета точно так. Ну, почти. По-моему, футболка была другого цвета. А шорты, так, скорее всего, точно такие. Так она вам известна, что ли? -Возможно, вполне возможно, - туманно ответил следователь, и попросил Анатолия повторить рассказ, который он уже успел донести до Лисовенко. – А почему вы считаете, что футболка другого цвета, а шорты такие же, а? Ведь такое на фотографии сразу и не определишь. -Ну, почему-то в глаза сразу так и бросилось, - слегка смутившись, замялся Анатолий, словно его уличили в нечестности. – Понимаете, резкий контраст сверху, и копия одежки снизу, вот, - категорично добавил он. -Хорошо, я вам верю, вы не сомневайтесь, - поторопился успокоить свидетеля следователь. – Вы рассказывайте. Второй раз просить Анатолия не пришлось. И он со всеми подробностями, добавляя к событию новые, вспомнившиеся детали, пересказал все происшествие, начиная с эпизода приглашения Эдуарда к их столу, и заканчивая веником, что оказался в его руке вместо девчонки. -Вот, вы не поверите, - горячо и убежденно твердил Анатолий, жестикулируя руками и приглашая в помощь своих товарищей, которые активно поддакивали. – Но я ведь из рук ее не выпускал, несмотря на всю суету с пожаром, на эту толкотню и беготню. Точно, колдунья она. Ведь заметно было, что пламя и ее коснулось, слишком приметно и волос обгорел, и одежка слегка в ожогах, пятнах таких с чернотой. А ей хоть бы хны. Ни грамма на лице страданий от боли. Я, говорит, отомстила за папу, которого он убил. Только вот этот Эдик еще чуток поживет, чтобы насладиться болью, а потом, мол, она его собирается добить насмерть. Даже не знаю, что у них там могло произойти, когда он мог ее обидеть, да только Эдик – мировой мужик. Такой на преступление не способен. Да еще человека убить – бред какой-то! В этом факте Анатолий попытался горячо и убедительно заверить следователя, а его товарищи усиленно кивали головами в знак подтверждения. Виноградов выслушал рассказ, стараясь быть предельно внимательным, чтобы не упустить детали, но в конце все равно вручил визитку Анатолию и попросил его для протокола явиться в прокуратуру с самого утра. -Только, прошу вас, быть трезвым, чтобы вам веры больше было. Да и не прилично в такое заведение являться выпившим. -Да я и сейчас правду говорю, - искренне обиделся Анатолий на недоверие по причине легкого хмеля в организме. -Я вам и сейчас верю, - поспешил заверить следователь. – Но в протокол хотелось бы внести рассказ трезвого свидетеля. Утром следующего дня, когда Виноградову из дежурной комнаты сообщили о появлении приглашенного им вчерашнего свидетеля пожара Анатолия, Леонид Алексеевич поспешил набрать номер телефона помощника и пригласил его свой кабинет, чтобы заслушать его рассказ вместе. -У меня сейчас будет интересный свидетель по вчерашнему пожару в гаражном обществе на юге города. Не хочешь его послушать интересный рассказа? – приглашал Леонид Михаила. -И с каких это пор мы стали вдруг заниматься пожарами? – поначалу даже не понял причины приглашения удивленный Михаил. – Или вы взяли, как дополнительную нагрузку? -Во-первых, по приглашению твоего друга Лисовенко. Он почему-то мне позвонил, хотя и у него с тобой соглашение. А уже, во-вторых, так по той причине, что фигурант нас может заинтересовать. Думаю, понял о ком речь? – ответил Леонид, намекая на автомобильное происшествие на перекрестке. -Да ну? – воскликнул Михаил и буквально через минуту сидел в кабинете Виноградова на стуле аккурат напротив следователя. – Девчонка еще раз проявила себя? Ну, и кто в этот раз? -Некий Кулик Эдуард Денисович. Ну, подробности нам сейчас повторит свидетель, некий Анатолий Викторович Погодаев. Сосед по гаражу этого Эдуарда. И он не просто видел, но и держал за руку нашу девчонку, едва не поймал, да ушла. И по фотографии опознал в ней нашу Варвару. -И что связывает нашего пострадавшего на дороге с этим погорельцем. Разумеется, кроме девчонки. -Место работы. Одна компания и один отдел. То есть, совместная трудовая деятельность. А потому, сразу после разговора со свидетелем, отправишься по адресу компании, и постарайся без привлечения к себе внимания, разузнать про этих двоих пострадавших максимум информации. Мы предполагаем наличие преступников, вырезавших обе семьи, от четырех до пяти человек. И если этот фантом нашей Варвары мстит своим обидчикам, то попытайся выяснить круг их трудового общения. С кем они могли быть, настолько тесно связаны, что решились на совместное преступление. Не обязательно в фирме, возможно и за ее пределами. Однако, эти сообщники имеют с ними нечто общее. -Глупость, конечно, ляпну, Леонид Алексеевич, - немного помявшись и смутившись своей невероятной сумасшедшей версии, внезапно пришедшей на ум, неуверенно проговорил Михаил. – Но мне так представляется, что ежели уж поверить в наличие фантомов, так они должны быть в образе одного из погибших. А наша Варвара жива и вполне здорова, как ставят ей диагноз доктора. Просто крепко спит, да и только. Даже они понять причину ее сна не могут. -Не болтай глупостей, Миша! – отмахнулся от бредовой идеи Леонид, абсолютно не зацикливаясь на мистических версиях преступления. – Ни в колдунов, всяких там ведьм, а уж тем более фантомам, верить даже не планирую в ближайшие сто лет. Пока из ума не выжил, - добавил твердо следователь. – Имеется в наших случаях некое материалистическое и вполне здравое объяснение. Просто мы пока его не видим, а потому не понимаем. -Не знаю, не знаю, - неуверенно произнес Михаил, однако свою версию развить не успел. В кабинет вошел свидетель Анатолий Погодаев. Леонид вышел из-за стола навстречу Анатолию и за руку поздоровался со свидетелем, приглашая присесть на стул рядом с помощником, пододвигая к нему пепельницу, если тот вздумает курить. -Это Михаил, мой помощник. Анатолий Викторович, расскажите, пожалуйста, еще раз и с максимальными подробностями вчерашнее происшествие. Сегодня уже под протокол. Мой помощник будет записывать. -Да я всегда, пожалуйста. Мне повторить несложно. Только нового я ничего добавить ко вчерашнему рассказу не смогу. Ведь мы с друзьями услышали крик, когда находились в своем гараже. То есть, в моем. И когда выскочили наружу, так гараж уже пылал, а она, эта сумасшедшая, стояла рядом и вовсе даже не собиралась скрываться. Даже эдак громко и с пафосом заявила нам, что это она сама лично и подожгла гараж вместе с Эдиком. Вот что удивительно, так это ее предположение, словно в этом была уверена на все сто процентов. Хотя, в таком пекле и мы сами не были уверены, что Эдик не погибнет в огне. А она заверяла, что сейчас он лишь получит свою заслуженную порцию боли. И предупредила, что чуть позже его убьет. Да, прямо так мне и сказала. Я не один это слышал, товарищи рядом стояли. И Анатолий еще раз повторил свой рассказ, пересказанный вчера два раза. Он и сегодня никак понять не мог, откуда у него в руках оказался этот веник, словно она в него и превратилась. -Так ведь у меня в гараже и в помине не было такого. Из дома старый, весь потрепанный еще весной, где-то в начале марта принес. А этот новенький, поди, и пыли не знавший. Была рука, я ее хорошо ощущал, а потом, как глянул, а вместо нее у меня этот веник. -Ну, вырвалась, скорее всего, - недоверчиво ухмыльнулся Михаил. – Вот и подсунула его вам, чтобы вам казалось. -Так в том-то и дело, - в отчаянии восклицал Анатолий. – Смирнехонько стояла, даже не пыталась вырваться. -Что ж это, получается: стояла, словно уверенная была в побеге? А потом все-таки умудрилась вас перехитрить. -В том-то и дело, что стояла, словно кукла тряпичная. Так и выходит, что знала, как от меня сбежать. -Хорошо, - закончил свой опрос свидетеля Леонид. – Подписывайте протокол и можете быть свободны. Если понадобитесь, мы вас вызовем. Ну, а коль вспомните что, или ваши товарищи припомнят, так ко мне бегом. -Минутку, Леонид Алексеевич, - внезапно попросил задержаться свидетеля Михаил, словно нечто припомнил. – Анатолий Викторович, ну, а как соседа по гаражу вы знаете Эдуарда? Не подскажете, когда он последний раз был в своем гараже, ничего подозрительного не происходило? -Вот точно не припомню, - задумавшись и покопавшись в памяти, неопределенно произнес Анатолий. – Но давненько не встречался. Больше месяца. Он, как я слышал, в отпуске был, с супругой ездил куда-то отдыхать. А мальчишка его, он с моей дочкой в параллельном классе учится, у родителей это время проживал весь месяц. Во, вспомнил, точно! – обрадовано воскликнул Анатолий от внезапного озарения памяти. – Сразу после майских праздников. Ну, да, именно четвертого мая, утром. Он с товарищем заскочил, взял кое-что из вещей и убежал. Я его еще спросил, куда, мол, спешит, а он так и сказал, что на пикник. -А товарища его знаете? -Нее, первый раз видел. Ну, в принципе, я-то близко и с Эдиком не общаюсь, он в гараже не любит выпивать, как я, - сказал и слегка смутился своего откровения, а потом добавил в оправдание: - Так, где еще с друзьями выпьешь, как не в гараже? Дома супруга возражает. А вот Эдик, так тот предпочитает дома пить. Ну, а если признаться, так я его пьяным ни разу не видел. -То есть, четвертого мая он с друзьями шел на пикник? – попытался уточнить дату Леонид. -Да, четвертого. Ну, это он мне сказал, а, правда это, или нет, то я не знаю. Сужу по его словам. Когда Анатолий покинул кабинет, Леонид, пристально уставившись в Михаила, медленно по слогам произнес: -А Изотов утверждает, что с утра с женой по магазинам бегал, а потом дома чемодан паковал и с женой выпивал. Или Кулик без него ходил? Так, Миша, дуй в больницу и расспроси нашего Эдуарда о его присутствии на пикнике четвертого мая. С кем, где и сколько. В общем, пока они не успели состыковаться, послушай, что нам скажет Кулик про этот праздник. Михаил схватил свою папку и быстро выскочил из кабинета, словно торопился успеть на некое важное свидание. Разумеется, если это его компания устроила резню в лесу, то они уже прослышали о мести некой неизвестной девчонки, и постараются собраться всей компанией, чтобы выработать единую версию проведения майского пикника. А сам Леонид решил навестить офис компании, чтобы там расспросить и разузнать о круге общения этих двух, успевших пострадать от некой мстительницы, что не просто калечит, но и зачитывает вердикт. Чувствует Леонид, что месть уже дожидается следующего. Ох, неспроста эта девчонка настолько схожа с единственной выжившей Варварой Дроздовой. И своей местью, если она и будет продолжать в том же духе и темпе, она выявит фигурантов преступления. Вот только она бы еще им пару фактиков для доказательной базы подбросила. От таких мыслей Леонид даже усмехнулся. Размечтался. Она им живых фигурантов подбрасывает, в открытую обвиняя, так будь добр, потрудись и докажи их причастность к деянию. Хотя, если уж полностью поверить ее угрозам, то за акцией устрашения последует их уничтожение. Когда Михаил зашел в палату, в которой лежал весь перебинтованный и упакованный, словно кокон бабочки, Эдуард Кулик, то тот уже бодрым голосом общался с соседями по палате, словно и не было пожара и кошмарной боли, что в знак отместки подарила ему мстительница. -Помощник следователя Михаил Юрьевич Стасов, - представился он Кулику и присел рядом с кроватью на свободный стул. – Можно просто Михаил. А вы, Эдуард, насколько мне известно. Ну, как мне уже понятно, глядя и слушая ваши рассказы, то вы способны ответить мне на вопросы? -Ну, да, - слегка испуганно, но быстро справившись с внезапным волнением, ответил Эдуард. – Спасибо докторам, избавили меня от этой кошмарной боли. Казалось, что с ума сойду, настолько пекло. А вот ожил и уже практически не ощущаю. Правда, доктор сказал, что несколько дней придется пожить на обезболивающих. Но это уже не так страшно, как было. Эдуард внезапно предположил, что эта сумасшедшая девчонка, сотворив свое злодеяние, сбежала, и вряд ли кто мог ее видеть и слышать. И тогда ему лучше о ней вообще не говорить, чтобы не выносить на суд причину этого поджога. Но Михаил, вдруг раскусив и расценив эту задумчивость и сомнения Эдуарда, поспешил с разоблачением, не позволив развивать собственной версии. Пусть знает и пытается как-то объяснить действия девчонки. -Это была она? – разрушив надежды, показал он фотографию Варвары в окружении дедушки и бабушки. – Это фотография прошлого года, но она на ней хорошо запечатлена, узнать не сложно. -Так вы ее поймали? – испуганно спросил Эдуард, срочно в уме придумывая теперь уже новый вариант оправданий. -Пока нет, но, надеемся, что это дело времени. Так все-таки, вы мне не ответили, хотя по вашей реакции я понял ответ, как утвердительный. То есть, вы ее узнали, это она устроила вам пожар в гараже. А зачем она это сделала, она вам хоть сказала, за что решила вас сжечь? Вашему соседу она призналась, что мстила вам за что-то, мол, пока еще не насмерть. -А знаете, - все еще мялся и не решался открываться хоть на толику, Эдуард, великолепно понимая, что ее слова могут приблизить к разоблачению, если не полностью раскрыть преступление на берегу озера. – Все настолько быстро и скоротечно произошло, что я даже не успел разобрать из ее слов сам смысл. Да, она мне про какие-то обиды говорила, ну, что когда-то обидел ее, да только признаюсь, как на духу, в этот день я видел ее впервые. Даже предположить не могу, что и как. Вообще-то, за последние годы никого обижать мне не приходилось, даже собственного сына. А уж о жене и говорить не стоит, только слова любви. -Хорошо, - согласился с ним Михаил, пока еще до конца не уверенный, является ли Эдуард одним из убийц, вырезавших две семьи на берегу озера. – В таком случае, распишите мне весь день, как и с кем, вы провели, начиная с утра и заканчивая поздним вечером четвертого мая сего года. Насколько мне известно, так это был последний ваш день перед отпуском. Поподробней, пожалуйста, с кем, что и как. Мне сейчас важны каждые детали. -А зачем вам этот день? – поначалу даже искренне удивился Эдуард, абсолютно не понимая заинтересованности следователя к этой дате. Но вдруг, мгновенно осознав и припомнив подробности этого дня, его бросило в жар, в холод и в дрожь одновременно. Спасибо кокону, в котором он находился в данный миг, а иначе выдал бы себя с потрохами. И Эдуард поторопился восстановить нервное равновесие, чтобы скрыть излишние волнения и страх. – Ну, понимаете, я как-то вот так сразу и не припомню, что я делал в этот день. -А я вам напомнил, что этот день был последним перед отъездом в отпуска. Насколько мне известно, так вы на следующий день с супругой уехали на отдых. А вот четвертого мая вы забегали с другом в гараж за некими аксессуарами для пикника. Сосед Анатолий видел вас, он нам и рассказал. Ну, надеюсь, теперь вы все вспомнили, сумеете рассказать? -А причем здесь сосед и пикник? – уже смелее начал Эдуард, понимая, откуда и почему этот Михаил интересуется именно этой датой. Видать, спросил он у Толика о нем, а тот и признался, когда и как видел его в последний раз. Так он и не предполагает о том кровавом преступлении, а просто хочет узнать, где и когда могла произойти их встреча с девчонкой. Знать бы хоть, кто такая она. – Ну, да, теперь я конечно припоминаю. Да, действительно, на пикник мы с друзьями собрались, - добавил он, уже принимая решение, рассказать всю правду о том застолье, разумеется, исключая убийство и место, с которого они начали пикник. – Шестеро нас было. Ну, удачную сделку обмыть решили. Хорошо поработали, вот и решили расслабиться, - и, перечислив всех участников пикника, понимая, что здесь обман легко вскроется, да и правда такая не опасная, ведь все это они узнают и без его помощи, Эдуард добавил: - Мы сразу пошли к Святому источнику. Хорошая вода рядом, народу мало. Ну, кроме тех, кто за водой приезжал. Вернулся домой рано, потому что, как вы говорили, планировали поезду, собраться нужно было, хотя, и без меня жена все собрала. -Возвратились вместе, или каждый в разное время. Я так думаю, что кому не спешилось, так остались у Источника? -Нее, ну, разумеется, закончили вместе. А потом разошлись, каждый, кто куда. Я сразу на дороге тачку поймал, а им в другом направлении, поэтому со мной никто не сел в такси. Да и так, за год друг на друга настолько насмотрелись, что отдохнуть от этих лиц хочется. Ну, а возвратились с супругой позавчера. -Изотов Валерий на пикнике присутствовал с вами? Я вот смотрю на список, так он был в компании. -Ну, разумеется, я же вам сказал, - поторопился с ответом Эдуард, внезапно заподозрив в этом вопросе подвох. – А почему вы так спросили о нем? Разве он отрицает присутствие? -Я вам, Эдуард, сейчас кое-какие детали поведаю, а вы призадумайтесь и попытайтесь кое-что вспомнить. Авось, услышав от меня эти подробности, вы по-иному посмотрите на этот несчастный случай. Так вот, Валерий Изотов позавчера, аккурат, когда вы возвратились с поездки, попал в автомобильную катастрофу. И лежит он в этой же больнице этажом выше. И попал он под автомобиль с помощью вот этой девчонки. И приговор она ему зачитала аналогичный. Вот мне только немного непонятно, почему вы боитесь вспоминать его? -Я вовсе не боюсь, - торопливо проговорил Эдуард. – Я и в самом деле, не расслышал и не понял, что она мне наговорила. И никак не могу понять, что я ей такого плохого сделал, что она мне смерти пожелала. Я правду говорю, я ее впервые видел в гараже, когда она это сделала. -Да не ей, а ее брату и ее родителям кто-то причинил зло, и за них она хочет вам отомстить. А ее, вполне допускаю, вы могли и не видеть, - уже более требовательно говорил Михаил, улавливая в отговорках Эдуарда фальшь и испуг. Он очень сильно испугался этого открытия. -Да нет же, не мог я причинить ее родным зла! Хотя, может, когда что и могло случиться, вполне допускаю. Но только не в этом году. И нарушений у меня никаких не было по вопросам безопасности вождения. Я очень аккуратный водитель. А что случилось с ее родителями и братом? Они под колеса какого-нибудь пьяного водителя попали, а она подумала на меня? – решил схитрить и выдвинуть свою версию мести Эдуард. – Так тогда это точно не я. Я не только смертельных случаев сумел избежать, но и простых мелких аварий. -Хорошо, - решил закончить допрос Михаил, уже на 90% уверенный, что Эдуард ему врет и трясется от страха. Вполне допустимо, что причастен он не к этому убийству, хотя, в их тихом городе за последние годы подобных преступлений он не может припомнить. Случались два-три эпизода в году на бытовой почве. Жена мужа-алкаша скалкой насмерть прибила, силу не рассчитала, муж жену застукал и прирезал в порывах яростной ревности. Года два назад молодой парень в драке погиб. И все! А девчонка предъявляет им убийство всей ее семьи. И кроме этого случая иного преступления не случилось в их округе. Но, если верить девчонке-мстительнице, то тогда есть необходимость и в мистику поверить. Варвара Дроздова физически не могла покинуть больницу. И, главное, месть свершает не ночью, а белым днем. Ладно бы, случились эти эпизоды ночью, что как-то оправдывало бы версию с лунатизмом или иными какими-либо пороками. А она с утра до ночи под присмотром врачей и деда с бабкой, что по очереди дежурят у ее кровати. Когда Михаил позвонил Виноградову, чтобы отчитаться о проведенном допросе, Леонид успел уже посетить фирму и владел аналогичной информацией о пикнике и о его фигурантах. -Так тогда я не могу понять, почему Изотов врет? Ладно бы, другой день, но ведь именно четвертого мая он собирался к отъезду. Никак не мог позабыть про пикник. Стало быть, соврал умышленно, то есть, от страха, - предположил Леонид, выслушав подробный отчет Михаила. – И Кулик врет про Святой Источник. Рядом, поди, были они с этими семьями, что-то не поделили, вот пьяная ссора и завершилась убийствами. А детей убивали, как лишних свидетелей. Я узнал, что четверо из них не планировали отпуска, а тут внезапно вдруг собрались и уехали. Ох, Миша, по-моему, все они вшестером причастны к этой кровавой драме. Вот только с какой стороны подойти к ним, так даже и представить не могу. Ни единой улики не оставили. А брать на испуг, так такой факт никакой суд не примет. -Леонид Алексеевич, - внезапно в монолог следователя вклинился Михаил. – Так ведь, как сказал Кулик, их на Святом Источнике видели и запомнили многие. А это от места преступления довольно-таки далековато. Даже представить себе трудно, как они после свершения убийства перебрались к Источнику? Или настолько отмороженные, что такой факт их даже не взволновал? Разумно после резни, замести следы, и бежать, куда подальше. -Водка, как анестезия совести, Миша, - предположил Леонид. – Начали на берегу озера, подпили хорошо, потом устроили по какой-то причине эту резню, и, чтобы создать себе уверенное алиби, продолжили пьянку у Источника. По-моему, моя версия имеет право быть правдоподобной? -Логично, допускаю, - согласился с версией начальника Михаил. – Будем разрабатывать эту шестерку? Ну, установим наблюдение, их контакты, как между собой, так и с другими. Неправда, проколются где-нибудь, понимая, что мы наступаем им на пятки. -Да, ты прав, - подтвердил свои намерения Леонид. – Очень скоро, если не уже, они узнают об этих бедах со своими товарищами. И о проделках этой девчонки. Я понять не могу, кто она, но, думаю, нам необходимо выставить охрану у ее палаты. Мне так кажется, что со страху они попробуют навестить ее. И не с целью узнать о ее здоровье. Днем дед с бабкой дежурят, а вот на ночь необходимо кому-нибудь из наших. И не допустить их даже близко до нее. -Думаю, Леонид Алексеевич, что недолго нам ее охранять придется. Скоро, как мне кажется, в больнице окажутся и эти четверо. И здесь мы против нее бессильны. Не верю в сказки, но мстит им некая колдунья. -Ты мне тут не приписывай деяния ведьмы или колдуньи, - разозлился и рассмеялся Леонид от такой версии помощника. – Имеет сие деяние некое разумное объяснение. Просто нам оно пока недоступно. 5 Седов нервно мял сигарету в руках, отхлебывая кофе из чашки и постоянно бросая взгляды в окно, поджидая своих товарищей. А они все не шли. Хотя, он же, когда всех обзванивал, то четко и ясно определил время встречи в кафе. И слабые попытки отказаться или подыскать причину, оттянуть встречу, он категорично и жестко пресекал грубой тирадой в адрес любителей утреннего сна. -Ну, Игорь, - лениво простонал в трубку Андрей Володин. Хотя, аналогичное нытье он услыхал и из уст Константина и Василия. – Вчера поздно приехал, до полуночи разбирал чемодан, потом с женой побаловался. Под утро только и уснули, а ты звонишь в такую рань и трубишь сбор. Пожар, что ли, случился, нельзя подождать хоть до обеда? Теперь понравится моя зевота? -Да, пожар, и плевать мне на твою зевоту, перетерплю как-нибудь, - сквозь зубы рычал, но шепотом и еле слышно, чтобы, не дай бог, какой посторонний не услышал и не заподозрил его в чем-либо непотребном. А посторонними были в спальне жена, а в детской сын. 14 лет, уже все понимает и соображает. Сумеет домыслить. – И чтобы все трое были в «Сером Волке» ровно в 9.00. иначе может оказаться потом поздно. За месяц, поди, отоспались, как суслики. Я жду, и чтобы никаких опозданий. Сами потом поймете мою спешку. И сейчас Игорь нервничал, психовал, но обвинять друзей не мог. Все еще без пятнадцати девять. Это он не мог ни минуты лишней усидеть дома, поскольку полночи не спал, а вторую половину лишь на мгновения проваливался в дрему. Не спасал и коньяк, выпитый посреди ночи. Да еще жена рядом настолько крепко спала, тихо посапывая и похрапывая, что его такой факт просто бесил. Тут катастрофа вселенская приближается, все рушится и рассыпается, с такой любовью выстроенное и выпестованное, а ей хоть бы хны. Хотя, и к ней он сейчас несправедлив. Женщина даже духом не мыслит о его проблемах. Муж приносит деньги, обеспечивает семью с лихвой. О чем ей переживать? Потому и спит крепко и сладко ему на зависть. В принципе, до вчерашнего дня и у него самого никаких переживаний даже в мыслях не могло возникать. Да, наломали они перед отъездом дров, точнее, тел, да все уже далеко позади. У полиции даже намеков на их причастность к этой кровавой драме возникнуть не могло и даже не присутствует. Вовремя и грамотно успели подчистить следы и перебрались к Святому Источнику, изобразив, на поляне следы, уже, довольно-таки длительного пребывания на этом месте. И за это время к Источнику и к ним самим подходили многие из тех, кто знал как Седова, так и всю их компанию. А вот вчера, не успели они с женой переступить порог своей квартиры, как мать с сыном насыпали им ошеломляющей информации полный короб, или, если уточнить, черепные коробки. И если супруга Галя охала и ужасалась таким фактом, как это жестокое преступление в их тихом районе, то сын успел донести до ушей отца информацию, внезапно сковавшую всего Игоря ледяным нервным обручем или железными оковами. -Да глупости все это и байки со сплетнями, - попыталась вмешаться в сказки внука мать. – Слышала я, что девчонка, случайно выжившая в этой резне, в больнице лежит, в коме до сих пор. И уж бродить по городу средь бела дня и творить всякие безобразия, словно мстительница некая, она никак не могла. Кто-то что-то сказал, не подумавши, а дети и рады раздуть сплетню. Два этих случая, происшедших друг за другом через день, как мать, так и сын рассказывали со всеми подробностями. Разумеется, он с удовольствием посмеялся бы над глупостью сплетников, если бы не был тот черный день четвертого мая реальностью. И Игоря, сопоставляя эти две истории и приписывая их к той дате, почему-то месть девчонки не рассмешила. И ему на ум почему-то пришла мысль именно о своих друзьях-товарищах, пострадавших от рук девчонки-мстительницы. И в самом деле, в их городе крупных ЧП за последние годы не случалось, чтобы можно было сейчас пофантазировать о неких посторонних. Но обзванивать друзей, чтобы уточнить свою версию, он не отважился в присутствии родных, чтобы не вызвать даже тени подозрения. И бежать на улицу ради этого звонка, где в свои права вступила ночь, у него аналогично не хватило мужества. Разумеется, полностью поверить в сказку сына о девчонке-мстительнице он не пожелал, однако некий внутренний ужас все же не пустил его в эту темноту. Вдруг в данную минуту она его дожидается? Промаявшись всю ночь, он все же не выдержал и ранним утром обзвонил всех пятерых, сразу же подтвердив свою ужасную догадку. Кулик и Изотов в больнице. И если Кулик поджарился позавчера, то сегодня, если верить распорядку мстительницы, можно ожидать следующую жертву. И кто следующий? Игоря больше пугала именно эта мистика, поскольку его личная уверенность, что следствие в тупике, была на все сто процентов. Нет, нужно срочно вносить в эту белиберду ясность и понимание. Поэтому оставшейся тройке он приказал жестко и строго явиться на срочное совещание. И вся эта тройка, как оказалось, аналогично с ним явилась из поездки вчера поздним вечером. Словно сговорились. И, стало быть, могут просто не владеть информацией ни по этим происшествиям, ни о фигурантке в этих делах. Неужели, там оказалась еще одна, которую они не приметили? И которая видела их, и решилась на самостоятельную месть. -О, Игорек! – слегка пьяно и торжественно, вваливаясь в кафе, словно сговорившись и специально встретившись для этой цели где-то за углом, все втроем, Андрей, Константин и Василий. – Вроде, как мы договаривались, выходим на работу послезавтра. К чему такая спешка и таинственность? Или новое срочное дело объявилось? Так и сказал бы, намекнул по телефону. Мы все за. -Сели все и