ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияФантастика → Вечер в деревне или "Сказы от дяди Мишы" Игорь Фомин

Вечер в деревне или "Сказы от дяди Мишы" Игорь Фомин

6 октября 2012 - Вино из одуванчиков!

Я гостил в деревне у дяди Миши и тети Вали. Однажды вечером, выключив телевизор, я попросил дядю Мишу рассказать что-нибудь.
- Ну что тебе рассказать Игорек?
- Что-нибудь интересное, дядя Миш. Может сказку или быль, какую.
- Ладно,- сдался дядя Миша,- Вот слушай.

- Был у меня дед. Крепкий такой, здоровый. На могилы ночью, один ходил. В лесу мог спокойно в любую погоду ночевать, запросто во всякое место сходит. Небоязливый был. Ну, а людям-то, знаешь, блазит иногда, то черти, то лешие, то еще какая-нибудь ерунда.
- Как это, блазит,- не понял я.
- Ну мерещится, кажется что-нибудь, - пояснил дядя Миша.
-Так вот, - продолжил он,- Подстрелил один раз дед на охоте козла, но не убил, а ранил. Шел по следу, и, потерял его, след-то. Видно не сильно задел козла. Пришлось ему вернуться к лошади, которую оставил на поляне, запряженной в ходок – легкой такой повозке с большой плетёной корзиной. Ну да видел наверно. У нас в деревне еще ездят в таких. А уже стемнело. Дед и решил заночевать в лесу. Дело привычное. У него и котелок, и картошка припасены были ля такого случая, в ходке находились. Развел костер, поставил котелок. У него, убитый еще утром, глухарь был. Оговел его, картошечки начистил, сидит, суп варит. Темно кругом, только на небе звездочки мерцают. У костра хорошо, тепло. Сидит дед и думает: «Вот почему это людям блазит, а я сколь живу, сколь раз в лесу ни ночевал, а ни разу, не блазилось мне». Только так подумал, поднял голову посмотреть, где лошадь ходит.
- Вижу,- потом рассказывал дед,- на меня по поляне старик идет. Величиной с дерево, и одну руку вверх поднял, а другую внизу держит, как бы схватить хочет. И прямо на меня. Чувствую, фуражка приподнялась, волосы, так и зашевелились.
- А говорят,- продолжал дядя Миша,- что, если бояться будешь, когда блазит, то еще хуже получится. Так вот. У деда была двустволка, шестнадцатого калибра, он из нее птицу стрелял, и берданка – такое ружье, в него пуля с дула заряжается, на зверя. Хватает дед этот дробовик, вскакивает, и на старика пошел, а тот, на него. И все ближе, ближе. Он на того, тот на него.
- И вот уж совсем немного, - рассказывал дел,- метра два, не более осталось, поднял я ружье, и хотел уже выстрелить, но в это время звякнуло что-то, и я очнулся как бы. И стоял я с поднятым ружьем около осины. А старик оказался не стариком, а осиновый сломок. Я видимо шел, ствол берданки уперся в дерево и состучал. Я и очнулся. И что удивительно,- говорил дед, - ведь, сколько проходил мимо этого места и видел этот осиновый сломок, а вот, приблазилось же.
- Вот как бывает, Игорек, - весело закончил историю дядя Миша, но тут же посерьезнел, - А кто его знает, что было дальше, если бы дед испугался. Совсем по другому могло все обернуться, мог и сгинуть насовсем или с ума сойти, говорят, были такие случаи.
- Дядя Миша, а вот говорят лешие, ведьмы, домовые – это же выдумки все. Правда? Ведь никто же их не видел.
- Может и так, Игорек. А вот ты об оборотнях слышал что-нибудь?
- Так, немного, кое что слышал.
- Хочешь, я тебе расскажу о женщине-оборотне, в свинью она обращалась. Жила она, говорят, в нашей деревне.
- В свинью? А давно это было?
- До войны еще. Один раз пошли три друга в соседнюю деревню в клуб, кино смотреть. В нашей-то, тогда, ничего, такого не было. И вот увязалась за ними белая свинья. С начало за ними шла, а потом кидаться стала. Налетит, старается за ноги схватить, не дает проходу и только. Не сходили в этот вечер ребята в кино. На следующий день они опять собрались. Но уже на танцы. Идут, а белая свинья опять около них очутилась. Шла следом, а потом снова налетела. Разогнала парней. А чья свинья, никто не знает, ни у кого такой нет. А люди предполагали, что одна женщина – оборотень, что она в свинью и превращается. Они тогда и подсказали ребятам.
