юные мстители

8 января 2015 - Владимир Гришкевич
ВОЛЬДЕМАР ГРИЛЕЛАВИ Юные мстители Фантастическая мелодрама Зачем и кому нужен ежедневный труд на производстве, ежели за одну ночь можно взять столько, сколько и за год в кассе предприятия не выдадут. И они решились испытать себя, позарившись на чужое. И все, словно пылесосом или водоворотом засосало. Но не смертельным предупреждением, а страстью владения суммами, несовместимыми с теми, что держали в руках до этого мига. Желание перебороло разум и совесть. И они не останавливались ради денег ни перед чем, грабили и убивали, чтобы не оставались в живых свидетели их падения. И вдруг на их пути встали некие слишком маленькие, но жестокие мстители, появление которых не сумели объяснить даже опытные следователи, идущие по пятам преступников. 1 Женщины накрывали стол, а мужчины курили на балконе. Были еще и дети. Двое маленьких, которые закрылись в детской и, усевшись на кроватке, обсуждали поступок родителей. Они не осуждали, они не восторгались им, а просто констатировали случившийся факт. Эта детская комнатка с этого мига переставала быть их личной. А двое почти взрослых, которые, как раз с сегодняшнего дня становились хозяевами этих апартаментов, сидя в беседке во дворе этого дома, курили, косо поглядывая на входную дверь, контролируя перемещение родителей, поскольку пока еще никто не разрешал им это взрослое вредное баловство. Разумеется, детскую комнатку, в которой сидела малышня, займет кто-нибудь один из них, а кто, так пока не решили. Оба они уже почти взрослые, да еще брат с сестрой. Негоже таким большим в одной комнатке жить. Однако в этом большом доме комнат много, всем хватит, и даже не по одной, коль возникнет такое желание. Это восьмилетняя Катя и пятилетний Миша проживали в детской вместе. Катя уже не раз намекала родителям, что хотела бы иметь свою личную комнату, отдельную, поскольку желала, чтобы ее игрушки не использовал для игры братик, которому пока все равно, с чем и с кем играть. Однако родители просили пока не торопиться с отделением от братика. Он еще слишком мал, и спать в одиночестве боится. Да в туалет посреди ночи часто просится. Ну, не в родительскую спальню его переводить? Потому старшая сестричка пока в няньках и числится, довольно-таки исправно исполняя свою роль. И сопли подотрет, и в туалет ночью отведет, и водичкой напоит, коль тот попросит. Но Катя не возражала против своей роли. Она старшая, почти взрослая, а братик у нее послушный и абсолютно не возражает и не противится ее командам. Так живется надежней и уютней, да и веселей с сестричкой. А почему происходит такая пересмена? Так мама с папой продали этот большой и уютный дом. Слишком он велик для столь немногочисленной семьи. Хотя, признаваясь себе, не в этом основная причина. Частный дом требует ухода, крупных затрат и отнимает много личного времени. А если все делать самому, так придется нанимать со стороны шабашников, что совершенно не под силу в финансовом плане главному инженеру АТП, кем и работает бывший, то есть, с сегодняшнего дня бывший хозяин апартаментов Копылов Николай Анатольевич 35 лет отроду. И супруга Ольга возражала против владения этих огромных хором. Она желает ходить на свою работу, строить карьеру, бегать по городским магазинам и пользоваться прочими благами цивилизации. Хоть в их не столь большом городке Орленовске особо и не разгуляешься, но имеется кинотеатр, в котором постоянно демонстрируются последние новинки кино, и клубы, где частенько выступают заезжие артисты. Да и рестораны, кафе на каждом углу, куда можно вечерком заглянуть. Молодая она еще, чтобы свою жизнь в селе губить. Ну, не село, однако за городом. Дом достался им от ее родителей. Погибли они оба и одновременно в автомобильной катастрофе. Вот и переехали они вчетвером, то есть, своей семьей в этот дом. А до этого момента проживали в трехкомнатной квартире с родителями мужа. И потому первые два года дом им показался раем. Но, окинув взглядом двухэтажный особняк с 18 сотками огорода, Ольга, прочувствовав тяжесть сельского труда и хлопот по дому, предложила мужу, продать его, а на эту сумму купить хорошую квартиру в центре города. Однако когда риелтор назвал сумму цены этой усадьбы, Николай поспешно согласился. 15 миллионов. Да за такие деньги можно, как минимум, 10 двухкомнатных квартир в их небольшом городке приобрести. -Купим три, - азартно воскликнула Ольга. – В одной трех-четырех комнатной будем сами жить, а две сдавать. Остальные деньги положим на депозитный счет, и пусть растут прибыли. -Оля, а вот зачем нам столько квартир? – удивлялся планам жены супруг. – Пусть все деньги на депозите лежат. -Ой, Коля! – не желала сдаваться супруга. – Сын с дочкой растут. А недвижимость, если ты успел заметить такую тенденцию, в цене лишь растет. И, я так думаю, падение цен вряд ли произойдет. Вот путь они и дожидаются взросления детей. Сам не успеешь оглянуться, как вырастут и переженятся. Николай не собирался спорить с женой. Он и сам понимал, что дом – слишком хлопотное хозяйство. Хотя о женитьбе детей думать еще даже слишком рано, но вложение в недвижимость – дело надежное. Даже в случае, чего и в мысли допускать не хотелось, дефолта, кризиса или еще какой-нибудь сумасшедшей выдумки правительства с обесцениванием денег, квартиры останутся квартирами с их той ценой, какая будет на черный день. Семья бизнесмена быстро откликнулась на их объявление. Да почти сразу, если быть точным. Утром вышла местная газета, в которую и отнесла Ольга объявление о желании продать дом, а к обеду же прозвучал этот звонок с предложениями. Кроме желания у них еще и деньги имелись. Евгений, глава семейства и владелец фирмы «Транспортные услуги», жадно рассматривая горящими глазами дом и участок, вслух оглашал свои планы на реконструкцию и строительство. Он уже подсчитывал расходы и радовался предстоящим обновлениям. Слушая эти восторги и счастливые восклицания, Ольга уже слегка жалела, что с ценой сплоховала. Этот денежный мешок согласился бы и на цифре 20, даже не торгуясь. Но уже успели обговорить все нюансы, и обратного пути нет. Им и 15 за глаза хватало. Хоть муж хорошо зарабатывал, да и у нее оклад не маленький, однако о таких суммах им даже мечтать не приходилось. Еще при жизни родителей им предлагали всего лишь 5 миллионов за этот дом. Однако родители, считавшие себя еще нестарыми, категорически не соглашались. -Вы с внуками, куда потом приедете? – как веский аргумент против продажи, высказывалась мать. И это правда. Все лето дети проводили у бабки с дедом. И речка рядом, и лес сразу за поселком. Да и в огороде все свежее и натуральное: и овощи, и фрукты. Отец, как ушел на пенсию, так всего себя и посвятил земле, словно родился крестьянином, бросив работу в городе. Ну, а новые хозяева моментально от огорода и прочих сельских планов открестились. Им проще и легче продукты купить у соседей, чем самим в огороде возиться. Оба деловые и слишком занятые. Чего не сказать о детях, 17-ней Милане и 15-летнем Тимофее. Миланке проще, она школу окончила, и сейчас планирует отъезд в столицу. В университет уже поступила. А вот Тимофею жизнь в селе была не по душе. Но не страшно. Отец обещал, если 9 классов без троек окончит, купит автомобиль. И Тимофей выложился по полной ради такого подарка. Всего одна четверка, а остальные сплошные «отлично». Вот на днях и поедет с ним в автосалон. Сам-то он уже присмотрел себе автомобиль, как говорится, застолбил, осталось намекнуть родителю, чтобы у того именно на него и захотелось раскошелиться. А что, имеет право выбора, поскольку табель хоть на доску почета вешай. Ну, а через два года уедет к Милане, вернее, в столицу, в Университет. Аналогично ударно постарается, и вмиг поступит. Ему уже самому нравился результат стараний. -Хороший дом, да и участок приличный! – продолжал восхищаться покупкой Евгений Шевченко. – Именно о таком мечтал, считаю, что вложения у меня получились рентабельными. Правда, сюда еще придется вложиться не меньше, чем сама покупка обошлась, однако деньги этого стоят. Лет через пять-шесть город, если будет такими темпами двигаться, подтянется и поглотит этот поселок. Вот тогда земля взлетит в цене многократно. А сам хоть не пожалел, что продал? Все-таки, маленькие дети, здесь им просто курортная зона. -И чего я буду жалеть? – иронично усмехнулся Николай, гася сигарету в пепельнице. Его слегка смешила бравада и эти здравицы, восхваляющие покупку, но вслух своего отношения к восторгам он не высказывал. – Сам же говоришь, что в этот дом нужны капитальные вложения, чтобы привести его в порядок и добиться желаемых результатов. Да и угля на зиму не запасешься, съедает весь до весны, постоянно приходится докупать. И топить, топить, топить. Весь в угле, как шахтер. А супруга вообще категорически против сельской жизни. Нет, Женя, это тебе его легко вытянуть и обустроить по собственному вкусу, но не нам. Признаюсь, не бедствуем, жаловаться на бедность грешно. Однако денег и время отнимает эта усадьба порядком. Городские мы по натуре, нам за эти два года хватило хлопот и забот. -А ты прав, хочу с тобой полностью согласиться, - одобрял выбор Николая Евгений, кивая головой. – Дом, а в особенности такой, требует затрат, да притом, очень немалых. Вот, дочь уедет, за ней сын умчит в столицу. Потому мы с супругой и порешили, пока не поздно, третьего родить. Если сын получится, так ему и достанется эта усадьба в наследство. А коль дочь, так все равно, зятя в дом приведет. И под старость присмотрят за нами, помогут скрасить последние годы. -Ну, ты и распланировал на сто лет вперед! – весело расхохотался над его планами Николай. – Курочка в гнезде, яичко…. А он уже решает, кого родить, и как этим чадом распорядиться. Да и старость она для тебя даже на горизонте не просматривается. К тому времени и внуками обзаведешься. -Ой, Коля, сам согласись, что годы летят, как пули у виска свистят. Это тебе кажется, что твои детки пока малые. А заметить не успеешь, как сам внуками угрожать будут. Вот свою дочь отправляю в столицу, а душа не на месте. Уговаривал, чтобы при родителях осталась, дома училась, так нет, свободы хотят нынешние детки. А глянь по объявлениям, сколько филиалов и столичных Университетов, и Питерских? Нет, ее столица манит, мол, там есть, где развернуться. В общем, не удержали мы ее. Посмотрим, как приживется. Если что, за уши возвращу назад. К мужчинам на балкон заглянула супруга Николая Ольга и пригласила их в дом, известив, что их поджидает праздничное застолье. Мол, все расставлено и разложено, пора и приступать к трапезе по случаю удачной сделке, которая даже с высокими качествами пришлась по душе обоим сторона. -А дети где? – спросил Николай, не заметив в комнате, где стоял накрытый яствами стол, дочь с сыном. -Мы детей уже покормили, - отчиталась перед мужем Ольга. – Большие дети ушли во двор, а наши к себе в комнату. -Пока к себе. А если еще точнее, так уже не к себе, - хихикнул Николая, но без иронии и абсолютно без сожаления перед таким фактом. – Продано все. Теперь мы полностью городские жители. -Ну, - усаживаясь за стол, протянул вальяжно и добродушно Евгений, - таковое случится с завтрашнего дня. А сегодня этот дом и ваш, и наш одновременно. Надеюсь, что последнюю ночь проведете в доме, на ночь глядя, не поедете же в город? Да и незачем. Будем сегодня праздновать, пока не устанем. Такую покупку обмыть следует сильно. Правда, Тома? Как тебе наша усадьба? Вот моя супруга, как раз наоборот, только о такой жизни и мечтала. -Хороша! – ответила довольная и счастливая Тамара. – Муж прав, меня всегда к земле тянула, загород, в село, но чтобы рядом с городом. А уж собственный участок казался несбыточным. Нет, не дача, а именно под окном. Такими цветами засажу, что и сама пока не знаю. Но уже что-то представляю. Я вот, как глянула на эти просторы, так уже нечто у меня в голове нарисовалось. -Вот так и получилось, - обнимая супругу за плечи, произнес Евгений. – Вы продали, и ваша городская мечта сбылась. А мы довольны своей сельской участью. Но к зиме, а это я тебе, Томочка, обещаю, все городские удобства создам. А от угольного отопления сразу отказываюсь. -И чем топить собираетесь? Газ, насколько мне известно, года через 3-4 сюда протянут. Дровами? -Нее, электрический котелок установлю. Подстанция рядом, договорюсь с электриками. Я уже подсчитывал, так электроэнергия обходится не дороже угля. А газ подтянут, так переделать несложно будет. А свой кабель тянуть придется. Иначе, как врублю все электроприборы с котелком в месте, так вмиг весь поселок обесточу. Но, сразу оговорюсь, что это для меня наименьшая проблема. Вот так, под рюмочку водки, под бокал вина у женщин, мечтали две семьи о будущем, которое грезилось им гораздо привлекательней прошлого. В бытовом смысле. Ибо сама жизнь у семьи бизнесмена и у семьи главного инженера АТП и до этого мига была обеспеченной. Просто сейчас они каждый в свой статус пристроились, осуществив свои мечты. А потому застолье было веселым, хмельным и беззаботным. Хорошо говорилось, приятно слушалось. И все было расчудесным. Их шестерку сплотило общее дело. Бандитское, криминальное и уголовное. Все три эпитета подходят под характеристику их увлечения. Все шестеро работали в АТП на пролетарских должностях. И как так случилось в первый раз, так и сами с трудом припоминают. Нет, в памяти все детали первого дела отложились, как на картинке. А вот причину четко обрисовать не могут. Молодые парни дружили с самого сопливого детства. Всегда и все время вместе, не расставаясь и не рассориваясь. Затем была армия. У каждого в свое время и разные сроки службы, поскольку последние годы сроки службы менялись. Двое из компании, Дмитрий и Олег были ровесниками, обоим по 28. А Денис, Алексей и Иван младше их на год, два и три соответственно. И Никита самый старший из всей компании. Ему исполнилось 29. Поначалу их дорожки, вроде как, разошлись. Однако один за другим они возвращались из армии на родное предприятие, где вновь продолжали дружбу. Это сейчас службу в армии сделали какой-то год. А им пришлось по два-полтора отбыть в вооруженных силах. Но служба вспоминалась на позитивных тонах. Хулиганистые и балагурные пацаны возвращались в родной город и двор серьезными, солидными и окрепшими мужчинами. И вот в один из вечеров, разогретый на берегу реки «Народным» вином, Иван, как бы, между прочим, вскользь и совершенно несерьезным тоном, намекнул, что некий, слегка знакомый, мужичок продал сегодня в обед почти новый BMW. И по информации, которая достойна внимания и серьезного восприятия, за приличные бабки. Но в банк не отнес, поскольку, по той же информации, достойной веры, буквально на днях, если не сегодня, завтра покупает свежую иномарку. И уже ее приметил, договорился и ждет звонка от продавца, а потому и не побежал в банк. Выпив еще по стакану, друзья вдруг разозлились на зарвавшихся буржуев, что не успевают такие дорогущие иномарки менять. Тут на велосипед не разоришься, сразу ощутишь удар по бюджету, а им лишь бы друг перед другом выпендриваться, красоваться богатством. -Да я на стиральную машинку накопить не могу, а они Джипы и Ауди себе покупают без потуг! – разорялся Дмитрий, выпивая очередной стакан вина. – Да эти гады даже смотреть не будут на такое пойло. -Это наше, родное, ты его не охаивай, - не согласился с такой характеристикой напитка Алексей. -Можно подумать, ты от виски и хорошего коньячка отказался бы, - сыронизировал Денис. - Пьем по бедности, а не по любви. -Не скажи, - продолжал спор Алексей. – Да, не отказался бы, но вино ни на что не променяю. К злости на проклятых буржуев прибавилась идея: а не поделиться ли нам? Думали недолго, поскольку обиды за несправедливое разделение результатов труда, считая свою работу хоть и почетную, но зарплатой обделенную, в недолгих, но горячих спорах довели их до кипения. Алексей предложил заскочить в ближайший магазин и закупить три пары черных женских колготок. -Как раз нам на шесть масок хватит, - хохотнул он, добавляя. – И еще Машке трое трусов получится. -А зачем нам эти маски – Уже даже слишком пьяно кричал Никита. – Если он живет в частном доме, то можно по тихонькому замочить его, и никаких хлопот со свидетелями. Зачем нам лишние заморочки? -Да знаю я его немного, - подсказал Иван, уже согласный с мнениями товарищей. – С двумя нам справиться легче пареной репы. -А твой информатор не заподозрит ничего по этому поводу? – как самый трезвый, спросил Олег. -Так он не мне лично рассказывал, - словно вспоминая подробности получения такой информации, заверил Иван. - Я их случайно слышал, как они обсуждали. Так что, заподозрить он может быстрей того мужика, чем меня. Решили, немного обговорили детали и, решив не откладывать в долгий ящик, пока задор не пропал, дождались темноты, и пошли по указанному адресу. Все у них прошло, даже лучше, чем планировали. На такую удачу и легкость дела они и не рассчитывали. Папаша от страха коньки отбросил сразу же, увидев и поняв причину явления внезапных гостей. А сын лично на блюдечке вынес деньги, умоляя, оставить его в живых, не убивать. Мол, будет нем, как рыба. Однако, поскольку по совету Никиты маски не одевали, то оставлять в живых ни по каким криминальным законам нельзя было. Тем более, что этот мужичок немного знаком был с Иваном, и узнал его сразу. Били его специально заготовленными резиновыми дубинками, залитыми вовнутрь резины свинцом. Хватило бы и одного такого удара по голове, но всем необходимо было нанести свой смертельный удар. Таков закон банды, как они себя назвали сами. Даже разделив добычу на шестерых, получилась настолько приличная сумма, что у всех мгновенно улетучились остатки совести и сожаления. Хотя они до сих пор не обзавелись семьями, однако краденные, точнее, бандитские деньги тратились быстрей заработанных в разы. Нет, совсем без последствий для совести не обошлось. Проснувшись после своего первого, и такого серьезного дела, слегка вздрогнули и содрогнулись от свершившегося. У всех случилось первое в их жизни ограбление с убийством. Это во хмелю алкогольные пары раззадоривали и беспощадно глушили остатки разума и совести. Вернее, это чувство совестью назвать было сложным, поскольку ее остатки растворились в тот миг, когда они решились идти на дело. А это чувство было неким внутренним чутьем и осознанием, что совершают опасное и жестокое преступление. Когда обсуждали, то представлялось в мыслях легким и без проблемным, а потому во хмелю убивали легко и бесшабашно. Однако утром по трезвости в душе холодком и ужасом повеяло, когда отчетливо всплыли эпизоды ночного приключения, и из глубины памяти приходили слова мольбы хозяина. Но, рассматривая пачки денег, восторг и радость убивали, заталкивали эти человеческие чувства глубоко и далеко, чтобы не мешало оно жить в удовольствие. -Пацаны, - вздрагивая и поеживаясь от воспоминаний, но стараясь показаться бравым и бесшабашным, предложил Горячев Иван. – Давайте, все-таки, если случится в следующий раз идти на дело, так маски одевать. Ну, не чулки и не колготки, а настоящие, как у ОМОНА. -Я так понимаю, что тебе понравилось, - нервно хохотнул Никита, сам уже сто раз пожалевший о свершившимся безрассудном и грубом поступке. – Говоришь, словно на поток собираешься поставить. -А Ванька прав на все сто процентов, - без каких-либо намеков на внутренние терзания и переживания, воскликнул Белов Алексей, который, единственный из всей компании, воспринимал события ночи, как веселое приключение. – И по двум пунктам, которые я вам сейчас озвучу. И дело не в чувствах совести и жалости по убиенным. Плевать я на них хотел, поскольку любовью к ним не пылаю. Они у нас эти деньги воруют. Просто такие дела ведутся жестче и напористей. С них требуют раскрытия срочно и немедля. А ежели у вора вырвать из его пасти добычу, которую он сам не совсем честно раздобыл, так не каждый еще и в полицию побежит. Честные граждане заработанное в банке хранят, а не в кубышке. И это уже второй пункт. Предлагаю создать сообщество Робин Гудов. И если грабить, так у богатых воров, которые сами боятся закона, и в полицию не пожалуется. -Если ты в курсе, - подсказал Денис Яшнин, - то Робин Гуд награбленное раздавал бедным. Ты об этом долдонишь? -Нее, - категорично затряс головой Иван, не соглашаясь с такой позицией. – Второй пункт Робина Гуда мы пропустим. Или упростим, - добавил он, немного призадумавшись над решением. – Мы будем раздавать бедным, то есть, самим себе. Я пока себя к богатым причислить не могу. Только, пацаны, давайте к этому дела подойдем по-взрослому. Любая организация… -Банда, - перебил его Дмитрий Буревский. – Давайте называть вещи своими именами. Банда Робин Гудов. -А пусть будет банда, мне все пофиг. Такое определение не оскорбляет и не унижает, - отмахнулся Олег Гончаров. – Не в определениях дело, а в сути. А вся суть в бабках. Вот сейчас, когда у меня в кармане симпатичная стопка бабла, так я сам себя уважать начал. -Вот и хорошо! – продолжил Алексей. – К чему я вас подвожу? Банда, так банда. Но мы, ко всему прочему, объединение друзей. Верных, на это рассчитываю, преданных и деловых. Но, поскольку мы все-таки, группа, а потому нам необходимо выработать некие правила, что-то вроде устава. Я не настаиваю на ограничениях и каких-то параграфах. Однако главаря избрать просто необходимо, чтобы было, у кого и с кого спросить, - заметив некое недовольство в глазах товарищей, Алексей поспешил с разъяснениями: - Не босса, не шефа, а просто старшего, абсолютно не наделяя его никакими полномочиями. -Правильно, - согласился Иван. – Изберем на время, чтобы приглядеться и разобраться. Знаю я, как власть засасывает. Ну, зажрется, так мы сходу его и переизберем. И нечего над собой начальников держать. Вот бригадиром его и назначим. Ну, и кого предложим? -Никита у нас старший по возрасту, вот пусть и будет бригадиром, так правильней и безобидней для всех. Согласны? – спросил Алексей всех, вглядываясь в глаза, чтобы понять их мнение. -За! – немного поразмыслив, один за другим произнесли оставшиеся четверо. – Пусть руководит. И Никита встал с наполненным стаканом водки, а не вина, как позволяли они себе до сих пор до этого кровавого дела, и предложил больше не тост с пожеланиями, а главное правило их банды: -О нашем деле, ни с кем и ни при каких обстоятельствах разговоров не вести. И даже предлагаю, между собой аналогично любые разговоры, кроме того, что касается нас и наших деяний, не вести. Самим себе на пользу пойдет, чтобы не дай бог, какой-нибудь ушастый не подслушал, как это случилось с Иваном. Тут он удачно подслушал. Решено? – и после всеобщего одобрения и выпитого, в момент закусывания, не спеша, добавил: - И еще хочу сказать. В следующих делах будем стараться обходиться без мокрухи. Правильно здесь заметили, не нужны нам лишние заморочки с полицией. Однако не хочу отрицать и такие вероятности. Вора, нахапавшего народного добра, жалеть не собираюсь. Наша личная безопасность и конспирация важней и дороже их дерьмовых жизней. И предлагаю тратить эти легкие деньги без фанатизма, чтобы не вызывать лишних вопросов у соседей и товарищей по работе. -И с этим полностью согласны! – поддержал Никиту Денис. – А то бабки слишком быстро заканчиваются. Я даже богатым не успел себя почувствовать, как моя стопочка тает на глазах. Решили, постановили и водкой закрепили. Дорогой, качественной, поскольку с этого мига дешевое «Народное» вино даже унижало. Следующим делом оказалась проданная квартира. Коммерсант продал двушку, чтобы соответствовать статусу и въехать в двухуровневую пятикомнатную квартиру в престижном районе города. И деньги там были совершенно иные. Вломились в квартиру ночью, когда хозяева спали. Подготовились в этот раз по всем правилам профессионалов: маски, газовые пистолеты, слишком похожие на боевые. Ворвались, хозяина с женой и дочерью связали скотчем. Поначалу хозяин деньги ни в какую не желал отдавать, начиная сочинять сказки об их отсутствии, намекая на счет в банке. Однако наводчик четко дал понять, что вся сумма дома. И, когда пистолет поднесли к виску дочери, быстро вернулась память, и он без промедления указал на тайник, где они и обнаружили тугой пакет. Однако в момент получения из рук хозяина этого пакета с такой крупной даже для бизнесмена суммой, у того все-таки жадность и жалость к потерянным деньгам возобладала над рассудком, и хозяин сорвал маску с лица Алексея Белова, которого неплохо знал в лицо. Не дружили, не соседствовали, но слегка знакомыми оказались. И тогда бригадир Никита дал команду на уничтожение всех свидетелей. Всех троих убивали все теми же дубинками. -Чтобы в следующий раз, - грубо выругался Ильцевич Никита, матеря больше самого себя, чем товарищей, поскольку именно он позволил освободить руки хозяина, посчитав уже его абсолютно безопасным. – Никаких послаблений к жертве. Только язык на время, чтобы указал на тайник. -Да и хрен с ним! – обрадовано кричал Белов, получая из рук бригадира свою долю, намного превышающую первого дела. – В конце концов, мы – Робин Гуды, и объявляем войну буржуям. Вот сам ты за баранкой автобуса много сумел скопить? Сколько уже крутишь? То-то! А эта скотина? Не успел раскрутить дело, как уже с двухкомнатной в пятикомнатную перебираться удумал. Ясно дело – ворюга. И жена, и дочь, все они одного поля ягодка. Мочить и не размышлять. -Я не собираюсь их оплакивать, - жестко и строго проговорил Никита. – Просто не люблю отступать от заранее обговоренного плана. Ведь решено было, договорено, а вот не получилось. Это меня и нервирует. Притом, при всем, слишком грубо и пошло наследили кровью. Мы шли на дело в масках, так и оправдывать нужно их, а не для кривляний надевать. Не на цирк и шли. -Ты, Никита, слегка неправ, - вмешался в спор Олег. – Маски на морде успокаивают хозяев, и дает им шанс на жизнь. Иначе, понимаю свою обреченность, могут и заартачиться. А чего терять-то? -Пусть, и в этом ты даже прав, - согласился Никита. – Я просто не люблю нарушать сценарий. -Ладно, - отмахнулся Иван. – Мы ведь, по сути, ученики пока, а точнее, так практику проходим. Вот, руку набьем, так все дела, как орехи щелкать начнем. Считаю сегодняшнее собрание – работа над ошибками. -Лишь бы такие ошибки не стали последним делом, - сыронизировал Денис. – Постараемся разбирать ошибки до дела. -Кто бы спорил? – согласились все. -Ошибки учтем и постараемся не повторять, - закончил обсуждения прошедшей операции Никита. Сказал, а сам, глядя в глаза подельников, ужаснулся. В их взглядах исчезли человеческие блески. Он в них заметил в данный миг лишь звериный оскал хищника, почувствовавшего запах крови. И теперь ему уже с ними не совладать. Вид денег, больших, халявных и добытых с пьяной легкостью, и вкус крови полностью завладел их разумом. Точнее, безумством. Такой коктейль напрочь лишает чувств и сознания. Они с этого мига будут убивать, уже не обсуждая и не осуждая, словно в смертях увидели конечную цель вылазки. И, как говорило и утверждало большинство членов их банды, мертвый никогда и никому про них не расскажет, и на них не укажет. Он не сумеет описать ночных визитеров. Такие свидетели абсолютно безопасны. С информацией о сделке главного инженера Копылова к Ильцевичу подошел Дмитрий Буревский. Он случайно услышал телефонный разговор Копылова с неким Евгением о купле продажи загородного дома, принадлежащего семье главного инженера. Поняв, что сделка пахнет крупными деньгами, Никита прозондировал по своим каналам, уточнив покупателя и риэлтора, который осуществлял эту финансовую процедуру. Теперь по пятам Копылова и Шевченко, словно ищейки следовали поочередно все члены банды Робин Гудов, собирая по крупинкам информацию, чтобы не прозевать момент, когда у одного из фигурантов, и это не столь важно, у кого конкретно окажется вся сумма. -Да после таких денег, - жарко и страстно восторгался Иван, - можно запросто себе позволить несколько месяцев отдыха. Ну, даже для дела полезно. За такое время все страсти по нашим делам утрясутся, в полиции начнут забывать. А потом, имею такое предложение, и с моими мыслями можно даже согласиться, по другим городам прошвырнуться. У нас простор быстро заканчивается. А если своих бизнесменов с такой скоростью мочить, так их на нас не напасешься. -Сам хоть понял, чего предлагаешь? – с иронией хмыкнул Денис. – Вот кто тебе информацию поставлять будет из чужих городов? Так и засветиться в незнакомой местности легко. -А мы информатора наймем. Шеф, пора пришла расширяться, сферу деятельности разнообразить. -Пора, да не совсем, - не соглашался Алексей с прожектерскими замашками Ивана, замечая в них полное отсутствие здравого смысла. – Ты еще сеть рекламных агентов организуй. Давайте без глупых фантазий. Стоит только посвятить в наши дела посторонних, как о них узнает весь город. -Так нужно дело поставить настолько хитро, чтобы эти информаторы о нас вообще ничего не знали, - горячо отстаивал свою идею Иван. – Ну, кроме как какого-нибудь одного посредника. А я и не предлагаю начинать с завтрашнего дня. Вот после этого дела, когда появятся иные возможности и время на размышления, мы и обсудим мои перспективы. -Орленовск – не Москва, мы с таким успехом очень скоро лишимся клиентов, в чем-то Иван прав, - неожиданно поддержал его Дмитрий. – Да, в своем городе у нас простор быстро закончится. И со сферой деятельности я хочу с ним согласиться. Одними разбоями мы долго не продержимся. -Например? -Инкассаторы, ночные магазины, ну, и нечто подобное, что можно брать без информаторов и наводчиков. -Ну, вы с Иваном, Дима, совсем разошлись! – сыронизировал Никита. – Я понимаю, что в нашем городе нам надолго дел не хватит, да только по вашим планам дерьма наберемся выше крыши. Думаю, что аппетиты хорошо бы придержать, не позволять им над вами верх брать. В разумных пределах. Я имею в виду, притормаживайте запросы, чтобы не привлечь к себе органы. Два-три хороших дела в год – вполне достаточно для души и для тела. А гастролировать, так если не в тюрьму, так местная братва замочит. А уж про инкассаторов и о ночных налетах на магазины лучше забыть. Это смертельно опасно. Даже до тюрьмы не успеем дожить. -Да ради бога! – горячо воскликнул Алексей. – О чем вообще здесь затеяли мы разговор? Да в наших магазинах быстрей испачкаешься, чем наваришь. И сколько в кассе можно взять? Пару-тройку тысяч? Ну, чуть больше. И все! И инкассаторов можно брать лишь по наводке, дожидаясь сумм, стоящих риска. Иначе за мелочевку поймаешь порцию свинца. Обидно будет. Полностью с Никитой согласен. А посему после этого дела провести хорошую подготовку, чтобы не работать экспромтом. С этой сделки можно позволить себе размышления и планирования. Спорили на эту тему спокойно, без азарта и недолго. А чего делить шкуру не убитого медведя и планировать будущее, коль впереди поджидает дело на много миллионов. Пока еще такие цифры им кажутся даже слишком крупными. Не успели разбаловаться запредельными халявными, но кровавыми прибылями. А потому, казалось, что эта сделка позволит хорошо погулять. И когда поступили сведения, что покупатель Евгений Шевченко побывал в банке и следом без отклонений поехал в сторону загородного дома Николая Копылова, банда Робин Гудов приступила к срочной подготовке и планированию посещения усадьбы. Сегодняшней ночью и осуществят план по перемещению наличности из кубышки Шевченко в свою. Пока, как им казалось, и разумно именно так и рассуждать, покупатель и продавец будут находиться с деньгами в доме. И оттягивать нельзя, ибо Копылов с утра покинет дом и увезет всю сумму в банк. Ни по пути в город, а уж из банка навергяка, так их потом у него не заберешь. -Шевченко один был в банке? – спросил Никита Дениса, которому была поручена слежка за покупателем. -Один, Копылова я рядом не видел. -Так он из конторы до конца дня не выходил, - поспешил с информацией Алексей, подтверждая слова Дениса. – Я за его автомобилем следил, так он весь день на стоянке отстоял. А без колес Копылов и с места не тронется, гарантирую. Вот под вечер он на нем и отправился в свой загородный дом. Так что, все семейки уже в сборе, и деньги будут при них. -Ты хочешь сказать, что и Копылов, и Шевченко сейчас там? – с некоторым удивлением в интонации спросил Никита. -Ну, да, пока еще и автомобиль Шевченко не покидал усадьбы. Ему, вроде как, и незачем, он теперь хозяин дома, а не Копылов. Тот уже в гостях, получается. Лишь бы Копылов не вздумал умотаться. -Если и уедет, так с деньгами. По пути перехватим, - спокойно ответил Никита, словно его не слишком волновали некие изменения в сценарии. – Только тогда придется мочить однозначно. -Не проблема, - согласился Иван. – Вот только не хотелось бы на шоссе. Слишком оно заполнено. А если он и соберется в город, то засветло. -Ничто нас не должно останавливать! – азартно и с небольшой злостью воскликнул Дмитрий. – Я упускать такой куш не собираюсь. Следующий случай, вряд ли будет таким богатым. Это вам не столица. Они ждали на въезде в поселок, и были в полной боевой готовности, перехватить автомобиль Копылова, если тот, не дожидаясь утра, попытается выехать в город в свою городскую квартиру. А таковая, уже приобретенная и подготовленная к приему хозяев, ожидала новых жильцов. И если имелись кое-какие недоделки, так он планировал исправить их по ходу проживания. Так представлялось Робин Гудам после изучения всей подноготной с операциями недвижимости семьи Копылова. Они даже новый адрес уже знали наизусть. Да вот только таких денег этому Копылову в их городе может хватить на несколько квартир. Потому-то и возмущались искренне, воспринимая как личную обиду, что каким-то придуркам, судя по занимаемой должности в АТП, у Копылова и без того денег полно, так им еще с такими подарками судьбы везет. Ладно бы у этого ворюги, по профессии бизнесмен, мошна полна, так ясно с ним, что нахапал, наворовал. Но этому инженеру, за что такое богатство? Привалило, как с неба упало. И на дело, рискуя жизнью и свободой, ходить не нужно. Не то, что им, простым пролетариям. -Потому и зовут нас пролетариями, что пролетаем мимо бабла, - хихикая, пояснял Иван. – Никакой халявы, никаких подарков. Все собственными руками добывать приходится. -И ногами, - добавил Олег. – Мне бы хоть часть такой усадьбы завещал кто, так я бы вас послал куда подальше. -Ой, ради бога, уймитесь, пролетарии убогие! – сыронизировал искренне и с сочувствием Алексей. – Рожденный грабить, иметь не может. Профукал бы любое наследство. Много у тебя осталось от двух дел? -Да, считай, пару копеек, - без обиды и злости ответил Олег, выворачивая пустые карманы брюк. Когда подошли к дому, то их слегка удивил свет в окнах, хотя часы показывали далеко за полночь. Да еще в беседке во дворе перед домом горели два маячка-светлячка. То есть, кто-то курил. И это приятелям не понравилась однозначно, поскольку вновь, как и в последнюю операцию, в сценарий вкрадывались нарушения, незапланированные изменения. И такое положение вещей не совсем по душе. Они не предполагали и не предсказывали неудачу, однако трудности уже маячили на горизонте. Но из-за таких, вроде как, мелочей никто отменять или переносить дело не желал, поскольку именно эти оба глагола лишали куша однозначно, на который Робин Гуды сильно рассчитывали. -Так это сын с дочкой Шевченко сигаретами балуются. От родителей прячутся, вот в беседку и вышли, - разъяснил товарищам Алексей. – Предлагаю с них и начинать, чтобы шум не успели поднять. Иначе, сорвать всю операцию могут. Вот только не представляю в данный момент бескровным дело. -Мочить? – спросил Олег, спокойным и тихим тоном, будто поинтересовался временем. – И что у нас получается? Обе семьи полным составом находятся в доме? Да, проблемка. -Ну и что? Тебя что напрягает, а? Всех, так всех мочить, - с легким раздражением проворчал Дмитрий. – И по таким мелочам я не собираюсь отказываться от своей доли в этом деле. Понадобится, если сочту нужным, так сожгу весь дом с их трупами, чтобы следов не оставлять. -А ведь разумную идею подсказываешь, Дима, - неожиданно обрадовано воскликнул Денис. – Хату сжечь, так никто на ограбление и не подумает. Я имею в виду, что здесь произошло убийство. Только мочить необходимо без следов насилия. Давить, как кроликов удав. -Странгуляционная борозда сохранится, могут заподозрить в предумышленном убийстве, с целью сокрыть ограбление, - предположил Олег. – А не лучше ли валенком по голове? Огонь следы ударов уничтожит. -Такие умные слова знаешь? Так выгорят в огне все эти борозды, все огонь уничтожит, - с иронией произнес Алексей. -А вдруг не все сгорит? Зачем нам риски неоправданные, - спорил с ним Олег, понимая глупость самой темы спора. Просто время еще позволяло слегка побалагурить, нервы остудить. -Так, еще нам валенки искать? А вообще-то, имею еще умнее мысль, - вдруг шепотом словно прокричал Дмитрий, пытаясь скорей донести до товарищей внезапную разумную идею. – Газ. Взрыв разрушит дом, поломает и наломает дров. Так что, следы ударов спишут на взрыв. -Разумно, но, разговоры прекращаем, и принимаемся за дело, - отдал команду на правах бригадира Никита. – Иван и Дмитрий мочат в беседке шпану, и трупы затаскиваете в дом. Во дворе никого не оставлять. А мы поспешим к этим на чай, пока все не выпили. Баб глушить сходу, чтобы от писка избавиться, а мужиков слегка вырубаем, чтобы не дергались, но и не потеряли способность на вопросы отвечать. С богом, Робины Гуды, удача с нами! – хихикнул он в заключении. Иван с Дмитрием, получив команду и направление действий, приготовив к бою свои дубинки, бесшумно подкрались к беседке и двумя ударами мгновенно вырубили пацана с девчонкой. Били с силой, чтобы наверняка и без вариантов с возвращением из бессознательного состояния. И потому, Дмитрий, проверяя у них пульс, у обоих констатировал смерть. Взвалив тела на плечи, они поспешили в дом, в котором скрылись уже их товарищи. Бросив ношу в прихожей, Иван с Дмитрием рванули в комнату, из которой уже слышались женский визг и мат мужчин. События развивались пока по заранее разработанному сценарию, что вдохновляло и слегка будоражило разум и нервы Робин Гудов. -Чего шумим, а? – с веселым криком и громкими восклицаниями Иван с Дмитрием ворвались в зал, где и происходили основные действия драмы. – А вот тихо и молча, никак нельзя было? А ну, смолкли, сучье отродье! – приказал Дмитрий женщинам, нанося им обоим наотмашь и с силой удары по голове. – Ну, как, - уже обращался Дмитрий к Никите, - бабки на месте? -Чего творишь, сука? – заорал благим матом на него Копылов, но сразу же умолк, получив удар ногой в пах и по лицу. -Вы что задумали, что вам здесь нужно? – испуганно лепетал Шевченко, никак до конца не осознавая смертельной угрозы, нависшей реально и неотвратимо, поскольку бандиты ворвались без масок и своих лиц скрывать даже не пытались. Стало быть, в живых оставлять свидетелей они не планируют. И такой факт Николай успел осознать, понимая неотвратимость гибели всех присутствующих в этом доме, исключая лишь самих бандитов. А оказать сопротивление им не под силу. Слишком много их как по числу, так и по молодости и комплекции. И сейчас, уже наплевав на собственную судьбу, Николай усиленно молил бога, чтобы дети оставались в детской, не выдав своего присутствия в доме. Он верил в старшую дочь Катюшку, надеялся на ее сообразительность. Слишком громко и зло вели себя бандиты, чтобы дочь не посчитала их за гостей. -А ты, урод, до сих пор не понял, что ли? – схватив Евгения за горло, грозно в лицо прорычал Никита. – Бабло гони, тварь буржуйская! И побыстрей, коль хочешь тихо сдохнуть, а иначе шкуру на ремни резать будем, так сразу сговорчивым станешь. Некогда нам с вами церемониться. И чем быстрей отдашь, тем скорее отправитесь за бабами. Ну, я жду, - заорал он, наблюдая в глазах Шевченко полное непонимание и удивление, словно требование бандитов их лишь пугало, да и только. -Нет у нас никаких денег, можете обыскать весь дом, я правду говорю, у нас ничего нет, - словно умолял и уговаривал их Евгений. -Ах вы, уроды, не желаете, так я ускорю процесс осмысления и понимания, - вдруг закричал Денис, выставляя на стол супницу с парящимися пельменями. – Ну! – гаркнул он, хватая за волосы Николая Копылова, опустил его лицом в горячее блюдо, силой удерживая дергающееся тело. – Еще, или уже вспомнили, куда положили свою кубышку с баблом? А теперь ты, - обратился он к Шевченко, пододвигая блюдо к лицу Евгения. – Сам отдашь, или тоже хочешь отведать пельмешек? -Вы, отморозки дерьмовые, в каком веке живете? – пришел в себя Николай, отчетливо признавая и ожидая смерть при любом раскладе. Только бы они и в самом деле, на стали обыскивать дом. Тогда могут напороться и на детей. – Какие деньги, придурки? – он внезапно захохотал им в лицо, выражая свое презрение к смерти и к боли, что испытал от горячего блюда. – Нет их у нас, полный облом, мразь. И мне даже приятно наблюдать ваше поражение. Ничего вы не получили с этой ходки. Если уж в курсе наших финансовых дел, так могли бы напрячь мозги и понять суть сделки. Я понял, что вы наблюдали за Женькой, и зафиксировали его посещение банка. Только вот не снимал он там деньги, а перечислял на мой счет. Вот так-то, мудаки и подонки. Так что, дальше можете не надрываться, заканчивайте свой визит. А в этом доме вы даже лишнего рубля не найдете, поскольку мы уже выехали, а они пока не въезжали. Если только кошельки наши устроят вас с парой тысяч рублей. -Чего? – истерично завопил Иван, вдруг понимая, в какую пустышку они угодили, и теперь им придется уйти, несолоно нахлебавшись. – Так это что получается, а? Никита, ты мне объясни, что он такое говорит? Это мы впустую прогулялись, жизнью, как говорится, рисковали, и все напрасно? -Выходит, что напрасно, - обреченно констатировал Никита, как свершившийся факт. Он поверил Николаю, потому что он говорил с некой радостью и восторгом, словно смерть не так страшила, как радовал сам факт проигрыша грабителей. – И больше нам здесь делать нечего, - добавил он, опустив голову и махнув товарищам рукой, отдавая команду подельникам на убийство. Женщины погибли раньше, поэтому для них оставались лишь два беспомощных мужика, смерть которых Никита уже не наблюдал, поскольку покинул комнату. -Ну, ни хрена себе! – никак не мог успокоиться и придти в себя после такого вероломного облома Иван, догоняя Никиту и хватая его за рукав. – Выходит, что они нас обули по полной? Как базарных лохов развели? Ну, так это капец со всеми вытекающими. Да после этой заварушки нам, как минимум, на несколько месяцев залечь придется, а у меня за душой ни копейки. Я так на эти деньги рассчитывал, а эти уроды, как мальчишек провели. Вот дерьмо! -Денис, - скомандовал Никита, наконец-то приходя в себя после такого шока, когда вся шестерка вывалилась из дома и собралась возле беседки. – Беги в детскую, она у них на втором этаже напротив лестницы. У Копылова двое малолетних детей. Если память не изменяет, так пацан с девчонкой. Они могут там оказаться. А ты, Леха, на кухню, газ отрой, все конфорки на максимум, а в прихожей, хотя, нет, лучше в зале, я там канделябр видел с тремя свечами. Вот их и зажги. Мы аккурат успеем подальше от дома отъехать, пока газ доберется до них. -Есть, шеф, все исполним в лучшем виде! – козырнули оба и рванули вновь в дом, завершать провалившуюся операцию. А остальные не спеша, поплелись к машинам, продолжая материть Копылова и Шевченко за их такую предусмотрительность и грамотность. -Так они, вроде как, эти деньги не воровали, в аферах не замечены, потому и не боялись афишировать сделку. А мы лоханулись по-черному, - признавался Иван, продолжая злиться на мертвых хозяев особняка. Как на прошлых, так и на настоящих, хоть и погибших. – Ну, не уроды, а? Грамотные, суки, книжек начитались, а мы в полном дерьме по уши. -Ну, - немного остыв, рассудил Олег, почему-то меньше всех, расстроившись из-за такой, вроде как, незначительной оплошности, - в нашем деле могут быть и проколы. Лишь бы не смертельные, а так, привыкать надо. -Ты намекаешь, что в дальнейшем и повезти может? А насколько ты планируешь, такой образ бытия? – сыронизировал Дмитрий, как раз, который готов был рвать и метать по поводу неудачи. – Потеряли такой куш, а ему хоть бы хны! Временной неудачей называет полный провал. -Дим, ты бы заткнулся и не кипятился, а? – попросил тихо и без нервных излишеств Олег. – Мы встали на тропу разбоя. И не надо мне лепить здесь красоту наших криминальных преступлений. Мы – разбойники с большой дороги. Не прошло, зато все живы, и не засветились. Сейчас рванет, все сгорит, и мы окажемся к этому делу абсолютно непричастные. -Кое в чем ты, Олег, прав, - согласился с ним Никита, принимая такую формулировку за правило. – Облом, и чего? Волосы на заднице рвать я не собираюсь. Будем искать новое дело. -Да, Дима, - словно желая напомнить некую истину, сказал Олег. – Мы не потеряли, а не дополучили эти деньги. А это большая разница. Недополученная прибыль не является убытком. -Умные все, как погляжу, - выпуская последний пар, выкрикнул Дмитрий и умолк, вынужденно соглашаясь с Олегом. Алексей вбежал на кухню мгновенно открыл все конфорки, а затем заглянул в зал, стараясь не смотреть на трупы. Третье убийство за их короткое криминальное существование, но к таким смертям, в которых он принимает непосредственное участие, привыкнуть Алексей никак не мог. Ладно бы мужиков мочили, которые сопротивляются, матерятся, грязными словами их обзывают, что злит и требует сатисфакции. Но тут женщины и дети. И это даже хорошо, что Никита на убийство детей Копылова отправил на его, а Дениса. Убить двух малолеток, так Алексей даже себе исполнение такого приказа представить не мог. А ослушаться никак не получится, поскольку ты в команде, а не где-то в сторонке дожидаешься дележа добычи. И убить у него вряд ли получилось бы. Но ведь, впереди в его жизни теперь так и будут сплошные грабежи со смертями их жертв. По-иному никак. А Денис пулей влетел по лестнице на второй этаж и уже едва не коснулся ручки двери детской, как внезапно запутался ногами в коврике, расстеленном перед самым входом в комнату. Падая, ему хотелось обезопасить себя, пытаясь ухватиться за дверную ручку, однако промахнулся и сильно впечатал лбом в стену, что мушки в глазах замелькали. Взвыв от боли, отчаяния и злости, Денис громко на весь дом выматерился, проклиная хозяев дома, как прошлых, так и настоящих, коврик, что попался под ноги, а также всю бригаду Родин Гудов Вскочив на ноги, уже в полной ярости и в осознании, что голыми руками порвет этих проклятых детишек, Денис попробовал продолжить путь в сторону детской комнаты. Но не удержался на ногах и грубо покатился по лестнице вниз, пересчитывая ребрами и головой все ступеньки, продолжая материться и вспоминать всех родственников, теперь уже ненавистных им детей. -Ты чего тут разорался? – выскакивая из зала и наткнувшись на орущего Дениса, спросил Алексей. – Бегом за мной, нечего здесь рассусоливать. Сейчас так рванет, что мало не покажется. -Да вот, - попытался оправдаться Денис, однако решил полностью не раскрываться и не показывать свою беспомощность. – Обратно возвращался и в собственных ногах запутался. Вот черт, теперь не успею. -Чего не успею? Ты еще не добрался до детской? – с сарказмом явной иронией спросил Алексей. -Почему, добрался, - соврал Денис. – Нет их в детской, вот я и хотел их поискать по другим комнатам. -Да хрен с ними, - махнул рукой уже примирительно и успокаивающе Алексей, решив не язвить и не злить товарища своими разоблачениями. – Если они в доме, так все равно не выживут. Через несколько минут этот дом превратиться в груду горящих развалин. Под руинами все следы нашего присутствия сгинут. Давай, летим к своим, успеть надо до взрыва подальше отъехать еще. Денис еще раз глянул на эту проклятую лестницу, уже совершенно потеряв желание, вновь подниматься по ней, и, согласившись с Алексеем, поспешил покинуть дом. Все, что в нем еще живое, очень скоро превратится в жаркое. Огонь завершит их работу, удаляя следы и излишних свидетелей. -Чего у вас там? – спросил Никита, когда Денис сел к нему в машину. – Надеюсь, полный порядок? -Да, все нормально, - отмахнулся Денис, не желая признавать свои промахи. – Мне кажется, что они детей в городе оставили. Нет их в доме. Ну, все обыскать мне помешал Алексей, поторопил меня. Услышав крик матери, Миша спрыгнул с кровати и хотел выбежать из комнаты. Но старшая сестренка Катя перехватила его у самой двери. И возвратила обратно к кровати, прижимая пальчик к губам, умоляя его молчать: -Это бандиты, Миша, они очень опасные. Нам нужно спрятаться от них и не показываться, - просила она братика, открывая шкаф и затаскивая Мишу за собой внутрь шифоньера. – Только сиди тихо и не шуми. Эти дядьки страшные, они могут нас убить, ты молчи, пожалуйста. -А как же папа с мамой? Они разве не расправятся с бандитами. А еще с ними дядя Женя, он сильный, я видел, - попытался сопротивляться Миша, однако страх оказался сильней. -Да, справятся, только нам нельзя им мешать, Миша. Папа и дядя Женя потом придут за нами. И перепуганного насмерть Мишу больше уговаривать не пришлось. Он и сам после криков женщин потерял от страха дар речи и возможность шуметь. Слишком страшно кричала мама и тетя Тамара. Однако все равно он был уверен, что сильный папа с помощью дяди Жени сумеет расправиться с бандитами, а потом придет к ним и заберет их к себе. Однако Катя в такое чудесное спасение уже не верила. Она хоть и маленькая была, но умела рассуждать здраво и логично. Она еще в окно заметила этих злых и опасных дядек. Их было много. И если, увидев тени чужаков, она еще не чувствовала такую смертельную опасность, то после крика мамы, а потом после ужасно страшного вскрика тети Тамары до Катюши явственно дошла случившаяся трагедия. Ей и самой хотелось аналогично визжать от напавшего на нее ужаса. Но она осознавала ту смертельную опасность для Миши и ее, если эти бандиты вдруг найдут и их. Пусть лучше не знают об их присутствии. А потом, когда послышался громкий мат чужого мужчины и сильный грохот падающего тела возле их двери, то Катюша от страха едва сама не завизжала. И лишь сильно зажатый рот и понимание опасности предотвратили трагедию. Однако через пару минут все стихло, и, выбравшись из шифоньера, Катя в темное окно увидела убегающих незваных гостей. И Катюша решилась, поборов страхи, выйти из комнаты, попросив, и даже приказав братику, не покидать шкаф до ее возвращения. Мало ли чего там внизу? Спустившись по лестнице на первый этаж и почувствовав сильный запах газа, Катя забежала на кухню и торопливо перекрыла газ, сразу же открывая кухонное окно. Однако, когда она вошла в освещенный зал, где родители с семьей Шевченко праздновали покупку, Кате хотелось кричать и бежать из дома без оглядки. Ее молоденькому сердечку никогда так не было страшно, и оно еще никогда за свою недолгую жизнь так громко и часто не стучало. По перекошенным в ужасе лицам женщин и по испачканным в крови лицам мужчин, Катя сразу поняла, что они мертвы. Ей до этого случая не приходилось так близко видеть мертвых, но по-иному увиденое трактовать невозможно. Все они молчат, лежат неподвижно в неудобных позах. Такое возможно лишь в одном случае. И это предстало перед ее глазами. Верить не хотелось, однако надежды, глядя на безмолвное застолье, кричали об этом факте. У них с Мишей в один миг не стало родителей, они стали сиротами, от чего теперь хотелось уже громко навзрыд рыдать. Но Катя не просто девочка, она сейчас в семье старшая, а потому ей необходимо принимать серьезные решения. Заметив на диване папин телефон, Катя трясущимися пальцами набрала номер дедушки и, когда он ответил, вдруг поняла, что не может говорить. -Коля, Алло, ты чего молчишь? Случилось чего, что звонишь мне среди ночи? – спрашивал сына отец, пока еще не ощущая и не осознавая свершившейся трагедии. Да и мог он разве предполагать, что такая незначительная ночная вечеринка предвещает страшную беду. – Ты погоди, я сейчас тебе перезвоню. Скорее всего, у них там, на станции какие-то неполадки. -Не нужно, деда, - наконец-то сквозь слезы и дрожь в голосе сумела выговорить первые слова Катюша. – Они убили папу и маму. Деда, приезжай к нам скорей, нам с Мишей очень страшно. -Что? – дико заорал дедушка, ошарашенный такой внезапной вестью, пока еще не понимая ее истинного смысла. – Кто убил, кого убили, Катенька? Что у вас там произошло, где все, где дядя Женя и тетя Тамара? Дай им трубку. -Деда, они всех убили. И Миланку с Тимофеем тоже. Только мы с Мишей успели спрятаться, - упрашивала Катюшка дедушку. – Ты быстрей к нам приезжай, мы очень боимся, что они возвратятся. -Хорошо, моя милая потерпи немного, я уже к вам еду. А бандиты уже ушли, или еще в доме? Вам там не очень опасно? -Нет, они уехали, я в окно видела. Они хотели дом подпалить, а я газ успела закрыть. Но мне все равно страшно, а вдруг они возвратятся. Ты быстро приезжай, мы снова с Мишей в шкаф спрячемся. 2 В прихожую из спальни вышла супруга Анатолия Надежда. Широко зевая, но, даже не пытаясь спрятать свое истинное любопытство и причину ночного звонка, спросила мужа и села рядом с вешалкой на тумбочку: -Кто тебе по ночам звонит? – не справляясь с зевотой, лениво ворчала она. – И кому там не спится? -Катенька звонила, Наденька, - трагично и потерянно проговорил Анатолий. – Колю с Олей убили. Она так и сказала, что папу и маму. И семью Шевченко. О боже, горе-то, какое, как нам пережить его? -Ой, мамочки! – схватившись за сердце, Надежда сползла с тумбочки на пол и уставилась на мужа, часто моргая, словно не желая верить такой кошмарный бред. – Толик, это злая шутка чья-то, за что их убивать? Перезвони скорей, а вдруг по ошибке нам позвонили? -Наденька, Катюшка врать не станет, ты ее знаешь ведь. Да и шутить так разве можно, а? Она сама вся там перепуганная, дрожит вся от страха, говорит, что чуть не умерла. Бандиты всех убивали, а Катя с Мишей спрятаться успели. Умница она наша, девочка хорошая. Господи, а что делать-то теперь, дети ведь нас ждут, умоляют, приехать. В полицию звонить надо скорее, а потом к ним ехать. А еще Катя сказала, что бандиты сжечь дом хотели. Поняв, что от жены в такую минуту помощи ждать не следует, Анатолий трясущимися руками с трудом нажал нужные кнопки и с силой приложил трубку к уху, словно боясь прозевать ответ. -Алло, полиция! – и, услышав утвердительный ответ, Анатолий поведал информацию, полученную из уст внучки. – Может, и скорую помощь вызвать нужно, а вдруг кто выжил? Все-таки восьмилетний ребенок мог и ошибиться. Они без сознания, а ей показались мертвыми. -Ой, а вдруг и вправду? – услышав версию мужа, Надежда воспряла духом, в душе надеясь и моля, что Катюшка могла с перепуга наговорить таких ужасов. А дети живы, они просто тяжело ранены, и нуждаются в срочной помощи. -Надя, - уже сидя в полицейском Уазике, трагичным голосом просил Анатолий. – Если бандиты убивали, то они вряд ли каких шансов на жизнь оставили. На то они и убийцы. Мне самому хотелось бы верить, да не стоит строить иллюзий, - монотонно твердил он, покачивая головой. -Толик, миленький, да объясни ты мне, за что и зачем каким-то бандитом вдруг захотелось убивать наших деток, - умоляла Надежда мужа, чтобы он хоть как-то сумел ей вразумить это непонимание. -Деньги, милая моя, очень большие деньги, - словно приговором зачитывал вердикт Анатолий. -Так нет же никаких у них там денег. Ну, если только какая мелочь в кошельке. Через банк они переводили платежи. -Стало быть, об этом бандиты не знали. Вот про сделку услышали, потому и решили, что Шевченко с деньгами в дом приедут. -Зачем, зачем им понадобилось это застолье? Можно же было и без праздника обойтись, если дом уже продан. -Нет, Наденька, нельзя, потому что бандиты все равно пожелали бы отнять у Коли эти деньги. А тогда могли бы и Катенька с Мишей погибнуть. Из полицейского автомобиля супруги, обгоняя полицию и медиков, неслись к дому на всех парах. Но на крыльцо, заметив бабушку с дедушкой, им навстречу уже выбегали внуки Катя и Миша. Анатолий и Надежда, подхватив на руки детей, уже вместе с ними вбежали в дом и сразу же бросились в сторону зала, где, как они и предполагали, находились дети и гости. Однако по мертвым телам детей Шевченко, последняя надежда покинула их еще в прихожей. Да и вид тел двух семейнных пар Копыловых и Шевченко лишь подтверждал страшные слова внучки. Полиция и врачи уже хозяйничали в доме, изучали, измеряли и пытались расспросить выживших детей. -Газом пахнет, - неожиданно, принюхиваясь, сделал вывод один из полицейских, указывая взглядом в сторону кухни. – Травит, или забыли чего на плите? Вот оно и выкипело, загасив огонь. -Нет! – уже немного приходя в себя после длительного шока, прокричала Катя, привлекая к себе внимание спрашивающего. – Это бандиты газ весь открыли и свечи в зале зажгли. Они хотели спалить весь дом вместе с нами. А я сразу же, как они ушли, почувствовала газ и перекрыла его. И окно на кухне открыла. Полицейские переглянулись и с восторженным удивлением посмотрели на ребенка, выражая своими взглядами симпатию к маленькому ребенку. -А ты молодец, Катя. И братика от неминуемой смерти спасла, и дом не позволила сжечь. Умница. Не каждый взрослый сумел бы в такой обстановке так оперативно среагировать. Ведь счет, как понимаю, шел не секунды. -Если не на доли секунд, - подтвердил другой полицейский. – Смелая, однако, девчонка, - похвалил он Катю. Им хотелось узнать от единственных выживших свидетелей хоть крупинку какой-либо информации о бандитах, однако ребенок в темном дворе из окна своей комнаты наблюдал лишь силуэты. А автомобиля рядом с домом не было. Как подтверждает Катя, они стояли недалеко от дома. Но из-за кустов ни их самих, ни бандитов она не рассмотрела. Лишь уверенно утверждала, что количество бандитов превышало четырех, а машин было как минимум две. -А почему ты решила, что больше четырех? – спросил у ребенка полицейский, который записывал ее слова. -Дяденька полицейский, - уже уверенно и с требованием поверить в ее слова, говорила Катя. – Так я видела в окно, как эти четверо шли по двору. Но ведь в беседке сидели Миланка с Тимофеем. А их убили раньше немного. И потом перенесли в дом, в прихожую. -А сами они не могли зайти? Ну, поздно уже было, вот и пошли спать, а бандиты в это время и ворвались. -Да нет же! – словно удивляясь непониманию такого простого течения событий, уже возмущенно воскликнула Катя. – Миланка с братом курили в беседке, я это видела в окно. Потом на секунду отвлеклась, а их нет. Зато эти появились. Полицейский призадумался и вынужденно согласился с версией ребенка, поскольку звучала она вполне разумно и реалистично. -Ой, дяденька, - вдруг, словно вспомнив нечто чрезвычайно важное, вскрикнула Катя, хватая полицейского за рукав. – Один дядька бандит хотел и нас найти, чтобы вместе со всеми убить, да в коврике возле нашей двери запутался. А потом я услышал поначалу удар в стену, грохот и как он матерно заругался. Это, я так поняла, бандит упал с лестницы и катился по ней. Он, перед тем, как упасть вниз, сильно ударился в стенку. Мне кажется, что там следы могли остаться. -А ну-ка, ну-ка! – заинтересованно проговорил один из прибывших вместе с полицейскими в гражданской одежде, как представили его экспертом, с чемоданчиком в руке. – Какой просвещенный ребенок, однако, - восхитился он версией Катюши. – Пойдем, покажешь мне вашу комнату и лестницу, с которой катился этот неудачник бандит. Авось какой след и оставил. Поскольку они, как понимаю, хотели дом сжечь, то вряд ли пытались так тщательно прибирать за собой. Он долго лазал по лестнице, искал следы падения бандита. Вполне возможно, что кое-что и обнаружил, но вслух свои находки эксперт не озвучивал. Однако по его глазам и выражению лица можно предположить, что подсказка ребенка оказалась весьма уместной и плодотворной. Он оказался правым в своих предположениях, что бандиты слишком надеялись на огонь, который по вине ребенка не оправдал их надежд и помог чем-то следствию. Поскольку состояние Надежды было даже слишком критическим, врачи поспешили сделать ей укол и предложили какие-то таблетки. И Анатолий уложил супругу на диванчик, чтобы она хоть немного пришла в норму. Однако по окончанию осмотра дома, изучения всех улик и опроса детей, после выноса тел погибших полицейские попросили семью Копыловых покинуть дом, поскольку они его опечатают и запрут на замки до окончания следствия. Надежда и Анатолий прибыли в этот поселок с полицейскими, поэтому им предложили на обратный путь тот же транспорт, на котором они приехали в дом. Следователь Назаров, вручив им визитку с координатами его нахождения, попросил сразу с утра явиться в управление для заполнения протокола. А также прихватить с собой детей. Вдруг Катюша чего и вспомнит. На Михаила надежды практически не было никакой, маловат ребенок, да и прятался он в это время. -Проклятые деньги, - простонала на прощание Надежда. – Лучше бы они взяли их, подонки, убийцы проклятые. Хоть дети в живых остались бы. Кому и зачем нам теперь эти миллионы? -Вопрос сложный, но предсказуемый. Это их бы вряд ли спасло. Слишком знакомый подчерк, как и в прошлые разы, - констатировал факты, не соглашаясь с Надеждой, рядом сидевший полицейский. Он не озвучивал, но про себя вспоминал последние два случая с ограблениями и с трупами. Там, по версии следствия, действовала аналогичная банда, которая вычисляла предполагаемую сделку и совершала ночное разбойное нападение на продавцов имущества, отнимая деньги и убивая хозяев. Вот только в этом случае бандитам не повезло с цивилизованными участниками сделки. Наличность в руки никто из них не брал, совершив безналичный расчет. Утром, когда Копылов Анатолий и его супруга Надежда прибыла в управление к следователю Назарову, то в его кабинете уже сидели некие большие начальники из области. Третье разбойное нападение с ограблениями и убийствами уже требовало неких действий с положительными результатами. Однако это последнее убийство всколыхнуло не только область, но волной докатилось уже и до Москвы. Телевидение и пресса грозились резонансными явлениями, как отставками, разборками и более серьезными наказаниями за бездействие органов власти и порядка. Народ требовал немедленного предъявления обвинения бандитам и жесточайшей кары. Иначе за оружие возьмутся народные мстители. -А ты, Катя, не припомнишь случайно, сколько ты их видела в окно? Мы понимаем, что в темноте лиц рассмотреть не могла. А вдруг сумеешь сейчас припомнить какие-либо черты, особенности, какие-либо детали, на которые обратила внимание? – со слабой надеждой, но с верой хоть в какую-нибудь ниточку, спрашивал у ребенка следователь Назаров, когда большие начальники покинули его кабинет, оставив чету Копыловых и ребенка с ним и с помощником Сычевым Павлом Викторовичем. – Может, слышала их разговор, обращение друг к другу? -Нет, - категорично и даже слишком уверенно отвечала Катя, разрушая последние надежды. – Их совсем не было слышно. Я только по крикам мамы и тети Тамары поняла, что это страшные бандиты. Поначалу увидела их тени в окно, и сразу мама закричала, потом тетя Тома. Они очень страшно кричали. А Миланка с Тимофеем курили в беседке. Теперь можно про это говорить, их же никто не поругает за это. Они думали, что их не видать, а мы с Мишей все видели и смеялись над ними. Только их уже не было в беседке, когда эти бандиты бежали через двор. Их было, по-моему, четверо или пятеро. Нет, вспомнила, ровно четыре. Это я сейчас только вспомнила и так подумала. -Стало быть, - предположил помощник Павел, - детей в беседке убили раньше, чем ты, Катя, выглянула в окно и увидела остальных бандитов. Их убили и уже тела внесли в дом, чтобы сжечь вместе со всеми. Даже поленились дальше прихожей отнести. Вот уроды! Полные отморозки, с мозгами неандертальцев. Явно, шли на дело с заранее запланированным убийством, даже если бы деньги оказались в доме. А ты умница, Катя, успела вовремя газ перекрыть. Опоздай малость, так рвануло бы не слабо, что и самим не успеть бы, спастись. -Очень сильно воняло, - призналась Катя, совершенно не зацикливаясь на такой похвале. – Я сразу поняла, что это газ. Побежала на кухню, думала, может, чайник или кастрюля закипела и загасила. А там все четыре конфорки открыты. Я сразу закрыла их, а окно распахнула, чтобы не воняло. Отпустив Копыловых домой, Назаров внимательно осмотрел и перечел скудные записи, и уныло покачал головой. -Улик, твари не оставляют. Понимаешь, ни улик, ни свидетелей. Вот откуда такие отморозки свалились на наш городок, а? Даже если и отыщет кое-какие следы эксперт, так что нам это может дать без самих бандитов? Хорошо, если в картотеке, отыщутся какие данные, а если нет? Смотают в другой город, и ищи, свищи. -Думаешь, залетные? -Да нет, по-моему, мне так представляется, что свои. Слишком информированные. Да только в первых двух случаях им повезло, а вот здесь полный облом. На что они могут рассчитывать? Город небольшой, рано или поздно засветятся и попадутся, не верю я в их неуязвимость, но смертей еще после себя оставят немало. Прут, сволочи, напролом, как самые отмороженные ублюдки, абсолютно не задумываясь над будущим. Вот, урвать куш побольше, а там хоть потоп. -Да, Слава, вчерашний куш манил их весьма крупной цифрой. Я спрашивал у Копыловых. 