примолкли! – не поддерживая их веселья, скомандовал Игорь, но руки все пожал дружелюбно. – Нового дела нет, а вот со старым разобраться следовало бы. Возникли некие осложнения. Друзья выразили на своих хмельных лицах удивление и легкое недоумение, но решили подчиниться, и сели за стол, примолкнув на время, чтобы выслушать Игоря, решив, что возникла проблема с той последней сделкой, деньги с которой уже потрачены. А что попрятали по кубышкам, так возвращать их у всех желание отсутствовало напрочь. Оно уже свое и родное. -Слушать, готовы? – спросил Игорь, дождавшись от всех кивка головой, отображающего согласие, и продолжил разговор. – Информацию о событиях четвертого мая все прослушали? Дошла до всех? -Погоди, Игорь, - решился нарушить общее молчание Андрей. – Ты, это, о тех на берегу озера? – склонившись над столом, прошептал он. В кафе в такое раннее утро никого, кроме скучающего бармена, не было. Но произносить вслух подробности той драмы он не осмелился. – И что говорят? Насколько ты знаешь, так мы лишь вчера возвратились. Так что, ничего и не от кого мы не слышали, кроме той информации по центральному телевидению из «Чрезвычайных Происшествий». А есть проблема? Вроде, сработали чисто. -Кстати, а где Эдик с Валеркой? Ты что, их не приглашал? – вдруг спросил Константин, обнаружив в их компании такую существенную недостачу. – Или они еще не возвратились? -Вот это и есть главная причина, по которой я вас собирал с такой срочностью и требование. Кстати, Вася, ответь всем предельно внятно, четко и конкретно – ты убил свою девчонку, ты в ее смерти убедился? Мне даже представить невозможно, что в той мясорубке у кого-то из жертв был шанс на жизнь! И все-таки такое произошло, что даже удивительно. -А что случилось, шеф? – как-то нервно и с дрожью в голосе спросил Василий, окидывая взглядом все застолье, будто его обвиняют в чем-то ужасном. – Ну, лично я ручаюсь, что она была мертва. Я ее всю искромсал, сам же видел, с каким ножом вернулся. Ну, если только какое чудо не произошло, так я особо в чудеса не верю. Сказки закончил читать еще в детстве. -Да, Игорь, - спросил Андрей, которому уже порядком надоели невнятные вопросы и подозрительные намеки. – Я-то предположил, что у нас проблема с последней сделкой, а ты о какой-то девчонке спрашиваешь. Поди, даже если их и быстро нашли, то все они за этот месяц успели в могилках подгнить, - нервно хихикнул Андрей, вставая со стула и направляясь к бармену. – Кому что взять? – спросил он, разворачиваясь в сторону столика с друзьями. – Лично я сегодня пью только вино. Хватило вчера крепких напитков. Дурак старый, полночи пил. -Прихвати и нам вина, - попросил Константин и повторил вопрос Василия. – Объясни причину срочного сбора, если он не касается работы. Пора уже конкретизировать вопросы, оставить непонимания на потом. -Хорошо, внятно и конкретно говорю, - решился Игорь, когда с вином в руках вернулся от бармена Андрей. – Валера угодил под автомобиль, а Эдик обгорел в собственном гараже. Вот по такому поводу я вас и собрал, если вам интересно знать о судьбе Кулика и Изотова. -Вот, черт! – с досадой в сердцах воскликнул Андрей. – И надолго они к койке приковались? Ну, как я понял, что оба они выжили, поскольку о них ты говоришь не в прошлом времени. -В прошлом, но как о живых, - поправил Константин, которого даже рассмешило такое попадание сразу после отдыха. -Да, как говорится, чудом выжили, и даже несильно пострадали. Хотя, это мнение их жен, я им звонил с утра, а вот такую информацию и услыхал. Более конкретно узнаю у врачей и у них самих при посещении. -Плохо, - констатировал сам факт Андрей. – Без них дело может застопориться. Ну, да ладно, если ничего ужасного, так и потерпеть можно. Только все равно я не могу понять, зачем нас собирал. Ведь о таком можно было просто по телефону рассказать, да не в такую рань собирать. -А теперь немного конкретики. Дело может и потерпеть, - каким-то загадочным тоном произнес Игорь. – Ну, это если ничего подобного не произойдет и с нами. А оно очень даже возможно. -Не понял? – удивился Константин. – Если оба эти придурка угодили в больницу, то почему нам может угрожать нечто подобное. Гореть я не желаю, под машину не попаду, поскольку на зеленый свет перехожу. -Валерку под машину толкнула девчонка. Она же подожгла Эдуарда в его собственном гараже. И это не хулиганская выходка, а акция возмездия, потому что перед действиями она сказала вслух и при свидетелях причину своего безрассудства. Хотите услышать, какую? За убийство братика и родителей, за папу и маму. Вам это ничего не напоминает? Произнесенная информация прозвучала для них троих приговором, словно теперь и над ними всеми завис дамоклов меч, грозящийся в любой миг сорваться и покарать их повинные головы. -Так ты думаешь, что это Васькина девчонка сумела выжить, а теперь мстит нам за гибель родных? – неуверенно прошептал Константин. – Ты что, свин паршивый, ты вовсе и не собирался ее убивать? Отвечай, сволочь! – уже с силой рявкнул он в сторону Горбунова. – Пожалел, отпустил, да? -Нет, вы что? – перепугано, залепетал Василий, бросая умоляющие взгляды в сторону Игоря, словно просил у него защиты и опровержения обвинения. – Я же сам видел е мертвой. -Не она! – спас от испепеляющих взглядов Андрея и Константина, Игорь Василия, категорично тряся головой. – Видать, одна все же выжила. И именно та, которую мы прозевали, не заметили. Однако, Вася тоже опростоволосился. Его девчонка не издохла. Но в коме, чем пока для нас не опасна. Пока не очнется, а потому долго ее оставлять без внимания нельзя. -Ты! – в гневе Андрей вскочил со стула и попытался ухватить Василия за грудки. Но его перехватил Игорь и грубо усадил на место, жестким, но тихим голосом приказывая успокоиться: -Всем заткнуться и засунуть свои эмоции в задницу. Нам сейчас нельзя привлекать к себе внимания. Главное на сегодня – разобраться с этим явлением и избрать тактику защиты. Менты уже, как мать и сын донесли до меня, связывают то убийство с этими актами мщения девчонки. Даже странно, что, зная нас в лицо, она не собирается нас выдавать. Я так понял, что решила самостоятельно отомстить. Ну, тем, кого успела запомнить. Теперь прошу выслушать меня, что я предлагаю, как первостепенные задачи. Во-первых, я сам лично разузнаю и выясню, кто из детей сумел выжить в тот день. Скорее всего, так и есть. Спряталась в кустах и пересидела. Одну из них мы все-таки упустили, а потому не нужно искать виноватых. Не Васька не добил, а мы все вместе вообще оставили невредимой. Андрей и Костя навещают в больнице Эдуарда с Валеркой, и подробно расспрашиваете их об этом происшествии. И главное, выяснить вопросы, что задавал им следователь. Разумеется, и про ответы. Ну, а мы сейчас вырабатываем единую версию пикника четвертого мая. По часам и по минутам. -А с Васькой что? – с язвинкой в голосе спросил Андрей. – Вот так ему простить обман? -Во-первых, его девчонка в коме, а наша бегает по городу и мочит нас, почем зря. Так что, заткнулись и никаких распрей. Мы выживем, если будем вместе и друг за друга. Ну, а девчонку он свою навестит и все про нее разузнает. Как ее самочувствие, какие перспективы на здоровье и поправку. Ну, и постарается завершить незаконченное. Сам исправит свой ляп. -Я тебя умоляю, Игорь. Разумеется, поскольку она в больнице, то я не уверен в первоначальной версии, что он ее пожалел и отпустил на все четыре стороны. Поди, со страху и попасть толком не сумел, так, в песок ножом потыкал, да еще немного поцарапал. Ты хочешь, чтобы он окончательно завалил нас всех? Нет уж, - категорично и жестко, бросая ненавистные взгляды в сторону Василия, который уже находился на грани обморока, заявил Андрей. – Он пойдет со мной, а девчонкой пусть займется Костя. У него это получится лучше и надежней. -Хорошо, - согласился Игорь, с усмешкой заметив облегченный вздох и выход из обморока Василия. Разумеется, он уже понимал свою ошибку, доверяя во второй раз девчонку Василию, который просто физически не способен на убийство. – Пусть будет так. И все, Костя, сделать максимально аккуратно и предельно внимательно. Я бы, если честно, то с большим удовольствием добил этих придурков. Из-за этих тварей мы влезли в это дерьмо. Вот и расхлебываем до сих пор. И еще неизвестно, чем все закончится. Клянусь, что сразу после разборки, и лишь убедившись во всех своих версиях и предположениях, я этих двух ублюдков выброшу не только из нашего дела, но и из фирмы вообще, чтобы не встречать их подлые рожи. То им захотелось легких денег, задумали с наркотой и Сазоновым связаться. То на первых встречных баб набрасываются, словно изголодавшиеся самцы. И ножичками машут без разбора, даже мозги не напрягая. Выброшу к ядреной фене. От Васьки толку больше, чем от них, вредителей поганых. Ну, боится Васька убивать, так не каждый и отважится на мокрое дело. Зато работу выполняет исправно и послушно. Андрей с Константином недоверчиво посмотрели в сторону Василия, но, слегка поразмыслив, согласились с мнением босса. Самих их не порадовала эта кровавая разборка. Просто в тот миг командный голос Игоря как-то мигом подчинил их пьяные мозги. А уже назавтра они с ужасом вспоминали события того страшного дня. Ведь не просто убивали за какие-то провинности, а по причине идиотской выходки Эдуарда и Валерия. Но теперь обратной дороги нет, ленту жизни не перемотаешь. В принципе, плевать они хотели на этих погибших. Да вот некую девчонку сумели проглядеть – это беда, которая напрягала и грозила полной катастрофой. Боже упаси, не девка страшна, а разоблачение, что последует за этими акциями мщения. Ведь беспредел творит, шмакодявка, оглашая громко вслух приговор, изобличая в деяниях неблаговидных. И у следствия подозрения возникают. Не просто так она прицепилась к ним, а имеется за ними некий грешок. Валерий, увидев в дверном проеме Василия, обрадовался этой встрече, словно навестил его в этот миг самый лучший, близкий и любимый человек. Хотя, таковых в ближайшем окружении и в недалеком прошлом нечто подобное не просматривалось в его биографии. Ну, жена Алевтина и дочь Вера в счет не принимаются. Этих двух женщин он любил иной любовью, которая к чувствам дружбы и товарищества не относится ни по каким параметрам. Просто после тяжелой болезненной ночи, что непрерывно беспокоило его сознание, медсестра по рекомендации врача сделала ему обезболивающий укол, и вновь к Валерию возвратилось восторженное радостное возбуждение с любовью к жизни и ко всему окружающему. -О, Васька! – взвизгнул Валерий, протягивая в сторону друга обе руки сразу и пытаясь встать с кровати. Однако Василий, получив некие консультации и рекомендации врача, поспешил воспрепятствовать этим попыткам, укладывая Валерия на подушку и уговаривая, не противиться и выполнять советы врачей, отдавшись в их власть без оглядки. – Ну, говори, дружок, как и где, погулял? По роже видать, что отпуск удался. А мне, вот, видишь, сразу же, ну, почти сразу с пляжного лежака попало на больничную койку. И дернул же черт переться к этому перекрестку. Главное, на той стороне мне и делать нечего было. Никак до сих пор вспомнить не могу, какого дьявола на эту зебру на красный свет вступил. -Слышишь, Валера, а я слышал, что ты не сам под машину прыгнул. Вроде как, помогли тебе доброжелатели. -Да? – искренне удивился и немного испуганно переспросил Валерий, но выкручиваться и выискивать оправдания не стал. – Да, мне уже следователь говорил. Мол, какая-т холера толкнула меня. Но вот в девчонку я никак поверить не могу. Возможно, кто рядом с ней стоял, а на меня подумали. Или толкнул этот другой. Откуда она на мою голову могла взяться? -Так ты и не видел ее? -Я даже толчка этого не слышал. Стою на тротуаре под светофором, потом удар грузовика и все, дальше сильнейшая боль и потеря памяти. Хорошо еще отделался, одни синяки, да и только. Ночью ломает сильно, а утром чем-то нашпигуют, и даже собственного тела не чую. -А про что тебя следователь спрашивал? Ну, если ты не видел ее, то и знать не мог, кто и как? -Понимаешь, - перешел на шепот Валерий, хотя в палате в это время соседей не было рядом. – Он с чего-то про четвертого мая меня спрашивал, так я сказал ему, что весь день дома с женой пробыл. Только с утра по магазинам пробежался, и все. А про пикник ни слова не сказал. -Плохо, - покачал головой Валерий. – Тебе хоть про Эдика кто рассказал, или ничего не знаешь? -Нет, - как-то расстроено и обеспокоенно ответил Валерий. – А что, он уже тоже возвратился? Он с женой уезжал, по-моему. -В гараже позавчера обгорел. Я сам не видел, не слышал и не знал. Вчера Седову мать с сыном городскую сплетню доложили, вот он нас с утра сегодня собрал и довел до наших ушей. А плохо сказал, потому что мы все вшестером на пикнике были. И, скорее всего, Эдик и про тебя следователю рассказал. Получается, что ты умышленно ему соврал про отсутствие на пикнике. -Слушай, Вася, - уже окончательно испорченное настроение навевало на некие неприятные ассоциации. – Я что-то никак понять не могу, кто и как связывает это дорожное происшествие с пикником четвертого мая? Мы, вроде как, чисто за собой прибрали, алиби создали у Источника. А следователь, почему-то именно этот вопрос больше всего мусолил. -Девчонка тебя толкнула под колеса. Она же и Эдика подожгла. И при этих акциях она вам приговор зачитала. Мол, это ее месть за убийство родных. Проглядели мы одну девчонку там, на озере. Эдуард Андрея встречал с меньшей радостью и оптимизмом. Слух о некой паршивой девчонке с ее угрозами сегодня с утра добрался и до его палаты. А ведь он рассчитывал, что эта чертовка бежала от пожарища сломя голову. А тут ему еще с его ожогами припарка от следователя с напоминанием события четвертого мая. Ведь сопоставили события, сложили эти оба происшествия и огласили версию. Если эта мерзавка угрожала и мстила за такие убийства, то, как предполагает Эдуард, иных в их тихой местности и не происходило. Ведь специально дождалась возвращения его из поездки, чтобы затем проследить и поджечь. И сейчас по выражению лица Андрея Эдуард так и предположил, что тот вряд ли прибежал сразу по прибытию в город навещать пострадавшего товарища из-за сострадания. Да, работа и левый бизнес у них совместный. Ну, еще редкие застолья после удачных сделок. А вот проявление подобных сантиментов он у товарищей по работе не наблюдал до сих пор. Неужели следующая месть этой паршивой девчонки заявила о себе? -Привет, Андрей! – тихим голосом, но с некой затаенной надеждой, что ошибается в версиях, проговорил Эдуард. – Вот, видишь, как получилось? Не успел вернуться, как угодил на очередной отдых. Только вот с загаром перестарался, шкурка слегка перегорела до черноты. -Это хорошо, что слегка, - присаживаясь рядом с койкой на стул и пожимая обернутую многими слоями бинтов руку, с легкой иронией проговорил Андрей, обдавая Эдуарда свежим запахом алкоголя. Чувствовалось, что и вчера хорошо выпил, и сегодня успел приложиться. – О Валерке слыхал? -А что с ним? – холодея от ужаса, уже менее бодрым и дрожащим голосом спросил Эдуард. – Я ведь никого еще и увидеть не успел, как сюда угодил. Ты сам, когда вернулся-то? Мне следователь говорил что-то про аварию да, про какую-то девчонку, так я ничего так и не понял. -Я, Седов и Костя вчера. Да и Васька, по-моему, я не уточнял. Ну, мы с Костей, так получилось, что под ночь дома оказались. Вещи разбросали, с коньячком в семейном кругу поужинали и в койку завалились. Васька, вроде как, пораньше, ну, а Игорь тоже под вечер дома оказался. -Вы с Костей вместе отдыхали, что ли? -Да нет, не так, я вовсе не об этом. Я к тому, что мы никакой практически информацией не владеем. Это Седову мать с сыном сразу всю информацию со сплетнями вперемежку свалили, а нам было некому. Так вот, Седов нас и собрал по этому поводу с самого утра, чтобы ввести в курс дела. Валерку под колеса толкнула твоя шмакодявка с аналогичными угрозами. -Да-да, мне следователь так и говорил об этом, да только я как-то не особо поверил ему, - решил признаться Эдуард. – Как-то все звучало из его уст нереально и слегка попахивало некой мистикой. -Да нет, все реально и натурально, - хмыкнул Андрей. – Понимаешь, Эдик, разумеется, Игорь сейчас обо всех этих перипетиях поведает и уточнит у своих источников. Но, насколько уже ясно, то некая девчонка все же выжила в той мясорубке. И теперь у нее возникла бредовая идея: жестоко нам отомстить за потерю близких. И Васькина девка не издохла, выжила и сейчас в коме лежит. Костя пошел уточнять в детское отделение о ней. -А может, это она и есть, а? – со слабой надеждой спросил Эдуард. – Там, мне так кажется, никого в живых не осталось, кроме Васькиной девки. Это, как же нужно было промахнуться, а? -Нет, она в коме, это факт. А на озере была еще третья, что выжила. А Васькина, хоть и выжила, но уже месяц, как мне известно, лежит без движения. Еще Валерка, придурок, следователю туфту сморозил. Мол, не было его в тот день на пикнике четвертого мая. А ты, как я понял, о нас всех шестерых доложил? -Да, а что? – испуганно пролепетал Эдуард. – Так врать смысла не было, только запутал бы все, как этот дурак, и у следователя лишние подозрения по нашу душу возникли бы. Мы же специально с этой целью и ушли к Источнику, и пробыли там все вместе подольше. -Все правильно, в этом ты прав, как сказал, так и мы все говорить будем. Мол, с самого начала пили у Святого Источника. Тем более, что свидетелей, видевших нас там, полно. -Скажи, Андрей, - трясущимся голосом лепетал Эдуард, вдруг ощутив реальность угрозы, исходящей от этой неизвестной девчонки. Она ведь смерть ему обещала, а он сейчас в таком беспомощном состоянии и сопротивление оказать ей неспособен. Вот, лежит себе, окутанный и опутанный. – Ты хоть представляешь, кто она такая, эта мстительница? Если одна из сестер, то и адрес у нее имеется. А вдруг вот так она всех нас в больницу уложит, а затем сдаст в полицию, а? Или, что еще похуже, как и обещала, убивать начнет. -Не понял? – удивленно воскликнул Андрей. – Так ты говоришь, что будто, толкая Валерку и поджигая тебя, она предполагала выше выживание? И как это она могла об этом знать? Да вы сами-то не очень были уверены, что так легко отделаетесь. А она настолько самоуверенно? -Ну, да, говорила, мол, сначала получи хорошую порцию боли, а потом и смерть примешь. Представляешь? Она нам еще расписание своей мести продиктовала, словно идет по плану. -Вот, черт! – уже абсолютно неуверенный в будущее, чертыхнулся Андрей. – Ты хоть запомнил ее, чтобы знать при встрече, от кого ждать пакостей. Это она нас запомнила в лицо, а я теперь всех девчонок пугаться буду. Ну, разумеется, кроме своей Машки и ее подружек. -Мне следователь фотографию показал. Она там с дедкой и бабкой стоит. Это была она, я ее сразу узнал. И одежда слишком даже похожая, и взгляд этакий пронзительный, словно уже с фотографии обвиняет. -Ну, и ладно, давай, лечись. А я к Седову побежал. Если у следователя есть фотография, так они про нее знают все, и, стало быть, могут встретить и расспросить. Только теперь, как мне кажется, она ему нас выдавать не пожелает. У нее на нас иные планы. А знаешь, это даже к лучшему. Она начинает охоту на нас, а мы устроим охоту на нее. Ведь в ее планы не входит следователь и прокурор, а сейчас без ее показаний у них на нас ничего нет, кроме свидетельств этой мстительницы. Так что, от следователя сумеем отбиться. Оставив Эдуарда в смятении и в страхе, Андрей созвонился с Игорем и сообщил ему эти важные детали, кои узнал из уст Эдуарда. И на скоростях помчался к нему навстречу, чтобы уже в тихом укромном месте, вроде какого-нибудь кафе, обсудить и перетереть новые обстоятельства. Они, эти последние вести, вносили в ситуацию, как обнадеживающие моменты, так и прибавляли тревог. Но в любом случае, легче справиться с девчонкой, чем пытаться оправдаться перед следователем. Ведь, получив такого важного свидетеля, они и улики, предполагая подозреваемых, отыскать, сумеют легко и беспроблемно. Практически невозможно, а это и наукой доказано, побывав в любом месте, не оставить следа пребывания. И ежели целенаправленно копать, то результат можно получить положительный. И с таким приподнятым настроением он несся к Игорю. Однако те факты, что стали ведомы Седову, ошеломили и потрясли Андрея, лишив на время его дара речи. -Эта и есть Васькина девка. Мне свои люди, как некий фантастический роман, и доложили. И не по ночам, а именно днем она беспрепятственно покидает пределы больницы и навещает свои жертвы. И это несмотря на бдительность врачей и медсестер, и под постоянным контролем своих стариков. Ну, я имею в виду деда с бабкой. У меня даже в голове эта мысль не желает вмещаться, - взволнованно объяснял Игорь Андрею, сидя за рулем своего автомобиля. Выпитое вино в данную минуту его меньше всего волновало. От ДПС-ников он откупиться сумеет, а вот от следователя, который прижмет его ногтем к столу, вряд ли. Такое может и не получиться. – Я не могу до Кости дозвониться. Нельзя его в больницу пускать, засветится и разоблачит себя и всех нас. Как пить дать, сейчас за этой девкой следят во все глаза. И стоит кому-либо из нас появиться, как сразу картинка этого убийства проявиться во всех деталях. Что же он, эта скотина, телефон не берет? Ты не в курсе, он не за рулем? Ну, может, уже успел посетить ее и куда-нибудь едет? -Нее, мы вдвоем с Васькой на такси, а Костя хотел домой заскочить по своим делам, а уже оттуда в больницу. Не успеем, Игорь, звони Ваське, пусть перехватит его. Он только что был у Валерки. Или, если уже ушел, то где-то рядом. По времени, Костя может еще и не дойти до больницы. -Звонил, - зло и жестко гаркнул Игорь. – Там, аналогично заблокировано. Сговорились они, что ли? Вот, когда нужно, так до них не дозвониться, да все, конец, он уже там, скорее всего, - ударив по тормозам, в отчаянии в сердцах воскликнул Игорь, понимая проигрыш на этом этапе. – Нет смысла и нам теперь там рисоваться, поехали по домам. Если его там засекли менты, так наше появление лишь прибавит им подозрения. И я, дурак, эмоциям поддался. Игорь Седов развернул автомобиль и уже без нервной спешки порулил в сторону дома. Волевой, властный и жестокий босс превратился в растерянного, потерянного и перепуганного нашкодившего мальчишку, который мягким местом чувствовал надвигающуюся жестокую порку. Он уже безумно жалел, что в том лесу четвертого мая подчинился пьяным эмоциям. Сдавать нужно было этих подонков Эдика с Валерием. Ну, да, на некоторое неопределенное время их подпольный бизнес заглох бы, временно приостановился. А сейчас их ждет полный провал. Длительными сроками они вряд ли обойдутся. На пожизненный их деяние тянет. И трудно даже оценить, что для них сейчас легче и проще: попасть в лапы следователя или встретиться с аналогичным результатом, что Эдуард с Валерием, с юной мстительницей. Жизнь на краткое время превратилась в неустойчивое и шаткое безумие, то есть, рушится и рассыпается, как домик из песка. Стоило лишь создать небольшую тряску. -Всем говорить и утверждать о своей полной непричастности к этой кровавой разборке. А спросить, теперь они нас спросят обязательно. И прижмут сильно и больно. Но мы с утра сидели у Святого Источника. И не поддаваться ни на какие уловки следователя. Ты меня понял? Так всем и передадим. И готовься к большой нервотрепке. А главное, так постарайся на все сто процентов убедить в этом свою жену и дочь. Город маленький, слухи распространяются быстрей радиоволн. Не сегодня, завтра они узнают и о той драме, к которой мы как-то причастны, и о девчонке, что сумела этим двум уродам отомстить. А мы в тот день были с ними вместе, и потому косых взглядов и щекотливых вопросов не избежать. Вот и постарайся быть убедительным, докажи всем, что ты на такое неспособен. -Черт, Игорь, а может, и этих уродов замочить, а? Ну, сам поразмысли: девчонка угрожала вслух и публично, она и исполнила. А мы запросто можем сочинить версию, что эти двое на какое-то время отходили от нас. Ну, мы, как-то и внимания на такой факт в тот день не обратили, что они отсутствовали. Мало ли зачем? А вот сейчас сложили, осмыслили и к такому выводу пришли. -Знаешь, Андрей, - призадумавшись на несколько секунд, ответил Игорь. – А ведь, твоя идея имеет право на существование. Стоит над этим поразмыслить. Это, разумеется, для нас четверых – единственный спасительный выход. Только, как тогда быть с девчонкой? -Ну, а потом, разумеется, с максимальной аккуратностью и осторожность и девчонку того, кончить. Она в коме, стало быть, может и сама умереть. Но в любом случае нам четверым необходимо, если следователь пригласит на собеседование, эту версию легким намеком донести до его ушей. А что, я неправ, что ли? Они, эти суки, кашу заварили, так пусть и расплачиваются. Ну, мы не станем им так открыто утверждать, а намеком, что по пьянке, мол, особого внимания и не обратили, а вот сейчас, как нам кажется, эта сладкая парочка покидала пикник на неопределенное время. И чем они занимались, так нам было как-то безразлично. Мало ли? -А ведь ты, Андрей, полностью прав, - уже взбодрившись, и уверенным голосом отвечал Игорь, внезапно в этом предложении Андрея увидев единственный и верный выход из столь критического и деликатного положения. – И нам ничего не остается, как только топить их, этих двух придурков. А им напрямую скажем, что иного им самим не придумать и не поделать, как ни согласиться. Не сразу, мол, это мы и чистосердечно каемся, а постепенно, когда прокурор предъявит неопровержимые улики. Пусть сами по полной программе ответят, нас не касаясь, а мы здесь, на воле, пообещаем присмотреть и оказать максимальную помощь семьям. Пользы от коллективного утопления ни им, ни нам не будет. А так, хоть будет с воли им и финансовая, и моральная поддержка. Согласятся, не окончательно поглупели. Это ведь им сами проще и легче оправдать свое зверство. Погорячились, а теперь каются. Василия они увидели, когда тот выходил из такси. Андрей свистнул, и Василий быстро подбежал к ним, словно только и ждал такой команды, и запрыгнул на заднее сиденье автомобиля. И сразу же, шутя и иронизируя, намекнул Игорю на его нетрезвое состояние за рулем. Такое не только он, но и товарищи видят впервые, чтобы Седов мог позволить такую вольность. -Вот нам сам постоянно талдычит о правилах поведения за рулем. Ну, и чего вдруг пошел на такое злостное нарушение? Или деньги девать некуда? Сейчас можно напороться и на принципиального гибддшника. -Заткнись и скажи, какого хрена телефон заблокирован? Звоню, звоню, а он мне все зачитывает на двух языках: «абонент заблокирован или временно недоступен». Нам сейчас постоянно нужно быть на связи, чтобы в любой миг связаться друг с другом, а ты отключен. И Костя молчит, как рыба об лед. С ума посходили, что ли, или уже все страхи позади, и нам некого бояться? -Ну? – откровенно удивился такой агрессии босса по столь пустячному поводу, срочно меняя шутливый тон на серьезный и деловой, спросил Василий. – Во-первых, я немного не понял наезда, - сказал и продемонстрировал свой телефон, доказывая, что он работоспособен и готов к приему. – И не понимаю, чего это вам я оказался недоступен. Только в больницу и обратно, а здесь связь исправная. А Костя, как я понял, в это время находился в детском отделении. Вполне возможно, потому и отключился, чтобы вдруг не ко времени не зазвонил. А потом, этот придурок, я имею в виду Валерку, следователю навешал лапши, что четвертого мая близко к лесу не приближался. Мол, с самого сранья с женой в дорогу паковался. И