ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФантастика → Вечер в деревне или "Сказы от дяди Мишы" Игорь Фомин

 

Вечер в деревне или "Сказы от дяди Мишы" Игорь Фомин

6 октября 2012 - Вино из одуванчиков!

Я гостил в деревне у дяди Миши и тети Вали. Однажды вечером, выключив телевизор, я попросил дядю Мишу рассказать что-нибудь.
- Ну что тебе рассказать Игорек?
- Что-нибудь интересное, дядя Миш. Может сказку или быль, какую.
- Ладно,- сдался дядя Миша,- Вот слушай.

- Был у меня дед. Крепкий такой, здоровый. На могилы ночью, один ходил. В лесу мог спокойно в любую погоду ночевать, запросто во всякое место сходит. Небоязливый был. Ну, а людям-то, знаешь, блазит иногда, то черти, то лешие, то еще какая-нибудь ерунда.
- Как это, блазит,- не понял я.
- Ну мерещится, кажется что-нибудь, - пояснил дядя Миша.
-Так вот, - продолжил он,- Подстрелил один раз дед на охоте козла, но не убил, а ранил. Шел по следу, и, потерял его, след-то. Видно не сильно задел козла. Пришлось ему вернуться к лошади, которую оставил на поляне, запряженной в ходок – легкой такой повозке с большой плетёной корзиной. Ну да видел наверно. У нас в деревне еще ездят в таких. А уже стемнело. Дед и решил заночевать в лесу. Дело привычное. У него и котелок, и картошка припасены были ля такого случая, в ходке находились. Развел костер, поставил котелок. У него, убитый еще утром, глухарь был. Оговел его, картошечки начистил, сидит, суп варит. Темно кругом, только на небе звездочки мерцают. У костра хорошо, тепло. Сидит дед и думает: «Вот почему это людям блазит, а я сколь живу, сколь раз в лесу ни ночевал, а ни разу, не блазилось мне». Только так подумал, поднял голову посмотреть, где лошадь ходит.
- Вижу,- потом рассказывал дед,- на меня по поляне старик идет. Величиной с дерево, и одну руку вверх поднял, а другую внизу держит, как бы схватить хочет. И прямо на меня. Чувствую, фуражка приподнялась, волосы, так и зашевелились.
- А говорят,- продолжал дядя Миша,- что, если бояться будешь, когда блазит, то еще хуже получится. Так вот. У деда была двустволка, шестнадцатого калибра, он из нее птицу стрелял, и берданка – такое ружье, в него пуля с дула заряжается, на зверя. Хватает дед этот дробовик, вскакивает, и на старика пошел, а тот, на него. И все ближе, ближе. Он на того, тот на него.
- И вот уж совсем немного, - рассказывал дел,- метра два, не более осталось, поднял я ружье, и хотел уже выстрелить, но в это время звякнуло что-то, и я очнулся как бы. И стоял я с поднятым ружьем около осины. А старик оказался не стариком, а осиновый сломок. Я видимо шел, ствол берданки уперся в дерево и состучал. Я и очнулся. И что удивительно,- говорил дед, - ведь, сколько проходил мимо этого места и видел этот осиновый сломок, а вот, приблазилось же.
- Вот как бывает, Игорек, - весело закончил историю дядя Миша, но тут же посерьезнел, - А кто его знает, что было дальше, если бы дед испугался. Совсем по другому могло все обернуться, мог и сгинуть насовсем или с ума сойти, говорят, были такие случаи.
- Дядя Миша, а вот говорят лешие, ведьмы, домовые – это же выдумки все. Правда? Ведь никто же их не видел.
- Может и так, Игорек. А вот ты об оборотнях слышал что-нибудь?
- Так, немного, кое что слышал.
- Хочешь, я тебе расскажу о женщине-оборотне, в свинью она обращалась. Жила она, говорят, в нашей деревне.
- В свинью? А давно это было?
- До войны еще. Один раз пошли три друга в соседнюю деревню в клуб, кино смотреть. В нашей-то, тогда, ничего, такого не было. И вот увязалась за ними белая свинья. С начало за ними шла, а потом кидаться стала. Налетит, старается за ноги схватить, не дает проходу и только. Не сходили в этот вечер ребята в кино. На следующий день они опять собрались. Но уже на танцы. Идут, а белая свинья опять около них очутилась. Шла следом, а потом снова налетела. Разогнала парней. А чья свинья, никто не знает, ни у кого такой нет. А люди предполагали, что одна женщина – оборотень, что она в свинью и превращается. Они тогда и подсказали ребятам.