15 миллионов. Этого хватило бы им даже по меркам нашего маленького города на долгие месяцы. Могли бы, и затихнуть, пока волна не уляжется. Даже на пятерых, и то по три лимона получается. Мне бы на всю жизнь хватило, на всю оставшуюся, если жене не предъявлять. -Нее, Паша, - категорично не согласился с помощником Вячеслав. – У них и у нас такие цифры по-разному звучат. Заработанные деньги во много крат дороже и ценнее краденных. И потому, если учесть, что их было 5-6 человек, хотя такое звание им не подходит, слишком быстро и эти миллионы закончились бы. А там вновь за дело. По любому с такими звериными манерами их надолго не хватит, да вот страшна их звериная сущность. И сейчас после порожней ходки, нутром чувствую, вновь полезут, не испугает их такая мелочь, что на них охота объявлена. -Так это даже нам упрощает работу, - неожиданно с некой уверенностью и надеждой воскликнул Павел. – Нам, Слава, всего и нужно-то взять на заметку все крупные сделки с наличностью. -Ну, не все такие умные, как Копылов и Шевченко. Вернее, у них честная сделка, потому и не скрытная. А остальные, и даже это большинство, стараются свои сделки не афишировать. То есть, тихо и неприметно для официальных лиц. Эти же получают информацию именно о таких операциях. -Не скажи, Слава, - категорически не пожелал соглашаться Павел с таким определением следователя. – Если бандитам становится известны сделки, так и мы сумеем, если пожелаем, узнать. За это можешь даже не переживать, нажму на информаторов, пусть подсуетятся. Робин Гуды пили водку и зло матерились, проклиная ими же убиенных, а также пытаясь отыскать виноватых среди своих. -Ну, вот, а что и как можно подумать, как еще решать, если на виду все, что указывает на деньги? – пытался оправдаться за всех и за себя в первую очередь Олег, словно обвинитель со стороны им предъявляет вину. – Шевченко заходит в банк, заполняет там какие-то бумаги. Затем с портфелем, чем-то наполненным, выходит из банка. Ну, не попятам же следовать нужно было за ним в банк, не смотреть же, как он получает и пересчитывает купюры? Там же полно видеокамер, засветились бы моментально. Вот потом не отмахались бы. -Денис, твой прокол. Объясни нам, почему дом не загорелся? Леха газ открыл, свечи зажег, а ты детей проворонил. Слышал я, как девчонка болтала о своем героическом и смелом поступке. Нас обвела, как пацанов, - зло и жестко отчитывал бригадир Никита Дениса за нечеткое исполнение приказа. – Эта девчонка хвасталась, что они спрятались в шкафу, а потом, сразу после твоего ухода, вышла из комнаты и перекрыла газ. И теперь по твоей милости на нас объявлена охота. Если бы дом сгорел, так все на их пьянку списали бы. А теперь разбой и убийство. -Вот, твою мать! – в отчаянии орал и матерился Иван. – Ну, не придурок ли ты, Денис, а? Да самый последний при этом. Почему не пожелал дойти до комнаты? Остались мы без бабла и без права идти на новое дело. Ладно, остались без денег, всякое в деле бывает, но вот лень вообще непростительна. Обычная тупая и безмозглая лень, пройтись и поискать этих ублюдков. Если бы дом сгорел со всеми жильцами, так ни одна падла про ограбление и не думала бы. Несчастный случай, да и все тут. -Сам заткнулся бы, а? – пытался защищаться Денис, великолепно осознавая и понимая свою оплошность. Но не желал соглашаться с обвинениями. – Я бы на тебя посмотрел после такого кульбита с лестницы. Хорошо, хоть кости целы. А потом, кто мог подумать, что такая соплячка разумная не по годам? Да еще бы пару минут, и все выгорело бы, ни единого следа не осталось бы. А что мне делать было, если Алексей уже газ на всю катушку открыл и свечи зажег? Да я бы вместе с ними взлетел бы на воздух, сто пудов, не успел бы сбежать. -Если бы да кабы, - передразнил Дмитрий, сам готовый порвать на куски любого, на кого покажут виновным. Но тут рявкнул Никита, прекращая все возможные и невозможные обвинения друг друга: -Хорош собачиться, спишем неудачу, как на форс мажорную ситуацию. В нашем деле и такое возможно. А начнем виноватых искать, так только зазря передеремся. Заляжем на время, на дно, и никому не высовываться. На нас рядовых пролетариев никто и подумать не смеет. А мы тихо и неслышно приступаем к очередной охоте, будем выжидать следующую дичь. Но в тени нам очень необходимо отсидеться самое опасное время. Потом, когда шум поутихнет, мы вновь позволим себе выход на дело. И никакими намеками не выдать себя, забыть, словно это нас и не касается. Если хотите, так поддерживайте разговоры, охаивайте убийц, но натурально и с искренними возмущениями. Ясно всем? -Ясно-то ясно, а сейчас? – не унимался Иван. – За душой ни копейки, а ты – на дно залечь, притихнуть. -Это твои личные проблемы, - сердито блеснув взглядом на хмельного Ивана, приказал Никита. – Как проживали до сих пор на зарплату, так и будем жить. Не бедно жили, зарплаты у всех неслабые. У кое-кого, я так предполагаю, с прошлых дел кое-чего осталось. Для нас сейчас самая главная задача – выжить, не засветиться. А вот потом и продолжим. Еще немного поспорили, пытаясь отыскать виноватых, чтобы разрядить напряжение на них, однако до жестких распрей решили не опускаться. Ведь как сказал бригадир, их банда только лишь в начале своих дел. И впереди их ждет более удачное будущее. Подумаешь, немного не повезло, так с делом, а не с самим ими, что было бы гораздо хуже и неприятней. -Решено, пацаны, - уже пьяным голосом утверждал протокол собрания бригадир Робин Гудов Никита. – Вычеркиваем из списка дел вчерашнее мелкое недоразумение. Однако на будущее прошу учесть и на носу зарубить. Это простое, но жесткое и вечное правило банды: любое дело, приказ и просьбы по ходу исполнения доводить до полного конца, не отступая от разработанного сценария без каких-либо видимых и важных причин. Получил задачу, будь добр – исполни до буковки с точками и запятыми. Посчитаем эту неудачу, как хороший опыт, а ошибки, как учения. И простим всех и каждого, поскольку мы еще в этих делах слишком зеленые и малоопытные юнцы, что придется признавать откровенно и без обиняков. Но школа, считай, пройдена, уроки сделаны, экзамены сданы. На плохую оценку, но зато выучили правило. И предлагаю сейчас выпить за неудачу, как за ошибку в учении, и за удачу в наших будущих делах, в последующие, которые, я надеюсь, будут в нашей жизни. И для следующих дел будем учиться работать слаженно. Поскольку сделка купли-продажи была завершена до убийства, то дом отходил наследникам Шевченко, о которых Копыловы не знали и не пытались даже узнать. Их такие подробности не интересовали. У них на руках остались оба выживших внука, что уже большое счастье. И произошло благодаря Катюше, которая мужественно спасла свою жизнь, и жизнь брата. А также для наследников Шевченко дом. И в этом все видели заслугу лично девчонки. Хоронили Копыловы своих детей на городском кладбище неподалеку от могил родителей Ольги, погибших два года назад. Рядом места не было. Кто же мог планировать свою раннюю смерть? Ведь в таком возрасте даже мыслей не могло возникать о таком несчастье. Присутствовали на похоронах на кладбище почти все работники АТП, главным инженером на котором работал Николай, в конторе которого в одном из отделов трудилась Ольга. Сам генеральный директор на могилке клялся и божился, приложить максимум усилий для поимки бандитов. Присутствовали на похоронах и члены банды Робин Гудов, которые слушали гневные речи выступающих и в душе посмеивались, но скорби с лица, не убирая. В толпе шел тихий разговор, что наводчиками, скорее всего, были кто-либо из приближенных бизнесмена Шевченко, и направили бандитов на дом именно в тот момент, когда обе семьи обмывали сделку, чтобы деньги не успели покинуть пределы усадьбы. Вот только никто из наводчиков не мог предположить со стороны Шевченко такого коварства. И такую деталь в толпе обмусоливали с нескрываемым злорадством в адрес разбойников. Так, мол, этим бандюганам и надо. И вот уже от таких слов ненависть и злость Робин Гудам изображать и разыгрывать не приходилось. Их лица выражали настоящую и натуральную ярость. Анатолий и Надежда держали детей за руки и стояли, молча, возле холмиков, обложенных свежими венками и цветами, а по глазам, уставшим от слез и рыданий, бежали соленые ручейки. Больно и тяжело хоронить детей, не успевших поднять своих деток на ноги и вкусить сполна радости жизни. И за что? За несколько миллионов? Да, это очень большие деньги, но Коля с Ольгой зарабатывали прилично, хватало им с избытком. А вот выпало такое богатство и погубило их. Погибшие родители Ольги подарили своим детям дом для жизни, что так быстро их и погубил. И вдруг Катя, с силой дернув деда за руку, внезапно громко и во всеуслышание заявила: -Мы их поймаем и отомстим, правда, Миша? И пусть наша месть причинит им столько боли, что они плакать устанут. Они не имеют право жить и радоваться, когда нам больно и страшно. -Наша мстя будет жестока и коварна! – решительно поддержал сестренку Миша и сильно сжал руку сестренки. Близ стоявшие работники АТП от такого вскрика удивленно смотрели на детей, но, натолкнувшись на их решительность и категоричность, сжав губы, промолчали. Им всем безумно было жаль семью Копыловых, которых уважали и с которыми многие дружили. А потому сочли нужным и правильным, поддержать родителей и внуков простыми заверениями: -Мы с вами, Катя и Миша. Мы обязательно всем этим бандитам отомстим. Не жить им на этой земле в нашем городе. Сказано было без обязательств, исполнить обещанное, но Катя и Миша приняли их слова, как желание помочь и осуществить клятву. Поминальный стол был накрыт в столовой АТП за счет профсоюза и средств предприятия. Поскольку все сразу вместиться внутри не могли, то, помянув и сказав несколько слов, одни покидали столовую, уступая место следующим. И только Надежда с Анатолием, сидя во главе застолья с генеральным директором и его заместителями, не пили и не говорили. А лишь сквозь слезы выслушивали речи товарищей и друзей погибших детей. -Ну, твари! – в сердцах, уже слегка захмелев, рыкнул генеральный директор. – Не я буду, если не отыщу подонков. Как понял, так у полиции никаких улик и подозреваемых. Глухо, как в танке, так что, дорогие мои товарищи, самим придется напрячься и поискать этих убийц. -Да детективов нанять можно, - вдруг посоветовал рядом сидящий заместитель, уже аналогично прилично выпивший. – Ну, я так понимаю, что за деньги те подсуетятся, и опередят следствие. Они, эти следователи, нормальные ребята, против них ничего не имею, но кроме этих дел, у них других полно. А нанятые кроме нашего дела на другие отвлекаться не будут. Землю рыть будут, а найдут. -Не скажи, - не соглашался с ним другой заместитель. – Из Москвы, я краем уха слышал, давят, требуют. Все силы бросили на поиск убийц-грабителей. Третье дело за последние месяцы. И все с трупами. Совсем озверели, подонки. Ну, хрен с ними, с деньгами, бери и уходи. Так убивают, гады. -Деньги людей портят, а большие любого человека в скота превращают. Большие и халявные. Видать, нигде не работают, только этими разбоями и живут. Вот среди тунеядцев и искать надобно. Услышав такие откровения, сидящие неподалеку Никита и Денис, в душе порадовались. Да и следствие, насколько они осведомлены, направлено на поиски в сторону окружения Шевченко. Убийц предполагают искать среди знакомых, хорошо проинформированных об этой крупной сделки. Никита незаметно кивнул Денису и направился к выходу. Денис не заставил себя упрашивать и выскочил следом, молча, объясняя окружающим, мол, на перекур. -Не спешим и пока не уходим, только перекурим, - пояснил Никита Денису. – Чтобы не вызывать даже признаков подозрения. Ты слыхал? Все тропки ведут к окружению бизнесмена Шевченко. А и действительно, кто может подумать про такое на рабочего человека, которому деньги достаются потом и кровавыми мозолями. У нас и времени на такие дела не остается, мы все в производстве и в заработках. Так что, можно слегка и расслабиться. -Пусть, - хихикнул Денис, тут же получив локтем под ребра. – Понял, - быстро поправился он, уже изображая легкий кашель. – Но это очень нам на руку, что в наш адрес даже намеков не проскальзывает. Стало быть, хоть с завтрашнего дня можно приступать к поиску подходящего клиента, не залегая надолго на дно. Даже слышать смешно, мол, такими делами лишь бездельники и могут заниматься. А мы, так, получается, остаемся в почете и в уважении. -Все равно, - осторожно проговорил Никита. – Немного нужно помолчать. Пусть следаки увязнут в своих ошибках. А так ты прав. Потихоньку можно зондировать почву и подыскивать нового клиента. Да, и всем передай, чтобы реже толпой собирались, словно мы не так уж дружны. Если и были компанией в далеком детстве, так об этом мало кто и помнит. Действуем и живем по старой схеме, чтобы в наш адрес ни у кого и намеков не возникало. Разумеется, не врагами, имеем право при встречах поздороваться, пару, тройкой фраз перекинуться. -Вот тут не совсем прав, - не согласился Денис. – О нашей дружбе осведомлены многие, так что вдруг притвориться чужаками нежелательно. И ничего не случится, если оставим все по-прежнему. Сам же видишь, что к АТП следователи даже интереса не проявляют, никто не собирается даже думать в наш адрес. -Так это о давней, такой факт отрицать никто не планирует. Да вот подросли, поумнели, и теперь у нас у каждого свои интересы появились. Понял? Признайся, что быт, дружба и знакомства постороннего человека тебя мало интересуют и абсолютно не волнуют. Вот так и прошлое уже всеми давно позабыто. А посему, разрешаю редкие пьяные встречи с другими компаниями, словно мы не зацикливаемся на себя. Для разнообразия и отвода глаз. А следователь Назаров с помощником Сычевым и в самом деле убийц среди окружения Копылова и не планировали поиски. Тем более, что все факты говорили в пользу версии знакомых и окружения Шевченко. Он посещал банк, и по всем признакам просто обязан был привезти деньги в дом для расчета. Ведь Копылов мог всей семьей не оставаться в этом доме в последнюю ночь, когда дом уже не считался их собственностью. Да и квартиру в городе они уже приобрели, ремонт в ней закончили. А вот решил дождаться семью Шевченко, чтобы вместе отпраздновать удачную сделку, как для одних, так и для других. -Да все почти до единого в его офисе знали о покупке, он даже и не собирался скрывать сей факт ни от кого, - в отчаянии простонал Павел, возвратившись из фирмы Шевченко. – Будто специально афишировал, приманивая преступников. А вдруг мы ошибаемся, Слава? Ведь предыдущие два дела абсолютно не связаны с фирмой Шевченко и его работниками. Могут оказаться совершенно не относящиеся ни к нему, ни к Копылову. -А риелтор? -С имуществом они разные в обоих случаях. Ну, а в первом, так купля-продажа автомобиля проходила без рекламы, без объявлений в газете и на столбе. Там сами участники случайно встретились и договорились. Можно было спорить, строить версии, гадать на кофейной гуще, но Вячеслав и Павел прекрасно понимали свою полную беспомощность. Не оставляют грабители ни следов, ни свидетелей. Чисто работают, профессионально. Так что, проще и правильней, искать среди грабителей и убийц, уже когда-то где-то свершивших подобные преступления и засветившихся в сводках МВД. -Ты предполагаешь, что, порядком наворотив дел у себя, они переехали в наш город для продолжения своей деятельности? – неуверенно спросил Вячеслава Павел. – Все-таки, гастролеры? -Согласись, что вмиг на пустом месте таким профессионалом даже в преступной деятельности не станешь, - попытался строить свою версию Вячеслав. – А здесь чувствуется опыт. -Тогда нам остается все внимание уделить на информатора. Залетные без местного наводчика не сумели бы так четко выходить на клиента. -Катя, а Катя! – требовательно просил сестренку Миша. – А мы когда мстить начнем этим бандитам, а? Уже, сколько много времени прошло, а мы даже не узнали про этих убийц ничего. Катя, а когда мы их найдем и отомстим, так мы их убьем, да? а, как и чем мы их убивать будем? -Не торопи меня, я пока и сама ничего не знаю, - отмахивалась от назойливого братика Катя. Но вдруг призадумалась, словно ее осенила некая идея, и пожала плечами, удивляясь и не понимая той выходке на кладбище. С чего этого и почему она в тот день на похоронах сказала эти страшные слова обещания? И не просто один на один с братиком, а громко, прилюдно и слышно для всех. И Катя вдруг осознала, что говорила она не просто для красивого словца. Что-то внутри ее подтолкнуло к такому официальному заявлению, не сама лично придумала она. Только сейчас она слегка в растерянности и в неуверенности. Сказать-то сказала, однако теперь необходимо как-то оправдывать сказанное. – Я, Миша, потом тебе все расскажу, не сейчас. Только вот здесь, - она постучала пальчиком по сердцу, - мне кто-то и что-то подсказывает, что такое обязательно произойдет. Мы обязательно отомстим за смерть наших родителей этим проклятым убийцам. А ты зачем повторял за мной? -Я не знаю, - пожимал плечами Миша, задумываясь и почесывая затылок, словно пытаясь разбудить мысли и найти там подсказку. – Мне тоже вот здесь, - он аналогично постучал по груди, - кто-то подсказал, что мы отомстим. А мы их сразу же убьем, как только найдем? -Нет, Миша, - категорически затрясла головой Катя. – Такое наказание для них слишком легкое. А мы им поначалу причиним боль, а потом заставим пойти в тюрьму. Пусть им будет плохо много-много лет. И так плохо, что им самим захочется умереть, да страшно будет. Миша согласился с сестренкой, и в знак согласия обнял ее и поцеловал в щеку. А Катя подхватила братика на руки и усадила к себе на коленки. Внезапно вошедшая бабушка подивилась и восхитилась такой идиллии, но дедушка Толя поспешил с разъяснениями: -Они, Надя, обсуждали план поисков и наказания убийц. Вот такие у нас внуки. И мне так кажется, что словами они не бросаются. -Деда! – возмутилась Катя и сердито посмотрела на дедушку. – А вот подслушивать очень даже некрасиво. Мы с Мишей секретничаем, а ты все подслушал и бабушке нашу тайну рассказал. -Ну, - слегка смутился дед Анатолий от высказанных упреков, посчитав обвинения немного справедливыми. Мог бы и не признаваться, что нечаянно услышал. – А вы сами виноваты. Не нужно было свои секреты так громко озвучивать, что на весь дом слыхать. Так и соседи обо все могут услышать. Вообще, если вы считаете это тайной, так шепотом и нужно о них говорить. -Ох, детки вы мои! – всплакнула от воспоминаний и нежности бабушка Надя, присаживаясь на диванчик рядом с внуками. – Этих бандитов сначала поймать надо. А уж потом наказывать. Даже следователи ничем нас порадовать не могут, а вы уже насочиняли, как и чем их наказать. -А вот мы их поймаем! – не желая примириться с бабушкиным пессимизмом и со своими поражениями, воскликнул Миша. – Это мы просто пока еще не знаем, кто они и где прячутся. Но очень скоро нам про них станет все известно, и мы их накажем. Нельзя так, это нечестно, они папу с мамой убили, и потому должны сидеть в тюрьме. Там им место. Деду с бабкой ничего не оставалось делать, как согласиться с такими искренними и правильными желаниями внуков. Тем более, что им самим хотелось бы посмотреть в глаза этим бандитам и услышать из уст судьи обвинительный вердикт. Да, смертной казни даже для таких нелюдей у нас нет, хотя сильно хотелось им таковой пожелать. Но тут Катенька права. В тюрьме, а этим ублюдкам грозит пожизненное заключение, многолетние страдания пострашнее смерти. И легкого наказания они не дождутся. Пусть остатки своей никчемной пошлой жизни гниют на нарах. Да вот только поначалу их отыскать необходимо, чтобы потом осудить и посадить в тюрьму. Генеральный директор говорил на поминках что-то о частном детективе, да только и нанятый сыщик оказался не всесильным. Далеко и глубоко запрятались убийцы, что никто и никак отыскать их не может. А вдруг насовсем уехали из города, и пропали навсегда? Тогда детки останутся неотомщенными. Нет, такого допустить никак нельзя. Надежда высказала свои опасения вслух, обреченно покачивая головой, словно ее слова подтверждены некими фактами. Но вдруг внучка Катенька отреагировала на ее заявление несколько возбужденно и агрессивно, словно не желая соглашаться с бабушкой, и знала о бандитах больше следователей и того же нанятого детектива, которые никак их отыскать не могут. -Нет, бабушка, ты абсолютно неправа. Эти бандиты никуда не могут сбежать, потому что стались без денег. Они в нашем городе, просто спрятались и их потому никто никак не отыщет. А вот мы с Мишей найдем их и накажем за смерть папы и мамы. Мы им обязательно отомстим. -И мстя наша будет жестока и коварна, - повторил свою фразу, сказанную в первый раз на кладбище, Миша. Анатолий и Надежда с удивлением посмотрели на внуков, поразившись взрослой и разумной речи внучки, что и в ответ не нашли нужных слов. Разумеется, они и на букву даже близко за веру не приняли эти с высказанные угрозы. А вот такая решимость заставляет призадуматься. Испугаться? Есть чего, поскольку эти маленькие дети ко всему прочему еще и свидетелями являются. Бандиты планировали сжечь дом, уничтожив в нем кроме улик пребывания в нем, но и всех мертвых и живых, кои присутствовали в доме. А Катя сообразила перекрыть газ, чем нарушила все замыслы убийц. О таком факте даже по центральному телевидению сообщили на всю страну. И, что само собой разумеющееся, дошел слух и до самих бандитов о таком поступки девчонки. Даже сложно предположить дальнейшие размышления и действия преступников, поскольку дети превратились благодаря СМИ главными свидетелями преступления. Мишу-то Надежда сама в садик отводит и забирает его оттуда. А вот Катюша самостоятельная, а потому ходи сама. Как бы беды не случилось. Вдруг отморозки из-за страха, да и по своей звериной сущности пожелают избавиться от нежелательных свидетелей? Отправив поутру детей в садик и в школу, Надежда и Анатолий сразу отправились к следователю Назарову, чтобы озвучить свои подозрения и опасения касательно своих внуков. -Боимся мы, - говорил Вячеславу Анатолий. – А вдруг захотят расправиться эти уроды с детьми? -Успокойтесь и не нужно ничего бояться, - попытался развеять все эти необоснованные опасения Назаров. – Больше месяца уже прошло. И поскольку бандиты до сих пор не предпринимали даже попыток для расправы, то, стало быть, уверены в своей безопасности. Верят, как и оказалось, в самом деле, что дети никого конкретно не видели. А потому, можете за жизнь детей не бояться, не тронут они их. И нам так кажется, что бандиты покинули город. -Мы так поняли, что у вас ничего нового нет по этому преступлению? – поинтересовался Анатолий, хотя ответ заранее предполагал. Были бы новости, так похвалился бы следователь без вопросов. А поскольку молчит, так и нет у него ничего. Слишком глубоко запрятались преступники, носа не высовывают. И такой факт болью отзывался в сердце. Неотомщенными останутся дети. -К сожалению, - подтвердил догадки Анатолия Вячеслав, - ничем вас пока порадовать не можем. И все-таки Анатолий решил, и об этом он сразу проинформировал супругу, сам водить Катюшу в школу и встречать ее после уроков. Мало ли, в чем уверен следователь? Он так предполагает, думает, а знать мысли убийц не может. Они, кроме их самих, никому неизвестны. Это на словах дети не могут описать тех ночных посетителей. Однако легко, разумеется, так Анатолий лишь предполагал, сумеют узнать при случайной встрече по пути в школу, в магазин, да и просто на улице. А таким отморозкам ради собственной безопасности ничего не стоит, убить ребенка. Тем боле, скорее всего, они о детях могут знать все. -И в садике воспитательницу предупредить необходимо, чтобы никого из посторонних к Мише не подпускала, - попросил Анатолий супругу. – Только ты так сразу уж не бледней и близко к сердцу не воспринимай. Я верю следователю, - поспешил с оправданиями Анатолий, заметив реакцию супруги на его гипотезы. – Но мало ли что в голову придет этим подонкам. В их человеческие чувства верить нельзя. Однако перегибать палку тоже не стоит. И Надежда полностью и целиком согласилась с мужем. Им никак нельзя потерять еще и внуков. Тогда смысл дальнейшей жизни пропадет. Гибель детей ими настолько тяжело пережилась, что до сих пор без снотворного уснуть не получается. И сердечко пошаливать начало, хотя до этого времени никаких жалоб на здоровье не было. Все стучало и дышало легко и беспроблемно. А сейчас одышка откуда-то появилась, усталость даже от простой ходьбы возникает. А болеть им никак нельзя, слишком малы еще внуки. Их нужно выучить, в профессию определить, а уж потом и на покой. И на все эти хлопоты времени и сил потребуется много. Благо, финансовые вопросы перед ними не стоят, остались сбережения детей и эти проклятые миллионы от продажи дома. Да и пенсию на детей хорошую определили. 3 Дениса Яшнина вызвал к себе в кабинет с самого утра главный механик гаража и отправил его за город в район Сычевки. У Дмитрия Буревского микроавтобус поломался, с мотором там что-то. А сам Дмитрий никак разобраться не может, не находит никакого дефекта. Потому и позвонил в гараж с такой просьбой. Ничего, вроде как, серьезного и сложного, вдвоем сумет разобраться. И если поломку не сумеют на месте устранить, так на буксире в гараж приволокут. Но пока эвакуатор напрягать не хотелось, теплилась уверенность в возможности, справиться на месте. Денис на маршрутке доехал быстро, еще быстрей с поломкой разобрался, что Дмитрий и покурить не успел. -Ну, вот стоило по такой мелочевке меня беспокоить, уж с таким пустяком мог и сам управиться, - сетовал Денис на оплошность и такую техническую неграмотность товарища, обвиняя его в лени. – Тут делов на копейку, а по твоей милости полдня коту под хвост профукал. -Сильно ты к работе торопишься, развеяться не желаешь, что ли? – иронично подковырнул его Дмитрий. – Ничего страшного не случилось, малость прогулялся. А наработаться еще успеешь в своем гараже. Или на героя труда настроился, премию за хорошую работу обещают? -Отстань со своими подколками, - незлобиво отмахнулся от таких сентенций Денис. – С удовольствием бы погулял, да главный требует сегодня к концу смены подъемник до ума довести. А когда? Сам же и отправил, - пожаловался Денис. – Ну, а вообще-то ты даже очень прав. Ладно, без меня езжай, а я в кафешку заскочу, отобедаю заодно. Здесь Маринка классные зразы лепит. Я иногда ради них специально сюда на ужин приезжаю, отведать ее деликатесы. -И к Маринке заодно? – плотоядно усмехнулся Дмитрий, намекая на истинную причину этих походов в кафе. -И вовсе нет, - совершенно не обижаясь, но категорически отрицая факт каких-то ни было отношений с местной поварихой, проговорил Денис. – Только зразы, и ничего другого меня сюда не манит. -Ладно, - отмахнулся Дмитрий, заводя мотор и прислушиваясь к его ритмичной работе. – Как часы! Чего, чего, а этого у тебя не отнять. Мастер ты классный, Денис. Вот чего только на преступную стезю ступил, а? У тебя же в этом деле руки просто золотые с алмазным обрамлением. -Заткнись, - прикрикнул на него Денис, хищно улыбаясь, словно товарищ не ругал, а похвалил за внезапное хобби. – Хоть и не видать вокруг никого, да вот молоть языком лишний раз негоже. Тем более, что мы сейчас в глубоком подполье. Да, ничего не слышал нового, прокурор все там же копает? -Насколько я проинформирован, так они усиленно трясут окружение покойного бизнесмена. -Ну, и пусть, такой факт радует, - уже по-доброму похлопал по плечу товарища Денис, махая рукой в направление города, прогоняя его от себя. – Езжай, догоняй упущенную выгоду, наверстывай рубли. Дмитрий уехал, а Денис отправился в свое любимое кафе. Точнее, за зразами, любовно слепленными и приготовленными руками Марины. Да нет, о никакой любви к поварихе и речи быть не может. Только если платоническая, да и та за вкусные зразы. Этой Марине далеко за 40, хоть и смотрится даже слишком сексуально. Однако, старовата для него даже для обыкновенного флирта. А вот зразы ее любит безумно. Ароматные, мягкие, пушистые и до умопомрачения вкусные. Особенно горячие, обжигающие. И потому он всегда сразу заказывает их минимум две порции с двумя стаканами сладкого чая для запивки. -О, Денис! – радостным восклицанием встретила его Марина, как только он вошел вовнутрь кафе. – Что же ты позабыл меня, а? Я тут ради него надрываюсь, зразы на его долю леплю, а тебя все нет да нет. -Мариночка, любовь моя, - расплылся в улыбке Денис. – Как же пропал, ежели только позавчера уплел ровно три порции твоего блюда. Да я ради твоего творения сюда готов хоть каждый день, да далековато ты от моего дома устроилась. Давно в город перебралась бы, вот тогда три раза в день к тебе захаживал. И посетителей было бы гораздо больше. -Ой, Денис, так для влюбленных и два дня – срок велик, - залепетала Марина, сразу же накладывая полную тарелку симпатичных аппетитных, пышущих жаром и распространяющим свой сумасшедший аромат, зраз. Вот, только с печи, ешь и радуйся, ненаглядный мой. А в город? – внезапно призадумалась она. – Нее, не хочу, мне и здесь от клиентов отбоя нет. Да и не пожелаю я менять свою Сычевку на ваш пыльный и душный город. Любили они оба на публику вот в таких откровенных мыслях признаваться. Хотя, как и говорил Денис, даже намека у них на шуры-муры нет, и не было никогда. А публика пока в этом большом зале была малочисленной. Всего-то по всем столикам и набиралось с десяток. И по вине этой разбросанности создавалось впечатление, что посетители есть, и их не так уж мало. И у всех на тарелках красовались зразы. Видать, слухи об этих вкусных деликатесах разошлись по всей округе, вот народ и спешит отведать это блюдо. Официантка принесла Денису на стол его тарелку со зразами, пылающих жаром, и два стакана горячего чая. Денис любил чай обжигающий, а потому по его просьбе Марина наливала, из чайника едва ли не в момент кипения. Полюбовавшись славной горкой из румяных зраз и вдохнув, сей аромат, Денис взмахнул вилкой, словно дирижерской палочкой, давая команду всему своему организму к приему пищи, предвкушая их вкус уже в свое рту, как неожиданно резко распахнулись двери кафе, и вовнутрь помещения шумно вошли два ребенка. Девчонка лет восьми-девяти и парнишка лет пяти. Они озорным взглядом окинули присутствующих в зале и, взявшись за руки, вприпрыжку зашагали между столиков, весело и откровенно рассматривая посетителей. -Дети пришли покушать, или по просьбе родителей пока места занять? – поинтересовалась Марина, уже приготовившись обслужить детей и наложить им в тарелки зразы. – А у вас деньги есть хоть? Или с деньгами следом ваши родители придут? Ладно, рассаживайтесь, потом разберемся, - уже миролюбиво и по-доброму пригласила она детей за стол. -Нее, тетя Марина,- весело и озорно хором прокричали дети, продолжая движение, не останавливаясь возле столиков, словно хотели просто прогуляться по залу. – Мы кушать не будем, сыты по горло. Нас бабушка вкусно кормит, такими же зразами, как и у вас. Правда, правда, она умеет их готовить. Мы их со сметаной знаете, сколько много можем съесть? Даже намного больше, чем вы Денису положили. Это сущий пустячок, по сравнению с нашим аппетитом. -О, так вы к нему, наверное? Вы его знаете? – без удивления и даже не интересуясь и не спрашивая, а просто констатируя как факт, сказала Марина. – Ну, тогда можете проходить и садиться к нему за стол. -Да не хотим мы кушать, тетя Марина, - повторила девчонка, уже приостанавливаясь, и персонально для нее проговорила эти слова. – Мы совершенно по иному делу сюда пришли, нас здесь ждет одно маленькое дельце. -А-а-а! – протянула Марина и сразу потеряла интерес к этим современным нахальным детям. Еще на грубость нарваться можно, а ответить этим малявкам и не знаешь, как. Денис, уже вроде как, приготовился к потреблению своего любимого блюда, вновь оторвался от тарелки и, удивившись, с некой неясной внутренней тревогой посмотрел на детей. Вроде как кого-то они ему напоминают, где-то мог и видеть этих маленьких сорванцов? Но знакомство с ними может смело и категорически отрицать. Если они его и знают по каким-либо причинам, то он с ними абсолютно не незнаком. Первый раз видит, если исключить случайные встречи. Да и в близком кругу знакомых с такими детьми припомнить не может. Нет, не припоминает, все его друзья, с кем он общается, в большинстве народ холостой и, тем более, бездетный, не обременен такими вот хулиганистыми малышами. А эти его еще и по имени знают. Да и черт с ними, решил Денис и попробовал повторить прерванное поедание зраз. Однако внезапно он обнаружил присутствие детей рядом с его столиком, что вновь оторвало от вкусного процесса. Это уже чересчур, его не просто разозлил и возмутил такой факт, но и сильно рассердил. -Вам чего, дети? – уже сердито и зло спросил он их. – Идите своей дорогой и не мешайте, мне есть. -А мы вовсе не собираемся тебе мешать, ешь свои зразы и не обращай на нас внимания, - резануло по ушам из уст мальчишки это панибратское обращение на «ты», словно к ровеснику или близкому родственнику. – Мы зашли просто пожелать тебе приятного аппетита и прочих жизненных благ. Ну, а еще успехов и любви, - хихикнул мальчишка, словно решил поиздеваться, что окончательно вывело из себя Дениса. – А чай у тебя горячий. Мальчишка сунул в стакан палец, ойкнул, словно обжегся, а затем схватил стакан с чаем, по температуре, близкой к кипятку и с силой плеснул жидкость Денису в лицо, добавив к своим действиям громкое и злое: -Приятного аппетита, мразь отмороженная! Ощутив, как сотни раскаленных иголок вонзились в лицо, Денис поначалу от сильной боли онемел и уже раскрыл рот для ора, но продолжить крик не позволила девчонка, схватив второй стакан, и повторила маневр мальчишки. Теперь часть кипятка попали в горло, в дыхательные пути, перекрыв возможность не то, что орать, так вообще дышать. Такой боли Денису не приходилось испытывать за все прожитые 27 лет. Задыхаясь, хватая воздух ртом, он с силой прокашлялся, освобождая легкие для крика, и, закрыв лицо руками, все-таки сумел издать этот болезненный протяжный звериный вой, сочетая его с матом: -Суки, чего творите, порву, твари, на куски, подлые выродки! – кричал он, добавляя к речи потоки мата. – Да я вас сейчас, уроды, по стене размажу, да я вас…, - заорал он и попытался вскочить со стула для исполнения угроз. Однако и такой маневр у него не удался, помешала девчонка, подскакивая к нему сзади и, прыгнув к нему на плечи, двумя руками вдавила пылающее его лицо в тарелку со зразами, которые аналогично дымились жаром и весьма высокой температурой. -Уау! – как дикий зверь взревел Денис, пытаясь сбросить с плеч девчонку. Но тут парнишка ухватился двумя руками за его шевелюру, которой он любил гордиться, и помог своей напарнице еще на несколько секунд придержать лицо Дениса в горячих зразах. – Убью, порву на куски, изувечу, подонки, сволочи, уроды! – визжал Денис, наконец-то сумев вырваться из цепких детских рук, на удивление ему самому слишком даже сильных. Освободившись, он вскочил с места и, размахивая руками, пытался отловить этих отмороженных, как показалось посетителям, деток. Однако руки махали в пустоту. Присутствующие в кафе, ошеломленные детской, но дерзкой хулиганистой выходкой этих деток, оторвались от трапезы и, застыв от изумления, молча, наблюдали за борьбой двух малышей с крупным и сильным молодым мужчиной, который пока сдавал позиции и справиться с ними не мог. Наконец-то, освободившись из плена оцепенения и первоначального шокового испуга, который поначалу парализовал волю и тело, опомнилась Марина и поспешила на помощь своему постоянному любимому клиенту и любителю ее зраз. Она выбежала из своей раздаточной и громко прокричала ошалевшей официантке, которая пугливо уселась на стул и с опаской следила за развитием драмы. Вмешиваться у нее желаний не было: -Оля, бегом, воды из холодильника принеси. Ему срочно нужно лицо в холод опустить и смыть с него тесто и куски фарша. Что же вы вытворяете, детки, разве можно так жестоко, - уже к девчонке с мальчишкой обратилась она сердито, но слегка слезливо и с жалостью. – Ему же больно, а они еще добавляют. Если и причинил вам неприятности, так по-иному нужно. А дети, отпрыгнув от мечущегося ослепленного Дениса метра на три, довольные наблюдали за его страданиями, словно эти боли им, как раз, доставляли радость и веселье. Однако покидать поле боя они не собирались, словно свое некое запланированное мщение пока не завершили. И сейчас, было даже слишком заметно по лицам, они его продолжат. Официантка Оля уже бежала с полным графином воды к столику Дениса, как девчонка внезапно толкнула стул руками, который угодил под ноги официантке Оли. Но мстить Оле девчонка не пожелала, потому что официантка не упала, сумела удержаться на ногах, но графин выронила из рук, который, шлепнувшись на пол, устланный керамической плиткой, со звоном рассыпался на мелкие осколки, словно фейерверком в честь победы. -О, боже! – простонала Марина. – Да что же это за детки такие, прекратите немедленно, это уже не хулиганство, а бандитизм. Да вызовите кто-нибудь полицию, их нужно как-нибудь остановить. Помогите мне поймать этих маленьких бандитов, остановите их безобразия, - обратилась Марина к присутствующим в зале посетителям, которые даже не пытались покинуть свои столики, высказывая громко вслух предположения и версии касательно этого противодействия. Почему-то жалости и сострадания у них Денис не вызывал. -Поди, за мамку мстят дети. Насолил ей, так кажется. Вот и получай расчет по полной программе. -Или отец их, да бросил. Потому и обиделись. Вот признайтесь, что просто так никакой ребенок так не поступит. Явно, какую-нибудь гадость совершил матери или им самим. -Да, даже представить трудно, что нужно было совершить, чтобы подтолкнуть на такие поступки ребенка? А Денис, вдоволь наоравшись и, наконец, сумев разлепить глаза, дико уставился на улыбающихся и развеселившихся, словно от интересной азартной игры, детей. Он уже окончательно озверел и желал срочной физической расправы над этими маленькими варварами с их дикими выходками. Вращая глазами и пытаясь придумать и отыскать нужное орудие мщения, он схватил стул за спинку и с силой замахнулся, чтобы запустить его в нахальную ухмылку девчонки, у которой даже тени испуга в глазах не промелькнуло от такого выпада мужчины. Однако Денис не учел такого малозначительного факта, что сидел он за своим столиком, расположенным возле окна, и сильным взмахом он ударил железными ножками стула по стеклу, которое разлетелось на мелкие острые кусочки. И эти иглы посыпались на его тело, пронзая плоть и впиваясь в тело. Ослепленный дополнительной новой болью, Денис упал на пол, чем только в несколько раз усугубил свое состояние, поскольку своим весом он вонзил эти иглы еще глубже. А падая на пол, он еще обрезал лежащими острыми осколками, как лезвием бритвы, лицо и руки. Дернувшись пару раз на полу, он внезапно стих, теряя сознание, но наконец-то избавляясь от этой страшной кошмарной боли. -Ой, мамочки! – простонала Марина, однако опасалась подойти близко к притихшему Денису из-за осколков стекла вокруг него. – Ну, и что вы наделали? – тихим трагическим голосом причитала она, глядя на детей, которые, оставаясь в кафе, с неким презрением, но довольством на лице наблюдали за свершенной их руками трагедией. – Вы же убили его. Зачем, за что? -Ну, что, Миша, считай, что одному отомстили, как ты считаешь? – неожиданно спокойным и громким голосом спросила девчонка, ошарашив таким безразличием всех присутствующих. -Да, как и обещали, мстя наша была коварной и жестокой. Теперь пусть подлечат и в тюрьму сажают. Так ему, Катя, и надо. -А вы, тетя Марина, не жалейте его. Ему за его деяния не ваши зразу есть полагается, а тюремную баланду хлебать до конца дней своих, - внезапно громко и отчетливо на весь зал обратилась к Марине девчонка Катя, как назвал ее мальчишка Миша. – И он обязательно туда отправится. -Как же не жалеть-то а? Ему же больно было, очень больно, вон, как страдал, бедняжка. А теперь и погиб. А ведь молодой и крепкий парень был, жил бы еще долго и много, а вы не позволили. -А зачем ему эта жизнь на воле? Не нужна и не имеет он прав не нее. Только зря вы так оплакиваете, не умрет он, потому что мы смерти ему не желали. Он выживет и отправиться в тюрьму. -Ох, если бы все ваши слова могли сбыться. Смотрите, крови-то, сколько с него вытекло. Не выживет, если уже не умер. -Нет, не умер, мы вам правду говорим, и вы можете смело нам поверить. Он получил боль, а не смерть. -Оля, - попросила Марина. – Звони в скорую. А вдруг и вправду, как говорят эти дети, он еще жив? Они и спасти его успеют. -Оля, вы еще и в полицию звоните, чтобы они знали, где его потом искать, - подсказал мальчик Миша. Малочисленные посетители, а также, подоспевшие на шум разбитого стекла, зрители с улицы, уже не могли оставаться на местах за своими столиками и, молча, окружали детей, с тревогой на лицах посматривая на Дениса и детей. Они понимали, что здесь произошла месть, да слишком жестоко выглядела эта разборка с такими последствиями и такой кровью. -И за что вы его так? – вдруг спросила женщина, одна из посетительниц кафе. – Мамку бросил, обидел чем? -Да, обидел. И очень сильно обидел, - ответила женщине Катя, пристально и жестко вглядываясь в ее глаза. – Сильно и больно обидел он со своими дружками и маму, и папу. Они убили их. А этот урод, прежде чем убить, лицом папу в горячие пельмени опустил. Очень больно ему сделал. Вот и мы его кипятком слегка помучили. А стеклом он уже себя сам порезал, вы видели. Хотели деньги отобрать, а денег в доме не оказалось. И они всех, включая и семью Шевченко вместе с их детьми, убили. А мы с Мишей сумели спрятаться, они нас и не нашли. Зато мы их всех нашли, и всем им этим тварям отомстим за все, всех до единого за папу и маму поначалу вот так покалечим, чтобы и им больно было, а потом в тюрьму отправим. Пусть остатки своей жизни на нарах гниют, мучаются и страдают, раз не захотели правильно жить. Баланду пусть вместо зраз жрут и на небо сквозь решетку смотрят. Вот так вы и скажите полицейским, что это и есть один из убийц в загородном доме, которых они уже больше месяца найти не могут. Вот теперь у них один будет, пусть подлечат и в тюрьму отправляют. -Девочка, а ты и вправду уверена, что это он, да? – спросила Марина. – А вдруг ошиблась, тогда как быть? Так лучше бы всю правду, если вы их знаете, рассказать в полиции, они их и арестуют. -Да? – не согласился Миша, крикнув даже слишком громко. – А месть? Мы же им обещали больно отомстить! -Нельзя мстить, это неправильно и опасно. Месть имеет, как и медаль, две стороны, как палка, два конца, - предприняла попытку образумить детей Марина. – Она душу обкрадывает, опустошает. -Возможно, - вмешалась в разговор Катя. – Только мы ведь не смертельно мстим. А боль они просто обязаны получить, как папа с мамой перед смертью. Кто его знает, как у них там, в тюрьме сложится? И вы не волнуйтесь и не пугайтесь нашей ошибки. Это Яшнин Денис Анатольевич, работает в АТП автомехаником. Мы его хорошо знаем, он с нашим папой работал, поэтому ошибиться мы не могли. Пошли, Миша, по-моему, к нашему Денису гости пожаловали. -Это, как так, пошли, так не годится, так у вас ничего не получится, - удивленно и сердито произнес мужчина, единственный в кафе из посетителей среди женщин, вдруг почувствовавший свой истинный статус и предназначение, как сильного пола. – Вот сейчас полиции вы все и расскажете. А то, натворили беды, и бежать скорее. Нет уж, дождитесь и ответьте. -А мы вовсе не бежать собрались, а тихо покинуть кафе, чтобы не мешать полиции. И они нам не имеют право мешать мстить остальным убийцам. И запомните, послезавтра следующий отправится в больницу. Сказала и, взяв брата за руку, оба направились к выходу. Однако мужчина, не пожелав даже прислушиваться к таким несерьезным доводам, поспешил за детьми, чтобы не допустить их уход. Но на его пути внезапно оказывались стулья, которые с большой и поразительной ловкостью дети выхватывали из-под столиков и преграждали ими путь преследователю. Больно ударившись пару раз о железные ножки стульев, мужчина, поняв бессмысленность попыток и полную свою несостоятельность в роли жандарма, плюнул себе под ноги и под хохот женщин прекратил погоню, возвращаясь к толпе. -Слушайте, девушки! – внезапно воскликнула одна из посетительниц, словно вспомнив нечто важное и ошеломляющее. – Так я помню эти похороны. На кладбище я ходила в тот день, могилку мамы прибирала. И в этот же день хоронили всех шестерых. И вот эти дети тогда на могилке родителей громко на все кладбище заявили, что обязательно отомстят убийцам. Так выходит, что не зря такими словами бросались, приступили к мести. Эти подонки, поди, уже успокоились, а их слова так уж серьезно и не восприняли. Вот, сорванцы, ай, да молодцы, однако, за папку и мамку этим извергам мстят. И правильно сделали, что припекли кипятком одного урода. Ну, а стекло он сам разбил, мы все подтвердить можем. Ну, я просто в восторге от них. Это надо же быть такими смелыми и решительными! -Да? – не согласилась Марина, пытаясь возразить. – Эти же уроды только прознают об их мести, так и сами попытаются убить детей. Нужно уговорить детей, чтобы они, если знают убийц, пусть расскажут в полиции. А они знают их, раз грозят и остальным подобную боль причинить. И в это время шумно распахнулись двери в кафе, впуская вовнутрь врачей и полицейских, которые сразу же поспешили к собравшимся вокруг израненного Дениса. Доктора окружили Дениса и принялись над ним колдовать, избавляя его тело от осколков и перевязывая раны, а полицейские подошли к Марине и посетителям с просьбой, ввести их в курс событий и обозначить причину звонка в полицию с описание происшествия. -Это дети так и попросили, чтобы мы кроме скорой еще и в полицию позвонили. Мол, этот Денис вас должен заинтересовать. -Какие еще дети? – удивились полицейские. – Дети здесь причем, и где они сейчас находятся? -Ну, понимаете, - приступила к рассказу Марина. – Они нам так и сказали, что этот мужчина, то есть, Денис, работает в АТП, и он является одним из убийц их родителей. Вы же помните то убийство семьи Шевченко и Копыловых? Так вот, здесь были те, случайно выжившие в том доме, Миша и Катя, дети Копыловых, главного инженера АТП. Дети еще на похоронах грозились, отыскать убийц и отомстить им. Вот сегодня одного разыскали и, сами видите результат. -И мстя наша будет жестока и коварна! – усмехнувшись, повторил слова Миши одни из полицейских. – Помню, а как же. А эти слова мы всем управление еще много дней повторяли. Думали, пустые угрозы, а они, негодники, приступили к исполнению. А чего не задержали их до нашего прибытия? -Вот, сами бы попробовали, а потом спрашивали, - иронично ухмыльнувшись, произнес с долей сожаления мужчина. – Слишком шустрыми оказались, видели бы сами, чего они тут с этим мужиком вытворяли. Сначала морду кипятком ошпарили, потом в зразы окунули. А они слишком жаркими оказались. А потом он уже сам себя в ярости до такого довел. За стул схватился, да зацепил стекло. Но дети так и сказали, что выживет и пусть в тюрьму садится. Вот такое будущее предсказали ему и его подельникам. Они их всех знают и всем мстить будут. -Так, говорите, что то убийство – его с дружками работа? Погодите-ка все, я сейчас следователя, что ведет это дело, вызову. Вы ему со всеми подробностями сегодняшнее происшествие и расскажете. Полицейский быстро выхватил из кармана телефон и кому-то позвонил, нетерпеливо дожидаясь ответа. -Алло, Слава, я тут в кафе возле Сычевки. Сам, поди, не раз бывал в нем, вспоминай скорей. Да тут два маленьких ребенка, девчонка с мальчишкой здорового детину довели, что того скорая в больницу забирает. В общем, сейчас доктор пару слов скажет, а потом я продолжу. Он мне о состоянии пострадавшего проинформирует, - полицейский оторвал от уха трубку и глянул в сторону врача сворой помощи. – Ну, что с нашим пострадавшим, жить будет? -Будет, - уверенно прочел вердикт врач. – Потеря крови большая, но жизненно важные органы не задеты. -Слышал, Слава? – продолжил общение со следователем Назаровым полицейский. – Так вот, эти дети говорят, что мужчина, Яшнин Денис, является одним из убийц семей Шевченко и Копылова. Ты же сам припоминаешь, как эти детки на похоронах во всеуслышание заявили? Так вот, они приступили к исполнению клятвы на могиле родителей. Приезжай и пообщайся со свидетелями, они тебе со всеми подробностями перескажут событие. -Все, лечу! – крикнул в трубку Вячеслав и отключил телефон. Высвистав помощника Сычева Павла, они оба сели в автомобиль Назарова и на скоростях с небольшими нарушениями, на которых особо и не зацикливались, а гибддшники знают автомобиль следователя убойного отдела, понеслись в сторону Сычевки. Доехали быстро. И улицы в обеденное время не слишком загруженными оказались, и светофоры, как по личной их просьбе и команде, зеленым глазом на всем пути моргали. -Ну, что у тебя тут, Коля? – без приветствий и предисловий обратился Назаров к полицейскому. – Какие факты и что позволяет тебе говорить о пострадавшем, как о фигуранте этого убийства? Ты себе даже представить, не способен, сколько всего положительного ты услышишь в свой адрес, Коля, если этот Денис Яшнин окажется одним из подозреваемых! Я уже к телефону боюсь подходить. Свои-то еще ладно, они и понять могут, а вот область достала. По нескольку раз в день звонят, требуют, давят, выдавай им срочно убийц. Нет, помощь бы какую существенную оказать, так нет, только командуют и подгоняют. А это точно, один из них? -Ну, так послушай, а потом сам и решай, - выслушав длинную оправдательную тираду следователя, Николай приступил к своему рассказу, в конце которой из уст Вячеслава только и услыхал: -Твою мать. Так это действительно они и были? Я же сто раз, как минимум, беседовал с ними, расспрашивал. Так говорят, что никого не видели, мол, в окно не рассмотрели. Темно на улице было, лишь тени и промелькнули. Стало быть, схитрили, одного этого все-таки, увидели и опознали. -Слава, они просили передать, что знают всех поименно. И мстить болью начали с этого, а продолжат со всеми. Послезавтра в это время обещают покалечить и отправить на больничную койку следующего. Знают они их, так что, езжай к ним домой и уговори, чтобы рассказали правду. Если только не ошибаются и не повредили невиновного. Тогда, сами в бандиты попадают. -У нас, Коля, на одного из них кое-какой материал имеется. Катюшка рассказывала, что один из убийц пытался зайти к ним в комнату, в которой они прятались, да запутался ногами в коврике, лбом со стеной поцеловался, а потом еще и кубарем по лестнице катился. Так вот, эксперт кое-какие следы со стены соскреб, да и на лестнице соплей насобирал. И мне так кажется, что именно Денис Яшнин и мог быть этим неудачником. Она его, скорее всего, видела и сумела запомнить. Так ведь эти уроды, стоит им только узнать о юных мстителях, поспешат устранить их. Ладно, огромное тебе спасибо, Коля, а мы с Пашей пулей несемся к старикам Копыловым. Нам просто срочно необходимо переговорить с детьми, по любому уговорить их, отказаться от этой затеи с местью. Пусть, если знают всех, так нам их назовут. -Да, вы простите, но мы упустили одни момент, - к полицейским подошла Марина и, вспомнив важную деталь, решила довести ее до ушей следователя. – Девчонка просила передать, что послезавтра в это же время они отправят в больницу следующего. Так и просили сказать. -Что? – удивленно воскликнули все трое сразу. И Назаров, и Павел, и Николай. Такое сообщение выбивало все их предположения. Это, уже ни в какие рамки не вписывалось, и никакой логике не поддавалось. – И не назвали ни имени, ни фамилии своей новой жертвы? -Сказали, что хотят им всем сделать больно. -Слава, - требовательно попросил Николай. – У вас уже есть Денис, так срочно допросите его. -Это, если он будет способен в ближайшее время на общение с нами, - с легкой досадой ответил Назаров. – Сам ведь говоришь, что едва ли не в капусту порубило его осколками. -Врачи обещают жизнь, так что, допросить получится. -Да, и девчонка сказала, что они никого убивать не собираются. Только больно и жестоко калечить. -Час от часу не легче. Ладно, допросить, допросим, да на это время детей спрятать нужно, пока приведут в порядок Дениса, чтобы его подельники не опередили нас и не убрали малолетних свидетелей. Если признаться, так я даже слегка шокирован таким фактом, как беспечность стариков. Как и кто позволил этим деткам забраться в это кафе, далеко за город, черт те, куда от дома. -Так, Слава, им еще узнать нужно было, что он в рабочее время окажется именно в этом кафе, именно в это время, - удивленно продолжил Николай. – Следили за ним, что ли? Честное слово, но что-то никак не пойму, некоторые факты не желают стыковаться в единую версию. -И что у тебя не стыкуется? – вклинился в разговор Павел, до сих пор лишь прислушиваясь к спору и построению гипотез старших товарищей. – Они его узнали, скорее всего, видели и до этого дня, на слежку и на поиски особо им и не понадобилось время. -Месяц, Паша, - не согласился Вячеслав. – И этот месяц они либо искали его, либо следили и ловили момент для мести. Удачный? Так я не заметил в их действиях даже признаков скрытности. В открытую и афишируя даже следующую месть. Никакой конспирации. -Слава, - словно возмущенно, но с долей иронии возразил Павел. – О чем мы вообще спорим здесь, а? Пожалуй, с Николаем я быстрей соглашусь, чем с тобой. Вы слегка увлеклись и совершенно позабыли простой и очевидный факт, который способен разрушить все ваши версии вмиг. -Ну? – хором спросили Николай и Вячеслав, заинтригованный неким загадочным тоном Павла. -Дети, - словно утверждал маловероятный факт Павел, и сейчас просвещал своих, вроде как, начальников, - пяти и восьми лет. Это слишком даже маленький возраст для взрослых дел. А их деяние абсолютно несовместимы с их годами. Куда бы ни шло, если бы им было по 15-18. А тут перед нами детсадовский возраст. Ну, Катя – школьница, однако, второй класс. Кстати, в это время должна сидеть за партой. Моя аналогично учится во втором, в параллельном с Катей. И уроки у них еще не закончились. А Миша, в таком случае да еще при вашем раскладе, из садика должен сбежать, да? Да воспитательница давно бы уже тревогу подняла. -И что ты этим хочешь сказать? – спросил Вячеслав, окончательно запутавшись в этих словесных сплетениях. -Факты не стыкуются. Не детские это игры, и почерк недетский. -А я о чем здесь говорю? – категорически и жестко заключил Вячеслав. – Дети затеяли опасные взрослые игры. И потому мы с тобой срочно несемся к Копыловым и немедля разыскиваем их внуков, пока их не нашли подельники этого Яшнина. Знают, получается, наши дети по рассказам свидетелей сегодняшнего инцидента всех убийц по фамилиям и по именам. А почему знают, так я думаю, что они их все-таки, видели вместе. Запомнили одного и выследили остальных. Разговаривали офицеры полиции по пути к своим автомобилям на стоянке недалеко от кафе. Распрощавшись с Николаем, Вячеслав и Павел на скоростях помчались в сторону города по адресу проживания стариков Копыловых. Без их помощи и без их присутствия нет у них прав на опрос детей. А здесь еще нужно обсудить вопрос защиты этих хулиганов от самих бандитов. Потому и необходима им встреча с Анатолием и Надеждой, дедом и бабкой детей. Не успели они, и подъехать к дому Копыловых, как увидели стариков, под ручку выходящих из подъезда. По пакетам в руках Анатолия, Вячеслав предположил, что они собрались в магазин. Притормозив в нескольких метрах от идущих стариков, Павел выскочил из машины и пригласил их обоих в салон автомобиля. -Вы поймали убийц? – слегка испуганно, но с долей надежды спросил их Анатолий. – Или еще чего произошло? Надеюсь, не с внуками? -Произошло, - ответил Анатолию Вячеслав, разворачиваясь лицом в их сторону. – Вы не подскажите, где сейчас могут находиться ваши внуки? Вы уверены, что они именно там, где вы думаете? -Как это где? – с тревогой в голосе переспросила Надежда. – Миша в садике, а Катюша, где и положено ей быть, в школе. Уроки у нее должны закончиться где-то минут через 20-30. Вот из магазина и планировали зайти за ней. Не томите, говорите, что еще могло случиться? -А вы уверены, что там, а не где-нибудь в другом месте? Как вы считаете, могут дети без спроса куда уйти? – поинтересовался Павел. -Да скажете вы или нет, что с нашими детьми? – с ноткой истеричности воскликнула Надежда. – Беда, с ними какая, или что? -Беды нет, но нам просто очень срочно необходимо задать им несколько вопросов. Ради бога, успокойтесь и не думайте о негативе, - поспешил успокоить слишком разнервничавшихся стариков Вячеслав. – Простите, а вам знаком такой работник АТП, как Денис Яшнин? Он работает там же, где работали ваши погибшие дети. Это имя вам о чем-нибудь говорит? -Да нет, - уже успокоившись, слегка задумавшись, пытаясь вспомнить человека с этим именем, ответила Надежда. – Но мы, если честно, никого, вернее, почти никого не знаем и раньше не знали из АТП. Вот если только после этого случая кое с кем познакомились. Та вы нам все-таки, объясните, зачем вам понадобились наши внуки, и кто такой Денис, которым вы интересуетесь? -Хорошо, объясним, обязательно расскажем, - согласился Вячеслав, понимая, что старики здесь абсолютно не причем. – Однако поначалу давайте заедем к Мише в садик и к Катюше в школу. Нам просто необходимо срочно задать им эти главные вопросы. А уже потом и вам разъясним причину такой заинтересованности. Дети игрались во дворе садика. До обеда было еще время, а хорошая погода позволяла игры на улице. Миша, увидев сквозь сетку дедушку и бабушку, радостно замахал им руками и подбежал к забору, торопливо залепетав обо всех событиях, происшествиях новостях, успевших случиться с ним за время присутствия в садике и разлуки с ними: -Бабулька, дедулька, а мы играем тут, и скоро уже на обед пойдем. А на завтрак были пюре с котлеткой. Съели, а потом учили стихи к празднику, а сейчас нас во двор выпустили. А Алла Платоновна сейчас придет, ее директор позвала. И вообще, у меня все хорошо, и я побегу дальше играть, - заключил он в конце своего монолога и убежал к мальчишкам, которые нетерпеливо звали его в свою игру. Увидев воспитательницу, вышедшую из здания детского сада, Надежда позвала ее, предоставив право общения с ней следователю и его помощнику, поскольку, как она поняла, у них к ней вопросы. -Простите, Алла Платоновна, - обратился к воспитательнице следователь Назаров. – Подскажите, Миша не отлучался из садика в ближайшие часы? – спросил, а сам сразу же понял глупость и нелепость такого вопроса. Да об этом факте она сама сразу же при виде стариков сообщила бы им об этом. – Ну, вообще-то я о том, что, не мог ли он незаметно от вас сбежать на время, к нему сестричка Катя не приходила? -Да вы что такое говорите? – искренне возмутилась воспитательница. – Я никогда не позволила бы разрешить сестре Кати забрать его. Вот только лично в руки Надежде Семеновне и Анатолию Григорьевичу. Я же все понимаю, да и они сами меня об этом просили. Миша с самого утра в садике и под моим личным присмотром. Вот если и отлучилась на пару минут, так другие присмотрят за моими детьми, здесь все группы почти играют. Павел и Вячеслав удивленно и слегка ошарашено такими категорическими заявлениями переглянулись, однако решили больше вопросов не задавать, поскольку все стало предельно ясным. Вернее, абсолютно непонятным. Нестыковка и нелепость иных предположений уже вырисовывалась явственно. Никаких тут «без ведома», да и разрешения кроме стариков ей никто предоставить не мог. И Миша с самого утра не покидал пределы садика. Однако в кафе в Сычевке до больничного состояния, по показаниям свидетелей, довели Дениса Яшнина именно Миша и Катя. Но находиться во время того трагического события в самом кафе они не могли. А вдруг, что маловероятно и практически невозможно даже представить, Катюша для такой операции пригласила какого-нибудь другого мальчишку? Более решительного, более смелого. Вот именно этот Миша, что играет во дворе с мальчишками, на такие боевые действия вряд ли способен, слишком наивен и тихий он. Не боевой. На немой вопрос Надежды, Вячеслав поспешил оправдаться: -Давайте спросим у Катюши, а уж потом я попытаюсь вам все разъяснить свои эти нелепые вопросы. Хорошо? Надежда согласилась, и они вчетвером поехали в сторону школы, которая находилась буквально рядом с садиком. Надежда пожелала зайти в школу и позвать Катю на улицу, где следователь задаст ей свои вопросы, но Вячеслав пожелал поначалу эти вопросы задать учительнице. До окончания урока было еще время, но Вячеслав не стал дожидаться звонка. Он постучал, приоткрыл дверь и, извинившись, попросил Катину учительницу выйти на несколько секунд для разъяснений неких фактов, которые нуждались в уточнении. -Я, следователь Назаров Вячеслав Юрьевич, веду дело об убийстве родителей Копыловой Кати. Простите, как вас звать? -Мария Владимировна. Я вас слушаю. Только прошу, не задерживать меня. Если хотите поговорить, то урок закончиться минут через 10. И потом мы уже можем спокойно и без спешки поговорить. -Нет, нет, - поспешил с оправданиями Вячеслав. – Один вопрос, и мы сразу же уходим. Как я понял, так Кате нам этот вопрос задавать не придется. Скажите, она не отлучалась никуда именно в этот последний час-полтора? -Нет, это я могу заявить однозначно и категорично. Ну, во время переменок я их не могу контролировать, но на прошлом уроке Катя отвечала у доски, а сейчас, как видите, сидит за партой. -Спасибо, - слегка ошеломленный и растерянный, поблагодарил Вячеслав и отпустил учительницу к детям. К машине шли, молча, но перед тем, как расстаться с Копыловыми, Вячеслав решился объясниться и рассказать им ту причину, которая вынудила его к таким неадекватным и слегка глупым поступкам. -Понимаете, - слегка призадумавшись, пытаясь подобрать правильные слова, начал он. – Где-то чуть больше часа тому назад в загородном кафе Сычевки произошло событие, которое и вынудило нас поспешить с такими вопросами о ваших внуках, об их местонахождениях в эти минуты. С неким Денисом Яшниным и случилось это несчастье, в котором оказались замешанными, как главные виновники ваши внуки. По словам свидетелей, Миша и Катя вместе вошли в кафе, подошли к Яшнину, который собрался обедать, и, кстати, проявив неописуемые чудеса ловкости и смелости, довели его до больничной койки. И в завершение вслух, громко и однозначно всем заявили, что это все их месть за убийство папы и мамы. Мол, они поклялись на могилке отомстить подлым убийцам. И вот сейчас с Дениса начали осуществлять план мести. Но на очереди следующий. И так будут мстить, пока всех не уложат в больницу. Вы ведь помните слова Миши и Кати, сказанные в день похорон? -Да, да, помним. И мстя наша будет жестока и коварна. Так это сказано на эмоциях, разве можно их слова принимать всерьез? Дети были слишком обижены, в горе, в страданиях. Им и хотелось мести. -У нас в управлении еще много дней вспоминали эти угрозы. Разумеется, несерьезные, нереальные. Однако с сегодняшнего дня они начали претворяться. И об этом происшествии очень скоро узнает весь город. И главное, про Дениса узнают и убийцы. Так получается, что ваши дети, ну, мне до этого момента так не казалось, знают имена убийц. -Простите, но вы только что сами убедились, что они не могли там находиться. Это были не они, не они мстили вашему Денису. Вам же предельно ясно сказала воспитательница и учительница, - попытался возразить Анатолий. – Или эти свидетели ошиблись, или им просто померещилось. Хотя, факт мести очевиден. Значит, кто-то за наших детей другой мстит. -Да нет, свидетелям не могло померещиться, мы сами только что из этого кафе, и народу там, хоть и немного было, но не один-два человека. Массовые галлюцинации отрицаем сходу. А потом, слишком много совпадений. Да не было за последнее время подобных убийств. И мальчишка с девчонкой повторили слова, сказанные на могиле родителей Катей и Мишей. И свидетели утверждают, что друг к другу они обращались по именам. Катя и Миша. Других не могло быть. -И все равно, - вступилась в защиту детей Надежда. – Это никак не могли быть нашими детьми. Сами же из уст воспитательницы и учительницы слышали, что никуда ни Миша, ни Катя не отлучались. Я не знаю, как это все можно объяснить, да вот внуков мы слишком хорошо знаем, чтобы адекватно о них судить. Да, дети сильно обиделись на этих подлых убийц, что в одночасье осиротили их. Но они пока еще слишком малы, чтобы отважиться на такой отчаянный шаг. Как вас послушать, так там были настоящие сорвиголовы. Это абсолютно не похоже на наших Катю и Мишу. Они – милые, тихие и безобидные дети. -Понимаете, Надежда Семеновна, - соглашался с доводами Надежды и Анатолия Вячеслав. – Мы уже и сами понимаем свою ошибку, да вот разъяснение происшествию пока придумать не можем. Все события и факты указывают на Мишу и Катю, а быть ими никак не могут. -Мистика какая-то, - заключил Павел. – А может, вы позволите дождаться Катю и задать ей все-таки пару вопросов? Неконкретных, так, наводящих. Обещаем, что пугать ее не станем. Буквально через несколько минут по крыльцу из школы во двор сбегала Катя и, счастливо улыбаясь и выкрикивая слова приветствия, бежала она к автомобилю, возле которого они вчетвером и стояли. Бабушка Надя расплылась в улыбке, заметив бегущую к ним внучку, а дедушка Анатолий присел на корточки и расставил руки, чтобы подхватить Катюшу. Она на ходу и влетела в эти сильные объятия, радостно расхохотавшись и щебеча деду на ушко некие новости. -Привет, моя дорогая! – пролепетала Надежда и приобняла внучку, которая уже уселась у деда на руках. – Ну, можешь спуститься на землю, вон, какая уже большая! Сейчас твои подружки увидят, что на руках сидишь, так еще и засмеют. Потом будешь оправдываться. -Нее, не засмеют, наоборот, даже завидовать начнут. Им станет завидно, что у меня такой сильный дед. Правда, ведь? -Правда, правда! – соглашался Анатолий и даже не предпринимал попыток, чтобы опустить внучку на землю. -Ой! – вдруг засуетилась Катюша, заметив рядом с бабушкой следователя Вячеслава и его помощника Павла, которых хорошо запомнила за все долгие беседы, что провели они с ней первые дни после гибели родителей. И хоть после тех разговоров уже порядком времени прошло, но она их не позабыла. – А вы к нам сейчас пришли, чтобы чего-нибудь про тех плохих дядек рассказать, да? Бабуля, только, если можно, сначала я хочу что-то любопытное вам рассказать. Деда, ты меня на землю опусти, а я вам всем такую интересную историю расскажу, что вы ахнете, - Катя с помощью деда Анатолия слезла с рук на землю и быстро затараторила, что пришлось остановить, уговорить, не частить и внятно выговаривать слова, а иначе ее никто понять не может. Катюша согласилась, прокашлялась и повела речь неторопливо и с расстановками: - Вы даже не представляете, но такого со мной еще не случалось никогда. На прошлой переменке я задремала прямо за партой. Еще Любка меня после звонка на урок растолкала, и все потом долго смеялись надо мной, что пришлось Марии Владимировне их успокаивать. А потому что она всем разболтала, что я во сне махала руками и с кем-то ругалась. Вот только слов она моих не разобрала. А мне такой сон приснился, что я даже обижаться на нее и на всех за их смех не захотела. Вещий сон, будто все происходило не во сне, а на самом деле. Просто мне «она» о нем рассказала и показала, как в кино. И говорит, что все это вовсе и не сон, а правда. Мы с Мишкой в этом сне попали за город в какое-то кафе, а там один дядька сидел и хотел обедать. А мы даже имя и фамилию его знали. И только он собрался пообедать, как я его вдруг узнала. Это он по лестнице к нам поднимался и хотел нас убить. И еще я вдруг вспомнила, как он папе больно сделал горячими пельменями. И этот дядька, когда по лестнице к нам поднимался, так в коврике запутался и с лестницы так грохнулся, что сразу расхотел еще раз подниматься. Он же думал, что мы все равно погибнем от газа, а его перекрыла. Так вот, в этом сне мы с Мишкой решили ему отомстить. Сначала облили морду горячим чаем, чтобы вспомнил, как папе было больно, потом воткнули мордой в эти горячие зразы и обозвали его всякими нехорошими словами, чтобы разозлить его и заставить совершать необдуманные поступки. Мы знаем, бабулька, что это некрасиво, но мы же их говорили во сне, а не специально. И он так разозлился, что хотел нас стулом убить, да не попал в нас, а в окно, и его всего стеклами порезало. Он так громко орал от боли, что аж уши заложило. А потом притих. Вот. И еще этот сон сказал, ой, ну, я даже не знаю, как такое мне во сне она сказала, что этот Денис теперь в тюрьму попадет, а вы, то есть, мы с Мишкой начинаем охоту за следующим бандитом. И послезавтра в это же время мы ему отомстим. Аналогично, такое слово она сказала, больно и с попаданием в больницу. Правда, здорово, а? Взрослые, ошарашенные от прослушанного рассказа, на несколько минут онемели. Но потом Вячеслав сообразил спросить у ребенка: -А эта Катя во сне имя второго бандита вам не назвала? Вы кому послезавтра собираетесь мстить? -Ну, она, то есть я, во сне знала, а как проснулась, так сразу и позабыла. Ой, ну, это же просто сон, и ничего более. И все равно, мы ему здорово во сне отомстили, даже жалко, что не взаправду. -Так ты говоришь, Денис Яшнин? Так звали этого бандита, которому вы в кафе так больно отомстили? -Нет, я фамилию не запомнила. Ой, а вы откуда знаете? Я только имя его хорошо запомнила, и то, что он к нам в комнату хотел попасть. И если бы не коврик, который его не пустил, так и нас убил бы. Вячеслав решил больше не беспокоить ребенка своими вопросами, не травмировать и не удивлять, что именно так все, как в ее сне и приключилось с этим Денисом. И, распрощавшись с семейством Копыловых, они оба отправились в больницу, чтобы навестить пострадавшего от рук детей. Однако, как оказалось, и как предсказывала девчонка, Денис Яшнин находился пока без сознания. Тогда Вячеслав позвонил эксперту и попросил того приехать в больницу, чтобы взять для анализа необходимый материал, для сравнения с тем, что он сумел наскрести в доме, где произошло убийство. И с лестницы, и со стены, в которую угодил лбом преступник. 4 Экспертиза подтвердила, что Денис Яшнин и есть один из тех грабителей. Что пытались ограбить семью Шевченко и чету Копыловых. И это именно он шел на второй этаж за смертью для детей, которые пытались спрятаться от бандитов в шкафу детской комнаты. Да вот коврик помешал. А потом добавилось это роковое падение с лестницы. Грубое и жесткое, оставив следы присутствия Дениса. Следы должен был уничтожить огонь, который просто необъяснимым чудом предотвратила Катя. А потому и поступили так беспечно убийцы, не стараясь, замести за собой свое присутствие. Следователь Назаров, получив результаты экспертизы, воспрял духом. Уж этого фигуранта он не упустит, сумеет дождаться его пробуждения и строго допросит. По прогнозам врачей, максимум через пару дней Денис очнется и сможет давать показания. И отвертеться, не получится, принудим говорить правду, поскольку сейчас в руках следствия неопровержимые доказательства его присутствия в доме. И своими прогнозами Вячеслав поделился с Павлом. -Да, Слава, - вдруг нечто важное вспомнив, проговорил Павел: - Сегодня к обеду, как во сне пророчила им мифическая Катя, ожидается кровавая месть очередному фигуранту. Ты, случаем, не забыл? -Не забыл, - жестко ответил Вячеслав, плотно сжав губы и проскрежетав зубами, словно это напоминание отозвалось зубной болью. – За детьми установлено наблюдение, возле палаты Яшнина выставлена охрана. Я так предполагаю, что слухи о юных мстителях уже успели разлететься по всему городу, и дошли до ушей самих грабителей. Должны активировать свои действия, проявят чем-нибудь себя, вот тогда, может быть, мы и сумеем опередить деток. -Не думаю, - возразил Павел. – Если там, в кафе, были не сами дети, то есть, не Катя и Миша, а некие их фантомы, то против мистических хулиганов мы окажемся бессильными. А убийцы, скорее всего, постараются залечь на дно. Если у них есть хоть капля мозгов, так и поступят. Да, Слава, забыл тебе рассказать. Вчера вечером заглянул к Копыловым, с детьми пообщаться, так вот, аналогичный сон приснился и Мише. Чуть позже, во время послеобеденного сна. У меня неожиданно возникло на этом фоне безумно нелепое предположение, что их личные Ангелы сами свершают деяния мести, записывают картинки события, словно кино, а затем прокручиваю этот фильм детям. Только во сне, чтобы им казалась месть, приснившейся. Понимаешь, они им передают, а психику пытаются сберечь, не травмировать. -Так по твоим предположениям, на месте настоящих детей в Сычевке были их Ангелы в образе Миши и Кати? – язвительно и с иронией спросил Вячеслав Павла. И вопрос ответа не требовал, поскольку прозвучал, как обвинение. – Чушь не болтай, пожалуйста, с небес спустись и мистикой здесь не швыряйся. Ты еще колдовство припиши. Объяснение имеется реальное и материальное. Просто пока мы еще его не расшифровали. -Можно подумать, - без обиды, а даже с некой смешинкой в голосе, возразил Павел, уже в свою версию, поверивший, как в наиболее вероятную, - у тебя есть разумное объяснение. Ну, кроме гипотетической. Слава, внимательно изучив факты и выслушав свидетелей и самих детей, иных версий просто не получается. Их и быть не должно. Ту явно замешаны потусторонние силы, - сказал Павел и сам весело расхохотался над своими нелепыми предположениями. – Вот если сегодня получим сообщение о новом, обещанном Катюшей, вернее, той, которая была в ее образе, акте мщения, как она и говорила, где-то во время обеда, тогда я распишусь в своей несостоятельности, и откажусь от ведения следствия, поскольку нас в университетах общению с темными силами не обучали. А здесь именно таковое и просматривается. Ждем, и надеемся на обычное совпадение. -Нет, Паша, - категорически опротестовал мнение товарища Вячеслав. – Эти силы – очень даже светлые, и выступили они на борьбу со злом, с отморозками, которых пожелали покарать болью и тюрьмой. Хотелось мне поначалу возразить тебе, да никак не получается. Факты – упрямая вещь, но дикая, ошеломляющая и ошарашивающая. Детям снятся безумные сны, а их фантомы вышли на тропу войны. Я на стороне закона, и хотел бы эти акты мщения прекратить, но, признаюсь, нравится мне в их действиях основная цель мщения – тюрьма. Слава богу, не смертельная месть, а с битьем. Как говорится, поначалу розгами высечь, а затем в кандалы заковать. Страшней оказались бы сны с кошмарами, как с убийствами и схожими акциями, приводящими к гибели этих бандитов. Щадят их психику мстители. На кольцевой маршрута Ильцевич Никита, заметив подъезжающий микроавтобус Буревского, подошел к Дмитрию и, попросив сигарету, словно для этой цели и задержал его на минутку, тихо прошептал, наклоняясь на предложенной горящей зажигалкой, кося глаза по сторонам, опасаясь лишних слушателей: -Слыхал, какие сказки болтают в городе? -Слыхал, да только Денис не в сказке, а наяву в больницу угодил, - констатировал, как факт, Дмитрий. -И что ты на все это скажешь? – спросил Никита. – Неужели эта шпана видела его, когда он поднимался к ним в комнату и грохнулся с лестницы? Успели морду сфотографировать. -Хорошо, если только его одного, - предположил Дмитрий. – А если еще кого, если тебя, или меня? -Не думаю. Месяц прошел, а вокруг тишина, - словно из песни пропел Никита. – А вот Денис, так тот засветился по полной, урод недоделанный. Ничего поручить нельзя, такой пустяк не сумел довести до конца. Видела его девчонка, как пить, видела и запомнила. Вот не зря же она сразу газ перекрыла. А потом месяц выслеживала. И теперь сумела этого детину в больничную койку уложить. Вот, хорошо, если подохнет, а ежели рот откроет? Эти сумасшедшие детки так и заявили, что он и есть убийца. Ясен пень, не один работал. Хорошенько надавят, так и нас за собой потянет. Не пойму одного, почему эти дети следаку ничего не сказали, а? Получается некая чертовщина. Ведь мелкие еще, неспособные на серьезные дела, а сумели так управиться с этим Денисом, что уже весь город сказки о них сочиняет. -Предлагаешь, рот этому придурку закрыть? – спросил Дмитрий, сам испугавшись своего предложения. -Да нельзя нам сейчас светиться никак! Там полицейский у палаты дежурит, и видеонаблюдение ведется круглосуточное по все больнице. Не дай бог, зафиксируют наше появление, так сразу без лишних вопросов повяжут. Ведь и коню понятно, что, ежели рядом появились, так шапка горит. -А дети? Ты предлагаешь, оставить их в покое? Ведь пока молчали, а потом захотят говорить, все следаку расскажут. -Ну, я так считаю, что кроме Дениса, никого они больше не видели и видеть не могли. Если только Алексея, когда он газ открывал. Хотя, он к их комнате вообще не подходил. Будем надеяться, что больше никого не видели. Самая главная опасность для нас сейчас – Денис, его язык. -Хоть бы издох, что ли? А если от лица товарищей по цеху попробовать навестить, да прозондировать вокруг почву? Ну, хоть о его состоянии, о перспективах выздоровления узнать. -Ох, даже не предполагаю, как поступить, что делать? – тяжело, словно усталая корова, вздыхал Никита. – Так глупо проколоться из-за обычной человеческой лени. Что ему стоило, войти в комнату и проверить? В общем, он сам свою судьбу решил, - жестко определил перспективы Дениса Никита. – Пока он в отключки, так нам лучше к нему не соваться. Но очень скоро, стоит лишь ему придти в себя, гости не замедлят себя ждать. Будем усиленно думать, как нам раньше гостей попасть к нему. Во всяком случае, говорить он не должен, не допустим. На этом вердикте друзья расстались и поехали каждый по своим маршрутам. Вернее, маршрут у них в одном направлении. Просто по этому маршруту ходит один большой автобус и три маршрутки, на одной из которых и работает Дмитрий Буревский, как и в сегодняшний рабочий день. Вот уже месяц прошел после того громкого резонансного убийства. И первые дни Дмитрий, завидев полицейский патруль, слегка мандражировал, рисуя в своем воображении задержание, арест и приговор суда. Неудачной оказалась вылазка. А еще с этим Денисом усугубилось их шаткое положение. Прав Никита, в их работе требуется более жесткая дисциплина исполнения приказа. И вот теперь этот слух с происшествием в кафе возле Сычевки вновь нарушил душевное равновесие. Город маленький по областным масштабам, потому такие уникальные события быстро становятся достоянием ушей обывателей. Поначалу в этот бред и верить не хотелось, настолько нереально звучал пересказ через третьи-пятые уши. Но, когда звонок в больницу подтвердил факт происшествия с Денисом, Дмитрию слегка стало плохо от нехорошего предчувствия. Разоблачение чревато пожизненной отсидкой, слишком много успели они за столь короткий срок напакостить в этой жизни. И ладно бы не в холостую эта последняя ходка. Так ни копейки, ни рубля не взяли. Слишком цивилизованными оказались участники сделки. Вот этот факт и угнетал Дмитрия, а вовсе не само убийство. Да еще эти юные мстители выползли откуда-то. Не слухи, а факт самого происшествия напрягал. Зря он не успел запомнить лица этих проклятых деток, чтобы при встрече не опростоволоситься и не лопухнуться, как Денис. Да этот придурок способен ноги поломать на ровном месте! Вот уж идиот, так и говорить об этом лишнее. Запутался в коврике так, что поначалу влепился в стену лбом, а затем отрекошетился от нее и кувыркался по лестнице так, как колобок от бабушки с дедушкой. Поди, следы крови и соплей оставил по всему полету. Так что, за жабры в него вцепятся жестко. Мочить его, суку, надо, пока не заговорил и не заложил всех. Хотя, логически рассуждая, так легче отмолчаться, чтобы груповуху не приписали. Да кто поверит, что в одиночку расправился с двумя семьями? Нет, все равно, мочить, однозначно и поскорей. Есть еще такая статья, как сотрудничество со следствием, которая ему смягчает приговор, подельникам усугубляет. Стало быть, не позволить ему даже рта открыть, чтобы спать спокойно. Эти мысли Дмитрия не покидали на протяжении всего маршрута. Он уже и не горел за план, как обычно не останавливался по просьбе голосующих пассажиров, чего раньше не пропускал, поскольку попутных пассажиров чаще набиралось гораздо больше, чем на остановках. Народ, почему-то, на стандартно оборудованной остановке больше и чаще желал дождаться большого автобуса, поскольку на нем дешевле. А маршрутку ловят опаздывающие, не успевшие добежать до остановки. Но сегодня не их день. Мысли Дмитрия забиты и засорены, думает он о перспективах дальнейшей своей жизни. Хоть и не собирался он жалеть тех, которых ради денег загубил, но иногда ужасы гипотетической расплаты его навещали. А не зазря ли все это закручено, а? И кто первым предложил в их компании, отказаться от обыденной и мирно текущей жизни ради больших и легких денег? Нет, они не слишком легкие, напрягают даже сильно и тяжело. В особенности на памяти первый выход и первое настоящее убийство. Как оказалось, у всех их компании оно оказалось дебютным. Но шли на него спокойно, с задором и с залихватским настроением. Только потом, уже лежа в кровати перед сном, страх спеленал мозги и тело, лишив сна и покоя. И даже некое сожаление охватило его, что ступил на эту криминальную тропку. Сна не получилось даже с помощью алкоголя. Однако назавтра, когда вновь пересчитал добычу, а ими убиенных причислил к личным врагам, как зажравшихся буржуев, сознание просветлилось, а мысли наполнились восторгом и твердой уверенностью, что они не ошиблись в выборе. Робин Гуды вершили дело правое и богу угодное. Зажрались эти новые капиталисты, народ вогнали в нищету и безысходность. Так пусть хоть перед смертью осознают пагубность своих пошлых деяний. А они, Робин Гуды отнимают награбленное, что их перед собственной совестью оправдывает. Да и простым людям можно смело в глаза смотреть, без страха. Со следующим делом все произошло наоборот. В этом даже признались его товарищи. По пути их колотил мандраж, тряслись поджилки, и в воображениях рисовались ужасы провала. Однако уж убивали жестоко и хладнокровно, будто дело привычное и ежедневное. И сон в эту ночь после дела снился спокойный, беззаботный, словно у дитя невинного. И вот это последнее (тьфу, тьфу, тьфу, так нельзя говорить), крайнее дело лишь разозлило пустышкой, абсолютно не вызвав никаких эмоций по поводу самого факта лишения жизни людей. На месте Дениса Дмитрий лично своими руками без каких-либо человеческих эмоций порвал бы этих детей, этих маленьких уродов, которые вышли на тропу войны с убийцами их родителей. Эти два маленьких ребенка даже голосовать не собирались. Они планировали остановить маршрутку, перегородив дорогу собой. Такое неадекватное поведение детей на дороге вывело из далеких мыслей Дмитрия и сильно разозлило. Теперь он вновь стал обыкновенным водителем маршрутного такси с теми думами, кои и должны присутствовать в голове. А эти дети – явные нарушители и весьма беспардонные пассажиры. Вернее, желающие таковыми стать. Вот нет, чтобы стоять на обочине, проголосовать, как обычные граждане, так они решили нахрапом взять. И ведь никак не объехать, поскольку заняли собой всю правую сторону. А по левой навстречу движутся автомобили. И откуда вообще могли взяться детки за городом в двух километрах от городской черты неподалеку от леса? Пора грибная, однако, лукошка или иной тары для сбора грибов в их руках он не наблюдает. Да и рядом не стоит. Дмитрий резко ударил по тормозам, слегка встряхнув небольшое количество задремавших было пассажиров, которые мгновенно проявили интерес и полную солидарность с водителем, выразив негодование в адрес детей и их беспечных родителей. Надежду, что дети сейчас освободят трассу, а Дмитрий проигнорирует нахальных детей и в отместку за наглость поедет дальше, оставив хамских ребятишек на обочине, эти пассажиры похоронили сразу, поскольку эти малолетки собой перекрыли путь. То есть, мальчишка остался на дороге, а девчонка, шумно распахнув дверь и, окинув озорным взглядом пассажиров, торжественно объявила: -А маршрутка дальше не поедет. Но вы особо не расстраивайтесь. Ведь оплата проезда при выходе, так что, все остаются при своих. Ну, а минут через пять-семь подойдет большой автобус. У него и билеты дешевле, и останавливать его пока никто не собирается. -Это еще, почему я дальше не поеду? – теперь Дмитрий настолько разозлился, что не в состоянии себя контролировать. Такой наглости она не ожидал от детей-малолеток. Ну, окончательно распоясались, а потому нуждаются в хорошей порке. И он, попытавшись встать со своего места, чтобы устроить нагоняй расшалившимся деткам, приподнялся уже с водительского кресла. – Поеду, обязательно поеду. А вам обоим сейчас уши надеру, прежде чем продолжить маршрут. -Не поедешь ты дальше и больше никуда, Дима. И знаешь почему? У тебя сейчас колесо лопнет. Миша, у дяди колесо лопнуло? Ну-ка, подтверди, а то у него еще какие-то сомнения по этому поводу. И в этот миг шум спустившегося переднего правого колеса подтвердил прогноз девчонки, отчего Дмитрий вновь шлепнулся на свое место, ошалев от факта, поскольку понял причину неисправности. -Да, ты угадал, - словно прочла его мысли девчонка. – Это Миша его шилом продырявил. -Да я сейчас, да что же это такое творится, граждане? – ошарашенный, ошалевший и озверевший от таких неожиданных манипуляций и комментарий сумасшедшей девчонки с ее братцем Мишей, Дмитрий, уже не вставая с сиденья, вращая обезумевшими глазами, глупо ими моргал, уговаривая пассажиров вступиться за него и оказать посильную помощь в борьбе с разбушевавшимися детьми. И в этот же миг шипение и проседание маршрутки на левый бок известило всех о проколе хулиганистым Мишей левого переднего колеса. -Да это уже все рамки переходит, да это уже на бандитизм похоже, да я вас сейчас обоих поубиваю! – окончательно взбесившийся Дмитрий, вскочил с места и прыгнул с явными агрессивными намерениями в сторону входной двери, чтобы разобраться поначалу с девчонкой, которая по виду была гораздо старше