такая откровенная ложь следователю – повод для серьезных размышлений. Я уже намекнул ему, чтобы все срочно возвращал назад. Мол, даты перепутал или просто забыл, а так, то он, как и мы все, весь день провели у Святого Источника. Сказал, что исправит ляп. -Ладно, забыли, - уже миролюбиво говорил Игорь, и подробно описал Василию, сочиненную Андреем, версию события четвертого мая с фактами, что Валерий с Эдиком отлучались на некоторое время, а спьяну уточнить срок не можем. Вот, когда ушли и когда вернулись, не припоминаем, поскольку пили много, говорили не меньше, и внимания на них особого не обращали. Ни к чему, вроде как. Тем более, что факт отлучки имел место. Только после этого последовала ошибка, когда кто-то предложил пройтись и посмотреть на их рожи. Лучше бы они, вообще не в курсах оказавшись, были, так и не случилось бы последующих страхов. -Так это же больше километрах от места, где мы их мочили, до Святого источника. Могут не поверить. -Ну, и что? Пьянка все спишет. Куда, зачем, и сколько они ходили, нам не обязательно уточнять. -А они сами с вашей версией согласны? Ну, обидятся, что так кидаем их, и заартачатся. -Ну, если честно, так их согласие нам не понадобится. Их все равно девчонка добьет. И потом, какая им разница, с нами под вышку идти, или без нас? Закладывать мы их не собираемся, сразу с откровениями к следователю не побежим. Вот пригласит, мы напряжем память и будем лепить себе алиби. То есть, теперь каждый за себя, и это будет справедливо. Мы их не уговаривали мочить туристов. И, между прочим, попытались их выручить. А если уж так пошло, то пусть принимают дар судьбы, - словно подведя итоги, закруглил совещание Седов. Детское отделение, где лежала выжившая девочка Варвара, находилось в соседнем подъезде от хирургии на втором этаже. Домой Константин, оставив Василия с Андреем одних, забежал, чтобы переодеться. Утром было прохладно, а вот сейчас ближе к полудню летнее солнце пригрело, добавив к выпитому вину дополнительные градусы. В больницу Константин решил идти в летнем легком костюме, чтобы не париться и не потеть. В приемном покое больницы работала его старая знакомая. По этой причине друзья и отправляли именно его в больницу к девчонке. В его задачу входил сбор информации о состоянии Варвары, которые он незаметно и без подозрения получил от этой женщины. Однако, решив проявить инициативу, поскольку хмель приглашал к подвигу, и ему захотелось о Варваре узнать немного поподробней. И разведка местности не помешает. Он уже планировал на будущее, коль от него такое потребуется, явиться в одну из ночей к своей подружке, усыпить ее ласками и любовью со слабой дозой снотворного, чтобы та особо и не поняла причину своего сна, а затем свершить задуманную акцию умерщвления ребенка. Разумеется, смерть должна выглядеть естественно или близко к этому. Как, что и чем, он придумает немного погодя. Это уже не столь проблематично, поскольку сейчас на ум разумная мысль не приходила. Но ведь сегодня иные намерения, поэтому и напрягаться не хотелось. Он уже поднялся на второй этаж и стоял на последней ступеньке, когда распахнулась входная дверь в отделение, и перед Константином остановилась маленькая девочка в шортах и футболке. Отделение детское, потому на явление ребенка никаких опасных ассоциаций у него даже возникнуть не могло. Поскольку девчонка преградила ему путь, то он решил просто сместиться слегка вправо и обойти ее. Ругать, требовать и повышать голос на постояльца этого заведения ему не хотелось. Мало ли что за заболевание у этого ребенка? Вполне допустимо, что девочка плохо видит, а потому не заметила препятствие в виде взрослого мужчины. Однако на его попытки с маневрами девчонка аналогично переместилась, вновь преграждая ему дорогу. Иронично усмехнувшись, посчитав ситуацию комичной и веселой, Константин попытался взять ребенка за плечи и сместить ее влево, освободив себе путь. Но девчонка оказалась зрячей, а потому сумела ускользнуть от его рук. -Дядя Костя, - внезапно неким жестким злым голосом проговорила девчонка. – Ты зачем убил моих близких и любимых? Они тебе не успели даже зла причинить, а ты лишил их жизни. Или ты посчитал их лишними на земле, вам всем показалось, что они помешали гулять? Так в лесу места было слишком много, чтобы вот так встретиться и не разминуться. Ее слова не просто шокировали, но и парализовали Константина, лишив его возможности отвечать или вообще сбежать от этой коварной и жестокой мстительницы. А факт, что это и есть она, он уже не в силах отрицать. Только бежать отсюда без оглядки, уже проклиная момент, когда эта пьяная инициатива возобладала над разумом. И иного способа, как вернуться обратно, то есть, по лестнице в низ, у Константина не оказалось. Сделав шаг назад, он внезапно понял, что оступился, чувствуя, как теряет равновесие, и последующее падение для него окажется смертельным. Пробуя взмахами рук восстановить равновесие, Константин лишь ускорил свое падение, уже окончательно осознав бесполезность сопротивления. -Я причиняю тебе боль, а умрешь ты немного погодя, не сейчас. А пока испытай частичку страданий, тобой убиенных. Только пойми и прими, как факт, что на жизнь ты прав не имеешь. Потерял ты их на берегу озера. Словно судья зачитала приговор девчонка громко и внятно, что ее даже отчетливо расслышали на площадке между вторым и третьим этажом посетители, навестившие своих больных детей. И хотя этого уже и не требовалось, девчонка двумя руками подтолкнула Константина, который, пытаясь как-то, если не удержаться, так хоть до минимума смягчить падение, пытался вцепиться в поручни. Но это у него не получалось, и он покатился по ступенькам, словно мешок с неким грузом, лишь остановившись на площадке, сильно ударяясь всем телом о стену. Пронизывающая, кошмарная, страшная боль ворвалась в тело, словно поломанные кости и порванные жилы защемили все нервные окончания и жалили тупыми ядовитыми иглами, приостанавливая дыхание и удары сердца, не позволяя Константину кричать и взывать о помощи. И весь ужас еще заключался в том, что сознание его не желало покидать, словно по команде мстительницы оно воспринимало все муки и страдания, позволяя вкусить весь ее ассортимент. Наблюдавшие и слышавшие этот поединок две женщины и мужчина поспешили с площадки вниз, чтобы оказать помощь пострадавшему и не позволить сбежать виновнице этой беды. Однако девчонка вовсе и не собиралась скрываться, медленно по ступенькам спускаясь к своей жертве. Мужчина, спешивший на помощь Константину, поравнявшись с девчонкой, с силой ухватил ее за плечо. Однако внезапно, словно обжегся от ее пронзительного жгучего колючего взгляда, резко отдернул руку, как от раскаленного металла. Но девчонка совершенно не планировала бегство, и даже не попыталась покинуть место преступления, словно провинившаяся. Она остановилась и, глядя мужчине в глаза, объявила: -Я мщу за братика и за папу с мамой. Он их убил, лишил их жизни, а потому и получил эти муки. Сказала и не спеша пошла вниз, словно не произошло этого ужасного болезненного толчка. -Сережа, ты зачем отпустил ее? – взвизгнула женщина, попытавшаяся побежать за девчонкой, чтобы выполнить задержание, не получившееся у мужчины. Но этот Сережа удержал ее от неоправданной попытки, поймав женщину за руку и не позволяя преследовать мстительницу. -Лариса, ты же сама слышала, что она говорила, ее никак нельзя, но и невозможно задержать. -Девчонка так и сказала, что мстит за гибель родителей и своего братика, которых убил он. Эта же та девчонка, о которой всякие слухи-сказки ходят. Так получается, что все это правда она и в самом деле, мстит убийцам. Тем, что убили на берегу озера две семьи. И этот мужик третий. Женщины, не добежав до корчащегося в муках и стонущего от сильной боли Константина, замерли в неподвижности от слов мужчины, бросая косые взгляды то на Константина, то на уходящую девчонку. Ни пускаться в погоню, ни оказывать помощь пострадавшему они не решались. Наконец-то, когда от девчонки и след простыл, мужчина по имени Сергей, как назвала его Лариса, побежал в соседний подъезд в хирургическое отделение, чтобы позвать врачей на помощь. В кабинет к следователю Виноградову, широко распахнув дверь, не вошел, а вбежал его помощник Михаил Стасов. Глаза его горели озорным и неким нервным от перевозбуждения огоньком. Словно нечто, из ряда вон происшедшее, как нервировало, так и забавляло его одновременно. -Ну? – нетерпеливо спросил Леонид, уже понимая неординарность некоего события, так повлиявшего на помощника. – Говори уж, что могло тебя так взбодрить, что прямо светишься весь. -Все, Леонид Алексеевич, баста, можно смело снимать охрану с палаты Варвары Дроздовой, - выдохнул Михаил, шлепаясь на стул. -Так, а теперь с максимальными подробностями и стараясь не перескакивать с места на место, как ты обычно предпочитаешь, - предчувствуя некую подоплеку к этому неразумному предложению, попросил Леонид. – Преступники, как понимаю, задержаны и изобличены. -Нет, однако, третий с многочисленными ушибами и приличным сотрясением мозга угодил на больничную койку. А теперь отгадайте с трех раз: где это произошло, и кто в этом виноват. То есть, по какой причине такие травмы. -Уже догадываюсь, даже почти уверен, - с некоторым огорчением произнес Леонид, абсолютно не понимая радостного тона помощника. – Девчонка постаралась. Это на вопрос кто. Вот с ответом где, слегка затрудняюсь. Хотя, приблизительно могу назвать: некая высота, с которой она его сбросила. -Вы даже не поверите, - захлебываясь в восторгах, восклицал Михаил, - но он шел к нашей Варваре. И она его, некоего нам известного, Булюка Константина Юрьевича, спустила вниз головой по ступенькам. Мне только что позвонили. И позвонил лечащий врач, который обещал нам сразу сообщать обо всех событиях, касательно нашей Варвары. И совершила она свой акт возмездия при трех свидетелях с читкой аналогичного приговора. Мол, поначалу будет боль, а потом последует смерть. Понимаете, она сама себя защитит покруче любой охраны, не дупуская даже близко к палате Варвары. Ну, я хотел сказать, что защитница не сама Варвара, а некая ее копия, которая охранят эту девчонку. Во, наговорил, что и сам не совсем разобрал, что сказал. Ладно, мы вместе едем в больницу, или я сам? -Нет, езжай один, Миша, а я навещу нашего общего знакомого Седова. Как нам известно, он в их компании главный, то есть, негласный босс. Так что, если у них имеется такое скромное желание, как выжить, так пусть поспешат с явкой с повинной. Мне так кажется, что и Горбунов с Володиным причастны к этому убийству. Вот на эту тему с Седовым и поговорю. -Леонид Алексеевич, а может, арестовать их всех для их же блага, а там, прижать, они и расколются. -Нам им пока предъявлять нечего. А Варвара спит, когда находится под присмотром. Выходит, что стоит отвернуться, как она спешит с мщениями? Хотя, полный бред. Не способна она так артистично сыграть роль двух девчонок: девятилетнюю беззащитную, и такого же возраста, да решительную и мстящую. Не у каждого профессионала настолько правдоподобно получится. Ладно, покажешь нашим свидетелям в детском отделении фотографию Варвары, что они на это скажут. Хотя, мне их ответ уже ясен, укажут, что была она. Все трое рассматривали предъявленную Михаилом фотографию с раскрытыми от удивления ртами. Оказывается, она хорошо известна полиции, и потому им весьма непонятна причина, почему полицейские не принимают никаких мер. Возможно, эти пострадавшие и есть истинные убийцы, но легко допустить и ее ошибки. Так ведь могут пострадать и невинные. -Вы правы, и я с вами полностью согласен, - попытался разъяснить сложившуюся ситуацию Михаил. – Однако эта девчонка, что отображена на фотографии, лежит без сознания уже больше месяца в палате на втором этаже этого детского отделения. Вы, я даже уверен, в курсе причин ее болезни. Вот и объясните, как мне задержать больного неподвижного ребенка? Врач подтвердил слова Михаила. Да еще в это время рядом с Варварой находилась ее бабушка Анастасия Юрьевна, которая не могла пропустить момента, когда ее Варенька покинула палату. Да и как, если за такой срок болезни даже признаков возвращения из непонятного длительного сна ни разу не фиксировали. Спит Варвара и не пробуждается. А лунатизма за ней не наблюдали. Да это ей нужно было не просто встать и покинуть палату, но и предварительно переодеться в одежду, которой, кстати, ни в палате, ни по близости нет. -Нет, нет и нет, - категорически утверждал доктор. – Я эту бредовую идею за реальность принять не могу. Ищите эту мстительницу за пределами больницы, это уж ваши прямые обязанности, а Варвару даже не пытайтесь беспокоить. Мы боремся за ее жизнь, а вы нам такие сказки. Седов, впуская в квартиру следователя, поначалу растерялся и с трудом унял противную дрожь. Но, осознавая, что его не арестовывать явились, а просто посетить с некоторыми вопросами, он успокоился и уже уверенным тоном пригласил гостя в свою комнату, обустроенную под личный кабинет. В своей двухуровневой квартире ему пожелалось иметь именно свой отдельный кабинет, который всегда закрывал на ключ от посторонних любопытных глаз, позволяя матери лишь иногда под его личным присмотром проводить уборку. Но чаще пыль смахнуть он и сам не считал за тяжкий труд, поскольку никто в этой комнате особо и не пачкал. -Игорь Сергеевич, не буду я лукавить и юлить, а сразу хочу поставить вас в известность, - начал жестко и безапелляционно Леонид, усаживаясь в кресло напротив Седова. – Совершено покушение на следующего вашего товарища Булюка Константина. И вновь нарисовался при исполнении акции главный фигурант, девчонка, так сильно похожая на Варвару Дроздову. И догадайтесь, где и как она подстерегла его? В больнице рядом с входом в детское отделение. При свидетелях девчонка столкнула его с лестницы, предварительно зачитав приговор. Она же истребляет вашу компанию, и получается у нее это весьма успешно. 6 -Я не знаю и даже предполагать не в состоянии, что это за мстительница такая, которая поставила своей жизненной целью, полное уничтожение вашей всей компании. Поймите меня правильно, она не шутит и не по-детски балуется с вашими жизнями. Она на полном серьезе взялась за вас, чтобы в крайний срок поначалу жестоко искалечить, позволив вам вкусить солидную порцию боли и страданий, а затем, собрав вас всех в одной палате больницы, это уже мои фантазии и гипотетические предположения, одним махом истребить. То есть, умертвить неким своим способом, - говорил, словно зачитывал приговор, следователь Игорю Седову, которого весть о следующем покушении на еще одного его товарища из их компании деморализовала и обезоружила, отняв остатки сил и разума для обороны и выстроенной заранее защиты. И это волнение, и панику легко замечал следователь. -Но, Леонид Алексеевич, поймите меня правильно, - все же собрал всю волю в кулак. И, стараясь говорить, как можно спокойней, равнодушней и сдержанней, Игорь решился выговорить, предложенную Андреем, версию о непричастности, оставшихся в целостности, находящихся в данный период, вне стен больницы. – Я не стану защищаться и оправдываться за всех, но о себе могу клятвенно заверить о своей полной неосведомленности по этому убийству. Да мне сын и мать еще вчера с подробностями описали эту трагедию в лесу на берегу озера. И совпало именно так, что в этот день мы отмечали неподалеку от этого места свой успех в своих делах. Да, лишку выпили, да, допускаю, что перебрали. Насколько я осведомлен, так убийство произошло на берегу озера в километре от того места, где мы пили. Но пили, каюсь, много. И за деяния всех своих товарищей клятвенно поручиться не могу. Даже могу допустить, хоть и с большой натяжкой, участие этой троицы в драме. Но сразу оговариваюсь, что лишь предполагаю. А потом, ребенок, ну, девчонка эта, что устроила самосуд, могла и ошибиться. Ребенок, однако, несмышленый. Леонид внимательно выслушивал оправдательный монолог Седова, пытаясь уловить в его голосе дрожь или сомнения в своей правоте. И, признаваясь, и у него самого проскользнула нечто схожее с этой мыслью. А вдруг? Ну, ведь девчонка и в самом деле, чересчур мала. А там, сидя в кустах, и прячась от пьяных обезумевших убийц, могла обознаться и принять компанию Седова за тех, кто и в самом деле совершил преступление. И первоначальное волнение Седова имеет оправдание. Кому же легко слушать, что кто-то, приняв вас за подлых убийц, устроил такую жестокую карательную акцию. -Так какого хрена, в таком случае, ваш Булюк поперся в больницу в детское отделение, где лежит Варвара Дроздова, если вы так пытаетесь меня уверить в вашей непричастности и возможной ошибки девчонки? – спросил Леонид, решив сразу не соглашаться с Седовым. -Во-первых, - услышав в голосе следователя слабый намек на сомнения в собственных версиях, осмелевший и приободрившийся Игорь решил уже твердо стоять на своей позиции. Он никого не собирался яростно и с пеной на губах оправдывать в невиновности и непричастности к убийству. Побольше сомнений и обычных предположений, - Константин шел, скорее всего, в хирургическое отделение, навестить Изотова и Кулика. Ну, перепутал подъезды, они ведь, рядом, а он, насколько я осведомлен, услугами бесплатной медицины не пользуется, и в этой больнице оказался впервые. А во-вторых, я не утверждаю, их непричастность к этому пошлому деянию, а лишь предполагаю. Да, мы уже много лет вместе трудимся, но, сразу же оговорюсь, кроме дела у нас ничего общего. Все праздники, как личные, так и государственные порознь. И ежели случаются вот такие застолья с выпивкой, так они, насколько припоминаю, не чаще двух-трех раз в году. Но в тот раз, так уж случилось, на радостях лично я сильно перебрал. Вполне допускаю, что кто-нибудь из них и отлучался от стола, поскольку сидели мы долго. -Только эти трое? -Говорю же вам, что не уверен я ни в чем. Но лично сам в этой грязной бойне участия не принимал, так это, как факт, утверждаю категорически, - заверял настолько клятвенно Седов, что чуть было и сам не поверил в свою непричастность, настолько убедительно говорил он эти слова следователю. -Хорошо, Игорь Сергеевич, - уже весь в сомнениях и неуверенности вставал с кресла Леонид и жестом попросил Игоря проводить его к выходу. – Возможно, и такое, в ваших словах прозвучала искренность. Я поверю вам, однако, будем дожидаться дальнейших действий вашей девчонки. -Ну, почему она наша, зачем вы так убедительно пытаетесь ее к нам приписать, словно даже сомнений нет, что она направила свои мести на нас всех? – искренне возмутился Игорь подобным инсинуациям. – Она, скорее всего, ваша. Только немного не понимаю я вам, Леонид Алексеевич. Ведь она вам известна, как утверждают слухи и сплетни. Почему вы ее сами о нас не расспросите? Это же намного проще, чем огульно подозревать нас всех. -Обязательно спросим, Игорь Сергеевич. Сразу, как встретим, так и спросим, но никак не раньше, - сказал на прощание следователь и, увидев удивление в глазах Седова, добавил: - Эта Варя, что лежит в больнице и которую непонятно зачем, но догадываюсь, с какой целью пытался навестить Булюк, ею быть физически не может, поскольку находится в бессознательном состоянии уже второй месяц. И ни разу врачи еще не зафиксировали ее возвращение из забытья. А мстит вам, то есть, я хочу сказать, предполагаемым убийцам некая сильная, волевая и смелая, и слишком похожая на Варвару девчонка. И нам о ней ничего неизвестно, поскольку у нашей Варвары сестер не имеется. Так что, будьте предельно внимательны и осторожны. Я так предполагаю, что намерения у нее вполне серьезные. Следователь ушел, а Седов, уняв дрожи во всем теле хорошей порцией коньяка, схватил телефон и спешно отзвонился Андрею и Василию, подробно описав беседу со следователем и свои версии. -Топить теперь всех этих троих будим. Костя, придурок лагерный, без спроса и ведома поперся в палату к девчонке. Кто его надоумил? Ведь ясно предупреждал, что нам всего-навсего нужна пока лишь информация о здоровье девчонки. Не она это, не Дроздова, которая устроила эти самосуды. Та Варвара, мне так следователь и заявил, лежит в палате в коме, или в чем-то ином, но уже второй месяц без сознания. Теперь максимум бдительности, не подпускать к себе вот таких малолеток на пушечный выстрел, если хотите уцелеть. А она, насколько я понял, да и меня следователь надоумил, хочет всю нашу шестерку в кучу собрать. А потом уже без лишних хлопот и вот таких обездвиженных без напряг прикончить одним махом. Как вам такая перспектива? А она идет к цели танком. Сказано, сделано. Оставшаяся троица перешла в режим чрезвычайной ситуации с максимальной осмотрительностью. А для своих семей они уверенно выдвинули две версии: девчонка обозналась, или эти трое все-таки причастны к тому ужасному преступлению на берегу озера. И какая одна из двух версий имеет право на существование, так кто его знает. И убеждать жен и детей не приходилось, поскольку совместных общений у них не было, и семьи просто не могли увязать тех, уже пострадавших от рук мстительницы со своими мужьями. Но во всем у них, у мужчин, была неуверенность, некое недоверие и непонимание происходящего. Ежели Варвара в коме, то кто эта мстительница? Седов назавтра же навестил всех троих в больнице, искалеченных и прикованных к койкам, и пересказал свои мысли, грубо и зло, приказав им самим и самостоятельно теперь выкручиваться. Двоим за кашу, кою заварили, а Константину за глупую и неоправданную инициативу. -Ты зачем, козел, поперся в это детское отделение? – громким шепотом шипел Игорь на Константина. – Ну, узнал из уст своей знакомой всю необходимую информацию, так и достаточно, беги домой. Вот теперь сумей уцелеть и не расколоться следователю. А если пожелаешь признаваться, то будь добр, кроме своего имени не упоминай ничьи. Каждый сам за себя. -А вот ты думаешь, что вы так легко и просто останетесь в стороне? – зло и едва не плача от боли и обиды, пытался оправдаться Константин. – Да она вас всех где угодно достанет, скрыться не получится. Вот клянусь, что очень скоро в наших рядах пополнение получим. Если это не Дроздова Варвара, так этой мстительнице еще проще отыскать вас и покарать. Слишком нечто нереальное и неземное ополчилось против нас, словно нечисть из мистики. -Сам знаю, что охоту она не завершила, - рявкнул уже не столь уверенно Седов, признавая за девчонкой некую непонятную силу. – Да только теперь, благодаря вам, мы будем максимально осторожны и внимательны. Постараемся сами опередить ее. Уж таким лохом, как ты, я не буду. С ума сойти, столкнуться с глазу на глаз и не управиться с малолеткой. Уж не сверх какой-то силой обладает она. Ну, ничего, предупрежден, стало быть, вооружен. Я сам объявляю ей войну, ибо победителю в награду обещана жизнь, и никак не меньше. Оставил Игорь Константина в сомнениях, размышлениях и в опасениях за свое дальнейшее будущее. Ведь эта прошмандовка обещала смерть. Прав Игорь в одном: соберет она всех до кучи, заставил понервничать и подрожать в страхе. Мстит, холера, с фантазией, не желая простой смерти. Получите, господа хорошие, порцию боли, страха и страданий. А ведь получается, что тогда проще уж самому по доброй воле покинуть бренный мир, чтобы не трястись в ужасе и в ожиданиях смерти в лице убиенной ими же девчонки. Да, прав и он сам, силы против них ополчились неземные, нереальные, и тем страшней и бессмысленней цепляться за спасительную соломинку. Вот только не думал никогда о смерти, точнее, о добровольном уходе из жизни. А потому, даже не предполагает, как и с помощью, каких средств уйти безболезненно и с наименьшими страданиями? А ведь жить хочется до безумия. Так все наладилось, настолько комфортно и удивительно жить начали. Ему, Константину, вдруг пожелалось вот так немедленно и сразу вскочить с койки и собственными руками придушить тех двоих, что лежат на этом же этаже, только в разных палатах. И девчонке работу облегчить, и душу излить. Да и Игорь не лучше их, этого Валерки с Эдиком. Сам же, скот, не успев окончательно и грамотно оценить и рассмотреть ситуацию, как сразу приказал уничтожить всех свидетелей, включая и детей. А теперь, тварь эдакая, удумал, свалить все на троих. Обидно до соплей, да вот только радует подлая мыслишка о неотвратимости возмездия и для них самих. Ох, чувствует душа, что очень даже скоро и эти трое окажутся неподалеку с переломанными костями. Все шестеро были в лесу, творили зло, так всем им и ответить потребно равнозначно, как и полагается. А Игорь, выскочив из больницы, весь взведенный и перевозбужденный, запрыгнув в салон автомобиля, и нервно передернул рычаги, готовый рвать и метать, и даже выплеснуть обуявшую его ярость на своем автомобиле. Этот подонок, Костя, посмел ему угрожать некой соплячкой. Нет, не сама угроза его взбесила, а этот подлый прогноз. Хотя, признаваясь самому себе, он и сам уже начинал сомневаться в собственной безопасности, нарисовав в воображении эту девчонку неким монстром в детском обличии, словно злая колдунья мстит за настоящую Варвару. Врет все следователь, не может такого быть, чтобы совершенно посторонняя девчонка мстила за совершенно чужих для нее людей. И не было ее там, в этом лесу, голову он на отсечение дает. Она, эта мстительница, скорее всего, и есть та Варвара, сумевшая выжить после ранений, нанесенных ей Васькой. Видел он лично этот нож после расправы над ней. И самого Ваську видел и помнит состояние того. Кровь с лезвия стекала крупными каплями, а сам Васька был перепачкан в крови. А она выжила, стало быть, и есть ведьма или зомби. Не человек в плоти, а мстит им сам девчонка-дьявол, незаметно покидая больничную койку. И единственное, вернее, одно из единственных спасений – убить саму эту девчонку. Предложенный выход следователя Игорь отметает сразу. С повинной он не пойдет по одной простой причине, что грозит им всем пожизненный срок. А гнить свои остатки жизни в тюрьме - перспектива намного страшней смерти, которая легко избавляет от страданий. И лично сам убивать он девчонку не станет, чтобы не светиться в больнице. Знает и уже предполагает он будущего киллера. Денег хватит. Или, что намного безопасней, хлопнуть потом и самого киллера, чтобы обойтись меньшими затратами. Даже минимальными. Прикармливает он уже не один год одного наркомана, в надежде, что тот когда-нибудь может пригодиться. А потом всего лишь хорошая передозировка, и нет свидетеля. Ха, радостно, внезапно обрадованный радужными перспективами, воскликнул Игорь, ударяя по газам. Это же так легко и просто! А дело он обязательно развернет, да только с иными помощниками. Даже год внезапного перерыва никак не отразится на финансовых планах семьи и на его личных. Не зря всегда запас делал, понимая и предполагая возможность неудач. Вот этот вынужденный перерыв и наступил, когда пригодилась заначка. Он смотрел на дорогу, следил и контролировал обстановку, как поступал всегда. Но вот именно сейчас он даже понять не мог, откуда она взялась впереди метрах в двадцати от его автомобиля. Максимально с силой ударив по тормозам, Игорь рванул руль влево, с опозданием осознавая ошибочность маневра. Слева встречные автомобили, и эта попытка, избежать наезда на девчонку, смертельно опасна, поскольку теперь он выскакивает на встречную полосу. И, заметив перед глазами КамАЗ, несущийся ему в лоб, столкновения с которым избежать уже не удастся, Игорь вдруг с ужасом осознал, что так бездарно и глупо угодил в ее ловушку сразу же после клятвенных заверений перед Константином, что она его провести не сумеет. Да, это была