- Вы, - говорят,- возьмите по хорошему колу, да отлупите эту свинью, если опять привяжется. Но только бейте не по ней, а по ее тени. И хлещите, хлещите ее сколь есть силы.
Вот на третий день взяли ребята по крепкой палке и отправились в деревню. А свинья, как нарочно, их поджидает, и опять увязалась за ребятами. Они ее окружили, да как стали дубасить с трех сторон. Ох уж и били они, и били эту свинью. Да все по ее тени, как учили люди. Свинья та завизжала, побежала от них, а они за ней. И бьют ее. И бьют ее тень. Саму свинью не трогают, а все по ее тени. А она бежит, да ревет. Убежала от ребят. После этого к ним никто не приставал. А та женщина, на которую люди думали, что она оборотень, заметили, не выходит из дому. Какой уж день прошел, а на улице не видно ее. Зашла к ней одна соседка в дом, и видит, что та женщина на кровати вся в синяках. Ну ни одного живого места на ней нет. И главное, мужа то у нее нет, и ни откуда она не падала, а вся в синяках. Но с тех пор свиньи в деревне не было видно, да и женщина эта, потом куда то уехала. Не могу сказать, правда, это или быль, но люди говорят, что все это было, - закончил историю дядя Миша.
- Хватит байки рассказывать, зашумела тетя Валя,- ложись ка лучше спать.
- Да что, вы, теть Валь,- это очень интересно,- заступился я за дядьку, и обращаясь к нему, спросил,- Дядя Миш, а про старину, что-нибудь расскажите.
- Можно и про старину. Вот слушай. Расскажу тебе небольшую быль,- начал новую историю дядя Миша.
- Раньше до революции, люди жили единолично. У каждого было свое хозяйство, кто, чем мог, тот тем и промышлял. Ну, а тут, два товарища были, которые занимались такими делами, что грабили на конных дорогах. Останавливали подводы, забирали деньги или товары. А один, значит, мужичок силенку имел. Да имел видно крепкую силенку. Да и хозяйство справное. Вот собирается он как-то в город на ярмарку. Запрягает десять лошадок, грузит их товаром, какими у него были, и поехал один в город. На ярмарке все товары распродал, купил что надо. И обратно едет. А те, два товарища, которые занимались нечистыми делами, заприметили этого мужичка на ярмарке. Видят, что он один, и решили его подкараулить. А мужичок едет на передней подводе, в тулуп закочутолся и нужды не знает. Тут его обгоняют два товарища на лошадке, выскакивают из саней и к нему. Один значит, хватает лошадь за узду, второй к нему в розвальни заскакивает. Замахивается кистенем и кричит:
- Давай деньги, мужичок, а то смерть.
- Да, что вы, ребята,- отвечает мужичок,- денег мне не жалко, в живых только оставьте. Я сам, доброй волей отдам их. Так далеко у меня денежки. Дайте мне хоть раздеться, достать их.
Другой грабитель видит, что мужичок вроде смирный, деньги сам отдает. От узды то отпустился, и к ним в розвальни залезает.
А мужичок тулуп снимает, чтоб ему половчее было. Одного берет рукой за ворот, второго другой рукой. Лоб об лоб их щелкнул, понимаешь. Ум то и вышиб у них. Они без сознания сделались. Взял молоток, которым лошадей подковывают, да одному то все передние зубы повышиб, а другому ножичком вокруг головы надрез сделал, да волосы и сдернул вместе с кожей.
- Скальп что ли снял,- ужаснулся я.
- Ну да, скальп, он потом так без волос и ходил, с коростой на голове.- пояснил дядя Миша, и продолжил.
- Когда они немного очухались, мужичок выбросил их из розвальней да и говорит им.
- Никогда не нападайте на человека, когда он один на десяти лошадях едет, а нападайте на тех, кто десятером на одной лошади едут.- И уехал.
Крепко запомнили этот сказ те два товарища. С тех пор больше на большую дорогу и не хаживали. Вот видишь, Игорек, как бывает. А теперь давай ложиться спать. Завтра рано вставать…


© Copyright: Вино из одуванчиков!, 2012

Регистрационный номер №0082136

от 6 октября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0082136 выдан для произведения:

Я гостил в деревне у дяди Миши и тети Вали. Однажды вечером, выключив телевизор, я попросил дядю Мишу рассказать что-нибудь.
- Ну что тебе рассказать Игорек?
- Что-нибудь интересное, дядя Миш. Может сказку или быль, какую.
- Ладно,- сдался дядя Миша,- Вот слушай.