пацаненка. И, стало быть, руководила этими хулиганистыми деяниями. – Да вас обратно в психбольницу возвращать нужно. Он уже едва не ухватился за руку девчонки, как та выскользнула из его цепких рук и, сильно захлопнув входную дверь, выскочила наружу. А Дмитрий лбом сильно припечатал в уже закрытую дверь. Взвыв от отчаяния, боли и ярости, он рванул дверь на себя и выпрыгнул за девчонкой. Однако оба ребенка уже успели распахнуть водительскую дверь, и вмиг оказались на его сиденье, весело хохоча и корча, рожицы Дмитрию, пытающемуся аналогичным путем проникнуть в салон. Поняв, что с этой стороны ему с ними не справиться, Дмитрий поспешил к входной двери. Но его опередила девчонка, силой вцепившись в ручку, превратив усилия Дмитрия в тщетные попытки. Пассажиры поначалу весло хохотали, забавляясь столь потешной борьбой взрослого мужика с двумя малолетками, поняв эту игру, как некую расправу над непутевым папашей. Затем, наконец, поняв, что дальше они все равно никуда не поедут по причине неисправности автомобиля, решили покинуть салон. -Так, дети, - грубо скомандовал мужчина, единственный из малочисленных пассажиров. Остальные оказались женщины и один старичок. – Побаловались, и хватит. Мы понимаем, что этот дядя чем-то вас обидел, но здесь, кроме вас, есть еще и мы. Быстро от дверей, нам пора выходить. -А мы вас, дяденька, и не сбираемся задерживать, - проговорила девчонка, уступая место для прохода пассажиров. – Мы ведь сразу вас честно предупредили, что маршрутка дальше не поедет. Сейчас за вами автобус придет, можете не спешить. А с этим дяденькой мы еще вперегонки поиграем. -Баловаться прекратили, а иначе я за вас сейчас возьмусь, так вам слабо не покажется. Чувство меры знать тоже надо. Ишь, распоясались, что и остановиться не могут никак! – решил все-таки рассердиться мужчина, и, решив прекратить хулиганство, с грозным видом развернулся в сторону девчонки, но его внезапно одернула женщина, усаживая сердитого дядьку на сиденье. -Тихо ты, Коля, не понял, что ли? – довольно-таки громко и слышно для всех прошептала она. – Это же те юные мстители, что в кафе под Сычевкой довели одного до больницы и грозились именно сегодня отомстить второму убийце их родителей. Вот сейчас и осуществляют свои угрозы. -Да, это мы, и этот Димка – один из убийц! – воскликнул с пафосом и жестко Миша с водительского сиденья. – И мстя наша будет жестока и коварна. Они все еще очень пожалеют о содеянном. Мужчина от удивления и этого напора детей, плотней уселся на свое место и решил помолчать, оставляя свои эмоции и возмущения при себе. Однако через несколько секунд он, прикрывая лицо руками, добавил: -Ну, ни хрена себе, заявочки. А я-то думал, треплют все, неправда это. Мол, наврали с три короба. -Правда, дяденька, еще какая правда, - прокричала громко девчонка, сверля ледяным жестким взглядом пассажиров, которые передумали выходить и остались на своих местах. – Вот сейчас мы с ним и поиграем в догонялки. Пусть побегает, попытается нас догнать. И увидите, чем все закончится. Сказала и расслабила хватку, позволяя Дмитрию ворваться в салон. Но сами дети уже через водительскую дверь выпрыгнули из автомобиля. А Дмитрий, поняв, что такой прытью не обладает, выскочил наружу все через те же входные двери, через которые только что вошел. Выскочив из маршрутки, уже не контролируя свои эмоции и действия, он ураганом понесся за детьми, которые, взявшись за руки, бежали вдоль шоссе, сворачивая по тропинке в лес. И вдруг, добежав до телеграфного столба, они отпустили руки и обогнули бетонную преграду вокруг, чего не получилось у Дмитрия, который влепился с разбега в столб, обнимая его руками и громко завывая от боли и отчаяния. А со стороны неисправной маршрутки послышался нервный смешок пассажиров, которые позволили себе лишь наблюдение за комической сценкой и, предполагая, вспоминая события в кафе под Сычевкой, дальнейшую трагедию. Скорее всего, судя по сценарию, и этот убийца скоро отправится в больницу. А поскольку все присутствующие уже верили, что дети не ошибаются, поскольку в ту кровавую ночь находились в доме и могли запомнить грабителей и убийц, то Дмитрию сочувствовать никто не собирался. Поделом ему, по заслугам. Убийство, ими свершенное, затмевало все гипотетические вероятные последствия любой мстительной акции. Тем более, что дети убивать не планировали. В их мыслях, что они озвучивали, лишь стремления, причинить боль и отправить в тюрьму. -Может, полицию вызвать? – спросила женщина, одна из пассажирок этой маршрутки. -И скорую помощь, - нервно хохотнул мужчина. – А, по-моему, лучше все-таки вмешаться. Не дай бог, этот придурок догонит их. Он же способен и убить или причинить увечие. Не видите ли, что ли, он уже озверел. -Не нужно, - опередила порывы мужа женщина. – У них самих неплохо получается. Ловкие детки. Я не удивлюсь, если они и его отправят на больничную койку. Мало нам ждать осталось. И в подтверждение ее слов, Миша и Катя, вновь ухватившись за руки, выбежали на шоссе едва ли не под колеса КамАЗу. От ужаса, в ожидании трагической развязки, пассажиры маршрутки испуганно вскрикнули. Однако дети неким чудом успели увернуться от столкновения с тяжелым грузовиком, чего абсолютно не получилось у Дмитрия, который со звериным криком несся за детьми с угрозами на успех, поскольку уже почти хватался за детей. Визг тормозов и полет безжизненного тела пассажиры встретили вздохом облегчения, словно участник беготни именно такой участи и заслуживал. Дети абсолютно целы, а водитель получил заслуженную кару. -Вот, - с трудом выговорила одна из женщин. – А вы не верили. Да эти детки, словно ангелы порхают. Им все нипочем. Будто это КамАЗ и вовсе не препятствие для них, а некий бестелесный призрак. -Демоны, - прошептала вторая. – Злые мстительные демоны. Но справедливые. Второго уложили за смерть папки и мамки. Молодцы, однако, хотя страшно за них. Не всегда такое везение случается. К пассажирам подошли Миша и Катя, и, бросая решительные взгляды на застывших от таких ошеломляющих событий пассажиров, громко во всеуслышание заявили, даже будто приказывая им: -Позвоните следователю Назарову, и скажите ему, что этот – второй убийца. Он жив, и не издохнет. Мы не убийцы, но мстить будем всем. Послезавтра в это же время следующий. А за нас не нужно так переживать, мы бессмертные, и им с нами не справиться. -Девочка, - дрожащим голосом прошептала женщина. – Так вы сами дождитесь следователя и расскажите ему, все, что про всех знаете. Пусть их арестуют и посадят в тюрьму, зачем же вам рисковать. Все-таки, это злые и жестокие убийцы, как бы они сами чего с вами не сотворили? -А как быть тогда с местью? – не согласился Миша. – А как быть с болью? Тюрьма от них никуда не денется, а боль они просто должны получить еще на свободе, чтобы так было справедливей. В тюрьме они бесправными станут, их уже бить нельзя там. А сейчас получается по-честному. -Но это же неправильно, - попытались все же отговорить их женщины. – Пусть их суд накажет. -Это они сделали свой подлый и неправильный выбор, превратившись в подлых грабителей и убийц. А мы им всем обязательно отомстим, - возразила Катя и, ухватившись за руку Мишу, направилась в сторону леса, словно исполнила все запланированные на сегодня дела, и теперь имеет полное право на отдых и на прогулку по лесу. Это их личная месть, и мешать им не следует. А пассажиры, проигнорировав подошедший маршрутный автобус, медленно подтянулись и приблизились к телу неподвижного водителя маршрутки. Мужчина склонился над Дмитрием и приложил пальцы к его шее, пытаясь прослушать пульс. Внезапно он ухмыльнулся и язвительно заявил: -А детки правы, жив, подонок, в больницу отправится на койку, а не в морг. Второго довели до состояния клиники. Из подошедшего и остановившегося позади маршрутки автобуса, выскочил Никита и поспешил к группе людей, окруживших тело пострадавшего. Однако это тело пока еще живое, но народ никакой помощи ему не оказывал. -Что с ним, как он попал по колеса, почему маршрутку покинул? – лепетал Никита, пока еще не зная происшедшее событие, но в душе его уже трепетал страх и ужас за свое будущее. Нечто подсказывало и пеленало в безысходность, что нечто подобное вскоре и с ним может произойти. – С его автомобилем чего случилось, или что? Зачем и как он оказался здесь? -А вы, случайно, не с одного с ним предприятия? Ах, да, раз городской маршрут, стало быть, АТП одно. Вот, полюбуйтесь, юные мстители второго вашего отправляют на больничную койку. Теперь Никиту настигла его величество паника, от которой все тело парализовало и ввело в ступор. Неужели эти малолетки обладают такой магической силой, которая позволяет им свершать эти ошеломляющие поступки? -Чего это вам вдруг так плохо стало, мужчина? – с неким подозрением и намеком поинтересовалась здоровьем Никиты женщина. – Поди, заодно с ним, оттого и перетрухнули? -О чем это вы, в чем меня смеете подозревать? Да если бы сами вот так вдруг встретили на дороге товарища, с которым бок обок трудишься уже много лет, можно подумать, вам легко от такого вида стало бы! Я же его хорошо знаю. Скорую помощь нужно срочно вызвать. И ГИБДД. Это же водитель КамАЗа виноват? – спросил он мужчину, словно пытаясь оправдаться перед присутствующими. – Он под ваш грузовик попал, как я понимаю? -Да, - обреченно и виновато пролепетал водитель грузовика, не останавливаясь и продолжая свои челночные нервные перемещения влево, вправо, словно маятник часов. – А я здесь причем? Они несутся, за ручки держась, а этот за ними. Как еще детей сумел не зацепить. Ну, я по тормозам, а что уже делать, если этот уже под колесами? Попробуй мою махину враз остановить? Это вам не легковушка. Вот, черт, теперь бумаг этих кучу исписать придется. Но ведь вы, товарищи, подтвердите гибддшникам, что я абсолютно не виноват? Водитель КамАЗа жалобно смотрел на пассажиров маршрутки, призывая и умоляя их, в свидетели его невиновности. К нему подошел мужчина, пассажир маршрутки, и, остановив его челночные перемещения, обняв за плечи, дружелюбно и успокаивающе проговорил: -Тебя звать-то как? -Константином. Ну, Северов Константин. -А я Николай. Да не переживай ты так. О позавчерашнем случае в кафе возле Сычевки слыхал? -Да, слышал некую сплетню, да поверить трудно. Слишком уж много там фантазий наговаривают. -И мы слышали, и аналогично не пожелали всему верить, поскольку белиберда сплошная. А вот сейчас самолично наблюдали и убедились в правомерности то сплетни. И сам ты видел, как эти детки второго убийцу под твои колеса бросили. И ведь как красиво сценарий разыграли, словно в успехе заранее уверены были. Говорят, с тобой сейчас мы, Дима, наперегонки побегаем. И ведь поначалу прилично разозлили, чтобы полностью подчинился их сюжету, довели до белого каления, чтобы остатки разума подрастерял. А потом в догонялки с ним играть начали. Вот этот придурок и помчался за ними, сломя голову, аккурат под твой КамАЗ. Так что, Костя, твоей вины в этом происшествии абсолютно нет. Дети его заманили под колеса, дети и виноваты, да их обвинять нельзя. Мстили они за отца и мать. -Да, не может быть! – восхищенный, удовлетворенный и уже как-то успокоено, воскликнул Константин, водитель КамАЗа. – Фу, ты, гора с плеч. Так теперь это все оправдывает, моей вины абсолютно здесь нет. Это хорошо, что столько свидетелей у меня. Сами понимаете, через что пройти пришлось бы, останься один на один с пострадавшим и гибддшниками. -А если эти хулиганистые детки просто ошибаются? – вяло и неуверенно попытался вступиться за своего пострадавшего товарища, вдруг осознав, что он может оказаться следующим. – Они же еще совсем маленькие, насколько я в курсе. Могли и перепутать. Видели одних, а подумали на других. -Не думаю, - поспешила опровергнуть его версию одна из женщин. – Слишком уверенно и с такой ненавистью говорили они о нем, словно самого лично видели в этом доме. Она так и просила передать, что послезавтра ждет наказание следующего, после Дмитрия его подельник отправится в больницу. Вот так-то, не ошибаются, всех подонков в лицо знают, и наказать желают. -Так лучше бы в полицию пошли, если хорошо знают их всех. Зачем так рисковать-то? Эти отморозки могут и убить их со страху. Нет, обязательно их обезопасить нужно. И куда только полиция смотрит? Знают же их место проживание, так чего резину тянут? Просто опросить, да и все дела. Да и эти детки такие отчаянные, - уже окончательно приходя в себя и осмелев, продолжил грамотные и правильные советы полиции и следствию Константин. Но рассуждать и строить гипотезы им не позволили. В это время подъехала машина скорой помощи и автомобиль с полицейскими. Назаров приехал вместе с ними. Ему с нервным смехом и с полным непониманием на отрешенном и слегка ошарашенном лице, об этом звонке и происшествии сообщил помощник Павел, абсолютно не понимая и не принимая всерьез событие со следующей местью. -Слава, ты только не падай в обморок. ДТП. Жертва, то есть, пострадавший - водитель маршрутного такси, - сообщил он следователю, входя в кабинет и сходу, снабжая такой ненужной информацией. -Ну, а оно нам зачем? По-моему, ДТП – прерогатива транспортной полиции, - искренне удивился информации и самому виду помощника. – Так пусть они сами с ним и разбираются. Со смертельным исходом хоть? Или предумышленный наезд с целью нанесения смерти? -Слава, свидетели так и сказали, что их об этом девчонка просила. Мол, звоните следователю Назарову. Мне об этом из ГИБДД передали. Они заедут сейчас за нами. Понимаешь, второй убийца покалечен. Она же нам в открытую обещала, к сегодняшнему обеду второго преподнести. Вот и исполнила все с точностью до, ну, почти до минутки. Поехали, что ли? Машина ждет уже. -Твою мать! – в сердцах, в недоумении и в полном непонимании воскликнул Вячеслав. – Паша, а как нам все это квалифицировать? Мол, некие потусторонние сил в обличии детей вышли на тропу мщения за гибель родителей Миши и Кати? Полный капец, не поддающийся разумной трезвой логики. Но, как ты и говорил, имеем вполне осмысленное оправдание. Нам в университетах о черной и белой магии ничего конкретного не говорили. Давай, Паша, ну, на всякий случай, езжай в детский садик, проверь Мишу, а затем дуй в школу к Катюше. Я верю, я понимаю, что эти дети на месте, и никуда не отлучались. Не было их на месте катастрофы с этим пострадавшим. Но, сам понимаешь, в этом мы просто обязаны убедиться лично. На вдруг не рассчитываю, однако, на нечто, все-таки, надеюсь. Павел понимал своего начальника, сам находился в аналогичной прострации, а потому и поехал по указанным адресам. Детский садик находился ближе от Управления, поэтому первым он навестил Мишу. Воспитательница однозначно подтвердила присутствие Михаила Копылова в садике все это время с момента прибытия поутру, и об его отлучки даже на короткое время даже речи быть не могло. Тем более, что ее в категоричной форме просили об этом, чтобы никто и ничто не могло выманить ребенка без ведома стариков. В школе пока еще шли уроки, но Павел решил поторопить события и, постучав, заглянул в класс, желая пригласить для вопроса учительницу, чтобы аналогично спросить о Катюше, хотя ответ он уже заранее предполагал. Слишком нереальными и недетскими были эти поступки с участием юных мстителей. И что самое странное, так деяния детей не поддавались осмыслению. Не они, тогда кто? В фантомы, в ангелов и неких призраков Павел даже не заморачивался верой. Он воспитан в школе с атеистическим уклоном, с науками в реализм и материализм. А здесь попахивало слегка, и даже не очень слегка мистической и фантастической подоплекой. Павел и рта не успел открыть, как, увидев его появление, с места вскочила Катя и, жалобно попросив разрешение у учительницы, даже не планировав получить согласие, помчалась к выходу. Выскочив из класса и, захлопнув двери, Катя, ухватив Павла за рукав, со скоростью стрекочущего пулемета затараторила: -Ой, дядя Паша, здравствуйте! – лепетала она, словно боясь быть не услышанной, непонятой, и просто не успеть сказать все, что ей срочно необходимо донести до ушей Павла. – Вы не представляете, но я всего-то и на секунду задремала прямо на уроке. Совсем капельку, что даже наша училка не успела заметить. Так вдруг все поплыло, куда-то подевалось, а потом все на место возвратилось. Ну, учительница рассказывала, а я даже за этот миг ничего упустить не успела. Только за этот миг я успела увидеть, как мы с Мишей второму убийце отомстили. Миша поначалу ему два колеса проколол, чтобы он на своей маршрутке не мог ехать дальше, а потом, когда он сильно разозлился и побежал за нами, мы сами ему так и сказали, что сейчас с ним в догонялки поиграем. Вот, мы и поиграли. -И где это случилось? Вы место запомнили? То есть, прости, ты сама запомнила? А то Миша, может, и не видел такого сна. -Мне так кажется, что этот сон мы с ним вместе смотрели. Помните, как в прошлый раз? Он ведь тоже все видел. А место точно не могу назвать, где-то за городом, рядом с лесом. Мы еще с дедушкой в этом районе по грибы ходим. Только я сейчас не могу вспомнить, как туда попасть. Вот он, этот Дима… -Его звали Дмитрием? А фамилию, случайно, не запомнила? -Погодите, точно, вспомнила, его фамилия Буревский. У нас в соседнем классе его сын еще учится. По-моему, это так. Ну вот, он бежал за нами, а мы с Мишей за руки держимся и убегаем от него. И нам с ним совсем не страшно, мы совершенно этого убийцу не боимся, потому что знаем – мы сильней, нас он не посмеет обидеть. А потом мы с Мишей вокруг столба оббежали. Вернее, руки расцепили, и по разные стороны его пробежали, а этот Дима головой в столб врезался. Как заорет на нас, матом стал ругаться, и опять побежал за нами. А мы с Мишей опять за руки схватились и на дорогу выпрыгнули прямо под колеса большой машины. Только нас она не зацепила, так, рядышком проехала, даже дымом обдала. Это же сон, но воняло дымом настоящим. А ему как даст, он и улетел замертво. Но мне внутри так и показалось, что он еще живой, и вообще не умрет, если доктора успеют приехать. А они успеют, потому что она за меня так и сказала, что его дожидается тюрьма. Вы представляете? Ну, я сама поняла так и подумала, что это мне такой сон приснился, а как вас увидала. Сразу поняла, что с этим Дмитрием Буревским и в самом деле такое произошло, как и в моем сне. Только это не я, и не Миша. Я из школы совсем не уходила. А сон приснился, как и позавчера. Да, еще я тетенькам и дяденькам передала, что послезавтра в это же время мы следующего бандита накажем, в больницу отправим. -А фамилию следующего вашего фигуранта ты, случайно, не запомнила? Ну, ты же во сне знала. Правда? -Знала, дядя Паша, а потом сразу забыла, как проснулась. Дядя Паша, мне очень страшно, но ужасно интересно. И даже немного любопытно. Ой, а вы сами узнайте, кто так с нами шутит? Только, мы все равно ему очень даже благодарны. Он ведь за папу и маму мстит. И еще, это мне во сне так показалось, что она с Мишей, с тем, с которым я снюсь, всех знает. Она их и фамилии, и имена, и даже место, где они работают, знает. Поэтому всем обязательно отомстят. Вам интересно об этом знать? Но мне она ничего не рассказывает. -Мне очень интересно знать, моя милая Катюша. И очень важно. Спасибо тебе, иди в класс и ничего не нужно бояться. Она не зря так обещает, понимая, чем вам это может грозить. Значит, уверена, что с вами ничего не случится. Так вами рисковать она не посмела бы. -Правда! – громко и восторженно воскликнула Катюша. – Ну, и пусть мстят. А вы их потом из больницы в тюрьму отправите, всех до единого. Ведь нельзя такое зло оставлять безнаказанным. Павел понимал, что вопросы задавать ребенку бессмысленно, не имеет никакого резона. Катя залпом вывалила ему всю информацию, которой сама владела. Этот мифический мститель, а точнее, мстители вслепую используют образа детей. Да только мстят настолько жестоко и зло, словно обидели бандиты вовсе не мифических, а вполне реально существующих детей. Правильно сказала Катя: пусть мстят, потому что зло должно быть наказано. Анатолий и Надежда, поджидавшие внучку у ворот школьного двора, заметив спускающегося по крыльцу Павла, испуганно ойкнули и поспешили к нему навстречу с немым вопросом на лице. -Все в порядке, - поторопился успокоить стариков Павел. – Да, вы правы, новая месть с отправкой фигуранта в больницу. И вновь в главных ролях выступили ваши внуки. Точнее, некто сильно на них похожий. Скажите, вы могли бы на очень короткий срок куда-нибудь отправить детей? -А что? – испуганно спросила Надежда. – Им угрожает опасность, вы что-нибудь уже узнали про бандитов? -Нет, в том-то и дело, что ничего не знаем, кроме как об этих двоих. Но, понимаете в чем загвоздка? – Павел призадумался, пытаясь как можно точнее и с внятной формулировкой высказать свои опасения. – Слишком театрально, публично, показушно выступают эти юные мстители. И если после первого раза слухи быстро разлетелись по городу, но у многих правдивость сплетни вызвала недоверие в реальность происходящего, то сейчас после сегодняшнего события даже слабо верующий смог убедиться, что эти мщения убийцам вовсе не фантазии и не сказки любителей жарких сенсаций. Так если простые горожане, обычные обыватели даже с неким восторгом и интересом слушают и пересказывают, то настоящие убийцы захотят предпринять попытку, даже не пытаясь разобраться, покуситься на их жизни. Их просто до колик перепугают угрозы последующих наказаний. А дети прилюдно предупреждают о последующих актах мщения. Вот и сейчас предупредили о следующем наказании, которое последует послезавтра в это же время. -О, господи! – воскликнула Надежда, побледней, хватаясь за сердце. – А куда же нам их спрятать, и как надолго? -Ну, судя по заявленным обещаниям, то все преступники, то есть, участники этого преступления очень скоро окажутся всем скопом в больнице. А уж оттуда мы их надежно спрячем в тюрьме. Хотя, вот что, даже если убийц было 5-6, то третий послезавтра уже будет нейтрализован. А на недельку мы и сами постараемся оградить Катю и Мишу от их посягательств. Только у меня имеется по этому поводу бредовое мнение. Однако оно весьма близко к реальности. Эти юные мстители задумали справедливое благое дело, и совершают свои мщения, абсолютно не желая причинять вашим внукам зла. Думаю, совершая правое деяние, они задумываются сами над судьбами Кати и Миши, предполагают защиту и их. -Вы считаете, что эти мстители не допустят покушения на внуков? – с надеждой на ожидаемый ответ, спросил Анатолий. -Ну, да, так и должно быть, - согласно кивнул Павел. – Поэтому, предлагаю, не прекращать прежнего присмотра за детьми, забирать Катю из школы, чтобы она не шла одна по улице, но страх за их безопасность выбросить на задворки. Им, мне так представляется, никто, и ничто не может угрожать. Хоть и согласились с мнением и предположениями Павла Надежда и Анатолий, но сомнения скребли в душе кошачьими коготками. Кто же так подло подставляет их внуков, забавляясь этой абсолютно никому ненужной местью? Да, возненавидели они всей семьей этих отмороженных грабителей-убийц, им и самим, а особенно в первое время, первые самые трудные дни хотелось причинить этим тварям боль, страдания и смерть. Но на могилке Катя с Мишей обещали месть с болью и тюрьмой. А некто подслушавший, решил воплотить мечту маленьких обиженных деток в реальность. И как он только не понимает, что своими деяниями злит преступников и толкает их на новые страшные преступления против Миши и Кати. -Нее! – вдруг, остановившись возле ворот, где они и собирались дожидаться Катю, воскликнул Анатолий. – Прав этот следователь, очень даже прав. Без этих мстителей они в тупике. И даже настоящие убийцы должны понять, что здесь наши дети абсолютно не причем. Коню же ясно, что в эту месть включился некто очень могущественный, который способен расправиться с бандитами, защитив при этом внуков. И он их оградит от злых посягательств, коль у тех возникнут по причине отсутствия мозгов желания, покуситься на детей. А потом этот герой посадит всех убийц в тюрьму. А не убивает, потому что так пожелала Катя. Он хочет исполнить высказывание на кладбище наших детей строго и четко и без отклонений. 5 Когда следователь Назаров подходил к машине скорой помощи, то Дмитрию к этому времени уже успели оказать первую помощь, и пострадавшего уже грузили в автомобиль, чтобы отправить в больницу. -Травмы жизнедеятельности угрозы не представляют. Предполагаем значительные ушибы, сотрясение головного мозга. Переломов и разрывов мягких тканей не наблюдаем. Вполне допускаю, что к вечеру придет в себя, можете допросить. Насколько меня успели осведомить свидетели, так это ваш клиент, - словно перед вышестоящим начальством отчиталась перед Вячеславом женщина-врач, прибывшая с бригадой скорой помощи на место происшествия. – Сама удивлена, что кости целы. А это правда, что те, оба выживших ребенка, мстят этим убийцам? Позавчера к нам из кафе под Сычевкой доставили. И там дети фигурировали. Только, как я слышала, они умышленно оставляют их в живых, чтобы в тюрьму отправить. -Ну, - Вячеслав призадумался и не решился откровенничать с доктором, поскольку владел информацией не больше, не меньше всех остальных горожан, которые лишь и знают все по слухам. – Это пока все разговоры. Только могу вас с гарантией заверить, что дети, точнее, именно те, выжившие в ту кровавую ночь, абсолютно непричастны к этим акциям. А больше, как понимаете, сказать не могу. Даже частично признаюсь, что много и сам не знаю. -Странно, - пожимала плечами врач, и ушла в машину скорой помощи, которая, взвыв сиреной, понеслась в сторону города. А Вячеслав подошел к свидетелям и выслушал их повествования с аттракционом игр в догонялки. Всех вдруг словно прорвало, и они поспешили высказаться, сочетая действительность с домыслами и предположениями. Вячеславу хотелось приказать всем, немедленно замолчать, и говорить лишь факты, а не свои фантазии. Но он и сам внезапно передумал, и продолжал с должным вниманием выслушивать свидетелей, понимая, что граждане пережили легкий шок не столько самим фактом дорожного происшествия, но и встречей с таинственными юными мстителями. И теперь нервная система и их психологическое состояние нуждалось в срочной разрядке, чем и оказался этот разговор. -Простите, насколько я вас понял, вы с Буревским вместе работаете? – обратил внимание Вячеслав на молчащего мужчину, стоявшего чуть в сторонке от общей компании. И этот факт подсказала ему одна из пассажирок маршрутки. Потому Никита и не решался без спроса покинуть место происшествия, чтобы не вызвать излишних подозрений в свой адрес. Пусть следователь задаст и ему задаст несколько вопросов, ничего не значащих и не имеющих к нему отношений. – Вы его хорошо знаете. Я имею в виду, Буревского. -Нет, - поспешил побыстрей откреститься от такого опасного знакомства Никита, чтобы избежать ненужных вопросов. – Насколько я знаю, так у него своя компания. Но я особо и ей не интересовался. Если только по работе приходилось сталкиваться. А так, лишь фамилию и знаю. -Хорошо, - согласился Вячеслав и внезапно вручил Никите визитку со своими координатами. – Зайдите завтра с утра ко мне в кабинет, мне хотелось бы задать вам несколько вопросов конфедициально. Никита согласно кивнул головой и, посчитав свою миссию полностью исполненной, поспешил ретироваться с этого опасного места. Однако, не успев отъехать и пару десятков метров, как он торопливо обзвонил своих оставшихся подельников, предложив в этот же вечер встретиться в условленном месте, чтобы обговорить свои дальнейшие действия, связанные с угрозой, нависшей над их головами Дамокловым мечом. И опасность оказалась слишком даже реальной. Вячеслав встретил Павла у входа в Управление, где помощник дожидался его, чтобы отчитаться о результатах посещения внуков Копыловых. Дети на месте, попыток покинуть садик и школу не предпринимали. -Так мы, по-моему, и предполагали нечто подобное. А теперь немного сенсации мистического характера, - докладывал Павел начальнику. – Катюша сама выскочила из класса и поведала мне о своем кратковременном сновидении. Последовательность такова: Миша прокалывает колеса шилом, затем следует игра в догонялки, и в конце игры выступает КамАЗ, который и сбивает Буревского, слегка причинив ему не слишком тяжелые телесные повреждения. Послезавтра в обед с нетерпением ждем очередное ЧП с участием наших юных мстителей и третьим убийцей. Вот теперь ты мне скажи, что происходило все не так? Хоть и предполагал нечто подобное Вячеслав, но такие подробные перечисления события вогнали его в стопор. Это уже явная мастика с долей колдовства и фантастики, не поддающаяся здравому осмыслению. -Она тебе не называла имя третьего? – со слабой надеждой спросил он Павла, заранее предполагая ответ. -Нет, но, как сама и признается, во сне ее Катя знает всех оставшихся поименно. Только, когда возвращается из этого сновидения, моментально забывает, превращаясь вновь в простую нашу Катю. Она объясняет, что те Катя и Миша сами желают исполнить месть до конца и причинить боль всем до единого. И лишь потом сдать их нам. Вот так, Слава, можешь даже не париться и не тужиться. Никто их нам не назовет, а сами не сумеем узнать, поскольку этого не желают мстители. -Придут в себя Буревский с Яшниным, и мы сумеем их допросить. Паша, хоть парочку сами успеем повязать. -Нет, Слава, они будут спать до последнего поступления. Вот, разберутся с последним, тогда их и разбудят. -Ох, а не слишком ли ты, Паша, загнул, а? -Но оно все так и есть, Слава. Это не плод моего воображения и фантазии, а отображение реальности. -Ладно, пусть будет так, я не слишком и зацикливаюсь на таких, слегка нереальных и мистических фактах. -Ну, и будем, давай, заниматься текущими делами, - с неким задором и восторгом воскликнул Павел. – А юные мстители завершат за нас дело, и мы выступим на завершающем этапе. Можно с таким фактом и согласиться, подумал Вячеслав. Единственный вариант, дающий возможность узнать фамилии остальных фигурантов того громкого убийства – допросить уже попавших в больницу с помощью мстителей. Да вот Паша грозится, что они проспят до встречи с последним. -Даже если ты сумеешь их разбудить, в чем лично я сомневаюсь, - уже повторялся Павел, словно прочел мысли Вячеслава, - то не факт, что они сразу расколются, могут и в отказную уйти. А нам им предъявить нечего, кроме заявлений детей, которые к делу не пришьешь. -Паша, - грубо и сердито не согласился Вячеслав. – Присутствие Дениса Яшнина в доме во время преступления и его полет с лестницы, и касание лба о стену возле детской комнаты – факт, подтвержденный экспертизой. Если очнется, так уговорим и принудим к сотрудничеству. Поймет мужик, что выкручиваться и изворачиваться себе дороже. А с Буревским я найду способ и метод беседы. Он ведь в курсе попадания Яшнина с помощью мстителей в больницу. Вот и намекну ему, что Яшнин оказался намного благоразумней и сговорчивей. Сразу поспешит к сотрудничеству. Все они, Паша, уже поняли настоящую угрозу, нависшую над ними Дамокловым мечом над их главами. Весь город уже только и говорит о юных мстителях, желающих покарать убийц. Думаю, что и пациенты больницы не молчат, донесут до их ушей, что кара неизбежна, что мстители всех достанут. Сказал об этом Вячеслав с неким пафосом и гордостью за этих деток, словно доволен их деятельностью и одобряет их месть. Но, вдруг осознав излишность здравицы, поспешил исправить свою речь, направив ее в русло законности и конституционного права: -Лучше бы Катя вспомнила их имена. Ведь знает в своем сне, значит, может вспомнить и проснувшись. -Слава, она не забывает, а, скорее всего, не знает. Эта девчонка, что приняла образ настоящей Кати, каким-то образом показывает ей кино. И еще предупредила, что не очнуться Денис с Дмитрием до нужного момента. Так и получилось. Даже на удивление врачей, ни Денис Яшнин, ни Дмитрий Буревский, несмотря на удовлетворительное состояние и отсутствие угрозы их жизни и здоровью, не желали возвращаться в реальный мир, оставаясь в своих снах, как определил доктор их внутреннее состояние. -Показатели соответствуют тем нормам, что исключают угрозу их здоровью. Они абсолютно здоровые, если отбросить эти незначительные травмы. Помощь обоим оказана своевременно, профессионально. Спят они, понимаете. Словно сами категорически не желают общения с вами. Вячеслав не стал настаивать, лишь вручив визитку с телефонами, и просил сразу же звонить ему. Однако прогнозы Павла подтвердились, а потому он уже настроен был на ожиданиях, поскольку, как подсказывали подсчеты, все дела завершатся буквально на днях. Максимум через неделю все фигуранты окажутся на больничных койках. Так чего напрягаться? -Как понимаю, - с некой иронией и усмешкой спросил врач, - нам завтра следует ожидать поступление следующего клиента мстителей? Такой слух по больнице прошелся, что эти дети планируют месть следующему, третьему убийце. Или врут? Хотя, вряд ли. -Слухи они и есть слухи, - хотел обрубить сплетни врача Вячеслав, но внезапно передумал. Ему почему-то вдруг показалось, что отрицать очевидное просто излишне и бестактно. Ведь самому еще не раз придется встретиться с этим врачом, и что тогда сказать завтра, когда дети исполнят свое обещание? – Хотя, кое в чем вы правы. Обещали они, и мне так кажется, исполнят. Поживем – увидим. -Так, тогда до завтра? – уже искренне веселился врач, пожимая руку Вячеславу. – Мы подготовим палату для следующего, чтобы не было неожиданностью. А вообще, сколько их все будет. -Думаю, еще трое-четверо. Они подготовят, а вот готов ли он к новому трагическому происшествию, что уготовили очередному преступнику дети? Уже звонят из области и настоятельно требуют разъяснений. Почему некие малолетние дети вышли на тропу войны с убийцами, а следователь и прокуратура Орленовска бездействуют? Не объяснить же им, что дети Копыловых Миша и Катя совершенно непричастны к этим акциям. Не могут они ни физически, ни теоретически верить свои деяния. Да, громко и публично на похоронах поклялись, поскольку в душе желали. Но только они слишком маленькие и беззащитные, и сразу забыли о своих словах, выкрикнутых эмоционально и в порывах. Однако их детский разум мгновенно переключился на будни и радости ежедневного бытия. А этот, кто пожелал исполнить детские проклятия, хладнокровный и расчетливый мститель. Он не просто обещает, но и пунктуально исполняет, что не всегда под силу даже взрослому, сильному и расчетливому человеку. И Вячеславу ничего не остается делать, как только терпеливо дожидаться указанного мстителями срока и зафиксировать факт попадания третьего фигуранта разбойного нападения. Даже забивать голову количеством преступников не хотелось. Но, как говорила Катя, в окно она видела около четырех-пяти бандитов. И это без учета тех, кто убивал детей Шевченко. Их было четверо. В договоренном месте собрались четверо, оставшихся пока в целостности, но в подавленном и озлобленном состоянии. Разумеется, все АТП гудит и обсуждает акции мщения этих деток. И многие, знавшие уже не один год компанию холостяков, намекали им на их причастность к разбою и убийству. Попытки отрицать встречались смешками и намеками на факт следующего обещанного акта возмездия. Мол, так и поглядим, кто в этой жизни прав. -Да кто же они такие, эти маленькие уроды? – возмущенно орал, однако негромко, чтобы, не дай бог, кто услышал, Иван Горячев. – Я не верю, что эта соплячка со своим придурковатым братом сумели отправить Дениса и Димку в больницу. Не они там были, так говорят и свидетели. -Ты от кого про это слышал? – неуверенно спросил Олег, внутри надеясь, что Иван прав. Ведь тогда можно списать на случайное совпадение. – Однако эти дети так и заявляют, что мстят за смерть родителей. -Ясно, что все мы в их списке, - стараясь сдерживать себя от нервных истеричных криков, заключил Никита. – Они, не они, а назавтра эта сучка спланировала следующую жертву. И этот следующий среди нас. Так что, будьте начеку, если не желаете последовать за Денисом и Дмитрием в больницу. -А как ты представляешь это самое, быть начеку? – непонимающим тоном, вращая перепуганными глазами, спросил Алексей. – Я их, этих детей и в глаза ни разу не видел и понятия не имею, кто они такие и что из себя представляют? Ты предлагаешь, дергаться и дрыгаться при встречах с первым попавшимся ребенком? Тогда уж проще пойти с повинной к следователю. -Пацаны, прошу без паники и без излишней суеты. Даже если припрешься сам, то получишь максимальный срок, - попытался сдерживать страх и ужас, который медленно, но неуклонно полонил всю их компанию, попросил на правах главного Никита. Хотя самого трясло от предчувствий и предположений. – Они обещали завтра в обед. Вот эти часы и требуют от нас максимальной бдительности. Если сорвем их очередную запланированную попытку, так может, хоть понять сумеем источник самой угрозы? А потом постараемся дать отпор, предпримем контратаку. Ну, не дожидаться же беспомощно своего конца? -Если бы хоть предположить этот источник угрозы, знать, чего от них ожидать, да и самих и понять, то тогда и можно сопротивляться. А как получается у нас? Неизвестно кто, что, как и откуда? -Да, - согласился с Олегом Алексей. – Из-за угла пыльным мешком так шибанут, что и увернуться не успеешь. -Я так понимаю, - язвительно произнес Иван, - что теперь мы переходим на самообслуживание. Каждый сам за себя. -А по-иному и не получится, - в отчаянии воскликнул Никита. – Для борьбы объединятся, мы не можем. Тогда уж так, как Алексей советует: пойти с повинной и загреметь до конца дней. -Зато без больницы, - заключил Иван. Олег Гончаров остановил автобус возле пригородного магазинчика и, извинившись перед пассажирами, попросил их пару минуток подождать, пока он купит сигарет. Такая марка, к которой он привык, в городе отсутствует. Вот потому обязательно раз в день останавливать возле этого магазина, вошло в привычку. Можно было купить сигарет на месяц вперед, да зачем, если через день он проезжает мимо. Потому и покупает не более пяти пачек. Вполне возможно, что и в городе можно найти, если побегать по магазинам, да ни к чему такая излишняя суета, ежели они здесь постоянно в наличии. Вот времена настали, истинный век изобилия. А дернешься, чего конкретного приобрести, так не сегодня, завтра завезут после обеда. Или эта вещь последняя на прилавке, коль тебе потребовалось их несколько штук. Изобилие с легким отливом бардака. Эта болезнь широко распространенная в районных небольших городках. В областном центра, да и во всех супермаркетах приобрести несложно любой товар на любой вкус, а вот стоит лишь попытаться купить его в маленьком магазине, так сразу сталкиваешься с проблемой. Пассажиры согласились безропотно. Правда, одна бабка далеко за 70 незлобиво проворчала, пока на нее не цыкнули и не сделали устное замечание. Мол, куда тебе-то, старая, спешить, почто торопишься? Можно подумать, она еще может куда-то опаздывать. Но эту мелкую перепалку Олег не слышал, поскольку легкой трусцой бежал в магазин. Время обеденное, магазин пустой, а потому на покупку нужной марки сигарет затрачены секунды. И из магазина Олег шел не спеша, запланировав отрезок времени от дверей магазина до автобуса использовать для перекура. Ветерок был неслабым, поэтому Олег, чтобы потоком воздуха огонь не погасился, стал спиной к ветру, согнулся в три погибели и из ладошки создал для огня закрытый почти со всех сторон заслон. Прикурил, выпрямился и едва не подавился дымом, увидев перед собой двух детей. Девочка и мальчишка, одетые в летнюю одежду, несмотря на прохладу. Вполне возможно из числа пассажиров его автобуса. -На посадку, - бодро скомандовал он детям. – Уже едем. Некогда нам здесь разгуливать, спешить надо. -Нее, дядя Олег, на этом участке ваша трудовая деятельность водителя завершена. Никуда ты дальше и больше не поедешь. Откатался, в общем, - весело прокричала девчонка, что ее услышали и пассажиры автобуса, поспешившие покинуть салон, чтобы вблизи рассмотреть конфликтную ситуацию. -Господа пассажиры! – крикнул громко и звонко мальчишка. – На этой остановке вам придется на некоторое время задержаться, поскольку по техническим причинам автобус двигаться дальше теряет способность. Он лишается водителя. А потому, наберитесь терпения и дождитесь маршрутки. Ну, вас не так уж и много, вполне можете вместиться в одну, если она подойдет пустая. А если и не поместитесь, так следующую подождете, ничего страшного. -Это еще, почему я не поеду, а? – зло, сердито и весьма агрессивно прокричал Олег, удивленный и слегка растерянный, столкнувшись вдруг с такой неординарной и смешной ситуацией. – Да я вас сейчас ремнем высеку, так вы у меня быстро разучитесь хулиганить. Поди, школу пропустили, вот и беситесь от безделья, заняться нечем? Говорите, где живете, и кто родители? Прокричал, а у самого внезапно ноги отняло от ужасной догадки. Вот они, девчонка и мальчишка. И время обеденное, как и обещала девчонка позавчера после происшествия с Дмитрием. Неужели у них хватит сил и смелости публично сотворить и с ним нечто болезненное и опасное? А почему бы и нет? Свидетели зрители не помешали им отправить Дениса и Дмитрия в больницу. Но он им так легко не собирается сдаваться. Ничего, по сути, нет угрожающего и опасного в этих маленьких детках. Нужно срочно бежать к автобусу и покинуть это кошмарное место. А пассажиры, уже отчетливо слышавшие эту словесную перепалку, сами, вспомнив рассказы очевидцев и тех, кто узнал схожую историю из третьих-пятых уст, внезапно начали понимать суть происходящего, и заинтересованные продолжением события, переговаривались между собой, застыв в ожиданиях, веселясь отчаянным положением, в какое угодила очередная жертва мстителей. Мужчины даже пытались между собой спрогнозировать способы отправки водителя автобуса в больницу. Мол, чем и как сейчас совершат эти дети? -Ну, вот и чем собрались воевать с этим мужиком? – пожимали плечами женщины. – У них же с собой никакого оружия нет. -Если припоминаете, так и тех двоих они загоняли в капкан, не применяя никакого оружия. Голыми руками и ногами. -А лично я здесь и капканов не вижу. -Мужчины, - внезапно попросила одна из женщин. – Ну, не детское это дело, воевать с таким неслабым мужиком. А вдруг он еще сам их покалечит? Неужели вы допустите такое? -И вы предлагаете вступиться за него? Или им помешать их планам? – заранее не соглашаясь, спрашивали мужчины. – А если эти детки нам заодно навешают? Вот, оно нам надо? -А ну-ка, прекратили безобразие! – послышался голос ворчливой недовольной бабки, которая, скорее всего, в суть дела пока еще не вошла, но уже понимала и видела в этих детях помеху ее запланированного перемещения в сторону дома. – Взрослые люди, а двух малолеток слушают и не укажут им место. -Тихо, бабка, не шуми. Это вовсе и не дети, это – мстители, что вышли на тропу войны с убийцами. И попрошу вас, не мешать им, - грубо рявкнул мужчина, затыкая сварливую бабку. – Они сами пожелали разобраться со всеми убийцами. Эти твари их родителей жизни лишили, самих детей осиротили. -Правильно, дядя! – воскликнула Катюша. – Мы понимаем, что создаем вам некие мелкие неудобства. Однако по-иному никак нельзя. Вам же самим неспокойно жить в городе рядом с убийцами. Отчетливо слышал и осознавал эту перепалку и Олег, которому ужасно хотелось бежать в автобус, поскольку против него настроены уже и все пассажиры, покинувшие салон. И даже, если эти маленькие негодяи ничего с ним не сумеют сделать, то дальнейшая жизнь на свободе представляется весьма проблематичной. Таковой просто не получится. И Олег от страха, ужаса и охватившей его паники рванулся в противоположную сторону, где виднелся небольшой лесок. Он еще не осознавал, куда и зачем бежать, но покинуть это проклятое место необходимо срочно и немедленно. Однако сделать он не успел и трех шагов, не более того. Неожиданно из какого-то кармана мальчишка молниеносно достал клубок толстых ниток и, оставив одни конец в своей руке, бросил клубок впереди Олега в руки Кати, которая, поймав клубок, с силой натянула его, словно тетиву лука чуть ниже коленок бегущего Олега. Споткнувшись о пружинистое препятствие, Олег сумел проделать еще пару шагов и, распластав руки, словно приготовившись для взлета, громко и больно шлепнулся пластом на тротуарную плитку, которой была устлана небольшая площадь перед магазинчиком. Удар о землю получился болезненным, но и пользу принес небольшую. Заорав словно раненный зверь, Олег вскочил на ноги с единым неудержимым желанием – покарать противных сволочных детей. Окинув обоих деток испепеляющим взглядом, оценив жертву и определяя из них двоих ту первую, с которой и начнет расправу, Олег бросился на мальчишку, вызвав оправданный страх за судьбу пацаненка. Мужчины для спасения ребенка пожелали вмешаться в процесс, который, как им показалось, складывался не в пользу детей. Водитель автобуса, против которого выступили дети, из строя не вышел, а всего лишь разозлился, что представляет явную угрозу для жизни детей. Этого допустить они не могли никак. Но вмешаться в процесс мщения добровольцы не успели, поскольку дальнейшие манипуляции деток их остановили. Катя и Миша, натянув нить, которая петлей уже успела опутать тело Олега, быстро побежали по кругу навстречу друг другу, опутывая все больше и больше, словно кокон, тело Олега. И его попытки, разорвать и освободиться из этой паутины, мгновенно терпели фиаско. И уже буквально через несколько секунд запеленатый Олег вновь брякнулся, как бревно, на тротуарную плитку, продолжая оглушать округу отборным матом, собирая вокруг себя все большую толпу любопытных зевак, сбежавшихся на его крики. Однако, быстро получив разъяснения из уст компетентных пассажиров автобуса, они мгновенно превращались в азартных зрителей, строящих собственные прогнозы. -Катя, - вдруг негромко проговорил Миша, словно своими размышлениями хотел поставить в известность сестренку. – Травмы, полученные в результате таких соприкосновений, не являются основанием для отправки его в больницу. Слишком незначительны они и малозначимые. Ты как считаешь? -Полностью с тобой согласна. Для медицины нужны более серьезные основания. Исправим, ничего страшного. -А вы, ребятки, за это можете не волноваться, - громко кричали из толпы. – Если хотите, так мы ему сами добавим, а потом и скорую помощь вызовем. – Вы уж езжайте домой, все нормально, ему вполне хватило ваших потех. Надолго запомнит, до конца дней не забудет. -Правильно, хватит с него, - соглашалась толпа, весело хохоча над потугами Олега, который пытался встать и порвать путы. Но попытки его заканчивались очередным падением и болезненными ударами, что веселило и смешило публику, которая продолжала давать советы детям. -Нет! – вдруг зло рявкнула слегка осипшим грубоватым голосом девчонка, совершенно не ассоциирующимся с ее возрастом. – Этого ему мало, и такое наказание абсолютно несопоставимо с теми страданиями, что он со своими ублюдками причинил папе и маме. Этот урод перед отправкой в тюрьму должен выстрадать и испытать настоящую боль. И мы ему таковую предоставим. Сказала и кивнула головой Мише, который понял сестренку без слов и помчался в сторону автобуса мимо толпы, словно понимал и чувствовал свое преимущество и силу и невозможность кого-либо чинит ему препятствия. Обратно возвращался он с пластиковой полутора литровой бутылкой, наполненной некой коричнево-желтоватой жидкостью. Подбежав к дергающемуся Олегу, он открыл бутылку и направил струю содержимого на тело водителя, вызвав волну паники и слабого возмущения в толпе. Теперь им уже было слегка страшно за Олега. -Так нельзя, это уже чересчур. Немедленно прекратите. -Этого делать не нужно, дети, это преступно. Из толпы робко отделились несколько мужчин с явными намерениями, вмешаться в экзекуцию с сожжением, но Катя блеснула в их сторону ледяным злобным взглядом, остановив их перемещение. -Не сметь, нам мешать, мы завершим свою месть до конца. И не стоит так за него волноваться. Коль пожелаете, так можете потом погасить пламя, мы вам позволим его спасти. Пусть нижняя часть тела слегка поджарится, лицо мы не трогаем. Ему еще перед судом предстоит оправдываться. Все, Миша, наша миссия окончена, пошли домой, здесь делать больше нечего, - приказала девчонка, бросая зажженную зажигалку на Олега и беспрепятственно покидая площадь, держась за руку брата, совершенно не реагируя на дикий вопль жертвы и на суету зрителей, которые мгновенно бросились на помощь горящему водителю автобуса. -Да! – внезапно резко девчонка развернулась в сторону толпы и прокричала суетящимся участникам происшествия. – Позвоните следователю Назарову и предупредите его, что следующая жертва послезавтра к обеду. Пусть дожидается. Место и способ наказания пока неизвестен, но наказание неизбежно, как восход солнца, как наступление дня. Прокричала свое пророчество, и вместе с братом нырнув в лесок, исчезла с поля зрения пораженной ошарашенной толпы. По сути, так зрителей мало волновал пронзительный визг и крики боли пострадавшего водителя автобуса, поскольку они верили этим детям, жестоко, но справедливо отомстившим этому отморозку. И абсолютно недостоин он жалости и сочувствия, слишком уж памятны горожанам те кровавые разбойные дела его товарищей. А еще наиболее осведомленные зрители поведали остальным о желаниях этих грабителей, сжечь заживо спрятавшихся от бандитов детей, так мужчины стали поспешно вносить предложения о повторе огненной экзекуции. -Так пусть сам сгорит дотла, подонок, - гневно требовали они. Однако женщины возражали и категорически затребовали от мужчин прекращения всяких там экспериментов. -Нам не положено вмешиваться в планы детей. Они мстят болью, а не смертью. И основная их цель – засадить бандитов в тюрьму. Если бы они желали им смерти, так, сами видели, могли легко довести замыслы до конца. Слава богу, Назаров несся, как на крыльях, словно сообщение об этом ЧП являлось частью его существования и от него зависело многое в личной биографии. Он, сидя в кабинете, все время просил и напоминал Павлу, нервно поглядывая на часы, чтобы тот держал автомобиль на парах, позволяющему по звонку моментально выехать к месту происшествия. Так оно и случилось. Поэтому, сразу же, как позвонил капитан из дежурной комнаты с сообщением о драме за городом и о просьбе девчонки, они вдвоем с Павлом рванули в сторону места события. Павел пробовал намекнуть Вячеславу о проверке детей, на что Вячеслав презрительно хмыкнул: -А смысл? Я оставил свои координаты Копыловой Надежде, чтобы сразу перезвонила, как с ее внучкой нечто подобное произойдет. Во сне, разумеется, не наяву. Об этом я даже и не думаю. -На все сто уверен, что дети непричастны? -На двести. Иной уровень и абсолютно другая психика. Не детская, а даже слишком взрослая и железная. -Да мне и самому уже так кажется. Такие милые дети, наивные и согласно своему возрасту доверчивые. А тут жесткость и сила мужества. И в подтверждение их слов в кармане у Вячеслава заиграла мелодия звонка, извещающая о желаниях Надежды Копыловой порадовать следователя некими любопытными новостями. -Алло, Вячеслав Юрьевич? – взволнованный голос Надежды лишь подтверждал догадки следователя. – Как вы меня и просили, я вам звоню сразу и без какой-либо задержки. Ну, что говорить-то, вот она, Катюша, сама рядом со мной стоит, я ей и передаю трубку. -Здравствуйте, дядя Слава, - застрекотал детский голосок Вячеславу в ухо. – Мне вот только что привиделось, хотя я абсолютно не спала. Мы с дедушкой только что со школы пришли, и вот такое произошло прямо на ступеньках, пока мы до квартиры шли. А бабушка по моему лицу сразу и поняла, что это самое произошло. Оно так получилось, будто в моей голове интересное кино прокрутилось. Так вот, слушайте, Олег Гончаров, водитель автобуса. Мы с Мишей его толстой ниткой запутали, а потом облили какой-то горючей смесью и подожгли. Он так кричал, что мне даже сейчас в ушах звенит. Только совсем нестрашно, потому что во сне, а потом мне моя Катя утверждает, что он не умрет, потому что его нужно в тюрьму посадить. И за нас не нужно бояться, они этих бандитов к нам и близко не подпустят. Вот так получилось. И послезавтра в это же время будет четвертый. Только я опять все позабыла. Но этот Олег не сильно пострадал, немножко обгорел и все. Мне так моя Катя говорила, которая во сне. Да, еще, дядя Слава, мне Катя просила вам передать, что они не проснуться до тех пор, пока последний не ляжет в больницу. Вы даже не пытайтесь с ними говорить и искать остальных. А если эти, что уже в больнице, расскажут обо всех, то последние могут избежать наказания болью. А ей с Мишей, ну, который во сне, хочется всех наказать болью, физическими страданиями, какие они причинили нашим родителям. Все, дядя Слава, больше я ничего не знаю. И не нужно за меня и за Мишу переживать и пытаться нас охранять. Они сами нас сумеют защитить, и не позволит им нас обидеть. И нам совсем не страшно, потому что во сне всякое случается. А когда проснешься, его уже нет. Но это здорово, что и не во сне им достается всем. Вы все поняли, дядя Слава? -Да, Катя, спасибо, я все понял. Ты завтра мне сама позвони, хорошо? Я все про твои сны хочу знать. -Хорошо, дядя Слава, до свидания! -Понял? – пряча телефон в карман, спросил Вячеслав Павла. Поскольку перед самим разговором он сразу же включил звук, то Павел хорошо слышал Катю и ее рассказ, потому Вячеславу и не пришлось пересказывать. – Можно уже и не ехать на место события и не опрашивать свидетелей. Нам со всеми подробностями о происшествии поведала девочка Катя. Мы, мне так кажется, ничего нового из уст свидетелей не услышим. Но правила, и порядок обязывают запротоколировать. -Вот, черт! – воскликнул Павел, встряхивая головой, словно пытаясь избавиться от наваждения. – Ждал, предполагал, уверен был на все сто, что именно сейчас нечто подобное случится. А слушал ее повествование в неком тумане и шуме в голове, словно из некого глубокого колодца. Никак даже двойники наших детей не могут именно такие дела творить. Да если логически рассуждать, то и для взрослого проблем много в этих мщениях. И не просто вершат, так еще и отчет детям посылают в виде неких кратких видениях. Сон, не сон, а нечто подобное и схожее с телепатическими сеансами. Но рад и доволен за эти уверения о безопасности детей. Мол, обеспечиваем полную неприкосновенность. Вот, Слава, у тебя хоть какие маломальские объяснения могут найтись? Честное слово, но я уже начинаю верить в мистику и в существование неких добрых сил, неподдающихся научному анализу. -Понимаешь, Паша, - Вячеслав был за рулем, а потому эмоции жестами и взмахами рук не выражал. – В любом случае это явление имеет научное реалистическое объяснение. Но, поскольку пока мы его не получаем, то к нашим примитивным мозгам и приходят всякие мистики и фантастики. Я думаю, а точнее, надеюсь, что Катя с Мишей по окончанию этой эпопеи получат внятные разъяснения от своих покровителей и мстителей. Ну, и очень желаю, чтобы дети поделились этой информацией с нами. Конечно, такое возможно лишь в едином случае, ежели мстители сами пожелают открыться, или не запретят детям рассекречивать их. Таково, разумеется, лишь мое желание, исполнения которого желаю. Опросить и записать все свидетельские показания Вячеслав поручил Павлу, поскольку его уже не очень интересовали мнения пассажиров автобуса и других случайных очевидцев. Скорая помощь прибыла почти сразу после них, и Вячеслав, питая слабую надежду, спросил у врача о состоянии пострадавшего. Как и оказалось, как и описала Катюша, состояние Олега внешне удовлетворительное, но он, как девчонка и предупреждала, в забытье. И хотя врач гарантировал способность пациента к вечеру приобрести способности к общению, Вячеслав позволил себе не поверить. Разумеется, молча, не оглашая своего несогласия. Ему почему-то больше верилось предсказаниям Кати, гарантирующей полное гробовое молчание до завершения акта мщения. Вот пожелала ее хранительница этого факта, и так оно случилось со стопроцентной гарантией. По возвращению в Управление, дежурный передал Назарову, что его ждет начальник Управления полковник Литвинов Олег Ярославович. Предполагая, что начальство затребует от него отчета по этому скандальному и нашумевшему делу, Вячеслав прихватил из кабинета все бумаги по разбойному нападению на семью Копыловых и Шевченко, и в темпе по ступенькам вбежал на второй этаж. Однако у полковника Литвинова находился гость. И, судя по виду, осанке и положению в кресле, из всех этих составляющих признаков он сделал вывод, что гость чином выше начальника Управления. Скорее всего, из области. Но долго гадать не пришлось, поскольку полковник представил Назарову гостя: -Из областного управления полковник Белов Григорий Ильич. Вот, желает послушать о ходе расследования этого дела. Я имею в виду, с этими детьми-мстителями, - без предупреждения и приветствий перешел к сути дела Литвинов, знакомя гостя с Вячеславом, прося поведать об этих загадочных событиях. -Ну, - слегка замялся Вячеслав, оказавшись в весьма затруднительном положении. Говорить всю правду, так нарваться на грубость недолго. И при том, при всем, даже оправданную. Эту саму правду необходимо жестко фильтровать, опуская сны и заверения Катиного Ангела-хранителя и мстителя. – Если честно, так, - Вячеслав прикинул в уме, сколько еще потребуется этих послезавтра, и, вычислив приблизительную цифру, точнее, дату, продолжил: - Думаю, дней через 5-6 я смогу закрыть это дело и полностью перед вами отчитаться. -Вы уверены? – иронично усмехнулся Белов, бросая насмешливый взгляд на Вячеслава и Литвинова. – Я так понимаю, что вы прикинули приблизительное количество преступников и помножили на два? Послезавтра она обещала вам преподнести четвертого, еще плюс 2-3 преступника, и дело малолетние дети завершают. А вот сами без их помощи не пробовали? Поняв, что слухи с максимальными подробностями уже успели достичь ушей Белова, Вячеслав решился на откровенный разговор. И зачем ему сейчас выкручиваться, изворачиваться и сочинять правдоподобные оправдания, если своей вины в этих событиях он абсолютно не чувствует. -Григорий Ильич, признаю свое полное бессилие перед свершившимся фактом, - и Вячеслав пересказал все сновидения и прогнозы Катюши. – Эта ее защитница гарантирует полную нашу беспомощность и бесполезность дерганий и прочих судорог, и желает завершить акции мщения именно по собственному сценарию. Они не позволяют нам даже допросить тех фигурантов, кои уже угодили в больницу. Не знаю, не понимаю, не представляю и не вижу никаких возможностей вмешательства в их деяния. Они за пределами нашего разума. -Так эти же, оставшиеся пока в целостности, уроды могут попытаться ликвидировать детей. Вы хоть что-нибудь предприняли для их охраны, чтобы защитить их? А вы мне здесь красочно расписываетесь в собственном бессилии. Насколько я понял, и из полученной информации, так эти трое не так уж сильно и пострадали, чтобы впадать в кому. -А они вовсе и не в коме, в обычном сне. Так мне объясняет доктор, который их лечит, и не верить им у меня нет никаких оснований. Эта мстительница сама просила через Катю передать нам, что все наши потуги потерпят фиаско, пока они сами не уложат последнего на больничную койку. И единственная цель, что преследуют эти детки-мстители – боль. А тюрьму они предоставляют нам. И посадим мы их однозначно, поскольку следы присутствия в доме в момент разбоя и убийства Дениса Яшнина документально подтверждены. Заговорят они сами сразу же при поступлении в больницу всех до единого. Вот так она нам и обещает и просит передать через Катю. Ну, а они, эти самые дети, просто желают им за убийство их родителей причинить сильную запоминающую боль, чтобы испытали и испробовали, и поняли, если такое получится их отмороженными мозгами, тот предсмертный миг, что по их вине достался погибшим от их рук. Вот такое послание из сна, как не парадоксально. -Так вы хоть с самими детьми беседовали, уговаривали их на откровения? Ну, пусть все расскажут, обо всех и обо всем. -Григорий Ильич, товарищ полковник, - в отчаянии просил начальство Вячеслав, понимая трудность восприятия таких метаморфоз. – Дети здесь абсолютно не причем. Некто слишком властный, сильный, могущественный творит эти мщения от имени и в образе детей. Я и сам даже в мыслях представить не могу, а теперь уже даже и не пытаюсь понять и познать эту силу. -Но ведь, и бездельничать нельзя, - уже мягко, без начальственного нажима просил полковник Белов, уловив суть происходящего, как некое необъяснимое простыми словами. – Что-то ведь нужно делать! -А мы работаем, - отрапортовал Вячеслав, поняв бессилие и самого полковника, готового уже к капитуляции. – У нас и без этих мистик дел невпроворот. А это? Ну, как вы сами поняли, оно близится к завершению. Правда, без наших усилий, но разве в этом суть? Результат нас вполне устраивает. К детям претензий не предъявить, а жалеть и переживать за этих отморозков я и не планирую. Получают по заслугам, им иной судьбы пожелать не хочется. Миша и Катя попросились на улицу, потому что погода выдалась чудесной, и друзья зовут во двор. Слух о юных мстителях долетел и до детворы, но им ведь такой факт всего лишь небольшая забава с приключениями. Уж слишком дети Катю и Мишу не доставали, и относились к ним по-прежнему, как к тем друзья и подружкам, что и до этого случая были. Ну, болтают взрослые всякую чушь, так им верить необязательно. У этих взрослых много непонятных сует в поведении. Последние дни дед Анатолий и бабушка Надя старались удерживать вечерами детей дома. Благо, испорченная погода способствовала этому желанию, не приходилось уговаривать и настаивать. А вот сегодняшнее тепло и солнце поставило их в тупик. Не оправдать отказ. -Дед, - попросила Надежда, - сходи во двор, посиди на лавочке. Сам, поди, без улицы и солнца прокисать начал. Анатолий безропотно согласился и стал уже обуваться, но Катюша неожиданно возмутилась этой излишней опекой. -Бабуля, ну, чего дедушку заставляешь идти во двор с нами. Мы уже сто раз тебе понятно и доходчиво объяснили, что нам ничего не угрожает. У нас есть хорошие защитники, которые не позволят плохим дядькам обидеть нас. Они ведь так и предупредили, что будут охранять и оберегать нас. Пусть дедушка телевизор посмотрит, его сериалы как раз в это время начинаются. А то он будет сидеть на лавке и переживать, что пропустит. Анатолий с радостью согласился бы с рассуждениями внучки, да Надежда смотрела осудительно строго, требуя подчинения ее воли и приказу. И Анатолий решил подчиниться, чтобы не нарываться на скандал. -Нее, Катюша, сегодня неинтересные серии. А такая погодка выпала, что упустить не хочется. Я ведь тоже гулять должен, проветриваться иногда. Ты не переживай, я там своими делами займусь. И газетку почитаю, и с соседями встречусь, перекинусь новостями. -Ладно, – согласилась Катя, понимая, что дед хитрит и не желает ослушаться бабушку. – Пошли, будешь и нас охранять, и с соседями болтать. Хотя, как я и сказала, у нас с Мишей имеются свои Ангелы-хранители. Они нас успеют защитить раньше тебя, если что. Только завтра все равно следующий отправится в больницу. Мы с Мишей постараемся, правда, ведь? – лукаво и весело спрогнозировала Катя. – Ему кары никак не избежать. -Катенька, - осторожно и с опаской поинтересовалась Надежда. – А кто он будет этот следующий, ты, случаем, не знаешь? Можно, ведь, просто о нем следователю рассказать, его и арестуют сразу. И всего-то делов. Ты, все-таки, подумай, Катя, вдруг сможешь вспомнить. Она там тебе говорила о нем? -Нее, - категорически затрясла головой Катя, даже прислушиваться, к увещеваниям бабушки не желая. – Во-первых, я сама не желаю, она ведь меня предупреждала об этом. А потом, я и в самом деле просто позабыла. А вспоминать не хочу, потому что тогда нарушу ее просьбу. -И еще потому, что надо поначалу отомстить, - громко и торжественно прокричал Миша, уже обуваясь в прихожей. – А то его сразу в тюрьму отправят, и он не получит нашей мести. Правда, ведь, Катя? -Правда, Миша, - согласилась Катя. – Так надо, бабушка, чтобы им всем сполна досталось страданий. -А эта месть так уж обязательна? – спросила Надежда, внимательно вглядываясь в детей, словно это они сами придумали такую кару. – Ведь им вполне хватит и тюрьмы. На много лет сядут, ироды. -Нужна, - категорически, как отрезал, заявил Миша. – Пусть попомнят нас, - добавил он, словно сам и решал вопрос мести. Ему аналогично, как и Кате снятся идентичные сны с его участием, словно они в этом сне вместе участвуют в акциях мщения. И если Катя понимает и представляет свои сновидения, как некое дарование сверху, чтобы полностью воспринять и ощутить, а также явственно представить последствия этих акций наказания убийц, то Миша своим слишком детским умом вообразил эти акции, как реально с ним происходящие. И мелкие детали с нестыковками его не смущали. Ну и что? Он в тихий час в садике не спит, а выходит на тропу войны, встречается с сестренкой, и уже они вместе затевают эту смертельную игру с очередной жертвой. А поскольку в виновности этих взрослых злых дядек он не сомневается, то после пробуждения восторгается содеянным, как правильным и справедливым актом. Они сделали этим дядькам больно, как и планировали. Правда, он до конца не понимал, почему Катя решает вдруг оставлять их в живых, поскольку эти убийцы заслуживают смерти. Однако такой вердикт сестренки его не сильно огорчал. А Катя, выслушав браваду и восторги братика своими поступками, усмехалась, не пытаясь переубедить Мишу, что их фактической заслуги здесь абсолютно нет и быть не может. Хотя, порой ей и самой казалось, что в этих снах они с братом настоящие. А их поступки – реальность. И все равно после просыпания становилось немножко жутковато. Ведь убийцы их родителей – живые люди, не приснившиеся во сне, а реальные и настоящие, которые попадают в больнице уже наяву и о т рук настоящих детей-мстителей. 6 Ближе к обеду Никита Ильцевич заехал в АТП, поскольку у него в это время выпал перерыв. Да и автобус требовал профессионального осмотра и некоего вмешательства Алексея Белова. Пока они перебрасывались отдельными фразами, к ним подошел Иван Горячев. Окинув взглядом бокс, куда загнал Никита свой автобус, и, определив отсутствие посторонних ушей, Иван спросил товарищей: -Ну, и что делать будем, а? Насколько я понял, так подходит время мести. Стало быть, в ближайший час кто-то из нас отправится в больницу с переломанными частями тела. -Или обгоревшими, - нервно хохотнул Алексей, зло, сплевывая на пол. – Вести, схожие с информацией из психушки. Сами хоть вслушайтесь в эти сплетни: два малолетних ребенка объявили нам вендетту, и калечат, даже не предоставляя возможности на защиту. Уж Олега завалить вообще нереальным представлялось. С ним не каждый взрослый совладает. -Мне уже кажется, - поддержал разговор Никита, - что против нас выступили сверхъестественные силы, не поддающиеся никакому анализу и расчету. Ну, вот они, мы втроем стоим здесь здоровые, крепкие мужики, сумевшие без особых проблем завалить уже немалое количество буржуев. Обещали детки расправиться с нами сейчас, то есть, в обед. Но их нет рядом, я не наблюдаю нечто схожее с ними даже в пределах территории АТП. Откуда, в таком случае, им взяться? А ведь работают, уроды, строго по графику, как и я, езжу по расписанию. Вот хоть ты ломайся и оставайся здесь до вечера. И вот тогда посмотрим, как они исполнят свое обещание. Ну, и как вы считаете, стоит экспериментировать? -Хочешь поломать им график? – усмехнулся Иван. – Так ведь, все равно весь день здесь не пробудешь. Рано или поздно, а выезжать придется. Главный механик выгонит в рейс. А больным прикинешься, так на больничный отправит, чтобы остальных не заражал. Нет выхода. -И по дороге отловят, - добавил Алексей.- Так что, спрятаться и переждать, не получается. -Вообще-то, не факт, что на сегодняшний день именно я у них стою в плане, - нервно и зло возразил Никита. – Меня уже вы распланировали, а что-то о себе слегка подзабыли. Они нас всех заказали, и график на стене не вывесили. Так что, вполне возможно, что на меня у них сегодня выходной. -Они обещают сегодняшнюю месть к обеду, - вдруг, словно разгадав тайну мстителей, шепотом, но с некоторым восторгом вскрикнул Иван. – А твой выезд аккурат через полчаса. А сюда в гараж им попасть будет сложно. Нас с Лехой они спланируют лишь по дороге на работу или домой. А у меня послезавтра выходной. Так что, и после тебя, меня они в план не могут ставить. Я весь день дома отсижу, даже ни по каким причинам не выйду. -Вы, придурки, заткнулись бы, а? – сердито прошипел Никита. – Не о том мы говорим, когда, кого и на какой день они заказали. Думайте, как им можно дать отпор, а не планировать свою встречу с ними. Дети, они и есть дети, а потому их победа зависит от внезапности. Да, я согласен, в автобусе за рулем я для них хорошая мишень, слишком уязвим. Но я уже видел этих детей и запомнил их лица. Да и не проблема – узнать их. Они ведь не поодиночке, а вместе нападают. Так что, монтировку всегда под рукой держу. Не верю я этим слухам, что они такие уж всесильные и непобедимые. Можно справиться, если не прозевать сам факт нападения. -Так, Никита, сам факт нападения на тебя или на любого из нас уже разоблачает и обвиняет перед зрителями. Весь город только и ждет появления этих мстителей, заранее предвкушая разоблачение следующего фигуранта. Эти детки запомнили всех нас, но в полицию заявлять не желают. Мол, никого не видели, ничего не знаем, - с отчаянием в голосе проговорил Алексей, стараясь не сорваться в крик. – Даже не представляю, кого они на сегодня избрали, но, если это буду не я, то завтра иду в полицию с повинной. Как успел уже понять, так тюрьмы нам в любом случае не избежать. Подлечат, подправят и отправят. Однако желаю избежать хотя бы больницу. Слишком жестоко ломают и наказывают эти детки. -И еще поджигают, коль считают недостаточным поломки костей, - добавил Иван, слегка поеживаясь. – Действительно, лучше сдаться, так хоть целеньким предстанешь перед судом. -Ох, и придурки вы, однако! Как хотите, но я до последнего буду драться с ними, сдаваться, не намерен и даже в мыслях такого не держу, - уже твердым и уверенным голосом проговорил Никита, словно в его голове созрел план защиты. – На пожизненный срок я не подписываюсь. Лучше смерть. -Лучше? – не желал соглашаться Иван. – А нам все равно деваться некуда. Не сегодня, так завтра эта троица заговорит. И кто первый рот откроет, тот и смягчит свою участь. Авось, каким сроком и обойдется, если покаяться. Еще молодые, успеем до смерти на свободу выйти. А пожизненная – верная смерть. -Ну, и кайтесь, дело ваше, а я просто так сдаваться не планирую, - уже громко и слегка нервно рявкнул Никита, запрыгивая в свой автобус и заводя мотор. – Все, я поехал. И знайте, со мной у них эти игры не пройдут. Ни в какие догонялки и обгонялки я с ними играть, не намерен. Взревев мотором и запустив в Ивана с Алексеем клуб выхлопных газов, Никита выехал из бокса поехал по маршруту согласно расписанию. Но он уже твердо самому себе обещал, что деток-убийц к себе и на пушечный выстрел не подпустит. Он не окажется в числе тех лохов, что легко поддались деткам, повелись на их уловки и так по-глупому угодили в их расставленные капканы. Злость, ярость и ненависть бушевали в его нутре, не позволяя сосредоточиться на работе. И уже через 10 минут он услышал свисток гибддшника, так и не осознав такого факта, что проехал перекресток на красный свет, едва каким-то чудом не зацепив грузовик, ехавший по правилам. Ударив по тормозам, Никита с силой сжал зубы, прочел традиционную свою молитву, которую использовал в сложных нервных ситуациях, когда срочно требовалось восстановить нервное равновесие. Сам факт нарушения его не пугал. Да и черт с ним, с этим старшим лейтенантом, который подошел со стороны водительского сиденья и гневно выговаривал в адрес Никиты обвинительные тираду. Смысла он их не улавливал, лишь понимая саму суть требования, выйти из кабины и оформить протокол. Уже подходя к полицейскому автомобилю, он заметил рядом метрах в трех на тротуаре мальчишку и девчонку возраста внуков Копыловых. Теряя самообладание, и полностью проваливаясь в паническое состояние, Никита уже собирался от ужаса и охватившего его страха бежать без оглядки в неизвестном направлении от этих опасных деток. Однако дети внезапно развернулись и ушли по своим детским делам. Не они, как понял Никита, смахивая платком холодный пот со лба. Вот черт, выругался он про себя, а не прав ли Алексей, не пойти ли самому с повинной к следователю? В городе полно таких вот детишек, слишком схожих с теми, от кого он хотел бежать. Так теперь без страха и по городу не пройдешь, не проедешь. Будешь вот так паниковать при встречах с любыми детьми, пока не тронешься умом, или не лопнет сердце после очередной встречи с малолетками. Нет, не сегодня, скорее всего они его не внесли в сегодняшний день в свой список мщения. Стало быть, Лешка или Ванька. Ну, а послезавтра вновь пугаться, трястись, озираться? Господи, ну, если не сегодня, так взять срочный отпуск и смотаться из города, куда подальше из этого города. А что его вообще здесь держит? Работа? Так водители везде нужны, повсюду требуются. Он со своей профессией везде пригодится. Да, решено, бежать без оглядки, пока не попал в капкан, расставленный юными мстителями. За пределами города они его просто потеряют. -Вы слышите меня, или вас не волнует это грубейшее нарушение? И вообще, гражданин Ильцевич, судя по вашему состоянию, за руль я вас сегодня не пущу. Звоните в АТП, пусть присылают вам замену. Ну, вроде как, запаха алкоголя я не слышу, однако вид у вас чересчур болезненный. Никита соглашался, кивал головой, но в мыслях уже покручивал план бегства от расправы юных мстителей. Эти сволочные детки слишком жаждут предоставления боли и страдания. Одна только мысль об их попытке сожжения Олега, Никиту приводила в ужас. Он содрогался, явственно представляя себе эту экзекуцию, свершаемую аналогично с ним, над его телом. И разницы нет, как и чем будут калечить. Никита слишком любил свое тело и не желал, чтобы какие-то мелкие уроды покалечили, поломали или подвергли его огню. Он вообще боится боли до умопомрачения. Но и в тюрьму абсолютно не хочется. Одна только мысль о пожизненном заточении в тюремную камеру лихорадила и приводила в трепет, и бросала в страх. Нет иного выхода, как лишь податься в бегство. Без оглядки, куда угодно, но только срочно из этого города. Заметив и оценив здоровье водителя автобуса, как абсолютно неадекватное, и, наблюдая его полуобморочное состояние, полицейский сам позвонил в АТП, попросив замену водителя, и на всякий случай вызвал скорую помощь, заподозрив по виду Никиты у него перебои с работой сердца. Вот не хватало ему еще на посту этих приключений с летальным исходом. Остановится еще у этого типа сердце, а потом обвинят работника ГИБДД в доведении до такого болезненного состояние со смертельным исходом. Попробуй потом оправдаться. Однако и просто так отпускать нельзя. Вдруг еще по пути домой коньки отбросит? Лежа на носилках в машине скорой помощи, Никита вдруг почувствовал невероятное облегчение. Вот и сумел выкрутиться, попал в больницу без посторонней помощи, да еще и без болезненных экзекуций. А с сердечным приступом, насколько он осведомлен, меньше месяца не держат. Главное, тихо промолчать, никого не предупреждая о своем местонахождении, чтобы эти мстительные детки не сумели его отыскать. Разумеется, начальнику позвонит, сообщит о внезапной болезни, случившейся на рабочем месте. Но необязательно начальник будет рекламировать на все АТП, где и почему водитель Ильцевич находится, почему не на работе? Вот только легкое любопытство все равно немного мучает его мысли – кто попал сегодня под лопасти мстителей? Леха или Ванька? Иван после отъезда Никиты решил дальше не развивать с Алексеем тему гипотетических рисков, а, развернувшись, направился в слесарный цех, чтобы продолжить начатую работу. Все остальные рабочие были на обеде, поэтому закончить сварку агрегата, сдать который необходимо по требованию главного механик до конца смены, он решил в одиночестве. В этом цеху механики и сварщики работали изредка и лишь по производственной необходимости. Ну, чаще он чего-либо сваривал или резал, иногда становился за токарный или фрезерный станок. И бывали часы, когда в слесарном цеху вообще никого не было. Как и сейчас, кроме Ивана и двух механиков, который ушли на обед и возвратятся, минимум минут через двадцать. Вошел он в цех, глядя себе под ноги, поскольку мысли были заняты посторонними, не связанными с производством, делами. Потому-то две детские фигурки Иван заметил буквально перед собой. Девчонка и пацаненок стояли рядом со стеллажом возле стены и с усмешкой на устах смотрели на Ивана. Ему поначалу даже показалось, что эта язвительная ироническая улыбка связана с его внешним видом, с неким казусом с какой-нибудь деталей его одежды. Окинув себя снизу доверху, Иван убедился в отсутствии ляпов и неполадок, что только разозлило и вывело его из себя. И вообще, что эти мелкие забыли здесь, и как они сюда попали? На проходной сторожа весьма строгие по этим вопросам, даже у своих, казалось бы, давно знакомых и известных, по жесткому указанию генерального директора АТП проверяют пропуска. Никаким уговорам не поддаются. Понять можно, премии лишаться сразу же, попробуют только пропустить постороннего или без пропуска своего. А уж детей, так и не подумают пропускать, даже если они представятся самыми близкими родственниками самого директора АТП. -Вы что здесь делаете, к кому и с кем сюда пришли? Быстро вышли из цеха, иначе я сторожа позову. Поди, через забор сюда попали? Хотя, насколько я припоминаю, так дыр в нем нет, а наш забор перелезть сверху даже взрослому практически невозможно. И где ваши родители, что допустили такое? -Ты имеешь в виду папу и маму? Ты о них, Ваня, у нас желаешь спросить? – ехидно хмыкнула девчонка. – Вопрос весьма риторический и смысловой. А не ты ли сам их убил, Ваня? И тут до Ивана дошел смысл их вопроса и причину появления перед ним этих детей. Ясно, как божий день, к кому и зачем они пришли. Да вот неясно и абсолютно непонятно, как они сюда попали, но по любому эти детки пришли по его душу. А оный орган у Вани убежал в район пяток. От ужаса и мыслей дальнейшего развития события, у него вспотели не только руки, но, кроме всего остального тела, и ноги, которые слово наполнились ватой и желали сложиться в суставах. Но, усилием воли, переборов первоначальный страх, он собрался и решил дать отпор. Главное сейчас не поддаваться на провокации и не соглашаться с их условиями и уловками, не затевать никаких игр. -В догонялки поиграем, Ваня? – словно прочла его мысли, предложила девчонка, и изобразила желание, начать игру. -Да пошли вы со своими играми! – выругался матом Иван, в душе радуясь, что внезапно не увидел в них угрозы. – Сами поищите дураков. И вообще, кто вам сказал, что я – удин из тез убийц? У вас есть доказательства, кроме слов? Во поначалу докажите, а потом судите. -Ваня, ты совсем поглупел, что ли? Или у тебя такая реакция на страх? – проговорил мальчишка, пронзая насквозь своим взглядом Ивана. – Мы здесь играть в правосудие не собираемся. Наша задача, идея и план – месть. А в тюрьму тебя потом из больницы следователь заберет. Назаров и его помощник Паша зарплату за это получают, вот пусть они потом и доказывают твою вину, Ваня. У нас на тебя совершенно иные расчеты, так что, о правосудии на время забудь. Лови. Мальчишка схватил со стеллажа трехлитровую стеклянную банку с какой-то темно-коричневой жидкостью и бросил ее прямо в руки Ивану. Иван по инерции выставил руки вперед, чтобы подхватить летящий в него сосуд, однако в последнее мгновение уловил в этой выходке мальчишки некий подвох. Поспешив исправиться, Иван убрал руки за спину, иронично усмехнувшись в ответ этому действию, показывая всем своим видом явное нежелание подыгрывать деткам. Тяжелая полная банка ударилась в живот Ивана и глухо упала на бетон, расколовшись на осколки, заливая под ногами Ивана пространство, медленно растекаясь маслом. Глупо глядя под ноги, Иван вдруг понял истину подвоха. Пацаненок верил и даже на все сто процентов знал, что именно так он и поступит. И Иван попался, как глупый мальчишка. Попытка выйти из этой масляной лужи закончилась полной потерей равновесия и грубым падением на спину аккурат в центре масляного пятна. Поскольку рванулся слишком резко и резво, то ноги подлетели выше головы, и приземление вышло чересчур грубым и очень болезненным. И на этом боль не закончилась. Буквально через мгновение Иван ощутил, как осколки впились в его спину, парализуя уже болью все тело. Дико по звериному заорав, богато сдобрив ор многоэтажным матом, Иван предпринял попытку, вскочить на ноги, налету в прыжке выворачивая руку, пытаясь из спины вытащить острые болезненные осколки. Однако ноги расползлись по полу, словно он желал этим жестоким детям продемонстрировать мастерство акробата. И в этот раз на полу он оказался гораздо быстрей, чем успел понять. Но этот акробатический этюд, называемый шпагатом, в ногах, точнее, в том месте, откуда ноги берут свое начало, отозвался резкой рвущейся болью. Там, в этом самом месте что-то хрустнуло, разорвалось, теперь уже напрочь лишив его возможности, повторить попытку с подъемом. Возвратиться в вертикальное положение у него уже не получится. -Больно, Ваня? – спросила участливым голосом девчонка, добавляя к интонации язвительные нотки и иронию. – Да, я понимаю твои страдания, но сочувствовать даже не собираюсь. Ты своей жизнью заслужил эти страдания. Я не хочу даже пытаться читать тебе мораль, поскольку считаю эти попытки глупыми и бессмысленными, да и ненужной тратой времени с бесполезным сотрясением воздуха. Тебе до конца дней твоих выпала доля, просидеть в тюремной камере и питаться тюремной баландой. И прожить возле параши, поскольку слишком грязно напакостил на свободе, чтобы у кого-либо могло возникнуть желание, позволить хотя бы под старость пожить тебе на воле. И доживешь ли ты в тюремных апартаментах до этой самой старости? Хотя, и до нее тебе еще долго-долго тянуть. 