она, та, которую он уже планировал перехитрить и физически уничтожить. А она опередила, потому что не была человеком. Это был сам дьявол. Точнее, дьяволица. Затем последовал оглушительный удар, вспышка в голове, вызванная кошмарной острой болью. Но и самое ужасное, что, услышав, как трещат его кости и рвется плот, он не потерял сознание. Боль захватила в плен все его клеточки, нестерпимо терзая и мучая, создавая впечатление ее бесконечности. Она исполняет свои обещания, строго придерживаясь слов, не отступая от планов. Сказала, что наградит болью и муками, вот и получи их. Движение на дороге мгновенно парализовалось остановившимися автомобилями и их хозяевами, поспешившими на помощь своему собрату по рулю. Попытки открыть двери потерпели неудачу сразу же. Но и через разбитое переднее стекло вытащить его не получилось, поскольку ноги Игоря оказались зажатыми в клещи. Толпа суетилась, вызывала МЧС, полицию, скорую помощь, многие водители стояли рядом с приготовленными к бою огнетушителями, чтобы враз загасить пламя, посмей оно возникнуть. А сам Игорь смотрел на всю эту суету широко распахнутыми глазами, умоляя и даже требуя, если не получается освободить, так хоть избавьте его от боли, добейте, чтобы наконец-то исчезли эти невыносимые кошмарные страдания. Однако народ не слышал и не понимал его просьб, продолжая лицезреть и предпринимать слабые попытки, распахнуть заклинившие двери, громко обсуждая аварию, и ожидая помощи специалистов, вызванных по телефону. А их все не было. Зато перед ним появилась девчонка, сумевшая приблизиться вплотную и успевшая, зло, усмехнувшись, прочесть свой страшный, но заслуженный вердикт: -Ты почему не остановил их, а? Ты зачем приказал своим подонкам вершить убийства? Ведь хватило бы одного твоего слова, чтобы спасти остальных. А там был мой братик. Да, папу с мамой уже убили до твоего появления, но братика убили по твоему приказу. Да всего на всего по той причине, что ты ничем не отличаешься от них. А теперь страдай и жди смерти. Она очень скоро явится, чтобы еще страшней напугать. Я всех вас уничтожу. -Сейчас убей, умоляю, избавь от этой боли, я больше не могу ее терпеть, - просипел губами неслышно Игорь. -Нет! – громко резанула девчонка и повернулась к нему спиной, шагая на толпу, чтобы покинуть это кровавое место, ею же устроенное. – До конца пройди муки ада, легко уйти не позволю. -Стой! – вдруг рявкнул из толпы мужчина, пытаясь ухватить девчонку за плечи, не позволив ей покинуть место преступления. Но, стоявшая рядом женщина, грубо отдернула мужчину от девчонки. – Ты что? – с обидой воскликнул тот на женщину, словно она его лишила права на свободные действия. – Это же она выпрыгнула на дорогу перед его машиной, я видел, она сделала это специально, словно пошутила. Только это смертельные шутки. -Ну, и что? – испуганно оправдывалась женщина. – Ты разве не слышал, что она ему сказала? Не понимаешь, что ли? Это же и есть та девчонка, которая мстит убийцам за смерть своих родителей. Весь город только об этом и говорит, а ты хватаешь ее. Пусть уходит, нельзя ее задерживать. -Спасибо, тетенька! – лукаво улыбнувшись, поблагодарила девчонка и нырнула в гущу толпы. Близко стоявшие соглядатаи, слышавшие диалог супругов, слегка ошарашенные от услышанного, расступились, пропуская ребенка и бросая в ее сторону восхищенные пугливые взгляды, не помышляя о ее задержании. Затем прибыли спасатели, медики и сотрудники ГИБДД, которые быстро и профессионально, распустив толпу и оставив возле себя для опроса нескольких свидетелей, разрулили автомобили, освободив дорогу для движения, спасатели извлекли Игоря из покореженного автомобиля, а медики с помощью уколов и бинтов поспешили избавить пострадавшего от страданий. Игорь после нескольких уколов ушел в забытье, где уже не было боли, страха и опасной мстительницы. -Ну, и что скажешь, Миша? – спрашивал помощника следователь Леонид, получив из больницы информацию о попадании по вине мстительницы очередного фигуранта преступления на берегу озера четвертого мая. – Арестовать этих, последних из оставшихся пока целыми, двоих, или пусть девчонка и их пощиплет малость? – добавил он иронично, усмехаясь. – А ведь божился, подлец, что абсолютно непричастен к этому делу. Мол, вполне допускает, что его собутыльники по пикнику, возможно, и приложили свои поганые ручки. А сам он чист, как стеклышко. Или, все-таки, девчонка ошибается, зазря калечит? -Вы хотите сказать, что не тех казнит, перепутала фигурантов? – спросил удивленный Михаил. – Сомневаюсь, однако. Ну, спутать одного, ошибиться максимум на двух, хоть и в этом имею сомнении. А она задумала покарать их всех до единого, кто был в том лесу в тот злосчастный день. Арестовать? Сами говорите, что предъявлять нам им нечего, кроме как свои предположения и догадки. Нет уж, пусть, коль пожелают избежать подобного наказания, приходят сами к нам с повинной. А облегчать им их участи, у меня особого желания не возникает. -Миша, ну, вот признайся, как на духу, ты способен поверить в мистику? – внезапно задал этот волнующий вопрос Леонид. – А я нет, но здесь в нашем деле присутствует явно нечто пока еще неопознанное и неизученное наукой явление, которое и творит эту кару. Поспрошал я стариков, соседей, погибших Дроздовых. Нет, и не было у них сестры-близняшки Варвары. И тогда у нас остается единственная версия – это и есть она сама. Как у нее такое получается – пока не скажу, поскольку и предположить не в состоянии. Но заметь, что на арену вступили явные темные силы, пожелавшие сполна отвесить убийцам по заслугам. -Нет, Леонид Алексеевич, - поспешил не согласиться с начальником помощник Михаил. – Не темные, а светлые. А я ее даже оправдываю. Даже не знаю и в страшном сне представить не в состоянии, на что сам оказался бы способен, случись нечто подобное с моими родными. Да еще, как понимаю, на твоих глазах. Тяжело и практически невозможно действовать законными методами, понимая, что при отсутствии улик их засудить нельзя, а если и сумеешь посадить, так заранее понимаешь, что убийцы в тюрьме будут жить, жрать и даже мечтать. Хорошо или плохо там, но и к такому за долгие годы привыкнуть можно, хотя, даже не представляю такое существование. И прогулка тебе, и еда, и кино покажут, и книги можешь прочесть. А главное – мыслить, мечтать и представлять. И еще сон остается, в котором ты свободен и независим от тюремных правил и законов. -Хотелось бы согласиться с тобой, да никак не могу, - печально констатировал, как факт, Леонид. – Ведь ничего поделать мы уже не в силах. Даже если этих двоих арестовать, чтобы спасти от возмездия мстительницы, так я теперь просто неуверен, будет ли для них тюрьма защитой от нее. А не сумеем уговорить на чистосердечное признание, так выпускать придется, где они еще с большей легкостью попадают под ее меч возмездия. Ведь, кто она и что из себя представляет, так мы и предположить нечто правдоподобное не в состоянии. -Леонид Алексеевич! – внезапно, словно в отчаянии, но голосом резвым и бодрым воскликнул Михаил, вскакивая с кресла и суетливо забегав по кабинету, измеряя его параметры шагами. – А ну их подальше! У нас с вами появился хороший помощник, разоблачающий и наказывающий преступников. Сверху, насколько я понимаю, так уж сильно не давят, поскольку не верят в мистику. Это по городу уже вовсю ходят слухи, осторожные и не слишком вычурные фантазии по поводу юной мстительницы. Так и пусть завершает начатое дело. А у нас работы и без этих подонков невпроворот. Позвольте заняться текучкой. -Даю добро, Миша, - иронично хмыкнув, согласился с помощником Леонид. – Все равно, кроме версий и гипотез в мозги ничего разумного и реального не приходит. Этим двоим помочь, мы не можем. А забивать головы непонятной и загадочной мистикой с фантастикой – занятие для свободного личного времени. Будем безучастно наблюдать, и заниматься своими делами. Ты прав, был звонок сверху прокурору, но такой размытый и не совсем понятный. Мол, что у вас там за слухи по городу ходят-бродят о неком странном мстителе? А слухами нам никто не позволит заниматься всерьез и в рабочее время. Андрей влетел в квартиру Василия, словно несся от роя пчел, преследовавших его на всем пути и беспощадно жалящих. Они всей компанией никогда не дружили семьями, даже не пытались вводить своих жен в курс своих темных дел. Да и светлых аналогично. Удел женщины – уход за мужем-добытчиком. И поскольку добыча всегда могла их только радовать, то женщин вполне устраивал сам факт добычи. И потому их жены знали про их работу лишь по названию фирмы и по зарплате, кою мужья им предоставляли по мере необходимости. И супруга Марина, увидев на пороге свое квартиры незнакомого мужчину, в первую очередь поинтересовалась причиной явления Андрея, и кто, и откуда этот господин. -Марина, это ко мне и по нашим делам, - выглянув из комнаты в прихожую, предупредил жену Василий, приглашая Андрея, слегка удивленный его появлению. За годы знакомства это был первый визит. – Ты чего такой весь издерганный, случилось чего, или просто по делу? -Седов в больнице, - падая в кресло, предложенное хозяином, выдавил из себя, Андрей, тяжело дыша. – И опять она здесь приложила свою лапу. Выскочила, говорят, перед его машиной, а Игорь, придурок, руль влево, и в лоб с КамАЗом. Странно, что вообще еще в живых остался. Но мне в больнице сказали, что сильно его поломало, живого места не осталось. -Так она и ломает, не допуская летального исхода, словно крупный специалист в анатомии человеческих тел, - простонал Василий, обессилено падая на диван и бледнея от ужаса, внезапно ощутив и осознав полную незащищенность перед карой неведомой девчонки. Он жадно хватал воздух онемевшим ртом, вдруг почувствовав, что сердце и легкие отказываются функционировать. И вот-вот могут вообще остановиться и убить его, не дождавшись кары, коей успела она наказать его товарищей. Но он только одного не понимал, насколько хуже или лучше эта внезапная остановка сердца. Она, эта девчонка, словно злая колдунья, способная своей местью достать где угодно. Так пусть именно сейчас остановиться сердце, и вмиг исчезнет противная дрожь от страха и ожидания, и пропадут эти бессонные страшные ночи. -И что будем делать? – сумел наконец-то выговорить Василий, не дождавшись остановки сердца и легкой смерти, которая избавит от ужаса ожидания. – Так недолго и нам осталось ждать и принимать из ее лап акт мщения. И что, ты предлагаешь спокойно дожидаться, пока она и нам нечто подобное не устроила? Нет, Андрей, пора принимать какие-то меры опережения. -Ох, Васька, как я зол на тебя, если бы ты только на минутку представил, так меня стал больше ее бояться, - проскрипел зубами Андрей, выражая этим скрипом всю имеющуюся ненависть в адрес Василия. Но тихо, шепотом, боясь быть услышанным его супругой Мариной. – Вот ты можешь мне внятно объяснить, как она могла у тебя выжить, если ты ей смерти желал? Дите настолько мало, что удар ножа в любую точку тела смертельно. А она до сих пор жива, да еще и устроила нам такое мщение, что и взрослые мужики от страха еле живы. -Вот, сам заткнулся бы, а? – зло бросил Василий, и внятно постучал себе по лбу, отражая интеллект товарища. – Ты что, до сих пор веришь, что эта девка для своих акций мщения выходит из комы и средь бела дня разыскивает нас по городу, чтобы кости поломать, да адские боли причинить? Чушь собачь, даже как за версию не принимаю и не верю, хоть ты тресни. -А что тогда? – уже с меньшим нажимом на злость и обиду спросил Андрей. – Васька, вдвоем мы остались, и теперь, чувствую задницей, до нас она вот-вот доберется, если у нее планы не изменились, в чем лично я уже сомневаюсь. Мне теперь просто так из дома выйти страшно, боюсь любого шороха, звука или вида какой-нибудь девчонки. Так и, кажется, что приближается ко мне с единой опасной целью. Или, хуже того, с крыши на голову кирпич упадет, или из-за угла она с ломом. Ведь не убить хочет с первого раза, а сильно искалечить, чтобы в беспомощном состоянии в больничную койку уложить. А уж потом, так делай, чего хочешь с нами. Ладно, побежал я до дому, будь все время на связи и не отключайся. Мало ли чего. Андрей убежал с аналогичной скоростью и энергией, что и явился, а супруга Василия Марина, выпроводив гостя, вошла в комнату к мужу, с легким удивлением рассматривая его, и спросила: -Чего это он такой весь взвинченный, взбалмошный? – кивнула она в стороны прихожей, откуда сбежал Андрей. – Какой-то весь взведенный, перепуганный, да еще глаза бешеные. Мне аж страшно за него стало. Как бы в таком состоянии под автомобиль не попал. Или он на своей? -Успокойся, ничего страшного с ним не случится. А если и случится, то с ним, а не с нами, - как можно буднишней и с легким ироничным смешком, попросил он супругу не волноваться по пустякам. – Ну, возникли у него проблемы, так они меня ни каким боком не касаются, - на ходу сочинял Василий Марине, сам с трудом сдерживаясь от нервного перевозбуждения и кошмарных фантазий. – За советом прибегал, помощи просил. Словесной, разумеется. Припекло сильно. Давай, Марина, поужинаем, что ли? Да и пару рюмочек выпить хочется. Взвалил он на меня свои проблемы и слинял, а мне их теперь переваривать. Супруга, получив успокаивающие комментарии от мужа по поводу нервного товарища, неторопливо уплыла на кухню разогревать и нарезать, а Василий, чтобы вернуть нервную систему в стабильную норму, сделал несколько физических упражнений, которые всегда старался использовать, коль случались подобные нервотрепки. Помогали и позволяли казаться спокойным и удовлетворенным. Даже если остатки беспокойства еще внутри бурлили, то уж внешне о нем можно сказать, что самочувствие Василия даже выше нормы. Вошедшая дочь несколько секунд, молча, рассматривала праздничный стол с коньяком и ароматной нарезкой, потом вопросительно глянула на мать и отца и спросила: -Я какую-нибудь календарную дату подзабыла, или вы просто мне о ней никогда не рассказывали? -Нет, доченька, папа предложил устроить праздник, а я не стала возражать, - весело ответила Марина. – Мой руки и садись за стол. Прихвати себе с кухни тарелку с вилкой. Коль пожелаешь, можешь свое вино прихватить. Дочь Люба не заставила себя уговаривать, и уже через минуту сидела за столом с бокалом, наполовину наполненным вином. -Да, родители, - вдруг, словно вспомнив нечто интересное, поговорила она. – Не слыхали новость? Вчера напротив «Виктории» Форд в КамАЗ вписался. И не сам, говорят, а помогла им та девчонка, которая мстит за убийство родителей. Она перед носом Форда выпрыгнула, а тому и ничего не оставалось делать, как руль влево крутануть. И тут КамАЗ нарисовался. -Ой, Люба, - лениво отмахнулась от глупых инсинуаций дочери мать. – Вот болтает народ всякую чушь, а ты повторяешь. Любят у нас люди из мухи слона лепить. Ну, я не возражаю, аварии у нас происходят часто. Просто какая-то бестолочь малолетняя перебежала дорогу в неположенном месте, где машин полно, вот и едва не угодила под колеса. Пусть скажет спасибо, что собой рискнул водитель ради ее спасения. А народ сразу ее хулиганство некой мстительнице приписывает. Вот, есть ли она вообще, так нечто я сомневаюсь даже. Ее кто-нибудь видел воочию? – высказала сомнения по поводу этой мстительницы Марина. – Почему-то все слышали от кого-то, мол, товарищ, сосед, подруга видели. А лично сам, так никто толком о ней и не знает. Кому-то интересно эти слухи распускать, вот и болтают. Сорок дней со дня гибели родных супружеская чета Дроздовых решила отметить на кладбище, на могилке детей и внука. Да и семья Фученко захоронена рядом. Не было, не оказалось у них родных, могущих организовать похороны. Поэтому на себя такую миссию взял комбинат, на котором они оба работали. Да и соседи собрали, кто, что мог. Мир оказался не без добрых людей. Николай сразу предупредил супругу, что прихватил с собой побольше водки и одноразовых стаканчиков, в надежде на многих желающих, помянуть на кладбище погибших. Поэтому Анастасия нагрузила полную сумку бутербродов и овощей. Она поначалу пыталась уговорить мужа, собрать соседей и сотрудников фирмы, где трудился Геннадий, у себя дома. Но быстро согласилась с выводами мужа. Стояла теплая летняя погода. И в помещении такое сборище народу чревато дискомфортом, и поминки превратится в пытку для нее самой. Да ведь и без застолья они на сегодня планировали навестить могилку, что явилось бы излишней перегрузкой и без того ослабшего здоровья. Больно, тяжело смотреть на свежие холмики, однако всегда, возвращаясь с кладбища, Анастасия всегда ощущала некое облегчение, словно посетила детей, пообщалась с ними, ответила на их вопросы, рассказала о дочке, выжившей, но пока еще не пришедшей в себя после такого потрясения. Так случилось, что и возле могилки соседей было много народу. Несколько мужчин и женщин, как они сами признались, товарищи по работе. Бывшие. И Николай сразу же предложил им рядом, метрах в пяти-семи от могилки на траве расстелить покрывало и накрыть общий стол. Засуетились женщины, доставая из сумок продукты. Не стояли без дела и мужчины, разливая водку по стаканам и разнося их по кругу. Старались не пропустить ни кого. Говорили много, поскольку время прошло, шок уже немного спал, а потому появилось желание высказаться, вспомнить и помянуть. Семью Фученко, прибывшую на ПМЖ в их город недавно, знали слабо, а потому просто кратко желали им покоя в том неведомом мире и пили. Их сюда привела больше не сама смерть товарища, а именно факт страшного и зверского убийства, которое пока не раскрыто, а стало быть, убийцы бродят по земле. Хотя, как извещают слухи и разнообразные сплетни, то месть за их гибель уже началась. Подходил и посторонний люд, которому сходу и без споров и нежелания принимать отказ, наливали полный стакан и предлагали помянуть. И этими также руководило чувство солидарности и желание расспросить о ходе следствия, а еще их аналогично волновала явившаяся в мир мстительница. -Мало прожили на земле наши детки, ой, как мало! Самая только жизнь и начиналась. А у малышей и того меньше. Нашим внучкам не удалось даже повзрослеть по вине этих нелюдей, - с дрожью в голосе и слезами в глазах говорил Николай, вставая над застольем и бросая тяжелые печальные взгляды в сторону свежих холмиков. – Пусть их мечты и планы сбудутся там. А мы с Настей дождемся выздоровления внучки и посвятим все силы и душу в ее воспитание. Дай бог, выучим, замуж выдадим, а там и ее деток удастся немного понянчить. Выпили, молча, закусили. И лишь тихие просьбы, советы и успокоительные фразы нарушали тишину. Потом захотелось выговориться, чтобы как-то отвлечь чету Дроздовых от мрачных мыслей. -А что полиция, так и не смогла отыскать этих убийц? – решился вновь затронуть болезненную тему один из присутствующих. Но этот вопрос, как оказалось, больше всех и волновал собравшихся. – Сорок дней, однако, прошло, а они все на месте топчутся, и даже признаков окончания этого дела на горизонте не просматривается. Слишком глубоко замаскировались убийцы. -Полицию тоже можно понять, - слабо попыталась защитить правоохранительные органы женщина со стороны компании Фученко. – Городок наш маленький, таких тяжких преступлений раньше не случалось. Мы даже поначалу и не поверили, когда услышали о гибели сразу двух семей. Это же, какими подонками надобно было уродиться, чтобы на такое пойти. Ладно, случаются, хоть и это ужасно, убийства в драке, при семейных разборках. А тут даже деток не пожалели. -Да, ужас, какой! – поддержала ее соседка по застолью. – Это по телевизору можно еще такое смотреть и ужасаться. А сейчас случилось с теми, кого знаешь, с кем только что вчера общались, говорили. А уж детей-то за что, твари, убивали, вот что мне не понятно. Чем они им помешали? -Свидетелей убирали. Видать, заметили наши нечто запретное для их глаз, вот и убивали. -Просто чудо еще, какое, - высказался один из мужчин, - что ваша внучка уцелела в этой мясорубке. Нам говорили у всех убитых, как минимум по пять-семь ножевых ранений. А она сумела выжить. Стало быть, будет жить долго, раз смерть ее лишь слегка коснулась. -Видишь ли, - вторил следующий, - срок у нее отмерен иной, потому святой апостол Петр и не позволил. Не время умирать. -Чудо чудом, а вот месть, слухи ходят, не заставила себя ждать, - вдруг, словно нечто важное вспомнив, громко воскликнул один из мужчин. И настолько у него торжественно получилось, что он даже слегка смутился своему неуместному восторгу. Однако все восприняли новую тему с интересом и без осуждения. – Ох, как она их калечит, эта некая мстительница, что волком воют от боли. А она еще и с угрозами, не позволить им жить, мол, уничтожит все равно. Самому мне не довелось видеть, но знакомый оказался в той толпе, когда Форд в КамАЗ врезался. Так она подошла к нему, к водителю легковушки, и прямо в глаза ему высказала приговор. Так и говорит, что мало тебе, дядя страдать, смерть не заставит ждать. -И никто ее не задержал? – удивленно спросили женщины. – Ведь прав ей никто не давал, людей без суда калечить. А ежели обозналась? А потом, если мстит этим, которых считает убийцами, стало быть, есть тому причина. Так пусть органам и поведает о них, расскажет, что и как. -Для суда их не просто поймать нужно, но еще, прежде чем срок впаять, доказать их вину. А докажут, так в тюрьму, на нары. Нет у нас смертной казни, в живых их оставят по любому. А она поначалу кости им переломает, землю грызть от боли заставит, а потом уже и казнит. -Ну, и правильно! – по всему застолью пронеслось одобрение. И для убедительности своего согласия все протянули свои стаканы для заполнения. – Хочу выпить, - добавил уже один из мужчин, - за нее, за эту неведомую, но справедливую и, пусть так остается, жестокую. Чтобы другим неповадно было. И родным легче пережить, коль знаешь, что убийца твоего ребенка наказан. И не камерой, не тюремной баландой, а страданием и смертью. И его слова ни у кого не вызвали возмущения или хотя бы сомнения в их справедливости. Глядя на беду и страдания чету Дроздовых, на эти свежие холмики, слегка уже покрытые свежей травой, не хотелось законности и правосудия. Всем желалось знать о неотвратимости за это свершенное злодеяние смертельного возмездия. Убийца должен умереть. Николай с удивлением глянул на супругу, слегка поразившись ее ошарашенному и немного испуганному взгляду. Резко повернувшись по направлению ее взгляда, Николай и сам непроизвольно вздрогнул, увидев некое чудо, закрытое наполовину огромным красивым и богатым букетом живых цветов. Однако по ногам и коротким шортикам, что не закрыты цветами, он видел ребенка. А когда девчонка, подойдя к могилкам, отняла от лица букет, Анастасия глухо вскрикнула, а Николай тихо простонал, хватаясь рукой за сердце и тяжело дыша. -Варя? – осипшим голосом еле слышно прошептал он дикий и глупый, физически и практически невозможный вопрос. – Ты? Но, ведь ты только что лежала в палате, как же ты оказалась здесь? -Нет, дедулька, я не Варя, ты уж меня прости. Твоя внучка действительно, лежит на койке. Она просто спит, и вы ее пока не беспокойте. Но недолго осталось, поверьте мне, она очень скоро проснется, - тихим детским голоском, но ясно и внятно, слышимым всему застолью, ответила ему девчонка. – Пока рано просыпаться, потому что еще не все обидчики наказаны. Сказала, и медленно, не спеша, разложила по могилкам, принесенные с собой, цветы. Уложив последние на крайнюю могилку, прошептала несколько фраз, затем поклонилась и, развернувшись в сторону леса, на краю которого располагалось городское кладбище, словно туман растворилась в густых зарослях. И все, словно и не произошло ничего необычного и сверхъестественного. Все застолье сидело, застыв в различных позах, в которых и застало их явление этой девчонки, боясь пошевелиться или сказать некие слова, словно своим шумом они могут разрушить и погубить это явлении. И лишь через несколько секунд, как пропало это видение, одна из женщин осмелилась спросить, все еще не поверив, будто явление могло быть мифическим. -Так это была ваша внучка Варвара? Сами ведь только что сказали, будто она без сознания и в больнице. -Да нет, - поправил ее, рядом сидящий, мужчина. – Не она. Тебе же ясно сказали, что их внучка лежит в больнице. И сама девчонка только что подтвердила, что она не Варвара. Ух, ты! – внезапно воскликнул он восхищенно. – Стало быть, не сказки, она существует, эта мстительница. Довелось и нам лично лицезреть воочию это мистическое явление. А иначе так до конца лично сам никому бы не поверил. А все равно, кому не расскажешь, лишь ухмыльнуться. Мол, враки все. Хотя, сейчас нас слишком много было свидетелей, так что, поверят. -Думаешь, не фантазируют? – спросил следователь Виноградов своего помощника, когда утром сразу же по прибытию на работу Михаил вывалил ему явление призрака на кладбище. Однако цветы, возложенные на могилки, были естественными, материальными и натуральными. -Все сразу? – настаивал на очевидности услышанных пересказов Михаил. – Там их больше десяти человек сидело. И напиться не успели, поскольку только начали. Да и Анастасия, как она сама говорила, мало пьет, совсем чуточку. А эта девчонка прошлась, словно видение проплыло, вдоль могилок, цветы возложила, сказала несколько фраз в ответ деду Коле, и исчезла. Да сейчас об этом происшествии по всем очередям и кухням только и говорят. Ну, разумеется, не без этого, фантазий прилепляют больше, чем хотелось бы. Однако я с утра, прежде чем придти на работу, к Дроздовым в гости заглянул. Уж они ничего лишнего не приплели. Как все было, так и рассказали. Слово в слово. Мол, Николай назвал ее Варей. Однако девчонка сразу отвергла и поправила его ошибку. Ждите, говорит, скорого выздоровления внучки. Остались еще на воле обидчики, потому и не может она проснуться. Вот сейчас, мол, с остальными разберется, а там и Варя поправится. -Ну, а теперь что делать нам? В отчаянии воскликнул Леонид, больше расстроенный, чем удивленный пересказу помощника. – Она же вслух пригрозила этим двум оставшимся уродам. Поскольку были они в лесу все вшестером, то, а теперь я в этом даже не сомневаюсь, и эти к убийству причастны. Она ведь, не пригрозила кому-то одному, а во множественном числе обозначила будущих гипотетических жертв. Мы, Миша просто обязаны адекватно отреагировать и соответственно, а не пропустить мимо ушей ее угрозу. Иначе нас могут не понять, а бездействие за покровительство посчитать. Мол, не вмешались, мирно дожидались самосуда. -Ха! – иронично и язвительно прокричал Михаил. – Это мы сейчас безучастно наблюдаем ее первый этап мести. А впереди, насколько понял я из ее угроз, следует последний, завершающий, и с летальными последствиями. Она вовсе не планирует даровать им жизнь. Ну, вот сейчас еще нас ждет порицание, а потом сами запишемся в уголовно наказуемых. Как же, знали о готовящемся убийстве, а даже пальцем не пошевелили, чтобы предотвратить. Вот тогда выкручиваться придется с большим напряжением. -Вот, черт! – в сердцах возмущенно проговорил, окончательно расстроенный, со стоном раненной лошади Леонид. – А ведь ты полностью прав. И что? Я теперь обязан их жизни охранять? Основание? Некая мстительница прилюдно пригрозила им убийством? Так они и не просят у нас защиты. Даже наоборот, избегают контакта, а еще и врут без конца. Тот же Седов клялся и божился, а оказался в койке по приговору этой девчонки. Пусть теперь пожалуется. -Только сомневаюсь я, Леонид Алексеевич, что у вас с охраной получится, - хихикнул откровенно и со смешинкой в голосе Михаил. – Как мы уже успели понять, так никаких препятствий она не признает. Понимал следователь Виноградов и его помощник Стасов, что вмешаться в сценарий, разработанный и разыгранный юной мстительницей, они не в силах. И не потому, что они обладают весьма малой информацией и малочисленными силами. Леонид, как и Михаил, признал полную свою несостоятельность в стремлениях и в желаниях, вмешаться в процесс, поскольку не видел в этих деяниях мстительницы реальности происходящего. Видать, некто пожелавший вступиться за пострадавшую Варвару Дроздову и за остальных убиенных этими подлыми тварями, не из настоящего материального мира. Полную чушь и глупость собственных предположений Леонид оправдывал событиями последних дней. Здоровые, сильные, взрослые мужики оказались абсолютно бессильными и неспособными на сопротивление при встрече с этой малолеткой, казалось бы, неспособной противостоять превосходящим по мощи и силе по причине своего малого возраста. А она их беспощадно калечит и прилюдно приговаривает к скорой гибели от ее же рук. Ну, проанализировав происшествия, приведшие этих убийц в больничную койку, казалось бы, что смерть неминуема. Однако, хоть и чудом, но они выживают, поскольку легкой и быстрой смерти она им не желает. Словно точным математическим расчетом вершила эти чрезвычайные происшествия. Боль, вот ее цель в первой половине плана мести. Ведь пришлись на долю погибших в лесу испытания болью, страданием и ужасам. Так и вы получите весь этот набор. Сработала обычная бытовая русская пословица: «как аукнется, так и откликнется». -Миша, - сделал окончательный вывод следователь Леонид. – А ведь эти двое, хоть и перепуганы до кровавой диареи, однако, сами к нам не придут, не покаются. Только никак понять не могу, на что они рассчитывают? Весь город только об этом говорит и с нетерпением дожидается ее дальнейших шагов. 