- Был у меня дед. Крепкий такой, здоровый. На могилы ночью, один ходил. В лесу мог спокойно в любую погоду ночевать, запросто во всякое место сходит. Небоязливый был. Ну, а людям-то, знаешь, блазит иногда, то черти, то лешие, то еще какая-нибудь ерунда.
- Как это, блазит,- не понял я.
- Ну мерещится, кажется что-нибудь, - пояснил дядя Миша.
-Так вот, - продолжил он,- Подстрелил один раз дед на охоте козла, но не убил, а ранил. Шел по следу, и, потерял его, след-то. Видно не сильно задел козла. Пришлось ему вернуться к лошади, которую оставил на поляне, запряженной в ходок – легкой такой повозке с большой плетёной корзиной. Ну да видел наверно. У нас в деревне еще ездят в таких. А уже стемнело. Дед и решил заночевать в лесу. Дело привычное. У него и котелок, и картошка припасены были ля такого случая, в ходке находились. Развел костер, поставил котелок. У него, убитый еще утром, глухарь был. Оговел его, картошечки начистил, сидит, суп варит. Темно кругом, только на небе звездочки мерцают. У костра хорошо, тепло. Сидит дед и думает: «Вот почему это людям блазит, а я сколь живу, сколь раз в лесу ни ночевал, а ни разу, не блазилось мне». Только так подумал, поднял голову посмотреть, где лошадь ходит.
- Вижу,- потом рассказывал дед,- на меня по поляне старик идет. Величиной с дерево, и одну руку вверх поднял, а другую внизу держит, как бы схватить хочет. И прямо на меня. Чувствую, фуражка приподнялась, волосы, так и зашевелились.
- А говорят,- продолжал дядя Миша,- что, если бояться будешь, когда блазит, то еще хуже получится. Так вот. У деда была двустволка, шестнадцатого калибра, он из нее птицу стрелял, и берданка – такое ружье, в него пуля с дула заряжается, на зверя. Хватает дед этот дробовик, вскакивает, и на старика пошел, а тот, на него. И все ближе, ближе. Он на того, тот на него.
- И вот уж совсем немного, - рассказывал дел,- метра два, не более осталось, поднял я ружье, и хотел уже выстрелить, но в это время звякнуло что-то, и я очнулся как бы. И стоял я с поднятым ружьем около осины. А старик оказался не стариком, а осиновый сломок. Я видимо шел, ствол берданки уперся в дерево и состучал. Я и очнулся. И что удивительно,- говорил дед, - ведь, сколько проходил мимо этого места и видел этот осиновый сломок, а вот, приблазилось же.
- Вот как бывает, Игорек, - весело закончил историю дядя Миша, но тут же посерьезнел, - А кто его знает, что было дальше, если бы дед испугался. Совсем по другому могло все обернуться, мог и сгинуть насовсем или с ума сойти, говорят, были такие случаи.
- Дядя Миша, а вот говорят лешие, ведьмы, домовые – это же выдумки все. Правда? Ведь никто же их не видел.
- Может и так, Игорек. А вот ты об оборотнях слышал что-нибудь?
- Так, немного, кое что слышал.
- Хочешь, я тебе расскажу о женщине-оборотне, в свинью она обращалась. Жила она, говорят, в нашей деревне.
- В свинью? А давно это было?
- До войны еще. Один раз пошли три друга в соседнюю деревню в клуб, кино смотреть. В нашей-то, тогда, ничего, такого не было. И вот увязалась за ними белая свинья. С начало за ними шла, а потом кидаться стала. Налетит, старается за ноги схватить, не дает проходу и только. Не сходили в этот вечер ребята в кино. На следующий день они опять собрались. Но уже на танцы. Идут, а белая свинья опять около них очутилась. Шла следом, а потом снова налетела. Разогнала парней. А чья свинья, никто не знает, ни у кого такой нет. А люди предполагали, что одна женщина – оборотень, что она в свинью и превращается. Они тогда и подсказали ребятам.
- Вы, - говорят,- возьмите по хорошему колу, да отлупите эту свинью, если опять привяжется. Но только бейте не по ней, а по ее тени. И хлещите, хлещите ее сколь есть силы.