25 прожил, а ВТО 35 может и не получиться. Условия в российских тюрьмах не способствуют долголетию. За дверью слесарного цеха послышалась возня, и через мгновение в распахнутой двери показались несколько рабочих, примчавшихся сюда на дикий вопль Ивана. Среди мужчин оказался и Алексей. Заметив на полу окровавленного и визжащего Ивана, а рядом с ним стоящих детей, Алексей, осознав ситуацию, сам уже не рад был такой чрезмерной спешки и стремлению, примчаться на выручку товарищу. Однако под напором рабочих ввалился в цех и он, дико озираясь по сторонам и пятясь к выходу, чтобы не оказаться участником и свидетелем расправы над товарищем. Ведь аналогичное нечто дожидается и его. -Эй! – крикнул один из рабочих, спеша на помощь Ивану. – Чего здесь такое случилось, как это он так упал? Мужики, давайте, скорее, поможем ему, не видите, что ли, куда его угораздило? -Стоять, и не сметь приближаться к нему! – тихо, но жестко приказала девчонка, выходя навстречу мужчинам и, выставляя правую руку ладошкой вперед, обозначающую запрет на продвижение. – Рано еще, - проговорила она уже остановившимся в нерешительности мужчинам, которые внезапно подчинились ее воли, и даже не предпринимали попытки ослушаться. – Мы еще не завершили процедуру мщения и наказания за преступления, им свершенные. -Вот, черт! – внезапно громко и даже восторженно воскликнул один из рабочих, бросая сумасшедшие взгляды на товарищей и на детей. – Так это же и есть эти самые юные мстители! – определил он статус детей и обозначил плачевное положение Ивана, как заслуженное. – А Ванька Горячев – ваш пациент, как я понял? Он тоже был среди этих убийц? Мужики, вы что, не поняли, кто они и за кем пришли сюда, а? Так теперь все понятно, и мы вам не препятствуем. -Да, - ответила девчонка, ошалевшим и застывшим в неподвижности мужчинам, слегка задерживая взгляд на Алексее, у которого в этот миг от страха чуть сердце не остановилось. Но она постаралась не показывать даже признаков факта участия в убийстве Алексея, понимая и намекая тем самым, что его время еще не пришло. – Он – убийца, и мы его наказали за ту, свершенную им подлость. Но нам еще необходим один маленький штрих, чтобы завершить свою акцию. А уже потом мы позволяем вам распорядиться им по своему усмотрению. Коль пожелаете облегчить страдания, так окажете помощь, а нет, тогда вызывайте скорую помощь и полицию. Пусть сами помогают и наказывают. Сказала она, и они с братом подошли к стеллажу и потянули его от стены. Стеллаж, груженный различными инструментами, бутылочками и деталями, медленно наклоняясь, с грохотом рухнул на дергающегося в судорогах и в попытках уползти от опасного места, тело Ивана, который, издав протяжный крик, больше схожий с предсмертным воем дикого зверя, умолк, словно на этом миге его жизнь завершилась. Для всех показалось, что он умер под грузом стеллажа и инструмента. -Капец мужику, - простонали в унисон рабочие, похоронив своего товарища, который с этого мига почему-то жалости в их сердцах не вызывал. – А как же он упал, а? Он же прибит к стене. -Вот этими дюбелями, да? Правильно, вот эти дюбеля его и держали у стены. Нет их, не стало и опоры, - задорно и весло прокричала девчонка, показывая всем два больших дюбеля, что держали этот стеллаж у стены. – Теперь наша миссия завершена, коль желаете, можете спасать. А капец, насколько вы проинформированы, в наши планы не входит, жив, голубчик, и еще много проживет. Только в тюремной камере. Это были его последние вольные минутки. Он обязательно сядет в тюрьму, поскольку такие наши намерения по отношению всех убийц. Позвоните следователю Назарову и передайте ему, что четвертый убийца наказан. Следующий акт послезавтра в это же время. И сами помните, и другим передайте – для нас преград не существует. Нет таких препятствий, кои мы не сумеем преодолеть. Ни в виде высоких заборов, ни в виде неприступных стен, ни в строгих сторожах. И тем более, ни во времени, ни в пространстве. Мы всех найдем и в обещанное время покараем. Сказала, схватила посильней брата за руку, и как два беспечных и беззаботных ребенка, пожелавших вместе прогуляться, вприпрыжку направились к выходу, который был занят любопытными. Мужчины испуганно расступились, позволив детям беспрепятственно покинуть цех. Они еще несколько минут беспомощно смотрели друг на друга, словно хотели извиниться за невмешательство. Мол, мы здесь перед такими детками просто бессильны. Эти маленькие бесята имеют право карать таких вот Иванов за гибель своих родителей. И сомнений в виновности Ивана у них не возникало. Были дети в доме в момент кровавой драме, видели и запомнили всех до единого убийцу. И счастье, что не попались они этим отморозкам на глаза. Такой факт спас их от расправы. Но, как уже понимали мужчины, этих уродов уже ничто и никто не спасет. Некая сверхчеловеческая сила оказалась на стороне детей, помогая им разоблачать и мстить. Разумеется, даже мысли у мужчин возникнуть не могло в самостоятельной деятельности этих малышей. Некто слишком могущественный и властный руководит ими. -Звони в полицию, и пусть там сами передают следователю Назарову ее послание, нам вмешиваться в их дела ни к чему, - сказал один из рабочих, решивший возглавить эту стихийную группу свидетелей мести. – Ну, сбросить этот стеллаж, чтобы помочь медикам, мы сумеем. А вдруг девчонка правду сказала, и эта тварь все еще жива? До сих пор они пока их просто калечили. Двое рабочих с легкостью подняли стеллаж, освобожденный в момент падения от тяжестей, и прислонили его к стене, сооружая временную подпорку из труб. А остальные, аккуратно, без рывков и усилий, снимали с тела Ивана упавший на него инструмент и детали. Стеклянные банки и прочие бутылки, все разбились, поэтому мужчины осторожно убрали с тела осколки, и, подхватив Ивана за ноги и руки, перенесли его на топчан, стоявший возле противоположной стены. Этот топчан сам Иван и привез несколько лет назад, чтобы позволить себе в перекур удобно развалиться на нем. -Живой! – словно обрадовались такому факту, воскликнули несколько рабочих, что переносили его, будто такая весть весьма вовремя сказанная и приятно услышанная. И поняли они по тяжелому вздоху и легкой судороге тела. – Ну, вот вы скажите мне на милость, мужики, - продолжил один из них, - как эта малявка могла знать после такой экзекуции, предполагать и настолько уверенно заявлять, что он пока жив, да и потом будет жить, и нуждается всего лишь в медицинской помощи? Как по плану работают эти детки, по четкому расписанному графику укладывают их поочередно на больничную койку. А ведь послезавтра следующий, и заметьте, как она сказала? Не последний, а следующий. Стало быть, еще несколько их осталось пока в целостности. Будем ждать и верить, что говорят правду. -Да, - кивали головой мужчины, - четко и по времени. Управляет ими кто-то. Вот скажите, а не проще ли было, сдать их в руки правосудия, да и пусть судят этих уродов? Так нет, через муки ада пропускают. -Нее, - категорично протянул один из них. - Сами ведь помните, как они на кладбище обещали? Мстя наша будет жестока и коварна. До сих пор в ушах эти слова мальчишки гулом отзываются. Вот и исполняют обещанное, чтобы слова не расходились с делом, как часто такое бывает у взрослых, ответственных чинов. Молодец, однако, тот, кто затеял эту канитель. Я бы еще этих уродов до смерти доводил, чтобы другим неповадно было, глядя на муки и страдания убийц. -Зачем детям такой грех на душу брать? Больно побить, так не грешно и не преступно. А убийство, так это уже статья. Конечно, за малолетство не посадят, но тяжко потом с таким грузом жить. Но с другой стороны, так они очень даже правые. Смерть – слишком легкое для них наказание. Миг, и тишина. А они их в тюрьму, чтобы до конца дней на нарах гнили. Вот такой ужас я даже в мыслях для своей судьбы вообразить страшусь. Сам бы повесился в камере. Мужчины не расходились, продолжая обсуждать происшествие. Слух успел разлететься по всему АТП, и толпа поспешно разрасталась, превращая слесарный цех в площадь митингующих. Свидетелям события приходилось по нескольку раз пересказывать, вновь прибывшим, кто и как уложил Ивана на топчан, и в чем его обвиняли дети. -Ну, а чего не задержали их до приезда следователя. Он хотя бы поговорил с ними, расспросил, что почем? – пробовали возмущаться женщины. – Недетское дело затеяли ребятишки, злое и жестокое. -Нет, позвольте с вами не согласиться, - стараясь показать свою осведомленность и компетентность, проговорил один из собравшихся. – Если бы это были дети Копыловых, то следователь давно бы вытянул из них всю нужную ему информацию. Уж за это можете даже не волноваться. Не они это, не Катя с Мишей. Кто-то под них играет и карает от их имени убийц. -А вот какая разница – они, не они, а? Мы же отчетливо видели перед собой мальчишку и девчонку, как две капли похожих на Мишу и Катю, - поспешил донести до всех, знающий в лицо Катю и Мишу Копыловых. -И вот ты сейчас нам всем хочешь так категорически заявить, что это были именно они, а никакая не их подмена? -Не они, категорически и официально могу заявить, - вдруг выдвинул собственную версию один из свидетелей мести детей очередной жертве. – Предположения абсурдные, но, по-моему, это вообще никакие не дети. -Ну, вот ты и загнул, ни сесть, ни встать! – с ироническим смешком, удивленно и, категорически отрицая подобную ересь, воскликнул один из мужчин. – И кто, если не дети? Мы же сами их воочию видели. Девчонка и мальчишка, самостоятельные и без каких-либо руководителей. Если вот несмышленыша использовать, так вряд ли бы сумел он настолько естественно и натурально сыграть свою роль, хоть ты его часами репетируй и учи. -А мне кажется, я так по их глазам рассудил, они какие-то дьяволята. Слишком уверенные в себя, сильные и абсолютно независимые. А задержать? – обратился мужчине к женщине, сетовавшей на мужчин за факт по собственной нерасторопности упустивших детей и не сумевших их придержать до явления полиции. – Вот сама бы в их глаза взглянула, так сразу у самой исчезло бы всякое желание, вмешаться в их месть и попытаться задержать. Прервали дебаты прибывшие медики скорой помощи и полиция, среди которой были и Назаров с Павлом. -Паша, поехали в АТП, - в кабинет к Сычеву заглянул следователь Назаров, отрывая его от повседневных бумажных работ. – Наши дети с графика не сбиваются, и обещанное слово держать умеют. Горячев Иван, газоэлектросварщик. Вот, ни хрена не могу я их понять, ни в какую! Ведь все они из обычной рабочей среды, за ними никакого криминала не числится, жили себе мирно и тихо. И с чего это вдруг на них нашло, а? откуда такое необузданное желание, убивать? -Деньги, Слава, халявные, легкие и большие деньги. Сами, вроде как, в руки плывут, и работать абсолютно не нужно. Я так думаю, - не выразив удивлений по поводу заявления Вячеслава, словно информацию об очередном фигуранте, отправленным детьми в больницу, он ждал, и на все сто процентов уверен был, что это сообщение обязано поступить с минуты на минуту, - что случайно, спонтанно и по пьянке совершили они свое первое ограбление со смертельными последствиями, и их затянуло, как в болото. И если бы не случился прокол с этим загородным особняком, то, мне так кажется, и я даже слишком в этом уверен, АТП и привычную свою работу они в обязательном порядке покинули бы. А зачем вкалывать за гроши, если тут у них за одну ходку по годовой зарплате вырисовывается. Если не больше. Вот перед таким искусом устоять они не сумели. И теперь лишь сила правосудия или смерть сумеет прекратить их преступную деятельность. -Что и случилось в двух ипостасях одновременно, - закончил мысль Вячеслав. – Сила их калечит, а наша задача, привлечь к суду. На такую судьбу они уж никак не могли рассчитывать. Ладно, любой преступник всегда хоть изредка, но задумывается и оглядывается на уголовный кодекс. А вот на месть мстителей никак не могли подумать. Страшней кары и не сочинить. Ну вот, - усмехнулся Вячеслав, услышав мелодию звонка в кармане. – Поди, Катюшка спешит с информацией о новом сновидении. Успели ее уже проинформировать и показать во всей красе. Да, Катя, - ответил он на звонок. - Я тебя внимательно слушаю. Как и предполагал, Катя торопилась поведать ему о своем сновидении, в котором активное участие принял Иван Горячев. И обещанное событие на послезавтра она ему осветила без имени нового пятого фигуранта. Тщательно скрывают и не торопятся называть, поскольку желают поначалу отомстить с болью и отправкой в больницу с переломанными костями. Прибыли в АТП и в сам слесарный цех почти одновременно с машиной скорой помощи, когда в этом небольшом помещении уже собрался едва ли не весь персонал предприятия. Встретили следователей целой делегацией из очевидцев происшествия. Рабочие, наперебой освещая событие, вели Павла с Вячеславом к топчану с лежащим на нем Иваном Горячевым, над которым колдовали медики, пытаясь освободить пострадавшего от осколков, перевязать раны и остановить кровь, а так же привести его в чувство, чтобы мог отвечать на вопросы следователя. -И этот в бессознательном состоянии, - поспешил известить Вячеслава, уже хорошо знакомый по прошлым фигурантам, врач. – Однако, насколько могу судить по первоначальному осмотру, этому вашему клиенту досталось больше других. Намного больнее и сердитей, будто он их разозлил сильней. И ушибы, и порезы, и переломы. Жестко карали его эти юные мстители. Но жить будет, как и обещала девчонка. Говорят, я уже про это слышал от свидетелей, девчонка обещает на послезавтра следующего? Я уже сам даже слишком заинтересовался этими детьми. Вот специально напрошусь на это дежурство, чтобы первым оказаться среди, увидевших и узнавших следующего преступника. Сгораю от нетерпения. Следователям только и осталось, что записать показания свидетелей и выдать им на руки визитки с приглашением в Управление, чтобы оформить протоколы. А главную работу за них выполняют юные мстители, которым помешать они не в состоянии. И торопить события не в их компетенции. А потому, как и сказал Вячеслав, они уезжают в Управление, чтобы заниматься текущими делами. Ну, нет у них таких возможностей, дающих право влиять на ход расследования этого убийства, потому что некие силы решили вмешаться и исполнить карательные акции до конца, не позволяя ни спросить у, уже попавших в больницу, ни искать оставшихся на свободе. Даже предположить их количество не представляется возможным. -Ну, что, Паша, до послезавтра! – с легкой иронией, но безо всякого сожаления и досады в голосе на мстителей, сказал Вячеслав помощнику на пороге своего кабинете, когда они возвратились из АТП. – Врачи, как и эта мстительница, утверждают, что все пострадавшие находятся в удовлетворительном состоянии, но крепко и беспробудно спят, не поддаются ни под какими уловками на просыпание. Сутками. Вроде как, пора бы и свыкнуться с этой мистикой, однако в голове кавардак полнейший от таких ее предсказаний. Заявляет, что с последним возвратит их из сна. И ведь исполнит, в чем я даже и сомневаться не могу. -Слава, да не зацикливайся ты на них. Мы все равно без компетентных разъяснений не сумеем понять суть происходящего. А расшифровывать этих мстителей, как понимаю, нам никто не планирует. Чувствую, - уже с неким легким сожалением произнес Павел, - что останется загадка не разгаданной. Звонок из больницы даже слегка удивил Вячеслава, если не сказать сильней, просто ошарашил. Он поспешил по внутренней связи вызвать к себе Павла и постарайся ввести его в курс события. -Ты не поверишь, но я и сам никак не могу врубиться, - начал он повествование, не позволив Павлу войти и расположиться в кабинете. Прямо в дверном проеме и проинформировал. – Дуй, Паша в больницу. Я пока еще не сумел сообразить и разобраться, но вот наш доктор говорит мне о поступлении в больницу водителя автобуса этого АТП некоего Ильцевича Никиты. Вроде, сердечный приступ с ним приключился, да только ранее он, как утверждает врач, на сердце никогда не жаловался. И последняя медицинская комиссия показала его отличное здоровье. Самое главное, что этот Никита в полном сознании. А вдруг и он наш клиент? -Она же новое поступление на послезавтра наметила. Получается, что и у этих сил случаются сбои в графике. -Ну, мы им не указка, что хотят, то и воротят. Однако, Паша, поговорить с ним можно. Просто любопытства ради. С чего это вдруг здоровый мужик за сердце хватается. И на фоне последних событий, вращающихся вокруг сотрудников этого АТП, имеются некие мнения. Слишком совпадений много. Ладно, чего гадать, езжай и плотно поговори с ним. Вдруг и повезет. И у них могут быть проколы. Я имею в виду мстителей. Живые люди, однако. Павел сразу же рванул в сторону больницы на встречу с этим Ильцевичем. Он, не он, а уточнить не помешало бы. Спросив в приемном покое расположение Никиты Ильцевича, доставленного скорой помощью с подозрением на сердечный приступ, Павел поспешил в отделение, слово гипотетический фигурант мог или исчезнуть, или внезапно умереть. Хотя, как утверждал Вячеславу врач по телефону, состояние больного даже слегка выше удовлетворительного. Сильный стресс, похоже, вызванный неким неординарным событием. И самое главное, что он в себе, поговорить с ним можно, беседу врач разрешает. Однако, уже поднявшись по лестнице на второй этаж и заглянув в коридор, некие сомнения усилились от вида суетящихся людей в белых халатах. И такое нервное движение происходило аккурат возле предполагаемой палаты. Остановив пробегающую мимо женщину, одну из медицинского персонала, и, предъявив ей удостоверение, Павел поинтересовался причиной этой суеты, на что она ему поспешила ответить, подтверждая его опасения. По-моему, как предположил Павел, проанализировав сообщение медицинской сестры, мстители его опередили. -Слава, - звонил Павел своему начальнику из больницы. – Ты не поверишь, но наш Ильцевич внезапно уплыл в забытье. Представляешь, мне доктора так и говорят, что с ним внезапно случился этот приступ. И, судя по времени, я предполагаю, что он произошел аккурат с моим появлением в больнице. Риска, как и у других, для жизни нет, но он аналогично со своей четверкой уснул. -Паша, а вдруг это вовсе и не наш клиент? Не сходится, понимаешь. Она обещала послезавтра, а тут в один день получается двое? И без ушибов с переломами. Ну, единственное общее, так это сон. -А я тебе, о чем толкую? – нервно хохотнул в трубку Павел. – Вот стоило мне лишь переступить порог больницы с целью, пообщаться с гипотетическим фигурантом, как на этого Ильцевича приступ наваливается. Ясно, что эти детки не пожелали, чтобы мы с ним пообщались. Ну, а такой мелочный факт, что не послезавтра, так и на старуху бывает проруха. Вот и у них сбой произошел. Но он явно не последний. Как Катюшка говорила? С последним проснуться все? -Да, если верить ее словам, то Ильцевич, даже если он и наш клиент, то не из числа последних. Будем ждать послезавтра. -Можно подумать, так у нас есть иные предложения. Только, поверь мне, Слава, Ильцевич – наш клиент. Все слишком сходится по многим признакам. Ну, почти все, если уж придираться к запятым. -И все равно, у меня сомнения. Они не выступили с разоблачительной речью почему-то, как во всех четырех предыдущих случаях. Они его не покарали болью. И такой факт меня смущает. -А ты не смущайся, как красна девица. Вот именно такого наказания они и пожелали одному из убийц. И не думай, что сердечные приступ – не болезненная процедура. Сам не испытывал, однако знающие и прошедшие испытания через инфаркт, рассказывают, что настолько больно, словно сердце на живую рвется. Так что, они пожелали ему именно такую боль предоставить. Ровно через сутки, как и полагается, послезавтра, по коридору больницы шли, держась друг друга за руки, в белых длинных халатах, которые тянулись по полу, небольшого росточка девчонка и еще меньшего мальчишка. Выглядела эта парочка в этих взрослых халатах настолько комично, что проходившие мимо них пациенты больницы и медицинский персонал с веселой улыбкой провожали детей, бросая в их адрес добрые безобидные шутки. -Два гномика, - острил один. -А кто же виноват, что детских халатов в больнице нет. Вот бахилы им по колено, словно гольфы. -Дети, - остановилась возле этой малолетней парочки медсестра. – Вы к кому? Здесь лежит ваш родственник? -Да, - ответила за двоих девчонка. – Мы идем навестить дядю Никиту. Он ведь в вашем отделение лежит? -Да, да, у нас в 11 палате. Вот еще пройдете парочку палат, а там и его. Только сейчас не время для посещений, вы бы к вечеру пришли. Да и спит он после уколов да после обеда. -Мы, тетенька, - подал голос мальчишка, - только глянем на него и сразу уйдем. Задерживаться и мешать отдыхать не будем. -Ну, тогда идите, - согласилась с детьми медсестра. – Только постарайтесь не шуметь. Его соседи тоже, скорее всего, спят. -Хорошо, спасибо вам, - поблагодарила медсестру девчонка, и они заспешили к указанной 11 палате. Однако, как, оказалось, спал лишь один Никита. И спал он уже двое суток, чего, скорее всего, не знала эта медсестра, сообщив детям такую информацию. А возможно, знала, да не пожелала углубляться в такие проблемы перед детьми. Ну, посмотрят, да и уйдут. Дети, все-таки, незачем им такие подробности знать. А соседи Никиты даже не думали спать. Кто просматривал прессу, кто читал книгу. Видно, они уже устали от ежедневного безделья и сна. -Погоди, - вдруг вскрикнул мальчишка и выбежал из палаты. И буквально секунд через пять возвратился с каталкой, которую кто-то неосмотрительно оставил возле дверей лифта. – Вот, транспорт прихватил, нам он сейчас пригодится. Мы сейчас Никиту покатаем по коридору. Трое мужчин, соседи Никиты, следили за манипуляциями детей, оторвавшись от чтива, со вниманием и любопытством за смешными потешными одеяниями этих сорванцов, пока еще не понимая и не улавливая смысла их деяний. А дети подкатили каталку к койке Никиты и с помощью рычага уменьшили ее высоту до уровня высоты койки. Затем, грубо толкнув спящего Ильцевича, перекатили его на каталку и с силой нашлепали его по щекам, словно пытались разбудить или привести в чувство, потерявшего сознание. -Дети, вы, что тут такое вытворяете, а? с ума посходили, что ли? – попытался лениво и без особого энтузиазма вмешаться в происходящее одни из соседей. – Кто вам позволил трогать больного? Он уже вторые сутки спит беспробудно, врачи не сумели добудиться, а они лупят его по щекам. -Мы, дяденька, его выкатываем на прогулку, - поспешила с разъяснениями девчонка. – Больному требуется свежий воздух и масса свежих острых ощущений. Ну, а какие ощущения во сне? Вот и хотим его разбудить, чтобы все видел, слышал и понимал, что происходит. -Да ну их, - отмахнулся от детей один из больных, призывая к безразличию и возмущенного. – Пусть за порядком сам персонал и следит, а нам никакого дела до них нет. И вообще-то, мы здесь лечимся, нам нервничать не положено, - добавил он, и все трое вновь уткнулись в чтиво. А Никита внезапно открыл глаза и ошалевшим взором смотрел на, внезапно, откуда взявшихся, детей, пока еще ничего толком не понимая из всего происходящего. Да и речь у него внезапно заклинило, словно ему говорить не положено. А желание, возмутиться позвать на помощь, уже возникало. -Привет, Никита! - бодро и громко вскрикнул мальчишка. – Ну, что, паршивец эдакий, в больнице спрятаться от нас решил, подумал, что ловко устроился, избежал кары заслуженной? Ан нет, не прошло. От нас, Никитушка, ни в какой больнице не спрячешься. Да и нигде такой финт не пройдет, даже если сумеешь улететь на луну. И там достаем. -Вы что, вам, что от меня нужно, вы зачем меня куда-то катите, немедленно прекратите, я сейчас доктора позову, - залепетал Никита, вдруг получивший наконец-то возможность говорить. – Меня нельзя никуда везти, мое сердце нуждается в покое. Сейчас же верните меня на место. -Покой, Никита, мы тебе скоро предоставим. Много покоя, на долгие годы. Вернее, не мы, это – прерогатива следователя Назарова. Ты с ним не знаком пока? Есть такой в Управлении, он вашей бандой занимается. Только вот ты почему-то попал сюда не по графику и без соответствующей процедуры. Ну, ничего страшного, мы сейчас сей недочет восполним, подправим некие нарушения плана. А вот сердце твое, как ни странно, без особых изъянов. Зря надеешься на тихую смерть. -Это вы, это вы, да? – холодея от ужаса и немея от страха, просипел Никита, чувствуя, что вновь теряет способность говорить. Но еще, что намного опасней, так у него отнялись ноги и руки, лишая его способности, сопротивляться или хотя бы попытки сбежать от этих коварных детишек. Вот придурок, раньше надо было сматываться из города, теперь уже поздно, и никуда ему не деться от этих мстителей. -Эй, дети, вы, куда нашего больного катите? А ну-ка, стоять, быстро возвращайте его в палату! – из сестринской комнаты выбежала медицинская сестра и, заметив такое нарушение всех правил и порядка, потребовала разъяснений непонятного движения и суеты. – Кто вам без спроса разрешил брать каталку? Вот еще уроните на пол мне больного, так я вас тогда накажу. -Нее, тетенька, - весело хихикнула девчонка, не переставая катить каталку с Ильцевичем на ней. – Мы его на пол ронять не будем, вы за это можете не переживать. Вот из окна мы его сейчас выбросим, прямо сквозь стекло, даже раскрывать не будем, пусть так летит, - прокричала она на всю больницу и с силой толкнула каталку, бегом поспевая за ней, продолжая подталкивать, развивая скорость. И когда до окна оставалось метров 5-6, они уже вдвоем с мальчишкой в последний раз с силой толкнули это транспортное средство Никиты. Разогнавшаяся каталка врезалась на всем ходу в подоконник, а сам Никита по инерции, собою со звоном разбив стекло, вылетел в окно со второго этажа, в последние секунды, ощутив какие-то раскрывшиеся силы в горле, прокричал в полете прощальную тираду, посылая проклятия и пожелания своим мучителям. -О, боже! – простонала медсестра, с ужасом представляя последствия этого больного с такой высоты. Высота небольшая для смертельного исхода, а вот травмы и переломы ему гарантированы. – Что же вы творите, подлые детишки, вы же его покалечили всего. На крик, звон и грохот из палат выглянули больные и медицинский персонал с вопросами и попытками выяснить причины такого неадекватного шума. И многие, прослышав о происшествии, аналогично вспоминали господа, силы небесные и делились гипотетическими последствиями такого полета. -Тихо, Галя, не шуми и не кляни ты этих деток, - к медсестре подошла женщина и тихо прошептала, но слышно для всех рядом стоящих, успокаивающие слова: - Так это же эти дети, которые мстят убийцам своих родителей. -Да? – испуганно вдруг встрепенулась медсестра. – Ой, и правда, ведь, вы уж простите меня, это я так со страху кричала и ругала. Сами понимаете, что можно испытать от таких ваших маневров. -Все правильно, тетенька, можете не извиняться, - взявшись за руки, дети шли в сторону перепуганной женщины. – Конечно, это подло и бесчеловечно вот так из окна выбрасывать больного человека. Но вы ведь не знали о нем ничего, даже предположить не могли, что этот человек давно перестал быть таковым. Он не достоин звания человеческого, а, стало быть, не имеет права называться таковым. Он не погиб, можете идти и подобрать его под окном. Ему хотелось спрятаться в больнице от нас, а не получилось. Мы ему сделали больно, как и он со своими отморозками причинял болезненные и смертельные удары нашим родителям. Только он их убил, а мы ему не позволим умереть, чтобы в тюрьме испытал все прелести жизни среди падших и пропавших. Позвоните следователю Назарову и предупредите его, что послезавтра в это же время к вам в больницу поступит с болью и страданиями последний убийца. И тогда все они сразу проснуться. Эти твари испытали боль сполна, и сейчас будут весьма разговорчивы, боясь повторений встречи с нами. -Потому что, наша мстя будет жестока и коварна! – поддержал сестренку братик. – И очень болезненна. И им ничего не останется, как спрятаться в тюрьму, где нам их уже и доставать не захочется. 7 Поглядывая на часы, следователь Назаров ожидал уже этого звонка. Однако на дисплее высветилась Катюшка, как он понял, успевшая опередить очевидцев некоего происшествия. И этот звонок Вячеслав считал, завершающим дело о разбойном нападении и убийстве двух семей. -Да, Катюша, слушаю тебя, - ответил Вячеслав, одновременно набирая по внутреннему телефону кабинет помощника. -Дядя Слава, ну, вы, наверное, уже поняли, что я звоню вам с сообщением, - неуверенно промямлила в трубку Катя. -Понимаю, Катюша, понимаю. Да ты так не переживай, все ведь правильно. И, как я догадываюсь, он последний? -Нет, дядя Слава, последний будет послезавтра. Она так и сказала в больнице. А этого Ильцевича Никиту мы выбросили из окна больницы. И теперь он со всеми вместе будет дожидаться своего последнего товарища. Только я и его фамилию не знаю, ну, проснулась, и забыла. -Я тебе верю, Катя, ты ни в чем не виновата. Да и незачем нам заранее знать о нем. Спасибо, Катя, за сообщение. Вячеслав отключил телефон, а помощник не отвечал. Вполне вероятно, не в кабинете, а носится по Управлению по своим делам. Не столь важно, задумался Вячеслав, уставившись в белый потолок. И как понимать это сообщение девчонки? Стало быть, дети-мстители с первым попаданием Ильцевича в больницу не связаны? Хотя, все весьма закономерно и понятно. На его глазах, ну почти при нем дети калечат его подельников, жестоко и грубо ломая кости и тело, и он от впечатлений и гипотетических представлений встречи с мстителями хватается за сердце. Вот и случился этот сердечный приступ. Он просто понял свою обреченность и бессмысленность любых попыток, избежать заслуженной кары. И она все равно оказалась неизбежной. Не спасла этого Никиту даже больничная койка. -Паша, - Вячеслав встретил своего помощника, спешащего по коридору по своим неотложным делам. – Езжай в больницу, там произошел несчастный случай с нашим Ильцевичем. -Я уже в курсе. Вот и спешу к тебе. Мне только что дежурный на мобильник позвонил. Ты, говорит, занятый был. -Не поверишь, - с неким восторгом воскликнул Назаров, - с Катюшей говорил. Она меня уже проинформировала. -Так чего первый раз не позвонила? – удивленно спросил Павел. – Что-то они сбиваются с ритма. -А потому, - поспешил с разъяснениями и оправданиями мстителей Вячеслав, - что сердце его не с их помощью, а от страха у него забарахлило. Дети здесь оказались непричастными. Ну, непосредственно. Косвенно, разумеется, по их вине. Я не поеду сейчас к этому Ильцевичу, смысла никакого. Да и тебе лишь для отчета нужно снять показания свидетелей. И так все предельно ясно и понятно: пришли, погрузили на каталку и, зачитав приговор, как полагается и как происходило во всех предыдущих случаях, выбросили в окно. Не отступают от принципа. Павел понимал начальника, что он прав по всем показателям. Стало быть, угодил Никита в больницу со страху, и лишь задумали они с ним поговорить, как дети мгновенно его выключают. -Я, Паша, - признавался ему Вячеслав, - до мозга костей истинный атеист. Это моя вера такая, и я не собираюсь ее пропагандировать и укорять любого иного вероисповедания. Однако, анализируя последние события с участием этих юных мстителей, и убеждаясь в полной непричастности самих детей, ну, Катюши и Миши, в моей душе возникают некие весьма серьезные сомнения. Эти явления не поддаются научному анализу. И что мне остается? -Слава, ради бога, успокойся и не заморачивайся. Господь по сути своей не может быть мстителем, поскольку у него иные постулаты. Подданные сатаны здесь аналогично непричастные, поскольку в их активе дела пошлые и подлые. Так что, можешь с верой своей успокоиться. Лично я не верю во вмешательство потусторонних сил. Просто, если мы не можем объяснить, то это вовсе не означает, что явление не имеет научной основы. Это пока оно нам недоступно. -Ладно, - согласился Вячеслав, иронично усмехаясь над теориями Павла. – Спасибо, что вернул мне мою веру. Отделался Никита Ильцевич несколькими переломами рук и ребер, трещиной бедра и многочисленными гематомами. И, как подтвердили врачи, после пятиминутного визга, он аналогично уснул, как и его товарищи. Стало быть, разговора, как и с другими фигурантами, не получится. Однако Павел на иной исход и не рассчитывал. Не разрешают мстители общаться со своими жертвами, и возражать не позволяют. Записав показания свидетелей этого катания с полетом из окна, Павел возвратился в Управление, по инерции и по служебному долгу лишь отзвонив и отчитавшись перед Назаровым, описав ему подробности происшествия. -Будем ждать послезавтра, - только и сумел ответить ему следователь, поскольку иных слов не находил. Ну, специального ожидания у Назарова и Сычева предусмотрено не было. Дел у них невпроворот хватало с избытком. И потому они даже не планировали нервные переживания и томительные подглядывания на часы. Толкать и подгонять время без надобности, поскольку пока же этого времени мстители с графика не сбивались. Разумеется, любопытство слегка пекло сознание, разжигало интерес. Хотя, как и говорил Вячеслав: -Попомнишь мое слово, Паша. Последний будет аналогично работником АТП. Не скажу, кто конкретно, но из этой компании. -Слава, - вдруг обрадовался Павел неожиданной мыслью, внезапно возникшей в его голове. – А давай-ка, мы с тобой подъедем к этому времени в АТП, а? Знаешь, мне хотелось бы хоть раз самому оказаться в числе свидетелей этой мести, своими глазами лицезреть их в деле. -Не факт, Паша, - с сомнениями пожимал плечами Вячеслав, - что само событие произойдет на территории АТП. По-моему, да и, по-твоему, тоже, так у нас лишь один Горячев пострадал от детей на своей, как говорится, земле. Все остальные оказались за ее пределами. Так что, и этот может быть из водителей маршрутки или автобуса, и в это время окажется за пределами предприятия. -Слава, - не унимался Павел, продолжая настаивать на своей версии. – Мне кажется, что последняя точка будет поставлена именно на территории АТП. И это даже немного символично. -Аргументируй, - попросил Назаров. – Приведи мне веские доводы своей версии, чтобы и поверил. -Разумеется, как мы и договорились, зацикливаться я на этих преступниках не стал. И зачем лишние напряжения мозгов, когда у нас такие незаменимые помощники нарисовались. Однако в свободное от основных дел время я все-таки позволил себе размышление и проанализировал, затем расспросил своих информаторов. Кстати, один из них работает в самом АТП, и пришел к однозначному выводу. Следующим и последним будет некий Белов Алексей Викторович, автослесарь этого АТП. Нет, разумеется, я не могу на все 100% гарантировать однозначно, да и озвучивать свои предположения не планирую, чтобы, не дай бог, обидеть и бросить тень подозрений на невиновного. Однако все мои предположения и анализы сходятся именно на нем. Подошел по всем параметрам. -И чем он тебя так привлек? Я не категоричен, однако хотелось бы услышать веские аргументы. -Ну, холостой, как и все остальные, снимает квартиру и, я этот вопрос выделил бы в особую строку, проживал все детство и юность в одном дворе с остальными фигурантами. Их компания нигде себя не зарекомендовала, я имею в виду, не засветилась ни в каком деле, но очевидцы подтверждают их давнюю дружбу. Да и сейчас, вернее, до этого времени этот Белов поддерживал дружеские отношения со всеми ими. То есть, дружба переросла в группировку. -Предлагаешь взять в разработку, как потенциального подозреваемого? Так времени у нас не осталось. -Да и нет оснований, но присмотримся хотя бы в последний его миг. Я почему-то даже не сомневаюсь, что сорвать детям акцию мы не сумеем. Зато можем полюбоваться их выступлением. Как и договорились, Павел и Вячеслав, ближе к обеду в обозначенный день детками-мстителями прибыли на территорию АТП. Поскольку предположение о последнем фигуранте у них возникло благодаря неким умозаключениям, то за Беловым было установлено наблюдение. Однако его поведение, настроение и обыденный трудовой и бытовой вид даже намеков не позволял на подозрения, то у Павла уже возникали сомнения относительно первоначальной версии. Не он, да и все тут, не мог настолько безразлично вести себя так человек в ожиданиях очередной обещанной мести. Они еще ни разу не обманули. Если Никита Ильцевич от переживаний с сердечным приступом угодил в больницу, то Белов, даже если это он и есть, и на все сто процентов предполагал, был уверенным и ожидал явления мстителей, то своим поведением ничем не показал свою причастность к банде грабителей и убийц. Или слишком уверен в свои силы и возможности, что сумеет противостоять детям, или непричастен. Тогда, как уже намекнул ему Вячеслав, по шеям Паша может схлопотать по причине срыва сегодняшних планов. И время, сколько потеряли по его ошибки. Однако, сколько Вячеслав не ворчал, но предложения, бросить наблюдения и возвратиться в кабинеты, из его уст не поступало. Как говорится, и хочется, и колется. А вдруг Пашка угадал? Находясь в неведении и все в сомнениях, они все равно пропустят выступление мстителей. А ежели он окажется правым, так потом сто упреков выскажет в адрес Вячеслав, если по его вине мщение свершится без их лицезрения. А потому они общались с руководством АТП, затем покинули офис и прошлись в сопровождении главного механика по цехам, будто просто ради любопытства и неких своих интересов. -Как я понимаю, - хитро намекнул главный механик, легко раскусив их замысел и интерес, - вы затем сюда и явились, что поверили обещаниям девчонки? Да у нас самих ближе к обеду рабочий настрой заметно снизился. Все только и ждут этих детишек. Они ведь, именно сегодня в обед обещали покарать последнего убийцу? Не поверите, но у нас открылся тотализатор, народ делает ставки и пытается угадать, кто же из наших окажется их жертвой. Высказываю различные версии и предположения. Порой и слушать страшно их прогнозы. Вячеслав от его слов поперхнулся и раскашлялся. Как-то именно такой факт они с Павлом не учли. Ведь дети публично объявили о сегодняшней акции. Потому, как и подтвердил главный механик, и народу на территории предприятия даже с излишком многовато. И у него даже возникли сомнения по поводу явления детей. Ежели последний фигурант здесь, а Белова они наблюдают, и тот никуда пока за территорию отлучаться не планирует, то своей массовостью они могут отпугнуть детей. Однако на сомнения Вячеслава Павел категорически возразил: -Сомневаюсь, Слава, слишком отчаянные и бесшабашные наши детки. Я не думаю, что их пугают зрители. Как раз наоборот, публичность их вполне устраивает. Они и прошлые акции проводили при скоплении народа. Им же необходимо, как я понимаю, громко заявить о себе и озвучить дальнейшие планы. -Так на сегодняшнем мщении у них планы заканчиваются. -А вдруг пожелают объясниться, рассказать хоть что-то о себе, а? Вот и узнаем, кто они и откуда взялись. -А если не пожелают? -Так все равно увидим. Нам же до сих пор не пришлось встретиться с ними с глазу на глаз. -Надеюсь, что не сорвутся сегодняшние планы, не отступятся от графика, придут, как и обещали. А если наш клиент за пределами АТП? -Тогда Катюша позвонит и сообщит. В этом будь уверен. -Господа следователи, ну, как я понял по вашему поведению и по прозрачным намекам, то у вас имеются предположения относительно последнего бандита? – вдруг спросил главный механик, словно подслушал их размышления. – Ну, а коль так, то зачем дожидаться представления? Берите его и пытайте. Я имею в виду, арестуйте и задайте кое-какие вопросы. Я понимаю, эти ублюдки все до единого заслуживают кары, что им устроили мстители, но не по закону получается. -Да нет, кроме сомнений и предположений мы ему ничего предъявить не сумеем. Допускаем ошибку в выборе предполагаемого фигуранта, - возразил ему Вячеслав, и в этом он уже и сам не сомневался. – Спрашивать нам у него нечего. А она, насколько вы припоминаете, обещала, что с последним все, как говорится, проснутся и начнут говорить. Вот тогда и зададим свои вопросы. -А, в самом деле, - весело воскликнул Павел. – Им всем досталось сполна, так пусть получит и последний свою порцию боли. Это еще, с какого такого вдруг настроения, мы будем жалеть его? -Я так предполагаю, и даже слишком уверенно могу заявить, - загадочно произнес главный механик, - что вы после этих вот случаев с месть и наказанием юных мстителей вы надолго от серьезных дел освободитесь. Много дней еще страх в душонках всех отморозков, что пока на свободе, жить будет. Пока не забудутся наши дети. Скажите, Вячеслав, а это ведь, правда, что дети Копыловых здесь абсолютно не причем? Ну, не так близко, однако приходилось с ними общаться. Видел я их. Обыкновенные милые детишки. Совершенно не похожи они на таких отчаянных мстителей, не сумели вот так ловко и хладнокровно мстить. -На все сто процентов – не они. А вот, как и что, оставлю без комментариев. Не секрет, а сами ничего не знаем. Вот и надеемся, что хоть сегодня может что проясниться. Надеемся, но не уверены. Когда большая стрелка перевалила цифру 12, а маленькая сдвинулась на долю миллиметра от единицы, почему-то основная масса, собравшихся во дворе АТП предположила, что такое скопление любопытных отпугнула этих таинственных мстителей. Да, они привыкли карать этих убийц публично, но не настолько театрально и не при таком аншлаге. Сожалея, однако, еще и понимая окончание обеденного времени, рабочие стали потихоньку расходиться по цехам, служащие возвратились по своим кабинетам. Бросив прощальный взгляд на часы, кивком головы предложил возвратиться в Управление и следователь Назаров. -Не здесь, стало быть, и не он. Слишком пунктуальные они были в прошлые разы, чтобы нарушить сове расписание сегодня. Пойдем, Паша, в кабинеты и будем ждать звонка. И, скорее всего, первой мне об окончании своей мисси сообщит Катюшка. От нее и узнаем имя последнего. -Я дежурного перед отъездом предупреждал, чтобы звонил мне на мой мобильный. Думаю, что пока еще просто ничего не произошло, потому и молчание. Он в курсе, что мы на выезде. Чувствовалось во взглядах расходящихся рабочих и служащих легкое сожаление и досада. Вечно все самое интересное происходит или в их отсутствие, или в том месте, где их нет. В кои времена хотелось воочию понаблюдать за этим мистическим явлением, и такой облом случился. Собрались покинуть территорию и следователи, слегка обескураженные таким просчетом и немного уязвленные этой нечаянной ошибкой. Не повезло, и это факт. А Павел вообще не знал, какими словами теперь оправдать свою дезинформацию. Ну, информаторы, хороши субчики, такую лажу ему спустили. Отчитает их по полной программе. Не сегодня, не сейчас, именно в эту минуту ему хотелось бегом бежать от такого позора. Поняв, что опасность миновала и, что вполне вероятно, эти мстители слегка опростоволосились, с легким восторгом и облегчением возвращался в цех и Алексей Белов. Почему и отчего, но ему казалось, что эти детки о нем и знать не должны. Ладно, водители автобусов и маршруток, те постоянно у всех на виду. А он вечно, как говорится, в масле и в мазуте. Его друзья не всегда узнают до душа. Работа грязная, такой факт отрицать бессмысленно. Однако в характере Алексея еще имеется такой малозначимый дефект, о чем гласит народная пословица: «Свинья грязь везде найдет». Ну, вот с ним такое постоянно и происходит. Прилипает к нему любая грязь, как железные опилки к магниту. Вот и на это представление он вышел весь в грязных масляных подтеках и пятнах. А чего по этому поводу заморачиваться с этой чистотой, если в цеху имеется душ и раздевалка, где он легко сменит рабочую робу на будничный повседневный костюм. Разумеется, сразу после душа переоденется. -А ты, Леша, зря так расслабился, поторопился, покинуть двор. Мы еще с тобой не успели пообщаться и обговорить детали контакта, - внезапно детский голосок разорвал этот монотонный гул расходящейся толпы. И прозвучал он сейчас, словно хлесткий выстрел в лесу, разлетаясь по всему АТП и возвращаясь эхом. Толпа замерла в замешательстве, и медленно, словно пугаясь лицезреть автора голоса, разворачивался в сторону источника крика. На крыше ремонтного бокса, в сторону которого дефилировал успокоившийся и расслабившийся умиротворенный и удовлетворенный Алексей Белов, в душе посмеявшийся над ошибками этих злых деток. -И зря ты так ошибочно о нас подумал, Леша! – продолжала кричать девчонка, посмеиваясь над ошарашенным Беловым. Услышав ее звонкий голосок, народ спешно возвращался из помещений на двор АТП, и Алексей, внезапно леденящим ужасом осознав явившуюся расплату, резко развернулся в сторону бокса, задирая голову на крышу. И внезапно, запутавшись в собственных ногах, он упал на землю и на четвереньках торопливо пополз в сторону 2,5 метрового забора, словно там его ожидало спасение. Он пытался несколько раз обрести вертикальное положение, но парализованные обмякшие ноги не желали держать его, и он вновь и вновь шлепался на землю, продолжая уползать. И такое его состояние даже смешило, но смеяться никто не мог, поскольку сильно потрясло это ее внезапное появление с братишкой. -Если ты испачкал в мазуте всю свою поганую рожу, то вовсе не означает, что стал слишком неузнаваемым. Мы не по морде лица, мы по сути твоей узнаем в твоем силуэте Алексея Белова. А вы зря так решили, - она обратилась к зрителям, присутствующим во дворе АТП, - что ваше присутствие способно нас отпугнуть и нарушить обещанное. Никто вам не называл точное время. Просто в обед, а оно, это обеденное время еще не закончилось. Вот мы и появились, чтобы отомстить последнему убийце наших родителей. Точно в такое время, как и обещали. -Мать честная! – чертыхнулся главный механик. – Да клянусь всеми святыми – это они. Это и есть - дети Копылова, - лепетал он Вячеславу с Павлом, стоявших рядом с ним, и аналогично глазеющих на детей. – Эй, - вдруг крикнул он в сторону детей. – Вот, рядом со мной следователи. Катюша, Миша, может, не надо мстить, он уже и без этого получил свою порцию страха. Не нужно никаких мщений, пусть лучше его арестуют и посадят вместе с теми, остальными. Катя, достаточно мести. Дети, молча, выслушали просьбу главного механика и вдруг совершили нечто настолько неординарное и ужасное, как посчитали присутствующие и наблюдающие за происходящим, что у зрителей едва сердце не остановилось. Дети, взявшись за руки, прыгнули вниз с крыши ремонтного бокса на бетон, которым была устлана площадь возле всех боксов. Толпа испуганно вскрикнула, поскольку без последствий для таких маленьких детей, да и для взрослых аналогично, полет с пятиметровой высоты не может завершиться. Если не убьешься насмерть, так покалечишься однозначно. Однако Катя и Миша, словно сошли со ступеньки, после приземления, не отпуская рук, двинулись в сторону Белова, который успел доползти до забора и с помощью этой опоры встать наконец-то на ноги, приняв вертикальное положение. -И что, не надо, дядя Сережа? – крикнула Катюша, развернувшись лицом к главному механику и Вячеславу с Павлом. – Почему это, не надо, если им было позволено, своими свинцовыми дубинками бить по нашим родителям, по папе с мамой? А мы теперь должны проявить к ним некое сочувствие? Вы считаете, что ему достаточно страху? Нет, мы отлично знаем и понимаем, что вы переживаете за Катю с Мишей, за их души. Так мы вам сейчас официально объявляем, а Назаров с Сычевым подтвердят наши слова. Мы – не они. Мы – их Ангелы-мстители. А настоящие Катя и Миша находятся там, где им и положено быть. Она в школе, а он в садике. Поэтому мы громко и публично говорим всем вам: - надо, очень надо, Кате с Мишей надо, потому что в их сердечках эта боль потери родителей, потому что в их мыслях такие желания мщения. А мы, как Ангелы, обязаны исполнить, привести приговор в исполнение. Пусть и этот последний испытает настоящую боль. Толпа слушала девчонку, затаив дыхание, и боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть видение. Они ей верили, понимая, что обычные дети не могут просто по самой сути быть такими отчаянными, смелыми и настолько сильными. -Леша, а ты даже не пытайся укрыться за этим забором. Понимаем, силы молодого тела позволят тебе преодолеть эти 2,5 метра бетона. Однако на той стороне мы тебя встретим. Ничего у тебя не получится, получай и ты свою заслуженную боль. Багира, приступай! – внезапно скомандовала громко и грозно девчонка, поднимая вверх правую руку. И в этот миг случилось просто невероятное, повергшее публику в шок, парализовав ее окончательно. На крыше того же ремонтного бокса, с которого спрыгнули дети, появилась огромная черная пантера, героиня известной сказки Киплинга «Маугли». Она грациозно продефилировала по краю крыши, выгнула спину и, показав свои острые зубы, оттолкнувшись от крыши, словно планер пролетела над землей, мягко приземлившись почти рядом с детьми. Но, не задерживаясь и не дожидаясь новой команды, поскольку таковая от хозяйки уже поступила, плавными шагами хищница направилась в сторону Белова, который от самого вида зверя уже был на грани обморока. Однако потеря сознания, о которой он сильно мечтал в этот миг, не наступила. Вместо нее случился энурез, выразившийся в мокром пятне на брюках, что вызвало нервный смешок у зрителей. -Да эта зверюга сейчас сожрет его с потрохами. И даже не подавится. Сделайте что-нибудь, - попросила одна из женщин, обращаясь к Вячеславу и Павлу, поскольку народ уже знал причину их присутствия. – Неужели позволите ей сейчас на глазах у всего народа его растерзать? -А вы, тетенька, так не переживайте за него, - услышав просьбу женщины, крикнул в ее сторону мальчишка. – Мы убивать никого не собираемся. Наша мстя коварна и жестока, но через боль. А следователь потом им сам займется. Багира, давай, не тяни, - крикнул он. И пантера, подойдя вплотную к Белову, плавным движением лапы приложилась к телу Алексея, отчего он, пролетев над землей метра три, грубо шлепнулся на землю и дико заскулил, вращаясь, словно юла. А зверь, проследив за полетом жертвы, направился вновь к нему, чтобы повторить свой смертельный удар, но вскрик девчонки остановил ее намерения: -Довольно, Багира, возвращайся на место. И послушный зверь, разбежавшись по площади, взмыв над землей, оказался на крыше бокса буквально за считанные доли секунд и исчез из вида. -Все, Миша, мы свою миссию завершили. А ты, - обратилась она к воющему Белову, стараясь перекричать его стоны, - даже не смей изворачиваться и пытаться оправдаться. Иначе, мы возвратимся, и тогда наша Багира не будет столь щадящей. Вячеслав, Павел, можете забирать последнего и вести с ним диалог. Да, и все остальные уже проснулись и с нетерпением дожидаются вашего прихода. Они аналогично предупреждены нами, и, поверьте нам, даже не планируют попыток, на смягчение совей вины. Нам Миша, не стоит следовать примеру Багиры, мы покинем этот театр через центральные ворота. Всем спасибо за внимание, и прощайте. И они, все также, держась за руки, молча, и под молчаливые взгляды зрителей шли в сторону проходной. Никто даже не пытался их задержать, задавать вопросы. Дети прощались с ними, исполнив свой долг до конца. Дети играли во дворе в юных мстителей. И основными консультантами выступали в этой игре Миша и Катя. Со знанием дела, с пониманием сути игры они советовали детворе, подсказывали, и никто, даже из старших, не смел, перчить или не соглашаться. Не было ни у кого на это прав. Ведь это их личные Ангелы вершили возмездие настоящим бандитам-убийцам. Был суд, который всех шестерых осудил на пожизненные сроки. Обвиняемые, напуганные предупреждением мстителей, даже не пытались хоть какими-либо эпизодами смягчить свою вину, некими оправданиями облегчить участь. Слишком памятной оказалась та боль, что причинили им детки. И страшно было их обещание, вернуться и повторить, если посмеют хотя бы половинкой слова отрицать свои злые деяния. А потому, как на исповеди, с максимальными подробностями описывали они свои похождения, даже не пытаясь укрыть малозначимые детали. Назаров и Сычев не успевали записывать за ними их повествования. Но суд не желал учитывать откровения за смягчающие обстоятельства. Ведь весь город знал, десятки свидетелей слышали угрозы мстителей. А потому, не добровольно и не раскаявшись, признавались обвиняемые. Слишком много крови оставила банда за свою короткую деятельность. И суд учитывал лишь их преступные деяния, определив высшую меру наказания всем шестерым. И весь город согласился с таким решением суда. Город еще много дней обсуждал эти сенсационные события, освещала их и областная пресса, центральное телевидение. Правда, в мистику и в этих юных мстителей телезрители не особо верили за пределами городка, приписывая эти похождения Миши и Кати фантазиям журналистов. Было что-то, происходили некие фантастические эпизоды. Так их расписали и разрисовали любители фантастики. Назаров заходил пару раз в гости к Копыловым, пытаясь, кое-какие детали выведать у детей. Но они чистосердечно признавались, что сны с приключениями у них закончились, оставив самих в неведении. А о чем можно говорить, долго и о серьезных делах с детьми такого малого возраста? И Назаров с Сычевым, молча и без оглашения, а между собой, приняли версию, высказанную в процессе последнего акта мщения девчонкой об Ангелах-мстителях, которые для этих целей приняли облик детей. Да, звучит нелепо и слишком экстравагантно, однако они не планируют эту версию обнародовать, а потихоньку и между собой, почему бы и не обмусолить. Прошло время, утихли страсти. И сами герои уже стали забывать эту историю. Не может детский мозг даже такие яркие события долго помнить без подпитки напоминаниями. Оттого, кроме, как игры в юных мстителей, ничего в их детской головке не осталось от тех приключений. -Вот, даже самому интересно бы узнать, - как-то вечерком в конце рабочего дня, а он закончился, поскольку спешных дел не наблюдалось на горизонте, с долей сожаления произнес Вячеслав Павлу, - настоящую правду, истину об этих мстителях. Однако, как понимаю, нам ее никто не планирует доносить. Так и уйдет в небытие неопознанной. Жаль и даже очень. -Слава, - иронично хмыкнул Павел. – Непознанной она остается для нас, ты хотел уточнить? Однако наличие субъекта, владеющего этой тайной, ты отрицать не будешь. А нам они, или он, как тебе будет угодно, просто не пожелает доложить, довести до наших соображений. Но я не считаю себя ущербным по такому мелочному поводу. Не хотят, и не надо. Стало быть, не нашего ума сие дело. -С этим я согласен, - без лишних эмоций, не высказывая обид в адрес неведомых хранителей тайны, признался Вячеслав. – Это мое внутренне любопытство просто желает высказать протест. А размышляя логически, так я с ним ко всему еще и солидарен. Слишком экстравагантна история, чтобы ее доводить до наших ушей. Но средство эффективное. В преступном мире переполох, а в наших делах временное затишье. Недолгое, поскольку тот мир, за которым мы охотимся, без своих деяний существовать не может. А кто же согласится на добровольную смерть? – добавил, Вячеслав весело хихикая. – А такая профилактическая деятельность мстителей сильно снижает процент нашей занятости. Думаю, что среди криминала возникли и сомневающиеся в правильности выбора жизненной стези. Появились, как мне кажется, среди них и отступники, пожелавшие покинуть бандитские сообщества. Слишком уж эффектно отработали наши дети. -Сам бы задумался от таких профилактик, - согласился Павел. – Ну, и хорошо, хоть какое-то время расслабимся и позволим себе уделить больше внимания жене и детям, вспомним о семейных обязанностях. -Моя уже намекает, что примелькался, мол, надоедать своими частыми появлениями начал. Друзья весело похохотали над комичной ситуацией и решили расходиться по домам, где семьи уже и привыкать стали к их своевременному возвращению. Однако телефонный звонок аппарата на служебном столе остановил и удивил. Неужели накаркали покой и тишину? -Сглазили, - сплюнул Павел, однако абсолютно не разочаровываясь. – Гарантирую, что зовет нас труба к какому-то делу. -Я вас слушаю, - ответил на звонок Вячеслав, включая громкую связь для Павла, чтобы не повторяться. -Здравствуйте, Вячеслав. Догадываюсь, что и Павел рядом. Ну, и славненько. Скажу все, что запланировал, а потом можете задавать вопросы. Поскольку в гости с пустыми руками не ходят, то предлагаю, точнее, рекомендую приобрести торт, конфеты и фрукты. Коньяк, вино и лимонад принесу с собой я. Через полчаса встречаемся в квартире Копыловых, пообщаемся. И вам хочется, насколько я осведомлен, и сам желаю покаяться. Раньше надо бы было, да отбывал срок в лазарете, исцелялся от внезапного вредного вируса. Говорящий на том конце провода вдруг примолк, словно все сказал, и Вячеслав поспешил с вопросами: -А вы представиться не желаете? -Для того и звоню, чтобы назвать себя и пояснить причины своего явления в мир ваш. Но чего повторяться? Там, у Копыловых и раскроюсь. А чтобы у вас не возникало желаний, проигнорировать мое приглашение, хочу лишь намекнуть, что разговор будет о юных мстителях. И отключился, словно возражений не принимает. А Павел с Вячеславом ошалело переглянулись и грубо шлепнулись в кресла, будто ноги не пожелали их держать в вертикальном положении. -Ты понял? – через пару минут молчания спросил Павел. – Это то, о чем ты думаешь, или я ошибаюсь? -Нет, по-моему, не ошибаешься. Но что-то мне усиленно намекает, что идти мы просто обязаны. Кто-то пожелал нам поведать правду об этих детях-мстителях, а мы и сами мечтали только что ее познать. -Ты так считаешь? А не может быть это шуткой или злым розыгрышем? Как бы ни оказаться в дураках. -Мне так не кажется. Фишки не просматриваю в этом разговоре. Разыграли бы по-иному. Ну, по логике, так мы ничего не проигрываем по любому. Навестим своих подопечных, чайку попьем с тортиком и конфетами, как он и просил нас прикупить. Спиртное, как я понял, он сам решил принести по своему вкусу. А ежели не явится, так запишем, как визит вежливости. Павел согласился и на всякий случай проверил наличность в кошельке. Приемлемо для сладостей. Вячеслав подтвердил прогноз своего счета. На торт с конфетами и фруктами у них есть, а потому можно и навестить Копыловых. И пусть за звонившим останется розыгрыш, хотя глупей шутки и не придумать, так они с удовольствием пообщаются с детьми. И расспросят их обо всех событиях последних дней, что не виделись. Да и просто так можно предаться воспоминаниям. Понравились им Катюша с Мишей. Да, слишком малы они пока, чтобы долго горевать по поводу внезапного сиротства. Однако их отношение к дедушке и бабушке вызывало у Вячеслава восхищение. Даже сами старики в отсутствии детей хвалились поведением внуков и их доброжелательности и чуткости. Появление на пороге квартиры Копыловых Павла и Вячеслава вовсе и не удивило хозяев, поскольку следователи не раз навещали их после суда, когда дело уже, вроде как, и завершилось осуждением убийц. Лишь слегка вызвало непонимание этих сладких подарков к чайному столику. Но, выразив радость и доброжелательность, Копыловы пригласили Павла и Вячеслава в квартиру. Надежда намекнула Анатолию, что тому не мешало бы сбегать в магазин, на что Вячеслав, слегка удивленный, спросил: -А вы в гости никого не ждете? -Нет, - решительно ответила Надежда, слегка обескураженная таким вопросом. – Вроде как, никто не планировал явление без предупреждения. Ну, вот вы пришли, а так, никого не ждем. -Ну, и ладно, только, Анатолий, никуда идти не нужно, - попросил Вячеслав, намекая на сладкий стол без спиртного. – Посидим, чайком побалуемся. Может, дети нам чего-нибудь расскажут. -Не думаю, что у них есть для вас новости, они нам давно бы все рассказали. Да и Катюша позвонила бы вам, - предположила Надежда и ушла на кухню, чтобы заняться там чаем. -Облом полнейший, - шепнул Вячеслав Павлу, усаживаясь на диванчике за журнальный столик, используемый для чаепития и малочисленных застолий. – Пошутил некто грубо и бестактно. Вот узнаю автора этого розыгрыша, так по шеям накостыляю грубо и жестоко. Не успела Надежда расставить блюдца для торта и чашки для чая, как прозвенел дверной звонок, извещающий о явлении еще одного гостя. -Нее, - сразу же отреклась от таких предположений Надежда. – Скорее всего, соседка по делам или пустякам заглянула. Однако в комнату она вошла с молодым человеком с легкой трехдневной небритостью на лице, что модна сейчас у молодежи. И с пластиковым пакетом в руках. Молодой человек окинул взглядом застолье, весело подмигнул Катюше с Мишей и спросил разрешения, присоединиться к застолью, составить компанию в их чаепитии. Затем достал из пакета целый набор бутылок: две с коньяком, сухое вино и большую бутылку лимонада. -Вы не возражаете против таких гостей? -Мы не против, - произнес слегка шокированный Анатолий. – Однако мы не возражали бы и против знакомства. Хотелось бы понять, каким ветром вас сюда занесло, и что вы пожелали у нас здесь делать? -Ах, да! – словно опомнился незнакомец и поспешил исправить оплошность. – Ангел. Имя у меня такое. Ну, а всех вас я слишком хорошо знаю. Даже намного лучше, чем вы сами о себе. И еще сразу же хочется внести предложение касательно обращений друг к другу. Давайте на «ты» и без церемоний. Я так больше люблю. А возраст мой обманчив. В этой компании я самый старший. -Ой, так вы…? -Мы перешли на «ты». -Так ты и есть наш Ангел-хранитель, да? – задорно и весело спросила и констатировала факт Катюша. -Не совсем, - согласился и поправил Ангел. – Да, немножко хранитель, а больше мститель. Вот, дети мои, пришел к вам с исповедью и чистосердечным признанием. Примете, выслушаете? -Так это ты мстил за наших папу и маму, да? – спросила Катюша, и ее губки слегка задрожали. -Да, мои милые, - Ангел сел между детьми и нежно двумя руками прижал их голову к себе. – Простите, что не сумел спасти ваших родителей, но вовсе не потому, что не пожелал. Я ведь не спасатель, да и у них был свой Ангел. Но, когда Денис Яшнин направился к вашей комнате, чтобы убить вас, вот тогда я почувствовал угрозу вашей жизни, и вмешался в его желания. Я решил просто не пускать его к вам, и запутал в коврике возле дверей. А когда он попытался встать, швырнул его с лестницы. Мне вдруг не захотелось просто и банально исполнить свои обязанности, предписанные программой и параграфами, и потому я вмешался в естественный ход развития событий. Нельзя мне было это делать, поскольку факт вмешательства является нарушением. Однако Следящий позволяет иногда нам такие вот отступления, если мы оберегаем избранных. А вы, мои Миша и Катя, избранные мною, потому и не позволил я бандитам причинить вам смерть. А когда вы на могилке родителей поклялись отомстить убийцам, произошла небольшая накладка, толкнувшая меня на дальнейшие противоправные деяния, что нарушили все инструкции и правила. -Позволь, - наконец-то сумел придти в себя, опомниться и попытаться трезво оценить гостя, Вячеслав. – Мстили дети, а ты нам утверждаешь, вернее, пытаешься говорить, что это была твоей миссией? -Ну, разумеется, творил возмездие я. Никто, даже больной Ангел не посмеет в таких противоправных деяниях задействовать малолетних детей. Однако вслух озвучили свои желания Миша с Катей. Можно было бы этих уродов физически истребить, были варианты, просто сдать в руки правосудия. Однако Катюша с Мишей, а я правильно рассуждаю, так, дети? пожелали отомстить жестоко и коварно. Мой статус в этом мире не позволяет такие деяния. Они даже под жестким запретом. Но в этот миг я подцепил вирус. Ну, вы с компьютерами знаком, и великолепно представляете, о чем я говорю. Вирусы они везде и всюду. И всегда присутствуют в нашем окружении. Однако любой компьютер имеет антивирусную защиту, которая его мгновенно вычисляет и ликвидирует. Аналогично происходит и с нами. И я легко справился бы с ним, если бы не эти громкие обещания детей. И я, пожелав уже спасти их от гибели и решив оставить за собой право защиты и оберега, захотел исполнить искренние и шедшие от сердца пожелания наказания преступников. Не смерть, на что в тот миг я был способен, а избиение с последующей отправкой в тюрьму. Так решили они, - Ангел указал пальцем на Мишу с Катей. – И я приступил к возмездию, приняв образ детей. Да, решил творить театрально, публично и эффектно. А чтобы у этих уродов при виде любого ребенка штаны намокали. Ну, думал вернуться к вирусу позднее, а вот не успел, слишком запустил болезнь. И настолько, что потерял способность к самостоятельному исцелению. Однако разум пока не терял, а потому сам обратился к Следящему, который и отправил меня в наш лазарет на очистку, корректировку и обновление программы, сильно подпорченной болезнью. Да, я и есть – обычный компьютер, а если точнее, то компьютерная система с определенной программой, функциями и параграфами. Да вот создателю, как и сама природа, поступает аналогично со своими подопечными, понадобилось наделять нас, то есть, меня и других Ангелов высоким интеллектом. То есть, с многократным запасом энергии. Ну, а теперь я разъясню вам более подробно, поскольку понимаю, что из этих моих речей вам мало чего понятно. Или еще больше путаницы вышло. Немного о мироздании. Мир состоит из бесконечной спирали параллельных идентичных миров, двигающейся снизу вверх. Пояснять вам суть параллельных миров считаю необязательным. Кое-какие знания вы почерпнули из литературы, и фантасты мало в чем ошибаются. Разница с литературой лишь во временном изменении. Фактически миры перемещаются из прошлого в будущее. По спирали вниз мы попадаем в прошлое, вверх – в будущее. И в каждом мире имеется Следящий, который контролирует нас, корректирует и исправляет нарушения, сравнивая нижние миры с верхними, чтобы в развитии не случались отклонения. А они происходят обычно именно по нашей личной вине, по причинам нашего мелкого хулиганства, вмешательства в судьбы людей, находящихся под нашей опекой. Вот Миша и Катя, которые являются моими подопечными, согласна графика развития истории, должны были погибнуть от рук бандитов. Но они не просто мои подопечные, но еще и мои избранные. И таких, как они, из многих миллионов всего набирается несколько десятков. Не более. Почему я отношу ваших внуков к числу избранных? Признаюсь, они не простые дети, они уникальные по всем человеческим показателям. И эта уникальность видна пока еще по их чуткому доброжелательному отношению к родным и к окружению. Но очень скоро отразится в их высоком уровне интеллекта, эрудиции и прочих составляющих вундеркинда. Попомните мои прогнозы, именно так оно и случится, как происходит с теми, кого я включил в числа избранных. Тем более, что в числе избранных и под моей личной опекой они будут оставаться до конца своей жизни. Именно окончания, а не внезапного вмешательства чьих-либо злых сил, включая и человеческого вируса. А теперь немного о себе, чтобы вам понятна, стала моя природа. Я являюсь Переносчиком ПЛИКа. Это – полный личный индивидуальный код человека, коим обладает всякий разумный субъект. И он вечный. Его нельзя, просто физически невозможно уничтожить, убить, стереть. Временное в этой жизни лишь тело, являющееся носителем ПЛИКа. А сам ПЛИК определяет индивидуальность личности. Моя основная программа, то есть, мои основные профессиональные обязанности – принять ПЛИК из тела, умершего в соседнем нижнем мире и поместить его в тело новорожденного в моем мире. А ПЛИК умершего в моем мире я передаю Переносчику в верхний, который поступает аналогично с ним. Однако это не чисто механический перенос. Мы обязаны просканировать его, не допуская даже вероятности гибели подопечного по причине вмешательства в жизнь самих Переносчиков. О таких нарушениях мы моментально извещаем Следящего, который изолирует нарушителя в лазарет и производит с ним манипуляции, аналогичные, что проделал и со мной. Мы, к вашему сведению, тоже вечные и бесконечно живые. Нас нельзя уничтожить даже за серьезные нарушения. Такое неподвластно даже Следящему. Но живем мы памятью своих подопечных. То есть, в пределах века, но вечно, продолжая жить с новыми субъектами. Вот и все, что мне хотелось вам рассказать. Можно, разумеется, задавать вопросы, да только не на все я вам буду отвечать. В принципе, главное вы уже узнали, а лишние знания вам ни к чему. Они вам ничем помочь не могут и не пригодятся. -Ангел, - решилась спросить Катюша. – Так наша мама с папой теперь в другом мире живут, да? они не умерли? -Разумеется, мои милые, смерти для человека, как таковой, нет, он просто меняет оболочку. -А мы не сможем с ними встретиться, поговорить? -Нет, это невозможно, да и вовсе ненужно. Достаточно такого знания, что ваши родители продолжают жить, а точнее, начинают новую жизнь, чтобы успокоиться сердцем и душой. А я с вами, милая Катюша и мой друг Миша, вовсе и не прощаюсь. И говорю: до свидания. Ну, а вот остальным скажу: прощайте. Теперь, надеюсь, ломать голову над тайной юных мстителей вам не придется. -Над тобой и над твоей тайной – не меньшая головная боль, - весело сыронизировал Вячеслав. – Но, спасибо, что пожелал открыться. Ты прав, этот эпизод в нашей деятельности запомнится надолго. И не только нам, хотя, благодаря тебе тайна раскрылась, но и всему городу. Ему еще придется поломать голову. И Ангел ушел, оставив их в размышлениях, но и в понимании, что мистика теперь имеет объяснение.