7 Теперь уже Василий на всех парах несся к Андрею. Мало того, что некая девчонка уложила на больничные койки четверых из всей компании, так теперь, как донесли до его ушей сплетни жена и дочь, эта шмакодявка на могиле ими убиенных вслух объявила приговор оставшимся пока на воле. Не уточняла количество, но обещала очень скоро уложить там же. А остальные, это и есть они, то есть, Василий и Андрей. И теперь необходимо срочно вырабатывать стратегию обороны. Воскресенье, семья Володиных в полном составе дома, поэтому Василий предложил уединиться в кафе, которое до вечера обычно пустовало и могло предоставить им одиночество и конфиденциальность. Это еще хорошо, что в быту они обычно не общались, а потому обывателю трудно вычислить тех оставшихся, которым угрожала девчонка. -Ты думаешь, что с ней можно справиться? – неуверенно, и перепугано спрашивал Андрей уже за столиком в кафе Чтобы отрезвить и унять трясущиеся в ужасе и панике мозги и тело, они заказали бутылку коньяка и нарезку лимона, поскольку иная пища не желала поступать в желудок. Всю субботу жена и дочь Андрея аналогично полоскали ему мозги сплетнями о происшествие на городском кладбище. Поскольку у родных ему людей даже мысли о причастности ко всем этим делам отца и мужа не проскальзывало, то их слова и речи звучали пафосно, восторженно и с нескрываемым удовлетворением по поводу мести девчонки и страданий подлых убийц. Так, мол, им и надо! По заслугам получили. И с утра супруга с дочерью, не скрывая намерений, гадали и предполагали очередную жертву мстительницы. -Седов до чего самоуверенно бахвалился, а угодил в ловушку, так хитро ею расставленную, - продолжил Андрей. – Слышишь, а говорят, что она, ну, как две капли воды схожа с той, что в больнице. Но ведь сама так и сказала, что она не Варя. Тебе, Васька, проще, ты ее сразу узнаешь, а мне теперь каждую встречную малявку пугаться, за сто верст обходить. -Проще! – язвительно и иронично прошипел Василий. – Это если лицом к лицу. А шандарахнет чем-нибудь сзади, и мои знания не спасут. Нет, Андрей, меня уже ничем не убедить о возможности избежать удара судьбы. Лучше, так кажется, и это самая надежная защита от нее и самая правильная, идти с повинной. Да, влетим по-максимуму. Однако если навалить побольше на Седова и Эдика с Валеркой, то, учитывая все эти смягчающие обстоятельства, десяткой обойдемся. Ну, а при хорошем поведении, так еще на два-три годика раньше откинемся. Вот, тебе сколько сейчас? -Ну, 37, а что? – пока еще не понимая и не вникая в вопросы и предложения товарища, спросил Андрей. -А мне 38. С женами, как понимаю, можно распрощаться сразу, а вот детей и внуков можем еще застать. Нам и 50 не буде еще. Молодые и перспективные годы. Ты как считаешь, стоит? -Да пошел ты, знаешь куда? – с перепуга на весь зал закричал Андрей, до которого вдруг стало доходить предложение товарища. – Если ты думаешь, что в тюрьме легче, так глубоко заблуждаешься. Да там один год за три идет. Чего угодно, но только не зона. Не знаю, не слышал, лишь по кино и книгам о ней представляю, но не желаю добровольно в нее, и баста. -Дурак, хочу тебе откровенно сказать. А если кости переломает, как Игорю с Константином, а просмолит, как Эдуарда или помнет, как Валерия? Легче будет? Мы еще ничего не знаем о ее последующем этапе приговора. Вот, как и чем убивать будет? Только уже обездвиженного, к койке пристегнутого и бинтами закрепленного. То-то и оно, - уже спокойней и уверенней продолжил свое предложение Валерий, увидев в глазах Андрея смятение и неуверенность. – А потом, не забывай одну маленькую деталь, что играет против нас. Все они пока живые, но следователю толком ничего не рассказывали, сказки не сочиняли. А вот запоют, да так, чтобы себя краше выставить, тогда и ты десяткой не отделаешься. Если от девки смерти избежим, то загремим на пожизненный срок по их милости. И нам очень срочно необходимо опередить их, но чтобы наша сказка звучала правдоподобно. А чего сочинять? Эдик с Валеркой начали, Игорь приказал. А мы под давлением и под угрозами действовали. С перепуга, мол. Седов так и сказал, что нас порешит, если в стороне останемся. -И думаешь, следователь нам поверит? – уже окончательно подавленный безысходностью, лепетал Андрей. -Ну, поверит, не поверит, однако суд учтет чистосердечное и согласие сотрудничать со следствием. Плевать на червонец, там еще впереди немного жизни вольной и свободной остается. Я кое-что припас, и надежно припрячу. Вернусь, так еще сколько-нибудь лет поживу, на солнышко погляжу. И, заметь, с этим припасом буду небедно доживать свои остатки. Думай, Андрюха, до утра время даю тебе, а потом сам с тобой или без тебя, но к десяти часам иду сдаваться. Если не придешь, то и тебя закладывать буду по-максимуму, на жалость не рассчитывай. -Погоди, давай, ну, хоть пару дней подождем, поглядим, что и как. Решиться надо, подготовиться. Я пока еще сомневаюсь. Вдруг пронесет, а мы уже все выложим и продадимся, -Андрюха, до утра успеешь и подумать, и прикинуть, что и как. И все, больше не пьем, потому что много дел надо успеть сделать. Из кабинета следователя тебя уже на десять лет от мира сего изолируют. Да и на раздумье нам время девка не дает, на пятки уже наступает. А я хочу еще и заначку перепрятать, чтобы ее десять лет никто не мог тронуть, и она меня дождалась. -И где это ты такое место сумел отыскать, что оно сумеет уцелеть нетронутым столько лет? – с сомнениями в голосе спрашивал Андрей. – За столько лет мир так изменится, что и не узнаешь. Не говоря уж о мелких деталях. -Имеется такое место, да только о нем я даже тебе не скажу, чтобы ты мне зла не желал. Непроизвольно, без умысла, но пожелаешь, дабы овладеть моим добром. Такова природа человека. -И все равно, Вася, страшно идти. Это же через что нам пройти придется, а? Даже думать страшно. Через позор, душевные муки и изоляцию. А там, и унижения, превращающие любого человека в животное. И не месяц, не год, а долгие и длинные, серые и однообразные. -Однако нам эта изоляция жизнь дарит, - словно уже сидит в кабинете следователя, рассудительно проговорил Василий. – Да, про своих родных и близких забыть придется. Не обязательно общаться, но, ежели пожелают, и письмо напишут, отвечу, разъясню, как смогу. Мол, ради вашего блага пошел на все эти подлости и пошлости. А иного контакта мне без надобности. Дочь вырастит, жена замуж за другого выскочит. Да и не сможем мы после признания оставаться в прежних отношениях. Они нас будут презирать и возненавидят, как я сейчас этого придурка Седова. Сам дурак, что подчинился, ничего бы он мне не сделал. А я эту девчонку всю ножом исполосовал. Хорошо, что в живых осталась, на суде мне это зачтется. -А мне? – зло сверкнул глазами Андрей, вдруг осознав свое катастрофическое положение. – Вот ты ухитрился и там чистеньким остаться, и сейчас запросто сумеешь выкрутиться. А я убивал по-настоящему. -И ты говори поменьше, - советовал Василий, сам вдруг наконец-то поняв свое выгодное положение по сравнению с другими. Его жертва жива, не то, что остальные, по-настоящему убийцы. – Нам с тобой выпал шанс – оставить на себе минимум грязи. Так давай, воспользуйся им, не профукай. Андрей не просто понял, но уже и повинную в уме прокручивал, обеляя себя, как можно больше, оставляя минимум, что могут подтвердить товарищи. Да и тут Васька прав: мы будем первыми и пока единственными повинившимися и признавшимися. И не под давлением фактов и улик, а ими руководили угрызения совести и разум. Вот, мол, не смогли жить с таким грузом дальше. О некой мстительнице хоть и говорил весь город, но в границе слухов и сплетен. Никакой суд не примет сей факт во внимание. Мало ли чего народ треплет? Дома супруга пыталась опротестовать беспричинную пьянку, но Андрей грубо послал ее, чем лишь удивил и поразил. Однако, заметив неадекватное состояние и настроение мужа, она не решилась заострять конфликт, а просто, изобразив обиду на лице, ушла в спальню. А Андрей, собрав всю наличность, хранившуюся дома, ушел в гараж, где там, как и у Эдуарда, который хвалился не раз о тайнике, аналогично хранил основную сумму. Он выгреб всю наличность в рублях, евро и в долларах, запихнул в сумку и поехал за город в известное лишь ему одному место. Он уже представлял, где и как припрячет свой клад, чтобы все десять лет, именно на такой максимум он и рассчитывал, его ларец оставался невредимым и от сил и явлений природных, и от рук людских. Место безлюдное, дикое, и вряд ли за такой срок оно чем-либо сумеет заинтересовать инвесторов-строителей. Сюда цивилизация доберется очень еще нескоро. Страшно, ужасно не хотелось в тюрьму, да иного выхода не находилось. И не только вина в самой девчонке, хотя, это не исключается, да и виной тому факт наличия у следователя его и Васькиной фамилии, как подозреваемых. Вот только нет у него пока улик против них. Но ведь, это пока, которое весьма зыблемо и неустойчиво. И скоро все может измениться против них. Прав Васька в одном, что им самим необходимо поторопиться, чтобы заговорить раньше тех, кто уже на больничной койке. О них ведь, весь город уже говорит, как о жертвах той, которая мстит. Вот и надо поспешить, чтобы главную вину свалить на Седова и Валерку с Эдиком. Даже Костю слегка обелить, чтобы правдоподобней самобичевание получилось. А ведь, всего на всего и нужно, что говорить чистую правду, соглашаясь на сотрудничество. Да, пришли и увидели Эдуарда с Валеркой рядом с трупами. Затем набежали друзья этих убитых, а потом, как под гипнозом и по команде Игоря устроили резню. Он же при всех угрожал, правда, одному Ваське, сам же Андрей ринулся в бой без колебаний. Но ведь такие мелочи можно и опустить. Вряд ли Игорь будет себя топить и говорить про эти команды, а вот остальные припомнят. При выезде из города машина внезапно завиляла, и ее потянуло с шоссе в кювет. На спидометре скорость была минимальной, точнее, именно той, которую ограничивал указатель. Поэтому Андрей легко справился с управлением и, прижав автомобиль к обочине, остановился. Даже не выходя из машины, он уже предполагал, какое именно колесо проколол. Переднее правое. Даже не посчитав происшествие досадной задержкой, Андрей достал из багажника запаску, приподнял домкратом автомобиль и легко снял проколотое колесо. Не привыкать. С автомобилем он любил возиться, как мальчишка с игрушкой, а потому даже расстраиваться не стал по такой мелкой досадной поломке. Заменит еще быстрей. Руки сами все делают, даже мозги не нужно напрягать. Он уже ухватился за запаску, как в кармане зазвонил телефон. Ответить нужно, поскольку мог звонить тот же Васька. Если жена или кто другой, кому и отвечать не обязательно, так он проигнорирует звонок. Положив запаску на асфальт, Андрей достал из кармана телефон и, прежде чем нажать кнопку вызова, бросил взгляд на дисплей, на котором высветился совершенно незнакомый номер. Не понимая, но и не вникая, он нажал на вызов и произнес традиционное: -Алло, я вас слушаю, говорите! Однако телефон ответил чередой коротких гудков, отображая своей игрой занятость абонента. -Ну, и черт с тобой! – незлобиво чертыхнулся Андрей, предполагая, что некто ошибся номером и поспешил исправиться. – Только, почему вдруг занято, если должен просто отключиться? – решил подумать, но поленился. Он положил трубку в карман, вернее, хотел сделать это, но, видать, промахнулся, и дорогой телефон грубо шлепнулся на асфальт и разлетелся на запасные части. Теперь чертыхнулся и выругался Андрей более грубо и вслух. Однако трезвого взгляда на телефон хватило, чтобы оценить событие, как пустяковое. Всего-то и развалился его родной аппарат на три части. Основная лежала рядом с колесом, крышка у него под ногами, а аккумуляторная батарея отскочила от колеса и улетела под автомобиль. Но весьма на неудобное расстояние. Теперь, чтобы достать ее, придется ползти на брюхе и неслабо испачкать куртку и брюки. Но плевать, вдруг вспомнил он, немного обрадовано. Ведь завтра ему эти брюки и куртка и даром не нужны будут. И от таких кошмарных выводов у него неожиданно даже настроение поднялось. И Андрей, умышленно и преднамеренно упав плашмя на асфальт, пополз на брюхе за аккумулятором. Уже зажимая его в руках и собираясь выползать наружу, он внезапно ощутил тяжесть и жесткость днища на своей спине. Чертыхнувшись, но еще не чувствуя и не представляя никакой опасности, а считая сей факт мелким недоразумением, Андрей попытался преодолеть давление тисков из асфальта и его личного автомобиля. Он же, вроде как, грамотно и правильно зафиксировал домкрат. Не мог он без посторонней помощи опустить автомобиль. Без помощи? Андрей похолодел от ужаса и нехорошего предчувствия. С трудом, изловчившись и извернувшись, вернее, выкрутив максимально шею, он глянул косым взглядом на домкрат, вдруг осознавая и понимая причину капкана, в который так бездарно угодил. Да только в этот миг, именно сейчас эти тиски пока нежно, но ощутимо лишь обездвижили и приковали его к асфальту. Однако уже неким предчувствием Андрей уже ощущал дальнейшие силы, могущие вдавить его намного сильней и больней и переломать все кости. Рядом с домкратом Андрей видел детские ноги в легких летних туфельках. И обладательница этих ног пока безмолвствовала и бездействовала, молча, наблюдая и любуясь обездвиженным телом, ожидающим с леденящим страхом ее дальнейшие действия. И они не замедлили, не заставили себя долго ждать. Тяжесть автомобиля медленно, но заметно и ощутимо, вдавливала его тело в асфальт, сжимая легкие, не позволяя им свободно дышать и вырвать столь потребный из нутра крик боли, отчаяния и безысходности. Она, все-таки, настигла его, но убивать сейчас не будет, а лишь переломает ему ребра, оглушив весь организм, его любимое тело нестерпимой продолжительной болью. Андрей уже ощущал и слышал треск костей, разрыв тканей. Глаза выползали из глазниц, но легкие, расплющенные и вмятые в землю, не позволяли кричать, взывать и умолять. Ему страстно и нестерпимо хотелось немедленной смерти или хотя бы временной потери сознания, чтобы поскорее и любым способом убежать хоть на какое время от этой ужасной боли. Глаза застилал туман и темнота, но мозг продолжал воспринимать пытки, не желая отключаться. Обещанные муки и страдания, коих хотелось избежать даже добровольной сдачей в руки правосудия, пришли к нему во всех своих аспектах. Как теперь понял, позавидовал он своим товарищам, уже оказавшимся на больничной койке. Они, поди, уже вспоминают эти муки, как в прошлом. Послышался визг тормозов и топот каблуков. Почему-то и в этом аду Андрей сумел отличить в этой паре ног одни из них женские. Мужчина и женщина каким-то чутьем и зрением уловили и поняли трагедию, посчитав ее несчастным случаем. А потому искренне спешили на помощь. -Что случилось, девочка, там твой папа, на него упал автомобиль? – спрашивал подбежавший мужчина, мгновенно оценивая ситуацию, и быстрыми движениями и манипуляциями с домкратом освободил тело Андрея от тяжести автомобиля. – Как же это у вас такое случилось, домкрат, вроде как, исправный. Может, ты случайно что-нибудь с ним сделала? Однако тело пострадавшего, ощутив внезапную свободу, облегчения не получило, охватив его всего еще сильнейшей ужасающей болью. Но легкие наконец-то получили свободу и воздух, и Андрей дико и громко заорал на всю округу, словно недовольный и возмущенны такой излишней и ненужной помощью. Но супруги, а это оказались муж с женой, поняли вопли по-своему, а потому поспешили, ухватившись за ноги Андрея, вытащить его из-под автомобиля. Теперь уже, получив полную свободу и массу пространства, Андрей задергался и затрясся, словно в эпилептическом припадке, продолжая оглушительно орать, проклиная все и всех на свете. -Галя, звони в скорую, - прокричал мужчина, отойдя на безопасное расстояние, чтобы дергающийся Андрей не зацепил его ногами. – И как это так произошло, что твоего папу зажало? Странно, однако. Так ты точно, девочка, ничего не крутила и не трогала домкрат? Сам же он не мог пустить машину. -Дима, ну что ты к ребенку пристал, не видишь, что ли, она сама не в себе, а тут еще ты, - просила женщина, продолжая набирать на телефоне номер скорой помощи, пытаясь дозвониться до врачей. Но ей все не отвечали. -Галя, - наконец-то вмешался в ее попытки муж. – Набери 112, сколько раз говорить, забей номер МЧС, и никаких проблем. -Хорошо, - согласилась с ним супруга, и уже через несколько секунд рассказывала по телефону о дорожном происшествии. -Ну, и что у вас случилось? – не отставал от девчонки мужчина по имени Дмитрий, как назвала его жена. -И вовсе он не мой папа, - наконец-то надумала ответить девчонка подозрительно и равнодушным голосом к судьбе пострадавшего. – Его зовут Андрей. Это я специально опустила на него его же личный автомобиль. Я его здесь поджидала, потому что знала, что у него лопнет колесо. -Что? – завопил ошарашенный, но с легким испугом в голосе мужчин. – Зачем, ты хоть сама понимаешь, чего ты натворила? Ему не просто больно, ему очень больно. Да еще, если и выживет, может инвалидом на всю жизнь остаться. Что он тебе сделал, что ты так жестоко поступила? -Да, я понимаю, что больно и страшно. Но я ему отомстила за смерть моих родных. Он их убивал вместе со своими дружками, даже не спрашивая, больно ли им. Вот он и получил по заслугам. Больно, дяденька Андрей? – вдруг, склонившись над орущим и прыгающим Андреем, спросила девчонка. – И это даже правильно и справедливо. Когда ты убивал моего братика и дядю Диму с тетей Галей, почему-то о боли не думал. Конечно, вам всем тогда больно не было, даже весело. Вы сумели после подлого убийства, потом продолжить свою пьянку, свой праздник. А потом еще месяц беззаботно провести на иностранном море. Позабыли о своей подлости, словно ее и не было, решили, что и про вас уже никто не помнит? Только ошиблись. И вот теперь вы получили расчет. Не волнуйся, и за дружком твоим не задержится, быстро рядом с твоей койкой лежать будет. Но учтите все, что это лишь маленький аванс. Окончательную плату получите немного погодя. Я вас отправлю в ад. Так что, не прощаюсь и говорю тебе: до свидания. И своим дружкам передай. Сказала и ушла, а ошарашенные и оглушенные таким признанием супруги еще долго, молча и без движения, смотрели в сторону, куда она ушла и где растворилась, как призрак в тумане. Они поняли, что это и была та мстительница, о которой, как им казалось, слагались сплетни. И только прибывшая скорая помощь, и спасатели вывели их из оцепенения. Однако на поток вопросов первоначально они отвечали непониманием и междометиями. И лишь окрик одного из спасателей вывел их из ступора. -А? – глупо спросил мужчина. – Вы о чем говорите? -Что здесь произошло, почему его придавило автомобилем? Домкрат неисправным оказался? -Нет, - наконец-то окончательно возвратился мужчина из небытия, и он легонько подтолкнул ладошкой в бок супругу, призывая ее на помощь. – Это все девчонка. Она сказала, что этот мужчина, его звать Андреем, убийца. И она ему вот таким варварским способом отомстила. Мы не видели, как все происходило. Просто проезжали мимо, и нам показалось, что у них что-то произошло. Остановились, освободили Андрея из плена, а она нам и рассказала, как опустила на него автомобиль. Ну, это и есть она, та, которая мстит за смерть родителей. О ней весь город только и говорит, вы и сами слышали. А вот мы впервые встретились с глазу на глаз. Наговорила и ушла, а задерживать мы ее не посмели. Правда, ведь, Галя? – спросил мужчина, намекая на подтверждение его рассказа. -Да, да! – кивала головой, словно зомби, супруга, так до конца и, не осознав происшедшее, и не сумев полностью придти в себя. Это легко и интересно на кухне или во дворе на лавочке слушать, а вот так лицом к лицу столкнуться с мифической мстительницей, немного страшно, но чересчур ошеломляюще и шокирующее. -Глеб, звони Виноградову, это его клиент, - уже с некой иронией и безразличием к пострадавшему, проговорил спасатель. – А вы, - он попросил супругов, - дождитесь следователя и потом расскажете ему поподробней о встрече с этой загадочной девчонкой, творящей самосуд. Медики оказали первую помощь пострадавшему. И машина скорой помощи унесла его в сторону города, а спасатели остались рядом с автомобилем, чтобы дождаться следователя, а уже потом решать, что делать с автомобилем. Хотя, судя по внешнему виду, так кроме снятого колеса, иных дефектов на нем не просматривается. Ставь запаску и своим ходом гони на стоянку. Слухи, разумеется, доходили и до ушей спасателей. Не зря же старший сразу же решил звонить Виноградову, занимающемуся этим майским убийством и этой отчаянной мстительницей. Однако до конца старший верить не хотел в некие мистические и мифические силы. Уж слишком мало подобно звучали рассказы про девчонку, желающую наказать этих отморозков, погубивших ее родителей. Хотя, слухи могут просто немного преувеличивать. -Здравствуйте, Леонид Алексеевич, - поздоровался старший за руку с вышедшим из милицейского Уазика следователем. – Мне так почему-то показалось, что это дело касается вашего расследования. И вам захочется именно на месте происшествия поговорить с очевидцами. Ну, не совсем очевидцами самого события, а вот встретиться и выслушать ее им пришлось. -И кто он у нас по документам? – спросил Леонид и поспешил добавить, приостанавливая попытку спасателя назвать имя пострадавшего: - Погодите, а давайте я попробую угадать: или Андрей Володин, или Василий Горбунов. Кто-нибудь из двух, так это уж точно. -Андрей Володин, - немного удивленно проговорил старший. Но, сопоставив факты, решил не показывать свои восхищения проницательностью следователя. – Как понимаю, один из подозреваемых? Так что у нас получается? Следующий по плану у нее стоит Горбунов? Ждите новых встреч с мстительницей. Точнее, не самих встреч, а с ее актом мщения. -Ну, судя по раскладу, оно так и должно случиться. Всю шестерку друзей-подельников загоняет на больничные койки эта хулиганка. И спасти себя последний сумеет лишь лично сам, собственным покаянием. Да вот мало веры у них в реальность возмездия мстительницы, на авось хотели проскочить. Думаю, что теперь этот Вася как миленький принесется и поведает нам со всеми подробностями и фигурантами трагедии четвертого мая. -Так получается, что все остальные у вас уже в больнице? Ох, и умница же она, а! Здоровенных мужиков уложила. И что они вам говорят? -Богом клянутся, твердят, как заводные, что и духом не ведают. Мол, не причастны к этому убийству. Потому и не принимаем встречных действий, не можем без доказательств и каких-либо маломальских фактов арестовывать. Ведь нутром чую, что они это, никто иной, да прокурор требует соблюсти законность и отыскать более веские доказательства, чем слова этой незнакомки. Нечего нам суду предъявлять, оттого и наблюдаем, как они по одному укладываются в койки. Старший иронично усмехнулся. -А вот ей эти твердые улики и даже намеки на подозрения как-то по барабану. Ломает их без веских и не веских. Неужели они у нее есть? Откуда, ежели она не участница пикника? -Да нет, скорее всего, но здесь пока полно сомнений и нестыковок, так она была там. Чудом уцелела, а вот им такого чуда решила не представлять. Нам бы хоть пару вопросов выжившей Варваре Дроздовой задать, тогда, но и это возможно лишь, все стало бы на свои места. Да спит она долгим сном и пока не просыпается. Доктора утверждают, что вполне уже здорова, а возвращаться из мира гроз не желает, словно догадывается, какие вести ее здесь ждут. Пока Леонид беседовал со старшим спасателей, Михаил опросил свидетелей и изучил автомобиль с документами Володина. Однако кроме слов самой исчезнувшей девчонки, ничто не говорило о преднамеренном причинении вреда здоровью. Все указывало на несчастный случай. Однако у него в наличие свидетели, которые утверждают обратное. -Она, Леонид Алексеевич, - сделал однозначный вывод Михаил, отпустив свидетелей домой. – А может, лучше все-таки арестовать Горбунова? Ну, задержать хотя бы на трое суток. -И что мы ему будем предъявлять, если он уйдет в подполье и не пожелает признаваться в своем причастие к убийству? Мол, пили, гуляли, и ничего не знаю. Нет, этим мы его не спасем, а геморрой добавим. Если пожелает, так пусть сам приходит и кается. По-правде, плевать я на него хотел, Миша. Ну, не может она ошибаться так явственно. Вот пусть сам с ней и разбирается. По мне, так эти свидетели даже излишни, только хлопот прибавляют. От наших знаний, что этот Володин явился очередной жертвой девчонки, кроме головной боли я не испытываю ничего. И пользы нет, поскольку бежать на помощь его дружку не могу. -Но и отрицать теперь бессмысленно. Что она сказала про его дружка? Скоро, говорит, и этот рядом ляжет? Так давайте дождемся последнего, пусть исполнит угрозы, а потом выдвинем этим калекам ультиматум: или пусть признаются и рассказывают всю правду, и мы их будем защищать, или, если они не причем, как сами утверждают, то пусть оправдываются перед ней самостоятельно, когда она явится с окончательным вердиктом для завершения возмездия. Василий уже к вечеру знал о судьбе и трагедии, постигшей Андрея. Не жалость, не сочувствие, а парализующий потный липкий страх, ужас, кошмар охватили его. Это уже очевидный конец. Теперь он не верил в спасение даже в чистосердечном признании с явкой с повинной. Эта бесовка сумеет достать их везде и всюду. И даже в камере СИЗО нельзя быть уверенным в безопасности, поскольку, ежели силы мщения не вписываются в общечеловеческие законы, то и нары не защитят, стены тюрьмы не задержат ее, поскольку она вездесуща. Бежать? Вариант, да только Андрею она даже за черту города выехать не позволила. Но ведь в день по две кары он не применяет. Может, сразу, прямо