- Вы, - говорят,- возьмите по хорошему колу, да отлупите эту свинью, если опять привяжется. Но только бейте не по ней, а по ее тени. И хлещите, хлещите ее сколь есть силы.
Вот на третий день взяли ребята по крепкой палке и отправились в деревню. А свинья, как нарочно, их поджидает, и опять увязалась за ребятами. Они ее окружили, да как стали дубасить с трех сторон. Ох уж и били они, и били эту свинью. Да все по ее тени, как учили люди. Свинья та завизжала, побежала от них, а они за ней. И бьют ее. И бьют ее тень. Саму свинью не трогают, а все по ее тени. А она бежит, да ревет. Убежала от ребят. После этого к ним никто не приставал. А та женщина, на которую люди думали, что она оборотень, заметили, не выходит из дому. Какой уж день прошел, а на улице не видно ее. Зашла к ней одна соседка в дом, и видит, что та женщина на кровати вся в синяках. Ну ни одного живого места на ней нет. И главное, мужа то у нее нет, и ни откуда она не падала, а вся в синяках. Но с тех пор свиньи в деревне не было видно, да и женщина эта, потом куда то уехала. Не могу сказать, правда, это или быль, но люди говорят, что все это было, - закончил историю дядя Миша.
- Хватит байки рассказывать, зашумела тетя Валя,- ложись ка лучше спать.
- Да что, вы, теть Валь,- это очень интересно,- заступился я за дядьку, и обращаясь к нему, спросил,- Дядя Миш, а про старину, что-нибудь расскажите.
- Можно и про старину. Вот слушай. Расскажу тебе небольшую быль,- начал новую историю дядя Миша.
- Раньше до революции, люди жили единолично. У каждого было свое хозяйство, кто, чем мог, тот тем и промышлял. Ну, а тут, два товарища были, которые занимались такими делами, что грабили на конных дорогах. Останавливали подводы, забирали деньги или товары. А один, значит, мужичок силенку имел. Да имел видно крепкую силенку. Да и хозяйство справное. Вот собирается он как-то в город на ярмарку. Запрягает десять лошадок, грузит их товаром, какими у него были, и поехал один в город. На ярмарке все товары распродал, купил что надо. И обратно едет. А те, два товарища, которые занимались нечистыми делами, заприметили этого мужичка на ярмарке. Видят, что он один, и решили его подкараулить. А мужичок едет на передней подводе, в тулуп закочутолся и нужды не знает. Тут его обгоняют два товарища на лошадке, выскакивают из саней и к нему. Один значит, хватает лошадь за узду, второй к нему в розвальни заскакивает. Замахивается кистенем и кричит:
- Давай деньги, мужичок, а то смерть.
- Да, что вы, ребята,- отвечает мужичок,- денег мне не жалко, в живых только оставьте. Я сам, доброй волей отдам их. Так далеко у меня денежки. Дайте мне хоть раздеться, достать их.
Другой грабитель видит, что мужичок вроде смирный, деньги сам отдает. От узды то отпустился, и к ним в розвальни залезает.
А мужичок тулуп снимает, чтоб ему половчее было. Одного берет рукой за ворот, второго другой рукой. Лоб об лоб их щелкнул, понимаешь. Ум то и вышиб у них. Они без сознания сделались. Взял молоток, которым лошадей подковывают, да одному то все передние зубы повышиб, а другому ножичком вокруг головы надрез сделал, да волосы и сдернул вместе с кожей.
- Скальп что ли снял,- ужаснулся я.
- Ну да, скальп, он потом так без волос и ходил, с коростой на голове.- пояснил дядя Миша, и продолжил.
- Когда они немного очухались, мужичок выбросил их из розвальней да и говорит им.
- Никогда не нападайте на человека, когда он один на десяти лошадях едет, а нападайте на тех, кто десятером на одной лошади едут.- И уехал.
Крепко запомнили этот сказ те два товарища. С тех пор больше на большую дорогу и не хаживали. Вот видишь, Игорек, как бывает. А теперь давай ложиться спать. Завтра рано вставать…


© Copyright: Вино из одуванчиков!, 2012

Регистрационный номер №0082136

от 6 октября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0082136 выдан для произведения:

Я гостил в деревне у дяди Миши и тети Вали. Однажды вечером, выключив телевизор, я попросил дядю Мишу рассказать что-нибудь.
- Ну что тебе рассказать Игорек?
- Что-нибудь интересное, дядя Миш. Может сказку или быль, какую.
- Ладно,- сдался дядя Миша,- Вот слушай.