© Copyright: Владимир Гришкевич, 2015

Регистрационный номер №0263847

от 8 января 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0263847 выдан для произведения: ВОЛЬДЕМАР ГРИЛЕЛАВИ Юные мстители Фантастическая мелодрама Зачем и кому нужен ежедневный труд на производстве, ежели за одну ночь можно взять столько, сколько и за год в кассе предприятия не выдадут. И они решились испытать себя, позарившись на чужое. И все, словно пылесосом или водоворотом засосало. Но не смертельным предупреждением, а страстью владения суммами, несовместимыми с теми, что держали в руках до этого мига. Желание перебороло разум и совесть. И они не останавливались ради денег ни перед чем, грабили и убивали, чтобы не оставались в живых свидетели их падения. И вдруг на их пути встали некие слишком маленькие, но жестокие мстители, появление которых не сумели объяснить даже опытные следователи, идущие по пятам преступников. 1 Женщины накрывали стол, а мужчины курили на балконе. Были еще и дети. Двое маленьких, которые закрылись в детской и, усевшись на кроватке, обсуждали поступок родителей. Они не осуждали, они не восторгались им, а просто констатировали случившийся факт. Эта детская комнатка с этого мига переставала быть их личной. А двое почти взрослых, которые, как раз с сегодняшнего дня становились хозяевами этих апартаментов, сидя в беседке во дворе этого дома, курили, косо поглядывая на входную дверь, контролируя перемещение родителей, поскольку пока еще никто не разрешал им это взрослое вредное баловство. Разумеется, детскую комнатку, в которой сидела малышня, займет кто-нибудь один из них, а кто, так пока не решили. Оба они уже почти взрослые, да еще брат с сестрой. Негоже таким большим в одной комнатке жить. Однако в этом большом доме комнат много, всем хватит, и даже не по одной, коль возникнет такое желание. Это восьмилетняя Катя и пятилетний Миша проживали в детской вместе. Катя уже не раз намекала родителям, что хотела бы иметь свою личную комнату, отдельную, поскольку желала, чтобы ее игрушки не использовал для игры братик, которому пока все равно, с чем и с кем играть. Однако родители просили пока не торопиться с отделением от братика. Он еще слишком мал, и спать в одиночестве боится. Да в туалет посреди ночи часто просится. Ну, не в родительскую спальню его переводить? Потому старшая сестричка пока в няньках и числится, довольно-таки исправно исполняя свою роль. И сопли подотрет, и в туалет ночью отведет, и водичкой напоит, коль тот попросит. Но Катя не возражала против своей роли. Она старшая, почти взрослая, а братик у нее послушный и абсолютно не возражает и не противится ее командам. Так живется надежней и уютней, да и веселей с сестричкой. А почему происходит такая пересмена? Так мама с папой продали этот большой и уютный дом. Слишком он велик для столь немногочисленной семьи. Хотя, признаваясь себе, не в этом основная причина. Частный дом требует ухода, крупных затрат и отнимает много личного времени. А если все делать самому, так придется нанимать со стороны шабашников, что совершенно не под силу в финансовом плане главному инженеру АТП, кем и работает бывший, то есть, с сегодняшнего дня бывший хозяин апартаментов Копылов Николай Анатольевич 35 лет отроду. И супруга Ольга возражала против владения этих огромных хором. Она желает ходить на свою работу, строить карьеру, бегать по городским магазинам и пользоваться прочими благами цивилизации. Хоть в их не столь большом городке Орленовске особо и не разгуляешься, но имеется кинотеатр, в котором постоянно демонстрируются последние новинки кино, и клубы, где частенько выступают заезжие артисты. Да и рестораны, кафе на каждом углу, куда можно вечерком заглянуть. Молодая она еще, чтобы свою жизнь в селе губить. Ну, не село, однако за городом. Дом достался им от ее родителей. Погибли они оба и одновременно в автомобильной катастрофе. Вот и переехали они вчетвером, то есть, своей семьей в этот дом. А до этого момента проживали в трехкомнатной квартире с родителями мужа. И потому первые два года дом им показался раем. Но, окинув взглядом двухэтажный особняк с 18 сотками огорода, Ольга, прочувствовав тяжесть сельского труда и хлопот по дому, предложила мужу, продать его, а на эту сумму купить хорошую квартиру в центре города. Однако когда риелтор назвал сумму цены этой усадьбы, Николай поспешно согласился. 15 миллионов. Да за такие деньги можно, как минимум, 10 двухкомнатных квартир в их небольшом городке приобрести. -Купим три, - азартно воскликнула Ольга. – В одной трех-четырех комнатной будем сами жить, а две сдавать. Остальные деньги положим на депозитный счет, и пусть растут прибыли. -Оля, а вот зачем нам столько квартир? – удивлялся планам жены супруг. – Пусть все деньги на депозите лежат. -Ой, Коля! – не желала сдаваться супруга. – Сын с дочкой растут. А недвижимость, если ты успел заметить такую тенденцию, в цене лишь растет. И, я так думаю, падение цен вряд ли произойдет. Вот путь они и дожидаются взросления детей. Сам не успеешь оглянуться, как вырастут и переженятся. Николай не собирался спорить с женой. Он и сам понимал, что дом – слишком хлопотное хозяйство. Хотя о женитьбе детей думать еще даже слишком рано, но вложение в недвижимость – дело надежное. Даже в случае, чего и в мысли допускать не хотелось, дефолта, кризиса или еще какой-нибудь сумасшедшей выдумки правительства с обесцениванием денег, квартиры останутся квартирами с их той ценой, какая будет на черный день. Семья бизнесмена быстро откликнулась на их объявление. Да почти сразу, если быть точным. Утром вышла местная газета, в которую и отнесла Ольга объявление о желании продать дом, а к обеду же прозвучал этот звонок с предложениями. Кроме желания у них еще и деньги имелись. Евгений, глава семейства и владелец фирмы «Транспортные услуги», жадно рассматривая горящими глазами дом и участок, вслух оглашал свои планы на реконструкцию и строительство. Он уже подсчитывал расходы и радовался предстоящим обновлениям. Слушая эти восторги и счастливые восклицания, Ольга уже слегка жалела, что с ценой сплоховала. Этот денежный мешок согласился бы и на цифре 20, даже не торгуясь. Но уже успели обговорить все нюансы, и обратного пути нет. Им и 15 за глаза хватало. Хоть муж хорошо зарабатывал, да и у нее оклад не маленький, однако о таких суммах им даже мечтать не приходилось. Еще при жизни родителей им предлагали всего лишь 5 миллионов за этот дом. Однако родители, считавшие себя еще нестарыми, категорически не соглашались. -Вы с внуками, куда потом приедете? – как веский аргумент против продажи, высказывалась мать. И это правда. Все лето дети проводили у бабки с дедом. И речка рядом, и лес сразу за поселком. Да и в огороде все свежее и натуральное: и овощи, и фрукты. Отец, как ушел на пенсию, так всего себя и посвятил земле, словно родился крестьянином, бросив работу в городе. Ну, а новые хозяева моментально от огорода и прочих сельских планов открестились. Им проще и легче продукты купить у соседей, чем самим в огороде возиться. Оба деловые и слишком занятые. Чего не сказать о детях, 17-ней Милане и 15-летнем Тимофее. Миланке проще, она школу окончила, и сейчас планирует отъезд в столицу. В университет уже поступила. А вот Тимофею жизнь в селе была не по душе. Но не страшно. Отец обещал, если 9 классов без троек окончит, купит автомобиль. И Тимофей выложился по полной ради такого подарка. Всего одна четверка, а остальные сплошные «отлично». Вот на днях и поедет с ним в автосалон. Сам-то он уже присмотрел себе автомобиль, как говорится, застолбил, осталось намекнуть родителю, чтобы у того именно на него и захотелось раскошелиться. А что, имеет право выбора, поскольку табель хоть на доску почета вешай. Ну, а через два года уедет к Милане, вернее, в столицу, в Университет. Аналогично ударно постарается, и вмиг поступит. Ему уже самому нравился результат стараний. -Хороший дом, да и участок приличный! – продолжал восхищаться покупкой Евгений Шевченко. – Именно о таком мечтал, считаю, что вложения у меня получились рентабельными. Правда, сюда еще придется вложиться не меньше, чем сама покупка обошлась, однако деньги этого стоят. Лет через пять-шесть город, если будет такими темпами двигаться, подтянется и поглотит этот поселок. Вот тогда земля взлетит в цене многократно. А сам хоть не пожалел, что продал? Все-таки, маленькие дети, здесь им просто курортная зона. -И чего я буду жалеть? – иронично усмехнулся Николай, гася сигарету в пепельнице. Его слегка смешила бравада и эти здравицы, восхваляющие покупку, но вслух своего отношения к восторгам он не высказывал. – Сам же говоришь, что в этот дом нужны капитальные вложения, чтобы привести его в порядок и добиться желаемых результатов. Да и угля на зиму не запасешься, съедает весь до весны, постоянно приходится докупать. И топить, топить, топить. Весь в угле, как шахтер. А супруга вообще категорически против сельской жизни. Нет, Женя, это тебе его легко вытянуть и обустроить по собственному вкусу, но не нам. Признаюсь, не бедствуем, жаловаться на бедность грешно. Однако денег и время отнимает эта усадьба порядком. Городские мы по натуре, нам за эти два года хватило хлопот и забот. -А ты прав, хочу с тобой полностью согласиться, - одобрял выбор Николая Евгений, кивая головой. – Дом, а в особенности такой, требует затрат, да притом, очень немалых. Вот, дочь уедет, за ней сын умчит в столицу. Потому мы с супругой и порешили, пока не поздно, третьего родить. Если сын получится, так ему и достанется эта усадьба в наследство. А коль дочь, так все равно, зятя в дом приведет. И под старость присмотрят за нами, помогут скрасить последние годы. -Ну, ты и распланировал на сто лет вперед! – весело расхохотался над его планами Николай. – Курочка в гнезде, яичко…. А он уже решает, кого родить, и как этим чадом распорядиться. Да и старость она для тебя даже на горизонте не просматривается. К тому времени и внуками обзаведешься. -Ой, Коля, сам согласись, что годы летят, как пули у виска свистят. Это тебе кажется, что твои детки пока малые. А заметить не успеешь, как сам внуками угрожать будут. Вот свою дочь отправляю в столицу, а душа не на месте. Уговаривал, чтобы при родителях осталась, дома училась, так нет, свободы хотят нынешние детки. А глянь по объявлениям, сколько филиалов и столичных Университетов, и Питерских? Нет, ее столица манит, мол, там есть, где развернуться. В общем, не удержали мы ее. Посмотрим, как приживется. Если что, за уши возвращу назад. К мужчинам на балкон заглянула супруга Николая Ольга и пригласила их в дом, известив, что их поджидает праздничное застолье. Мол, все расставлено и разложено, пора и приступать к трапезе по случаю удачной сделке, которая даже с высокими качествами пришлась по душе обоим сторона. -А дети где? – спросил Николай, не заметив в комнате, где стоял накрытый яствами стол, дочь с сыном. -Мы детей уже покормили, - отчиталась перед мужем Ольга. – Большие дети ушли во двор, а наши к себе в комнату. -Пока к себе. А если еще точнее, так уже не к себе, - хихикнул Николая, но без иронии и абсолютно без сожаления перед таким фактом. – Продано все. Теперь мы полностью городские жители. -Ну, - усаживаясь за стол, протянул вальяжно и добродушно Евгений, - таковое случится с завтрашнего дня. А сегодня этот дом и ваш, и наш одновременно. Надеюсь, что последнюю ночь проведете в доме, на ночь глядя, не поедете же в город? Да и незачем. Будем сегодня праздновать, пока не устанем. Такую покупку обмыть следует сильно. Правда, Тома? Как тебе наша усадьба? Вот моя супруга, как раз наоборот, только о такой жизни и мечтала. -Хороша! – ответила довольная и счастливая Тамара. – Муж прав, меня всегда к земле тянула, загород, в село, но чтобы рядом с городом. А уж собственный участок казался несбыточным. Нет, не дача, а именно под окном. Такими цветами засажу, что и сама пока не знаю. Но уже что-то представляю. Я вот, как глянула на эти просторы, так уже нечто у меня в голове нарисовалось. -Вот так и получилось, - обнимая супругу за плечи, произнес Евгений. – Вы продали, и ваша городская мечта сбылась. А мы довольны своей сельской участью. Но к зиме, а это я тебе, Томочка, обещаю, все городские удобства создам. А от угольного отопления сразу отказываюсь. -И чем топить собираетесь? Газ, насколько мне известно, года через 3-4 сюда протянут. Дровами? -Нее, электрический котелок установлю. Подстанция рядом, договорюсь с электриками. Я уже подсчитывал, так электроэнергия обходится не дороже угля. А газ подтянут, так переделать несложно будет. А свой кабель тянуть придется. Иначе, как врублю все электроприборы с котелком в месте, так вмиг весь поселок обесточу. Но, сразу оговорюсь, что это для меня наименьшая проблема. Вот так, под рюмочку водки, под бокал вина у женщин, мечтали две семьи о будущем, которое грезилось им гораздо привлекательней прошлого. В бытовом смысле. Ибо сама жизнь у семьи бизнесмена и у семьи главного инженера АТП и до этого мига была обеспеченной. Просто сейчас они каждый в свой статус пристроились, осуществив свои мечты. А потому застолье было веселым, хмельным и беззаботным. Хорошо говорилось, приятно слушалось. И все было расчудесным. Их шестерку сплотило общее дело. Бандитское, криминальное и уголовное. Все три эпитета подходят под характеристику их увлечения. Все шестеро работали в АТП на пролетарских должностях. И как так случилось в первый раз, так и сами с трудом припоминают. Нет, в памяти все детали первого дела отложились, как на картинке. А вот причину четко обрисовать не могут. Молодые парни дружили с самого сопливого детства. Всегда и все время вместе, не расставаясь и не рассориваясь. Затем была армия. У каждого в свое время и разные сроки службы, поскольку последние годы сроки службы менялись. Двое из компании, Дмитрий и Олег были ровесниками, обоим по 28. А Денис, Алексей и Иван младше их на год, два и три соответственно. И Никита самый старший из всей компании. Ему исполнилось 29. Поначалу их дорожки, вроде как, разошлись. Однако один за другим они возвращались из армии на родное предприятие, где вновь продолжали дружбу. Это сейчас службу в армии сделали какой-то год. А им пришлось по два-полтора отбыть в вооруженных силах. Но служба вспоминалась на позитивных тонах. Хулиганистые и балагурные пацаны возвращались в родной город и двор серьезными, солидными и окрепшими мужчинами. И вот в один из вечеров, разогретый на берегу реки «Народным» вином, Иван, как бы, между прочим, вскользь и совершенно несерьезным тоном, намекнул, что некий, слегка знакомый, мужичок продал сегодня в обед почти новый BMW. И по информации, которая достойна внимания и серьезного восприятия, за приличные бабки. Но в банк не отнес, поскольку, по той же информации, достойной веры, буквально на днях, если не сегодня, завтра покупает свежую иномарку. И уже ее приметил, договорился и ждет звонка от продавца, а потому и не побежал в банк. Выпив еще по стакану, друзья вдруг разозлились на зарвавшихся буржуев, что не успевают такие дорогущие иномарки менять. Тут на велосипед не разоришься, сразу ощутишь удар по бюджету, а им лишь бы друг перед другом выпендриваться, красоваться богатством. -Да я на стиральную машинку накопить не могу, а они Джипы и Ауди себе покупают без потуг! – разорялся Дмитрий, выпивая очередной стакан вина. – Да эти гады даже смотреть не будут на такое пойло. -Это наше, родное, ты его не охаивай, - не согласился с такой характеристикой напитка Алексей. -Можно подумать, ты от виски и хорошего коньячка отказался бы, - сыронизировал Денис. - Пьем по бедности, а не по любви. -Не скажи, - продолжал спор Алексей. – Да, не отказался бы, но вино ни на что не променяю. К злости на проклятых буржуев прибавилась идея: а не поделиться ли нам? Думали недолго, поскольку обиды за несправедливое разделение результатов труда, считая свою работу хоть и почетную, но зарплатой обделенную, в недолгих, но горячих спорах довели их до кипения. Алексей предложил заскочить в ближайший магазин и закупить три пары черных женских колготок. -Как раз нам на шесть масок хватит, - хохотнул он, добавляя. – И еще Машке трое трусов получится. -А зачем нам эти маски – Уже даже слишком пьяно кричал Никита. – Если он живет в частном доме, то можно по тихонькому замочить его, и никаких хлопот со свидетелями. Зачем нам лишние заморочки? -Да знаю я его немного, - подсказал Иван, уже согласный с мнениями товарищей. – С двумя нам справиться легче пареной репы. -А твой информатор не заподозрит ничего по этому поводу? – как самый трезвый, спросил Олег. -Так он не мне лично рассказывал, - словно вспоминая подробности получения такой информации, заверил Иван. - Я их случайно слышал, как они обсуждали. Так что, заподозрить он может быстрей того мужика, чем меня. Решили, немного обговорили детали и, решив не откладывать в долгий ящик, пока задор не пропал, дождались темноты, и пошли по указанному адресу. Все у них прошло, даже лучше, чем планировали. На такую удачу и легкость дела они и не рассчитывали. Папаша от страха коньки отбросил сразу же, увидев и поняв причину явления внезапных гостей. А сын лично на блюдечке вынес деньги, умоляя, оставить его в живых, не убивать. Мол, будет нем, как рыба. Однако, поскольку по совету Никиты маски не одевали, то оставлять в живых ни по каким криминальным законам нельзя было. Тем более, что этот мужичок немного знаком был с Иваном, и узнал его сразу. Били его специально заготовленными резиновыми дубинками, залитыми вовнутрь резины свинцом. Хватило бы и одного такого удара по голове, но всем необходимо было нанести свой смертельный удар. Таков закон банды, как они себя назвали сами. Даже разделив добычу на шестерых, получилась настолько приличная сумма, что у всех мгновенно улетучились остатки совести и сожаления. Хотя они до сих пор не обзавелись семьями, однако краденные, точнее, бандитские деньги тратились быстрей заработанных в разы. Нет, совсем без последствий для совести не обошлось. Проснувшись после своего первого, и такого серьезного дела, слегка вздрогнули и содрогнулись от свершившегося. У всех случилось первое в их жизни ограбление с убийством. Это во хмелю алкогольные пары раззадоривали и беспощадно глушили остатки разума и совести. Вернее, это чувство совестью назвать было сложным, поскольку ее остатки растворились в тот миг, когда они решились идти на дело. А это чувство было неким внутренним чутьем и осознанием, что совершают опасное и жестокое преступление. Когда обсуждали, то представлялось в мыслях легким и без проблемным, а потому во хмелю убивали легко и бесшабашно. Однако утром по трезвости в душе холодком и ужасом повеяло, когда отчетливо всплыли эпизоды ночного приключения, и из глубины памяти приходили слова мольбы хозяина. Но, рассматривая пачки денег, восторг и радость убивали, заталкивали эти человеческие чувства глубоко и далеко, чтобы не мешало оно жить в удовольствие. -Пацаны, - вздрагивая и поеживаясь от воспоминаний, но стараясь показаться бравым и бесшабашным, предложил Горячев Иван. – Давайте, все-таки, если случится в следующий раз идти на дело, так маски одевать. Ну, не чулки и не колготки, а настоящие, как у ОМОНА. -Я так понимаю, что тебе понравилось, - нервно хохотнул Никита, сам уже сто раз пожалевший о свершившимся безрассудном и грубом поступке. – Говоришь, словно на поток собираешься поставить. -А Ванька прав на все сто процентов, - без каких-либо намеков на внутренние терзания и переживания, воскликнул Белов Алексей, который, единственный из всей компании, воспринимал события ночи, как веселое приключение. – И по двум пунктам, которые я вам сейчас озвучу. И дело не в чувствах совести и жалости по убиенным. Плевать я на них хотел, поскольку любовью к ним не пылаю. Они у нас эти деньги воруют. Просто такие дела ведутся жестче и напористей. С них требуют раскрытия срочно и немедля. А ежели у вора вырвать из его пасти добычу, которую он сам не совсем честно раздобыл, так не каждый еще и в полицию побежит. Честные граждане заработанное в банке хранят, а не в кубышке. И это уже второй пункт. Предлагаю создать сообщество Робин Гудов. И если грабить, так у богатых воров, которые сами боятся закона, и в полицию не пожалуется. -Если ты в курсе, - подсказал Денис Яшнин, - то Робин Гуд награбленное раздавал бедным. Ты об этом долдонишь? -Нее, - категорично затряс головой Иван, не соглашаясь с такой позицией. – Второй пункт Робина Гуда мы пропустим. Или упростим, - добавил он, немного призадумавшись над решением. – Мы будем раздавать бедным, то есть, самим себе. Я пока себя к богатым причислить не могу. Только, пацаны, давайте к этому дела подойдем по-взрослому. Любая организация… -Банда, - перебил его Дмитрий Буревский. – Давайте называть вещи своими именами. Банда Робин Гудов. -А пусть будет банда, мне все пофиг. Такое определение не оскорбляет и не унижает, - отмахнулся Олег Гончаров. – Не в определениях дело, а в сути. А вся суть в бабках. Вот сейчас, когда у меня в кармане симпатичная стопка бабла, так я сам себя уважать начал. -Вот и хорошо! – продолжил Алексей. – К чему я вас подвожу? Банда, так банда. Но мы, ко всему прочему, объединение друзей. Верных, на это рассчитываю, преданных и деловых. Но, поскольку мы все-таки, группа, а потому нам необходимо выработать некие правила, что-то вроде устава. Я не настаиваю на ограничениях и каких-то параграфах. Однако главаря избрать просто необходимо, чтобы было, у кого и с кого спросить, - заметив некое недовольство в глазах товарищей, Алексей поспешил с разъяснениями: - Не босса, не шефа, а просто старшего, абсолютно не наделяя его никакими полномочиями. -Правильно, - согласился Иван. – Изберем на время, чтобы приглядеться и разобраться. Знаю я, как власть засасывает. Ну, зажрется, так мы сходу его и переизберем. И нечего над собой начальников держать. Вот бригадиром его и назначим. Ну, и кого предложим? -Никита у нас старший по возрасту, вот пусть и будет бригадиром, так правильней и безобидней для всех. Согласны? – спросил Алексей всех, вглядываясь в глаза, чтобы понять их мнение. -За! – немного поразмыслив, один за другим произнесли оставшиеся четверо. – Пусть руководит. И Никита встал с наполненным стаканом водки, а не вина, как позволяли они себе до сих пор до этого кровавого дела, и предложил больше не тост с пожеланиями, а главное правило их банды: -О нашем деле, ни с кем и ни при каких обстоятельствах разговоров не вести. И даже предлагаю, между собой аналогично любые разговоры, кроме того, что касается нас и наших деяний, не вести. Самим себе на пользу пойдет, чтобы не дай бог, какой-нибудь ушастый не подслушал, как это случилось с Иваном. Тут он удачно подслушал. Решено? – и после всеобщего одобрения и выпитого, в момент закусывания, не спеша, добавил: - И еще хочу сказать. В следующих делах будем стараться обходиться без мокрухи. Правильно здесь заметили, не нужны нам лишние заморочки с полицией. Однако не хочу отрицать и такие вероятности. Вора, нахапавшего народного добра, жалеть не собираюсь. Наша личная безопасность и конспирация важней и дороже их дерьмовых жизней. И предлагаю тратить эти легкие деньги без фанатизма, чтобы не вызывать лишних вопросов у соседей и товарищей по работе. -И с этим полностью согласны! – поддержал Никиту Денис. – А то бабки слишком быстро заканчиваются. Я даже богатым не успел себя почувствовать, как моя стопочка тает на глазах. Решили, постановили и водкой закрепили. Дорогой, качественной, поскольку с этого мига дешевое «Народное» вино даже унижало. Следующим делом оказалась проданная квартира. Коммерсант продал двушку, чтобы соответствовать статусу и въехать в двухуровневую пятикомнатную квартиру в престижном районе города. И деньги там были совершенно иные. Вломились в квартиру ночью, когда хозяева спали. Подготовились в этот раз по всем правилам профессионалов: маски, газовые пистолеты, слишком похожие на боевые. Ворвались, хозяина с женой и дочерью связали скотчем. Поначалу хозяин деньги ни в какую не желал отдавать, начиная сочинять сказки об их отсутствии, намекая на счет в банке. Однако наводчик четко дал понять, что вся сумма дома. И, когда пистолет поднесли к виску дочери, быстро вернулась память, и он без промедления указал на тайник, где они и обнаружили тугой пакет. Однако в момент получения из рук хозяина этого пакета с такой крупной даже для бизнесмена суммой, у того все-таки жадность и жалость к потерянным деньгам возобладала над рассудком, и хозяин сорвал маску с лица Алексея Белова, которого неплохо знал в лицо. Не дружили, не соседствовали, но слегка знакомыми оказались. И тогда бригадир Никита дал команду на уничтожение всех свидетелей. Всех троих убивали все теми же дубинками. -Чтобы в следующий раз, - грубо выругался Ильцевич Никита, матеря больше самого себя, чем товарищей, поскольку именно он позволил освободить руки хозяина, посчитав уже его абсолютно безопасным. – Никаких послаблений к жертве. Только язык на время, чтобы указал на тайник. -Да и хрен с ним! – обрадовано кричал Белов, получая из рук бригадира свою долю, намного превышающую первого дела. – В конце концов, мы – Робин Гуды, и объявляем войну буржуям. Вот сам ты за баранкой автобуса много сумел скопить? Сколько уже крутишь? То-то! А эта скотина? Не успел раскрутить дело, как уже с двухкомнатной в пятикомнатную перебираться удумал. Ясно дело – ворюга. И жена, и дочь, все они одного поля ягодка. Мочить и не размышлять. -Я не собираюсь их оплакивать, - жестко и строго проговорил Никита. – Просто не люблю отступать от заранее обговоренного плана. Ведь решено было, договорено, а вот не получилось. Это меня и нервирует. Притом, при всем, слишком грубо и пошло наследили кровью. Мы шли на дело в масках, так и оправдывать нужно их, а не для кривляний надевать. Не на цирк и шли. -Ты, Никита, слегка неправ, - вмешался в спор Олег. – Маски на морде успокаивают хозяев, и дает им шанс на жизнь. Иначе, понимаю свою обреченность, могут и заартачиться. А чего терять-то? -Пусть, и в этом ты даже прав, - согласился Никита. – Я просто не люблю нарушать сценарий. -Ладно, - отмахнулся Иван. – Мы ведь, по сути, ученики пока, а точнее, так практику проходим. Вот, руку набьем, так все дела, как орехи щелкать начнем. Считаю сегодняшнее собрание – работа над ошибками. -Лишь бы такие ошибки не стали последним делом, - сыронизировал Денис. – Постараемся разбирать ошибки до дела. -Кто бы спорил? – согласились все. -Ошибки учтем и постараемся не повторять, - закончил обсуждения прошедшей операции Никита. Сказал, а сам, глядя в глаза подельников, ужаснулся. В их взглядах исчезли человеческие блески. Он в них заметил в данный миг лишь звериный оскал хищника, почувствовавшего запах крови. И теперь ему уже с ними не совладать. Вид денег, больших, халявных и добытых с пьяной легкостью, и вкус крови полностью завладел их разумом. Точнее, безумством. Такой коктейль напрочь лишает чувств и сознания. Они с этого мига будут убивать, уже не обсуждая и не осуждая, словно в смертях увидели конечную цель вылазки. И, как говорило и утверждало большинство членов их банды, мертвый никогда и никому про них не расскажет, и на них не укажет. Он не сумеет описать ночных визитеров. Такие свидетели абсолютно безопасны. С информацией о сделке главного инженера Копылова к Ильцевичу подошел Дмитрий Буревский. Он случайно услышал телефонный разговор Копылова с неким Евгением о купле продажи загородного дома, принадлежащего семье главного инженера. Поняв, что сделка пахнет крупными деньгами, Никита прозондировал по своим каналам, уточнив покупателя и риэлтора, который осуществлял эту финансовую процедуру. Теперь по пятам Копылова и Шевченко, словно ищейки следовали поочередно все члены банды Робин Гудов, собирая по крупинкам информацию, чтобы не прозевать момент, когда у одного из фигурантов, и это не столь важно, у кого конкретно окажется вся сумма. -Да после таких денег, - жарко и страстно восторгался Иван, - можно запросто себе позволить несколько месяцев отдыха. Ну, даже для дела полезно. За такое время все страсти по нашим делам утрясутся, в полиции начнут забывать. А потом, имею такое предложение, и с моими мыслями можно даже согласиться, по другим городам прошвырнуться. У нас простор быстро заканчивается. А если своих бизнесменов с такой скоростью мочить, так их на нас не напасешься. -Сам хоть понял, чего предлагаешь? – с иронией хмыкнул Денис. – Вот кто тебе информацию поставлять будет из чужих городов? Так и засветиться в незнакомой местности легко. -А мы информатора наймем. Шеф, пора пришла расширяться, сферу деятельности разнообразить. -Пора, да не совсем, - не соглашался Алексей с прожектерскими замашками Ивана, замечая в них полное отсутствие здравого смысла. – Ты еще сеть рекламных агентов организуй. Давайте без глупых фантазий. Стоит только посвятить в наши дела посторонних, как о них узнает весь город. -Так нужно дело поставить настолько хитро, чтобы эти информаторы о нас вообще ничего не знали, - горячо отстаивал свою идею Иван. – Ну, кроме как какого-нибудь одного посредника. А я и не предлагаю начинать с завтрашнего дня. Вот после этого дела, когда появятся иные возможности и время на размышления, мы и обсудим мои перспективы. -Орленовск – не Москва, мы с таким успехом очень скоро лишимся клиентов, в чем-то Иван прав, - неожиданно поддержал его Дмитрий. – Да, в своем городе у нас простор быстро закончится. И со сферой деятельности я хочу с ним согласиться. Одними разбоями мы долго не продержимся. -Например? -Инкассаторы, ночные магазины, ну, и нечто подобное, что можно брать без информаторов и наводчиков. -Ну, вы с Иваном, Дима, совсем разошлись! – сыронизировал Никита. – Я понимаю, что в нашем городе нам надолго дел не хватит, да только по вашим планам дерьма наберемся выше крыши. Думаю, что аппетиты хорошо бы придержать, не позволять им над вами верх брать. В разумных пределах. Я имею в виду, притормаживайте запросы, чтобы не привлечь к себе органы. Два-три хороших дела в год – вполне достаточно для души и для тела. А гастролировать, так если не в тюрьму, так местная братва замочит. А уж про инкассаторов и о ночных налетах на магазины лучше забыть. Это смертельно опасно. Даже до тюрьмы не успеем дожить. -Да ради бога! – горячо воскликнул Алексей. – О чем вообще здесь затеяли мы разговор? Да в наших магазинах быстрей испачкаешься, чем наваришь. И сколько в кассе можно взять? Пару-тройку тысяч? Ну, чуть больше. И все! И инкассаторов можно брать лишь по наводке, дожидаясь сумм, стоящих риска. Иначе за мелочевку поймаешь порцию свинца. Обидно будет. Полностью с Никитой согласен. А посему после этого дела провести хорошую подготовку, чтобы не работать экспромтом. С этой сделки можно позволить себе размышления и планирования. Спорили на эту тему спокойно, без азарта и недолго. А чего делить шкуру не убитого медведя и планировать будущее, коль впереди поджидает дело на много миллионов. Пока еще такие цифры им кажутся даже слишком крупными. Не успели разбаловаться запредельными халявными, но кровавыми прибылями. А потому, казалось, что эта сделка позволит хорошо погулять. И когда поступили сведения, что покупатель Евгений Шевченко побывал в банке и следом без отклонений поехал в сторону загородного дома Николая Копылова, банда Робин Гудов приступила к срочной подготовке и планированию посещения усадьбы. Сегодняшней ночью и осуществят план по перемещению наличности из кубышки Шевченко в свою. Пока, как им казалось, и разумно именно так и рассуждать, покупатель и продавец будут находиться с деньгами в доме. И оттягивать нельзя, ибо Копылов с утра покинет дом и увезет всю сумму в банк. Ни по пути в город, а уж из банка навергяка, так их потом у него не заберешь. -Шевченко один был в банке? – спросил Никита Дениса, которому была поручена слежка за покупателем. -Один, Копылова я рядом не видел. -Так он из конторы до конца дня не выходил, - поспешил с информацией Алексей, подтверждая слова Дениса. – Я за его автомобилем следил, так он весь день на стоянке отстоял. А без колес Копылов и с места не тронется, гарантирую. Вот под вечер он на нем и отправился в свой загородный дом. Так что, все семейки уже в сборе, и деньги будут при них. -Ты хочешь сказать, что и Копылов, и Шевченко сейчас там? – с некоторым удивлением в интонации спросил Никита. -Ну, да, пока еще и автомобиль Шевченко не покидал усадьбы. Ему, вроде как, и незачем, он теперь хозяин дома, а не Копылов. Тот уже в гостях, получается. Лишь бы Копылов не вздумал умотаться. -Если и уедет, так с деньгами. По пути перехватим, - спокойно ответил Никита, словно его не слишком волновали некие изменения в сценарии. – Только тогда придется мочить однозначно. -Не проблема, - согласился Иван. – Вот только не хотелось бы на шоссе. Слишком оно заполнено. А если он и соберется в город, то засветло. -Ничто нас не должно останавливать! – азартно и с небольшой злостью воскликнул Дмитрий. – Я упускать такой куш не собираюсь. Следующий случай, вряд ли будет таким богатым. Это вам не столица. Они ждали на въезде в поселок, и были в полной боевой готовности, перехватить автомобиль Копылова, если тот, не дожидаясь утра, попытается выехать в город в свою городскую квартиру. А таковая, уже приобретенная и подготовленная к приему хозяев, ожидала новых жильцов. И если имелись кое-какие недоделки, так он планировал исправить их по ходу проживания. Так представлялось Робин Гудам после изучения всей подноготной с операциями недвижимости семьи Копылова. Они даже новый адрес уже знали наизусть. Да вот только таких денег этому Копылову в их городе может хватить на несколько квартир. Потому-то и возмущались искренне, воспринимая как личную обиду, что каким-то придуркам, судя по занимаемой должности в АТП, у Копылова и без того денег полно, так им еще с такими подарками судьбы везет. Ладно бы у этого ворюги, по профессии бизнесмен, мошна полна, так ясно с ним, что нахапал, наворовал. Но этому инженеру, за что такое богатство? Привалило, как с неба упало. И на дело, рискуя жизнью и свободой, ходить не нужно. Не то, что им, простым пролетариям. -Потому и зовут нас пролетариями, что пролетаем мимо бабла, - хихикая, пояснял Иван. – Никакой халявы, никаких подарков. Все собственными руками добывать приходится. -И ногами, - добавил Олег. – Мне бы хоть часть такой усадьбы завещал кто, так я бы вас послал куда подальше. -Ой, ради бога, уймитесь, пролетарии убогие! – сыронизировал искренне и с сочувствием Алексей. – Рожденный грабить, иметь не может. Профукал бы любое наследство. Много у тебя осталось от двух дел? -Да, считай, пару копеек, - без обиды и злости ответил Олег, выворачивая пустые карманы брюк. Когда подошли к дому, то их слегка удивил свет в окнах, хотя часы показывали далеко за полночь. Да еще в беседке во дворе перед домом горели два маячка-светлячка. То есть, кто-то курил. И это приятелям не понравилась однозначно, поскольку вновь, как и в последнюю операцию, в сценарий вкрадывались нарушения, незапланированные изменения. И такое положение вещей не совсем по душе. Они не предполагали и не предсказывали неудачу, однако трудности уже маячили на горизонте. Но из-за таких, вроде как, мелочей никто отменять или переносить дело не желал, поскольку именно эти оба глагола лишали куша однозначно, на который Робин Гуды сильно рассчитывали. -Так это сын с дочкой Шевченко сигаретами балуются. От родителей прячутся, вот в беседку и вышли, - разъяснил товарищам Алексей. – Предлагаю с них и начинать, чтобы шум не успели поднять. Иначе, сорвать всю операцию могут. Вот только не представляю в данный момент бескровным дело. -Мочить? – спросил Олег, спокойным и тихим тоном, будто поинтересовался временем. – И что у нас получается? Обе семьи полным составом находятся в доме? Да, проблемка. -Ну и что? Тебя что напрягает, а? Всех, так всех мочить, - с легким раздражением проворчал Дмитрий. – И по таким мелочам я не собираюсь отказываться от своей доли в этом деле. Понадобится, если сочту нужным, так сожгу весь дом с их трупами, чтобы следов не оставлять. -А ведь разумную идею подсказываешь, Дима, - неожиданно обрадовано воскликнул Денис. – Хату сжечь, так никто на ограбление и не подумает. Я имею в виду, что здесь произошло убийство. Только мочить необходимо без следов насилия. Давить, как кроликов удав. -Странгуляционная борозда сохранится, могут заподозрить в предумышленном убийстве, с целью сокрыть ограбление, - предположил Олег. – А не лучше ли валенком по голове? Огонь следы ударов уничтожит. -Такие умные слова знаешь? Так выгорят в огне все эти борозды, все огонь уничтожит, - с иронией произнес Алексей. -А вдруг не все сгорит? Зачем нам риски неоправданные, - спорил с ним Олег, понимая глупость самой темы спора. Просто время еще позволяло слегка побалагурить, нервы остудить. -Так, еще нам валенки искать? А вообще-то, имею еще умнее мысль, - вдруг шепотом словно прокричал Дмитрий, пытаясь скорей донести до товарищей внезапную разумную идею. – Газ. Взрыв разрушит дом, поломает и наломает дров. Так что, следы ударов спишут на взрыв. -Разумно, но, разговоры прекращаем, и принимаемся за дело, - отдал команду на правах бригадира Никита. – Иван и Дмитрий мочат в беседке шпану, и трупы затаскиваете в дом. Во дворе никого не оставлять. А мы поспешим к этим на чай, пока все не выпили. Баб глушить сходу, чтобы от писка избавиться, а мужиков слегка вырубаем, чтобы не дергались, но и не потеряли способность на вопросы отвечать. С богом, Робины Гуды, удача с нами! – хихикнул он в заключении. Иван с Дмитрием, получив команду и направление действий, приготовив к бою свои дубинки, бесшумно подкрались к беседке и двумя ударами мгновенно вырубили пацана с девчонкой. Били с силой, чтобы наверняка и без вариантов с возвращением из бессознательного состояния. И потому, Дмитрий, проверяя у них пульс, у обоих констатировал смерть. Взвалив тела на плечи, они поспешили в дом, в котором скрылись уже их товарищи. Бросив ношу в прихожей, Иван с Дмитрием рванули в комнату, из которой уже слышались женский визг и мат мужчин. События развивались пока по заранее разработанному сценарию, что вдохновляло и слегка будоражило разум и нервы Робин Гудов. -Чего шумим, а? – с веселым криком и громкими восклицаниями Иван с Дмитрием ворвались в зал, где и происходили основные действия драмы. – А вот тихо и молча, никак нельзя было? А ну, смолкли, сучье отродье! – приказал Дмитрий женщинам, нанося им обоим наотмашь и с силой удары по голове. – Ну, как, - уже обращался Дмитрий к Никите, - бабки на месте? -Чего творишь, сука? – заорал благим матом на него Копылов, но сразу же умолк, получив удар ногой в пах и по лицу. -Вы что задумали, что вам здесь нужно? – испуганно лепетал Шевченко, никак до конца не осознавая смертельной угрозы, нависшей реально и неотвратимо, поскольку бандиты ворвались без масок и своих лиц скрывать даже не пытались. Стало быть, в живых оставлять свидетелей они не планируют. И такой факт Николай успел осознать, понимая неотвратимость гибели всех присутствующих в этом доме, исключая лишь самих бандитов. А оказать сопротивление им не под силу. Слишком много их как по числу, так и по молодости и комплекции. И сейчас, уже наплевав на собственную судьбу, Николай усиленно молил бога, чтобы дети оставались в детской, не выдав своего присутствия в доме. Он верил в старшую дочь Катюшку, надеялся на ее сообразительность. Слишком громко и зло вели себя бандиты, чтобы дочь не посчитала их за гостей. -А ты, урод, до сих пор не понял, что ли? – схватив Евгения за горло, грозно в лицо прорычал Никита. – Бабло гони, тварь буржуйская! И побыстрей, коль хочешь тихо сдохнуть, а иначе шкуру на ремни резать будем, так сразу сговорчивым станешь. Некогда нам с вами церемониться. И чем быстрей отдашь, тем скорее отправитесь за бабами. Ну, я жду, - заорал он, наблюдая в глазах Шевченко полное непонимание и удивление, словно требование бандитов их лишь пугало, да и только. -Нет у нас никаких денег, можете обыскать весь дом, я правду говорю, у нас ничего нет, - словно умолял и уговаривал их Евгений. -Ах вы, уроды, не желаете, так я ускорю процесс осмысления и понимания, - вдруг закричал Денис, выставляя на стол супницу с парящимися пельменями. – Ну! – гаркнул он, хватая за волосы Николая Копылова, опустил его лицом в горячее блюдо, силой удерживая дергающееся тело. – Еще, или уже вспомнили, куда положили свою кубышку с баблом? А теперь ты, - обратился он к Шевченко, пододвигая блюдо к лицу Евгения. – Сам отдашь, или тоже хочешь отведать пельмешек? -Вы, отморозки дерьмовые, в каком веке живете? – пришел в себя Николай, отчетливо признавая и ожидая смерть при любом раскладе. Только бы они и в самом деле, на стали обыскивать дом. Тогда могут напороться и на детей. – Какие деньги, придурки? – он внезапно захохотал им в лицо, выражая свое презрение к смерти и к боли, что испытал от горячего блюда. – Нет их у нас, полный облом, мразь. И мне даже приятно наблюдать ваше поражение. Ничего вы не получили с этой ходки. Если уж в курсе наших финансовых дел, так могли бы напрячь мозги и понять суть сделки. Я понял, что вы наблюдали за Женькой, и зафиксировали его посещение банка. Только вот не снимал он там деньги, а перечислял на мой счет. Вот так-то, мудаки и подонки. Так что, дальше можете не надрываться, заканчивайте свой визит. А в этом доме вы даже лишнего рубля не найдете, поскольку мы уже выехали, а они пока не въезжали. Если только кошельки наши устроят вас с парой тысяч рублей. -Чего? – истерично завопил Иван, вдруг понимая, в какую пустышку они угодили, и теперь им придется уйти, несолоно нахлебавшись. – Так это что получается, а? Никита, ты мне объясни, что он такое говорит? Это мы впустую прогулялись, жизнью, как говорится, рисковали, и все напрасно? -Выходит, что напрасно, - обреченно констатировал Никита, как свершившийся факт. Он поверил Николаю, потому что он говорил с некой радостью и восторгом, словно смерть не так страшила, как радовал сам факт проигрыша грабителей. – И больше нам здесь делать нечего, - добавил он, опустив голову и махнув товарищам рукой, отдавая команду подельникам на убийство. Женщины погибли раньше, поэтому для них оставались лишь два беспомощных мужика, смерть которых Никита уже не наблюдал, поскольку покинул комнату. -Ну, ни хрена себе! – никак не мог успокоиться и придти в себя после такого вероломного облома Иван, догоняя Никиту и хватая его за рукав. – Выходит, что они нас обули по полной? Как базарных лохов развели? Ну, так это капец со всеми вытекающими. Да после этой заварушки нам, как минимум, на несколько месяцев залечь придется, а у меня за душой ни копейки. Я так на эти деньги рассчитывал, а эти уроды, как мальчишек провели. Вот дерьмо! -Денис, - скомандовал Никита, наконец-то приходя в себя после такого шока, когда вся шестерка вывалилась из дома и собралась возле беседки. – Беги в детскую, она у них на втором этаже напротив лестницы. У Копылова двое малолетних детей. Если память не изменяет, так пацан с девчонкой. Они могут там оказаться. А ты, Леха, на кухню, газ отрой, все конфорки на максимум, а в прихожей, хотя, нет, лучше в зале, я там канделябр видел с тремя свечами. Вот их и зажги. Мы аккурат успеем подальше от дома отъехать, пока газ доберется до них. -Есть, шеф, все исполним в лучшем виде! – козырнули оба и рванули вновь в дом, завершать провалившуюся операцию. А остальные не спеша, поплелись к машинам, продолжая материть Копылова и Шевченко за их такую предусмотрительность и грамотность. -Так они, вроде как, эти деньги не воровали, в аферах не замечены, потому и не боялись афишировать сделку. А мы лоханулись по-черному, - признавался Иван, продолжая злиться на мертвых хозяев особняка. Как на прошлых, так и на настоящих, хоть и погибших. – Ну, не уроды, а? Грамотные, суки, книжек начитались, а мы в полном дерьме по уши. -Ну, - немного остыв, рассудил Олег, почему-то меньше всех, расстроившись из-за такой, вроде как, незначительной оплошности, - в нашем деле могут быть и проколы. Лишь бы не смертельные, а так, привыкать надо. -Ты намекаешь, что в дальнейшем и повезти может? А насколько ты планируешь, такой образ бытия? – сыронизировал Дмитрий, как раз, который готов был рвать и метать по поводу неудачи. – Потеряли такой куш, а ему хоть бы хны! Временной неудачей называет полный провал. -Дим, ты бы заткнулся и не кипятился, а? – попросил тихо и без нервных излишеств Олег. – Мы встали на тропу разбоя. И не надо мне лепить здесь красоту наших криминальных преступлений. Мы – разбойники с большой дороги. Не прошло, зато все живы, и не засветились. Сейчас рванет, все сгорит, и мы окажемся к этому делу абсолютно непричастные. -Кое в чем ты, Олег, прав, - согласился с ним Никита, принимая такую формулировку за правило. – Облом, и чего? Волосы на заднице рвать я не собираюсь. Будем искать новое дело. -Да, Дима, - словно желая напомнить некую истину, сказал Олег. – Мы не потеряли, а не дополучили эти деньги. А это большая разница. Недополученная прибыль не является убытком. -Умные все, как погляжу, - выпуская последний пар, выкрикнул Дмитрий и умолк, вынужденно соглашаясь с Олегом. Алексей вбежал на кухню мгновенно открыл все конфорки, а затем заглянул в зал, стараясь не смотреть на трупы. Третье убийство за их короткое криминальное существование, но к таким смертям, в которых он принимает непосредственное участие, привыкнуть Алексей никак не мог. Ладно бы мужиков мочили, которые сопротивляются, матерятся, грязными словами их обзывают, что злит и требует сатисфакции. Но тут женщины и дети. И это даже хорошо, что Никита на убийство детей Копылова отправил на его, а Дениса. Убить двух малолеток, так Алексей даже себе исполнение такого приказа представить не мог. А ослушаться никак не получится, поскольку ты в команде, а не где-то в сторонке дожидаешься дележа добычи. И убить у него вряд ли получилось бы. Но ведь, впереди в его жизни теперь так и будут сплошные грабежи со смертями их жертв. По-иному никак. А Денис пулей влетел по лестнице на второй этаж и уже едва не коснулся ручки двери детской, как внезапно запутался ногами в коврике, расстеленном перед самым входом в комнату. Падая, ему хотелось обезопасить себя, пытаясь ухватиться за дверную ручку, однако промахнулся и сильно впечатал лбом в стену, что мушки в глазах замелькали. Взвыв от боли, отчаяния и злости, Денис громко на весь дом выматерился, проклиная хозяев дома, как прошлых, так и настоящих, коврик, что попался под ноги, а также всю бригаду Родин Гудов Вскочив на ноги, уже в полной ярости и в осознании, что голыми руками порвет этих проклятых детишек, Денис попробовал продолжить путь в сторону детской комнаты. Но не удержался на ногах и грубо покатился по лестнице вниз, пересчитывая ребрами и головой все ступеньки, продолжая материться и вспоминать всех родственников, теперь уже ненавистных им детей. -Ты чего тут разорался? – выскакивая из зала и наткнувшись на орущего Дениса, спросил Алексей. – Бегом за мной, нечего здесь рассусоливать. Сейчас так рванет, что мало не покажется. -Да вот, - попытался оправдаться Денис, однако решил полностью не раскрываться и не показывать свою беспомощность. – Обратно возвращался и в собственных ногах запутался. Вот черт, теперь не успею. -Чего не успею? Ты еще не добрался до детской? – с сарказмом явной иронией спросил Алексей. -Почему, добрался, - соврал Денис. – Нет их в детской, вот я и хотел их поискать по другим комнатам. -Да хрен с ними, - махнул рукой уже примирительно и успокаивающе Алексей, решив не язвить и не злить товарища своими разоблачениями. – Если они в доме, так все равно не выживут. Через несколько минут этот дом превратиться в груду горящих развалин. Под руинами все следы нашего присутствия сгинут. Давай, летим к своим, успеть надо до взрыва подальше отъехать еще. Денис еще раз глянул на эту проклятую лестницу, уже совершенно потеряв желание, вновь подниматься по ней, и, согласившись с Алексеем, поспешил покинуть дом. Все, что в нем еще живое, очень скоро превратится в жаркое. Огонь завершит их работу, удаляя следы и излишних свидетелей. -Чего у вас там? – спросил Никита, когда Денис сел к нему в машину. – Надеюсь, полный порядок? -Да, все нормально, - отмахнулся Денис, не желая признавать свои промахи. – Мне кажется, что они детей в городе оставили. Нет их в доме. Ну, все обыскать мне помешал Алексей, поторопил меня. Услышав крик матери, Миша спрыгнул с кровати и хотел выбежать из комнаты. Но старшая сестренка Катя перехватила его у самой двери. И возвратила обратно к кровати, прижимая пальчик к губам, умоляя его молчать: -Это бандиты, Миша, они очень опасные. Нам нужно спрятаться от них и не показываться, - просила она братика, открывая шкаф и затаскивая Мишу за собой внутрь шифоньера. – Только сиди тихо и не шуми. Эти дядьки страшные, они могут нас убить, ты молчи, пожалуйста. -А как же папа с мамой? Они разве не расправятся с бандитами. А еще с ними дядя Женя, он сильный, я видел, - попытался сопротивляться Миша, однако страх оказался сильней. -Да, справятся, только нам нельзя им мешать, Миша. Папа и дядя Женя потом придут за нами. И перепуганного насмерть Мишу больше уговаривать не пришлось. Он и сам после криков женщин потерял от страха дар речи и возможность шуметь. Слишком страшно кричала мама и тетя Тамара. Однако все равно он был уверен, что сильный папа с помощью дяди Жени сумеет расправиться с бандитами, а потом придет к ним и заберет их к себе. Однако Катя в такое чудесное спасение уже не верила. Она хоть и маленькая была, но умела рассуждать здраво и логично. Она еще в окно заметила этих злых и опасных дядек. Их было много. И если, увидев тени чужаков, она еще не чувствовала такую смертельную опасность, то после крика мамы, а потом после ужасно страшного вскрика тети Тамары до Катюши явственно дошла случившаяся трагедия. Ей и самой хотелось аналогично визжать от напавшего на нее ужаса. Но она осознавала ту смертельную опасность для Миши и ее, если эти бандиты вдруг найдут и их. Пусть лучше не знают об их присутствии. А потом, когда послышался громкий мат чужого мужчины и сильный грохот падающего тела возле их двери, то Катюша от страха едва сама не завизжала. И лишь сильно зажатый рот и понимание опасности предотвратили трагедию. Однако через пару минут все стихло, и, выбравшись из шифоньера, Катя в темное окно увидела убегающих незваных гостей. И Катюша решилась, поборов страхи, выйти из комнаты, попросив, и даже приказав братику, не покидать шкаф до ее возвращения. Мало ли чего там внизу? Спустившись по лестнице на первый этаж и почувствовав сильный запах газа, Катя забежала на кухню и торопливо перекрыла газ, сразу же открывая кухонное окно. Однако, когда она вошла в освещенный зал, где родители с семьей Шевченко праздновали покупку, Кате хотелось кричать и бежать из дома без оглядки. Ее молоденькому сердечку никогда так не было страшно, и оно еще никогда за свою недолгую жизнь так громко и часто не стучало. По перекошенным в ужасе лицам женщин и по испачканным в крови лицам мужчин, Катя сразу поняла, что они мертвы. Ей до этого случая не приходилось так близко видеть мертвых, но по-иному увиденое трактовать невозможно. Все они молчат, лежат неподвижно в неудобных позах. Такое возможно лишь в одном случае. И это предстало перед ее глазами. Верить не хотелось, однако надежды, глядя на безмолвное застолье, кричали об этом факте. У них с Мишей в один миг не стало родителей, они стали сиротами, от чего теперь хотелось уже громко навзрыд рыдать. Но Катя не просто девочка, она сейчас в семье старшая, а потому ей необходимо принимать серьезные решения. Заметив на диване папин телефон, Катя трясущимися пальцами набрала номер дедушки и, когда он ответил, вдруг поняла, что не может говорить. -Коля, Алло, ты чего молчишь? Случилось чего, что звонишь мне среди ночи? – спрашивал сына отец, пока еще не ощущая и не осознавая свершившейся трагедии. Да и мог он разве предполагать, что такая незначительная ночная вечеринка предвещает страшную беду. – Ты погоди, я сейчас тебе перезвоню. Скорее всего, у них там, на станции какие-то неполадки. -Не нужно, деда, - наконец-то сквозь слезы и дрожь в голосе сумела выговорить первые слова Катюша. – Они убили папу и маму. Деда, приезжай к нам скорей, нам с Мишей очень страшно. -Что? – дико заорал дедушка, ошарашенный такой внезапной вестью, пока еще не понимая ее истинного смысла. – Кто убил, кого убили, Катенька? Что у вас там произошло, где все, где дядя Женя и тетя Тамара? Дай им трубку. -Деда, они всех убили. И Миланку с Тимофеем тоже. Только мы с Мишей успели спрятаться, - упрашивала Катюшка дедушку. – Ты быстрей к нам приезжай, мы очень боимся, что они возвратятся. -Хорошо, моя милая потерпи немного, я уже к вам еду. А бандиты уже ушли, или еще в доме? Вам там не очень опасно? -Нет, они уехали, я в окно видела. Они хотели дом подпалить, а я газ успела закрыть. Но мне все равно страшно, а вдруг они возвратятся. Ты быстро приезжай, мы снова с Мишей в шкаф спрячемся. 2 В прихожую из спальни вышла супруга Анатолия Надежда. Широко зевая, но, даже не пытаясь спрятать свое истинное любопытство и причину ночного звонка, спросила мужа и села рядом с вешалкой на тумбочку: -Кто тебе по ночам звонит? – не справляясь с зевотой, лениво ворчала она. – И кому там не спится? -Катенька звонила, Наденька, - трагично и потерянно проговорил Анатолий. – Колю с Олей убили. Она так и сказала, что папу и маму. И семью Шевченко. О боже, горе-то, какое, как нам пережить его? -Ой, мамочки! – схватившись за сердце, Надежда сползла с тумбочки на пол и уставилась на мужа, часто моргая, словно не желая верить такой кошмарный бред. – Толик, это злая шутка чья-то, за что их убивать? Перезвони скорей, а вдруг по ошибке нам позвонили? -Наденька, Катюшка врать не станет, ты ее знаешь ведь. Да и шутить так разве можно, а? Она сама вся там перепуганная, дрожит вся от страха, говорит, что чуть не умерла. Бандиты всех убивали, а Катя с Мишей спрятаться успели. Умница она наша, девочка хорошая. Господи, а что делать-то теперь, дети ведь нас ждут, умоляют, приехать. В полицию звонить надо скорее, а потом к ним ехать. А еще Катя сказала, что бандиты сжечь дом хотели. Поняв, что от жены в такую минуту помощи ждать не следует, Анатолий трясущимися руками с трудом нажал нужные кнопки и с силой приложил трубку к уху, словно боясь прозевать ответ. -Алло, полиция! – и, услышав утвердительный ответ, Анатолий поведал информацию, полученную из уст внучки. – Может, и скорую помощь вызвать нужно, а вдруг кто выжил? Все-таки восьмилетний ребенок мог и ошибиться. Они без сознания, а ей показались мертвыми. -Ой, а вдруг и вправду? – услышав версию мужа, Надежда воспряла духом, в душе надеясь и моля, что Катюшка могла с перепуга наговорить таких ужасов. А дети живы, они просто тяжело ранены, и нуждаются в срочной помощи. -Надя, - уже сидя в полицейском Уазике, трагичным голосом просил Анатолий. – Если бандиты убивали, то они вряд ли каких шансов на жизнь оставили. На то они и убийцы. Мне самому хотелось бы верить, да не стоит строить иллюзий, - монотонно твердил он, покачивая головой. -Толик, миленький, да объясни ты мне, за что и зачем каким-то бандитом вдруг захотелось убивать наших деток, - умоляла Надежда мужа, чтобы он хоть как-то сумел ей вразумить это непонимание. -Деньги, милая моя, очень большие деньги, - словно приговором зачитывал вердикт Анатолий. -Так нет же никаких у них там денег. Ну, если только какая мелочь в кошельке. Через банк они переводили платежи. -Стало быть, об этом бандиты не знали. Вот про сделку услышали, потому и решили, что Шевченко с деньгами в дом приедут. -Зачем, зачем им понадобилось это застолье? Можно же было и без праздника обойтись, если дом уже продан. -Нет, Наденька, нельзя, потому что бандиты все равно пожелали бы отнять у Коли эти деньги. А тогда могли бы и Катенька с Мишей погибнуть. Из полицейского автомобиля супруги, обгоняя полицию и медиков, неслись к дому на всех парах. Но на крыльцо, заметив бабушку с дедушкой, им навстречу уже выбегали внуки Катя и Миша. Анатолий и Надежда, подхватив на руки детей, уже вместе с ними вбежали в дом и сразу же бросились в сторону зала, где, как они и предполагали, находились дети и гости. Однако по мертвым телам детей Шевченко, последняя надежда покинула их еще в прихожей. Да и вид тел двух семейнных пар Копыловых и Шевченко лишь подтверждал страшные слова внучки. Полиция и врачи уже хозяйничали в доме, изучали, измеряли и пытались расспросить выживших детей. -Газом пахнет, - неожиданно, принюхиваясь, сделал вывод один из полицейских, указывая взглядом в сторону кухни. – Травит, или забыли чего на плите? Вот оно и выкипело, загасив огонь. -Нет! – уже немного приходя в себя после длительного шока, прокричала Катя, привлекая к себе внимание спрашивающего. – Это бандиты газ весь открыли и свечи в зале зажгли. Они хотели спалить весь дом вместе с нами. А я сразу же, как они ушли, почувствовала газ и перекрыла его. И окно на кухне открыла. Полицейские переглянулись и с восторженным удивлением посмотрели на ребенка, выражая своими взглядами симпатию к маленькому ребенку. -А ты молодец, Катя. И братика от неминуемой смерти спасла, и дом не позволила сжечь. Умница. Не каждый взрослый сумел бы в такой обстановке так оперативно среагировать. Ведь счет, как понимаю, шел не секунды. -Если не на доли секунд, - подтвердил другой полицейский. – Смелая, однако, девчонка, - похвалил он Катю. Им хотелось узнать от единственных выживших свидетелей хоть крупинку какой-либо информации о бандитах, однако ребенок в темном дворе из окна своей комнаты наблюдал лишь силуэты. А автомобиля рядом с домом не было. Как подтверждает Катя, они стояли недалеко от дома. Но из-за кустов ни их самих, ни бандитов она не рассмотрела. Лишь уверенно утверждала, что количество бандитов превышало четырех, а машин было как минимум две. -А почему ты решила, что больше четырех? – спросил у ребенка полицейский, который записывал ее слова. -Дяденька полицейский, - уже уверенно и с требованием поверить в ее слова, говорила Катя. – Так я видела в окно, как эти четверо шли по двору. Но ведь в беседке сидели Миланка с Тимофеем. А их убили раньше немного. И потом перенесли в дом, в прихожую. -А сами они не могли зайти? Ну, поздно уже было, вот и пошли спать, а бандиты в это время и ворвались. -Да нет же! – словно удивляясь непониманию такого простого течения событий, уже возмущенно воскликнула Катя. – Миланка с братом курили в беседке, я это видела в окно. Потом на секунду отвлеклась, а их нет. Зато эти появились. Полицейский призадумался и вынужденно согласился с версией ребенка, поскольку звучала она вполне разумно и реалистично. -Ой, дяденька, - вдруг, словно вспомнив нечто чрезвычайно важное, вскрикнула Катя, хватая полицейского за рукав. – Один дядька бандит хотел и нас найти, чтобы вместе со всеми убить, да в коврике возле нашей двери запутался. А потом я услышал поначалу удар в стену, грохот и как он матерно заругался. Это, я так поняла, бандит упал с лестницы и катился по ней. Он, перед тем, как упасть вниз, сильно ударился в стенку. Мне кажется, что там следы могли остаться. -А ну-ка, ну-ка! – заинтересованно проговорил один из прибывших вместе с полицейскими в гражданской одежде, как представили его экспертом, с чемоданчиком в руке. – Какой просвещенный ребенок, однако, - восхитился он версией Катюши. – Пойдем, покажешь мне вашу комнату и лестницу, с которой катился этот неудачник бандит. Авось какой след и оставил. Поскольку они, как понимаю, хотели дом сжечь, то вряд ли пытались так тщательно прибирать за собой. Он долго лазал по лестнице, искал следы падения бандита. Вполне возможно, что кое-что и обнаружил, но вслух свои находки эксперт не озвучивал. Однако по его глазам и выражению лица можно предположить, что подсказка ребенка оказалась весьма уместной и плодотворной. Он оказался правым в своих предположениях, что бандиты слишком надеялись на огонь, который по вине ребенка не оправдал их надежд и помог чем-то следствию. Поскольку состояние Надежды было даже слишком критическим, врачи поспешили сделать ей укол и предложили какие-то таблетки. И Анатолий уложил супругу на диванчик, чтобы она хоть немного пришла в норму. Однако по окончанию осмотра дома, изучения всех улик и опроса детей, после выноса тел погибших полицейские попросили семью Копыловых покинуть дом, поскольку они его опечатают и запрут на замки до окончания следствия. Надежда и Анатолий прибыли в этот поселок с полицейскими, поэтому им предложили на обратный путь тот же транспорт, на котором они приехали в дом. Следователь Назаров, вручив им визитку с координатами его нахождения, попросил сразу с утра явиться в управление для заполнения протокола. А также прихватить с собой детей. Вдруг Катюша чего и вспомнит. На Михаила надежды практически не было никакой, маловат ребенок, да и прятался он в это время. -Проклятые деньги, - простонала на прощание Надежда. – Лучше бы они взяли их, подонки, убийцы проклятые. Хоть дети в живых остались бы. Кому и зачем нам теперь эти миллионы? -Вопрос сложный, но предсказуемый. Это их бы вряд ли спасло. Слишком знакомый подчерк, как и в прошлые разы, - констатировал факты, не соглашаясь с Надеждой, рядом сидевший полицейский. Он не озвучивал, но про себя вспоминал последние два случая с ограблениями и с трупами. Там, по версии следствия, действовала аналогичная банда, которая вычисляла предполагаемую сделку и совершала ночное разбойное нападение на продавцов имущества, отнимая деньги и убивая хозяев. Вот только в этом случае бандитам не повезло с цивилизованными участниками сделки. Наличность в руки никто из них не брал, совершив безналичный расчет. Утром, когда Копылов Анатолий и его супруга Надежда прибыла в управление к следователю Назарову, то в его кабинете уже сидели некие большие начальники из области. Третье разбойное нападение с ограблениями и убийствами уже требовало неких действий с положительными результатами. Однако это последнее убийство всколыхнуло не только область, но волной докатилось уже и до Москвы. Телевидение и пресса грозились резонансными явлениями, как отставками, разборками и более серьезными наказаниями за бездействие органов власти и порядка. Народ требовал немедленного предъявления обвинения бандитам и жесточайшей кары. Иначе за оружие возьмутся народные мстители. -А ты, Катя, не припомнишь случайно, сколько ты их видела в окно? Мы понимаем, что в темноте лиц рассмотреть не могла. А вдруг сумеешь сейчас припомнить какие-либо черты, особенности, какие-либо детали, на которые обратила внимание? – со слабой надеждой, но с верой хоть в какую-нибудь ниточку, спрашивал у ребенка следователь Назаров, когда большие начальники покинули его кабинет, оставив чету Копыловых и ребенка с ним и с помощником Сычевым Павлом Викторовичем. – Может, слышала их разговор, обращение друг к другу? -Нет, - категорично и даже слишком уверенно отвечала Катя, разрушая последние надежды. – Их совсем не было слышно. Я только по крикам мамы и тети Тамары поняла, что это страшные бандиты. Поначалу увидела их тени в окно, и сразу мама закричала, потом тетя Тома. Они очень страшно кричали. А Миланка с Тимофеем курили в беседке. Теперь можно про это говорить, их же никто не поругает за это. Они думали, что их не видать, а мы с Мишей все видели и смеялись над ними. Только их уже не было в беседке, когда эти бандиты бежали через двор. Их было, по-моему, четверо или пятеро. Нет, вспомнила, ровно четыре. Это я сейчас только вспомнила и так подумала. -Стало быть, - предположил помощник Павел, - детей в беседке убили раньше, чем ты, Катя, выглянула в окно и увидела остальных бандитов. Их убили и уже тела внесли в дом, чтобы сжечь вместе со всеми. Даже поленились дальше прихожей отнести. Вот уроды! Полные отморозки, с мозгами неандертальцев. Явно, шли на дело с заранее запланированным убийством, даже если бы деньги оказались в доме. А ты умница, Катя, успела вовремя газ перекрыть. Опоздай малость, так рвануло бы не слабо, что и самим не успеть бы, спастись. -Очень сильно воняло, - призналась Катя, совершенно не зацикливаясь на такой похвале. – Я сразу поняла, что это газ. Побежала на кухню, думала, может, чайник или кастрюля закипела и загасила. А там все четыре конфорки открыты. Я сразу закрыла их, а окно распахнула, чтобы не воняло. Отпустив Копыловых домой, Назаров внимательно осмотрел и перечел скудные записи, и уныло покачал головой. -Улик, твари не оставляют. Понимаешь, ни улик, ни свидетелей. Вот откуда такие отморозки свалились на наш городок, а? Даже если и отыщет кое-какие следы эксперт, так что нам это может дать без самих бандитов? Хорошо, если в картотеке, отыщутся какие данные, а если нет? Смотают в другой город, и ищи, свищи. -Думаешь, залетные? -Да нет, по-моему, мне так представляется, что свои. Слишком информированные. Да только в первых двух случаях им повезло, а вот здесь полный облом. На что они могут рассчитывать? Город небольшой, рано или поздно засветятся и попадутся, не верю я в их неуязвимость, но смертей еще после себя оставят немало. Прут, сволочи, напролом, как самые отмороженные ублюдки, абсолютно не задумываясь над будущим. Вот, урвать куш побольше, а там хоть потоп. -Да, Слава, вчерашний куш манил их весьма крупной цифрой. Я спрашивал у Копыловых. 