сейчас и пуститься в бега, пока она еще не приготовила для него способ наказания? Завтра будет поздно. Только ему ведь еще в нормальное человеческое состояние вернуться поначалу необходимо. Сейчас за рулем он сам для себя большую опасность представляет, чем эта карательница. Сердце трясется как у перепуганного зайчонка, глаза застилает мгла с мушками. А руки и ноги полностью отказались подчиняться. Да его в таком состоянии любой гибддшник тормознет и в кутузку отправит. -Вася, что это с тобой? – в комнату, где парализованный и деморализованный сидел в кресле в своих раздумьях и в попытках спланировать свое собственное спасение Василий, вошла супруга Марина. – Да на тебе лица нет. Не заболел ли, ненароком, или отравился чем? Попытка как-то внятно и членораздельно оправдаться, провалилась сразу с неким еканьем, мыканьем и заиканием. Во рту образовалась настолько сильнейшая засуха, что язык не сумел даже слога произнести в ответ. И это состояние супруга еще сильней взволновало Марину, предположившую заболевание едва ли не связанное с параличом. И по его виду и состоянию иного ответа она не находила. -Мама, - в комнату вошла дочь Люба. – Не суетись. Это вполне нормальная человеческая реакция на страх. Он просто испугался настолько, что едва в штаны от страха не наложил. -Доченька, что ты такое говоришь? Папа заболел, а она про него такие гадости выдумывает, - мать с удивлением и непониманием смотрела на дочь, пытаясь в ее глазах рассмотреть злую глупую шутку. Однако вид самой дочери ее поразил еще больше. Люба, вроде стараясь держаться непринужденно и свободно, сама было белее мела. По щекам текли ручьем горючие слезы. -Мама, - продолжала дочь уже трясущимся в плаче голосом. – Это он так отреагировал на мною выданную новость. Соседская Валя рассказала, что родители ее подружки возвращались из деревни и столкнулись нос в нос с этой мистической мстительницей. Ну, та, которая карает этих ублюдков за смерть родителей. Четверых уже уложила на больничную койку, а сегодня пятого собственной машиной придавила, когда тот из города уже бежал. И заявила родителям подружки, что очередь последнего уже наступила. Мама, последним будет наш папка. Это ведь он четвертого мая с этими подонками пьянствовал, это они убили тех в лесу. Всех до единого, включая и детей. Только Варвара и осталась чудом в живых. Пока, потому что даже доктора не уверенны в ее будущее. Мамочка, наш отец оказался убийцей. Он даже свой страх не сумел скрыть от меня. Я ему рассказываю с пафосом, с задором, мол, какая молодец, а этот сразу затрясся, весь побледнел. И я поняла, что он и был шестым, последним, потому и наложил полные штаны. Ты спроси его, он же от страха и слова вымолвить не может, вон, как до сих пор его колбасит. Марина сама еле удержалась на ногах от таких хлестких слов дочери. Она же своими признаниями заметно добивала отца, который уже был на грани истерики и безумия. Да вот засуха во рту не позволяла никак ни выкрутиться, ни оправдаться, ни опровергнуть эти убийственные разоблачения. Он уже смирился с мыслью, что навсегда потерял семью. Да вот расставаться с жизнью пока не собирался. Но и здесь его не сама смерть пугала, а именно первая стадия ее наказания болью с переломами костей страшила. Ведь не убивает, а калечит, проклятая девка, грозя смертью немного погодя. И никак невозможно от нее спрятаться. Находит, догоняет, отлавливает в любой месте, куда ни пытаются спрятаться от нее. -Васенька, ты не молчи, ты скажи что-нибудь, ты почему не прикажешь ей замолчать, скажи ей, что она сама все навыдумывала, нафантазировала, ты же не мог таким быть жестоким убийцей, - лепетала Марина, умоляюще глядя на супруга и жалобно уговаривая его, опровергнуть столь ужасные обвинения дочери. – Ну, мало ли чего могло показаться ребенку. Ты не мог, ты не имел право так подло с нами поступить, мы же не можем теперь жить, как родные подлого убийцы. Господи, взмолился Василий, уговаривая бога и свой, отказавшийся подчиняться, организм хоть на миг позволить ему сказать им пару слов. Однако любые попытки обнаружить во рту хоть каплю слюны, чтобы смочить язык и громко властно заткнуть этих двоих верещалок, терпели провал. Его тело отделилось от разума и желаний. И он вновь еле слышно промычал. Не получилось. Это полный провал и разоблачение. Но ведь оно все равно очень скоро случится, так чего паниковать? -Тварь, подонок, скотина, подлый убийца! – внезапно, словно сорвавшись с цепей, до сих сковавших ее эмоции и желания, дико истерично завопила супруга, окончательно добивая морально и физически мужа. Она схватила, валявшийся возле кресла, тапок и беспощадно замолотила им по голове, лицу и прочим частям тела супруга. – Как ты посмел, кто тебе позволил лишать жизни ни в чем не повинных людей, как ты мог убивать детей? Вы, зверье бешеное, после такого убийства еще посмели уехать на отдых и весь месяц развлекаться? Ты, нелюдь проклятая, марш из дома и немедленно иди в полицию с признаниями. Чтобы ноги твоей больше не было в нашем доме. И если девка тебя не прибьет, то после тюрьмы можешь навсегда забыть о нашем существовании. Хотя, скорее всего, посадят тебя на всю оставшуюся жизнь. Марина разом выплеснула из себя, накипевший и грозивший взрывом, пар и, упав в объятия дочери, они уже вдвоем заскулили, окончательно лишая сознания мужа. Воспользовавшись моментом, что жена отвлеклась на дочь и больше не бьет его, на время, словно забыв о его существовании, Василий с трудом оторвался от кресла, на трясущихся ногах добрался до бара и, схватив бутылку коньяка, осознавая полную неспособность наполнить бокал, приложился губами к горлышку, выхлебывая половину бутылки, не отрываясь. Наконец-то, почувствовав некие, возвратившиеся к нему, силы говорить и действовать, он вновь упал в кресло и в отчаянии завопил: -Я никого не убивал. Это правда. Да, они убивали, мне пригрозили, что если я девчонку не замочу, то там, прямо на месте меня самого прибьют. Я испугался и не посмел ослушаться. Но убивать не захотел. Так, слегка поцарапал ее, чтобы они отстали от меня. А она жива, она не умерла. Я специально ходил в больницу и интересовался ее здоровьем. Варя просто крепко спит. И, скорее всего, это от шока. Ведь на ее глазах убивали родных и друзей. По-настоящему резали, а я не убивал, на мне нет смертей, но струсил, это правда. -А почему ты тогда не пошел в полицию и не признался, а? Ведь тогда их всех повязали бы, и никого бояться не пришлось бы, - оторвавшись от дочери, устало проговорила Марина. – Я поверю тебе, что ты не убивал, ты просто не мог бы убить, но ведь ты их покрываешь, и, значит, заодно с ними. И эта мстительница сама решит степень твоей вины. Я так поняла, что тебе от нее не сбежать. А потому, я прошу, нет, мы с дочкой требуем, чтобы ты срочно бежал и рассказал в полиции всю правду. Пусть наш отец окажется трусом, а не подлым убийцей. Нам так легче будет жить с такими знаниями, не так страшно перед соседями. -Да я уже и сам собрался идти. Только завтра, сейчас уже поздно, там никого уже не будет, кто мне нужен. А из дома я уйду прямо сейчас. Не буду, да и бессмысленно оправдываться, только я ведь вам много хорошего сделал. А за то, что испугался, так долго и жестоко не осуждайте. Я не мог убить, но и Седова боялся. Он страшный, ужасный и беспощадный. Да, это меня не оправдывает, но хоть как-то объясняет мой поступок. Все, прощайте, поминайте злом. Я не убийца. Вот девчонка поправится, так вы можете сами у нее спросить. Василий лепетал, а сам в сумку складывал бутылки, банки с консервированными фруктами. Сегодняшнюю ночь он проведет в гараже наедине с самим собой. Да, пить будет много, как в последний раз. Возможно, этот раз таковым в его жизни и окажется, но внутри теплилась надежда, что сумасшедшая доза алкоголя убьет его неслышно и незаметно, избавив от предстоящих мук и страданий. Но в любом случае он покидал этот дом навсегда. -Миша, - сказал Леонид вошедшему помощнику, когда тот уселся напротив следователя и вопросительно смотрел, ожидая объяснений срочного вызова. – Прокурор подписал постановление на арест Горбунова. Ну, признаюсь, что сам назвал ему эту фамилию, однако на аресте не настаивал. Он сам принял такое решение. Скорее всего, Горбунов сейчас на работе, все-таки уже почти 10 часов утра. Езжай прямо сейчас, иначе, если девчонка опередит, то он будет иметь все права на обвинения в медлительности. А мне не хотелось бы оправдываться. -Да я-то что, да я сейчас, мигом доставлю к вам на допрос. Я правильно понял, что везти его сюда? -Правильно, вези сюда, вместе и зададим ему несколько наводящих вопросов. Авось созрел для беседы. Последний остался пока за пределами больницы. Поди, о судьбе подельников знает. -Знает, куда же деться, если весь город об этом только и говорит. А что он ему инкриминирует? Ну, что предъявляет этому Горбунову. У нас ведь до сих пор никаких улик и доказательств. Только эти больничные койки. -Да тоже, что всем шестерым, пока ничего. Но в одном он прав. Так мы хоть сумеем правду узнать из уст уцелевшего. Иначе «ОНА» их всех уничтожит, не пожелав нам дать внятные разъяснения. Ведь умышленно собирает в больнице, чтобы нанести свой смертельный удар. Ладно, - отмахнулся лениво Леонид. – Езжай скорей, пока она нас не опередила. Ответив громко и кратко по-военному «есть», Михаил вскочил со стула и, развернувшись в сторону выхода, уже занес ногу для движения. Однако его что-то остановило. Он подошел к окну и уставился на здание напротив прокуратуры, фасад которого готовился к ремонту. Об этом свидетельствовали леса, которые еще вчера с вечера установили рабочие. Установили, подперли с двух сторон металлическими трубами, а вот заграждение, судя по подготовительным работам, планировали, как минимум, установить сегодня. И заинтересовали Михаила некие подозрительные манипуляции, совершенно не относящейся к этому строительству, девчонки, что нахально, не обращая внимания на одиноких прохожих, вырвала одну из подпорок, а теперь привязывала веревку ко второй с какой-то непонятной целью. И вдруг внезапная догадка бурей ворвалась к Михаилу в мозги. Расстояние до лесов и до этой девчонки было незначительным, поэтому он, отличаясь хорошим зрением и фотографической памятью, мгновенно узрел в этой злоумышленнице девчонку Варвару, которую запомнил по фотографии из семейного альбома Дроздовых. И такие манипуляции она явно проделывала преднамеренно, планируя очередное мщение. А поскольку из подозреваемых у них остался один Горбунов Василий, то капкан готовится для него. Значит, она вычислила его маршрут и готовится к встрече. Неужели этот последний решился на откровения с полицией? Он идет в прокуратуру, и ему здесь готовят ловушку. В таком случае необходимо поспешить и опередить юную мстительницу, дабы не лишиться последней надежды, познать истину. Заинтересовавшись видом и любопытной позой помощника, Леонид подошел к окну и бросил взгляд в направлении, где развивались события. Понял следователь планы и подготовку девчонки мгновенно, тряхнув за плечи Михаила и приказывая, мчаться сломя голову на улицу. -Она же его ждет, он к нам идет, значит. Хватай ее и предупреди Горбунова. Он нам нужен живым и невредимым. -Несусь, - крикнул Михаил, но остался на месте по причине явления на арену события главного героя развивающейся трагедии. – Не успели, - абсолютно без огорчения и сожаления в голосе, а даже с некой задорностью воскликнул Михаил, указывая пальцем на угол здания, из-за поворота которого вынырнул Василий. У следователя в столе находились фотографии всех гипотетических участников трагического убийства, поэтому Михаил мгновенно определил в пешеходе жертву капкана. – Только здесь она ошиблась в выборе средства мести. Насмерть, ведь зашибет, под грудой этого металла никто не сумеет выжить. Строительные леса были громоздкими, тяжелыми, поэтому вероятность под ними выжить минимальная, если вообще таковая может быть. Когда девчонка, держа конец веревки в руках, двинулась навстречу Василию, Леонид и Михаил не могли слышать диалог, что состоялся между мстительницей и жертвой, но их предположения кардинально не отличались от действительного. -Здравствуй, Вася! – сказала девчонка, останавливаясь метрах в пяти-шести от мужчины. – Узнаешь меня? Мне так кажется, что ты повиниться решил? Погорячился, хотя, выбор твой частично одобряю. Ты – единственный, кто пошел с покаяниями. Но сейчас я тебя не пущу к следователю. Только помни, что такая возможность немного позже тебе будет предоставлена. Василий, вдруг увидав и отчетливо осознав, кого он видит пред собой, толком и испугаться не успел и не сумел, поскольку до сих пор находился в плену алкогольных паров. Он даже вспомнить не в состоянии, сколько поглотил внутрь коньяку. Много, потому что выключился в кресле, что стояло у него в гараже. А когда очнулся, то уже светило солнце. И он, даже не собираясь опохмеляться, сразу пошел в прокуратуру, чтобы успеть раньше, чем девчонка задумает осуществить свое возмездие. Он не заучивал речь, не придумывал слова. Он решил говорить всю правду, какая она есть, не пытаясь себя даже чуть-чуть обелить. Стало быть, не успел. А скорее всего, опередить ее – дело заранее было бесперспективным. Лишние бессмысленные потуги. Она всегда идет на шаг впереди. Вот и сейчас, когда до прокуратуры оставались считанные шаги, девчонка преграждает ему путь и угрожает расправой. Вот только чем и как, ему понять невозможно, потому что он не наблюдает опасности рядом с ней. Однако, понимая, что избежать ему приговора не удастся, все равно, возникло жгучее желание, оправдаться, покаяться именно перед ней, что позволил друзьям вершить зло. -Я ведь не желал тебе смерти, и не убивал тебя. Зачем ты решила мне мстить? Позволь дойти до следователя и поведать ему истину. Если причинил тебе боль и слегка поцарапал тебя, так прости. Если желаешь, то убей меня, но, умоляю, без мучений. Мне и вправду очень жаль твоих родителей и братика, но моей вины в их смерти нет. Вернее, разумеется, есть, но минимальная. Я не сумел бы, даже сильно того желая, противостоять им. Тем более, что когда мы появились, Эдуард с Валерием уже убили твоих. Отпусти меня, позволь дойти. -Нет, - жестко и сердито проговорила девчонка и, выйдя из опасной зоны, с силой рванула за веревку, выбивая последнюю подпорку, удерживающую леса возле стены. Василий абсолютно не понял маневра девчонки, поэтому не предпринял даже попыток избежать столкновения с конструкциями лесов. Но и боли он не услышал, мгновенно теряя сознание после первого прикосновения металла с телом. Неужели пощадила, улетая в бездну, думал Василий, теряя исчезающий мир реальности. А к ним на всех парах неслись следователь с помощником. Михаил сразу подбежал к Василию, пытаясь вызволить его из плена конструкций лесов, а Леонид подскочил к девчонке, пытаясь ухватить ее за руку. Но маневр не удавался. Она удачно уклонялась от его руки. -Нет, - категорично и жестко крикнула девчонка. – Я еще не закончила свое мщение. Рано мне сдаваться. Вот отправлю всех их в ад, тогда и уйду в свою страну, откуда явилась. Здесь меня можете не искать, нет меня на вашей планете. Я сюда явилась лишь для этой миссии. 8 Виноградов вышел из кабинета и, проходя мимо дверей помощника, приоткрыл ее и крикнул вовнутрь помещения, не уточняя наличия или отсутствия в нем хозяина кабинета: -Миша, выходи, Изотов на разговор зовет. Чувствую, что рвать и метать нас будет по всему кабинету. -Сейчас, - послышался ответ и возня с бумагами. И уже через 5-7 секунд Михаил Стасов запирал на ключ свой кабинет. – Чего он хотел? Вроде как, утром только расстались, услышали все слова благодарности в полном объеме, обещали исправляться и улучшать работу. -Там узнаем. Наверное, вновь хочет вернуться ко вчерашнему происшествию. Видать, еще чего новенького придумал. Тебе Горбунов много интересного рассказал? Или пытался обелиться? -Да нет, все так же, как и вчера, слово в слово повторил. Да, Володин тоже решился на признания. Они вместе собирались, мол, придти с признаниями, а вот девчонка опередила. Но до этой встречи, видать, успели согласовать свои речи. Он так и говорит, что уже решились, договорились, да вечерком девчонка его машиной и придавила. А утром мы уже сами видели, как она Василия лесами заваливала. Оба валят на Седова. Но, как оба говорят слово в слово, так начали эту заваруху Изотов с Куликом. Мол, никто ничего не планировал, все вышло спонтанно. Подробностей и причину убийства родителей Варвары они не видели и не знают. Кулик с Изотовым отделились от компании, а через несколько минут остальные пошли следом и напоролись на два трупа. Седов или испугался, или слишком обозлился, но сразу приказал уничтожить всех свидетелей. А Горбунов испугался и отказался. Это Володин подтверждает. Тогда Седов пригрозил ему смертью. Всех замарать смертью решил. Подонок. Нет, этих двоих за шиворот ухватил бы, да в полицию, так ему, мол, больно страшно стало, что их денежная афера провалится. Ради будущих финансовых прибылей и приказал всех убить. Полный отморозок. И сейчас с пеной у рта орет, что ничего не знает и абсолютно непричастен к убийствам. Мол, девчонка его спутала с кем-то. -Миша, - Леонид остановился и ткнул пальцем в грудь помощника. - Вот мы оба с тобой видели, что перед нами была Варвара Дроздова. Но больничную палату она не покидала. И что ты теперь на это скажешь? Поверить в ее слова, что она прилетела из какого-то космоса с миссией мщения? -Да ничего я не скажу, - категорически, как отрезал, сказал Михаил, мягко убирая острый палец с груди и продолжая движение в сторону кабинета прокурора. – Одно знаю, что информацией она владеет полной. Даже полней самих убийц. Василий утверждает, что не собирался убивать девчонку, но и Седова боялся не меньше. А эта мстительница словно мысли и страхи его прочла. Потому и пострадал Горбунов щадяще. Без боли, без переломов, чему я сам удивлен. Одни ушибы и те с потерей сознания. Да настолько, что к вечеру уже легко с нами общался. Мистика какая-то. Ведь, по словам докторов, Варвара пока еще в себя не приходила. А эта девчонка – ее двойняшка, даже о таких моментах в курсе. Так что, Леонид Алексеевич, я скорее в ее слова о космосе поверю, чтобы легче воспринимать такие факты. -Получается с Горбуновым, что от самой мести она не отказалась, но и от боли избавила? Уж остальным ее хватило сполна. Будто обладает медицинскими навыками и догадывается, как причинить страдания, а как отправить в нокаут. Ладно, ты только Изотову такие предположения не высказывай. Вот мстит, бьет их, а, как и почему, так ей самой лишь и известно. У прокурора уже сидели его помощник Смирнов, криминалисты и двое неизвестных по гражданке, как представил их сам Изотов, из областной прокуратуры. Москва требует отчета, потому и приехали. -Ну, Виноградов, изложи результаты расследования. Как я уже понял, так все шестеро уже собраны некой мстительницей в больнице. Плохо, что не с вашей помощью, но на такие мелкие аспекты не будем заострять внимание сейчас. Эта мстительница оказалась проворней и расторопней нас, и за нас выполнила основную нашу работу. Теперь дело за нами. -Да нет, - с места поправил Михаил, позволив себе такую вольность. – По ее словам, так это лишь первый этап ее плана. Далее следует смерть. Или как она сама сказала, отправит их в ад лично. -Так если вы ее видели, стояли рядом, почему не задержали? – спросил один из областных. -Простите, но такое практически невозможно, - ответил опять Михаил. – Она гипнотизирует, и этот факт подтверждают многие. Любая попытка применение силы терпит мгновенное фиаско. А потом, на вид ей лет 9-10. И нет еще 14, потому она неприкосновенна. -Ну, я имею в виду, не арестовывать, а просто поговорить, задать вопросы хотя бы, узнать у нее подробности. И кто она такая вообще? – вновь спросил работник областной прокуратуры. -Она не желает разговаривать на эту тему, сразу же предупреждая, что собирается лично сама покарать всех. -А вот этого мы не имеем право допустить. Тем более, что она вас уже даже предупредила, - сердито и категорично заявил Семен Ильич, что Михаил на всякий случай привстал, чтобы выслушать приказ начальника стоя. – Собрать их всех в одну палату и выставить круглосуточную охрану. Ладно, я могу допустить, что в городе, где эти убийцы чувствовали себя вольготно и безопасно, она сумела выполнить свои задуманные планы. Но в больнице под присмотром нашей охраны у нее не хватит смелости и сил. Думаю, что нам недолго ждать их выздоровления. Немного подлечат их доктора, а потом в тюремный лазарет отправить. -Семен Ильич, - с места попросил слова Виноградов. – Но мне так кажется, что мы этим действием способствуем ее задумкам. Она, мне думается, и хотела их собрать в одной палате, чтобы исполнить разом задуманную вторую часть мести. Именно такие высказывания припоминают случайные свидетели происшествий с нашими подозреваемыми. -Ну, я поражаюсь вашими фантазиями! – с неким искренним возмущением воскликнул прокурор. – Обычная малолетка, ровесница той Дроздовой Варвары. Не приписывайте ей несуществующих и невозможных качеств. Это просто ребенок. Да, ребенок, обозленный и жаждущий мести. Но это ничего не меняет. Они все шестеро обязаны предстать перед судом и понести заслуженное наказание. А выставлять каждому охрану, так слишком много чести им. -Семен Ильич, - спросил прокурора Ярощук, из областной прокуратуры. – Ну, ее вообще, видел кто вживую, кроме наших следователей, или все ее похождения выстроены на фантазиях? Я всего несколько часов в городе, а уже таких небылиц наслушался, что уже сомневаюсь в реальности происходящего. Не слишком ли много качеств ей приписывают? -Ну, как вам известно, мы с Михаилом видели, как она на наших глазах заваливала строительными лесами последнюю жертву Василия Горбунова, - глядя гостю в глаза, жестко проговорил Леонид, чтобы его слова не вызывали сомнения и недоверия. – Она есть, она существует, и лично мне в глаза она так и заявила, что никто и ничто не посмеет помешать ей завершить акцию мщения. То есть лично сама уничтожит их физически. Всех шестерых. -И вы так говорите, будто бессильны перед ней, - возмутился Ярощук. – И не надо так категорически утверждать, расписываясь в собственном бессилии, словно она – некий супермен. -Супергерл. Да, пока конкретных объяснений я дать не могу, нечего мне вам представлять. И любые попытки взрослого сильного мужчины ее задержать, мгновенно терпят фиаско. Черт, да понимаю, что расписываюсь в собственном бессилии, но мне так кажется, что мы их спасти не сумеем. Суда она не допустит. Нашего, поскольку сама приведет приговор в исполнение. Она задумала убийство и совершит его, несмотря на наши тщетные попытки и потуги. Поэтому, сбор в одной палате считаю ошибочным. Хотя, она их и в разных легко достанет. Гул и шум возмущений пронесся по кабинету. Однако больше всех шумели лишь гости и сам прокурор, до конца не поверившие в неуязвимость странного мстителя. Свои же, уже не раз слышавшие о ней и понимающие правдивость слов следователя, потупившись, молчали. Возможно, слухи слегка преувеличивали силу и возможности девчонки. Но ведь против фактов аргументы слабы и беспочвенны. Она сумела свершить обещанную первую часть плана, не встретив на пути никакого сопротивления. Против убийц выступила, как многие ее называют, дьяволица. -Ладно, споры прекращаем, и я хочу услышать по делу, - прерывая шум, потребовал прокурор, хотя и шумят здесь лишь гости и он сам. – Они признались уже в совершенном преступлении? Я так понимаю, что кроме слов девчонки у нас на них пока ничего нет? Или все-таки я ошибаюсь? -Я так думаю и делаю вывод из уже имеющихся признаний, - вставил слово Михаил, позволив себе такую вольность, - что всем им хочется выжить любой ценой. А она конкретно обещала каждому, собрав всех в одной больнице, именно здесь, и завершить возмездие. Пока Седов с пеной у рта пытается отрицать все обвинения. Трое в сомнениях, но уже сдаются, в полной мере согласились на сотрудничество и покаялись лишь Горбунов и Володин. Но и их описаний преступления вполне достаточно, и они раскрывают полностью картину события. -Да, - уже как начальник добавил Виноградов. – Показания Горбунова и Володина создают четкие картины происшествия. И нам их вполне достаточно для обвинения всех шестерых. -Кто первый заговорил, тот больше всех и прав, - съязвил Ярощук, абсолютно не согласный с таким оптимизмом следователя. -Не отрицаю, согласился с ним Леонид. – Но признания их обоих совпадают. Да и Изотов, Кулик и Булюк уже на подходе. Они полностью не отрицают своего участия, лишь пока не придумали себе легенду помягче. Если честно, то мне не хотелось бы собирать их всех в одну палату. Однако оставляю собственное мнение при себе и соглашусь с доводами Семена Ильича. Охранять одну палату многократно легче. Надеюсь, что охрана ее не пропустит. И Виноградов с максимальными подробностями описал ход расследования и события, связанные с попаданием фигурантов в больницу, добавляя свое мнение об этой девчонке. -А Горбунову я поверил по действиям самой мстительницы. Она его пощадила. Мне сам врач говорил, что всем пятерым пришлось пережить адские нестерпимые боли. А Василия она ударила по голове, чтобы сразу отключился, а уж потом нанесла ему многочисленные ушибы. -Простите, Леонид Алексеевич, - возмутился и даже излишне с горячностью воскликнул Ярощук. – Насколько я понял, так она всех их шестерых ломала и била без оглядки на последствия. А тут вы мне рассказываете о ее выборочности тяжести травм. В конце концов, как она могла предполагать последствия травм? По-моему, им все одинаково доставалось. -А вот сумела же, - с легкой иронией вмешался Михаил. – И так вершила, как по писанному. Этот факт отрицать невозможно. Всех ломала она при свидетелях, при которых так и объявляла, что дарит им боль и страдания. А Василию обещала пощаду. Ну, и как это понимать? -Чертовщина какая-то! – уже не так уверенно и тихо проговорил Ярощук, непонятливо пожимая плечами. Хоть и не желал Леонид, но приказ исполнил точно и сразу. Всех шестерых разместили в одной из самых больших палат больницы, предварительно опросив еще раз молчащую четверку. К удивлению следователя, первым заговорил Седов, когда сообщили ему о планах размещения его команды в одну палату. Недолго томились и остальные. Поняв, что Василий и Андрей уже полностью признались и максимальную вину взвалили на них, все наперебой и со спешкой и торопливостью заговорили, пытаясь хоть чем-то оправдать свои поступки. Михаил и Леонид едва успевали записывать. А убийцы путались, возвращались сначала и вновь с максимальными подробностями описывали события того трагического дня, даже напрочь исключив попытки, свалить вину на алкоголь. Память оказалась яркой и впечатляющей, и выпитый алкоголь лишь обострил восприятия. И из всех рассказов Леонид сделал однозначный вывод: преступление началось с Эдуарда и Валерия и продолжилось по жесткому приказу Седова. Не оказалось смягчающих обстоятельств и у Андрея Володина, как не старался он себя хоть чуточку обелить. И лишь Горбунов Василий имеет небольшой шанс на смягчение своей вины. Он никого не убил, если с Варварой все обойдется. Очутившись в одной палате все шестеро, не имея возможностей на самостоятельное передвижение, первые минуты, молча, рассматривали друг друга, словно не могли понять их сбора в одну кучу. Ведь получается, что полиция лишь способствует в осуществлении планов мстительницы. Она ведь обещала им, что после боли уничтожит их, не позволив