- Был у меня дед. Крепкий такой, здоровый. На могилы ночью, один ходил. В лесу мог спокойно в любую погоду ночевать, запросто во всякое место сходит. Небоязливый был. Ну, а людям-то, знаешь, блазит иногда, то черти, то лешие, то еще какая-нибудь ерунда.
- Как это, блазит,- не понял я.
- Ну мерещится, кажется что-нибудь, - пояснил дядя Миша.
-Так вот, - продолжил он,- Подстрелил один раз дед на охоте козла, но не убил, а ранил. Шел по следу, и, потерял его, след-то. Видно не сильно задел козла. Пришлось ему вернуться к лошади, которую оставил на поляне, запряженной в ходок – легкой такой повозке с большой плетёной корзиной. Ну да видел наверно. У нас в деревне еще ездят в таких. А уже стемнело. Дед и решил заночевать в лесу. Дело привычное. У него и котелок, и картошка припасены были ля такого случая, в ходке находились. Развел костер, поставил котелок. У него, убитый еще утром, глухарь был. Оговел его, картошечки начистил, сидит, суп варит. Темно кругом, только на небе звездочки мерцают. У костра хорошо, тепло. Сидит дед и думает: «Вот почему это людям блазит, а я сколь живу, сколь раз в лесу ни ночевал, а ни разу, не блазилось мне». Только так подумал, поднял голову посмотреть, где лошадь ходит.
- Вижу,- потом рассказывал дед,- на меня по поляне старик идет. Величиной с дерево, и одну руку вверх поднял, а другую внизу держит, как бы схватить хочет. И прямо на меня. Чувствую, фуражка приподнялась, волосы, так и зашевелились.
- А говорят,- продолжал дядя Миша,- что, если бояться будешь, когда блазит, то еще хуже получится. Так вот. У деда была двустволка, шестнадцатого калибра, он из нее птицу стрелял, и берданка – такое ружье, в него пуля с дула заряжается, на зверя. Хватает дед этот дробовик, вскакивает, и на старика пошел, а тот, на него. И все ближе, ближе. Он на того, тот на него.
- И вот уж совсем немного, - рассказывал дел,- метра два, не более осталось, поднял я ружье, и хотел уже выстрелить, но в это время звякнуло что-то, и я очнулся как бы. И стоял я с поднятым ружьем около осины. А старик оказался не стариком, а осиновый сломок. Я видимо шел, ствол берданки уперся в дерево и состучал. Я и очнулся. И что удивительно,- говорил дед, - ведь, сколько проходил мимо этого места и видел этот осиновый сломок, а вот, приблазилось же.
- Вот как бывает, Игорек, - весело закончил историю дядя Миша, но тут же посерьезнел, - А кто его знает, что было дальше, если бы дед испугался. Совсем по другому могло все обернуться, мог и сгинуть насовсем или с ума сойти, говорят, были такие случаи.
- Дядя Миша, а вот говорят лешие, ведьмы, домовые – это же выдумки все. Правда? Ведь никто же их не видел.
- Может и так, Игорек. А вот ты об оборотнях слышал что-нибудь?
- Так, немного, кое что слышал.
- Хочешь, я тебе расскажу о женщине-оборотне, в свинью она обращалась. Жила она, говорят, в нашей деревне.
- В свинью? А давно это было?
- До войны еще. Один раз пошли три друга в соседнюю деревню в клуб, кино смотреть. В нашей-то, тогда, ничего, такого не было. И вот увязалась за ними белая свинья. С начало за ними шла, а потом кидаться стала. Налетит, старается за ноги схватить, не дает проходу и только. Не сходили в этот вечер ребята в кино. На следующий день они опять собрались. Но уже на танцы. Идут, а белая свинья опять около них очутилась. Шла следом, а потом снова налетела. Разогнала парней. А чья свинья, никто не знает, ни у кого такой нет. А люди предполагали, что одна женщина – оборотень, что она в свинью и превращается. Они тогда и подсказали ребятам.
- Вы, - говорят,- возьмите по хорошему колу, да отлупите эту свинью, если опять привяжется. Но только бейте не по ней, а по ее тени. И хлещите, хлещите ее сколь есть силы.