15 миллионов. Этого хватило бы им даже по меркам нашего маленького города на долгие месяцы. Могли бы, и затихнуть, пока волна не уляжется. Даже на пятерых, и то по три лимона получается. Мне бы на всю жизнь хватило, на всю оставшуюся, если жене не предъявлять. -Нее, Паша, - категорично не согласился с помощником Вячеслав. – У них и у нас такие цифры по-разному звучат. Заработанные деньги во много крат дороже и ценнее краденных. И потому, если учесть, что их было 5-6 человек, хотя такое звание им не подходит, слишком быстро и эти миллионы закончились бы. А там вновь за дело. По любому с такими звериными манерами их надолго не хватит, да вот страшна их звериная сущность. И сейчас после порожней ходки, нутром чувствую, вновь полезут, не испугает их такая мелочь, что на них охота объявлена. -Так это даже нам упрощает работу, - неожиданно с некой уверенностью и надеждой воскликнул Павел. – Нам, Слава, всего и нужно-то взять на заметку все крупные сделки с наличностью. -Ну, не все такие умные, как Копылов и Шевченко. Вернее, у них честная сделка, потому и не скрытная. А остальные, и даже это большинство, стараются свои сделки не афишировать. То есть, тихо и неприметно для официальных лиц. Эти же получают информацию именно о таких операциях. -Не скажи, Слава, - категорически не пожелал соглашаться Павел с таким определением следователя. – Если бандитам становится известны сделки, так и мы сумеем, если пожелаем, узнать. За это можешь даже не переживать, нажму на информаторов, пусть подсуетятся. Робин Гуды пили водку и зло матерились, проклиная ими же убиенных, а также пытаясь отыскать виноватых среди своих. -Ну, вот, а что и как можно подумать, как еще решать, если на виду все, что указывает на деньги? – пытался оправдаться за всех и за себя в первую очередь Олег, словно обвинитель со стороны им предъявляет вину. – Шевченко заходит в банк, заполняет там какие-то бумаги. Затем с портфелем, чем-то наполненным, выходит из банка. Ну, не попятам же следовать нужно было за ним в банк, не смотреть же, как он получает и пересчитывает купюры? Там же полно видеокамер, засветились бы моментально. Вот потом не отмахались бы. -Денис, твой прокол. Объясни нам, почему дом не загорелся? Леха газ открыл, свечи зажег, а ты детей проворонил. Слышал я, как девчонка болтала о своем героическом и смелом поступке. Нас обвела, как пацанов, - зло и жестко отчитывал бригадир Никита Дениса за нечеткое исполнение приказа. – Эта девчонка хвасталась, что они спрятались в шкафу, а потом, сразу после твоего ухода, вышла из комнаты и перекрыла газ. И теперь по твоей милости на нас объявлена охота. Если бы дом сгорел, так все на их пьянку списали бы. А теперь разбой и убийство. -Вот, твою мать! – в отчаянии орал и матерился Иван. – Ну, не придурок ли ты, Денис, а? Да самый последний при этом. Почему не пожелал дойти до комнаты? Остались мы без бабла и без права идти на новое дело. Ладно, остались без денег, всякое в деле бывает, но вот лень вообще непростительна. Обычная тупая и безмозглая лень, пройтись и поискать этих ублюдков. Если бы дом сгорел со всеми жильцами, так ни одна падла про ограбление и не думала бы. Несчастный случай, да и все тут. -Сам заткнулся бы, а? – пытался защищаться Денис, великолепно осознавая и понимая свою оплошность. Но не желал соглашаться с обвинениями. – Я бы на тебя посмотрел после такого кульбита с лестницы. Хорошо, хоть кости целы. А потом, кто мог подумать, что такая соплячка разумная не по годам? Да еще бы пару минут, и все выгорело бы, ни единого следа не осталось бы. А что мне делать было, если Алексей уже газ на всю катушку открыл и свечи зажег? Да я бы вместе с ними взлетел бы на воздух, сто пудов, не успел бы сбежать. -Если бы да кабы, - передразнил Дмитрий, сам готовый порвать на куски любого, на кого покажут виновным. Но тут рявкнул Никита, прекращая все возможные и невозможные обвинения друг друга: -Хорош собачиться, спишем неудачу, как на форс мажорную ситуацию. В нашем деле и такое возможно. А начнем виноватых искать, так только зазря передеремся. Заляжем на время, на дно, и никому не высовываться. На нас рядовых пролетариев никто и подумать не смеет. А мы тихо и неслышно приступаем к очередной охоте, будем выжидать следующую дичь. Но в тени нам очень необходимо отсидеться самое опасное время. Потом, когда шум поутихнет, мы вновь позволим себе выход на дело. И никакими намеками не выдать себя, забыть, словно это нас и не касается. Если хотите, так поддерживайте разговоры, охаивайте убийц, но натурально и с искренними возмущениями. Ясно всем? -Ясно-то ясно, а сейчас? – не унимался Иван. – За душой ни копейки, а ты – на дно залечь, притихнуть. -Это твои личные проблемы, - сердито блеснув взглядом на хмельного Ивана, приказал Никита. – Как проживали до сих пор на зарплату, так и будем жить. Не бедно жили, зарплаты у всех неслабые. У кое-кого, я так предполагаю, с прошлых дел кое-чего осталось. Для нас сейчас самая главная задача – выжить, не засветиться. А вот потом и продолжим. Еще немного поспорили, пытаясь отыскать виноватых, чтобы разрядить напряжение на них, однако до жестких распрей решили не опускаться. Ведь как сказал бригадир, их банда только лишь в начале своих дел. И впереди их ждет более удачное будущее. Подумаешь, немного не повезло, так с делом, а не с самим ими, что было бы гораздо хуже и неприятней. -Решено, пацаны, - уже пьяным голосом утверждал протокол собрания бригадир Робин Гудов Никита. – Вычеркиваем из списка дел вчерашнее мелкое недоразумение. Однако на будущее прошу учесть и на носу зарубить. Это простое, но жесткое и вечное правило банды: любое дело, приказ и просьбы по ходу исполнения доводить до полного конца, не отступая от разработанного сценария без каких-либо видимых и важных причин. Получил задачу, будь добр – исполни до буковки с точками и запятыми. Посчитаем эту неудачу, как хороший опыт, а ошибки, как учения. И простим всех и каждого, поскольку мы еще в этих делах слишком зеленые и малоопытные юнцы, что придется признавать откровенно и без обиняков. Но школа, считай, пройдена, уроки сделаны, экзамены сданы. На плохую оценку, но зато выучили правило. И предлагаю сейчас выпить за неудачу, как за ошибку в учении, и за удачу в наших будущих делах, в последующие, которые, я надеюсь, будут в нашей жизни. И для следующих дел будем учиться работать слаженно. Поскольку сделка купли-продажи была завершена до убийства, то дом отходил наследникам Шевченко, о которых Копыловы не знали и не пытались даже узнать. Их такие подробности не интересовали. У них на руках остались оба выживших внука, что уже большое счастье. И произошло благодаря Катюше, которая мужественно спасла свою жизнь, и жизнь брата. А также для наследников Шевченко дом. И в этом все видели заслугу лично девчонки. Хоронили Копыловы своих детей на городском кладбище неподалеку от могил родителей Ольги, погибших два года назад. Рядом места не было. Кто же мог планировать свою раннюю смерть? Ведь в таком возрасте даже мыслей не могло возникать о таком несчастье. Присутствовали на похоронах на кладбище почти все работники АТП, главным инженером на котором работал Николай, в конторе которого в одном из отделов трудилась Ольга. Сам генеральный директор на могилке клялся и божился, приложить максимум усилий для поимки бандитов. Присутствовали на похоронах и члены банды Робин Гудов, которые слушали гневные речи выступающих и в душе посмеивались, но скорби с лица, не убирая. В толпе шел тихий разговор, что наводчиками, скорее всего, были кто-либо из приближенных бизнесмена Шевченко, и направили бандитов на дом именно в тот момент, когда обе семьи обмывали сделку, чтобы деньги не успели покинуть пределы усадьбы. Вот только никто из наводчиков не мог предположить со стороны Шевченко такого коварства. И такую деталь в толпе обмусоливали с нескрываемым злорадством в адрес разбойников. Так, мол, этим бандюганам и надо. И вот уже от таких слов ненависть и злость Робин Гудам изображать и разыгрывать не приходилось. Их лица выражали настоящую и натуральную ярость. Анатолий и Надежда держали детей за руки и стояли, молча, возле холмиков, обложенных свежими венками и цветами, а по глазам, уставшим от слез и рыданий, бежали соленые ручейки. Больно и тяжело хоронить детей, не успевших поднять своих деток на ноги и вкусить сполна радости жизни. И за что? За несколько миллионов? Да, это очень большие деньги, но Коля с Ольгой зарабатывали прилично, хватало им с избытком. А вот выпало такое богатство и погубило их. Погибшие родители Ольги подарили своим детям дом для жизни, что так быстро их и погубил. И вдруг Катя, с силой дернув деда за руку, внезапно громко и во всеуслышание заявила: -Мы их поймаем и отомстим, правда, Миша? И пусть наша месть причинит им столько боли, что они плакать устанут. Они не имеют право жить и радоваться, когда нам больно и страшно. -Наша мстя будет жестока и коварна! – решительно поддержал сестренку Миша и сильно сжал руку сестренки. Близ стоявшие работники АТП от такого вскрика удивленно смотрели на детей, но, натолкнувшись на их решительность и категоричность, сжав губы, промолчали. Им всем безумно было жаль семью Копыловых, которых уважали и с которыми многие дружили. А потому сочли нужным и правильным, поддержать родителей и внуков простыми заверениями: -Мы с вами, Катя и Миша. Мы обязательно всем этим бандитам отомстим. Не жить им на этой земле в нашем городе. Сказано было без обязательств, исполнить обещанное, но Катя и Миша приняли их слова, как желание помочь и осуществить клятву. Поминальный стол был накрыт в столовой АТП за счет профсоюза и средств предприятия. Поскольку все сразу вместиться внутри не могли, то, помянув и сказав несколько слов, одни покидали столовую, уступая место следующим. И только Надежда с Анатолием, сидя во главе застолья с генеральным директором и его заместителями, не пили и не говорили. А лишь сквозь слезы выслушивали речи товарищей и друзей погибших детей. -Ну, твари! – в сердцах, уже слегка захмелев, рыкнул генеральный директор. – Не я буду, если не отыщу подонков. Как понял, так у полиции никаких улик и подозреваемых. Глухо, как в танке, так что, дорогие мои товарищи, самим придется напрячься и поискать этих убийц. -Да детективов нанять можно, - вдруг посоветовал рядом сидящий заместитель, уже аналогично прилично выпивший. – Ну, я так понимаю, что за деньги те подсуетятся, и опередят следствие. Они, эти следователи, нормальные ребята, против них ничего не имею, но кроме этих дел, у них других полно. А нанятые кроме нашего дела на другие отвлекаться не будут. Землю рыть будут, а найдут. -Не скажи, - не соглашался с ним другой заместитель. – Из Москвы, я краем уха слышал, давят, требуют. Все силы бросили на поиск убийц-грабителей. Третье дело за последние месяцы. И все с трупами. Совсем озверели, подонки. Ну, хрен с ними, с деньгами, бери и уходи. Так убивают, гады. -Деньги людей портят, а большие любого человека в скота превращают. Большие и халявные. Видать, нигде не работают, только этими разбоями и живут. Вот среди тунеядцев и искать надобно. Услышав такие откровения, сидящие неподалеку Никита и Денис, в душе порадовались. Да и следствие, насколько они осведомлены, направлено на поиски в сторону окружения Шевченко. Убийц предполагают искать среди знакомых, хорошо проинформированных об этой крупной сделки. Никита незаметно кивнул Денису и направился к выходу. Денис не заставил себя упрашивать и выскочил следом, молча, объясняя окружающим, мол, на перекур. -Не спешим и пока не уходим, только перекурим, - пояснил Никита Денису. – Чтобы не вызывать даже признаков подозрения. Ты слыхал? Все тропки ведут к окружению бизнесмена Шевченко. А и действительно, кто может подумать про такое на рабочего человека, которому деньги достаются потом и кровавыми мозолями. У нас и времени на такие дела не остается, мы все в производстве и в заработках. Так что, можно слегка и расслабиться. -Пусть, - хихикнул Денис, тут же получив локтем под ребра. – Понял, - быстро поправился он, уже изображая легкий кашель. – Но это очень нам на руку, что в наш адрес даже намеков не проскальзывает. Стало быть, хоть с завтрашнего дня можно приступать к поиску подходящего клиента, не залегая надолго на дно. Даже слышать смешно, мол, такими делами лишь бездельники и могут заниматься. А мы, так, получается, остаемся в почете и в уважении. -Все равно, - осторожно проговорил Никита. – Немного нужно помолчать. Пусть следаки увязнут в своих ошибках. А так ты прав. Потихоньку можно зондировать почву и подыскивать нового клиента. Да, и всем передай, чтобы реже толпой собирались, словно мы не так уж дружны. Если и были компанией в далеком детстве, так об этом мало кто и помнит. Действуем и живем по старой схеме, чтобы в наш адрес ни у кого и намеков не возникало. Разумеется, не врагами, имеем право при встречах поздороваться, пару, тройкой фраз перекинуться. -Вот тут не совсем прав, - не согласился Денис. – О нашей дружбе осведомлены многие, так что вдруг притвориться чужаками нежелательно. И ничего не случится, если оставим все по-прежнему. Сам же видишь, что к АТП следователи даже интереса не проявляют, никто не собирается даже думать в наш адрес. -Так это о давней, такой факт отрицать никто не планирует. Да вот подросли, поумнели, и теперь у нас у каждого свои интересы появились. Понял? Признайся, что быт, дружба и знакомства постороннего человека тебя мало интересуют и абсолютно не волнуют. Вот так и прошлое уже всеми давно позабыто. А посему, разрешаю редкие пьяные встречи с другими компаниями, словно мы не зацикливаемся на себя. Для разнообразия и отвода глаз. А следователь Назаров с помощником Сычевым и в самом деле убийц среди окружения Копылова и не планировали поиски. Тем более, что все факты говорили в пользу версии знакомых и окружения Шевченко. Он посещал банк, и по всем признакам просто обязан был привезти деньги в дом для расчета. Ведь Копылов мог всей семьей не оставаться в этом доме в последнюю ночь, когда дом уже не считался их собственностью. Да и квартиру в городе они уже приобрели, ремонт в ней закончили. А вот решил дождаться семью Шевченко, чтобы вместе отпраздновать удачную сделку, как для одних, так и для других. -Да все почти до единого в его офисе знали о покупке, он даже и не собирался скрывать сей факт ни от кого, - в отчаянии простонал Павел, возвратившись из фирмы Шевченко. – Будто специально афишировал, приманивая преступников. А вдруг мы ошибаемся, Слава? Ведь предыдущие два дела абсолютно не связаны с фирмой Шевченко и его работниками. Могут оказаться совершенно не относящиеся ни к нему, ни к Копылову. -А риелтор? -С имуществом они разные в обоих случаях. Ну, а в первом, так купля-продажа автомобиля проходила без рекламы, без объявлений в газете и на столбе. Там сами участники случайно встретились и договорились. Можно было спорить, строить версии, гадать на кофейной гуще, но Вячеслав и Павел прекрасно понимали свою полную беспомощность. Не оставляют грабители ни следов, ни свидетелей. Чисто работают, профессионально. Так что, проще и правильней, искать среди грабителей и убийц, уже когда-то где-то свершивших подобные преступления и засветившихся в сводках МВД. -Ты предполагаешь, что, порядком наворотив дел у себя, они переехали в наш город для продолжения своей деятельности? – неуверенно спросил Вячеслава Павел. – Все-таки, гастролеры? -Согласись, что вмиг на пустом месте таким профессионалом даже в преступной деятельности не станешь, - попытался строить свою версию Вячеслав. – А здесь чувствуется опыт. -Тогда нам остается все внимание уделить на информатора. Залетные без местного наводчика не сумели бы так четко выходить на клиента. -Катя, а Катя! – требовательно просил сестренку Миша. – А мы когда мстить начнем этим бандитам, а? Уже, сколько много времени прошло, а мы даже не узнали про этих убийц ничего. Катя, а когда мы их найдем и отомстим, так мы их убьем, да? а, как и чем мы их убивать будем? -Не торопи меня, я пока и сама ничего не знаю, - отмахивалась от назойливого братика Катя. Но вдруг призадумалась, словно ее осенила некая идея, и пожала плечами, удивляясь и не понимая той выходке на кладбище. С чего этого и почему она в тот день на похоронах сказала эти страшные слова обещания? И не просто один на один с братиком, а громко, прилюдно и слышно для всех. И Катя вдруг осознала, что говорила она не просто для красивого словца. Что-то внутри ее подтолкнуло к такому официальному заявлению, не сама лично придумала она. Только сейчас она слегка в растерянности и в неуверенности. Сказать-то сказала, однако теперь необходимо как-то оправдывать сказанное. – Я, Миша, потом тебе все расскажу, не сейчас. Только вот здесь, - она постучала пальчиком по сердцу, - мне кто-то и что-то подсказывает, что такое обязательно произойдет. Мы обязательно отомстим за смерть наших родителей этим проклятым убийцам. А ты зачем повторял за мной? -Я не знаю, - пожимал плечами Миша, задумываясь и почесывая затылок, словно пытаясь разбудить мысли и найти там подсказку. – Мне тоже вот здесь, - он аналогично постучал по груди, - кто-то подсказал, что мы отомстим. А мы их сразу же убьем, как только найдем? -Нет, Миша, - категорически затрясла головой Катя. – Такое наказание для них слишком легкое. А мы им поначалу причиним боль, а потом заставим пойти в тюрьму. Пусть им будет плохо много-много лет. И так плохо, что им самим захочется умереть, да страшно будет. Миша согласился с сестренкой, и в знак согласия обнял ее и поцеловал в щеку. А Катя подхватила братика на руки и усадила к себе на коленки. Внезапно вошедшая бабушка подивилась и восхитилась такой идиллии, но дедушка Толя поспешил с разъяснениями: -Они, Надя, обсуждали план поисков и наказания убийц. Вот такие у нас внуки. И мне так кажется, что словами они не бросаются. -Деда! – возмутилась Катя и сердито посмотрела на дедушку. – А вот подслушивать очень даже некрасиво. Мы с Мишей секретничаем, а ты все подслушал и бабушке нашу тайну рассказал. -Ну, - слегка смутился дед Анатолий от высказанных упреков, посчитав обвинения немного справедливыми. Мог бы и не признаваться, что нечаянно услышал. – А вы сами виноваты. Не нужно было свои секреты так громко озвучивать, что на весь дом слыхать. Так и соседи обо все могут услышать. Вообще, если вы считаете это тайной, так шепотом и нужно о них говорить. -Ох, детки вы мои! – всплакнула от воспоминаний и нежности бабушка Надя, присаживаясь на диванчик рядом с внуками. – Этих бандитов сначала поймать надо. А уж потом наказывать. Даже следователи ничем нас порадовать не могут, а вы уже насочиняли, как и чем их наказать. -А вот мы их поймаем! – не желая примириться с бабушкиным пессимизмом и со своими поражениями, воскликнул Миша. – Это мы просто пока еще не знаем, кто они и где прячутся. Но очень скоро нам про них станет все известно, и мы их накажем. Нельзя так, это нечестно, они папу с мамой убили, и потому должны сидеть в тюрьме. Там им место. Деду с бабкой ничего не оставалось делать, как согласиться с такими искренними и правильными желаниями внуков. Тем более, что им самим хотелось бы посмотреть в глаза этим бандитам и услышать из уст судьи обвинительный вердикт. Да, смертной казни даже для таких нелюдей у нас нет, хотя сильно хотелось им таковой пожелать. Но тут Катенька права. В тюрьме, а этим ублюдкам грозит пожизненное заключение, многолетние страдания пострашнее смерти. И легкого наказания они не дождутся. Пусть остатки своей никчемной пошлой жизни гниют на нарах. Да вот только поначалу их отыскать необходимо, чтобы потом осудить и посадить в тюрьму. Генеральный директор говорил на поминках что-то о частном детективе, да только и нанятый сыщик оказался не всесильным. Далеко и глубоко запрятались убийцы, что никто и никак отыскать их не может. А вдруг насовсем уехали из города, и пропали навсегда? Тогда детки останутся неотомщенными. Нет, такого допустить никак нельзя. Надежда высказала свои опасения вслух, обреченно покачивая головой, словно ее слова подтверждены некими фактами. Но вдруг внучка Катенька отреагировала на ее заявление несколько возбужденно и агрессивно, словно не желая соглашаться с бабушкой, и знала о бандитах больше следователей и того же нанятого детектива, которые никак их отыскать не могут. -Нет, бабушка, ты абсолютно неправа. Эти бандиты никуда не могут сбежать, потому что стались без денег. Они в нашем городе, просто спрятались и их потому никто никак не отыщет. А вот мы с Мишей найдем их и накажем за смерть папы и мамы. Мы им обязательно отомстим. -И мстя наша будет жестока и коварна, - повторил свою фразу, сказанную в первый раз на кладбище, Миша. Анатолий и Надежда с удивлением посмотрели на внуков, поразившись взрослой и разумной речи внучки, что и в ответ не нашли нужных слов. Разумеется, они и на букву даже близко за веру не приняли эти с высказанные угрозы. А вот такая решимость заставляет призадуматься. Испугаться? Есть чего, поскольку эти маленькие дети ко всему прочему еще и свидетелями являются. Бандиты планировали сжечь дом, уничтожив в нем кроме улик пребывания в нем, но и всех мертвых и живых, кои присутствовали в доме. А Катя сообразила перекрыть газ, чем нарушила все замыслы убийц. О таком факте даже по центральному телевидению сообщили на всю страну. И, что само собой разумеющееся, дошел слух и до самих бандитов о таком поступки девчонки. Даже сложно предположить дальнейшие размышления и действия преступников, поскольку дети превратились благодаря СМИ главными свидетелями преступления. Мишу-то Надежда сама в садик отводит и забирает его оттуда. А вот Катюша самостоятельная, а потому ходи сама. Как бы беды не случилось. Вдруг отморозки из-за страха, да и по своей звериной сущности пожелают избавиться от нежелательных свидетелей? Отправив поутру детей в садик и в школу, Надежда и Анатолий сразу отправились к следователю Назарову, чтобы озвучить свои подозрения и опасения касательно своих внуков. -Боимся мы, - говорил Вячеславу Анатолий. – А вдруг захотят расправиться эти уроды с детьми? -Успокойтесь и не нужно ничего бояться, - попытался развеять все эти необоснованные опасения Назаров. – Больше месяца уже прошло. И поскольку бандиты до сих пор не предпринимали даже попыток для расправы, то, стало быть, уверены в своей безопасности. Верят, как и оказалось, в самом деле, что дети никого конкретно не видели. А потому, можете за жизнь детей не бояться, не тронут они их. И нам так кажется, что бандиты покинули город. -Мы так поняли, что у вас ничего нового нет по этому преступлению? – поинтересовался Анатолий, хотя ответ заранее предполагал. Были бы новости, так похвалился бы следователь без вопросов. А поскольку молчит, так и нет у него ничего. Слишком глубоко запрятались преступники, носа не высовывают. И такой факт болью отзывался в сердце. Неотомщенными останутся дети. -К сожалению, - подтвердил догадки Анатолия Вячеслав, - ничем вас пока порадовать не можем. И все-таки Анатолий решил, и об этом он сразу проинформировал супругу, сам водить Катюшу в школу и встречать ее после уроков. Мало ли, в чем уверен следователь? Он так предполагает, думает, а знать мысли убийц не может. Они, кроме их самих, никому неизвестны. Это на словах дети не могут описать тех ночных посетителей. Однако легко, разумеется, так Анатолий лишь предполагал, сумеют узнать при случайной встрече по пути в школу, в магазин, да и просто на улице. А таким отморозкам ради собственной безопасности ничего не стоит, убить ребенка. Тем боле, скорее всего, они о детях могут знать все. -И в садике воспитательницу предупредить необходимо, чтобы никого из посторонних к Мише не подпускала, - попросил Анатолий супругу. – Только ты так сразу уж не бледней и близко к сердцу не воспринимай. Я верю следователю, - поспешил с оправданиями Анатолий, заметив реакцию супруги на его гипотезы. – Но мало ли что в голову придет этим подонкам. В их человеческие чувства верить нельзя. Однако перегибать палку тоже не стоит. И Надежда полностью и целиком согласилась с мужем. Им никак нельзя потерять еще и внуков. Тогда смысл дальнейшей жизни пропадет. Гибель детей ими настолько тяжело пережилась, что до сих пор без снотворного уснуть не получается. И сердечко пошаливать начало, хотя до этого времени никаких жалоб на здоровье не было. Все стучало и дышало легко и беспроблемно. А сейчас одышка откуда-то появилась, усталость даже от простой ходьбы возникает. А болеть им никак нельзя, слишком малы еще внуки. Их нужно выучить, в профессию определить, а уж потом и на покой. И на все эти хлопоты времени и сил потребуется много. Благо, финансовые вопросы перед ними не стоят, остались сбережения детей и эти проклятые миллионы от продажи дома. Да и пенсию на детей хорошую определили. 3 Дениса Яшнина вызвал к себе в кабинет с самого утра главный механик гаража и отправил его за город в район Сычевки. У Дмитрия Буревского микроавтобус поломался, с мотором там что-то. А сам Дмитрий никак разобраться не может, не находит никакого дефекта. Потому и позвонил в гараж с такой просьбой. Ничего, вроде как, серьезного и сложного, вдвоем сумет разобраться. И если поломку не сумеют на месте устранить, так на буксире в гараж приволокут. Но пока эвакуатор напрягать не хотелось, теплилась уверенность в возможности, справиться на месте. Денис на маршрутке доехал быстро, еще быстрей с поломкой разобрался, что Дмитрий и покурить не успел. -Ну, вот стоило по такой мелочевке меня беспокоить, уж с таким пустяком мог и сам управиться, - сетовал Денис на оплошность и такую техническую неграмотность товарища, обвиняя его в лени. – Тут делов на копейку, а по твоей милости полдня коту под хвост профукал. -Сильно ты к работе торопишься, развеяться не желаешь, что ли? – иронично подковырнул его Дмитрий. – Ничего страшного не случилось, малость прогулялся. А наработаться еще успеешь в своем гараже. Или на героя труда настроился, премию за хорошую работу обещают? -Отстань со своими подколками, - незлобиво отмахнулся от таких сентенций Денис. – С удовольствием бы погулял, да главный требует сегодня к концу смены подъемник до ума довести. А когда? Сам же и отправил, - пожаловался Денис. – Ну, а вообще-то ты даже очень прав. Ладно, без меня езжай, а я в кафешку заскочу, отобедаю заодно. Здесь Маринка классные зразы лепит. Я иногда ради них специально сюда на ужин приезжаю, отведать ее деликатесы. -И к Маринке заодно? – плотоядно усмехнулся Дмитрий, намекая на истинную причину этих походов в кафе. -И вовсе нет, - совершенно не обижаясь, но категорически отрицая факт каких-то ни было отношений с местной поварихой, проговорил Денис. – Только зразы, и ничего другого меня сюда не манит. -Ладно, - отмахнулся Дмитрий, заводя мотор и прислушиваясь к его ритмичной работе. – Как часы! Чего, чего, а этого у тебя не отнять. Мастер ты классный, Денис. Вот чего только на преступную стезю ступил, а? У тебя же в этом деле руки просто золотые с алмазным обрамлением. -Заткнись, - прикрикнул на него Денис, хищно улыбаясь, словно товарищ не ругал, а похвалил за внезапное хобби. – Хоть и не видать вокруг никого, да вот молоть языком лишний раз негоже. Тем более, что мы сейчас в глубоком подполье. Да, ничего не слышал нового, прокурор все там же копает? -Насколько я проинформирован, так они усиленно трясут окружение покойного бизнесмена. -Ну, и пусть, такой факт радует, - уже по-доброму похлопал по плечу товарища Денис, махая рукой в направление города, прогоняя его от себя. – Езжай, догоняй упущенную выгоду, наверстывай рубли. Дмитрий уехал, а Денис отправился в свое любимое кафе. Точнее, за зразами, любовно слепленными и приготовленными руками Марины. Да нет, о никакой любви к поварихе и речи быть не может. Только если платоническая, да и та за вкусные зразы. Этой Марине далеко за 40, хоть и смотрится даже слишком сексуально. Однако, старовата для него даже для обыкновенного флирта. А вот зразы ее любит безумно. Ароматные, мягкие, пушистые и до умопомрачения вкусные. Особенно горячие, обжигающие. И потому он всегда сразу заказывает их минимум две порции с двумя стаканами сладкого чая для запивки. -О, Денис! – радостным восклицанием встретила его Марина, как только он вошел вовнутрь кафе. – Что же ты позабыл меня, а? Я тут ради него надрываюсь, зразы на его долю леплю, а тебя все нет да нет. -Мариночка, любовь моя, - расплылся в улыбке Денис. – Как же пропал, ежели только позавчера уплел ровно три порции твоего блюда. Да я ради твоего творения сюда готов хоть каждый день, да далековато ты от моего дома устроилась. Давно в город перебралась бы, вот тогда три раза в день к тебе захаживал. И посетителей было бы гораздо больше. -Ой, Денис, так для влюбленных и два дня – срок велик, - залепетала Марина, сразу же накладывая полную тарелку симпатичных аппетитных, пышущих жаром и распространяющим свой сумасшедший аромат, зраз. Вот, только с печи, ешь и радуйся, ненаглядный мой. А в город? – внезапно призадумалась она. – Нее, не хочу, мне и здесь от клиентов отбоя нет. Да и не пожелаю я менять свою Сычевку на ваш пыльный и душный город. Любили они оба на публику вот в таких откровенных мыслях признаваться. Хотя, как и говорил Денис, даже намека у них на шуры-муры нет, и не было никогда. А публика пока в этом большом зале была малочисленной. Всего-то по всем столикам и набиралось с десяток. И по вине этой разбросанности создавалось впечатление, что посетители есть, и их не так уж мало. И у всех на тарелках красовались зразы. Видать, слухи об этих вкусных деликатесах разошлись по всей округе, вот народ и спешит отведать это блюдо. Официантка принесла Денису на стол его тарелку со зразами, пылающих жаром, и два стакана горячего чая. Денис любил чай обжигающий, а потому по его просьбе Марина наливала, из чайника едва ли не в момент кипения. Полюбовавшись славной горкой из румяных зраз и вдохнув, сей аромат, Денис взмахнул вилкой, словно дирижерской палочкой, давая команду всему своему организму к приему пищи, предвкушая их вкус уже в свое рту, как неожиданно резко распахнулись двери кафе, и вовнутрь помещения шумно вошли два ребенка. Девчонка лет восьми-девяти и парнишка лет пяти. Они озорным взглядом окинули присутствующих в зале и, взявшись за руки, вприпрыжку зашагали между столиков, весело и откровенно рассматривая посетителей. -Дети пришли покушать, или по просьбе родителей пока места занять? – поинтересовалась Марина, уже приготовившись обслужить детей и наложить им в тарелки зразы. – А у вас деньги есть хоть? Или с деньгами следом ваши родители придут? Ладно, рассаживайтесь, потом разберемся, - уже миролюбиво и по-доброму пригласила она детей за стол. -Нее, тетя Марина,- весело и озорно хором прокричали дети, продолжая движение, не останавливаясь возле столиков, словно хотели просто прогуляться по залу. – Мы кушать не будем, сыты по горло. Нас бабушка вкусно кормит, такими же зразами, как и у вас. Правда, правда, она умеет их готовить. Мы их со сметаной знаете, сколько много можем съесть? Даже намного больше, чем вы Денису положили. Это сущий пустячок, по сравнению с нашим аппетитом. -О, так вы к нему, наверное? Вы его знаете? – без удивления и даже не интересуясь и не спрашивая, а просто констатируя как факт, сказала Марина. – Ну, тогда можете проходить и садиться к нему за стол. -Да не хотим мы кушать, тетя Марина, - повторила девчонка, уже приостанавливаясь, и персонально для нее проговорила эти слова. – Мы совершенно по иному делу сюда пришли, нас здесь ждет одно маленькое дельце. -А-а-а! – протянула Марина и сразу потеряла интерес к этим современным нахальным детям. Еще на грубость нарваться можно, а ответить этим малявкам и не знаешь, как. Денис, уже вроде как, приготовился к потреблению своего любимого блюда, вновь оторвался от тарелки и, удивившись, с некой неясной внутренней тревогой посмотрел на детей. Вроде как кого-то они ему напоминают, где-то мог и видеть этих маленьких сорванцов? Но знакомство с ними может смело и категорически отрицать. Если они его и знают по каким-либо причинам, то он с ними абсолютно не незнаком. Первый раз видит, если исключить случайные встречи. Да и в близком кругу знакомых с такими детьми припомнить не может. Нет, не припоминает, все его друзья, с кем он общается, в большинстве народ холостой и, тем более, бездетный, не обременен такими вот хулиганистыми малышами. А эти его еще и по имени знают. Да и черт с ними, решил Денис и попробовал повторить прерванное поедание зраз. Однако внезапно он обнаружил присутствие детей рядом с его столиком, что вновь оторвало от вкусного процесса. Это уже чересчур, его не просто разозлил и возмутил такой факт, но и сильно рассердил. -Вам чего, дети? – уже сердито и зло спросил он их. – Идите своей дорогой и не мешайте, мне есть. -А мы вовсе не собираемся тебе мешать, ешь свои зразы и не обращай на нас внимания, - резануло по ушам из уст мальчишки это панибратское обращение на «ты», словно к ровеснику или близкому родственнику. – Мы зашли просто пожелать тебе приятного аппетита и прочих жизненных благ. Ну, а еще успехов и любви, - хихикнул мальчишка, словно решил поиздеваться, что окончательно вывело из себя Дениса. – А чай у тебя горячий. Мальчишка сунул в стакан палец, ойкнул, словно обжегся, а затем схватил стакан с чаем, по температуре, близкой к кипятку и с силой плеснул жидкость Денису в лицо, добавив к своим действиям громкое и злое: -Приятного аппетита, мразь отмороженная! Ощутив, как сотни раскаленных иголок вонзились в лицо, Денис поначалу от сильной боли онемел и уже раскрыл рот для ора, но продолжить крик не позволила девчонка, схватив второй стакан, и повторила маневр мальчишки. Теперь часть кипятка попали в горло, в дыхательные пути, перекрыв возможность не то, что орать, так вообще дышать. Такой боли Денису не приходилось испытывать за все прожитые 27 лет. Задыхаясь, хватая воздух ртом, он с силой прокашлялся, освобождая легкие для крика, и, закрыв лицо руками, все-таки сумел издать этот болезненный протяжный звериный вой, сочетая его с матом: -Суки, чего творите, порву, твари, на куски, подлые выродки! – кричал он, добавляя к речи потоки мата. – Да я вас сейчас, уроды, по стене размажу, да я вас…, - заорал он и попытался вскочить со стула для исполнения угроз. Однако и такой маневр у него не удался, помешала девчонка, подскакивая к нему сзади и, прыгнув к нему на плечи, двумя руками вдавила пылающее его лицо в тарелку со зразами, которые аналогично дымились жаром и весьма высокой температурой. -Уау! – как дикий зверь взревел Денис, пытаясь сбросить с плеч девчонку. Но тут парнишка ухватился двумя руками за его шевелюру, которой он любил гордиться, и помог своей напарнице еще на несколько секунд придержать лицо Дениса в горячих зразах. – Убью, порву на куски, изувечу, подонки, сволочи, уроды! – визжал Денис, наконец-то сумев вырваться из цепких детских рук, на удивление ему самому слишком даже сильных. Освободившись, он вскочил с места и, размахивая руками, пытался отловить этих отмороженных, как показалось посетителям, деток. Однако руки махали в пустоту. Присутствующие в кафе, ошеломленные детской, но дерзкой хулиганистой выходкой этих деток, оторвались от трапезы и, застыв от изумления, молча, наблюдали за борьбой двух малышей с крупным и сильным молодым мужчиной, который пока сдавал позиции и справиться с ними не мог. Наконец-то, освободившись из плена оцепенения и первоначального шокового испуга, который поначалу парализовал волю и тело, опомнилась Марина и поспешила на помощь своему постоянному любимому клиенту и любителю ее зраз. Она выбежала из своей раздаточной и громко прокричала ошалевшей официантке, которая пугливо уселась на стул и с опаской следила за развитием драмы. Вмешиваться у нее желаний не было: -Оля, бегом, воды из холодильника принеси. Ему срочно нужно лицо в холод опустить и смыть с него тесто и куски фарша. Что же вы вытворяете, детки, разве можно так жестоко, - уже к девчонке с мальчишкой обратилась она сердито, но слегка слезливо и с жалостью. – Ему же больно, а они еще добавляют. Если и причинил вам неприятности, так по-иному нужно. А дети, отпрыгнув от мечущегося ослепленного Дениса метра на три, довольные наблюдали за его страданиями, словно эти боли им, как раз, доставляли радость и веселье. Однако покидать поле боя они не собирались, словно свое некое запланированное мщение пока не завершили. И сейчас, было даже слишком заметно по лицам, они его продолжат. Официантка Оля уже бежала с полным графином воды к столику Дениса, как девчонка внезапно толкнула стул руками, который угодил под ноги официантке Оли. Но мстить Оле девчонка не пожелала, потому что официантка не упала, сумела удержаться на ногах, но графин выронила из рук, который, шлепнувшись на пол, устланный керамической плиткой, со звоном рассыпался на мелкие осколки, словно фейерверком в честь победы. -О, боже! – простонала Марина. – Да что же это за детки такие, прекратите немедленно, это уже не хулиганство, а бандитизм. Да вызовите кто-нибудь полицию, их нужно как-нибудь остановить. Помогите мне поймать этих маленьких бандитов, остановите их безобразия, - обратилась Марина к присутствующим в зале посетителям, которые даже не пытались покинуть свои столики, высказывая громко вслух предположения и версии касательно этого противодействия. Почему-то жалости и сострадания у них Денис не вызывал. -Поди, за мамку мстят дети. Насолил ей, так кажется. Вот и получай расчет по полной программе. -Или отец их, да бросил. Потому и обиделись. Вот признайтесь, что просто так никакой ребенок так не поступит. Явно, какую-нибудь гадость совершил матери или им самим. -Да, даже представить трудно, что нужно было совершить, чтобы подтолкнуть на такие поступки ребенка? А Денис, вдоволь наоравшись и, наконец, сумев разлепить глаза, дико уставился на улыбающихся и развеселившихся, словно от интересной азартной игры, детей. Он уже окончательно озверел и желал срочной физической расправы над этими маленькими варварами с их дикими выходками. Вращая глазами и пытаясь придумать и отыскать нужное орудие мщения, он схватил стул за спинку и с силой замахнулся, чтобы запустить его в нахальную ухмылку девчонки, у которой даже тени испуга в глазах не промелькнуло от такого выпада мужчины. Однако Денис не учел такого малозначительного факта, что сидел он за своим столиком, расположенным возле окна, и сильным взмахом он ударил железными ножками стула по стеклу, которое разлетелось на мелкие острые кусочки. И эти иглы посыпались на его тело, пронзая плоть и впиваясь в тело. Ослепленный дополнительной новой болью, Денис упал на пол, чем только в несколько раз усугубил свое состояние, поскольку своим весом он вонзил эти иглы еще глубже. А падая на пол, он еще обрезал лежащими острыми осколками, как лезвием бритвы, лицо и руки. Дернувшись пару раз на полу, он внезапно стих, теряя сознание, но наконец-то избавляясь от этой страшной кошмарной боли. -Ой, мамочки! – простонала Марина, однако опасалась подойти близко к притихшему Денису из-за осколков стекла вокруг него. – Ну, и что вы наделали? – тихим трагическим голосом причитала она, глядя на детей, которые, оставаясь в кафе, с неким презрением, но довольством на лице наблюдали за свершенной их руками трагедией. – Вы же убили его. Зачем, за что? -Ну, что, Миша, считай, что одному отомстили, как ты считаешь? – неожиданно спокойным и громким голосом спросила девчонка, ошарашив таким безразличием всех присутствующих. -Да, как и обещали, мстя наша была коварной и жестокой. Теперь пусть подлечат и в тюрьму сажают. Так ему, Катя, и надо. -А вы, тетя Марина, не жалейте его. Ему за его деяния не ваши зразу есть полагается, а тюремную баланду хлебать до конца дней своих, - внезапно громко и отчетливо на весь зал обратилась к Марине девчонка Катя, как назвал ее мальчишка Миша. – И он обязательно туда отправится. -Как же не жалеть-то а? Ему же больно было, очень больно, вон, как страдал, бедняжка. А теперь и погиб. А ведь молодой и крепкий парень был, жил бы еще долго и много, а вы не позволили. -А зачем ему эта жизнь на воле? Не нужна и не имеет он прав не нее. Только зря вы так оплакиваете, не умрет он, потому что мы смерти ему не желали. Он выживет и отправиться в тюрьму. -Ох, если бы все ваши слова могли сбыться. Смотрите, крови-то, сколько с него вытекло. Не выживет, если уже не умер. -Нет, не умер, мы вам правду говорим, и вы можете смело нам поверить. Он получил боль, а не смерть. -Оля, - попросила Марина. – Звони в скорую. А вдруг и вправду, как говорят эти дети, он еще жив? Они и спасти его успеют. -Оля, вы еще и в полицию звоните, чтобы они знали, где его потом искать, - подсказал мальчик Миша. Малочисленные посетители, а также, подоспевшие на шум разбитого стекла, зрители с улицы, уже не могли оставаться на местах за своими столиками и, молча, окружали детей, с тревогой на лицах посматривая на Дениса и детей. Они понимали, что здесь произошла месть, да слишком жестоко выглядела эта разборка с такими последствиями и такой кровью. -И за что вы его так? – вдруг спросила женщина, одна из посетительниц кафе. – Мамку бросил, обидел чем? -Да, обидел. И очень сильно обидел, - ответила женщине Катя, пристально и жестко вглядываясь в ее глаза. – Сильно и больно обидел он со своими дружками и маму, и папу. Они убили их. А этот урод, прежде чем убить, лицом папу в горячие пельмени опустил. Очень больно ему сделал. Вот и мы его кипятком слегка помучили. А стеклом он уже себя сам порезал, вы видели. Хотели деньги отобрать, а денег в доме не оказалось. И они всех, включая и семью Шевченко вместе с их детьми, убили. А мы с Мишей сумели спрятаться, они нас и не нашли. Зато мы их всех нашли, и всем им этим тварям отомстим за все, всех до единого за папу и маму поначалу вот так покалечим, чтобы и им больно было, а потом в тюрьму отправим. Пусть остатки своей жизни на нарах гниют, мучаются и страдают, раз не захотели правильно жить. Баланду пусть вместо зраз жрут и на небо сквозь решетку смотрят. Вот так вы и скажите полицейским, что это и есть один из убийц в загородном доме, которых они уже больше месяца найти не могут. Вот теперь у них один будет, пусть подлечат и в тюрьму отправляют. -Девочка, а ты и вправду уверена, что это он, да? – спросила Марина. – А вдруг ошиблась, тогда как быть? Так лучше бы всю правду, если вы их знаете, рассказать в полиции, они их и арестуют. -Да? – не согласился Миша, крикнув даже слишком громко. – А месть? Мы же им обещали больно отомстить! -Нельзя мстить, это неправильно и опасно. Месть имеет, как и медаль, две стороны, как палка, два конца, - предприняла попытку образумить детей Марина. – Она душу обкрадывает, опустошает. -Возможно, - вмешалась в разговор Катя. – Только мы ведь не смертельно мстим. А боль они просто обязаны получить, как папа с мамой перед смертью. Кто его знает, как у них там, в тюрьме сложится? И вы не волнуйтесь и не пугайтесь нашей ошибки. Это Яшнин Денис Анатольевич, работает в АТП автомехаником. Мы его хорошо знаем, он с нашим папой работал, поэтому ошибиться мы не могли. Пошли, Миша, по-моему, к нашему Денису гости пожаловали. -Это, как так, пошли, так не годится, так у вас ничего не получится, - удивленно и сердито произнес мужчина, единственный в кафе из посетителей среди женщин, вдруг почувствовавший свой истинный статус и предназначение, как сильного пола. – Вот сейчас полиции вы все и расскажете. А то, натворили беды, и бежать скорее. Нет уж, дождитесь и ответьте. -А мы вовсе не бежать собрались, а тихо покинуть кафе, чтобы не мешать полиции. И они нам не имеют право мешать мстить остальным убийцам. И запомните, послезавтра следующий отправится в больницу. Сказала и, взяв брата за руку, оба направились к выходу. Однако мужчина, не пожелав даже прислушиваться к таким несерьезным доводам, поспешил за детьми, чтобы не допустить их уход. Но на его пути внезапно оказывались стулья, которые с большой и поразительной ловкостью дети выхватывали из-под столиков и преграждали ими путь преследователю. Больно ударившись пару раз о железные ножки стульев, мужчина, поняв бессмысленность попыток и полную свою несостоятельность в роли жандарма, плюнул себе под ноги и под хохот женщин прекратил погоню, возвращаясь к толпе. -Слушайте, девушки! – внезапно воскликнула одна из посетительниц, словно вспомнив нечто важное и ошеломляющее. – Так я помню эти похороны. На кладбище я ходила в тот день, могилку мамы прибирала. И в этот же день хоронили всех шестерых. И вот эти дети тогда на могилке родителей громко на все кладбище заявили, что обязательно отомстят убийцам. Так выходит, что не зря такими словами бросались, приступили к мести. Эти подонки, поди, уже успокоились, а их слова так уж серьезно и не восприняли. Вот, сорванцы, ай, да молодцы, однако, за папку и мамку этим извергам мстят. И правильно сделали, что припекли кипятком одного урода. Ну, а стекло он сам разбил, мы все подтвердить можем. Ну, я просто в восторге от них. Это надо же быть такими смелыми и решительными! -Да? – не согласилась Марина, пытаясь возразить. – Эти же уроды только прознают об их мести, так и сами попытаются убить детей. Нужно уговорить детей, чтобы они, если знают убийц, пусть расскажут в полиции. А они знают их, раз грозят и остальным подобную боль причинить. И в это время шумно распахнулись двери в кафе, впуская вовнутрь врачей и полицейских, которые сразу же поспешили к собравшимся вокруг израненного Дениса. Доктора окружили Дениса и принялись над ним колдовать, избавляя его тело от осколков и перевязывая раны, а полицейские подошли к Марине и посетителям с просьбой, ввести их в курс событий и обозначить причину звонка в полицию с описание происшествия. -Это дети так и попросили, чтобы мы кроме скорой еще и в полицию позвонили. Мол, этот Денис вас должен заинтересовать. -Какие еще дети? – удивились полицейские. – Дети здесь причем, и где они сейчас находятся? -Ну, понимаете, - приступила к рассказу Марина. – Они нам так и сказали, что этот мужчина, то есть, Денис, работает в АТП, и он является одним из убийц их родителей. Вы же помните то убийство семьи Шевченко и Копыловых? Так вот, здесь были те, случайно выжившие в том доме, Миша и Катя, дети Копыловых, главного инженера АТП. Дети еще на похоронах грозились, отыскать убийц и отомстить им. Вот сегодня одного разыскали и, сами видите результат. -И мстя наша будет жестока и коварна! – усмехнувшись, повторил слова Миши одни из полицейских. – Помню, а как же. А эти слова мы всем управление еще много дней повторяли. Думали, пустые угрозы, а они, негодники, приступили к исполнению. А чего не задержали их до нашего прибытия? -Вот, сами бы попробовали, а потом спрашивали, - иронично ухмыльнувшись, произнес с долей сожаления мужчина. – Слишком шустрыми оказались, видели бы сами, чего они тут с этим мужиком вытворяли. Сначала морду кипятком ошпарили, потом в зразы окунули. А они слишком жаркими оказались. А потом он уже сам себя в ярости до такого довел. За стул схватился, да зацепил стекло. Но дети так и сказали, что выживет и пусть в тюрьму садится. Вот такое будущее предсказали ему и его подельникам. Они их всех знают и всем мстить будут. -Так, говорите, что то убийство – его с дружками работа? Погодите-ка все, я сейчас следователя, что ведет это дело, вызову. Вы ему со всеми подробностями сегодняшнее происшествие и расскажете. Полицейский быстро выхватил из кармана телефон и кому-то позвонил, нетерпеливо дожидаясь ответа. -Алло, Слава, я тут в кафе возле Сычевки. Сам, поди, не раз бывал в нем, вспоминай скорей. Да тут два маленьких ребенка, девчонка с мальчишкой здорового детину довели, что того скорая в больницу забирает. В общем, сейчас доктор пару слов скажет, а потом я продолжу. Он мне о состоянии пострадавшего проинформирует, - полицейский оторвал от уха трубку и глянул в сторону врача сворой помощи. – Ну, что с нашим пострадавшим, жить будет? -Будет, - уверенно прочел вердикт врач. – Потеря крови большая, но жизненно важные органы не задеты. -Слышал, Слава? – продолжил общение со следователем Назаровым полицейский. – Так вот, эти дети говорят, что мужчина, Яшнин Денис, является одним из убийц семей Шевченко и Копылова. Ты же сам припоминаешь, как эти детки на похоронах во всеуслышание заявили? Так вот, они приступили к исполнению клятвы на могиле родителей. Приезжай и пообщайся со свидетелями, они тебе со всеми подробностями перескажут событие. -Все, лечу! – крикнул в трубку Вячеслав и отключил телефон. Высвистав помощника Сычева Павла, они оба сели в автомобиль Назарова и на скоростях с небольшими нарушениями, на которых особо и не зацикливались, а гибддшники знают автомобиль следователя убойного отдела, понеслись в сторону Сычевки. Доехали быстро. И улицы в обеденное время не слишком загруженными оказались, и светофоры, как по личной их просьбе и команде, зеленым глазом на всем пути моргали. -Ну, что у тебя тут, Коля? – без приветствий и предисловий обратился Назаров к полицейскому. – Какие факты и что позволяет тебе говорить о пострадавшем, как о фигуранте этого убийства? Ты себе даже представить, не способен, сколько всего положительного ты услышишь в свой адрес, Коля, если этот Денис Яшнин окажется одним из подозреваемых! Я уже к телефону боюсь подходить. Свои-то еще ладно, они и понять могут, а вот область достала. По нескольку раз в день звонят, требуют, давят, выдавай им срочно убийц. Нет, помощь бы какую существенную оказать, так нет, только командуют и подгоняют. А это точно, один из них? -Ну, так послушай, а потом сам и решай, - выслушав длинную оправдательную тираду следователя, Николай приступил к своему рассказу, в конце которой из уст Вячеслава только и услыхал: -Твою мать. Так это действительно они и были? Я же сто раз, как минимум, беседовал с ними, расспрашивал. Так говорят, что никого не видели, мол, в окно не рассмотрели. Темно на улице было, лишь тени и промелькнули. Стало быть, схитрили, одного этого все-таки, увидели и опознали. -Слава, они просили передать, что знают всех поименно. И мстить болью начали с этого, а продолжат со всеми. Послезавтра в это время обещают покалечить и отправить на больничную койку следующего. Знают они их, так что, езжай к ним домой и уговори, чтобы рассказали правду. Если только не ошибаются и не повредили невиновного. Тогда, сами в бандиты попадают. -У нас, Коля, на одного из них кое-какой материал имеется. Катюшка рассказывала, что один из убийц пытался зайти к ним в комнату, в которой они прятались, да запутался ногами в коврике, лбом со стеной поцеловался, а потом еще и кубарем по лестнице катился. Так вот, эксперт кое-какие следы со стены соскреб, да и на лестнице соплей насобирал. И мне так кажется, что именно Денис Яшнин и мог быть этим неудачником. Она его, скорее всего, видела и сумела запомнить. Так ведь эти уроды, стоит им только узнать о юных мстителях, поспешат устранить их. Ладно, огромное тебе спасибо, Коля, а мы с Пашей пулей несемся к старикам Копыловым. Нам просто срочно необходимо переговорить с детьми, по любому уговорить их, отказаться от этой затеи с местью. Пусть, если знают всех, так нам их назовут. -Да, вы простите, но мы упустили одни момент, - к полицейским подошла Марина и, вспомнив важную деталь, решила довести ее до ушей следователя. – Девчонка просила передать, что послезавтра в это же время они отправят в больницу следующего. Так и просили сказать. -Что? – удивленно воскликнули все трое сразу. И Назаров, и Павел, и Николай. Такое сообщение выбивало все их предположения. Это, уже ни в какие рамки не вписывалось, и никакой логике не поддавалось. – И не назвали ни имени, ни фамилии своей новой жертвы? -Сказали, что хотят им всем сделать больно. -Слава, - требовательно попросил Николай. – У вас уже есть Денис, так срочно допросите его. -Это, если он будет способен в ближайшее время на общение с нами, - с легкой досадой ответил Назаров. – Сам ведь говоришь, что едва ли не в капусту порубило его осколками. -Врачи обещают жизнь, так что, допросить получится. -Да, и девчонка сказала, что они никого убивать не собираются. Только больно и жестоко калечить. -Час от часу не легче. Ладно, допросить, допросим, да на это время детей спрятать нужно, пока приведут в порядок Дениса, чтобы его подельники не опередили нас и не убрали малолетних свидетелей. Если признаться, так я даже слегка шокирован таким фактом, как беспечность стариков. Как и кто позволил этим деткам забраться в это кафе, далеко за город, черт те, куда от дома. -Так, Слава, им еще узнать нужно было, что он в рабочее время окажется именно в этом кафе, именно в это время, - удивленно продолжил Николай. – Следили за ним, что ли? Честное слово, но что-то никак не пойму, некоторые факты не желают стыковаться в единую версию. -И что у тебя не стыкуется? – вклинился в разговор Павел, до сих пор лишь прислушиваясь к спору и построению гипотез старших товарищей. – Они его узнали, скорее всего, видели и до этого дня, на слежку и на поиски особо им и не понадобилось время. -Месяц, Паша, - не согласился Вячеслав. – И этот месяц они либо искали его, либо следили и ловили момент для мести. Удачный? Так я не заметил в их действиях даже признаков скрытности. В открытую и афишируя даже следующую месть. Никакой конспирации. -Слава, - словно возмущенно, но с долей иронии возразил Павел. – О чем мы вообще спорим здесь, а? Пожалуй, с Николаем я быстрей соглашусь, чем с тобой. Вы слегка увлеклись и совершенно позабыли простой и очевидный факт, который способен разрушить все ваши версии вмиг. -Ну? – хором спросили Николай и Вячеслав, заинтригованный неким загадочным тоном Павла. -Дети, - словно утверждал маловероятный факт Павел, и сейчас просвещал своих, вроде как, начальников, - пяти и восьми лет. Это слишком даже маленький возраст для взрослых дел. А их деяние абсолютно несовместимы с их годами. Куда бы ни шло, если бы им было по 15-18. А тут перед нами детсадовский возраст. Ну, Катя – школьница, однако, второй класс. Кстати, в это время должна сидеть за партой. Моя аналогично учится во втором, в параллельном с Катей. И уроки у них еще не закончились. А Миша, в таком случае да еще при вашем раскладе, из садика должен сбежать, да? Да воспитательница давно бы уже тревогу подняла. -И что ты этим хочешь сказать? – спросил Вячеслав, окончательно запутавшись в этих словесных сплетениях. -Факты не стыкуются. Не детские это игры, и почерк недетский. -А я о чем здесь говорю? – категорически и жестко заключил Вячеслав. – Дети затеяли опасные взрослые игры. И потому мы с тобой срочно несемся к Копыловым и немедля разыскиваем их внуков, пока их не нашли подельники этого Яшнина. Знают, получается, наши дети по рассказам свидетелей сегодняшнего инцидента всех убийц по фамилиям и по именам. А почему знают, так я думаю, что они их все-таки, видели вместе. Запомнили одного и выследили остальных. Разговаривали офицеры полиции по пути к своим автомобилям на стоянке недалеко от кафе. Распрощавшись с Николаем, Вячеслав и Павел на скоростях помчались в сторону города по адресу проживания стариков Копыловых. Без их помощи и без их присутствия нет у них прав на опрос детей. А здесь еще нужно обсудить вопрос защиты этих хулиганов от самих бандитов. Потому и необходима им встреча с Анатолием и Надеждой, дедом и бабкой детей. Не успели они, и подъехать к дому Копыловых, как увидели стариков, под ручку выходящих из подъезда. По пакетам в руках Анатолия, Вячеслав предположил, что они собрались в магазин. Притормозив в нескольких метрах от идущих стариков, Павел выскочил из машины и пригласил их обоих в салон автомобиля. -Вы поймали убийц? – слегка испуганно, но с долей надежды спросил их Анатолий. – Или еще чего произошло? Надеюсь, не с внуками? -Произошло, - ответил Анатолию Вячеслав, разворачиваясь лицом в их сторону. – Вы не подскажите, где сейчас могут находиться ваши внуки? Вы уверены, что они именно там, где вы думаете? -Как это где? – с тревогой в голосе переспросила Надежда. – Миша в садике, а Катюша, где и положено ей быть, в школе. Уроки у нее должны закончиться где-то минут через 20-30. Вот из магазина и планировали зайти за ней. Не томите, говорите, что еще могло случиться? -А вы уверены, что там, а не где-нибудь в другом месте? Как вы считаете, могут дети без спроса куда уйти? – поинтересовался Павел. -Да скажете вы или нет, что с нашими детьми? – с ноткой истеричности воскликнула Надежда. – Беда, с ними какая, или что? -Беды нет, но нам просто очень срочно необходимо задать им несколько вопросов. Ради бога, успокойтесь и не думайте о негативе, - поспешил успокоить слишком разнервничавшихся стариков Вячеслав. – Простите, а вам знаком такой работник АТП, как Денис Яшнин? Он работает там же, где работали ваши погибшие дети. Это имя вам о чем-нибудь говорит? -Да нет, - уже успокоившись, слегка задумавшись, пытаясь вспомнить человека с этим именем, ответила Надежда. – Но мы, если честно, никого, вернее, почти никого не знаем и раньше не знали из АТП. Вот если только после этого случая кое с кем познакомились. Та вы нам все-таки, объясните, зачем вам понадобились наши внуки, и кто такой Денис, которым вы интересуетесь? -Хорошо, объясним, обязательно расскажем, - согласился Вячеслав, понимая, что старики здесь абсолютно не причем. – Однако поначалу давайте заедем к Мише в садик и к Катюше в школу. Нам просто необходимо срочно задать им эти главные вопросы. А уже потом и вам разъясним причину такой заинтересованности. Дети игрались во дворе садика. До обеда было еще время, а хорошая погода позволяла игры на улице. Миша, увидев сквозь сетку дедушку и бабушку, радостно замахал им руками и подбежал к забору, торопливо залепетав обо всех событиях, происшествиях новостях, успевших случиться с ним за время присутствия в садике и разлуки с ними: -Бабулька, дедулька, а мы играем тут, и скоро уже на обед пойдем. А на завтрак были пюре с котлеткой. Съели, а потом учили стихи к празднику, а сейчас нас во двор выпустили. А Алла Платоновна сейчас придет, ее директор позвала. И вообще, у меня все хорошо, и я побегу дальше играть, - заключил он в конце своего монолога и убежал к мальчишкам, которые нетерпеливо звали его в свою игру. Увидев воспитательницу, вышедшую из здания детского сада, Надежда позвала ее, предоставив право общения с ней следователю и его помощнику, поскольку, как она поняла, у них к ней вопросы. -Простите, Алла Платоновна, - обратился к воспитательнице следователь Назаров. – Подскажите, Миша не отлучался из садика в ближайшие часы? – спросил, а сам сразу же понял глупость и нелепость такого вопроса. Да об этом факте она сама сразу же при виде стариков сообщила бы им об этом. – Ну, вообще-то я о том, что, не мог ли он незаметно от вас сбежать на время, к нему сестричка Катя не приходила? -Да вы что такое говорите? – искренне возмутилась воспитательница. – Я никогда не позволила бы разрешить сестре Кати забрать его. Вот только лично в руки Надежде Семеновне и Анатолию Григорьевичу. Я же все понимаю, да и они сами меня об этом просили. Миша с самого утра в садике и под моим личным присмотром. Вот если и отлучилась на пару минут, так другие присмотрят за моими детьми, здесь все группы почти играют. Павел и Вячеслав удивленно и слегка ошарашено такими категорическими заявлениями переглянулись, однако решили больше вопросов не задавать, поскольку все стало предельно ясным. Вернее, абсолютно непонятным. Нестыковка и нелепость иных предположений уже вырисовывалась явственно. Никаких тут «без ведома», да и разрешения кроме стариков ей никто предоставить не мог. И Миша с самого утра не покидал пределы садика. Однако в кафе в Сычевке до больничного состояния, по показаниям свидетелей, довели Дениса Яшнина именно Миша и Катя. Но находиться во время того трагического события в самом кафе они не могли. А вдруг, что маловероятно и практически невозможно даже представить, Катюша для такой операции пригласила какого-нибудь другого мальчишку? Более решительного, более смелого. Вот именно этот Миша, что играет во дворе с мальчишками, на такие боевые действия вряд ли способен, слишком наивен и тихий он. Не боевой. На немой вопрос Надежды, Вячеслав поспешил оправдаться: -Давайте спросим у Катюши, а уж потом я попытаюсь вам все разъяснить свои эти нелепые вопросы. Хорошо? Надежда согласилась, и они вчетвером поехали в сторону школы, которая находилась буквально рядом с садиком. Надежда пожелала зайти в школу и позвать Катю на улицу, где следователь задаст ей свои вопросы, но Вячеслав пожелал поначалу эти вопросы задать учительнице. До окончания урока было еще время, но Вячеслав не стал дожидаться звонка. Он постучал, приоткрыл дверь и, извинившись, попросил Катину учительницу выйти на несколько секунд для разъяснений неких фактов, которые нуждались в уточнении. -Я, следователь Назаров Вячеслав Юрьевич, веду дело об убийстве родителей Копыловой Кати. Простите, как вас звать? -Мария Владимировна. Я вас слушаю. Только прошу, не задерживать меня. Если хотите поговорить, то урок закончиться минут через 10. И потом мы уже можем спокойно и без спешки поговорить. -Нет, нет, - поспешил с оправданиями Вячеслав. – Один вопрос, и мы сразу же уходим. Как я понял, так Кате нам этот вопрос задавать не придется. Скажите, она не отлучалась никуда именно в этот последний час-полтора? -Нет, это я могу заявить однозначно и категорично. Ну, во время переменок я их не могу контролировать, но на прошлом уроке Катя отвечала у доски, а сейчас, как видите, сидит за партой. -Спасибо, - слегка ошеломленный и растерянный, поблагодарил Вячеслав и отпустил учительницу к детям. К машине шли, молча, но перед тем, как расстаться с Копыловыми, Вячеслав решился объясниться и рассказать им ту причину, которая вынудила его к таким неадекватным и слегка глупым поступкам. -Понимаете, - слегка призадумавшись, пытаясь подобрать правильные слова, начал он. – Где-то чуть больше часа тому назад в загородном кафе Сычевки произошло событие, которое и вынудило нас поспешить с такими вопросами о ваших внуках, об их местонахождениях в эти минуты. С неким Денисом Яшниным и случилось это несчастье, в котором оказались замешанными, как главные виновники ваши внуки. По словам свидетелей, Миша и Катя вместе вошли в кафе, подошли к Яшнину, который собрался обедать, и, кстати, проявив неописуемые чудеса ловкости и смелости, довели его до больничной койки. И в завершение вслух, громко и однозначно всем заявили, что это все их месть за убийство папы и мамы. Мол, они поклялись на могилке отомстить подлым убийцам. И вот сейчас с Дениса начали осуществлять план мести. Но на очереди следующий. И так будут мстить, пока всех не уложат в больницу. Вы ведь помните слова Миши и Кати, сказанные в день похорон? -Да, да, помним. И мстя наша будет жестока и коварна. Так это сказано на эмоциях, разве можно их слова принимать всерьез? Дети были слишком обижены, в горе, в страданиях. Им и хотелось мести. -У нас в управлении еще много дней вспоминали эти угрозы. Разумеется, несерьезные, нереальные. Однако с сегодняшнего дня они начали претворяться. И об этом происшествии очень скоро узнает весь город. И главное, про Дениса узнают и убийцы. Так получается, что ваши дети, ну, мне до этого момента так не казалось, знают имена убийц. -Простите, но вы только что сами убедились, что они не могли там находиться. Это были не они, не они мстили вашему Денису. Вам же предельно ясно сказала воспитательница и учительница, - попытался возразить Анатолий. – Или эти свидетели ошиблись, или им просто померещилось. Хотя, факт мести очевиден. Значит, кто-то за наших детей другой мстит. -Да нет, свидетелям не могло померещиться, мы сами только что из этого кафе, и народу там, хоть и немного было, но не один-два человека. Массовые галлюцинации отрицаем сходу. А потом, слишком много совпадений. Да не было за последнее время подобных убийств. И мальчишка с девчонкой повторили слова, сказанные на могиле родителей Катей и Мишей. И свидетели утверждают, что друг к другу они обращались по именам. Катя и Миша. Других не могло быть. -И все равно, - вступилась в защиту детей Надежда. – Это никак не могли быть нашими детьми. Сами же из уст воспитательницы и учительницы слышали, что никуда ни Миша, ни Катя не отлучались. Я не знаю, как это все можно объяснить, да вот внуков мы слишком хорошо знаем, чтобы адекватно о них судить. Да, дети сильно обиделись на этих подлых убийц, что в одночасье осиротили их. Но они пока еще слишком малы, чтобы отважиться на такой отчаянный шаг. Как вас послушать, так там были настоящие сорвиголовы. Это абсолютно не похоже на наших Катю и Мишу. Они – милые, тихие и безобидные дети. -Понимаете, Надежда Семеновна, - соглашался с доводами Надежды и Анатолия Вячеслав. – Мы уже и сами понимаем свою ошибку, да вот разъяснение происшествию пока придумать не можем. Все события и факты указывают на Мишу и Катю, а быть ими никак не могут. -Мистика какая-то, - заключил Павел. – А может, вы позволите дождаться Катю и задать ей все-таки пару вопросов? Неконкретных, так, наводящих. Обещаем, что пугать ее не станем. Буквально через несколько минут по крыльцу из школы во двор сбегала Катя и, счастливо улыбаясь и выкрикивая слова приветствия, бежала она к автомобилю, возле которого они вчетвером и стояли. Бабушка Надя расплылась в улыбке, заметив бегущую к ним внучку, а дедушка Анатолий присел на корточки и расставил руки, чтобы подхватить Катюшу. Она на ходу и влетела в эти сильные объятия, радостно расхохотавшись и щебеча деду на ушко некие новости. -Привет, моя дорогая! – пролепетала Надежда и приобняла внучку, которая уже уселась у деда на руках. – Ну, можешь спуститься на землю, вон, какая уже большая! Сейчас твои подружки увидят, что на руках сидишь, так еще и засмеют. Потом будешь оправдываться. -Нее, не засмеют, наоборот, даже завидовать начнут. Им станет завидно, что у меня такой сильный дед. Правда, ведь? -Правда, правда! – соглашался Анатолий и даже не предпринимал попыток, чтобы опустить внучку на землю. -Ой! – вдруг засуетилась Катюша, заметив рядом с бабушкой следователя Вячеслава и его помощника Павла, которых хорошо запомнила за все долгие беседы, что провели они с ней первые дни после гибели родителей. И хоть после тех разговоров уже порядком времени прошло, но она их не позабыла. – А вы к нам сейчас пришли, чтобы чего-нибудь про тех плохих дядек рассказать, да? Бабуля, только, если можно, сначала я хочу что-то любопытное вам рассказать. Деда, ты меня на землю опусти, а я вам всем такую интересную историю расскажу, что вы ахнете, - Катя с помощью деда Анатолия слезла с рук на землю и быстро затараторила, что пришлось остановить, уговорить, не частить и внятно выговаривать слова, а иначе ее никто понять не может. Катюша согласилась, прокашлялась и повела речь неторопливо и с расстановками: - Вы даже не представляете, но такого со мной еще не случалось никогда. На прошлой переменке я задремала прямо за партой. Еще Любка меня после звонка на урок растолкала, и все потом долго смеялись надо мной, что пришлось Марии Владимировне их успокаивать. А потому что она всем разболтала, что я во сне махала руками и с кем-то ругалась. Вот только слов она моих не разобрала. А мне такой сон приснился, что я даже обижаться на нее и на всех за их смех не захотела. Вещий сон, будто все происходило не во сне, а на самом деле. Просто мне «она» о нем рассказала и показала, как в кино. И говорит, что все это вовсе и не сон, а правда. Мы с Мишкой в этом сне попали за город в какое-то кафе, а там один дядька сидел и хотел обедать. А мы даже имя и фамилию его знали. И только он собрался пообедать, как я его вдруг узнала. Это он по лестнице к нам поднимался и хотел нас убить. И еще я вдруг вспомнила, как он папе больно сделал горячими пельменями. И этот дядька, когда по лестнице к нам поднимался, так в коврике запутался и с лестницы так грохнулся, что сразу расхотел еще раз подниматься. Он же думал, что мы все равно погибнем от газа, а его перекрыла. Так вот, в этом сне мы с Мишкой решили ему отомстить. Сначала облили морду горячим чаем, чтобы вспомнил, как папе было больно, потом воткнули мордой в эти горячие зразы и обозвали его всякими нехорошими словами, чтобы разозлить его и заставить совершать необдуманные поступки. Мы знаем, бабулька, что это некрасиво, но мы же их говорили во сне, а не специально. И он так разозлился, что хотел нас стулом убить, да не попал в нас, а в окно, и его всего стеклами порезало. Он так громко орал от боли, что аж уши заложило. А потом притих. Вот. И еще этот сон сказал, ой, ну, я даже не знаю, как такое мне во сне она сказала, что этот Денис теперь в тюрьму попадет, а вы, то есть, мы с Мишкой начинаем охоту за следующим бандитом. И послезавтра в это же время мы ему отомстим. Аналогично, такое слово она сказала, больно и с попаданием в больницу. Правда, здорово, а? Взрослые, ошарашенные от прослушанного рассказа, на несколько минут онемели. Но потом Вячеслав сообразил спросить у ребенка: -А эта Катя во сне имя второго бандита вам не назвала? Вы кому послезавтра собираетесь мстить? -Ну, она, то есть я, во сне знала, а как проснулась, так сразу и позабыла. Ой, ну, это же просто сон, и ничего более. И все равно, мы ему здорово во сне отомстили, даже жалко, что не взаправду. -Так ты говоришь, Денис Яшнин? Так звали этого бандита, которому вы в кафе так больно отомстили? -Нет, я фамилию не запомнила. Ой, а вы откуда знаете? Я только имя его хорошо запомнила, и то, что он к нам в комнату хотел попасть. И если бы не коврик, который его не пустил, так и нас убил бы. Вячеслав решил больше не беспокоить ребенка своими вопросами, не травмировать и не удивлять, что именно так все, как в ее сне и приключилось с этим Денисом. И, распрощавшись с семейством Копыловых, они оба отправились в больницу, чтобы навестить пострадавшего от рук детей. Однако, как оказалось, и как предсказывала девчонка, Денис Яшнин находился пока без сознания. Тогда Вячеслав позвонил эксперту и попросил того приехать в больницу, чтобы взять для анализа необходимый материал, для сравнения с тем, что он сумел наскрести в доме, где произошло убийство. И с лестницы, и со стены, в которую угодил лбом преступник. 4 Экспертиза подтвердила, что Денис Яшнин и есть один из тех грабителей. Что пытались ограбить семью Шевченко и чету Копыловых. И это именно он шел на второй этаж за смертью для детей, которые пытались спрятаться от бандитов в шкафу детской комнаты. Да вот коврик помешал. А потом добавилось это роковое падение с лестницы. Грубое и жесткое, оставив следы присутствия Дениса. Следы должен был уничтожить огонь, который просто необъяснимым чудом предотвратила Катя. А потому и поступили так беспечно убийцы, не стараясь, замести за собой свое присутствие. Следователь Назаров, получив результаты экспертизы, воспрял духом. Уж этого фигуранта он не упустит, сумеет дождаться его пробуждения и строго допросит. По прогнозам врачей, максимум через пару дней Денис очнется и сможет давать показания. И отвертеться, не получится, принудим говорить правду, поскольку сейчас в руках следствия неопровержимые доказательства его присутствия в доме. И своими прогнозами Вячеслав поделился с Павлом. -Да, Слава, - вдруг нечто важное вспомнив, проговорил Павел: - Сегодня к обеду, как во сне пророчила им мифическая Катя, ожидается кровавая месть очередному фигуранту. Ты, случаем, не забыл? -Не забыл, - жестко ответил Вячеслав, плотно сжав губы и проскрежетав зубами, словно это напоминание отозвалось зубной болью. – За детьми установлено наблюдение, возле палаты Яшнина выставлена охрана. Я так предполагаю, что слухи о юных мстителях уже успели разлететься по всему городу, и дошли до ушей самих грабителей. Должны активировать свои действия, проявят чем-нибудь себя, вот тогда, может быть, мы и сумеем опередить деток. -Не думаю, - возразил Павел. – Если там, в кафе, были не сами дети, то есть, не Катя и Миша, а некие их фантомы, то против мистических хулиганов мы окажемся бессильными. А убийцы, скорее всего, постараются залечь на дно. Если у них есть хоть капля мозгов, так и поступят. Да, Слава, забыл тебе рассказать. Вчера вечером заглянул к Копыловым, с детьми пообщаться, так вот, аналогичный сон приснился и Мише. Чуть позже, во время послеобеденного сна. У меня неожиданно возникло на этом фоне безумно нелепое предположение, что их личные Ангелы сами свершают деяния мести, записывают картинки события, словно кино, а затем прокручиваю этот фильм детям. Только во сне, чтобы им казалась месть, приснившейся. Понимаешь, они им передают, а психику пытаются сберечь, не травмировать. -Так по твоим предположениям, на месте настоящих детей в Сычевке были их Ангелы в образе Миши и Кати? – язвительно и с иронией спросил Вячеслав Павла. И вопрос ответа не требовал, поскольку прозвучал, как обвинение. – Чушь не болтай, пожалуйста, с небес спустись и мистикой здесь не швыряйся. Ты еще колдовство припиши. Объяснение имеется реальное и материальное. Просто пока мы еще его не расшифровали. -Можно подумать, - без обиды, а даже с некой смешинкой в голосе, возразил Павел, уже в свою версию, поверивший, как в наиболее вероятную, - у тебя есть разумное объяснение. Ну, кроме гипотетической. Слава, внимательно изучив факты и выслушав свидетелей и самих детей, иных версий просто не получается. Их и быть не должно. Ту явно замешаны потусторонние силы, - сказал Павел и сам весело расхохотался над своими нелепыми предположениями. – Вот если сегодня получим сообщение о новом, обещанном Катюшей, вернее, той, которая была в ее образе, акте мщения, как она и говорила, где-то во время обеда, тогда я распишусь в своей несостоятельности, и откажусь от ведения следствия, поскольку нас в университетах общению с темными силами не обучали. А здесь именно таковое и просматривается. Ждем, и надеемся на обычное совпадение. -Нет, Паша, - категорически опротестовал мнение товарища Вячеслав. – Эти силы – очень даже светлые, и выступили они на борьбу со злом, с отморозками, которых пожелали покарать болью и тюрьмой. Хотелось мне поначалу возразить тебе, да никак не получается. Факты – упрямая вещь, но дикая, ошеломляющая и ошарашивающая. Детям снятся безумные сны, а их фантомы вышли на тропу войны. Я на стороне закона, и хотел бы эти акты мщения прекратить, но, признаюсь, нравится мне в их действиях основная цель мщения – тюрьма. Слава богу, не смертельная месть, а с битьем. Как говорится, поначалу розгами высечь, а затем в кандалы заковать. Страшней оказались бы сны с кошмарами, как с убийствами и схожими акциями, приводящими к гибели этих бандитов. Щадят их психику мстители. На кольцевой маршрута Ильцевич Никита, заметив подъезжающий микроавтобус Буревского, подошел к Дмитрию и, попросив сигарету, словно для этой цели и задержал его на минутку, тихо прошептал, наклоняясь на предложенной горящей зажигалкой, кося глаза по сторонам, опасаясь лишних слушателей: -Слыхал, какие сказки болтают в городе? -Слыхал, да только Денис не в сказке, а наяву в больницу угодил, - констатировал, как факт, Дмитрий. -И что ты на все это скажешь? – спросил Никита. – Неужели эта шпана видела его, когда он поднимался к ним в комнату и грохнулся с лестницы? Успели морду сфотографировать. -Хорошо, если только его одного, - предположил Дмитрий. – А если еще кого, если тебя, или меня? -Не думаю. Месяц прошел, а вокруг тишина, - словно из песни пропел Никита. – А вот Денис, так тот засветился по полной, урод недоделанный. Ничего поручить нельзя, такой пустяк не сумел довести до конца. Видела его девчонка, как пить, видела и запомнила. Вот не зря же она сразу газ перекрыла. А потом месяц выслеживала. И теперь сумела этого детину в больничную койку уложить. Вот, хорошо, если подохнет, а ежели рот откроет? Эти сумасшедшие детки так и заявили, что он и есть убийца. Ясен пень, не один работал. Хорошенько надавят, так и нас за собой потянет. Не пойму одного, почему эти дети следаку ничего не сказали, а? Получается некая чертовщина. Ведь мелкие еще, неспособные на серьезные дела, а сумели так управиться с этим Денисом, что уже весь город сказки о них сочиняет. -Предлагаешь, рот этому придурку закрыть? – спросил Дмитрий, сам испугавшись своего предложения. -Да нельзя нам сейчас светиться никак! Там полицейский у палаты дежурит, и видеонаблюдение ведется круглосуточное по все больнице. Не дай бог, зафиксируют наше появление, так сразу без лишних вопросов повяжут. Ведь и коню понятно, что, ежели рядом появились, так шапка горит. -А дети? Ты предлагаешь, оставить их в покое? Ведь пока молчали, а потом захотят говорить, все следаку расскажут. -Ну, я так считаю, что кроме Дениса, никого они больше не видели и видеть не могли. Если только Алексея, когда он газ открывал. Хотя, он к их комнате вообще не подходил. Будем надеяться, что больше никого не видели. Самая главная опасность для нас сейчас – Денис, его язык. -Хоть бы издох, что ли? А если от лица товарищей по цеху попробовать навестить, да прозондировать вокруг почву? Ну, хоть о его состоянии, о перспективах выздоровления узнать. -Ох, даже не предполагаю, как поступить, что делать? – тяжело, словно усталая корова, вздыхал Никита. – Так глупо проколоться из-за обычной человеческой лени. Что ему стоило, войти в комнату и проверить? В общем, он сам свою судьбу решил, - жестко определил перспективы Дениса Никита. – Пока он в отключки, так нам лучше к нему не соваться. Но очень скоро, стоит лишь ему придти в себя, гости не замедлят себя ждать. Будем усиленно думать, как нам раньше гостей попасть к нему. Во всяком случае, говорить он не должен, не допустим. На этом вердикте друзья расстались и поехали каждый по своим маршрутам. Вернее, маршрут у них в одном направлении. Просто по этому маршруту ходит один большой автобус и три маршрутки, на одной из которых и работает Дмитрий Буревский, как и в сегодняшний рабочий день. Вот уже месяц прошел после того громкого резонансного убийства. И первые дни Дмитрий, завидев полицейский патруль, слегка мандражировал, рисуя в своем воображении задержание, арест и приговор суда. Неудачной оказалась вылазка. А еще с этим Денисом усугубилось их шаткое положение. Прав Никита, в их работе требуется более жесткая дисциплина исполнения приказа. И вот теперь этот слух с происшествием в кафе возле Сычевки вновь нарушил душевное равновесие. Город маленький по областным масштабам, потому такие уникальные события быстро становятся достоянием ушей обывателей. Поначалу в этот бред и верить не хотелось, настолько нереально звучал пересказ через третьи-пятые уши. Но, когда звонок в больницу подтвердил факт происшествия с Денисом, Дмитрию слегка стало плохо от нехорошего предчувствия. Разоблачение чревато пожизненной отсидкой, слишком много успели они за столь короткий срок напакостить в этой жизни. И ладно бы не в холостую эта последняя ходка. Так ни копейки, ни рубля не взяли. Слишком цивилизованными оказались участники сделки. Вот этот факт и угнетал Дмитрия, а вовсе не само убийство. Да еще эти юные мстители выползли откуда-то. Не слухи, а факт самого происшествия напрягал. Зря он не успел запомнить лица этих проклятых деток, чтобы при встрече не опростоволоситься и не лопухнуться, как Денис. Да этот придурок способен ноги поломать на ровном месте! Вот уж идиот, так и говорить об этом лишнее. Запутался в коврике так, что поначалу влепился в стену лбом, а затем отрекошетился от нее и кувыркался по лестнице так, как колобок от бабушки с дедушкой. Поди, следы крови и соплей оставил по всему полету. Так что, за жабры в него вцепятся жестко. Мочить его, суку, надо, пока не заговорил и не заложил всех. Хотя, логически рассуждая, так легче отмолчаться, чтобы груповуху не приписали. Да кто поверит, что в одиночку расправился с двумя семьями? Нет, все равно, мочить, однозначно и поскорей. Есть еще такая статья, как сотрудничество со следствием, которая ему смягчает приговор, подельникам усугубляет. Стало быть, не позволить ему даже рта открыть, чтобы спать спокойно. Эти мысли Дмитрия не покидали на протяжении всего маршрута. Он уже и не горел за план, как обычно не останавливался по просьбе голосующих пассажиров, чего раньше не пропускал, поскольку попутных пассажиров чаще набиралось гораздо больше, чем на остановках. Народ, почему-то, на стандартно оборудованной остановке больше и чаще желал дождаться большого автобуса, поскольку на нем дешевле. А маршрутку ловят опаздывающие, не успевшие добежать до остановки. Но сегодня не их день. Мысли Дмитрия забиты и засорены, думает он о перспективах дальнейшей своей жизни. Хоть и не собирался он жалеть тех, которых ради денег загубил, но иногда ужасы гипотетической расплаты его навещали. А не зазря ли все это закручено, а? И кто первым предложил в их компании, отказаться от обыденной и мирно текущей жизни ради больших и легких денег? Нет, они не слишком легкие, напрягают даже сильно и тяжело. В особенности на памяти первый выход и первое настоящее убийство. Как оказалось, у всех их компании оно оказалось дебютным. Но шли на него спокойно, с задором и с залихватским настроением. Только потом, уже лежа в кровати перед сном, страх спеленал мозги и тело, лишив сна и покоя. И даже некое сожаление охватило его, что ступил на эту криминальную тропку. Сна не получилось даже с помощью алкоголя. Однако назавтра, когда вновь пересчитал добычу, а ими убиенных причислил к личным врагам, как зажравшихся буржуев, сознание просветлилось, а мысли наполнились восторгом и твердой уверенностью, что они не ошиблись в выборе. Робин Гуды вершили дело правое и богу угодное. Зажрались эти новые капиталисты, народ вогнали в нищету и безысходность. Так пусть хоть перед смертью осознают пагубность своих пошлых деяний. А они, Робин Гуды отнимают награбленное, что их перед собственной совестью оправдывает. Да и простым людям можно смело в глаза смотреть, без страха. Со следующим делом все произошло наоборот. В этом даже признались его товарищи. По пути их колотил мандраж, тряслись поджилки, и в воображениях рисовались ужасы провала. Однако уж убивали жестоко и хладнокровно, будто дело привычное и ежедневное. И сон в эту ночь после дела снился спокойный, беззаботный, словно у дитя невинного. И вот это последнее (тьфу, тьфу, тьфу, так нельзя говорить), крайнее дело лишь разозлило пустышкой, абсолютно не вызвав никаких эмоций по поводу самого факта лишения жизни людей. На месте Дениса Дмитрий лично своими руками без каких-либо человеческих эмоций порвал бы этих детей, этих маленьких уродов, которые вышли на тропу войны с убийцами их родителей. Эти два маленьких ребенка даже голосовать не собирались. Они планировали остановить маршрутку, перегородив дорогу собой. Такое неадекватное поведение детей на дороге вывело из далеких мыслей Дмитрия и сильно разозлило. Теперь он вновь стал обыкновенным водителем маршрутного такси с теми думами, кои и должны присутствовать в голове. А эти дети – явные нарушители и весьма беспардонные пассажиры. Вернее, желающие таковыми стать. Вот нет, чтобы стоять на обочине, проголосовать, как обычные граждане, так они решили нахрапом взять. И ведь никак не объехать, поскольку заняли собой всю правую сторону. А по левой навстречу движутся автомобили. И откуда вообще могли взяться детки за городом в двух километрах от городской черты неподалеку от леса? Пора грибная, однако, лукошка или иной тары для сбора грибов в их руках он не наблюдает. Да и рядом не стоит. Дмитрий резко ударил по тормозам, слегка встряхнув небольшое количество задремавших было пассажиров, которые мгновенно проявили интерес и полную солидарность с водителем, выразив негодование в адрес детей и их беспечных родителей. Надежду, что дети сейчас освободят трассу, а Дмитрий проигнорирует нахальных детей и в отместку за наглость поедет дальше, оставив хамских ребятишек на обочине, эти пассажиры похоронили сразу, поскольку эти малолетки собой перекрыли путь. То есть, мальчишка остался на дороге, а девчонка, шумно распахнув дверь и, окинув озорным взглядом пассажиров, торжественно объявила: -А маршрутка дальше не поедет. Но вы особо не расстраивайтесь. Ведь оплата проезда при выходе, так что, все остаются при своих. Ну, а минут через пять-семь подойдет большой автобус. У него и билеты дешевле, и останавливать его пока никто не собирается. -Это еще, почему я дальше не поеду? – теперь Дмитрий настолько разозлился, что не в состоянии себя контролировать. Такой наглости она не ожидал от детей-малолеток. Ну, окончательно распоясались, а потому нуждаются в хорошей порке. И он, попытавшись встать со своего места, чтобы устроить нагоняй расшалившимся деткам, приподнялся уже с водительского кресла. – Поеду, обязательно поеду. А вам обоим сейчас уши надеру, прежде чем продолжить маршрут. -Не поедешь ты дальше и больше никуда, Дима. И знаешь почему? У тебя сейчас колесо лопнет. Миша, у дяди колесо лопнуло? Ну-ка, подтверди, а то у него еще какие-то сомнения по этому поводу. И в этот миг шум спустившегося переднего правого колеса подтвердил прогноз девчонки, отчего Дмитрий вновь шлепнулся на свое место, ошалев от факта, поскольку понял причину неисправности. -Да, ты угадал, - словно прочла его мысли девчонка. – Это Миша его шилом продырявил. -Да я сейчас, да что же это такое творится, граждане? – ошарашенный, ошалевший и озверевший от таких неожиданных манипуляций и комментарий сумасшедшей девчонки с ее братцем Мишей, Дмитрий, уже не вставая с сиденья, вращая обезумевшими глазами, глупо ими моргал, уговаривая пассажиров вступиться за него и оказать посильную помощь в борьбе с разбушевавшимися детьми. И в этот же миг шипение и проседание маршрутки на левый бок известило всех о проколе хулиганистым Мишей левого переднего колеса. -Да это уже все рамки переходит, да это уже на бандитизм похоже, да я вас сейчас обоих поубиваю! – окончательно взбесившийся Дмитрий, вскочил с места и прыгнул с явными агрессивными намерениями в сторону входной двери, чтобы разобраться поначалу с девчонкой, которая по виду