на существование даже в тюремной камере. И вот они беспомощные и готовые принять от нее смерть. -Нам так гораздо легче вас охранять, – объяснил им Михаил, руководивший акцией переселения. – Она, если вы помните, еще не закончила свое возмездие. Хотя, по мне, так пусть бы уже завершила месть, потому что прав на жизнь у вас нет. Слишком много невинных убиенных на вашей совести. Но прокурор приказал беречь вас для суда, потому, и решено выставить у палаты охрану. – И уже на выходе он еще раз проинструктировал охранника: - Никаких посещений, кроме медсестры и врача, которого вам представили. Ну, разумеется, и меня с Виноградовым. Помни, охота на них пока не завершена, поэтому никакого ребенка даже близко к палате не допускай. Да, на всякий случай, девчонку даже не пытайся задержать. Пока до сих пор ни у кого удачно, ни одна попытка не получилась. При появлении ее, - Михаил вручил охраннику фотографию Варвары, - поднимай тревогу. Знаешь, мне твоя безопасность как-то важней. Хотя, до сих пор она никому из посторонних вреда не причинила. Но ведь сейчас она будет пытаться уничтожить их. Так что, будь бдительным. Охранник выслушал инструкции и пожелания, молча. Однако, рассматривая фотографию маленькой девочки Вари, он в душе иронично посмеивался над всеми этими манипуляциями и потугами прокуратуры, не понимая и не представляя, как сумеет эта малолетка проникнуть в палату к пострадавшим от ее действий, если у дверей будет находиться и жестко бдеть молодой, спортивный и очень ловкий, каким считал себя Григорий, старший сержант полиции, студент юридического факультета, в будущем собирающийся стать опером и ловить преступников. Взрослых, матерых и жестоких, какими являются все эти шестеро, которых ему поручили охранять от девчонки. А здесь столько наставлений и предупреждений, что ему даже немного весело. Разумеется, они хоть и бандиты, но абсолютно обездвиженные, и потому ему надо защитить их от обиженной и обозленной девчонки. Да он ее близко к палате не допустит. А это предупреждение помощника следователя о невозможности и о провале всех попыток, задержать ее, так, по крайней мере, смешны и комичны. Григорий буквально три дня назад без особых усилий и напряжений задержал двух хулиганов размером с маленький шифоньер. Легко схватил их за шиворот и привел в отделение. А все потому, что по вечерам и выходным не пиво хлещет, как поступает большинство, а ходит в спортзал и железо тягает, и с тренером разминается. Свое мнение Григорий не высказывал, поскольку начальство им не поинтересовалось. Он выслушал указания, ответил готовностью исполнять, заверив, что мышь, и даже муха в эту палату не проникнут. Так что, господа начальники, работайте без излишних волнений и опаски за сохранность вверенных ему убийц. Сколько принял, столько и сдаст. Марине еще в приемном покое сказали о запрете на посещения. Она возненавидела и прокляла своего любимого прежде Васеньку. Однако, поразмыслив после получения сообщения о попадании его в больницу и отвергнув все намеки и ненавидящие убийственные категорические речи дочери в адрес отца, Марина все же решилась навестить его. Хотя бы поговорить, выслушать оправдания. А вдруг, и в самом деле, не было его вины в этих убийствах? Ведь жива девчонка, она знает правду, и, очнувшись, поведает ее всем. Трудно даже предположить, как Марина сумеет простить мужа за этот зверский поступок. Однако быть неблагодарной Марина не умела. Все годы совместной жизни, как за каменной стеной, они обе были под его опекой, не испытывая материальных нужд. Испугался? А как бы на его месте они сами с дочерью поступили? Этот зверь Седов, способный ради денег на убийство, командовал ими, как своими рабами. Вот Вася и отчаялся на этот поступок. Однако не подчинился, а сымитировал убийство. И следователь, этот молодой парень по имени Миша, так говорил. Мол, ваш муж – единственный, кто может рассчитывать на какое-то оправдание. А дочь уже выросла, пусть живет своим умом. А Марина на одиночество не согласна. Не всем герои даны. И не пьющий ее Вася, и незлой. И не убийца, как те пятеро. Она сидела на лавочке в больничном дворике и смотрела в окно палаты, где по ее предположению мог лежать муж Вася. Когда рядом с ней с пакетом в руках присела женщина, Марине так показалось, что она должна быть одной из жен пятерых пострадавших от рук девчонки. -И вас не пустили? – как факт, а не вопрос проворила женщина, представившаяся Катей, женой Андрея Володина. – Наши, как я поняла, последними попали. Давай на «ты», - попросила она Марину и, получив согласие, продолжила: - Я поначалу не поверила, решила, что произошла ошибка. Но, когда попал твой, то сразу все сопоставила и окончательно убедилась, что влипли наши мужики по полной. Ну, и что ты думаешь по этому поводу? Простишь, будешь ждать, если срок, какой дадут, а не пожизненно, как обещал прокурор. -Я не знаю, - растерянно пролепетала Марина, подавленная напористостью Екатерины. Уж слишком спокойно и без излишних эмоций выговаривалась женщина, чей муж искалеченный лежит в больнице, а будущее у них весьма с неперспективной судьбой. – Поначалу была зла, ненавидела. А потом остыла, осмыслила. Только, как ходят слухи, она их не желает оставлять в живых, обещала всех в больнице порешить. Тогда суда не будет. -Ну, - не согласилась Екатерина, - не такая уж она всемогущая и всесильная. Я до палаты дойти не успела, как меня развернули. Их всех, наших мужей в одну палату собрали и охрану выставили. Там такой мужик огромный и сильный стоит, что не то, что девчонку, никакого мордоворота не пропустит. Комедия, да и только. От какой-то малявки охраняют, как от банды террористов. Хотя, - немного поразмыслив, добавила она чуть погодя, - сильна она оказалась, уложила на койки всех наших мужей. Вот странно как-то получается. Столько лет наши мужья вместе работают, а нас ни разу не познакомили. Дела, все, да дела. Они, как мне Андрей говорил, и за солом редко сами вместе собирались. Вот в кои века решились, и наломали дров на остаток жизни. Твой ничего конкретно не рассказывал? Марина, молча, покачала головой. Ей почему-то не хотелось общаться и откровенничать с супругой убийцы. Своего Васю она уже таковым не считала. Хотя, в одном Екатерина права – с женами друзей по бизнесу они не знакомили. И потому откровения с потенциальным врагом мужа могли принести ряд неудобств и нанести вред Васе. -Но ведь, не могли наши мужики ни с того, ни с сего напасть на мирно отдыхающих, никого не трогающих граждан? – решилась высказать свое видение происшедшего Екатерина. – Я могу судить по своему мужу, да и ты подтвердишь, что пьяницами они не были, таковыми никогда не считались. С их деньгами любой мужик давно бы спился. Частенько случается в гостях, так я первая напивалась, и Андрей мне потом нотации читал. И уж об агрессивности, способной довести его до убийства женщин и детей, я даже думать не желаю. Поди, сами спровоцировали эти туристы драку с поножовщиной, а нашим пришлось обороняться. -Но там ведь трое детишек убиты. И четвертая до сих пор в больнице лежит. Как такое объяснить? -Не знаю, но в виновности муже не верю, что сам он первый начал. Вынудили его к такой жестокой обороне. Когда к их лавочке подошли еще четыре женщины, то Марина внутренним чутьем поняла, что здесь в дворике больницы собрались все шесть жен тех, кто сейчас лежит в палате. И все они жертвы одной девчонки. Все шестеро, молча, сидя на лавочке, пару минут изучали друг друга, смотрели, словно на некое диковинное явление или музейные реликвии. Затем одна из них, представившись Галиной Седовой, предложила всем познакомиться друг с другом. -Одной бедой повязаны мы, девчата, - как-то сурово и одновременно с ноткой обреченности, проговорила она. – Много лет за широкими сильными спинами мужей мы прожили беззаботно и беспроблемно. А вот случилось такое несчастье, и нам придется его пережить. -Не переживем, - категорически с некой тоской в голосе, проговорила Дарья Кулик, супруга Эдуарда, которого все теперь считали главным виновником преступления. Никакие СМИ не сравняться со скоростью перемещения и распространения информации с людской молвой, то есть, по-народному говоря, со сплетнями. Уже через два дня после сбора всей шестерки в одну палату и после чистосердечного признания всех, доля вины в этой трагедии каждого стала достоянием ушей обывателя. – Вот, - Дарья ткнула пальцем в сторону Марины, - она одна может рассчитывать на мягкий приговор суда. Ее Васька остался не замаранным, жива его жертва. И даже не в тяжелом состоянии. Спит и во сне выздоравливает. -А нашим, как я поняла, - продолжила мысль Дарьи Алевтина Изотова, - грозят сроками максимальными. Уж с Куликом мой загремит на пожизненное. Да и твой Седов запачкался не меньше. Но и 20 лет, если Булюк с Володиным сумеют отделаться такими сроками, вы, дорогие мои Катя и Света, не станете их преданно дожидаться. Так что, если кому и повезет, так это лишь Марине. В этом Даша права. Как-то сумел в этой резне твой муж не свершить убийство. -Девочки, ради бога! – как-то спокойно и даже с неким оптимизмом, воскликнула Светлана Булюк. – Никакие сроки мстительница не обещала. Всех она, как и желала, да еще с помощью прокурора, что собрал их всех в одной палате, порешит одним махом. А поводов для недоверия ее угрозам она пока не давала. Все творит до сих пор, как по писанному, не отклоняясь от планов, высказанных вслух и прилюдно. Обязательно любит при зрителях, словно в театр играет. -Месть – она сладка и пьянит, вот оттого и остановить ее невозможно. -Там, у дверей ее палаты, - недоверчиво проговорила Екатерина, - некий шкаф сидит, что здесь ее планам сбыться не суждено. Не думаю, что у нее хватит сил с ним справиться. Не пропустит, не допустит, а схитрить или какими другими путями попасть к ним просто нет возможностей. Если только через окно, так стены гладкие, уцепиться не за что. Поэтому, я не думаю, что у нее с этим что-то выйдет. В этот раз она окажется неспособной и слабей. -Я тебя умоляю! – иронично и с сарказмом вскликнула Алевтина. – До сих пор ее как-то преграды особо и не волновали, она их с легкостью обходила и преодолевала. И сейчас, будьте уверены, получится без особых проблем. Вот увидите, придумает такое, что сами удивимся. Так что, милые мои вдовушки, будьте готовы скоро стать таковыми, незамужними. -А я с тобой согласна на все сто процентов. Нет, не о фантастических способностях девчонки хочется сказать, - тихо и спокойно, как о неком обыденном событии, проговорила Светлана. – Своих мужей мы потеряли уже четвертого мая, когда они посмели пойти на это грязное убийство. Так путь теперь она их добивает, поскольку на это имеет полное право. Они ее родных людей убили за просто так, осиротили и саму покалечили. Если сам господь дал ей этих сил и такое право на суд, то свершит она его, несмотря ни на что. -Так ты думаешь, что это она и есть? – недоверчиво поинтересовалась Екатерина, которая имела на этот случай иное мнение. – Так мне сказали, что после четвертого мая Варвара даже в себя ни разу не приходила. Нее, девчонки, тут, скорее всего, другая мстит, просто здорово на нее похожая. Может, близняшка? Сумела спрятаться в кустах, выждать, всех зафиксировать. А потом вот таким способом отомстить. И не просто убивает, а поначалу искалечит. -Нет, не было и даже не намечалось никаких сестер у Варвары, - уверенно и компетентно заявила Дарья. – У этих Дроздовых единственная внучка. Был внук, да убили наши суки-мужья. И если это не мистика и никакой не фантом Варвары, то, стало быть, она сама и мстит им, поскольку, единственная, которая выжила. Бывали случаи в медицинской практике, как раздвоение личности. Она спит в палате, вернее, все и она сама так думает, а ее второе «Я» в это время встает и начинает творить всякие дела, о которых даже сама потом не вспомнит. -Ой, ну, это же полнейший бред, девочки! – с возмущением не согласилась с ней Галина. – Какое там раздвоение, ежели эта Варвара под постоянным присмотром врачей. Да еще дед с бабкой дежурят ежедневно в ее палате возле койки. Не могла она незаметно покидать больницу, сразу бы заметили и возвратили обратно в койку. Не порите чушь, дорогие. -Так это днем, а ночью? Ну, когда все спят, так она и орудует со своими замыслами. По-моему, по ночам старики не дежурят, а медсестра, так та сама спит мертвецким сном, запросто пропустит. -Однако ни одной акции она ночью не провела. Утром, в обед и вечером. Аккурат в то самое время, когда у койки Варвары кто-нибудь сидел, - со знанием дела опровергла всевозможные домыслы Марина. – И такой факт отрицать бессмысленно. Даже если хочется ее посчитать мстительницей, то никак не сходится с временем свершения того или иного события. Женщины, словно давние преданные и хорошо знакомые подружки, не испытывая друг к другу абсолютно никаких негативных чувств, мирно, спокойно и без лишних эмоций беседовали, делились мнениями, впечатлениями, уже считавшие себя если не вдовами, то, что наиболее вероятно, одинокими, потерявшими мужей. Никто даже намеком не желал предположить многолетнее ожидание возвращения мужа из мест не столь отдаленных. Не беда и не несчастный случай, а умышленным злым, кошмарным поступком назвали они такое бедствие бытового порядка. Однако, как предположила Дарья, им самим ведь и сорока нет, а дети уже немаленькие. Есть еще у женщин шанс и замуж выйти, и ребенка родить от какого-нибудь нового супруга. Никто из них, кроме Марины, не рассчитывал на чудо и на возвращение мужей в лоно семьи. Хотя, как предположила Галина, на помилование и Василий рассчитывать не имеет никаких моральных прав. На саму жизнь, на возможность еще пожить на свободе. Но вряд ли суд радикально повлияет на его ближайшее будущее. Срок ему все равно светит нешуточный. Если только чуть поменьше, чем остальным. -Он струсил, но не пожелал противостоять остальным, стало быть, был со всеми и одобрял это убийство, - словно приговор, определила судьбу Василия Галина Седова, не желая и ему прощать поступок. – Если мой кричал, как все говорят, приказывал, так они, ваши мужья, вовсе в его подчинении не были, и как бараны исполнять этот дикий приказ не имели права. Все они – одна банда. Если по мне, так и Василий не имеет никакого снисхождения. Марина обреченно согласно кивала головой, принимая за истину слова этой беспощадной и жестокой женщины, такой же злой и бессердечной, как и ее супруг. Но в глубине души все еще пыталась оправдать своего Васеньку. Он не изверг, как все эти их мужья, он просто испугался властного Седова, для которого деньги важней и дороже человеческих судеб. -Что-то следователи совершено позабыли о нашем существовании, словно потеряли интерес к нашим персонам, - сделал вывод на отсутствие в их палате уже второй день работников прокуратуры Седов. -Мы им стали неинтересны после признаний, - предположил Эдуард. – Нет тем больше для общения. -Да, теперь ждут результата от врачей, - добавил Валерий. – Как только на ноги встанет, так в тюремный лазарет на долечивание отправят. Так что, с лечением можно не спешить. -А какая разница, все одно, тюрьма нас дожидается. Если не пожизненный срок, то максимальный, что без разницы, - печально констатировал Андрей. – Под старость на свободе не выживем, с голода издохнем. -Пенсию получишь на хлеб и воду. Конечно, бабы себе других найдут, нас вычеркнут из списка живых, потому, готовьтесь в бомжи, иного не получите, - зло хихикнул над собственным будущим Константин. Боль отпустила, тело помаленьку заживает и, можно даже так сказать, выздоравливает у всех шестерых. В первый день, когда их собрали в кучу, то есть, разместили в одну палату, молодой следователь по имени Михаил Юрьевич, как он сам представился, с максимальными подробностями всех опросил и записал события, начиная с четвертого мая, а затем и последующие с встречей с мстительницей и с попаданиями на больничную койку. Окончательно осознав бесполезность отрицаний и, смирившись с судьбой, они откровенничали и пересказывали со всеми деталями сам процесс преступления и эту роковую встречу с Варварой. Говорили много, слишком даже подробно, чтобы хоть чем-то смягчить судьбу. -Вася, ну, признайся наконец-то честно и правдиво, - просил Горбунова Эдуард уже беззаботным и уверенным тоном, словно впереди у него после больницы ничего, кроме как возвращения домой. Он так до конца и не поверил и не принял версию мистического фантома пострадавшей девчонки. – Не могла же нам мстить настолько жестоко совершенно посторонняя девка. Да и не было там больше никого. Две семьи в полном составе. И все семеро погибли, правда, не без нашего участия, кроме этой Варвары, которая нас и отправила сюда. -Она, - равнодушно подтвердил Василий. Бояться Седова и своих подельников в этой палате не имело смысла. Все его противники обездвижены, обмотаны и перемотаны бинтами и залиты в гипс. Да и сами они уже мирные и тихие, словно смирившиеся агнцы на закланье. – И что интересно, так одежда на ней одна в одну, что и на берегу была. Эти моменты я запомнил детально. Однако в этом и вижу нелепость совпадения. Да, признаюсь, и плевать я сейчас на вас хотел, но по-настоящему убивать девчонку я не хотел. Слегка поцарапал, каюсь и за это прошу прощения. А в смерти других я не участвовал. Да только, все равно, одежду я ее порезал, раскромсал, в крови испачкал. Не могли же постирать и надеть на нее. -И теперь ты надеешься на снисхождение за такие вот нечаянные поступки, словно и не было тебя с нами, не участвовал, не воспрепятствовал, ничего не видел и не ведал, что творил? – иронично, однако с неким сожалением, что ему не досталась в тот день эта девчонка, спросил Константин. -Надеюсь, что под пенсию успею насладиться свободой. Пусть пятнашку получу, так это всего-то и будет мне 53. Ну, даже до семидесяти и то 17 получается. -Не забывай, что за пятнадцать лет в тюрьме та потеряешь зубы, остатки здоровья и состаришься. На все эти 70. -Только этим мечтам мне может помешать, - продолжил Василий, не обратив внимания на реплику соседа по койке, - все та же двойняшка Варвары. Не Варвара нас отправила сюда, ее двойняшка. И это я вам заявляю со всей прямотой. И она нам всем после боли смертью грозилась. И если вы заметили, так все ее угрозы сбываются. Даже интересно, чем и как добивать будет. -Заткнулся бы ты, Васька, слушать противно, - зло вскрикнул Валерий. – Тебя она освободила от страданий. Не то, что нам досталось по полной. Поди, языком мелешь, а сам все надеешься на ее дальнейшую благосклонность. Хочется, ой, как хочется, чтобы пощадила в знак признательности, что провел нас, как лохов. Тебе же, Игорь, говорили, чтобы проверил, а ты понадеялся на Васькину честность. Вот и получили по вашей милости то, чего получили. -Не лохов, а отморозков. Я не детоубийца. Вот как бы сам пел, если бы твою Веру ножом, как ты мать Варвары? Не знаю, но за Любу сам любому глотку перегрыз бы. Так что, можете мне не завидовать. Эти справедливые, но для ушей болезненные обвинения, вызвали в палате бурную реакцию. Теперь уже каждому хотелось хоть каким-нибудь маломальским оправдывающим эпизодом обелиться, найти в своих поступках смягчающиеся обстоятельства. А их отсутствие еще больше злило и раздражало, словно жизнь прожита в зле и в преступлениях. -Шумят? – к Григорию, сидевшему метрах в пяти от входной двери и листающему некий цветной журнал, подошел врач с пожилой женщиной. – Еще хорошо, что связаны и прикованы, а иначе и подраться могли бы. -Пусть орут, сколько им влезет. Выясняют, как я понял из их криков, кто больше виноват или прав. Да только ничто их уже не спасет, кара не за горами, - равнодушно проговорил Григорий, но в знак уважения перед профессионалом и перед пожилой женщиной с кресла привстал. Негоже с таким большими и пожилыми людьми разговаривать сидя. – Вот вы их подлечите маленько, а мы потом их в кутузку отправим. А то им слишком чести много. И кормежка качественная, и прислуга уважительная. Да еще охрана круглосуточная. -Получается, что в кутузке кормят, чем попало? – весело поинтересовался у Григория врач. -Там, уважаемый товарищ доктор, кормежка баландой называется, как и полагается по статусу. -Хорошо, это будет потом, а пока они в нашей власти, а потому от остальных больных не отличаются, - согласился врач. – Вот, познакомься с Евгенией Федоровной. Она с сегодняшнего дня присматривать будет за ними. Кормить, утку подавать, и прочие процедуры выполнять. Григорий согласно кивнул головой и вновь уселся в свое кресло, возвращаясь к картинкам в журнале. К шумам и крикам, доносящимся из этой тюремной палаты, он уже успел привыкнуть, а потому особого внимания на их силу и смысл внимания не обращал. Да и не желал вникать. Пусть, коль так приперло, орут, пытаются что-то кому-то доказать и обвинить. Ему на все эти базары начхать. Уж пусть, коль такая планида выпала, лучше их та девчонка добьет, чтобы уменьшить работу судей. Это же после приговора их потом до конца дней кормить за государственный счет обязаны. Вот чего-чего, а такого блага они не заслуживают. -Ну, вот сам он не отморозок, да? – не соглашаясь с такой характеристикой, завизжал Эдуард. – Так чего же сам даже попытки не предпринял, чтобы как-то остановить нас, предотвратить убийство? -Вас? – искренне возмутился Андрей, занимая позицию Василия и не соглашаясь с выводами Эдуарда. – Да вы с Валеркой уже до нашего прихода порешили бабу с мужиком. Ну, дал он тебе по морде, так по-мужски отвалил бы ему сдачи. Чего же, как полный отморозок за нож хватаешься? И тут Васька о вас с Валеркой чистую правду сказал. Нелюди, да и только. -А сами вы кто, лучше нас, что ли? – кричал писклявым голосом Валерий. – Одним дерьмом мазаны. -Так тут уж главный отморозок вдруг принимает такое убийственное решение, - уже не так категорично защищался Андрей. – Так сказать, поступила от босса команда, а мы люди послушные, исполнительные. Васька попытался избавиться от миссии убийцы, но этот же ему смертью пригрозил, всех ему замарать хотелось кровью. А что, за ним бы не заржавело. Получив новый всплеск повода к крикам и эмоциям, палата вновь превратилась в потревоженный улей. Кто зло, кто по инерции, чтобы выплеснуть наружу накипевшее, а некоторые лишь бы не молчать, ибо лично себя они уже оценили и приговорили. Еще давно, на второй день после убийства, когда пришло осознание свершившегося пьяными мозгами и такими же руками. Ведь в тот момент свершение преступления казалось единственным и правильным решением Седова. Однако утром думалось уже несколько иначе. Зря, однако, пощадили Валерия с Эдуардом, все свалить на них было бы оптимальным вариантом. А Игорь своим командным визгом перечеркнул биографию и будущее всех. Даже если бы не оказалось мстительницы, то прежней беззаботной жизни у них не могло просто быть уже никогда и ни за что. -Вас послушать, так и виноватых не найти. Вокруг одни заблудшие овечки. Ну, если только Седова за старшего не посчитать. Тогда он получается козлом во главе отары. А у вас всех столько отговорок и оправданий нашлось, что даже жалость внутри зашевелилась. Нет, господа хорошие, не получится поблажек никому, приговор для всех будет единый. Слова по палате пролетели, словно хлесткий щелчок стека по стеклу. И вся компания вмиг смолкла, уставившись на окно, со стороны которого и прозвучала эта гневная убийственная тирада. На подоконнике сидела Варвара Дроздова собственной персоной. В футболке, шортиках и летних туфельках, какие и были на ней в тот роковой день четвертого мая. -Ну, и чего умолкли? – хихикая детским веселым смешком, спросила мужчин Варвара. – Поспешила я со своим вмешательством, не дала выговориться сполна. Хотя, признаюсь, так мне самой порядком надоели ваши пошлые оправдательные и обвинительные речи. Вы с обвинениями кричите в адрес других, но никто не повинился и не покаялся. Лишь имеется единственное желание – перекричать друг друга. Признайтесь, что сейчас хочется время перекрутить в обратную сторону? Да оно, к сожалению, не имеет обратного хода. Случившееся остается лишь признать и осознать. А вернуть, ну, никак не выходит. Ладно, теперь слушайте, молча, меня. Вас слушать противно и скучно. Пустобрехи. Варвара спрыгнула с подоконника, оставив на окне трехлитровую бутыль, наполненную прозрачной жидкостью, и прошлась между коек, пристально вглядываясь в глаза своих жертв, отыскивая в их глубине хоть искорки сомнений, сожалений и раскаяния. Нет, там только страх, ужас и отчаяния. А еще страшное желание закончить незавершенное на берегу Василием. Он не убил ее, так сейчас они с великой радостью добили бы. Но не могут, поскольку их тела связаны и обездвижены. Лишь рот и свободен. А такое их состояние и входило в ее планы. Пусть страдают и осознают свое полное бессилие. Как те, от руки которых они погибли. -Я вовсе и не Варвара. Девочка Варя спит на больничной койке в своей палате и видит прекрасные сказочные сны. Я – ее фантом. А вы, вернее, некоторые из вас, мыслили в правильном ракурсе. Обыкновенная девчонка не осмелилась бы и не сумела чисто физически достигнуть такого результата. Зачем я явилась перед вами в это мгновение? Так вы и сами отчетливо представляете, но страшно признаваться в собственных предположениях. Девочка Варя некрещеная и верой божественной необученная. То есть, атеист она. Стало быть, аналогичной верой и я посвящена. А вот ада, вам обещанного, мне для вас хочется. И сервис обслуживания окажу по-максимуму, с доставкой в палату. Фантом Варвары, обойдя все койки и внимательно изучив глубину глаз каждого, возвратилась к подоконнику за бутылью. Скрутив крышку и оставив ее на подоконнике, она с этой бутылью возвратилась к койкам. Теперь ее глаза уже не по детски сверкали дьявольским огнем, испепеляя и уничтожая, поверженных ужасом и безумным страхом свои жертвы. -Спирт, чистейший, медицинский. 96 градусов, - зловеще объявила она, плеская на каждого порцию сильно пахнущей жидкости. – Вас этот спирт сгубил душевно и морально, а сейчас вы от него издохните физически. Хотя, все-таки, не все. Я не варвар, хоть и Варвара, и не полный отморозок, какими являетесь вы. А потому, сейчас проявлю чуток человеческой благодарности. Варвара силой выдернула кровать Василия на середину палаты и, толкая ее с визжащим скрипом, пододвинула к входной двери, которую уже открыл охранник Григорий, заинтересованный слишком неестественным шумом для лежачих больных. Сам по себе шум такого музыкального сопровождения возникнуть не мог. Явно в палате происходит нечто запредельное. 