Вот на третий день взяли ребята по крепкой палке и отправились в деревню. А свинья, как нарочно, их поджидает, и опять увязалась за ребятами. Они ее окружили, да как стали дубасить с трех сторон. Ох уж и били они, и били эту свинью. Да все по ее тени, как учили люди. Свинья та завизжала, побежала от них, а они за ней. И бьют ее. И бьют ее тень. Саму свинью не трогают, а все по ее тени. А она бежит, да ревет. Убежала от ребят. После этого к ним никто не приставал. А та женщина, на которую люди думали, что она оборотень, заметили, не выходит из дому. Какой уж день прошел, а на улице не видно ее. Зашла к ней одна соседка в дом, и видит, что та женщина на кровати вся в синяках. Ну ни одного живого места на ней нет. И главное, мужа то у нее нет, и ни откуда она не падала, а вся в синяках. Но с тех пор свиньи в деревне не было видно, да и женщина эта, потом куда то уехала. Не могу сказать, правда, это или быль, но люди говорят, что все это было, - закончил историю дядя Миша.
- Хватит байки рассказывать, зашумела тетя Валя,- ложись ка лучше спать.
- Да что, вы, теть Валь,- это очень интересно,- заступился я за дядьку, и обращаясь к нему, спросил,- Дядя Миш, а про старину, что-нибудь расскажите.
- Можно и про старину. Вот слушай. Расскажу тебе небольшую быль,- начал новую историю дядя Миша.
- Раньше до революции, люди жили единолично. У каждого было свое хозяйство, кто, чем мог, тот тем и промышлял. Ну, а тут, два товарища были, которые занимались такими делами, что грабили на конных дорогах. Останавливали подводы, забирали деньги или товары. А один, значит, мужичок силенку имел. Да имел видно крепкую силенку. Да и хозяйство справное. Вот собирается он как-то в город на ярмарку. Запрягает десять лошадок, грузит их товаром, какими у него были, и поехал один в город. На ярмарке все товары распродал, купил что надо. И обратно едет. А те, два товарища, которые занимались нечистыми делами, заприметили этого мужичка на ярмарке. Видят, что он один, и решили его подкараулить. А мужичок едет на передней подводе, в тулуп закочутолся и нужды не знает. Тут его обгоняют два товарища на лошадке, выскакивают из саней и к нему. Один значит, хватает лошадь за узду, второй к нему в розвальни заскакивает. Замахивается кистенем и кричит:
- Давай деньги, мужичок, а то смерть.
- Да, что вы, ребята,- отвечает мужичок,- денег мне не жалко, в живых только оставьте. Я сам, доброй волей отдам их. Так далеко у меня денежки. Дайте мне хоть раздеться, достать их.
Другой грабитель видит, что мужичок вроде смирный, деньги сам отдает. От узды то отпустился, и к ним в розвальни залезает.
А мужичок тулуп снимает, чтоб ему половчее было. Одного берет рукой за ворот, второго другой рукой. Лоб об лоб их щелкнул, понимаешь. Ум то и вышиб у них. Они без сознания сделались. Взял молоток, которым лошадей подковывают, да одному то все передние зубы повышиб, а другому ножичком вокруг головы надрез сделал, да волосы и сдернул вместе с кожей.
- Скальп что ли снял,- ужаснулся я.
- Ну да, скальп, он потом так без волос и ходил, с коростой на голове.- пояснил дядя Миша, и продолжил.
- Когда они немного очухались, мужичок выбросил их из розвальней да и говорит им.
- Никогда не нападайте на человека, когда он один на десяти лошадях едет, а нападайте на тех, кто десятером на одной лошади едут.- И уехал.
Крепко запомнили этот сказ те два товарища. С тех пор больше на большую дорогу и не хаживали. Вот видишь, Игорек, как бывает. А теперь давай ложиться спать. Завтра рано вставать…


Рейтинг: +1 638 просмотров
Комментарии (1)
Ирина Ковалёва # 30 октября 2012 в 14:10 +1
Поучительно написано! Удачи автору!
 
Проза, которую Вы не читали

 

Популярная проза за месяц
129
122
94
85
76
73
66
64
64
63
63
62
Перчатка 19 ноября 2017 (Виктор Лидин)
59
59
58
57
56
54
54
​Я И ТЫ 7 декабря 2017 (Эльвира Ищенко)
54
53
53
53
52
47
46
44
43
Синички 20 ноября 2017 (Тая Кузмина)
41
40