была гораздо старше пацаненка. И, стало быть, руководила этими хулиганистыми деяниями. – Да вас обратно в психбольницу возвращать нужно. Он уже едва не ухватился за руку девчонки, как та выскользнула из его цепких рук и, сильно захлопнув входную дверь, выскочила наружу. А Дмитрий лбом сильно припечатал в уже закрытую дверь. Взвыв от отчаяния, боли и ярости, он рванул дверь на себя и выпрыгнул за девчонкой. Однако оба ребенка уже успели распахнуть водительскую дверь, и вмиг оказались на его сиденье, весело хохоча и корча, рожицы Дмитрию, пытающемуся аналогичным путем проникнуть в салон. Поняв, что с этой стороны ему с ними не справиться, Дмитрий поспешил к входной двери. Но его опередила девчонка, силой вцепившись в ручку, превратив усилия Дмитрия в тщетные попытки. Пассажиры поначалу весло хохотали, забавляясь столь потешной борьбой взрослого мужика с двумя малолетками, поняв эту игру, как некую расправу над непутевым папашей. Затем, наконец, поняв, что дальше они все равно никуда не поедут по причине неисправности автомобиля, решили покинуть салон. -Так, дети, - грубо скомандовал мужчина, единственный из малочисленных пассажиров. Остальные оказались женщины и один старичок. – Побаловались, и хватит. Мы понимаем, что этот дядя чем-то вас обидел, но здесь, кроме вас, есть еще и мы. Быстро от дверей, нам пора выходить. -А мы вас, дяденька, и не сбираемся задерживать, - проговорила девчонка, уступая место для прохода пассажиров. – Мы ведь сразу вас честно предупредили, что маршрутка дальше не поедет. Сейчас за вами автобус придет, можете не спешить. А с этим дяденькой мы еще вперегонки поиграем. -Баловаться прекратили, а иначе я за вас сейчас возьмусь, так вам слабо не покажется. Чувство меры знать тоже надо. Ишь, распоясались, что и остановиться не могут никак! – решил все-таки рассердиться мужчина, и, решив прекратить хулиганство, с грозным видом развернулся в сторону девчонки, но его внезапно одернула женщина, усаживая сердитого дядьку на сиденье. -Тихо ты, Коля, не понял, что ли? – довольно-таки громко и слышно для всех прошептала она. – Это же те юные мстители, что в кафе под Сычевкой довели одного до больницы и грозились именно сегодня отомстить второму убийце их родителей. Вот сейчас и осуществляют свои угрозы. -Да, это мы, и этот Димка – один из убийц! – воскликнул с пафосом и жестко Миша с водительского сиденья. – И мстя наша будет жестока и коварна. Они все еще очень пожалеют о содеянном. Мужчина от удивления и этого напора детей, плотней уселся на свое место и решил помолчать, оставляя свои эмоции и возмущения при себе. Однако через несколько секунд он, прикрывая лицо руками, добавил: -Ну, ни хрена себе, заявочки. А я-то думал, треплют все, неправда это. Мол, наврали с три короба. -Правда, дяденька, еще какая правда, - прокричала громко девчонка, сверля ледяным жестким взглядом пассажиров, которые передумали выходить и остались на своих местах. – Вот сейчас мы с ним и поиграем в догонялки. Пусть побегает, попытается нас догнать. И увидите, чем все закончится. Сказала и расслабила хватку, позволяя Дмитрию ворваться в салон. Но сами дети уже через водительскую дверь выпрыгнули из автомобиля. А Дмитрий, поняв, что такой прытью не обладает, выскочил наружу все через те же входные двери, через которые только что вошел. Выскочив из маршрутки, уже не контролируя свои эмоции и действия, он ураганом понесся за детьми, которые, взявшись за руки, бежали вдоль шоссе, сворачивая по тропинке в лес. И вдруг, добежав до телеграфного столба, они отпустили руки и обогнули бетонную преграду вокруг, чего не получилось у Дмитрия, который влепился с разбега в столб, обнимая его руками и громко завывая от боли и отчаяния. А со стороны неисправной маршрутки послышался нервный смешок пассажиров, которые позволили себе лишь наблюдение за комической сценкой и, предполагая, вспоминая события в кафе под Сычевкой, дальнейшую трагедию. Скорее всего, судя по сценарию, и этот убийца скоро отправится в больницу. А поскольку все присутствующие уже верили, что дети не ошибаются, поскольку в ту кровавую ночь находились в доме и могли запомнить грабителей и убийц, то Дмитрию сочувствовать никто не собирался. Поделом ему, по заслугам. Убийство, ими свершенное, затмевало все гипотетические вероятные последствия любой мстительной акции. Тем более, что дети убивать не планировали. В их мыслях, что они озвучивали, лишь стремления, причинить боль и отправить в тюрьму. -Может, полицию вызвать? – спросила женщина, одна из пассажирок этой маршрутки. -И скорую помощь, - нервно хохотнул мужчина. – А, по-моему, лучше все-таки вмешаться. Не дай бог, этот придурок догонит их. Он же способен и убить или причинить увечие. Не видите ли, что ли, он уже озверел. -Не нужно, - опередила порывы мужа женщина. – У них самих неплохо получается. Ловкие детки. Я не удивлюсь, если они и его отправят на больничную койку. Мало нам ждать осталось. И в подтверждение ее слов, Миша и Катя, вновь ухватившись за руки, выбежали на шоссе едва ли не под колеса КамАЗу. От ужаса, в ожидании трагической развязки, пассажиры маршрутки испуганно вскрикнули. Однако дети неким чудом успели увернуться от столкновения с тяжелым грузовиком, чего абсолютно не получилось у Дмитрия, который со звериным криком несся за детьми с угрозами на успех, поскольку уже почти хватался за детей. Визг тормозов и полет безжизненного тела пассажиры встретили вздохом облегчения, словно участник беготни именно такой участи и заслуживал. Дети абсолютно целы, а водитель получил заслуженную кару. -Вот, - с трудом выговорила одна из женщин. – А вы не верили. Да эти детки, словно ангелы порхают. Им все нипочем. Будто это КамАЗ и вовсе не препятствие для них, а некий бестелесный призрак. -Демоны, - прошептала вторая. – Злые мстительные демоны. Но справедливые. Второго уложили за смерть папки и мамки. Молодцы, однако, хотя страшно за них. Не всегда такое везение случается. К пассажирам подошли Миша и Катя, и, бросая решительные взгляды на застывших от таких ошеломляющих событий пассажиров, громко во всеуслышание заявили, даже будто приказывая им: -Позвоните следователю Назарову, и скажите ему, что этот – второй убийца. Он жив, и не издохнет. Мы не убийцы, но мстить будем всем. Послезавтра в это же время следующий. А за нас не нужно так переживать, мы бессмертные, и им с нами не справиться. -Девочка, - дрожащим голосом прошептала женщина. – Так вы сами дождитесь следователя и расскажите ему, все, что про всех знаете. Пусть их арестуют и посадят в тюрьму, зачем же вам рисковать. Все-таки, это злые и жестокие убийцы, как бы они сами чего с вами не сотворили? -А как быть тогда с местью? – не согласился Миша. – А как быть с болью? Тюрьма от них никуда не денется, а боль они просто должны получить еще на свободе, чтобы так было справедливей. В тюрьме они бесправными станут, их уже бить нельзя там. А сейчас получается по-честному. -Но это же неправильно, - попытались все же отговорить их женщины. – Пусть их суд накажет. -Это они сделали свой подлый и неправильный выбор, превратившись в подлых грабителей и убийц. А мы им всем обязательно отомстим, - возразила Катя и, ухватившись за руку Мишу, направилась в сторону леса, словно исполнила все запланированные на сегодня дела, и теперь имеет полное право на отдых и на прогулку по лесу. Это их личная месть, и мешать им не следует. А пассажиры, проигнорировав подошедший маршрутный автобус, медленно подтянулись и приблизились к телу неподвижного водителя маршрутки. Мужчина склонился над Дмитрием и приложил пальцы к его шее, пытаясь прослушать пульс. Внезапно он ухмыльнулся и язвительно заявил: -А детки правы, жив, подонок, в больницу отправится на койку, а не в морг. Второго довели до состояния клиники. Из подошедшего и остановившегося позади маршрутки автобуса, выскочил Никита и поспешил к группе людей, окруживших тело пострадавшего. Однако это тело пока еще живое, но народ никакой помощи ему не оказывал. -Что с ним, как он попал по колеса, почему маршрутку покинул? – лепетал Никита, пока еще не зная происшедшее событие, но в душе его уже трепетал страх и ужас за свое будущее. Нечто подсказывало и пеленало в безысходность, что нечто подобное вскоре и с ним может произойти. – С его автомобилем чего случилось, или что? Зачем и как он оказался здесь? -А вы, случайно, не с одного с ним предприятия? Ах, да, раз городской маршрут, стало быть, АТП одно. Вот, полюбуйтесь, юные мстители второго вашего отправляют на больничную койку. Теперь Никиту настигла его величество паника, от которой все тело парализовало и ввело в ступор. Неужели эти малолетки обладают такой магической силой, которая позволяет им свершать эти ошеломляющие поступки? -Чего это вам вдруг так плохо стало, мужчина? – с неким подозрением и намеком поинтересовалась здоровьем Никиты женщина. – Поди, заодно с ним, оттого и перетрухнули? -О чем это вы, в чем меня смеете подозревать? Да если бы сами вот так вдруг встретили на дороге товарища, с которым бок обок трудишься уже много лет, можно подумать, вам легко от такого вида стало бы! Я же его хорошо знаю. Скорую помощь нужно срочно вызвать. И ГИБДД. Это же водитель КамАЗа виноват? – спросил он мужчину, словно пытаясь оправдаться перед присутствующими. – Он под ваш грузовик попал, как я понимаю? -Да, - обреченно и виновато пролепетал водитель грузовика, не останавливаясь и продолжая свои челночные нервные перемещения влево, вправо, словно маятник часов. – А я здесь причем? Они несутся, за ручки держась, а этот за ними. Как еще детей сумел не зацепить. Ну, я по тормозам, а что уже делать, если этот уже под колесами? Попробуй мою махину враз остановить? Это вам не легковушка. Вот, черт, теперь бумаг этих кучу исписать придется. Но ведь вы, товарищи, подтвердите гибддшникам, что я абсолютно не виноват? Водитель КамАЗа жалобно смотрел на пассажиров маршрутки, призывая и умоляя их, в свидетели его невиновности. К нему подошел мужчина, пассажир маршрутки, и, остановив его челночные перемещения, обняв за плечи, дружелюбно и успокаивающе проговорил: -Тебя звать-то как? -Константином. Ну, Северов Константин. -А я Николай. Да не переживай ты так. О позавчерашнем случае в кафе возле Сычевки слыхал? -Да, слышал некую сплетню, да поверить трудно. Слишком уж много там фантазий наговаривают. -И мы слышали, и аналогично не пожелали всему верить, поскольку белиберда сплошная. А вот сейчас самолично наблюдали и убедились в правомерности то сплетни. И сам ты видел, как эти детки второго убийцу под твои колеса бросили. И ведь как красиво сценарий разыграли, словно в успехе заранее уверены были. Говорят, с тобой сейчас мы, Дима, наперегонки побегаем. И ведь поначалу прилично разозлили, чтобы полностью подчинился их сюжету, довели до белого каления, чтобы остатки разума подрастерял. А потом в догонялки с ним играть начали. Вот этот придурок и помчался за ними, сломя голову, аккурат под твой КамАЗ. Так что, Костя, твоей вины в этом происшествии абсолютно нет. Дети его заманили под колеса, дети и виноваты, да их обвинять нельзя. Мстили они за отца и мать. -Да, не может быть! – восхищенный, удовлетворенный и уже как-то успокоено, воскликнул Константин, водитель КамАЗа. – Фу, ты, гора с плеч. Так теперь это все оправдывает, моей вины абсолютно здесь нет. Это хорошо, что столько свидетелей у меня. Сами понимаете, через что пройти пришлось бы, останься один на один с пострадавшим и гибддшниками. -А если эти хулиганистые детки просто ошибаются? – вяло и неуверенно попытался вступиться за своего пострадавшего товарища, вдруг осознав, что он может оказаться следующим. – Они же еще совсем маленькие, насколько я в курсе. Могли и перепутать. Видели одних, а подумали на других. -Не думаю, - поспешила опровергнуть его версию одна из женщин. – Слишком уверенно и с такой ненавистью говорили они о нем, словно самого лично видели в этом доме. Она так и просила передать, что послезавтра ждет наказание следующего, после Дмитрия его подельник отправится в больницу. Вот так-то, не ошибаются, всех подонков в лицо знают, и наказать желают. -Так лучше бы в полицию пошли, если хорошо знают их всех. Зачем так рисковать-то? Эти отморозки могут и убить их со страху. Нет, обязательно их обезопасить нужно. И куда только полиция смотрит? Знают же их место проживание, так чего резину тянут? Просто опросить, да и все дела. Да и эти детки такие отчаянные, - уже окончательно приходя в себя и осмелев, продолжил грамотные и правильные советы полиции и следствию Константин. Но рассуждать и строить гипотезы им не позволили. В это время подъехала машина скорой помощи и автомобиль с полицейскими. Назаров приехал вместе с ними. Ему с нервным смехом и с полным непониманием на отрешенном и слегка ошарашенном лице, об этом звонке и происшествии сообщил помощник Павел, абсолютно не понимая и не принимая всерьез событие со следующей местью. -Слава, ты только не падай в обморок. ДТП. Жертва, то есть, пострадавший - водитель маршрутного такси, - сообщил он следователю, входя в кабинет и сходу, снабжая такой ненужной информацией. -Ну, а оно нам зачем? По-моему, ДТП – прерогатива транспортной полиции, - искренне удивился информации и самому виду помощника. – Так пусть они сами с ним и разбираются. Со смертельным исходом хоть? Или предумышленный наезд с целью нанесения смерти? -Слава, свидетели так и сказали, что их об этом девчонка просила. Мол, звоните следователю Назарову. Мне об этом из ГИБДД передали. Они заедут сейчас за нами. Понимаешь, второй убийца покалечен. Она же нам в открытую обещала, к сегодняшнему обеду второго преподнести. Вот и исполнила все с точностью до, ну, почти до минутки. Поехали, что ли? Машина ждет уже. -Твою мать! – в сердцах, в недоумении и в полном непонимании воскликнул Вячеслав. – Паша, а как нам все это квалифицировать? Мол, некие потусторонние сил в обличии детей вышли на тропу мщения за гибель родителей Миши и Кати? Полный капец, не поддающийся разумной трезвой логики. Но, как ты и говорил, имеем вполне осмысленное оправдание. Нам в университетах о черной и белой магии ничего конкретного не говорили. Давай, Паша, ну, на всякий случай, езжай в детский садик, проверь Мишу, а затем дуй в школу к Катюше. Я верю, я понимаю, что эти дети на месте, и никуда не отлучались. Не было их на месте катастрофы с этим пострадавшим. Но, сам понимаешь, в этом мы просто обязаны убедиться лично. На вдруг не рассчитываю, однако, на нечто, все-таки, надеюсь. Павел понимал своего начальника, сам находился в аналогичной прострации, а потому и поехал по указанным адресам. Детский садик находился ближе от Управления, поэтому первым он навестил Мишу. Воспитательница однозначно подтвердила присутствие Михаила Копылова в садике все это время с момента прибытия поутру, и об его отлучки даже на короткое время даже речи быть не могло. Тем более, что ее в категоричной форме просили об этом, чтобы никто и ничто не могло выманить ребенка без ведома стариков. В школе пока еще шли уроки, но Павел решил поторопить события и, постучав, заглянул в класс, желая пригласить для вопроса учительницу, чтобы аналогично спросить о Катюше, хотя ответ он уже заранее предполагал. Слишком нереальными и недетскими были эти поступки с участием юных мстителей. И что самое странное, так деяния детей не поддавались осмыслению. Не они, тогда кто? В фантомы, в ангелов и неких призраков Павел даже не заморачивался верой. Он воспитан в школе с атеистическим уклоном, с науками в реализм и материализм. А здесь попахивало слегка, и даже не очень слегка мистической и фантастической подоплекой. Павел и рта не успел открыть, как, увидев его появление, с места вскочила Катя и, жалобно попросив разрешение у учительницы, даже не планировав получить согласие, помчалась к выходу. Выскочив из класса и, захлопнув двери, Катя, ухватив Павла за рукав, со скоростью стрекочущего пулемета затараторила: -Ой, дядя Паша, здравствуйте! – лепетала она, словно боясь быть не услышанной, непонятой, и просто не успеть сказать все, что ей срочно необходимо донести до ушей Павла. – Вы не представляете, но я всего-то и на секунду задремала прямо на уроке. Совсем капельку, что даже наша училка не успела заметить. Так вдруг все поплыло, куда-то подевалось, а потом все на место возвратилось. Ну, учительница рассказывала, а я даже за этот миг ничего упустить не успела. Только за этот миг я успела увидеть, как мы с Мишей второму убийце отомстили. Миша поначалу ему два колеса проколол, чтобы он на своей маршрутке не мог ехать дальше, а потом, когда он сильно разозлился и побежал за нами, мы сами ему так и сказали, что сейчас с ним в догонялки поиграем. Вот, мы и поиграли. -И где это случилось? Вы место запомнили? То есть, прости, ты сама запомнила? А то Миша, может, и не видел такого сна. -Мне так кажется, что этот сон мы с ним вместе смотрели. Помните, как в прошлый раз? Он ведь тоже все видел. А место точно не могу назвать, где-то за городом, рядом с лесом. Мы еще с дедушкой в этом районе по грибы ходим. Только я сейчас не могу вспомнить, как туда попасть. Вот он, этот Дима… -Его звали Дмитрием? А фамилию, случайно, не запомнила? -Погодите, точно, вспомнила, его фамилия Буревский. У нас в соседнем классе его сын еще учится. По-моему, это так. Ну вот, он бежал за нами, а мы с Мишей за руки держимся и убегаем от него. И нам с ним совсем не страшно, мы совершенно этого убийцу не боимся, потому что знаем – мы сильней, нас он не посмеет обидеть. А потом мы с Мишей вокруг столба оббежали. Вернее, руки расцепили, и по разные стороны его пробежали, а этот Дима головой в столб врезался. Как заорет на нас, матом стал ругаться, и опять побежал за нами. А мы с Мишей опять за руки схватились и на дорогу выпрыгнули прямо под колеса большой машины. Только нас она не зацепила, так, рядышком проехала, даже дымом обдала. Это же сон, но воняло дымом настоящим. А ему как даст, он и улетел замертво. Но мне внутри так и показалось, что он еще живой, и вообще не умрет, если доктора успеют приехать. А они успеют, потому что она за меня так и сказала, что его дожидается тюрьма. Вы представляете? Ну, я сама поняла так и подумала, что это мне такой сон приснился, а как вас увидала. Сразу поняла, что с этим Дмитрием Буревским и в самом деле такое произошло, как и в моем сне. Только это не я, и не Миша. Я из школы совсем не уходила. А сон приснился, как и позавчера. Да, еще я тетенькам и дяденькам передала, что послезавтра в это же время мы следующего бандита накажем, в больницу отправим. -А фамилию следующего вашего фигуранта ты, случайно, не запомнила? Ну, ты же во сне знала. Правда? -Знала, дядя Паша, а потом сразу забыла, как проснулась. Дядя Паша, мне очень страшно, но ужасно интересно. И даже немного любопытно. Ой, а вы сами узнайте, кто так с нами шутит? Только, мы все равно ему очень даже благодарны. Он ведь за папу и маму мстит. И еще, это мне во сне так показалось, что она с Мишей, с тем, с которым я снюсь, всех знает. Она их и фамилии, и имена, и даже место, где они работают, знает. Поэтому всем обязательно отомстят. Вам интересно об этом знать? Но мне она ничего не рассказывает. -Мне очень интересно знать, моя милая Катюша. И очень важно. Спасибо тебе, иди в класс и ничего не нужно бояться. Она не зря так обещает, понимая, чем вам это может грозить. Значит, уверена, что с вами ничего не случится. Так вами рисковать она не посмела бы. -Правда! – громко и восторженно воскликнула Катюша. – Ну, и пусть мстят. А вы их потом из больницы в тюрьму отправите, всех до единого. Ведь нельзя такое зло оставлять безнаказанным. Павел понимал, что вопросы задавать ребенку бессмысленно, не имеет никакого резона. Катя залпом вывалила ему всю информацию, которой сама владела. Этот мифический мститель, а точнее, мстители вслепую используют образа детей. Да только мстят настолько жестоко и зло, словно обидели бандиты вовсе не мифических, а вполне реально существующих детей. Правильно сказала Катя: пусть мстят, потому что зло должно быть наказано. Анатолий и Надежда, поджидавшие внучку у ворот школьного двора, заметив спускающегося по крыльцу Павла, испуганно ойкнули и поспешили к нему навстречу с немым вопросом на лице. -Все в порядке, - поторопился успокоить стариков Павел. – Да, вы правы, новая месть с отправкой фигуранта в больницу. И вновь в главных ролях выступили ваши внуки. Точнее, некто сильно на них похожий. Скажите, вы могли бы на очень короткий срок куда-нибудь отправить детей? -А что? – испуганно спросила Надежда. – Им угрожает опасность, вы что-нибудь уже узнали про бандитов? -Нет, в том-то и дело, что ничего не знаем, кроме как об этих двоих. Но, понимаете в чем загвоздка? – Павел призадумался, пытаясь как можно точнее и с внятной формулировкой высказать свои опасения. – Слишком театрально, публично, показушно выступают эти юные мстители. И если после первого раза слухи быстро разлетелись по городу, но у многих правдивость сплетни вызвала недоверие в реальность происходящего, то сейчас после сегодняшнего события даже слабо верующий смог убедиться, что эти мщения убийцам вовсе не фантазии и не сказки любителей жарких сенсаций. Так если простые горожане, обычные обыватели даже с неким восторгом и интересом слушают и пересказывают, то настоящие убийцы захотят предпринять попытку, даже не пытаясь разобраться, покуситься на их жизни. Их просто до колик перепугают угрозы последующих наказаний. А дети прилюдно предупреждают о последующих актах мщения. Вот и сейчас предупредили о следующем наказании, которое последует послезавтра в это же время. -О, господи! – воскликнула Надежда, побледней, хватаясь за сердце. – А куда же нам их спрятать, и как надолго? -Ну, судя по заявленным обещаниям, то все преступники, то есть, участники этого преступления очень скоро окажутся всем скопом в больнице. А уж оттуда мы их надежно спрячем в тюрьме. Хотя, вот что, даже если убийц было 5-6, то третий послезавтра уже будет нейтрализован. А на недельку мы и сами постараемся оградить Катю и Мишу от их посягательств. Только у меня имеется по этому поводу бредовое мнение. Однако оно весьма близко к реальности. Эти юные мстители задумали справедливое благое дело, и совершают свои мщения, абсолютно не желая причинять вашим внукам зла. Думаю, совершая правое деяние, они задумываются сами над судьбами Кати и Миши, предполагают защиту и их. -Вы считаете, что эти мстители не допустят покушения на внуков? – с надеждой на ожидаемый ответ, спросил Анатолий. -Ну, да, так и должно быть, - согласно кивнул Павел. – Поэтому, предлагаю, не прекращать прежнего присмотра за детьми, забирать Катю из школы, чтобы она не шла одна по улице, но страх за их безопасность выбросить на задворки. Им, мне так представляется, никто, и ничто не может угрожать. Хоть и согласились с мнением и предположениями Павла Надежда и Анатолий, но сомнения скребли в душе кошачьими коготками. Кто же так подло подставляет их внуков, забавляясь этой абсолютно никому ненужной местью? Да, возненавидели они всей семьей этих отмороженных грабителей-убийц, им и самим, а особенно в первое время, первые самые трудные дни хотелось причинить этим тварям боль, страдания и смерть. Но на могилке Катя с Мишей обещали месть с болью и тюрьмой. А некто подслушавший, решил воплотить мечту маленьких обиженных деток в реальность. И как он только не понимает, что своими деяниями злит преступников и толкает их на новые страшные преступления против Миши и Кати. -Нее! – вдруг, остановившись возле ворот, где они и собирались дожидаться Катю, воскликнул Анатолий. – Прав этот следователь, очень даже прав. Без этих мстителей они в тупике. И даже настоящие убийцы должны понять, что здесь наши дети абсолютно не причем. Коню же ясно, что в эту месть включился некто очень могущественный, который способен расправиться с бандитами, защитив при этом внуков. И он их оградит от злых посягательств, коль у тех возникнут по причине отсутствия мозгов желания, покуситься на детей. А потом этот герой посадит всех убийц в тюрьму. А не убивает, потому что так пожелала Катя. Он хочет исполнить высказывание на кладбище наших детей строго и четко и без отклонений. 5 Когда следователь Назаров подходил к машине скорой помощи, то Дмитрию к этому времени уже успели оказать первую помощь, и пострадавшего уже грузили в автомобиль, чтобы отправить в больницу. -Травмы жизнедеятельности угрозы не представляют. Предполагаем значительные ушибы, сотрясение головного мозга. Переломов и разрывов мягких тканей не наблюдаем. Вполне допускаю, что к вечеру придет в себя, можете допросить. Насколько меня успели осведомить свидетели, так это ваш клиент, - словно перед вышестоящим начальством отчиталась перед Вячеславом женщина-врач, прибывшая с бригадой скорой помощи на место происшествия. – Сама удивлена, что кости целы. А это правда, что те, оба выживших ребенка, мстят этим убийцам? Позавчера к нам из кафе под Сычевкой доставили. И там дети фигурировали. Только, как я слышала, они умышленно оставляют их в живых, чтобы в тюрьму отправить. -Ну, - Вячеслав призадумался и не решился откровенничать с доктором, поскольку владел информацией не больше, не меньше всех остальных горожан, которые лишь и знают все по слухам. – Это пока все разговоры. Только могу вас с гарантией заверить, что дети, точнее, именно те, выжившие в ту кровавую ночь, абсолютно непричастны к этим акциям. А больше, как понимаете, сказать не могу. Даже частично признаюсь, что много и сам не знаю. -Странно, - пожимала плечами врач, и ушла в машину скорой помощи, которая, взвыв сиреной, понеслась в сторону города. А Вячеслав подошел к свидетелям и выслушал их повествования с аттракционом игр в догонялки. Всех вдруг словно прорвало, и они поспешили высказаться, сочетая действительность с домыслами и предположениями. Вячеславу хотелось приказать всем, немедленно замолчать, и говорить лишь факты, а не свои фантазии. Но он и сам внезапно передумал, и продолжал с должным вниманием выслушивать свидетелей, понимая, что граждане пережили легкий шок не столько самим фактом дорожного происшествия, но и встречей с таинственными юными мстителями. И теперь нервная система и их психологическое состояние нуждалось в срочной разрядке, чем и оказался этот разговор. -Простите, насколько я вас понял, вы с Буревским вместе работаете? – обратил внимание Вячеслав на молчащего мужчину, стоявшего чуть в сторонке от общей компании. И этот факт подсказала ему одна из пассажирок маршрутки. Потому Никита и не решался без спроса покинуть место происшествия, чтобы не вызвать излишних подозрений в свой адрес. Пусть следователь задаст и ему задаст несколько вопросов, ничего не значащих и не имеющих к нему отношений. – Вы его хорошо знаете. Я имею в виду, Буревского. -Нет, - поспешил побыстрей откреститься от такого опасного знакомства Никита, чтобы избежать ненужных вопросов. – Насколько я знаю, так у него своя компания. Но я особо и ей не интересовался. Если только по работе приходилось сталкиваться. А так, лишь фамилию и знаю. -Хорошо, - согласился Вячеслав и внезапно вручил Никите визитку со своими координатами. – Зайдите завтра с утра ко мне в кабинет, мне хотелось бы задать вам несколько вопросов конфедициально. Никита согласно кивнул головой и, посчитав свою миссию полностью исполненной, поспешил ретироваться с этого опасного места. Однако, не успев отъехать и пару десятков метров, как он торопливо обзвонил своих оставшихся подельников, предложив в этот же вечер встретиться в условленном месте, чтобы обговорить свои дальнейшие действия, связанные с угрозой, нависшей над их головами Дамокловым мечом. И опасность оказалась слишком даже реальной. Вячеслав встретил Павла у входа в Управление, где помощник дожидался его, чтобы отчитаться о результатах посещения внуков Копыловых. Дети на месте, попыток покинуть садик и школу не предпринимали. -Так мы, по-моему, и предполагали нечто подобное. А теперь немного сенсации мистического характера, - докладывал Павел начальнику. – Катюша сама выскочила из класса и поведала мне о своем кратковременном сновидении. Последовательность такова: Миша прокалывает колеса шилом, затем следует игра в догонялки, и в конце игры выступает КамАЗ, который и сбивает Буревского, слегка причинив ему не слишком тяжелые телесные повреждения. Послезавтра в обед с нетерпением ждем очередное ЧП с участием наших юных мстителей и третьим убийцей. Вот теперь ты мне скажи, что происходило все не так? Хоть и предполагал нечто подобное Вячеслав, но такие подробные перечисления события вогнали его в стопор. Это уже явная мастика с долей колдовства и фантастики, не поддающаяся здравому осмыслению. -Она тебе не называла имя третьего? – со слабой надеждой спросил он Павла, заранее предполагая ответ. -Нет, но, как сама и признается, во сне ее Катя знает всех оставшихся поименно. Только, когда возвращается из этого сновидения, моментально забывает, превращаясь вновь в простую нашу Катю. Она объясняет, что те Катя и Миша сами желают исполнить месть до конца и причинить боль всем до единого. И лишь потом сдать их нам. Вот так, Слава, можешь даже не париться и не тужиться. Никто их нам не назовет, а сами не сумеем узнать, поскольку этого не желают мстители. -Придут в себя Буревский с Яшниным, и мы сумеем их допросить. Паша, хоть парочку сами успеем повязать. -Нет, Слава, они будут спать до последнего поступления. Вот, разберутся с последним, тогда их и разбудят. -Ох, а не слишком ли ты, Паша, загнул, а? -Но оно все так и есть, Слава. Это не плод моего воображения и фантазии, а отображение реальности. -Ладно, пусть будет так, я не слишком и зацикливаюсь на таких, слегка нереальных и мистических фактах. -Ну, и будем, давай, заниматься текущими делами, - с неким задором и восторгом воскликнул Павел. – А юные мстители завершат за нас дело, и мы выступим на завершающем этапе. Можно с таким фактом и согласиться, подумал Вячеслав. Единственный вариант, дающий возможность узнать фамилии остальных фигурантов того громкого убийства – допросить уже попавших в больницу с помощью мстителей. Да вот Паша грозится, что они проспят до встречи с последним. -Даже если ты сумеешь их разбудить, в чем лично я сомневаюсь, - уже повторялся Павел, словно прочел мысли Вячеслава, - то не факт, что они сразу расколются, могут и в отказную уйти. А нам им предъявить нечего, кроме заявлений детей, которые к делу не пришьешь. -Паша, - грубо и сердито не согласился Вячеслав. – Присутствие Дениса Яшнина в доме во время преступления и его полет с лестницы, и касание лба о стену возле детской комнаты – факт, подтвержденный экспертизой. Если очнется, так уговорим и принудим к сотрудничеству. Поймет мужик, что выкручиваться и изворачиваться себе дороже. А с Буревским я найду способ и метод беседы. Он ведь в курсе попадания Яшнина с помощью мстителей в больницу. Вот и намекну ему, что Яшнин оказался намного благоразумней и сговорчивей. Сразу поспешит к сотрудничеству. Все они, Паша, уже поняли настоящую угрозу, нависшую над ними Дамокловым мечом над их главами. Весь город уже только и говорит о юных мстителях, желающих покарать убийц. Думаю, что и пациенты больницы не молчат, донесут до их ушей, что кара неизбежна, что мстители всех достанут. Сказал об этом Вячеслав с неким пафосом и гордостью за этих деток, словно доволен их деятельностью и одобряет их месть. Но, вдруг осознав излишность здравицы, поспешил исправить свою речь, направив ее в русло законности и конституционного права: -Лучше бы Катя вспомнила их имена. Ведь знает в своем сне, значит, может вспомнить и проснувшись. -Слава, она не забывает, а, скорее всего, не знает. Эта девчонка, что приняла образ настоящей Кати, каким-то образом показывает ей кино. И еще предупредила, что не очнуться Денис с Дмитрием до нужного момента. Так и получилось. Даже на удивление врачей, ни Денис Яшнин, ни Дмитрий Буревский, несмотря на удовлетворительное состояние и отсутствие угрозы их жизни и здоровью, не желали возвращаться в реальный мир, оставаясь в своих снах, как определил доктор их внутреннее состояние. -Показатели соответствуют тем нормам, что исключают угрозу их здоровью. Они абсолютно здоровые, если отбросить эти незначительные травмы. Помощь обоим оказана своевременно, профессионально. Спят они, понимаете. Словно сами категорически не желают общения с вами. Вячеслав не стал настаивать, лишь вручив визитку с телефонами, и просил сразу же звонить ему. Однако прогнозы Павла подтвердились, а потому он уже настроен был на ожиданиях, поскольку, как подсказывали подсчеты, все дела завершатся буквально на днях. Максимум через неделю все фигуранты окажутся на больничных койках. Так чего напрягаться? -Как понимаю, - с некой иронией и усмешкой спросил врач, - нам завтра следует ожидать поступление следующего клиента мстителей? Такой слух по больнице прошелся, что эти дети планируют месть следующему, третьему убийце. Или врут? Хотя, вряд ли. -Слухи они и есть слухи, - хотел обрубить сплетни врача Вячеслав, но внезапно передумал. Ему почему-то вдруг показалось, что отрицать очевидное просто излишне и бестактно. Ведь самому еще не раз придется встретиться с этим врачом, и что тогда сказать завтра, когда дети исполнят свое обещание? – Хотя, кое в чем вы правы. Обещали они, и мне так кажется, исполнят. Поживем – увидим. -Так, тогда до завтра? – уже искренне веселился врач, пожимая руку Вячеславу. – Мы подготовим палату для следующего, чтобы не было неожиданностью. А вообще, сколько их все будет. -Думаю, еще трое-четверо. Они подготовят, а вот готов ли он к новому трагическому происшествию, что уготовили очередному преступнику дети? Уже звонят из области и настоятельно требуют разъяснений. Почему некие малолетние дети вышли на тропу войны с убийцами, а следователь и прокуратура Орленовска бездействуют? Не объяснить же им, что дети Копыловых Миша и Катя совершенно непричастны к этим акциям. Не могут они ни физически, ни теоретически верить свои деяния. Да, громко и публично на похоронах поклялись, поскольку в душе желали. Но только они слишком маленькие и беззащитные, и сразу забыли о своих словах, выкрикнутых эмоционально и в порывах. Однако их детский разум мгновенно переключился на будни и радости ежедневного бытия. А этот, кто пожелал исполнить детские проклятия, хладнокровный и расчетливый мститель. Он не просто обещает, но и пунктуально исполняет, что не всегда под силу даже взрослому, сильному и расчетливому человеку. И Вячеславу ничего не остается делать, как только терпеливо дожидаться указанного мстителями срока и зафиксировать факт попадания третьего фигуранта разбойного нападения. Даже забивать голову количеством преступников не хотелось. Но, как говорила Катя, в окно она видела около четырех-пяти бандитов. И это без учета тех, кто убивал детей Шевченко. Их было четверо. В договоренном месте собрались четверо, оставшихся пока в целостности, но в подавленном и озлобленном состоянии. Разумеется, все АТП гудит и обсуждает акции мщения этих деток. И многие, знавшие уже не один год компанию холостяков, намекали им на их причастность к разбою и убийству. Попытки отрицать встречались смешками и намеками на факт следующего обещанного акта возмездия. Мол, так и поглядим, кто в этой жизни прав. -Да кто же они такие, эти маленькие уроды? – возмущенно орал, однако негромко, чтобы, не дай бог, кто услышал, Иван Горячев. – Я не верю, что эта соплячка со своим придурковатым братом сумели отправить Дениса и Димку в больницу. Не они там были, так говорят и свидетели. -Ты от кого про это слышал? – неуверенно спросил Олег, внутри надеясь, что Иван прав. Ведь тогда можно списать на случайное совпадение. – Однако эти дети так и заявляют, что мстят за смерть родителей. -Ясно, что все мы в их списке, - стараясь сдерживать себя от нервных истеричных криков, заключил Никита. – Они, не они, а назавтра эта сучка спланировала следующую жертву. И этот следующий среди нас. Так что, будьте начеку, если не желаете последовать за Денисом и Дмитрием в больницу. -А как ты представляешь это самое, быть начеку? – непонимающим тоном, вращая перепуганными глазами, спросил Алексей. – Я их, этих детей и в глаза ни разу не видел и понятия не имею, кто они такие и что из себя представляют? Ты предлагаешь, дергаться и дрыгаться при встречах с первым попавшимся ребенком? Тогда уж проще пойти с повинной к следователю. -Пацаны, прошу без паники и без излишней суеты. Даже если припрешься сам, то получишь максимальный срок, - попытался сдерживать страх и ужас, который медленно, но неуклонно полонил всю их компанию, попросил на правах главного Никита. Хотя самого трясло от предчувствий и предположений. – Они обещали завтра в обед. Вот эти часы и требуют от нас максимальной бдительности. Если сорвем их очередную запланированную попытку, так может, хоть понять сумеем источник самой угрозы? А потом постараемся дать отпор, предпримем контратаку. Ну, не дожидаться же беспомощно своего конца? -Если бы хоть предположить этот источник угрозы, знать, чего от них ожидать, да и самих и понять, то тогда и можно сопротивляться. А как получается у нас? Неизвестно кто, что, как и откуда? -Да, - согласился с Олегом Алексей. – Из-за угла пыльным мешком так шибанут, что и увернуться не успеешь. -Я так понимаю, - язвительно произнес Иван, - что теперь мы переходим на самообслуживание. Каждый сам за себя. -А по-иному и не получится, - в отчаянии воскликнул Никита. – Для борьбы объединятся, мы не можем. Тогда уж так, как Алексей советует: пойти с повинной и загреметь до конца дней. -Зато без больницы, - заключил Иван. Олег Гончаров остановил автобус возле пригородного магазинчика и, извинившись перед пассажирами, попросил их пару минуток подождать, пока он купит сигарет. Такая марка, к которой он привык, в городе отсутствует. Вот потому обязательно раз в день останавливать возле этого магазина, вошло в привычку. Можно было купить сигарет на месяц вперед, да зачем, если через день он проезжает мимо. Потому и покупает не более пяти пачек. Вполне возможно, что и в городе можно найти, если побегать по магазинам, да ни к чему такая излишняя суета, ежели они здесь постоянно в наличии. Вот времена настали, истинный век изобилия. А дернешься, чего конкретного приобрести, так не сегодня, завтра завезут после обеда. Или эта вещь последняя на прилавке, коль тебе потребовалось их несколько штук. Изобилие с легким отливом бардака. Эта болезнь широко распространенная в районных небольших городках. В областном центра, да и во всех супермаркетах приобрести несложно любой товар на любой вкус, а вот стоит лишь попытаться купить его в маленьком магазине, так сразу сталкиваешься с проблемой. Пассажиры согласились безропотно. Правда, одна бабка далеко за 70 незлобиво проворчала, пока на нее не цыкнули и не сделали устное замечание. Мол, куда тебе-то, старая, спешить, почто торопишься? Можно подумать, она еще может куда-то опаздывать. Но эту мелкую перепалку Олег не слышал, поскольку легкой трусцой бежал в магазин. Время обеденное, магазин пустой, а потому на покупку нужной марки сигарет затрачены секунды. И из магазина Олег шел не спеша, запланировав отрезок времени от дверей магазина до автобуса использовать для перекура. Ветерок был неслабым, поэтому Олег, чтобы потоком воздуха огонь не погасился, стал спиной к ветру, согнулся в три погибели и из ладошки создал для огня закрытый почти со всех сторон заслон. Прикурил, выпрямился и едва не подавился дымом, увидев перед собой двух детей. Девочка и мальчишка, одетые в летнюю одежду, несмотря на прохладу. Вполне возможно из числа пассажиров его автобуса. -На посадку, - бодро скомандовал он детям. – Уже едем. Некогда нам здесь разгуливать, спешить надо. -Нее, дядя Олег, на этом участке ваша трудовая деятельность водителя завершена. Никуда ты дальше и больше не поедешь. Откатался, в общем, - весело прокричала девчонка, что ее услышали и пассажиры автобуса, поспешившие покинуть салон, чтобы вблизи рассмотреть конфликтную ситуацию. -Господа пассажиры! – крикнул громко и звонко мальчишка. – На этой остановке вам придется на некоторое время задержаться, поскольку по техническим причинам автобус двигаться дальше теряет способность. Он лишается водителя. А потому, наберитесь терпения и дождитесь маршрутки. Ну, вас не так уж и много, вполне можете вместиться в одну, если она подойдет пустая. А если и не поместитесь, так следующую подождете, ничего страшного. -Это еще, почему я не поеду, а? – зло, сердито и весьма агрессивно прокричал Олег, удивленный и слегка растерянный, столкнувшись вдруг с такой неординарной и смешной ситуацией. – Да я вас сейчас ремнем высеку, так вы у меня быстро разучитесь хулиганить. Поди, школу пропустили, вот и беситесь от безделья, заняться нечем? Говорите, где живете, и кто родители? Прокричал, а у самого внезапно ноги отняло от ужасной догадки. Вот они, девчонка и мальчишка. И время обеденное, как и обещала девчонка позавчера после происшествия с Дмитрием. Неужели у них хватит сил и смелости публично сотворить и с ним нечто болезненное и опасное? А почему бы и нет? Свидетели зрители не помешали им отправить Дениса и Дмитрия в больницу. Но он им так легко не собирается сдаваться. Ничего, по сути, нет угрожающего и опасного в этих маленьких детках. Нужно срочно бежать к автобусу и покинуть это кошмарное место. А пассажиры, уже отчетливо слышавшие эту словесную перепалку, сами, вспомнив рассказы очевидцев и тех, кто узнал схожую историю из третьих-пятых уст, внезапно начали понимать суть происходящего, и заинтересованные продолжением события, переговаривались между собой, застыв в ожиданиях, веселясь отчаянным положением, в какое угодила очередная жертва мстителей. Мужчины даже пытались между собой спрогнозировать способы отправки водителя автобуса в больницу. Мол, чем и как сейчас совершат эти дети? -Ну, вот и чем собрались воевать с этим мужиком? – пожимали плечами женщины. – У них же с собой никакого оружия нет. -Если припоминаете, так и тех двоих они загоняли в капкан, не применяя никакого оружия. Голыми руками и ногами. -А лично я здесь и капканов не вижу. -Мужчины, - внезапно попросила одна из женщин. – Ну, не детское это дело, воевать с таким неслабым мужиком. А вдруг он еще сам их покалечит? Неужели вы допустите такое? -И вы предлагаете вступиться за него? Или им помешать их планам? – заранее не соглашаясь, спрашивали мужчины. – А если эти детки нам заодно навешают? Вот, оно нам надо? -А ну-ка, прекратили безобразие! – послышался голос ворчливой недовольной бабки, которая, скорее всего, в суть дела пока еще не вошла, но уже понимала и видела в этих детях помеху ее запланированного перемещения в сторону дома. – Взрослые люди, а двух малолеток слушают и не укажут им место. -Тихо, бабка, не шуми. Это вовсе и не дети, это – мстители, что вышли на тропу войны с убийцами. И попрошу вас, не мешать им, - грубо рявкнул мужчина, затыкая сварливую бабку. – Они сами пожелали разобраться со всеми убийцами. Эти твари их родителей жизни лишили, самих детей осиротили. -Правильно, дядя! – воскликнула Катюша. – Мы понимаем, что создаем вам некие мелкие неудобства. Однако по-иному никак нельзя. Вам же самим неспокойно жить в городе рядом с убийцами. Отчетливо слышал и осознавал эту перепалку и Олег, которому ужасно хотелось бежать в автобус, поскольку против него настроены уже и все пассажиры, покинувшие салон. И даже, если эти маленькие негодяи ничего с ним не сумеют сделать, то дальнейшая жизнь на свободе представляется весьма проблематичной. Таковой просто не получится. И Олег от страха, ужаса и охватившей его паники рванулся в противоположную сторону, где виднелся небольшой лесок. Он еще не осознавал, куда и зачем бежать, но покинуть это проклятое место необходимо срочно и немедленно. Однако сделать он не успел и трех шагов, не более того. Неожиданно из какого-то кармана мальчишка молниеносно достал клубок толстых ниток и, оставив одни конец в своей руке, бросил клубок впереди Олега в руки Кати, которая, поймав клубок, с силой натянула его, словно тетиву лука чуть ниже коленок бегущего Олега. Споткнувшись о пружинистое препятствие, Олег сумел проделать еще пару шагов и, распластав руки, словно приготовившись для взлета, громко и больно шлепнулся пластом на тротуарную плитку, которой была устлана небольшая площадь перед магазинчиком. Удар о землю получился болезненным, но и пользу принес небольшую. Заорав словно раненный зверь, Олег вскочил на ноги с единым неудержимым желанием – покарать противных сволочных детей. Окинув обоих деток испепеляющим взглядом, оценив жертву и определяя из них двоих ту первую, с которой и начнет расправу, Олег бросился на мальчишку, вызвав оправданный страх за судьбу пацаненка. Мужчины для спасения ребенка пожелали вмешаться в процесс, который, как им показалось, складывался не в пользу детей. Водитель автобуса, против которого выступили дети, из строя не вышел, а всего лишь разозлился, что представляет явную угрозу для жизни детей. Этого допустить они не могли никак. Но вмешаться в процесс мщения добровольцы не успели, поскольку дальнейшие манипуляции деток их остановили. Катя и Миша, натянув нить, которая петлей уже успела опутать тело Олега, быстро побежали по кругу навстречу друг другу, опутывая все больше и больше, словно кокон, тело Олега. И его попытки, разорвать и освободиться из этой паутины, мгновенно терпели фиаско. И уже буквально через несколько секунд запеленатый Олег вновь брякнулся, как бревно, на тротуарную плитку, продолжая оглушать округу отборным матом, собирая вокруг себя все большую толпу любопытных зевак, сбежавшихся на его крики. Однако, быстро получив разъяснения из уст компетентных пассажиров автобуса, они мгновенно превращались в азартных зрителей, строящих собственные прогнозы. -Катя, - вдруг негромко проговорил Миша, словно своими размышлениями хотел поставить в известность сестренку. – Травмы, полученные в результате таких соприкосновений, не являются основанием для отправки его в больницу. Слишком незначительны они и малозначимые. Ты как считаешь? -Полностью с тобой согласна. Для медицины нужны более серьезные основания. Исправим, ничего страшного. -А вы, ребятки, за это можете не волноваться, - громко кричали из толпы. – Если хотите, так мы ему сами добавим, а потом и скорую помощь вызовем. – Вы уж езжайте домой, все нормально, ему вполне хватило ваших потех. Надолго запомнит, до конца дней не забудет. -Правильно, хватит с него, - соглашалась толпа, весело хохоча над потугами Олега, который пытался встать и порвать путы. Но попытки его заканчивались очередным падением и болезненными ударами, что веселило и смешило публику, которая продолжала давать советы детям. -Нет! – вдруг зло рявкнула слегка осипшим грубоватым голосом девчонка, совершенно не ассоциирующимся с ее возрастом. – Этого ему мало, и такое наказание абсолютно несопоставимо с теми страданиями, что он со своими ублюдками причинил папе и маме. Этот урод перед отправкой в тюрьму должен выстрадать и испытать настоящую боль. И мы ему таковую предоставим. Сказала и кивнула головой Мише, который понял сестренку без слов и помчался в сторону автобуса мимо толпы, словно понимал и чувствовал свое преимущество и силу и невозможность кого-либо чинит ему препятствия. Обратно возвращался он с пластиковой полутора литровой бутылкой, наполненной некой коричнево-желтоватой жидкостью. Подбежав к дергающемуся Олегу, он открыл бутылку и направил струю содержимого на тело водителя, вызвав волну паники и слабого возмущения в толпе. Теперь им уже было слегка страшно за Олега. -Так нельзя, это уже чересчур. Немедленно прекратите. -Этого делать не нужно, дети, это преступно. Из толпы робко отделились несколько мужчин с явными намерениями, вмешаться в экзекуцию с сожжением, но Катя блеснула в их сторону ледяным злобным взглядом, остановив их перемещение. -Не сметь, нам мешать, мы завершим свою месть до конца. И не стоит так за него волноваться. Коль пожелаете, так можете потом погасить пламя, мы вам позволим его спасти. Пусть нижняя часть тела слегка поджарится, лицо мы не трогаем. Ему еще перед судом предстоит оправдываться. Все, Миша, наша миссия окончена, пошли домой, здесь делать больше нечего, - приказала девчонка, бросая зажженную зажигалку на Олега и беспрепятственно покидая площадь, держась за руку брата, совершенно не реагируя на дикий вопль жертвы и на суету зрителей, которые мгновенно бросились на помощь горящему водителю автобуса. -Да! – внезапно резко девчонка развернулась в сторону толпы и прокричала суетящимся участникам происшествия. – Позвоните следователю Назарову и предупредите его, что следующая жертва послезавтра к обеду. Пусть дожидается. Место и способ наказания пока неизвестен, но наказание неизбежно, как восход солнца, как наступление дня. Прокричала свое пророчество, и вместе с братом нырнув в лесок, исчезла с поля зрения пораженной ошарашенной толпы. По сути, так зрителей мало волновал пронзительный визг и крики боли пострадавшего водителя автобуса, поскольку они верили этим детям, жестоко, но справедливо отомстившим этому отморозку. И абсолютно недостоин он жалости и сочувствия, слишком уж памятны горожанам те кровавые разбойные дела его товарищей. А еще наиболее осведомленные зрители поведали остальным о желаниях этих грабителей, сжечь заживо спрятавшихся от бандитов детей, так мужчины стали поспешно вносить предложения о повторе огненной экзекуции. -Так пусть сам сгорит дотла, подонок, - гневно требовали они. Однако женщины возражали и категорически затребовали от мужчин прекращения всяких там экспериментов. -Нам не положено вмешиваться в планы детей. Они мстят болью, а не смертью. И основная их цель – засадить бандитов в тюрьму. Если бы они желали им смерти, так, сами видели, могли легко довести замыслы до конца. Слава богу, Назаров несся, как на крыльях, словно сообщение об этом ЧП являлось частью его существования и от него зависело многое в личной биографии. Он, сидя в кабинете, все время просил и напоминал Павлу, нервно поглядывая на часы, чтобы тот держал автомобиль на парах, позволяющему по звонку моментально выехать к месту происшествия. Так оно и случилось. Поэтому, сразу же, как позвонил капитан из дежурной комнаты с сообщением о драме за городом и о просьбе девчонки, они вдвоем с Павлом рванули в сторону места события. Павел пробовал намекнуть Вячеславу о проверке детей, на что Вячеслав презрительно хмыкнул: -А смысл? Я оставил свои координаты Копыловой Надежде, чтобы сразу перезвонила, как с ее внучкой нечто подобное произойдет. Во сне, разумеется, не наяву. Об этом я даже и не думаю. -На все сто уверен, что дети непричастны? -На двести. Иной уровень и абсолютно другая психика. Не детская, а даже слишком взрослая и железная. -Да мне и самому уже так кажется. Такие милые дети, наивные и согласно своему возрасту доверчивые. А тут жесткость и сила мужества. И в подтверждение их слов в кармане у Вячеслава заиграла мелодия звонка, извещающая о желаниях Надежды Копыловой порадовать следователя некими любопытными новостями. -Алло, Вячеслав Юрьевич? – взволнованный голос Надежды лишь подтверждал догадки следователя. – Как вы меня и просили, я вам звоню сразу и без какой-либо задержки. Ну, что говорить-то, вот она, Катюша, сама рядом со мной стоит, я ей и передаю трубку. -Здравствуйте, дядя Слава, - застрекотал детский голосок Вячеславу в ухо. – Мне вот только что привиделось, хотя я абсолютно не спала. Мы с дедушкой только что со школы пришли, и вот такое произошло прямо на ступеньках, пока мы до квартиры шли. А бабушка по моему лицу сразу и поняла, что это самое произошло. Оно так получилось, будто в моей голове интересное кино прокрутилось. Так вот, слушайте, Олег Гончаров, водитель автобуса. Мы с Мишей его толстой ниткой запутали, а потом облили какой-то горючей смесью и подожгли. Он так кричал, что мне даже сейчас в ушах звенит. Только совсем нестрашно, потому что во сне, а потом мне моя Катя утверждает, что он не умрет, потому что его нужно в тюрьму посадить. И за нас не нужно бояться, они этих бандитов к нам и близко не подпустят. Вот так получилось. И послезавтра в это же время будет четвертый. Только я опять все позабыла. Но этот Олег не сильно пострадал, немножко обгорел и все. Мне так моя Катя говорила, которая во сне. Да, еще, дядя Слава, мне Катя просила вам передать, что они не проснуться до тех пор, пока последний не ляжет в больницу. Вы даже не пытайтесь с ними говорить и искать остальных. А если эти, что уже в больнице, расскажут обо всех, то последние могут избежать наказания болью. А ей с Мишей, ну, который во сне, хочется всех наказать болью, физическими страданиями, какие они причинили нашим родителям. Все, дядя Слава, больше я ничего не знаю. И не нужно за меня и за Мишу переживать и пытаться нас охранять. Они сами нас сумеют защитить, и не позволит им нас обидеть. И нам совсем не страшно, потому что во сне всякое случается. А когда проснешься, его уже нет. Но это здорово, что и не во сне им достается всем. Вы все поняли, дядя Слава? -Да, Катя, спасибо, я все понял. Ты завтра мне сама позвони, хорошо? Я все про твои сны хочу знать. -Хорошо, дядя Слава, до свидания! -Понял? – пряча телефон в карман, спросил Вячеслав Павла. Поскольку перед самим разговором он сразу же включил звук, то Павел хорошо слышал Катю и ее рассказ, потому Вячеславу и не пришлось пересказывать. – Можно уже и не ехать на место события и не опрашивать свидетелей. Нам со всеми подробностями о происшествии поведала девочка Катя. Мы, мне так кажется, ничего нового из уст свидетелей не услышим. Но правила, и порядок обязывают запротоколировать. -Вот, черт! – воскликнул Павел, встряхивая головой, словно пытаясь избавиться от наваждения. – Ждал, предполагал, уверен был на все сто, что именно сейчас нечто подобное случится. А слушал ее повествование в неком тумане и шуме в голове, словно из некого глубокого колодца. Никак даже двойники наших детей не могут именно такие дела творить. Да если логически рассуждать, то и для взрослого проблем много в этих мщениях. И не просто вершат, так еще и отчет детям посылают в виде неких кратких видениях. Сон, не сон, а нечто подобное и схожее с телепатическими сеансами. Но рад и доволен за эти уверения о безопасности детей. Мол, обеспечиваем полную неприкосновенность. Вот, Слава, у тебя хоть какие маломальские объяснения могут найтись? Честное слово, но я уже начинаю верить в мистику и в существование неких добрых сил, неподдающихся научному анализу. -Понимаешь, Паша, - Вячеслав был за рулем, а потому эмоции жестами и взмахами рук не выражал. – В любом случае это явление имеет научное реалистическое объяснение. Но, поскольку пока мы его не получаем, то к нашим примитивным мозгам и приходят всякие мистики и фантастики. Я думаю, а точнее, надеюсь, что Катя с Мишей по окончанию этой эпопеи получат внятные разъяснения от своих покровителей и мстителей. Ну, и очень желаю, чтобы дети поделились этой информацией с нами. Конечно, такое возможно лишь в едином случае, ежели мстители сами пожелают открыться, или не запретят детям рассекречивать их. Таково, разумеется, лишь мое желание, исполнения которого желаю. Опросить и записать все свидетельские показания Вячеслав поручил Павлу, поскольку его уже не очень интересовали мнения пассажиров автобуса и других случайных очевидцев. Скорая помощь прибыла почти сразу после них, и Вячеслав, питая слабую надежду, спросил у врача о состоянии пострадавшего. Как и оказалось, как и описала Катюша, состояние Олега внешне удовлетворительное, но он, как девчонка и предупреждала, в забытье. И хотя врач гарантировал способность пациента к вечеру приобрести способности к общению, Вячеслав позволил себе не поверить. Разумеется, молча, не оглашая своего несогласия. Ему почему-то больше верилось предсказаниям Кати, гарантирующей полное гробовое молчание до завершения акта мщения. Вот пожелала ее хранительница этого факта, и так оно случилось со стопроцентной гарантией. По возвращению в Управление, дежурный передал Назарову, что его ждет начальник Управления полковник Литвинов Олег Ярославович. Предполагая, что начальство затребует от него отчета по этому скандальному и нашумевшему делу, Вячеслав прихватил из кабинета все бумаги по разбойному нападению на семью Копыловых и Шевченко, и в темпе по ступенькам вбежал на второй этаж. Однако у полковника Литвинова находился гость. И, судя по виду, осанке и положению в кресле, из всех этих составляющих признаков он сделал вывод, что гость чином выше начальника Управления. Скорее всего, из области. Но долго гадать не пришлось, поскольку полковник представил Назарову гостя: -Из областного управления полковник Белов Григорий Ильич. Вот, желает послушать о ходе расследования этого дела. Я имею в виду, с этими детьми-мстителями, - без предупреждения и приветствий перешел к сути дела Литвинов, знакомя гостя с Вячеславом, прося поведать об этих загадочных событиях. -Ну, - слегка замялся Вячеслав, оказавшись в весьма затруднительном положении. Говорить всю правду, так нарваться на грубость недолго. И при том, при всем, даже оправданную. Эту саму правду необходимо жестко фильтровать, опуская сны и заверения Катиного Ангела-хранителя и мстителя. – Если честно, так, - Вячеслав прикинул в уме, сколько еще потребуется этих послезавтра, и, вычислив приблизительную цифру, точнее, дату, продолжил: - Думаю, дней через 5-6 я смогу закрыть это дело и полностью перед вами отчитаться. -Вы уверены? – иронично усмехнулся Белов, бросая насмешливый взгляд на Вячеслава и Литвинова. – Я так понимаю, что вы прикинули приблизительное количество преступников и помножили на два? Послезавтра она обещала вам преподнести четвертого, еще плюс 2-3 преступника, и дело малолетние дети завершают. А вот сами без их помощи не пробовали? Поняв, что слухи с максимальными подробностями уже успели достичь ушей Белова, Вячеслав решился на откровенный разговор. И зачем ему сейчас выкручиваться, изворачиваться и сочинять правдоподобные оправдания, если своей вины в этих событиях он абсолютно не чувствует. -Григорий Ильич, признаю свое полное бессилие перед свершившимся фактом, - и Вячеслав пересказал все сновидения и прогнозы Катюши. – Эта ее защитница гарантирует полную нашу беспомощность и бесполезность дерганий и прочих судорог, и желает завершить акции мщения именно по собственному сценарию. Они не позволяют нам даже допросить тех фигурантов, кои уже угодили в больницу. Не знаю, не понимаю, не представляю и не вижу никаких возможностей вмешательства в их деяния. Они за пределами нашего разума. -Так эти же, оставшиеся пока в целостности, уроды могут попытаться ликвидировать детей. Вы хоть что-нибудь предприняли для их охраны, чтобы защитить их? А вы мне здесь красочно расписываетесь в собственном бессилии. Насколько я понял, и из полученной информации, так эти трое не так уж сильно и пострадали, чтобы впадать в кому. -А они вовсе и не в коме, в обычном сне. Так мне объясняет доктор, который их лечит, и не верить им у меня нет никаких оснований. Эта мстительница сама просила через Катю передать нам, что все наши потуги потерпят фиаско, пока они сами не уложат последнего на больничную койку. И единственная цель, что преследуют эти детки-мстители – боль. А тюрьму они предоставляют нам. И посадим мы их однозначно, поскольку следы присутствия в доме в момент разбоя и убийства Дениса Яшнина документально подтверждены. Заговорят они сами сразу же при поступлении в больницу всех до единого. Вот так она нам и обещает и просит передать через Катю. Ну, а они, эти самые дети, просто желают им за убийство их родителей причинить сильную запоминающую боль, чтобы испытали и испробовали, и поняли, если такое получится их отмороженными мозгами, тот предсмертный миг, что по их вине достался погибшим от их рук. Вот такое послание из сна, как не парадоксально. -Так вы хоть с самими детьми беседовали, уговаривали их на откровения? Ну, пусть все расскажут, обо всех и обо всем. -Григорий Ильич, товарищ полковник, - в отчаянии просил начальство Вячеслав, понимая трудность восприятия таких метаморфоз. – Дети здесь абсолютно не причем. Некто слишком властный, сильный, могущественный творит эти мщения от имени и в образе детей. Я и сам даже в мыслях представить не могу, а теперь уже даже и не пытаюсь понять и познать эту силу. -Но ведь, и бездельничать нельзя, - уже мягко, без начальственного нажима просил полковник Белов, уловив суть происходящего, как некое необъяснимое простыми словами. – Что-то ведь нужно делать! -А мы работаем, - отрапортовал Вячеслав, поняв бессилие и самого полковника, готового уже к капитуляции. – У нас и без этих мистик дел невпроворот. А это? Ну, как вы сами поняли, оно близится к завершению. Правда, без наших усилий, но разве в этом суть? Результат нас вполне устраивает. К детям претензий не предъявить, а жалеть и переживать за этих отморозков я и не планирую. Получают по заслугам, им иной судьбы пожелать не хочется. Миша и Катя попросились на улицу, потому что погода выдалась чудесной, и друзья зовут во двор. Слух о юных мстителях долетел и до детворы, но им ведь такой факт всего лишь небольшая забава с приключениями. Уж слишком дети Катю и Мишу не доставали, и относились к ним по-прежнему, как к тем друзья и подружкам, что и до этого случая были. Ну, болтают взрослые всякую чушь, так им верить необязательно. У этих взрослых много непонятных сует в поведении. Последние дни дед Анатолий и бабушка Надя старались удерживать вечерами детей дома. Благо, испорченная погода способствовала этому желанию, не приходилось уговаривать и настаивать. А вот сегодняшнее тепло и солнце поставило их в тупик. Не оправдать отказ. -Дед, - попросила Надежда, - сходи во двор, посиди на лавочке. Сам, поди, без улицы и солнца прокисать начал. Анатолий безропотно согласился и стал уже обуваться, но Катюша неожиданно возмутилась этой излишней опекой. -Бабуля, ну, чего дедушку заставляешь идти во двор с нами. Мы уже сто раз тебе понятно и доходчиво объяснили, что нам ничего не угрожает. У нас есть хорошие защитники, которые не позволят плохим дядькам обидеть нас. Они ведь так и предупредили, что будут охранять и оберегать нас. Пусть дедушка телевизор посмотрит, его сериалы как раз в это время начинаются. А то он будет сидеть на лавке и переживать, что пропустит. Анатолий с радостью согласился бы с рассуждениями внучки, да Надежда смотрела осудительно строго, требуя подчинения ее воли и приказу. И Анатолий решил подчиниться, чтобы не нарываться на скандал. -Нее, Катюша, сегодня неинтересные серии. А такая погодка выпала, что упустить не хочется. Я ведь тоже гулять должен, проветриваться иногда. Ты не переживай, я там своими делами займусь. И газетку почитаю, и с соседями встречусь, перекинусь новостями. -Ладно, – согласилась Катя, понимая, что дед хитрит и не желает ослушаться бабушку. – Пошли, будешь и нас охранять, и с соседями болтать. Хотя, как я и сказала, у нас с Мишей имеются свои Ангелы-хранители. Они нас успеют защитить раньше тебя, если что. Только завтра все равно следующий отправится в больницу. Мы с Мишей постараемся, правда, ведь? – лукаво и весело спрогнозировала Катя. – Ему кары никак не избежать. -Катенька, - осторожно и с опаской поинтересовалась Надежда. – А кто он будет этот следующий, ты, случаем, не знаешь? Можно, ведь, просто о нем следователю рассказать, его и арестуют сразу. И всего-то делов. Ты, все-таки, подумай, Катя, вдруг сможешь вспомнить. Она там тебе говорила о нем? -Нее, - категорически затрясла головой Катя, даже прислушиваться, к увещеваниям бабушки не желая. – Во-первых, я сама не желаю, она ведь меня предупреждала об этом. А потом, я и в самом деле просто позабыла. А вспоминать не хочу, потому что тогда нарушу ее просьбу. -И еще потому, что надо поначалу отомстить, - громко и торжественно прокричал Миша, уже обуваясь в прихожей. – А то его сразу в тюрьму отправят, и он не получит нашей мести. Правда, ведь, Катя? -Правда, Миша, - согласилась Катя. – Так надо, бабушка, чтобы им всем сполна досталось страданий. -А эта месть так уж обязательна? – спросила Надежда, внимательно вглядываясь в детей, словно это они сами придумали такую кару. – Ведь им вполне хватит и тюрьмы. На много лет сядут, ироды. -Нужна, - категорически, как отрезал, заявил Миша. – Пусть попомнят нас, - добавил он, словно сам и решал вопрос мести. Ему аналогично, как и Кате снятся идентичные сны с его участием, словно они в этом сне вместе участвуют в акциях мщения. И если Катя понимает и представляет свои сновидения, как некое дарование сверху, чтобы полностью воспринять и ощутить, а также явственно представить последствия этих акций наказания убийц, то Миша своим слишком детским умом вообразил эти акции, как реально с ним происходящие. И мелкие детали с нестыковками его не смущали. Ну и что? Он в тихий час в садике не спит, а выходит на тропу войны, встречается с сестренкой, и уже они вместе затевают эту смертельную игру с очередной жертвой. А поскольку в виновности этих взрослых злых дядек он не сомневается, то после пробуждения восторгается содеянным, как правильным и справедливым актом. Они сделали этим дядькам больно, как и планировали. Правда, он до конца не понимал, почему Катя решает вдруг оставлять их в живых, поскольку эти убийцы заслуживают смерти. Однако такой вердикт сестренки его не сильно огорчал. А Катя, выслушав браваду и восторги братика своими поступками, усмехалась, не пытаясь переубедить Мишу, что их фактической заслуги здесь абсолютно нет и быть не может. Хотя, порой ей и самой казалось, что в этих снах они с братом настоящие. А их поступки – реальность. И все равно после просыпания становилось немножко жутковато. Ведь убийцы их родителей – живые люди, не приснившиеся во сне, а реальные и настоящие, которые попадают в больнице уже наяву и о т рук настоящих детей-мстителей. 6 Ближе к обеду Никита Ильцевич заехал в АТП, поскольку у него в это время выпал перерыв. Да и автобус требовал профессионального осмотра и некоего вмешательства Алексея Белова. Пока они перебрасывались отдельными фразами, к ним подошел Иван Горячев. Окинув взглядом бокс, куда загнал Никита свой автобус, и, определив отсутствие посторонних ушей, Иван спросил товарищей: -Ну, и что делать будем, а? Насколько я понял, так подходит время мести. Стало быть, в ближайший час кто-то из нас отправится в больницу с переломанными частями тела. -Или обгоревшими, - нервно хохотнул Алексей, зло, сплевывая на пол. – Вести, схожие с информацией из психушки. Сами хоть вслушайтесь в эти сплетни: два малолетних ребенка объявили нам вендетту, и калечат, даже не предоставляя возможности на защиту. Уж Олега завалить вообще нереальным представлялось. С ним не каждый взрослый совладает. -Мне уже кажется, - поддержал разговор Никита, - что против нас выступили сверхъестественные силы, не поддающиеся никакому анализу и расчету. Ну, вот они, мы втроем стоим здесь здоровые, крепкие мужики, сумевшие без особых проблем завалить уже немалое количество буржуев. Обещали детки расправиться с нами сейчас, то есть, в обед. Но их нет рядом, я не наблюдаю нечто схожее с ними даже в пределах территории АТП. Откуда, в таком случае, им взяться? А ведь работают, уроды, строго по графику, как и я, езжу по расписанию. Вот хоть ты ломайся и оставайся здесь до вечера. И вот тогда посмотрим, как они исполнят свое обещание. Ну, и как вы считаете, стоит экспериментировать? -Хочешь поломать им график? – усмехнулся Иван. – Так ведь, все равно весь день здесь не пробудешь. Рано или поздно, а выезжать придется. Главный механик выгонит в рейс. А больным прикинешься, так на больничный отправит, чтобы остальных не заражал. Нет выхода. -И по дороге отловят, - добавил Алексей.- Так что, спрятаться и переждать, не получается. -Вообще-то, не факт, что на сегодняшний день именно я у них стою в плане, - нервно и зло возразил Никита. – Меня уже вы распланировали, а что-то о себе слегка подзабыли. Они нас всех заказали, и график на стене не вывесили. Так что, вполне возможно, что на меня у них сегодня выходной. -Они обещают сегодняшнюю месть к обеду, - вдруг, словно разгадав тайну мстителей, шепотом, но с некоторым восторгом вскрикнул Иван. – А твой выезд аккурат через полчаса. А сюда в гараж им попасть будет сложно. Нас с Лехой они спланируют лишь по дороге на работу или домой. А у меня послезавтра выходной. Так что, и после тебя, меня они в план не могут ставить. Я весь день дома отсижу, даже ни по каким причинам не выйду. -Вы, придурки, заткнулись бы, а? – сердито прошипел Никита. – Не о том мы говорим, когда, кого и на какой день они заказали. Думайте, как им можно дать отпор, а не планировать свою встречу с ними. Дети, они и есть дети, а потому их победа зависит от внезапности. Да, я согласен, в автобусе за рулем я для них хорошая мишень, слишком уязвим. Но я уже видел этих детей и запомнил их лица. Да и не проблема – узнать их. Они ведь не поодиночке, а вместе нападают. Так что, монтировку всегда под рукой держу. Не верю я этим слухам, что они такие уж всесильные и непобедимые. Можно справиться, если не прозевать сам факт нападения. -Так, Никита, сам факт нападения на тебя или на любого из нас уже разоблачает и обвиняет перед зрителями. Весь город только и ждет появления этих мстителей, заранее предвкушая разоблачение следующего фигуранта. Эти детки запомнили всех нас, но в полицию заявлять не желают. Мол, никого не видели, ничего не знаем, - с отчаянием в голосе проговорил Алексей, стараясь не сорваться в крик. – Даже не представляю, кого они на сегодня избрали, но, если это буду не я, то завтра иду в полицию с повинной. Как успел уже понять, так тюрьмы нам в любом случае не избежать. Подлечат, подправят и отправят. Однако желаю избежать хотя бы больницу. Слишком жестоко ломают и наказывают эти детки. -И еще поджигают, коль считают недостаточным поломки костей, - добавил Иван, слегка поеживаясь. – Действительно, лучше сдаться, так хоть целеньким предстанешь перед судом. -Ох, и придурки вы, однако! Как хотите, но я до последнего буду драться с ними, сдаваться, не намерен и даже в мыслях такого не держу, - уже твердым и уверенным голосом проговорил Никита, словно в его голове созрел план защиты. – На пожизненный срок я не подписываюсь. Лучше смерть. -Лучше? – не желал соглашаться Иван. – А нам все равно деваться некуда. Не сегодня, так завтра эта троица заговорит. И кто первый рот откроет, тот и смягчит свою участь. Авось, каким сроком и обойдется, если покаяться. Еще молодые, успеем до смерти на свободу выйти. А пожизненная – верная смерть. -Ну, и кайтесь, дело ваше, а я просто так сдаваться не планирую, - уже громко и слегка нервно рявкнул Никита, запрыгивая в свой автобус и заводя мотор. – Все, я поехал. И знайте, со мной у них эти игры не пройдут. Ни в какие догонялки и обгонялки я с ними играть, не намерен. Взревев мотором и запустив в Ивана с Алексеем клуб выхлопных газов, Никита выехал из бокса поехал по маршруту согласно расписанию. Но он уже твердо самому себе обещал, что деток-убийц к себе и на пушечный выстрел не подпустит. Он не окажется в числе тех лохов, что легко поддались деткам, повелись на их уловки и так по-глупому угодили в их расставленные капканы. Злость, ярость и ненависть бушевали в его нутре, не позволяя сосредоточиться на работе. И уже через 10 минут он услышал свисток гибддшника, так и не осознав такого факта, что проехал перекресток на красный свет, едва каким-то чудом не зацепив грузовик, ехавший по правилам. Ударив по тормозам, Никита с силой сжал зубы, прочел традиционную свою молитву, которую использовал в сложных нервных ситуациях, когда срочно требовалось восстановить нервное равновесие. Сам факт нарушения его не пугал. Да и черт с ним, с этим старшим лейтенантом, который подошел со стороны водительского сиденья и гневно выговаривал в адрес Никиты обвинительные тираду. Смысла он их не улавливал, лишь понимая саму суть требования, выйти из кабины и оформить протокол. Уже подходя к полицейскому автомобилю, он заметил рядом метрах в трех на тротуаре мальчишку и девчонку возраста внуков Копыловых. Теряя самообладание, и полностью проваливаясь в паническое состояние, Никита уже собирался от ужаса и охватившего его страха бежать без оглядки в неизвестном направлении от этих опасных деток. Однако дети внезапно развернулись и ушли по своим детским делам. Не они, как понял Никита, смахивая платком холодный пот со лба. Вот черт, выругался он про себя, а не прав ли Алексей, не пойти ли самому с повинной к следователю? В городе полно таких вот детишек, слишком схожих с теми, от кого он хотел бежать. Так теперь без страха и по городу не пройдешь, не проедешь. Будешь вот так паниковать при встречах с любыми детьми, пока не тронешься умом, или не лопнет сердце после очередной встречи с малолетками. Нет, не сегодня, скорее всего они его не внесли в сегодняшний день в свой список мщения. Стало быть, Лешка или Ванька. Ну, а послезавтра вновь пугаться, трястись, озираться? Господи, ну, если не сегодня, так взять срочный отпуск и смотаться из города, куда подальше из этого города. А что его вообще здесь держит? Работа? Так водители везде нужны, повсюду требуются. Он со своей профессией везде пригодится. Да, решено, бежать без оглядки, пока не попал в капкан, расставленный юными мстителями. За пределами города они его просто потеряют. -Вы слышите меня, или вас не волнует это грубейшее нарушение? И вообще, гражданин Ильцевич, судя по вашему состоянию, за руль я вас сегодня не пущу. Звоните в АТП, пусть присылают вам замену. Ну, вроде как, запаха алкоголя я не слышу, однако вид у вас чересчур болезненный. Никита соглашался, кивал головой, но в мыслях уже покручивал план бегства от расправы юных мстителей. Эти сволочные детки слишком жаждут предоставления боли и страдания. Одна только мысль об их попытке сожжения Олега, Никиту приводила в ужас. Он содрогался, явственно представляя себе эту экзекуцию, свершаемую аналогично с ним, над его телом. И разницы нет, как и чем будут калечить. Никита слишком любил свое тело и не желал, чтобы какие-то мелкие уроды покалечили, поломали или подвергли его огню. Он вообще боится боли до умопомрачения. Но и в тюрьму абсолютно не хочется. Одна только мысль о пожизненном заточении в тюремную камеру лихорадила и приводила в трепет, и бросала в страх. Нет иного выхода, как лишь податься в бегство. Без оглядки, куда угодно, но только срочно из этого города. Заметив и оценив здоровье водителя автобуса, как абсолютно неадекватное, и, наблюдая его полуобморочное состояние, полицейский сам позвонил в АТП, попросив замену водителя, и на всякий случай вызвал скорую помощь, заподозрив по виду Никиты у него перебои с работой сердца. Вот не хватало ему еще на посту этих приключений с летальным исходом. Остановится еще у этого типа сердце, а потом обвинят работника ГИБДД в доведении до такого болезненного состояние со смертельным исходом. Попробуй потом оправдаться. Однако и просто так отпускать нельзя. Вдруг еще по пути домой коньки отбросит? Лежа на носилках в машине скорой помощи, Никита вдруг почувствовал невероятное облегчение. Вот и сумел выкрутиться, попал в больницу без посторонней помощи, да еще и без болезненных экзекуций. А с сердечным приступом, насколько он осведомлен, меньше месяца не держат. Главное, тихо промолчать, никого не предупреждая о своем местонахождении, чтобы эти мстительные детки не сумели его отыскать. Разумеется, начальнику позвонит, сообщит о внезапной болезни, случившейся на рабочем месте. Но необязательно начальник будет рекламировать на все АТП, где и почему водитель Ильцевич находится, почему не на работе? Вот только легкое любопытство все равно немного мучает его мысли – кто попал сегодня под лопасти мстителей? Леха или Ванька? Иван после отъезда Никиты решил дальше не развивать с Алексеем тему гипотетических рисков, а, развернувшись, направился в слесарный цех, чтобы продолжить начатую работу. Все остальные рабочие были на обеде, поэтому закончить сварку агрегата, сдать который необходимо по требованию главного механик до конца смены, он решил в одиночестве. В этом цеху механики и сварщики работали изредка и лишь по производственной необходимости. Ну, чаще он чего-либо сваривал или резал, иногда становился за токарный или фрезерный станок. И бывали часы, когда в слесарном цеху вообще никого не было. Как и сейчас, кроме Ивана и двух механиков, который ушли на обед и возвратятся, минимум минут через двадцать. Вошел он в цех, глядя себе под ноги, поскольку мысли были заняты посторонними, не связанными с производством, делами. Потому-то две детские фигурки Иван заметил буквально перед собой. Девчонка и пацаненок стояли рядом со стеллажом возле стены и с усмешкой на устах смотрели на Ивана. Ему поначалу даже показалось, что эта язвительная ироническая улыбка связана с его внешним видом, с неким казусом с какой-нибудь деталей его одежды. Окинув себя снизу доверху, Иван убедился в отсутствии ляпов и неполадок, что только разозлило и вывело его из себя. И вообще, что эти мелкие забыли здесь, и как они сюда попали? На проходной сторожа весьма строгие по этим вопросам, даже у своих, казалось бы, давно знакомых и известных, по жесткому указанию генерального директора АТП проверяют пропуска. Никаким уговорам не поддаются. Понять можно, премии лишаться сразу же, попробуют только пропустить постороннего или без пропуска своего. А уж детей, так и не подумают пропускать, даже если они представятся самыми близкими родственниками самого директора АТП. -Вы что здесь делаете, к кому и с кем сюда пришли? Быстро вышли из цеха, иначе я сторожа позову. Поди, через забор сюда попали? Хотя, насколько я припоминаю, так дыр в нем нет, а наш забор перелезть сверху даже взрослому практически невозможно. И где ваши родители, что допустили такое? -Ты имеешь в виду папу и маму? Ты о них, Ваня, у нас желаешь спросить? – ехидно хмыкнула девчонка. – Вопрос весьма риторический и смысловой. А не ты ли сам их убил, Ваня? И тут до Ивана дошел смысл их вопроса и причину появления перед ним этих детей. Ясно, как божий день, к кому и зачем они пришли. Да вот неясно и абсолютно непонятно, как они сюда попали, но по любому эти детки пришли по его душу. А оный орган у Вани убежал в район пяток. От ужаса и мыслей дальнейшего развития события, у него вспотели не только руки, но, кроме всего остального тела, и ноги, которые слово наполнились ватой и желали сложиться в суставах. Но, усилием воли, переборов первоначальный страх, он собрался и решил дать отпор. Главное сейчас не поддаваться на провокации и не соглашаться с их условиями и уловками, не затевать никаких игр. -В догонялки поиграем, Ваня? – словно прочла его мысли, предложила девчонка, и изобразила желание, начать игру. -Да пошли вы со своими играми! – выругался матом Иван, в душе радуясь, что внезапно не увидел в них угрозы. – Сами поищите дураков. И вообще, кто вам сказал, что я – удин из тез убийц? У вас есть доказательства, кроме слов? Во поначалу докажите, а потом судите. -Ваня, ты совсем поглупел, что ли? Или у тебя такая реакция на страх? – проговорил мальчишка, пронзая насквозь своим взглядом Ивана. – Мы здесь играть в правосудие не собираемся. Наша задача, идея и план – месть. А в тюрьму тебя потом из больницы следователь заберет. Назаров и его помощник Паша зарплату за это получают, вот пусть они потом и доказывают твою вину, Ваня. У нас на тебя совершенно иные расчеты, так что, о правосудии на время забудь. Лови. Мальчишка схватил со стеллажа трехлитровую стеклянную банку с какой-то темно-коричневой жидкостью и бросил ее прямо в руки Ивану. Иван по инерции выставил руки вперед, чтобы подхватить летящий в него сосуд, однако в последнее мгновение уловил в этой выходке мальчишки некий подвох. Поспешив исправиться, Иван убрал руки за спину, иронично усмехнувшись в ответ этому действию, показывая всем своим видом явное нежелание подыгрывать деткам. Тяжелая полная банка ударилась в живот Ивана и глухо упала на бетон, расколовшись на осколки, заливая под ногами Ивана пространство, медленно растекаясь маслом. Глупо глядя под ноги, Иван вдруг понял истину подвоха. Пацаненок верил и даже на все сто процентов знал, что именно так он и поступит. И Иван попался, как глупый мальчишка. Попытка выйти из этой масляной лужи закончилась полной потерей равновесия и грубым падением на спину аккурат в центре масляного пятна. Поскольку рванулся слишком резко и резво, то ноги подлетели выше головы, и приземление вышло чересчур грубым и очень болезненным. И на этом боль не закончилась. Буквально через мгновение Иван ощутил, как осколки впились в его спину, парализуя уже болью все тело. Дико по звериному заорав, богато сдобрив ор многоэтажным матом, Иван предпринял попытку, вскочить на ноги, налету в прыжке выворачивая руку, пытаясь из спины вытащить острые болезненные осколки. Однако ноги расползлись по полу, словно он желал этим жестоким детям продемонстрировать мастерство акробата. И в этот раз на полу он оказался гораздо быстрей, чем успел понять. Но этот акробатический этюд, называемый шпагатом, в ногах, точнее, в том месте, откуда ноги берут свое начало, отозвался резкой рвущейся болью. Там, в этом самом месте что-то хрустнуло, разорвалось, теперь уже напрочь лишив его возможности, повторить попытку с подъемом. Возвратиться в вертикальное положение у него уже не получится. -Больно, Ваня? – спросила участливым голосом девчонка, добавляя к интонации язвительные нотки и иронию. – Да, я понимаю твои страдания, но сочувствовать даже не собираюсь. Ты своей жизнью заслужил эти страдания. Я не хочу даже пытаться читать тебе мораль, поскольку считаю эти попытки глупыми и бессмысленными, да и ненужной тратой времени с бесполезным сотрясением воздуха. Тебе до конца дней твоих выпала доля, просидеть в тюремной камере и питаться тюремной баландой. И прожить возле параши, поскольку слишком грязно напакостил на свободе, чтобы у кого-либо могло возникнуть желание, позволить хотя бы под старость пожить тебе на воле. И доживешь ли ты в тюремных апартаментах до этой самой старости? Хотя, и до нее тебе еще долго-долго тянуть. 