9 -Эй, что у вас тут происходит? – удивленный и слегка ошеломленный от происходящего, в палату попытался войти Григорий. Однако койка с Василием полностью заполнила дверной проем. – Ты кто, ты чего? – вдруг обнаружив виновницу странных шумов и явлений, залепетал он, поняв свою беспомощность и бессилие. Такой большой и сильный мужик, а перед ней, такой маленькой, сплоховал. – Так это и есть ты, про которую так много мне талдычили? Но откуда ты взялась, ведь я ни на минутку не покидал свой пост? Григорий попытался отодвинуть койку и проникнуть в палату, чтобы задержать нарушительницу покоя и восстановить должный больничный порядок. Однако Варвара с силой толкнула койку, выдворяя Григория за пределы палаты вместе с Василием, показав ему его неспособность, противостоять ее желанием и невозможность вмешиваться в планы мести. -Гриша, - добрым детским голоском пролепетала Варвара. – Забери его отсюда куда подальше. И скажи своим, что я его прощаю. Нет на нем смерти. А ежели слегка и поцарапал меня, так он за свой подлый поступок попросил у меня прощения и покаялся. Ну, а ваш земной суд пусть без меня определяет степень его вины по своему закону. Остальных казню я сама. Мне такая миссия сверху дана. Они обязаны покинуть сей мир через муки ада. -Погоди, Варвара! – взмолился Григорий, учуяв запах спирта и осознав дальнейшие действия девчонки. – Пусть их всех осудят по закону, не бери грех на душу. Ты их уже достаточно наказала. Да и сама можешь сгореть вместе с ними. Или обжечься, так и это неприятно. Ты себя пожалей, мне лично на них плевать, ты себя не сгуби, - крикнул Григорий, суетясь возле входа и пытаясь как-то через верх или сбоку проникнуть вовнутрь палаты. Однако, осознав окончательно тщетность своих попыток, он наконец-то сообразил отпихнуть от входа койку с Василием, но этих секунд хватило Варваре, чтобы поднести огонь зажигалки к пеленатым телам оставшихся пятерых. Единый дикий вопль разорвал просторы больницы и вмиг смолк, захлебнувшись в пламени. И когда Григорий наконец-то выдернул из дверного проема эту преграду в виде койки, на которой, бледный и онемевший от страха, и все еще не веря в помилование мстительницы, в полусознательном состоянии лежал Василий Горбунов, вся палата напоминала факел, состоящий из пяти коек. А девчонка стояла на подоконнике возле открытого окна и готовилась к прыжку, чтобы покинуть судное место. Григорий понял, что за ней ему не угнаться, а его подопечные уже мертвы, выскочил в коридор и помчался к щитку с надписью «ПГ», чтобы раскрутить свернутый в колесо шланг и до приезда пожарных, которых успела уже вызвать дежурная сестра, по-максимуму погасить пламя. Хотя, как лениво горели тела убийц и постельные принадлежности на койках, он понимал, что с таким огнем справится легко. Заметив всполохи огня в распахнутом окне и стоявшую девчонку в проеме, женщины испуганно вскочили с лавки, позабыв тему недавнишнего разговора, и побежали в сторону больницы, чтобы помочь, терпящему бедствие, ребенку. Им так сразу и показалось, что девчонка ищет спасение именно в этих действиях, как покидание бедственной палаты через окно. Они не успели подбежать, как она оторвалась от стены и грубо обеими ногами приземлилась на асфальт. В ужасе женщины, предчувствуя тяжкие последствия, вскрикнули в унисон. Однако им на удивление девчонка не упала, не присела, а не спеша, словно сошла со ступенек, пошла от больницы в сторону парка, рядом с которым это лечебное учреждение располагалось. Однако, заметив, перепуганных ее действиями, женщин, она задержалась и, подпустив их на близкое расстояние, громко и торжественно объявила, словно отчиталась перед ними: -Миссия мщения завершена. Ваши мужья, пройдя муки ада, покинули этот мир, отправившись в вечность. Мои вам соболезнования, но не сочувствия. Избавление от таких отморозков можно и за благо принять. Да, - немного отойдя, она развернулась и поведала, будто забывшуюся весть: - Твой муж, Марина, остался в живых. Я его пощадила и простила. Он не желал мне смерти. А к гибели других не причастен. И самое главное, он искренне каялся и молил прощения. Не жизнь вымаливал, а мое прощение, в чем большая разница. А дальше сама примешь решение, тут уж меня не касается, и в его судьбе я участия больше не приму. Теперь после этих слов, оставив женщин в неком нереальном и подвешенном состоянии, она ушла, навсегда посчитав свои дела завершенными. И шла она настолько уверенно и независимо, что ни у кого не может возникнуть желание, задержать, не пустить. А ежели кто и посмеет, то не сумеет сделать это физически. С этого мига мстительница, завершив свою миссию, исчезает из этого реального мира, уходя в свой, неведомый и таинственный. Женщины, осознав происшедшее и не имея шансов на недоверие ее признаний, однако, внезапно лишившись здравого смысла и трезвого разума, рванулись в сторону входных дверей больницы, чтобы воочию убедиться, а именно в первые мгновения такого им хотелось, что девчонка пошутила. Она бравировала, ибо такой хлипкой маленькой девчонке не под силу ни физически, ни морально, свершить такое кошмарное убийство огнем. Именно огнем, ибо выпрыгивала она из окна палаты, охваченной огнем. И лишь Марина, внезапно почувствовав, как силы покидают ее, остановилась возле крыльца, не желая и не имея сил, входить в больницу. Неужели она его пощадила и оставила в живых? Но для недоверия она пока поводов не давала, исполняя обещанные кары слово в слово. А как теперь воспринимать и понимать этот дар обиженного ребенка? Разве сама Варвара могла такое совершить? Хотя, продолжала рассуждать Марина, усаживаясь на ступеньку крыльца, поскольку ноги не желали держать ее, и сил дойти до лавки не оставалось, это были отчаяния сильно обозленного ребенка. Она понимала, что выглядит глупо на этой ступеньке, что создает помеху суетящимся и бегающим людям в форме, пытающимся оказать помощь в покидании горящей больницы перепуганным больным. Однако, как она поняла по действиям пожарников, которые добежали по выдвинутой лестнице до окна той палаты, откуда выпрыгнула девчонка, угрозы распространения огня не было. Но людей, кто об этом не знал, пугал и гнал подальше от опасного места дым. К Марине подошел некий мужчина и усиленно тряс ее за плечо, пытаясь возвратить из небытия в реальный мир. С трудом, продираясь сквозь дымку в глазах, Марина узнала в мужчине следователя, который несколько раз опрашивал ее и задавал вопросы, касающиеся мужа. По-моему, так решила она, звали его Михаилом. Вот отчество она запамятовала. -Марина, с вами все в порядке? – наконец-то долетели до нее первые внятные слова из его уст. – Вы видели ее? Мне говорили, что она из окна выпрыгнула к вам и успела что-то сказать. Это была Варвара Дроздова? Она пощадила вашего мужа, заявив о его непричастности к убийствам. Это правда? Давайте, я вам помогу дойти до лавки, не нужно сидеть на бетоне. -Да, - наконец-то выговорила Марина, поднимаясь с помощью Михаила со ступенек и направляясь к тому месту, где они вместе все сидели до этого пожара. Ибо ноги ее пока еще не держали, и ей вновь хотелось присесть. – Только это была не Варвара, она так нам говорила. -Как это, не Варвара? Охранник сказал, что это она была, она подожгла их. Он ее сам видел. -Нет, Михаил, она ведь нам призналась, что не является Варварой Дроздовой. Сами можете проверить, посетив ее в палате. А мстила именно за нее, от ее имени за гибель родных. Ведь Варвара, как лежала в палате, мне кажется, она до сих пор там и лежит в детском отделении. -Марина, - вдруг попросил ее Михаил. – Я сейчас в детское отделение сбегаю, проверю, как она там, а вы обязательно дождитесь меня. Мне еще хотелось бы задать несколько вопросов. И всех женщин, как только они выйдут из больницы, попросите подождать на этой лавке. Хотя, - Михаил задумался, слово попытался принять некое иное решение. – Они и сами вряд ли так скоро разойдутся по домам. Все равно, ждите меня здесь. -Скажите, а она правду сказала? – испуганно спросила Марина, боясь опровержения слов мстительницы. – Они все погибли, все до единого? А Васю, она сказала, что простила и не убила? -Да, - опроверг ее внезапные сомнения Михаил. – Все погибли, а вашего мужа она оставила в живых. -Его буду судить? -Разумеется, ему суда не избежать. Однако, мне так кажется, что в любом случае вина вашего супруга имеется, и наказания избежать не удастся. Я допускаю не столь большой срок, какой могли получить остальные, суд учтет его непричастность к убийству. А все остальное решать вам. Сказал и побежал к входу в подъезд, в котором на втором этаже в детском отделение в отдельной палате лежала Варвара Дроздова. Девчонка-мстительница даже не пыталась скрыть свое лицо, однако, вслух заявляла о непричастности к больной Варе. Которая лежит на больничной койке. Но в мистику и в фантомы Михаил верить не собирался. Он сейчас хочет лично убедиться, что настоящая Варвара палату несколько минут назад не покидала. -Бабушка, я кушать хочу. Анастасия от неожиданности выронила книгу, которая с шумом шлепнулась на пол. Но поднимать ее она не стала, а уставившись испуганными, обрадованными и слегка ошарашенными глазами, рассматривала внучку. Варя открыла глаза, достала руки из-под одеяла, положив их поверх его и, глядя на бабушку, повторила свою просьбу, добавляя к сказанному: -Кушать очень хочется, бабушка. И пить. Очень сильно-сильно. Можно мне хоть один глоток сока? -Сейчас, моя миленькая, сейчас, я только у доктора разрешение спрошу. Ты потерпи чуток. О, господи, а я только что деда отправила, там, в соседнем отделении что-то случилось, вот я и попросила его посмотреть. Ты погоди чуток, сейчас, - лепетала Анастасия, до конца не осознавая случившееся чудо, что внучка, их любимая Варвара наконец-то пробудилась, вышла из этого долгого тяжелого сна. Кончились мучения и страдания от неизвестности. Анастасия и рада была бы, исполнить в сей миг любое желание ребенка, да ведь страшно без ведома доктора. А вдруг по доброте душевной навредит чем-либо ребенку? Ведь сколько дней Варя лежала без движений, без пищи, без воды, а лишь одними капельницами жила. В палату по зову Анастасии вбежала медсестра, которая, прежде, чем исполнить просьбу ребенка, испуганно и ошарашено смотрела на Варвару, словно решив поначалу убедиться в достоверности слов Анастасии. К ним в отделение уже долетели слухи о явлении юной мстительницы в образе Варвары Дроздовой и о приведении приговора в исполнение тем жестоким убийцам ее родных. А она вот здесь лежит и просит у бабушки пить и есть. И из этой палаты, медсестра лично может поклясться, девчонка не выходила. Или врут, или обознались, или правду говорят о фантоме, что мстит от имени Варвары. Хотя, поскольку ту, горящую палату она покинула через окно, так можно допустить, что и эта девчонка способна на такие подвиги. Но нет, такое медсестра исключает однозначно. Спала эта Варвара. -Бабушка, - тихо прошептала Варя, когда медсестра, позволив сделать ребенку пару глотков чистой воды вместо сока, на который она пока не решилась, покинула палату, оставив их наедине. Медсестра убежала за помощью и за консультацией к врачу. – Мне страшно. Мне очень-очень страшно. -Что случилась, Варенька, кого ты боишься и почему? – плакала Анастасия, зацеловывая руки внучке. – Я с тобой, все страшное уже позади. Ничего не нужно бояться. Слава богу, ты очнулась. Господи, мне уже начало казаться, что ты, моя ласточка, никогда не проснешься. Все спишь да спишь. Сон хоть, снился тебе какой. Это же, каким он должен быть долгим. -Бабушка, - таинственно прошептала Варя, пугливо посматривая на двери и окно. – Я убила их всех, я отомстила за маму, за папу и братика. Только теперь мне сделалось страшно. Я поняла, что этого нельзя было делать. Они злые, жестокие и заслуживают того. Но убивать не нужно было их. Пусть бы в тюрьму посадили. Но там, в своем сне я была сама не своя. Мною управляло некое болезненное чувство мести, такое злое, беспощадное и кровавое. Поначалу я их калечила, чтобы они почувствовали, как страшно, когда больно. А вот только что, перед тем, как проснуться, я облила их какой-то горючей жидкостью, по-моему, спиртом, и подожгла. Но ведь это было во сне, значит, все неправда? И они все живы, просто нужно все рассказать полицейским, которые сразу их арестуют. -Не нужно, - в палату вошел Михаил, который случайно услышал признание Варвары, и они его сильно поразили. -Это не она, - категорично и безапелляционно воскликнула Анастасия, пытаясь защитить внучку от ее же слов. – У нее просто такой сон приснился. Я сама, и медицинская сестра может вам подтвердить, что Варенька вот только что проснулась. А до этого момента она была без сознания. А потом, как такое могла совершить больная и беспомощная девочка? -Уважаемая Анастасия Григорьевна, - Михаил вошел в палату и, поздоровавшись и пододвинув стул к койке, в которой лежала Варя, присел рядом. – Только, Варя, я не собираюсь вовсе тебе предъявлять какие-то нелепые обвинения. И вам, Анастасия Григорьевна, верю и не буду ничего проверять. Просто некто от имени Вари, от имени вашей внучки, от твоего, Варя, имени, расправился с помощью огня и этого самого спирта с убийцами твоих родителей и братика. Они все мертвы. И тем самым сумели избежать тюремного наказания. -Но она же Василия Горбунова пощадила? Правда? Он не убивал меня, потому что не желал моей смерти. -Ты и это знаешь? – удивленно воскликнул Михаил, окончательно и бесповоротно запутавшись в этой эпопее. – Но, как и почему такое случилось, что никто не может придумать разумное оправдание? -Я все это видела во сне. Мне казалось, что я сама их наказываю. А вот сейчас проснулась, и мне все показалось обычным сном. Только очень похожим на правду. Но, как вы сказали, все именно так и произошло, да? Я сама не знаю, как такое могло произойти, только она, ну, та «Я», которая во сне, совсем на меня не похожа, мне так чувствовалось. Она такая бесстрашная и сильная, а я большая трусиха и слабая. Во сне бывает по-всякому. Но это оказался совсем не сон, так случилась на самом деле. А что тогда, если не сон? -О, наша соня наконец-то соизволила проснуться и сразу от мира сего затребовать пищи земной! – шумно в палату вошел доктор, широко разбросав руки, словно для объятий и восторгаясь такому славному исцелению. – И вы здесь сразу же? – с неким укором добавил он, осудительно поглядывая на Михаила. – Ребенок впервые за долгие дни раскрыл глаза, а вы сразу к нему с расспросами. -Нет, нет, - попытался оправдаться Михаил, слегка смутившись и устыдившись справедливых обвинений. – Я просто зашел, чтобы уточнить, что в соседнем отделении хозяйничала не наша Варя. И теперь выяснил, что там была другая девочка, просто на нее похожая. -Она их, все-таки, убила, насколько я проинформирован? Загнала в больницу и всех разом подожгла. -Да, довела свою задуманную акцию мщения до конца. В принципе, да и черт с ними, поправляйся, Варя, и это самое основное для нас, - Михаил встал со стула, уступая место врачу, и направился к выходу. У самых дверей он приостановился и добавил лично Варе: - Мне хотелось бы с тобой поговорить. Как окончательно поправишься, передай через бабушку. Нам тоже хотелось бы знать истину. Ты ведь помнишь тот страшный день на берегу озера? -А я уже совсем хорошо себя чувствую. Только кушать сильно хочется, - уже неким бодрым и уверенным голосом говорила Варвара. – Знаете, мне ведь и самой хочется много всего вам рассказать. Вы приходите поскорей, мы с вами поговорим, я только получше вспомню тот день. -Хорошо, - согласился Михаил. – Конечно, если только доктор разрешит нам с тобой болтать. -А доктор пока ничего не может разрешить, ему нужно хорошенько самому изучить ребенка и познать его состояние, - категорично заявил доктор. – А твои, Варя, оптимистические настроения даже очень нравятся. Однако слишком долго ты спала, чтобы сразу позволять тебе так много дел и волнений. Вот обследуем, изучим, а потом и посмотрим, что, да как. Все разошлись, оставив Анастасию с внучкой вдвоем. Только медсестра принесла тарелку бульона, и бабушка сама решила покормить Варю. Когда последние капли бульона Варя облизала с ложки, у нее от обиды навернулись слезы на глазах. Она ведь даже на граммульку не утолила голод, лишь только раздразнила желудок. А доктор запретил добавку. -Не плачь, моя миленькая, - сама с трудом сдерживая слезы, умоляла внучку Анастасия. – Нельзя, не разрешает доктор. -Я понимаю, просто очень хочется, - согласилась Варя, не желая обижать и расстраивать бабушку. – Ладно, нельзя есть, так я тогда посплю. Ты, бабушка, можешь больше не караулить меня, ведь ничего больше страшного просто случиться уже не может. Мне ничего не угрожает. -Да, да, - обрадовалась Анастасия такому оптимизму и хорошему настроению ребенка. – Я ненадолго схожу, дедушку поищу, и с ним нашей радостью поделюсь, что наконец-то выздоровела. Увидела супруга Анастасия напротив крыльца больничного отделения на лавочке в кругу мужчин, азартно жестикулирующих и нечто любопытное друг другу рассказывающих. Весь двор больницы был заполнен снующимися и бегающими. Событие, о котором предсказывали, гадали и предполагали, свершилось практически на глазах врачей, охраны и больных. Есть о чем поговорить, что обсудить и высказать свои видения по этому происшествию. -Настя, - громко подозвал супругу Николай, заметив приближающуюся к компании супругу. – Ну, скажи ты им, что даже близко не могло быть там нашей Вареньки. Мы ведь с ней с утра до вечера по очереди дежурим у ее койки. И сейчас наша внучка лежит в палате без сознания. -Коля, - тихо, но взволновано произнесла Анастасия. – Варя проснулась. Доктор сказал, что теперь на поправку быстро пойдет. Закончились наши мучения и страдания, все стало хорошо, - сказала и заплакала Анастасия. -Ну, и, слава богу! – облегченно вздохнул Николай. – Так не плакать, а радоваться нужно. Все, мужики, - обратился он к собеседникам. – Побежал я к внучке. Видать, держали ее эти ублюдки, не позволяли своим пребыванием на земле выздоравливать. А вот издохли, и она сразу пробудилась. -Так я от радости плачу, Коля, - словно пытаясь оправдаться, проговорила Анастасия, доставая платочек и протирая глаза. – Только сейчас торопиться не нужно. Я ее покормила, и она уснула уже правильным сном, настоящим и здоровым. Пусть поспит, устала она с непривычки. Теперь все пойдет правильно. Николай приобнял супругу за плечи, и они пошли в парк, углубляясь в его чащу, чтобы побыть наедине и позволить отдохнуть ребенку без их опеки. Их обуяла радость и восторг. Немного тревожила эта мистическая мстительница, так и не пожелавшая раскрыться и объяснить свое появление. Ну, и пусть. Подлые убийцы мертвы, Варя, их единственная внучка, пошла на поправку. Николай, молча, выслушивал рассказ Анастасии, вставляя в ее повествование лишь охи и ахи, и покачивание головой. Они наконец-то могут позволить себе расслабиться, побыть вдвоем дома, не волнуясь и не переживая за здоровье внучки. Вот только, чуть погодя, заглянут в палату, чтобы убедиться в благополучии Вареньки, расспросить подробности у врача. А потом, как вдруг предложил Николай, сходят вечером в ресторан и отпразднуют окончание этого длительного и томительного ожидания. Теперь они втроем заживут. Варя сквозь сон почувствовала присутствие некоего постороннего и незнакомого рядом с ее койкой. Открыв глаза, она увидела перед собой мужчину, по возрасту близкого к ее погибшему папе. Только папа был высоким и очень сильным. А этот больше, как дядя Дима, которого тоже убили эти плохие бандиты. И глаза у незнакомца добрые и веселые. Но на доктора он непохожий. Возможно, этого дядя Миша прислал, чтобы Варя ему все рассказала? Ведь она в тот день четвертого мая видела все, запомнила этих бандитов даже каждого в лицо. И даже припоминает, кто кого убивал лично. А потом к ней явился этот странный сон с мщениями, с ненавистью и с желанием, причинить подлым бандитам сильнейшую невыносимую боль. А уже потом и смерть. Ведь сразу, как только проснулась, вернее, возвратилась в реальный мир, было ужасно страшно за те злые мысли и поступки. И особенно ужасно это последнее убийство всех их пятерых. Однако в том сне ей захотелось простить Василия. Она так и поступила, как желала. Но ведь все происходило в ее сне. Так почему они все говорят о настоящей гибели в огне, как и случилось в ее видениях? Неужели это и была она? Только все делала, не осознавая, словно заколдованная? Ведь другой девчонке мстить этим убийцам было незачем. -Привет! – улыбнулся ей посетитель своей доброй улыбкой, словно встретил свою старую подружку. – Я не стану тебя расспрашивать ни о чем. Потому что сам все знаю. А вот поговорить и кое-то рассказать хочу. -А ты кто? – спросила неуверенным голосом Варя, уже понимая, что посетитель добрый и хороший. -Зови меня Ангелом. Имя такое у меня. Тебя звать Варварой, а меня Ангелом. Ну, понимаю, немножко экзотично звучит, так и миссия моя соответствует имени. Это ты пожалела Василия, а не я. Я бы отправил в ад его вместе со всеми. Да, он не хотел твоей смерти, но за свою жизнь боялся сильней. Ладно, это был твой личный выбор, и я тебе уступил. -Но ведь, он не убил меня, и это правда? -Правда. Только твоей смерти не желал я, хотя, по всем правилам вмешиваться в процесс не имел прав. Однако ты являешься моей подопечной, моим объектом внимания. Потому и решил, не позволить острию ножа проникнуть в твое тело, не разрешил сгубить твою жизнь. -Так ты мой Ангел-хранитель, да? – внезапно осознав истинное предназначение гостя, воскликнула Варя. – Ну, а почему ты не спас мою маму, папу и братика. Зачем разрешил убивать наших друзей? Ведь ты мог и их спасти? -Нет, Варя, - немного задумчиво и грустно ответил Ангел. – Не мог, поскольку не знал об опасности, что им угрожает. -Но, почему? Это же так просто для тебя, если получилось со мной? Просто не нужно было и их ножам убивать. -Я не Ангел-хранитель, а обычный Переносчик ПЛИКов. Сейчас попробую, чтобы тебе немного стало понятно, рассказать о себе и о своей роли в этом мире. Следящий позволил мне встретиться с тобой и на время попрощаться. Только надолго я не пожелал, и он благосклонно согласился с моими доводами. Ты девочка славная, умная, я давно приметил тебя, а потому включил в список избранных. Мы, Переносчики, иногда позволяем себе отвлекаться от повседневности. Нет, не от безделья, как тебе могло показаться. Загружены мы делами плотно, много и разнообразно. ПЛИК – полный личный код человека делает его вечным и бессмертным. Вот сейчас и попытаюсь тебе разъяснить максимально доступно мироздание и о мирах, кои окружают нас и по жизни существуют вместе с нами. Кое-что о параллельных мирах ты слышала, насколько я проинформирован. -Да, читала в книжках, в кино по телевизору видела. Только все ведь это простые сказки и фантастика. -Ну, то, что ты видела, так они и есть сказки. А фактически, так истина лишь в одном, что параллельные миры существуют, они нас окружают и создают эту самую вечность и бессмертие. Это бесконечная спираль, движущаяся снизу вверх из прошлого в будущее. Эти миры между собой схожие, то есть, практически зеркальные. Только отличаются слегка во времени. Так, как я и сказал: вниз по спирали в прошлое, вверх по спирали в будущее. И поскольку спираль бесконечна, то и миры соответственно нескончаемы. А бессмертие человека определяется ПЛИКом. Ваше тело – всего лишь оболочка, контейнер для ПЛИКа. И мы, то есть, Переносчики, тем и занимаемся, что принимаем ПЛИКи умершего в прошлом мире и помещаем его в тело новорожденного. А ПЛИКи умершего в нашем мире, того, кто находится в нашем ведении, перемещаем в мир будущего, где его местный Ангел-Переносчик принимает для помещения его в своем мире в тело младенца. Так что, все твои погибшие родные и друзья в нашем мире, продолжают жизнь в будущем, в следующем параллельном мире. Разумеется, ты рассталась с ними навсегда, но эта мысль, что они не пропали насовсем, тебя, я так думаю, успокоит. Все же приятней знать, что они живут и радуются жизни. -Так это ты все эти мщения совершал за меня, да? Только специально сделал так, что мне во сне казалось, будто делаю я? -Не знаю, Варя, но мне почему-то показалось так правильным и справедливым. Ты не обижайся, но уж так случилось по моей прихоти, что мстили злым убийцам мы с тобой вдвоем. Я просто исполнял твои откровенные мечты о мести, мечты о возмездии. Ты жаждала для них боль, и они ее получили. Это ты пожелала пропустить их через ад, и они его испытали. Ну, захотела помиловать Василия, та пусть живет, если сумеет дожить свой срок в этом мире. -Скажи, Ангел, - вдруг решилась спросить его Варвара, замечая в его взгляде некую, слишком заметную, грусть. – А почему ты пришел прощаться со мной? Следящий недоволен твоим поступком? -Угадала, Варя, я нарушил инструкцию и правила, вышел за пределы программы, запрещающие вмешательства в дела людские. Нельзя, неправильно, запрещено нарушать порядок вашей жизни. -Но ты же правильно поступил, честно, справедливо, так почему тебя за это должны наказать? -Вы, то есть, все человечество, сами в своих делах обязаны разбираться. Он прав этот Следящий. Ты даже не представляешь, чего мы способны натворить, обладая такой силой и властью над человечеством? Для того и существует Следящий, чтобы нам не позволять творить беспредел. А вершить суд и правосудие – компетенция ваших карающих органов. Ну, не все пока совершенно и не так, как хотелось бы. В будущем исправитесь, всему научитесь. Но сами, без внешнего вмешательства. А сейчас Следящий отправляет меня в лазарет, то есть, в нашу больницу, чтобы очистить от вредного вируса. Понимаешь, этот вирус, как и в ваших компьютерах, способен разрушить Переносчика. Пока он просто сбил меня с верного курса, а потом, усиливая свое влияние, он может толкнуть на такие безрассудства, превращая меня уже в неуправляемого монстра, что мне самому страшно представлять последствия. И хорошо, что есть Следящий, который, приметив нарушения, быстро нейтрализует и принуждает нас к лечению. Но он оказался благосклонным ко мне за мои, как ты смела их, назвать, праведные дела. Обещал исцелить, а затем не вмешиваться, то есть, позволить слегка нарушать эти самые законы Переносчиков. А потому, я не прощаюсь, а говорю тебе: «до свидания»! -Так ты еще придешь ко мне, да? -Конечно, Варя. Теперь мы с тобой до конца дней твоих будешь числиться в моих избранных. -А он тебя опять накажет. -Нет, он не запрещает, вернее, допускает совершать добрые поступки. Понимаешь, Варя, месть – не есть добро, она, как сладкий яд, отравляет. И в этом моя вина перед тобой. Мне можно было просто помочь изобличить их и отдать в руки правосудия. Но вирус меня опьянил и по его вине я допустил такие ошибки. Поэтому и пришел к тебе с повинной и с прощением. -Несмотря ни на что, я тебя прощаю и очень благодарна за твои нарушения, Ангел. Спасибо тебе за дар, за жизнь, что не позволил им у меня отнять ее. И за эту месть. Мне теперь легче будет жить с мыслью, что убийцы наказаны. -Немного жестоко. -Но справедливо. Ангел улетел, оставив Варвару в размышлениях и в осознании происшедшего. Он был, это вовсе не сон, потому что теперь она знает, как и почему все случилось. Только она совершенно не собирается делиться с этими знаниями со всеми. Это ее личная тайна и того Ангела, которого за справедливую кару наказали. Однако и простили. Поэтому он еще не раз навестит ее. Злой и мерзкий зверь из чащи, змеем подлым, ядовитым Вполз в судьбу, мечту ломая. Словно кто-то звал из ада гласом этим тошнотворным, Смертью сладкой завлекая. Вдруг, ему так показалось, иль мерещилось со страху – Мракобесы правят миром. Лучше влиться в их ряды, в этом образе являясь, Завлекая в сети пиром. Праздник слабит душу с телом, увлекает, в тину тянет. Потому, что радость бьется. Взор туманом заплывает, а мечты за горизонтом, Что полоскою зовется. Стоит только добежать от черты своей заветной, Сразу всем желаньям сбыться. Только за холмом расплата с изобилием кровавым, И с командой: расплатиться. Не деньгами и не златом, не камнями с блеском тусклым – Болью, кровью и страданьем. Слишком праздник затянулся, срок веселья завершился, Чтоб услышать крик отчаянья. Месть сладка и ядом пахнет. Словно песнью торжествуя, Слышишь приговора звуки. И палач, взмахнув вердиктом, обрекает на расплату, Обещав пред смертью муки. В том и есть весь смысл мщенья, не мгновеньем мир покинуть, А шагами гибель мерить. Свой конец увидеть близко, не позволив дотянуться, И в прощенье не поверить.
Рейтинг: 0 252 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!