Вот на третий день взяли ребята по крепкой палке и отправились в деревню. А свинья, как нарочно, их поджидает, и опять увязалась за ребятами. Они ее окружили, да как стали дубасить с трех сторон. Ох уж и били они, и били эту свинью. Да все по ее тени, как учили люди. Свинья та завизжала, побежала от них, а они за ней. И бьют ее. И бьют ее тень. Саму свинью не трогают, а все по ее тени. А она бежит, да ревет. Убежала от ребят. После этого к ним никто не приставал. А та женщина, на которую люди думали, что она оборотень, заметили, не выходит из дому. Какой уж день прошел, а на улице не видно ее. Зашла к ней одна соседка в дом, и видит, что та женщина на кровати вся в синяках. Ну ни одного живого места на ней нет. И главное, мужа то у нее нет, и ни откуда она не падала, а вся в синяках. Но с тех пор свиньи в деревне не было видно, да и женщина эта, потом куда то уехала. Не могу сказать, правда, это или быль, но люди говорят, что все это было, - закончил историю дядя Миша.
- Хватит байки рассказывать, зашумела тетя Валя,- ложись ка лучше спать.
- Да что, вы, теть Валь,- это очень интересно,- заступился я за дядьку, и обращаясь к нему, спросил,- Дядя Миш, а про старину, что-нибудь расскажите.
- Можно и про старину. Вот слушай. Расскажу тебе небольшую быль,- начал новую историю дядя Миша.
- Раньше до революции, люди жили единолично. У каждого было свое хозяйство, кто, чем мог, тот тем и промышлял. Ну, а тут, два товарища были, которые занимались такими делами, что грабили на конных дорогах. Останавливали подводы, забирали деньги или товары. А один, значит, мужичок силенку имел. Да имел видно крепкую силенку. Да и хозяйство справное. Вот собирается он как-то в город на ярмарку. Запрягает десять лошадок, грузит их товаром, какими у него были, и поехал один в город. На ярмарке все товары распродал, купил что надо. И обратно едет. А те, два товарища, которые занимались нечистыми делами, заприметили этого мужичка на ярмарке. Видят, что он один, и решили его подкараулить. А мужичок едет на передней подводе, в тулуп закочутолся и нужды не знает. Тут его обгоняют два товарища на лошадке, выскакивают из саней и к нему. Один значит, хватает лошадь за узду, второй к нему в розвальни заскакивает. Замахивается кистенем и кричит:
- Давай деньги, мужичок, а то смерть.
- Да, что вы, ребята,- отвечает мужичок,- денег мне не жалко, в живых только оставьте. Я сам, доброй волей отдам их. Так далеко у меня денежки. Дайте мне хоть раздеться, достать их.
Другой грабитель видит, что мужичок вроде смирный, деньги сам отдает. От узды то отпустился, и к ним в розвальни залезает.
А мужичок тулуп снимает, чтоб ему половчее было. Одного берет рукой за ворот, второго другой рукой. Лоб об лоб их щелкнул, понимаешь. Ум то и вышиб у них. Они без сознания сделались. Взял молоток, которым лошадей подковывают, да одному то все передние зубы повышиб, а другому ножичком вокруг головы надрез сделал, да волосы и сдернул вместе с кожей.
- Скальп что ли снял,- ужаснулся я.
- Ну да, скальп, он потом так без волос и ходил, с коростой на голове.- пояснил дядя Миша, и продолжил.
- Когда они немного очухались, мужичок выбросил их из розвальней да и говорит им.
- Никогда не нападайте на человека, когда он один на десяти лошадях едет, а нападайте на тех, кто десятером на одной лошади едут.- И уехал.
Крепко запомнили этот сказ те два товарища. С тех пор больше на большую дорогу и не хаживали. Вот видишь, Игорек, как бывает. А теперь давай ложиться спать. Завтра рано вставать…


Рейтинг: +1 602 просмотра
Комментарии (1)
Ирина Ковалёва # 30 октября 2012 в 14:10 +1
Поучительно написано! Удачи автору!