25 прожил, а ВТО 35 может и не получиться. Условия в российских тюрьмах не способствуют долголетию. За дверью слесарного цеха послышалась возня, и через мгновение в распахнутой двери показались несколько рабочих, примчавшихся сюда на дикий вопль Ивана. Среди мужчин оказался и Алексей. Заметив на полу окровавленного и визжащего Ивана, а рядом с ним стоящих детей, Алексей, осознав ситуацию, сам уже не рад был такой чрезмерной спешки и стремлению, примчаться на выручку товарищу. Однако под напором рабочих ввалился в цех и он, дико озираясь по сторонам и пятясь к выходу, чтобы не оказаться участником и свидетелем расправы над товарищем. Ведь аналогичное нечто дожидается и его. -Эй! – крикнул один из рабочих, спеша на помощь Ивану. – Чего здесь такое случилось, как это он так упал? Мужики, давайте, скорее, поможем ему, не видите, что ли, куда его угораздило? -Стоять, и не сметь приближаться к нему! – тихо, но жестко приказала девчонка, выходя навстречу мужчинам и, выставляя правую руку ладошкой вперед, обозначающую запрет на продвижение. – Рано еще, - проговорила она уже остановившимся в нерешительности мужчинам, которые внезапно подчинились ее воли, и даже не предпринимали попытки ослушаться. – Мы еще не завершили процедуру мщения и наказания за преступления, им свершенные. -Вот, черт! – внезапно громко и даже восторженно воскликнул один из рабочих, бросая сумасшедшие взгляды на товарищей и на детей. – Так это же и есть эти самые юные мстители! – определил он статус детей и обозначил плачевное положение Ивана, как заслуженное. – А Ванька Горячев – ваш пациент, как я понял? Он тоже был среди этих убийц? Мужики, вы что, не поняли, кто они и за кем пришли сюда, а? Так теперь все понятно, и мы вам не препятствуем. -Да, - ответила девчонка, ошалевшим и застывшим в неподвижности мужчинам, слегка задерживая взгляд на Алексее, у которого в этот миг от страха чуть сердце не остановилось. Но она постаралась не показывать даже признаков факта участия в убийстве Алексея, понимая и намекая тем самым, что его время еще не пришло. – Он – убийца, и мы его наказали за ту, свершенную им подлость. Но нам еще необходим один маленький штрих, чтобы завершить свою акцию. А уже потом мы позволяем вам распорядиться им по своему усмотрению. Коль пожелаете облегчить страдания, так окажете помощь, а нет, тогда вызывайте скорую помощь и полицию. Пусть сами помогают и наказывают. Сказала она, и они с братом подошли к стеллажу и потянули его от стены. Стеллаж, груженный различными инструментами, бутылочками и деталями, медленно наклоняясь, с грохотом рухнул на дергающегося в судорогах и в попытках уползти от опасного места, тело Ивана, который, издав протяжный крик, больше схожий с предсмертным воем дикого зверя, умолк, словно на этом миге его жизнь завершилась. Для всех показалось, что он умер под грузом стеллажа и инструмента. -Капец мужику, - простонали в унисон рабочие, похоронив своего товарища, который с этого мига почему-то жалости в их сердцах не вызывал. – А как же он упал, а? Он же прибит к стене. -Вот этими дюбелями, да? Правильно, вот эти дюбеля его и держали у стены. Нет их, не стало и опоры, - задорно и весло прокричала девчонка, показывая всем два больших дюбеля, что держали этот стеллаж у стены. – Теперь наша миссия завершена, коль желаете, можете спасать. А капец, насколько вы проинформированы, в наши планы не входит, жив, голубчик, и еще много проживет. Только в тюремной камере. Это были его последние вольные минутки. Он обязательно сядет в тюрьму, поскольку такие наши намерения по отношению всех убийц. Позвоните следователю Назарову и передайте ему, что четвертый убийца наказан. Следующий акт послезавтра в это же время. И сами помните, и другим передайте – для нас преград не существует. Нет таких препятствий, кои мы не сумеем преодолеть. Ни в виде высоких заборов, ни в виде неприступных стен, ни в строгих сторожах. И тем более, ни во времени, ни в пространстве. Мы всех найдем и в обещанное время покараем. Сказала, схватила посильней брата за руку, и как два беспечных и беззаботных ребенка, пожелавших вместе прогуляться, вприпрыжку направились к выходу, который был занят любопытными. Мужчины испуганно расступились, позволив детям беспрепятственно покинуть цех. Они еще несколько минут беспомощно смотрели друг на друга, словно хотели извиниться за невмешательство. Мол, мы здесь перед такими детками просто бессильны. Эти маленькие бесята имеют право карать таких вот Иванов за гибель своих родителей. И сомнений в виновности Ивана у них не возникало. Были дети в доме в момент кровавой драме, видели и запомнили всех до единого убийцу. И счастье, что не попались они этим отморозкам на глаза. Такой факт спас их от расправы. Но, как уже понимали мужчины, этих уродов уже ничто и никто не спасет. Некая сверхчеловеческая сила оказалась на стороне детей, помогая им разоблачать и мстить. Разумеется, даже мысли у мужчин возникнуть не могло в самостоятельной деятельности этих малышей. Некто слишком могущественный и властный руководит ими. -Звони в полицию, и пусть там сами передают следователю Назарову ее послание, нам вмешиваться в их дела ни к чему, - сказал один из рабочих, решивший возглавить эту стихийную группу свидетелей мести. – Ну, сбросить этот стеллаж, чтобы помочь медикам, мы сумеем. А вдруг девчонка правду сказала, и эта тварь все еще жива? До сих пор они пока их просто калечили. Двое рабочих с легкостью подняли стеллаж, освобожденный в момент падения от тяжестей, и прислонили его к стене, сооружая временную подпорку из труб. А остальные, аккуратно, без рывков и усилий, снимали с тела Ивана упавший на него инструмент и детали. Стеклянные банки и прочие бутылки, все разбились, поэтому мужчины осторожно убрали с тела осколки, и, подхватив Ивана за ноги и руки, перенесли его на топчан, стоявший возле противоположной стены. Этот топчан сам Иван и привез несколько лет назад, чтобы позволить себе в перекур удобно развалиться на нем. -Живой! – словно обрадовались такому факту, воскликнули несколько рабочих, что переносили его, будто такая весть весьма вовремя сказанная и приятно услышанная. И поняли они по тяжелому вздоху и легкой судороге тела. – Ну, вот вы скажите мне на милость, мужики, - продолжил один из них, - как эта малявка могла знать после такой экзекуции, предполагать и настолько уверенно заявлять, что он пока жив, да и потом будет жить, и нуждается всего лишь в медицинской помощи? Как по плану работают эти детки, по четкому расписанному графику укладывают их поочередно на больничную койку. А ведь послезавтра следующий, и заметьте, как она сказала? Не последний, а следующий. Стало быть, еще несколько их осталось пока в целостности. Будем ждать и верить, что говорят правду. -Да, - кивали головой мужчины, - четко и по времени. Управляет ими кто-то. Вот скажите, а не проще ли было, сдать их в руки правосудия, да и пусть судят этих уродов? Так нет, через муки ада пропускают. -Нее, - категорично протянул один из них. - Сами ведь помните, как они на кладбище обещали? Мстя наша будет жестока и коварна. До сих пор в ушах эти слова мальчишки гулом отзываются. Вот и исполняют обещанное, чтобы слова не расходились с делом, как часто такое бывает у взрослых, ответственных чинов. Молодец, однако, тот, кто затеял эту канитель. Я бы еще этих уродов до смерти доводил, чтобы другим неповадно было, глядя на муки и страдания убийц. -Зачем детям такой грех на душу брать? Больно побить, так не грешно и не преступно. А убийство, так это уже статья. Конечно, за малолетство не посадят, но тяжко потом с таким грузом жить. Но с другой стороны, так они очень даже правые. Смерть – слишком легкое для них наказание. Миг, и тишина. А они их в тюрьму, чтобы до конца дней на нарах гнили. Вот такой ужас я даже в мыслях для своей судьбы вообразить страшусь. Сам бы повесился в камере. Мужчины не расходились, продолжая обсуждать происшествие. Слух успел разлететься по всему АТП, и толпа поспешно разрасталась, превращая слесарный цех в площадь митингующих. Свидетелям события приходилось по нескольку раз пересказывать, вновь прибывшим, кто и как уложил Ивана на топчан, и в чем его обвиняли дети. -Ну, а чего не задержали их до приезда следователя. Он хотя бы поговорил с ними, расспросил, что почем? – пробовали возмущаться женщины. – Недетское дело затеяли ребятишки, злое и жестокое. -Нет, позвольте с вами не согласиться, - стараясь показать свою осведомленность и компетентность, проговорил один из собравшихся. – Если бы это были дети Копыловых, то следователь давно бы вытянул из них всю нужную ему информацию. Уж за это можете даже не волноваться. Не они это, не Катя с Мишей. Кто-то под них играет и карает от их имени убийц. -А вот какая разница – они, не они, а? Мы же отчетливо видели перед собой мальчишку и девчонку, как две капли похожих на Мишу и Катю, - поспешил донести до всех, знающий в лицо Катю и Мишу Копыловых. -И вот ты сейчас нам всем хочешь так категорически заявить, что это были именно они, а никакая не их подмена? -Не они, категорически и официально могу заявить, - вдруг выдвинул собственную версию один из свидетелей мести детей очередной жертве. – Предположения абсурдные, но, по-моему, это вообще никакие не дети. -Ну, вот ты и загнул, ни сесть, ни встать! – с ироническим смешком, удивленно и, категорически отрицая подобную ересь, воскликнул один из мужчин. – И кто, если не дети? Мы же сами их воочию видели. Девчонка и мальчишка, самостоятельные и без каких-либо руководителей. Если вот несмышленыша использовать, так вряд ли бы сумел он настолько естественно и натурально сыграть свою роль, хоть ты его часами репетируй и учи. -А мне кажется, я так по их глазам рассудил, они какие-то дьяволята. Слишком уверенные в себя, сильные и абсолютно независимые. А задержать? – обратился мужчине к женщине, сетовавшей на мужчин за факт по собственной нерасторопности упустивших детей и не сумевших их придержать до явления полиции. – Вот сама бы в их глаза взглянула, так сразу у самой исчезло бы всякое желание, вмешаться в их месть и попытаться задержать. Прервали дебаты прибывшие медики скорой помощи и полиция, среди которой были и Назаров с Павлом. -Паша, поехали в АТП, - в кабинет к Сычеву заглянул следователь Назаров, отрывая его от повседневных бумажных работ. – Наши дети с графика не сбиваются, и обещанное слово держать умеют. Горячев Иван, газоэлектросварщик. Вот, ни хрена не могу я их понять, ни в какую! Ведь все они из обычной рабочей среды, за ними никакого криминала не числится, жили себе мирно и тихо. И с чего это вдруг на них нашло, а? откуда такое необузданное желание, убивать? -Деньги, Слава, халявные, легкие и большие деньги. Сами, вроде как, в руки плывут, и работать абсолютно не нужно. Я так думаю, - не выразив удивлений по поводу заявления Вячеслава, словно информацию об очередном фигуранте, отправленным детьми в больницу, он ждал, и на все сто процентов уверен был, что это сообщение обязано поступить с минуты на минуту, - что случайно, спонтанно и по пьянке совершили они свое первое ограбление со смертельными последствиями, и их затянуло, как в болото. И если бы не случился прокол с этим загородным особняком, то, мне так кажется, и я даже слишком в этом уверен, АТП и привычную свою работу они в обязательном порядке покинули бы. А зачем вкалывать за гроши, если тут у них за одну ходку по годовой зарплате вырисовывается. Если не больше. Вот перед таким искусом устоять они не сумели. И теперь лишь сила правосудия или смерть сумеет прекратить их преступную деятельность. -Что и случилось в двух ипостасях одновременно, - закончил мысль Вячеслав. – Сила их калечит, а наша задача, привлечь к суду. На такую судьбу они уж никак не могли рассчитывать. Ладно, любой преступник всегда хоть изредка, но задумывается и оглядывается на уголовный кодекс. А вот на месть мстителей никак не могли подумать. Страшней кары и не сочинить. Ну вот, - усмехнулся Вячеслав, услышав мелодию звонка в кармане. – Поди, Катюшка спешит с информацией о новом сновидении. Успели ее уже проинформировать и показать во всей красе. Да, Катя, - ответил он на звонок. - Я тебя внимательно слушаю. Как и предполагал, Катя торопилась поведать ему о своем сновидении, в котором активное участие принял Иван Горячев. И обещанное событие на послезавтра она ему осветила без имени нового пятого фигуранта. Тщательно скрывают и не торопятся называть, поскольку желают поначалу отомстить с болью и отправкой в больницу с переломанными костями. Прибыли в АТП и в сам слесарный цех почти одновременно с машиной скорой помощи, когда в этом небольшом помещении уже собрался едва ли не весь персонал предприятия. Встретили следователей целой делегацией из очевидцев происшествия. Рабочие, наперебой освещая событие, вели Павла с Вячеславом к топчану с лежащим на нем Иваном Горячевым, над которым колдовали медики, пытаясь освободить пострадавшего от осколков, перевязать раны и остановить кровь, а так же привести его в чувство, чтобы мог отвечать на вопросы следователя. -И этот в бессознательном состоянии, - поспешил известить Вячеслава, уже хорошо знакомый по прошлым фигурантам, врач. – Однако, насколько могу судить по первоначальному осмотру, этому вашему клиенту досталось больше других. Намного больнее и сердитей, будто он их разозлил сильней. И ушибы, и порезы, и переломы. Жестко карали его эти юные мстители. Но жить будет, как и обещала девчонка. Говорят, я уже про это слышал от свидетелей, девчонка обещает на послезавтра следующего? Я уже сам даже слишком заинтересовался этими детьми. Вот специально напрошусь на это дежурство, чтобы первым оказаться среди, увидевших и узнавших следующего преступника. Сгораю от нетерпения. Следователям только и осталось, что записать показания свидетелей и выдать им на руки визитки с приглашением в Управление, чтобы оформить протоколы. А главную работу за них выполняют юные мстители, которым помешать они не в состоянии. И торопить события не в их компетенции. А потому, как и сказал Вячеслав, они уезжают в Управление, чтобы заниматься текущими делами. Ну, нет у них таких возможностей, дающих право влиять на ход расследования этого убийства, потому что некие силы решили вмешаться и исполнить карательные акции до конца, не позволяя ни спросить у, уже попавших в больницу, ни искать оставшихся на свободе. Даже предположить их количество не представляется возможным. -Ну, что, Паша, до послезавтра! – с легкой иронией, но безо всякого сожаления и досады в голосе на мстителей, сказал Вячеслав помощнику на пороге своего кабинете, когда они возвратились из АТП. – Врачи, как и эта мстительница, утверждают, что все пострадавшие находятся в удовлетворительном состоянии, но крепко и беспробудно спят, не поддаются ни под какими уловками на просыпание. Сутками. Вроде как, пора бы и свыкнуться с этой мистикой, однако в голове кавардак полнейший от таких ее предсказаний. Заявляет, что с последним возвратит их из сна. И ведь исполнит, в чем я даже и сомневаться не могу. -Слава, да не зацикливайся ты на них. Мы все равно без компетентных разъяснений не сумеем понять суть происходящего. А расшифровывать этих мстителей, как понимаю, нам никто не планирует. Чувствую, - уже с неким легким сожалением произнес Павел, - что останется загадка не разгаданной. Звонок из больницы даже слегка удивил Вячеслава, если не сказать сильней, просто ошарашил. Он поспешил по внутренней связи вызвать к себе Павла и постарайся ввести его в курс события. -Ты не поверишь, но я и сам никак не могу врубиться, - начал он повествование, не позволив Павлу войти и расположиться в кабинете. Прямо в дверном проеме и проинформировал. – Дуй, Паша в больницу. Я пока еще не сумел сообразить и разобраться, но вот наш доктор говорит мне о поступлении в больницу водителя автобуса этого АТП некоего Ильцевича Никиты. Вроде, сердечный приступ с ним приключился, да только ранее он, как утверждает врач, на сердце никогда не жаловался. И последняя медицинская комиссия показала его отличное здоровье. Самое главное, что этот Никита в полном сознании. А вдруг и он наш клиент? -Она же новое поступление на послезавтра наметила. Получается, что и у этих сил случаются сбои в графике. -Ну, мы им не указка, что хотят, то и воротят. Однако, Паша, поговорить с ним можно. Просто любопытства ради. С чего это вдруг здоровый мужик за сердце хватается. И на фоне последних событий, вращающихся вокруг сотрудников этого АТП, имеются некие мнения. Слишком совпадений много. Ладно, чего гадать, езжай и плотно поговори с ним. Вдруг и повезет. И у них могут быть проколы. Я имею в виду мстителей. Живые люди, однако. Павел сразу же рванул в сторону больницы на встречу с этим Ильцевичем. Он, не он, а уточнить не помешало бы. Спросив в приемном покое расположение Никиты Ильцевича, доставленного скорой помощью с подозрением на сердечный приступ, Павел поспешил в отделение, слово гипотетический фигурант мог или исчезнуть, или внезапно умереть. Хотя, как утверждал Вячеславу врач по телефону, состояние больного даже слегка выше удовлетворительного. Сильный стресс, похоже, вызванный неким неординарным событием. И самое главное, что он в себе, поговорить с ним можно, беседу врач разрешает. Однако, уже поднявшись по лестнице на второй этаж и заглянув в коридор, некие сомнения усилились от вида суетящихся людей в белых халатах. И такое нервное движение происходило аккурат возле предполагаемой палаты. Остановив пробегающую мимо женщину, одну из медицинского персонала, и, предъявив ей удостоверение, Павел поинтересовался причиной этой суеты, на что она ему поспешила ответить, подтверждая его опасения. По-моему, как предположил Павел, проанализировав сообщение медицинской сестры, мстители его опередили. -Слава, - звонил Павел своему начальнику из больницы. – Ты не поверишь, но наш Ильцевич внезапно уплыл в забытье. Представляешь, мне доктора так и говорят, что с ним внезапно случился этот приступ. И, судя по времени, я предполагаю, что он произошел аккурат с моим появлением в больнице. Риска, как и у других, для жизни нет, но он аналогично со своей четверкой уснул. -Паша, а вдруг это вовсе и не наш клиент? Не сходится, понимаешь. Она обещала послезавтра, а тут в один день получается двое? И без ушибов с переломами. Ну, единственное общее, так это сон. -А я тебе, о чем толкую? – нервно хохотнул в трубку Павел. – Вот стоило мне лишь переступить порог больницы с целью, пообщаться с гипотетическим фигурантом, как на этого Ильцевича приступ наваливается. Ясно, что эти детки не пожелали, чтобы мы с ним пообщались. Ну, а такой мелочный факт, что не послезавтра, так и на старуху бывает проруха. Вот и у них сбой произошел. Но он явно не последний. Как Катюшка говорила? С последним проснуться все? -Да, если верить ее словам, то Ильцевич, даже если он и наш клиент, то не из числа последних. Будем ждать послезавтра. -Можно подумать, так у нас есть иные предложения. Только, поверь мне, Слава, Ильцевич – наш клиент. Все слишком сходится по многим признакам. Ну, почти все, если уж придираться к запятым. -И все равно, у меня сомнения. Они не выступили с разоблачительной речью почему-то, как во всех четырех предыдущих случаях. Они его не покарали болью. И такой факт меня смущает. -А ты не смущайся, как красна девица. Вот именно такого наказания они и пожелали одному из убийц. И не думай, что сердечные приступ – не болезненная процедура. Сам не испытывал, однако знающие и прошедшие испытания через инфаркт, рассказывают, что настолько больно, словно сердце на живую рвется. Так что, они пожелали ему именно такую боль предоставить. Ровно через сутки, как и полагается, послезавтра, по коридору больницы шли, держась друг друга за руки, в белых длинных халатах, которые тянулись по полу, небольшого росточка девчонка и еще меньшего мальчишка. Выглядела эта парочка в этих взрослых халатах настолько комично, что проходившие мимо них пациенты больницы и медицинский персонал с веселой улыбкой провожали детей, бросая в их адрес добрые безобидные шутки. -Два гномика, - острил один. -А кто же виноват, что детских халатов в больнице нет. Вот бахилы им по колено, словно гольфы. -Дети, - остановилась возле этой малолетней парочки медсестра. – Вы к кому? Здесь лежит ваш родственник? -Да, - ответила за двоих девчонка. – Мы идем навестить дядю Никиту. Он ведь в вашем отделение лежит? -Да, да, у нас в 11 палате. Вот еще пройдете парочку палат, а там и его. Только сейчас не время для посещений, вы бы к вечеру пришли. Да и спит он после уколов да после обеда. -Мы, тетенька, - подал голос мальчишка, - только глянем на него и сразу уйдем. Задерживаться и мешать отдыхать не будем. -Ну, тогда идите, - согласилась с детьми медсестра. – Только постарайтесь не шуметь. Его соседи тоже, скорее всего, спят. -Хорошо, спасибо вам, - поблагодарила медсестру девчонка, и они заспешили к указанной 11 палате. Однако, как, оказалось, спал лишь один Никита. И спал он уже двое суток, чего, скорее всего, не знала эта медсестра, сообщив детям такую информацию. А возможно, знала, да не пожелала углубляться в такие проблемы перед детьми. Ну, посмотрят, да и уйдут. Дети, все-таки, незачем им такие подробности знать. А соседи Никиты даже не думали спать. Кто просматривал прессу, кто читал книгу. Видно, они уже устали от ежедневного безделья и сна. -Погоди, - вдруг вскрикнул мальчишка и выбежал из палаты. И буквально секунд через пять возвратился с каталкой, которую кто-то неосмотрительно оставил возле дверей лифта. – Вот, транспорт прихватил, нам он сейчас пригодится. Мы сейчас Никиту покатаем по коридору. Трое мужчин, соседи Никиты, следили за манипуляциями детей, оторвавшись от чтива, со вниманием и любопытством за смешными потешными одеяниями этих сорванцов, пока еще не понимая и не улавливая смысла их деяний. А дети подкатили каталку к койке Никиты и с помощью рычага уменьшили ее высоту до уровня высоты койки. Затем, грубо толкнув спящего Ильцевича, перекатили его на каталку и с силой нашлепали его по щекам, словно пытались разбудить или привести в чувство, потерявшего сознание. -Дети, вы, что тут такое вытворяете, а? с ума посходили, что ли? – попытался лениво и без особого энтузиазма вмешаться в происходящее одни из соседей. – Кто вам позволил трогать больного? Он уже вторые сутки спит беспробудно, врачи не сумели добудиться, а они лупят его по щекам. -Мы, дяденька, его выкатываем на прогулку, - поспешила с разъяснениями девчонка. – Больному требуется свежий воздух и масса свежих острых ощущений. Ну, а какие ощущения во сне? Вот и хотим его разбудить, чтобы все видел, слышал и понимал, что происходит. -Да ну их, - отмахнулся от детей один из больных, призывая к безразличию и возмущенного. – Пусть за порядком сам персонал и следит, а нам никакого дела до них нет. И вообще-то, мы здесь лечимся, нам нервничать не положено, - добавил он, и все трое вновь уткнулись в чтиво. А Никита внезапно открыл глаза и ошалевшим взором смотрел на, внезапно, откуда взявшихся, детей, пока еще ничего толком не понимая из всего происходящего. Да и речь у него внезапно заклинило, словно ему говорить не положено. А желание, возмутиться позвать на помощь, уже возникало. -Привет, Никита! - бодро и громко вскрикнул мальчишка. – Ну, что, паршивец эдакий, в больнице спрятаться от нас решил, подумал, что ловко устроился, избежал кары заслуженной? Ан нет, не прошло. От нас, Никитушка, ни в какой больнице не спрячешься. Да и нигде такой финт не пройдет, даже если сумеешь улететь на луну. И там достаем. -Вы что, вам, что от меня нужно, вы зачем меня куда-то катите, немедленно прекратите, я сейчас доктора позову, - залепетал Никита, вдруг получивший наконец-то возможность говорить. – Меня нельзя никуда везти, мое сердце нуждается в покое. Сейчас же верните меня на место. -Покой, Никита, мы тебе скоро предоставим. Много покоя, на долгие годы. Вернее, не мы, это – прерогатива следователя Назарова. Ты с ним не знаком пока? Есть такой в Управлении, он вашей бандой занимается. Только вот ты почему-то попал сюда не по графику и без соответствующей процедуры. Ну, ничего страшного, мы сейчас сей недочет восполним, подправим некие нарушения плана. А вот сердце твое, как ни странно, без особых изъянов. Зря надеешься на тихую смерть. -Это вы, это вы, да? – холодея от ужаса и немея от страха, просипел Никита, чувствуя, что вновь теряет способность говорить. Но еще, что намного опасней, так у него отнялись ноги и руки, лишая его способности, сопротивляться или хотя бы попытки сбежать от этих коварных детишек. Вот придурок, раньше надо было сматываться из города, теперь уже поздно, и никуда ему не деться от этих мстителей. -Эй, дети, вы, куда нашего больного катите? А ну-ка, стоять, быстро возвращайте его в палату! – из сестринской комнаты выбежала медицинская сестра и, заметив такое нарушение всех правил и порядка, потребовала разъяснений непонятного движения и суеты. – Кто вам без спроса разрешил брать каталку? Вот еще уроните на пол мне больного, так я вас тогда накажу. -Нее, тетенька, - весело хихикнула девчонка, не переставая катить каталку с Ильцевичем на ней. – Мы его на пол ронять не будем, вы за это можете не переживать. Вот из окна мы его сейчас выбросим, прямо сквозь стекло, даже раскрывать не будем, пусть так летит, - прокричала она на всю больницу и с силой толкнула каталку, бегом поспевая за ней, продолжая подталкивать, развивая скорость. И когда до окна оставалось метров 5-6, они уже вдвоем с мальчишкой в последний раз с силой толкнули это транспортное средство Никиты. Разогнавшаяся каталка врезалась на всем ходу в подоконник, а сам Никита по инерции, собою со звоном разбив стекло, вылетел в окно со второго этажа, в последние секунды, ощутив какие-то раскрывшиеся силы в горле, прокричал в полете прощальную тираду, посылая проклятия и пожелания своим мучителям. -О, боже! – простонала медсестра, с ужасом представляя последствия этого больного с такой высоты. Высота небольшая для смертельного исхода, а вот травмы и переломы ему гарантированы. – Что же вы творите, подлые детишки, вы же его покалечили всего. На крик, звон и грохот из палат выглянули больные и медицинский персонал с вопросами и попытками выяснить причины такого неадекватного шума. И многие, прослышав о происшествии, аналогично вспоминали господа, силы небесные и делились гипотетическими последствиями такого полета. -Тихо, Галя, не шуми и не кляни ты этих деток, - к медсестре подошла женщина и тихо прошептала, но слышно для всех рядом стоящих, успокаивающие слова: - Так это же эти дети, которые мстят убийцам своих родителей. -Да? – испуганно вдруг встрепенулась медсестра. – Ой, и правда, ведь, вы уж простите меня, это я так со страху кричала и ругала. Сами понимаете, что можно испытать от таких ваших маневров. -Все правильно, тетенька, можете не извиняться, - взявшись за руки, дети шли в сторону перепуганной женщины. – Конечно, это подло и бесчеловечно вот так из окна выбрасывать больного человека. Но вы ведь не знали о нем ничего, даже предположить не могли, что этот человек давно перестал быть таковым. Он не достоин звания человеческого, а, стало быть, не имеет права называться таковым. Он не погиб, можете идти и подобрать его под окном. Ему хотелось спрятаться в больнице от нас, а не получилось. Мы ему сделали больно, как и он со своими отморозками причинял болезненные и смертельные удары нашим родителям. Только он их убил, а мы ему не позволим умереть, чтобы в тюрьме испытал все прелести жизни среди падших и пропавших. Позвоните следователю Назарову и предупредите его, что послезавтра в это же время к вам в больницу поступит с болью и страданиями последний убийца. И тогда все они сразу проснуться. Эти твари испытали боль сполна, и сейчас будут весьма разговорчивы, боясь повторений встречи с нами. -Потому что, наша мстя будет жестока и коварна! – поддержал сестренку братик. – И очень болезненна. И им ничего не останется, как спрятаться в тюрьму, где нам их уже и доставать не захочется. 7 Поглядывая на часы, следователь Назаров ожидал уже этого звонка. Однако на дисплее высветилась Катюшка, как он понял, успевшая опередить очевидцев некоего происшествия. И этот звонок Вячеслав считал, завершающим дело о разбойном нападении и убийстве двух семей. -Да, Катюша, слушаю тебя, - ответил Вячеслав, одновременно набирая по внутреннему телефону кабинет помощника. -Дядя Слава, ну, вы, наверное, уже поняли, что я звоню вам с сообщением, - неуверенно промямлила в трубку Катя. -Понимаю, Катюша, понимаю. Да ты так не переживай, все ведь правильно. И, как я догадываюсь, он последний? -Нет, дядя Слава, последний будет послезавтра. Она так и сказала в больнице. А этого Ильцевича Никиту мы выбросили из окна больницы. И теперь он со всеми вместе будет дожидаться своего последнего товарища. Только я и его фамилию не знаю, ну, проснулась, и забыла. -Я тебе верю, Катя, ты ни в чем не виновата. Да и незачем нам заранее знать о нем. Спасибо, Катя, за сообщение. Вячеслав отключил телефон, а помощник не отвечал. Вполне вероятно, не в кабинете, а носится по Управлению по своим делам. Не столь важно, задумался Вячеслав, уставившись в белый потолок. И как понимать это сообщение девчонки? Стало быть, дети-мстители с первым попаданием Ильцевича в больницу не связаны? Хотя, все весьма закономерно и понятно. На его глазах, ну почти при нем дети калечат его подельников, жестоко и грубо ломая кости и тело, и он от впечатлений и гипотетических представлений встречи с мстителями хватается за сердце. Вот и случился этот сердечный приступ. Он просто понял свою обреченность и бессмысленность любых попыток, избежать заслуженной кары. И она все равно оказалась неизбежной. Не спасла этого Никиту даже больничная койка. -Паша, - Вячеслав встретил своего помощника, спешащего по коридору по своим неотложным делам. – Езжай в больницу, там произошел несчастный случай с нашим Ильцевичем. -Я уже в курсе. Вот и спешу к тебе. Мне только что дежурный на мобильник позвонил. Ты, говорит, занятый был. -Не поверишь, - с неким восторгом воскликнул Назаров, - с Катюшей говорил. Она меня уже проинформировала. -Так чего первый раз не позвонила? – удивленно спросил Павел. – Что-то они сбиваются с ритма. -А потому, - поспешил с разъяснениями и оправданиями мстителей Вячеслав, - что сердце его не с их помощью, а от страха у него забарахлило. Дети здесь оказались непричастными. Ну, непосредственно. Косвенно, разумеется, по их вине. Я не поеду сейчас к этому Ильцевичу, смысла никакого. Да и тебе лишь для отчета нужно снять показания свидетелей. И так все предельно ясно и понятно: пришли, погрузили на каталку и, зачитав приговор, как полагается и как происходило во всех предыдущих случаях, выбросили в окно. Не отступают от принципа. Павел понимал начальника, что он прав по всем показателям. Стало быть, угодил Никита в больницу со страху, и лишь задумали они с ним поговорить, как дети мгновенно его выключают. -Я, Паша, - признавался ему Вячеслав, - до мозга костей истинный атеист. Это моя вера такая, и я не собираюсь ее пропагандировать и укорять любого иного вероисповедания. Однако, анализируя последние события с участием этих юных мстителей, и убеждаясь в полной непричастности самих детей, ну, Катюши и Миши, в моей душе возникают некие весьма серьезные сомнения. Эти явления не поддаются научному анализу. И что мне остается? -Слава, ради бога, успокойся и не заморачивайся. Господь по сути своей не может быть мстителем, поскольку у него иные постулаты. Подданные сатаны здесь аналогично непричастные, поскольку в их активе дела пошлые и подлые. Так что, можешь с верой своей успокоиться. Лично я не верю во вмешательство потусторонних сил. Просто, если мы не можем объяснить, то это вовсе не означает, что явление не имеет научной основы. Это пока оно нам недоступно. -Ладно, - согласился Вячеслав, иронично усмехаясь над теориями Павла. – Спасибо, что вернул мне мою веру. Отделался Никита Ильцевич несколькими переломами рук и ребер, трещиной бедра и многочисленными гематомами. И, как подтвердили врачи, после пятиминутного визга, он аналогично уснул, как и его товарищи. Стало быть, разговора, как и с другими фигурантами, не получится. Однако Павел на иной исход и не рассчитывал. Не разрешают мстители общаться со своими жертвами, и возражать не позволяют. Записав показания свидетелей этого катания с полетом из окна, Павел возвратился в Управление, по инерции и по служебному долгу лишь отзвонив и отчитавшись перед Назаровым, описав ему подробности происшествия. -Будем ждать послезавтра, - только и сумел ответить ему следователь, поскольку иных слов не находил. Ну, специального ожидания у Назарова и Сычева предусмотрено не было. Дел у них невпроворот хватало с избытком. И потому они даже не планировали нервные переживания и томительные подглядывания на часы. Толкать и подгонять время без надобности, поскольку пока же этого времени мстители с графика не сбивались. Разумеется, любопытство слегка пекло сознание, разжигало интерес. Хотя, как и говорил Вячеслав: -Попомнишь мое слово, Паша. Последний будет аналогично работником АТП. Не скажу, кто конкретно, но из этой компании. -Слава, - вдруг обрадовался Павел неожиданной мыслью, внезапно возникшей в его голове. – А давай-ка, мы с тобой подъедем к этому времени в АТП, а? Знаешь, мне хотелось бы хоть раз самому оказаться в числе свидетелей этой мести, своими глазами лицезреть их в деле. -Не факт, Паша, - с сомнениями пожимал плечами Вячеслав, - что само событие произойдет на территории АТП. По-моему, да и, по-твоему, тоже, так у нас лишь один Горячев пострадал от детей на своей, как говорится, земле. Все остальные оказались за ее пределами. Так что, и этот может быть из водителей маршрутки или автобуса, и в это время окажется за пределами предприятия. -Слава, - не унимался Павел, продолжая настаивать на своей версии. – Мне кажется, что последняя точка будет поставлена именно на территории АТП. И это даже немного символично. -Аргументируй, - попросил Назаров. – Приведи мне веские доводы своей версии, чтобы и поверил. -Разумеется, как мы и договорились, зацикливаться я на этих преступниках не стал. И зачем лишние напряжения мозгов, когда у нас такие незаменимые помощники нарисовались. Однако в свободное от основных дел время я все-таки позволил себе размышление и проанализировал, затем расспросил своих информаторов. Кстати, один из них работает в самом АТП, и пришел к однозначному выводу. Следующим и последним будет некий Белов Алексей Викторович, автослесарь этого АТП. Нет, разумеется, я не могу на все 100% гарантировать однозначно, да и озвучивать свои предположения не планирую, чтобы, не дай бог, обидеть и бросить тень подозрений на невиновного. Однако все мои предположения и анализы сходятся именно на нем. Подошел по всем параметрам. -И чем он тебя так привлек? Я не категоричен, однако хотелось бы услышать веские аргументы. -Ну, холостой, как и все остальные, снимает квартиру и, я этот вопрос выделил бы в особую строку, проживал все детство и юность в одном дворе с остальными фигурантами. Их компания нигде себя не зарекомендовала, я имею в виду, не засветилась ни в каком деле, но очевидцы подтверждают их давнюю дружбу. Да и сейчас, вернее, до этого времени этот Белов поддерживал дружеские отношения со всеми ими. То есть, дружба переросла в группировку. -Предлагаешь взять в разработку, как потенциального подозреваемого? Так времени у нас не осталось. -Да и нет оснований, но присмотримся хотя бы в последний его миг. Я почему-то даже не сомневаюсь, что сорвать детям акцию мы не сумеем. Зато можем полюбоваться их выступлением. Как и договорились, Павел и Вячеслав, ближе к обеду в обозначенный день детками-мстителями прибыли на территорию АТП. Поскольку предположение о последнем фигуранте у них возникло благодаря неким умозаключениям, то за Беловым было установлено наблюдение. Однако его поведение, настроение и обыденный трудовой и бытовой вид даже намеков не позволял на подозрения, то у Павла уже возникали сомнения относительно первоначальной версии. Не он, да и все тут, не мог настолько безразлично вести себя так человек в ожиданиях очередной обещанной мести. Они еще ни разу не обманули. Если Никита Ильцевич от переживаний с сердечным приступом угодил в больницу, то Белов, даже если это он и есть, и на все сто процентов предполагал, был уверенным и ожидал явления мстителей, то своим поведением ничем не показал свою причастность к банде грабителей и убийц. Или слишком уверен в свои силы и возможности, что сумеет противостоять детям, или непричастен. Тогда, как уже намекнул ему Вячеслав, по шеям Паша может схлопотать по причине срыва сегодняшних планов. И время, сколько потеряли по его ошибки. Однако, сколько Вячеслав не ворчал, но предложения, бросить наблюдения и возвратиться в кабинеты, из его уст не поступало. Как говорится, и хочется, и колется. А вдруг Пашка угадал? Находясь в неведении и все в сомнениях, они все равно пропустят выступление мстителей. А ежели он окажется правым, так потом сто упреков выскажет в адрес Вячеслав, если по его вине мщение свершится без их лицезрения. А потому они общались с руководством АТП, затем покинули офис и прошлись в сопровождении главного механика по цехам, будто просто ради любопытства и неких своих интересов. -Как я понимаю, - хитро намекнул главный механик, легко раскусив их замысел и интерес, - вы затем сюда и явились, что поверили обещаниям девчонки? Да у нас самих ближе к обеду рабочий настрой заметно снизился. Все только и ждут этих детишек. Они ведь, именно сегодня в обед обещали покарать последнего убийцу? Не поверите, но у нас открылся тотализатор, народ делает ставки и пытается угадать, кто же из наших окажется их жертвой. Высказываю различные версии и предположения. Порой и слушать страшно их прогнозы. Вячеслав от его слов поперхнулся и раскашлялся. Как-то именно такой факт они с Павлом не учли. Ведь дети публично объявили о сегодняшней акции. Потому, как и подтвердил главный механик, и народу на территории предприятия даже с излишком многовато. И у него даже возникли сомнения по поводу явления детей. Ежели последний фигурант здесь, а Белова они наблюдают, и тот никуда пока за территорию отлучаться не планирует, то своей массовостью они могут отпугнуть детей. Однако на сомнения Вячеслава Павел категорически возразил: -Сомневаюсь, Слава, слишком отчаянные и бесшабашные наши детки. Я не думаю, что их пугают зрители. Как раз наоборот, публичность их вполне устраивает. Они и прошлые акции проводили при скоплении народа. Им же необходимо, как я понимаю, громко заявить о себе и озвучить дальнейшие планы. -Так на сегодняшнем мщении у них планы заканчиваются. -А вдруг пожелают объясниться, рассказать хоть что-то о себе, а? Вот и узнаем, кто они и откуда взялись. -А если не пожелают? -Так все равно увидим. Нам же до сих пор не пришлось встретиться с ними с глазу на глаз. -Надеюсь, что не сорвутся сегодняшние планы, не отступятся от графика, придут, как и обещали. А если наш клиент за пределами АТП? -Тогда Катюша позвонит и сообщит. В этом будь уверен. -Господа следователи, ну, как я понял по вашему поведению и по прозрачным намекам, то у вас имеются предположения относительно последнего бандита? – вдруг спросил главный механик, словно подслушал их размышления. – Ну, а коль так, то зачем дожидаться представления? Берите его и пытайте. Я имею в виду, арестуйте и задайте кое-какие вопросы. Я понимаю, эти ублюдки все до единого заслуживают кары, что им устроили мстители, но не по закону получается. -Да нет, кроме сомнений и предположений мы ему ничего предъявить не сумеем. Допускаем ошибку в выборе предполагаемого фигуранта, - возразил ему Вячеслав, и в этом он уже и сам не сомневался. – Спрашивать нам у него нечего. А она, насколько вы припоминаете, обещала, что с последним все, как говорится, проснутся и начнут говорить. Вот тогда и зададим свои вопросы. -А, в самом деле, - весело воскликнул Павел. – Им всем досталось сполна, так пусть получит и последний свою порцию боли. Это еще, с какого такого вдруг настроения, мы будем жалеть его? -Я так предполагаю, и даже слишком уверенно могу заявить, - загадочно произнес главный механик, - что вы после этих вот случаев с месть и наказанием юных мстителей вы надолго от серьезных дел освободитесь. Много дней еще страх в душонках всех отморозков, что пока на свободе, жить будет. Пока не забудутся наши дети. Скажите, Вячеслав, а это ведь, правда, что дети Копыловых здесь абсолютно не причем? Ну, не так близко, однако приходилось с ними общаться. Видел я их. Обыкновенные милые детишки. Совершенно не похожи они на таких отчаянных мстителей, не сумели вот так ловко и хладнокровно мстить. -На все сто процентов – не они. А вот, как и что, оставлю без комментариев. Не секрет, а сами ничего не знаем. Вот и надеемся, что хоть сегодня может что проясниться. Надеемся, но не уверены. Когда большая стрелка перевалила цифру 12, а маленькая сдвинулась на долю миллиметра от единицы, почему-то основная масса, собравшихся во дворе АТП предположила, что такое скопление любопытных отпугнула этих таинственных мстителей. Да, они привыкли карать этих убийц публично, но не настолько театрально и не при таком аншлаге. Сожалея, однако, еще и понимая окончание обеденного времени, рабочие стали потихоньку расходиться по цехам, служащие возвратились по своим кабинетам. Бросив прощальный взгляд на часы, кивком головы предложил возвратиться в Управление и следователь Назаров. -Не здесь, стало быть, и не он. Слишком пунктуальные они были в прошлые разы, чтобы нарушить сове расписание сегодня. Пойдем, Паша, в кабинеты и будем ждать звонка. И, скорее всего, первой мне об окончании своей мисси сообщит Катюшка. От нее и узнаем имя последнего. -Я дежурного перед отъездом предупреждал, чтобы звонил мне на мой мобильный. Думаю, что пока еще просто ничего не произошло, потому и молчание. Он в курсе, что мы на выезде. Чувствовалось во взглядах расходящихся рабочих и служащих легкое сожаление и досада. Вечно все самое интересное происходит или в их отсутствие, или в том месте, где их нет. В кои времена хотелось воочию понаблюдать за этим мистическим явлением, и такой облом случился. Собрались покинуть территорию и следователи, слегка обескураженные таким просчетом и немного уязвленные этой нечаянной ошибкой. Не повезло, и это факт. А Павел вообще не знал, какими словами теперь оправдать свою дезинформацию. Ну, информаторы, хороши субчики, такую лажу ему спустили. Отчитает их по полной программе. Не сегодня, не сейчас, именно в эту минуту ему хотелось бегом бежать от такого позора. Поняв, что опасность миновала и, что вполне вероятно, эти мстители слегка опростоволосились, с легким восторгом и облегчением возвращался в цех и Алексей Белов. Почему и отчего, но ему казалось, что эти детки о нем и знать не должны. Ладно, водители автобусов и маршруток, те постоянно у всех на виду. А он вечно, как говорится, в масле и в мазуте. Его друзья не всегда узнают до душа. Работа грязная, такой факт отрицать бессмысленно. Однако в характере Алексея еще имеется такой малозначимый дефект, о чем гласит народная пословица: «Свинья грязь везде найдет». Ну, вот с ним такое постоянно и происходит. Прилипает к нему любая грязь, как железные опилки к магниту. Вот и на это представление он вышел весь в грязных масляных подтеках и пятнах. А чего по этому поводу заморачиваться с этой чистотой, если в цеху имеется душ и раздевалка, где он легко сменит рабочую робу на будничный повседневный костюм. Разумеется, сразу после душа переоденется. -А ты, Леша, зря так расслабился, поторопился, покинуть двор. Мы еще с тобой не успели пообщаться и обговорить детали контакта, - внезапно детский голосок разорвал этот монотонный гул расходящейся толпы. И прозвучал он сейчас, словно хлесткий выстрел в лесу, разлетаясь по всему АТП и возвращаясь эхом. Толпа замерла в замешательстве, и медленно, словно пугаясь лицезреть автора голоса, разворачивался в сторону источника крика. На крыше ремонтного бокса, в сторону которого дефилировал успокоившийся и расслабившийся умиротворенный и удовлетворенный Алексей Белов, в душе посмеявшийся над ошибками этих злых деток. -И зря ты так ошибочно о нас подумал, Леша! – продолжала кричать девчонка, посмеиваясь над ошарашенным Беловым. Услышав ее звонкий голосок, народ спешно возвращался из помещений на двор АТП, и Алексей, внезапно леденящим ужасом осознав явившуюся расплату, резко развернулся в сторону бокса, задирая голову на крышу. И внезапно, запутавшись в собственных ногах, он упал на землю и на четвереньках торопливо пополз в сторону 2,5 метрового забора, словно там его ожидало спасение. Он пытался несколько раз обрести вертикальное положение, но парализованные обмякшие ноги не желали держать его, и он вновь и вновь шлепался на землю, продолжая уползать. И такое его состояние даже смешило, но смеяться никто не мог, поскольку сильно потрясло это ее внезапное появление с братишкой. -Если ты испачкал в мазуте всю свою поганую рожу, то вовсе не означает, что стал слишком неузнаваемым. Мы не по морде лица, мы по сути твоей узнаем в твоем силуэте Алексея Белова. А вы зря так решили, - она обратилась к зрителям, присутствующим во дворе АТП, - что ваше присутствие способно нас отпугнуть и нарушить обещанное. Никто вам не называл точное время. Просто в обед, а оно, это обеденное время еще не закончилось. Вот мы и появились, чтобы отомстить последнему убийце наших родителей. Точно в такое время, как и обещали. -Мать честная! – чертыхнулся главный механик. – Да клянусь всеми святыми – это они. Это и есть - дети Копылова, - лепетал он Вячеславу с Павлом, стоявших рядом с ним, и аналогично глазеющих на детей. – Эй, - вдруг крикнул он в сторону детей. – Вот, рядом со мной следователи. Катюша, Миша, может, не надо мстить, он уже и без этого получил свою порцию страха. Не нужно никаких мщений, пусть лучше его арестуют и посадят вместе с теми, остальными. Катя, достаточно мести. Дети, молча, выслушали просьбу главного механика и вдруг совершили нечто настолько неординарное и ужасное, как посчитали присутствующие и наблюдающие за происходящим, что у зрителей едва сердце не остановилось. Дети, взявшись за руки, прыгнули вниз с крыши ремонтного бокса на бетон, которым была устлана площадь возле всех боксов. Толпа испуганно вскрикнула, поскольку без последствий для таких маленьких детей, да и для взрослых аналогично, полет с пятиметровой высоты не может завершиться. Если не убьешься насмерть, так покалечишься однозначно. Однако Катя и Миша, словно сошли со ступеньки, после приземления, не отпуская рук, двинулись в сторону Белова, который успел доползти до забора и с помощью этой опоры встать наконец-то на ноги, приняв вертикальное положение. -И что, не надо, дядя Сережа? – крикнула Катюша, развернувшись лицом к главному механику и Вячеславу с Павлом. – Почему это, не надо, если им было позволено, своими свинцовыми дубинками бить по нашим родителям, по папе с мамой? А мы теперь должны проявить к ним некое сочувствие? Вы считаете, что ему достаточно страху? Нет, мы отлично знаем и понимаем, что вы переживаете за Катю с Мишей, за их души. Так мы вам сейчас официально объявляем, а Назаров с Сычевым подтвердят наши слова. Мы – не они. Мы – их Ангелы-мстители. А настоящие Катя и Миша находятся там, где им и положено быть. Она в школе, а он в садике. Поэтому мы громко и публично говорим всем вам: - надо, очень надо, Кате с Мишей надо, потому что в их сердечках эта боль потери родителей, потому что в их мыслях такие желания мщения. А мы, как Ангелы, обязаны исполнить, привести приговор в исполнение. Пусть и этот последний испытает настоящую боль. Толпа слушала девчонку, затаив дыхание, и боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть видение. Они ей верили, понимая, что обычные дети не могут просто по самой сути быть такими отчаянными, смелыми и настолько сильными. -Леша, а ты даже не пытайся укрыться за этим забором. Понимаем, силы молодого тела позволят тебе преодолеть эти 2,5 метра бетона. Однако на той стороне мы тебя встретим. Ничего у тебя не получится, получай и ты свою заслуженную боль. Багира, приступай! – внезапно скомандовала громко и грозно девчонка, поднимая вверх правую руку. И в этот миг случилось просто невероятное, повергшее публику в шок, парализовав ее окончательно. На крыше того же ремонтного бокса, с которого спрыгнули дети, появилась огромная черная пантера, героиня известной сказки Киплинга «Маугли». Она грациозно продефилировала по краю крыши, выгнула спину и, показав свои острые зубы, оттолкнувшись от крыши, словно планер пролетела над землей, мягко приземлившись почти рядом с детьми. Но, не задерживаясь и не дожидаясь новой команды, поскольку таковая от хозяйки уже поступила, плавными шагами хищница направилась в сторону Белова, который от самого вида зверя уже был на грани обморока. Однако потеря сознания, о которой он сильно мечтал в этот миг, не наступила. Вместо нее случился энурез, выразившийся в мокром пятне на брюках, что вызвало нервный смешок у зрителей. -Да эта зверюга сейчас сожрет его с потрохами. И даже не подавится. Сделайте что-нибудь, - попросила одна из женщин, обращаясь к Вячеславу и Павлу, поскольку народ уже знал причину их присутствия. – Неужели позволите ей сейчас на глазах у всего народа его растерзать? -А вы, тетенька, так не переживайте за него, - услышав просьбу женщины, крикнул в ее сторону мальчишка. – Мы убивать никого не собираемся. Наша мстя коварна и жестока, но через боль. А следователь потом им сам займется. Багира, давай, не тяни, - крикнул он. И пантера, подойдя вплотную к Белову, плавным движением лапы приложилась к телу Алексея, отчего он, пролетев над землей метра три, грубо шлепнулся на землю и дико заскулил, вращаясь, словно юла. А зверь, проследив за полетом жертвы, направился вновь к нему, чтобы повторить свой смертельный удар, но вскрик девчонки остановил ее намерения: -Довольно, Багира, возвращайся на место. И послушный зверь, разбежавшись по площади, взмыв над землей, оказался на крыше бокса буквально за считанные доли секунд и исчез из вида. -Все, Миша, мы свою миссию завершили. А ты, - обратилась она к воющему Белову, стараясь перекричать его стоны, - даже не смей изворачиваться и пытаться оправдаться. Иначе, мы возвратимся, и тогда наша Багира не будет столь щадящей. Вячеслав, Павел, можете забирать последнего и вести с ним диалог. Да, и все остальные уже проснулись и с нетерпением дожидаются вашего прихода. Они аналогично предупреждены нами, и, поверьте нам, даже не планируют попыток, на смягчение совей вины. Нам Миша, не стоит следовать примеру Багиры, мы покинем этот театр через центральные ворота. Всем спасибо за внимание, и прощайте. И они, все также, держась за руки, молча, и под молчаливые взгляды зрителей шли в сторону проходной. Никто даже не пытался их задержать, задавать вопросы. Дети прощались с ними, исполнив свой долг до конца. Дети играли во дворе в юных мстителей. И основными консультантами выступали в этой игре Миша и Катя. Со знанием дела, с пониманием сути игры они советовали детворе, подсказывали, и никто, даже из старших, не смел, перчить или не соглашаться. Не было ни у кого на это прав. Ведь это их личные Ангелы вершили возмездие настоящим бандитам-убийцам. Был суд, который всех шестерых осудил на пожизненные сроки. Обвиняемые, напуганные предупреждением мстителей, даже не пытались хоть какими-либо эпизодами смягчить свою вину, некими оправданиями облегчить участь. Слишком памятной оказалась та боль, что причинили им детки. И страшно было их обещание, вернуться и повторить, если посмеют хотя бы половинкой слова отрицать свои злые деяния. А потому, как на исповеди, с максимальными подробностями описывали они свои похождения, даже не пытаясь укрыть малозначимые детали. Назаров и Сычев не успевали записывать за ними их повествования. Но суд не желал учитывать откровения за смягчающие обстоятельства. Ведь весь город знал, десятки свидетелей слышали угрозы мстителей. А потому, не добровольно и не раскаявшись, признавались обвиняемые. Слишком много крови оставила банда за свою короткую деятельность. И суд учитывал лишь их преступные деяния, определив высшую меру наказания всем шестерым. И весь город согласился с таким решением суда. Город еще много дней обсуждал эти сенсационные события, освещала их и областная пресса, центральное телевидение. Правда, в мистику и в этих юных мстителей телезрители не особо верили за пределами городка, приписывая эти похождения Миши и Кати фантазиям журналистов. Было что-то, происходили некие фантастические эпизоды. Так их расписали и разрисовали любители фантастики. Назаров заходил пару раз в гости к Копыловым, пытаясь, кое-какие детали выведать у детей. Но они чистосердечно признавались, что сны с приключениями у них закончились, оставив самих в неведении. А о чем можно говорить, долго и о серьезных делах с детьми такого малого возраста? И Назаров с Сычевым, молча и без оглашения, а между собой, приняли версию, высказанную в процессе последнего акта мщения девчонкой об Ангелах-мстителях, которые для этих целей приняли облик детей. Да, звучит нелепо и слишком экстравагантно, однако они не планируют эту версию обнародовать, а потихоньку и между собой, почему бы и не обмусолить. Прошло время, утихли страсти. И сами герои уже стали забывать эту историю. Не может детский мозг даже такие яркие события долго помнить без подпитки напоминаниями. Оттого, кроме, как игры в юных мстителей, ничего в их детской головке не осталось от тех приключений. -Вот, даже самому интересно бы узнать, - как-то вечерком в конце рабочего дня, а он закончился, поскольку спешных дел не наблюдалось на горизонте, с долей сожаления произнес Вячеслав Павлу, - настоящую правду, истину об этих мстителях. Однако, как понимаю, нам ее никто не планирует доносить. Так и уйдет в небытие неопознанной. Жаль и даже очень. -Слава, - иронично хмыкнул Павел. – Непознанной она остается для нас, ты хотел уточнить? Однако наличие субъекта, владеющего этой тайной, ты отрицать не будешь. А нам они, или он, как тебе будет угодно, просто не пожелает доложить, довести до наших соображений. Но я не считаю себя ущербным по такому мелочному поводу. Не хотят, и не надо. Стало быть, не нашего ума сие дело. -С этим я согласен, - без лишних эмоций, не высказывая обид в адрес неведомых хранителей тайны, признался Вячеслав. – Это мое внутренне любопытство просто желает высказать протест. А размышляя логически, так я с ним ко всему еще и солидарен. Слишком экстравагантна история, чтобы ее доводить до наших ушей. Но средство эффективное. В преступном мире переполох, а в наших делах временное затишье. Недолгое, поскольку тот мир, за которым мы охотимся, без своих деяний существовать не может. А кто же согласится на добровольную смерть? – добавил, Вячеслав весело хихикая. – А такая профилактическая деятельность мстителей сильно снижает процент нашей занятости. Думаю, что среди криминала возникли и сомневающиеся в правильности выбора жизненной стези. Появились, как мне кажется, среди них и отступники, пожелавшие покинуть бандитские сообщества. Слишком уж эффектно отработали наши дети. -Сам бы задумался от таких профилактик, - согласился Павел. – Ну, и хорошо, хоть какое-то время расслабимся и позволим себе уделить больше внимания жене и детям, вспомним о семейных обязанностях. -Моя уже намекает, что примелькался, мол, надоедать своими частыми появлениями начал. Друзья весело похохотали над комичной ситуацией и решили расходиться по домам, где семьи уже и привыкать стали к их своевременному возвращению. Однако телефонный звонок аппарата на служебном столе остановил и удивил. Неужели накаркали покой и тишину? -Сглазили, - сплюнул Павел, однако абсолютно не разочаровываясь. – Гарантирую, что зовет нас труба к какому-то делу. -Я вас слушаю, - ответил на звонок Вячеслав, включая громкую связь для Павла, чтобы не повторяться. -Здравствуйте, Вячеслав. Догадываюсь, что и Павел рядом. Ну, и славненько. Скажу все, что запланировал, а потом можете задавать вопросы. Поскольку в гости с пустыми руками не ходят, то предлагаю, точнее, рекомендую приобрести торт, конфеты и фрукты. Коньяк, вино и лимонад принесу с собой я. Через полчаса встречаемся в квартире Копыловых, пообщаемся. И вам хочется, насколько я осведомлен, и сам желаю покаяться. Раньше надо бы было, да отбывал срок в лазарете, исцелялся от внезапного вредного вируса. Говорящий на том конце провода вдруг примолк, словно все сказал, и Вячеслав поспешил с вопросами: -А вы представиться не желаете? -Для того и звоню, чтобы назвать себя и пояснить причины своего явления в мир ваш. Но чего повторяться? Там, у Копыловых и раскроюсь. А чтобы у вас не возникало желаний, проигнорировать мое приглашение, хочу лишь намекнуть, что разговор будет о юных мстителях. И отключился, словно возражений не принимает. А Павел с Вячеславом ошалело переглянулись и грубо шлепнулись в кресла, будто ноги не пожелали их держать в вертикальном положении. -Ты понял? – через пару минут молчания спросил Павел. – Это то, о чем ты думаешь, или я ошибаюсь? -Нет, по-моему, не ошибаешься. Но что-то мне усиленно намекает, что идти мы просто обязаны. Кто-то пожелал нам поведать правду об этих детях-мстителях, а мы и сами мечтали только что ее познать. -Ты так считаешь? А не может быть это шуткой или злым розыгрышем? Как бы ни оказаться в дураках. -Мне так не кажется. Фишки не просматриваю в этом разговоре. Разыграли бы по-иному. Ну, по логике, так мы ничего не проигрываем по любому. Навестим своих подопечных, чайку попьем с тортиком и конфетами, как он и просил нас прикупить. Спиртное, как я понял, он сам решил принести по своему вкусу. А ежели не явится, так запишем, как визит вежливости. Павел согласился и на всякий случай проверил наличность в кошельке. Приемлемо для сладостей. Вячеслав подтвердил прогноз своего счета. На торт с конфетами и фруктами у них есть, а потому можно и навестить Копыловых. И пусть за звонившим останется розыгрыш, хотя глупей шутки и не придумать, так они с удовольствием пообщаются с детьми. И расспросят их обо всех событиях последних дней, что не виделись. Да и просто так можно предаться воспоминаниям. Понравились им Катюша с Мишей. Да, слишком малы они пока, чтобы долго горевать по поводу внезапного сиротства. Однако их отношение к дедушке и бабушке вызывало у Вячеслава восхищение. Даже сами старики в отсутствии детей хвалились поведением внуков и их доброжелательности и чуткости. Появление на пороге квартиры Копыловых Павла и Вячеслава вовсе и не удивило хозяев, поскольку следователи не раз навещали их после суда, когда дело уже, вроде как, и завершилось осуждением убийц. Лишь слегка вызвало непонимание этих сладких подарков к чайному столику. Но, выразив радость и доброжелательность, Копыловы пригласили Павла и Вячеслава в квартиру. Надежда намекнула Анатолию, что тому не мешало бы сбегать в магазин, на что Вячеслав, слегка удивленный, спросил: -А вы в гости никого не ждете? -Нет, - решительно ответила Надежда, слегка обескураженная таким вопросом. – Вроде как, никто не планировал явление без предупреждения. Ну, вот вы пришли, а так, никого не ждем. -Ну, и ладно, только, Анатолий, никуда идти не нужно, - попросил Вячеслав, намекая на сладкий стол без спиртного. – Посидим, чайком побалуемся. Может, дети нам чего-нибудь расскажут. -Не думаю, что у них есть для вас новости, они нам давно бы все рассказали. Да и Катюша позвонила бы вам, - предположила Надежда и ушла на кухню, чтобы заняться там чаем. -Облом полнейший, - шепнул Вячеслав Павлу, усаживаясь на диванчике за журнальный столик, используемый для чаепития и малочисленных застолий. – Пошутил некто грубо и бестактно. Вот узнаю автора этого розыгрыша, так по шеям накостыляю грубо и жестоко. Не успела Надежда расставить блюдца для торта и чашки для чая, как прозвенел дверной звонок, извещающий о явлении еще одного гостя. -Нее, - сразу же отреклась от таких предположений Надежда. – Скорее всего, соседка по делам или пустякам заглянула. Однако в комнату она вошла с молодым человеком с легкой трехдневной небритостью на лице, что модна сейчас у молодежи. И с пластиковым пакетом в руках. Молодой человек окинул взглядом застолье, весело подмигнул Катюше с Мишей и спросил разрешения, присоединиться к застолью, составить компанию в их чаепитии. Затем достал из пакета целый набор бутылок: две с коньяком, сухое вино и большую бутылку лимонада. -Вы не возражаете против таких гостей? -Мы не против, - произнес слегка шокированный Анатолий. – Однако мы не возражали бы и против знакомства. Хотелось бы понять, каким ветром вас сюда занесло, и что вы пожелали у нас здесь делать? -Ах, да! – словно опомнился незнакомец и поспешил исправить оплошность. – Ангел. Имя у меня такое. Ну, а всех вас я слишком хорошо знаю. Даже намного лучше, чем вы сами о себе. И еще сразу же хочется внести предложение касательно обращений друг к другу. Давайте на «ты» и без церемоний. Я так больше люблю. А возраст мой обманчив. В этой компании я самый старший. -Ой, так вы…? -Мы перешли на «ты». -Так ты и есть наш Ангел-хранитель, да? – задорно и весело спросила и констатировала факт Катюша. -Не совсем, - согласился и поправил Ангел. – Да, немножко хранитель, а больше мститель. Вот, дети мои, пришел к вам с исповедью и чистосердечным признанием. Примете, выслушаете? -Так это ты мстил за наших папу и маму, да? – спросила Катюша, и ее губки слегка задрожали. -Да, мои милые, - Ангел сел между детьми и нежно двумя руками прижал их голову к себе. – Простите, что не сумел спасти ваших родителей, но вовсе не потому, что не пожелал. Я ведь не спасатель, да и у них был свой Ангел. Но, когда Денис Яшнин направился к вашей комнате, чтобы убить вас, вот тогда я почувствовал угрозу вашей жизни, и вмешался в его желания. Я решил просто не пускать его к вам, и запутал в коврике возле дверей. А когда он попытался встать, швырнул его с лестницы. Мне вдруг не захотелось просто и банально исполнить свои обязанности, предписанные программой и параграфами, и потому я вмешался в естественный ход развития событий. Нельзя мне было это делать, поскольку факт вмешательства является нарушением. Однако Следящий позволяет иногда нам такие вот отступления, если мы оберегаем избранных. А вы, мои Миша и Катя, избранные мною, потому и не позволил я бандитам причинить вам смерть. А когда вы на могилке родителей поклялись отомстить убийцам, произошла небольшая накладка, толкнувшая меня на дальнейшие противоправные деяния, что нарушили все инструкции и правила. -Позволь, - наконец-то сумел придти в себя, опомниться и попытаться трезво оценить гостя, Вячеслав. – Мстили дети, а ты нам утверждаешь, вернее, пытаешься говорить, что это была твоей миссией? -Ну, разумеется, творил возмездие я. Никто, даже больной Ангел не посмеет в таких противоправных деяниях задействовать малолетних детей. Однако вслух озвучили свои желания Миша с Катей. Можно было бы этих уродов физически истребить, были варианты, просто сдать в руки правосудия. Однако Катюша с Мишей, а я правильно рассуждаю, так, дети? пожелали отомстить жестоко и коварно. Мой статус в этом мире не позволяет такие деяния. Они даже под жестким запретом. Но в этот миг я подцепил вирус. Ну, вы с компьютерами знаком, и великолепно представляете, о чем я говорю. Вирусы они везде и всюду. И всегда присутствуют в нашем окружении. Однако любой компьютер имеет антивирусную защиту, которая его мгновенно вычисляет и ликвидирует. Аналогично происходит и с нами. И я легко справился бы с ним, если бы не эти громкие обещания детей. И я, пожелав уже спасти их от гибели и решив оставить за собой право защиты и оберега, захотел исполнить искренние и шедшие от сердца пожелания наказания преступников. Не смерть, на что в тот миг я был способен, а избиение с последующей отправкой в тюрьму. Так решили они, - Ангел указал пальцем на Мишу с Катей. – И я приступил к возмездию, приняв образ детей. Да, решил творить театрально, публично и эффектно. А чтобы у этих уродов при виде любого ребенка штаны намокали. Ну, думал вернуться к вирусу позднее, а вот не успел, слишком запустил болезнь. И настолько, что потерял способность к самостоятельному исцелению. Однако разум пока не терял, а потому сам обратился к Следящему, который и отправил меня в наш лазарет на очистку, корректировку и обновление программы, сильно подпорченной болезнью. Да, я и есть – обычный компьютер, а если точнее, то компьютерная система с определенной программой, функциями и параграфами. Да вот создателю, как и сама природа, поступает аналогично со своими подопечными, понадобилось наделять нас, то есть, меня и других Ангелов высоким интеллектом. То есть, с многократным запасом энергии. Ну, а теперь я разъясню вам более подробно, поскольку понимаю, что из этих моих речей вам мало чего понятно. Или еще больше путаницы вышло. Немного о мироздании. Мир состоит из бесконечной спирали параллельных идентичных миров, двигающейся снизу вверх. Пояснять вам суть параллельных миров считаю необязательным. Кое-какие знания вы почерпнули из литературы, и фантасты мало в чем ошибаются. Разница с литературой лишь во временном изменении. Фактически миры перемещаются из прошлого в будущее. По спирали вниз мы попадаем в прошлое, вверх – в будущее. И в каждом мире имеется Следящий, который контролирует нас, корректирует и исправляет нарушения, сравнивая нижние миры с верхними, чтобы в развитии не случались отклонения. А они происходят обычно именно по нашей личной вине, по причинам нашего мелкого хулиганства, вмешательства в судьбы людей, находящихся под нашей опекой. Вот Миша и Катя, которые являются моими подопечными, согласна графика развития истории, должны были погибнуть от рук бандитов. Но они не просто мои подопечные, но еще и мои избранные. И таких, как они, из многих миллионов всего набирается несколько десятков. Не более. Почему я отношу ваших внуков к числу избранных? Признаюсь, они не простые дети, они уникальные по всем человеческим показателям. И эта уникальность видна пока еще по их чуткому доброжелательному отношению к родным и к окружению. Но очень скоро отразится в их высоком уровне интеллекта, эрудиции и прочих составляющих вундеркинда. Попомните мои прогнозы, именно так оно и случится, как происходит с теми, кого я включил в числа избранных. Тем более, что в числе избранных и под моей личной опекой они будут оставаться до конца своей жизни. Именно окончания, а не внезапного вмешательства чьих-либо злых сил, включая и человеческого вируса. А теперь немного о себе, чтобы вам понятна, стала моя природа. Я являюсь Переносчиком ПЛИКа. Это – полный личный индивидуальный код человека, коим обладает всякий разумный субъект. И он вечный. Его нельзя, просто физически невозможно уничтожить, убить, стереть. Временное в этой жизни лишь тело, являющееся носителем ПЛИКа. А сам ПЛИК определяет индивидуальность личности. Моя основная программа, то есть, мои основные профессиональные обязанности – принять ПЛИК из тела, умершего в соседнем нижнем мире и поместить его в тело новорожденного в моем мире. А ПЛИК умершего в моем мире я передаю Переносчику в верхний, который поступает аналогично с ним. Однако это не чисто механический перенос. Мы обязаны просканировать его, не допуская даже вероятности гибели подопечного по причине вмешательства в жизнь самих Переносчиков. О таких нарушениях мы моментально извещаем Следящего, который изолирует нарушителя в лазарет и производит с ним манипуляции, аналогичные, что проделал и со мной. Мы, к вашему сведению, тоже вечные и бесконечно живые. Нас нельзя уничтожить даже за серьезные нарушения. Такое неподвластно даже Следящему. Но живем мы памятью своих подопечных. То есть, в пределах века, но вечно, продолжая жить с новыми субъектами. Вот и все, что мне хотелось вам рассказать. Можно, разумеется, задавать вопросы, да только не на все я вам буду отвечать. В принципе, главное вы уже узнали, а лишние знания вам ни к чему. Они вам ничем помочь не могут и не пригодятся. -Ангел, - решилась спросить Катюша. – Так наша мама с папой теперь в другом мире живут, да? они не умерли? -Разумеется, мои милые, смерти для человека, как таковой, нет, он просто меняет оболочку. -А мы не сможем с ними встретиться, поговорить? -Нет, это невозможно, да и вовсе ненужно. Достаточно такого знания, что ваши родители продолжают жить, а точнее, начинают новую жизнь, чтобы успокоиться сердцем и душой. А я с вами, милая Катюша и мой друг Миша, вовсе и не прощаюсь. И говорю: до свидания. Ну, а вот остальным скажу: прощайте. Теперь, надеюсь, ломать голову над тайной юных мстителей вам не придется. -Над тобой и над твоей тайной – не меньшая головная боль, - весело сыронизировал Вячеслав. – Но, спасибо, что пожелал открыться. Ты прав, этот эпизод в нашей деятельности запомнится надолго. И не только нам, хотя, благодаря тебе тайна раскрылась, но и всему городу. Ему еще придется поломать голову. И Ангел ушел, оставив их в размышлениях, но и в понимании, что мистика теперь имеет объяснение.
Рейтинг: 0 261 просмотр
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!