ПАРАДОКС

21 апреля 2012 - Михаил Заскалько

ПАРАДОКС
Фантастический рассказ

Третий день я не у дел. Ибо нахожусь под домашним арестом, а тем временем в Главном Управлении ИнтерГпола решают мою судьбу. От их решения зависит вся моя дальнейшая жизнь.

Я преступник. Нет не в криминальном плане, а в смысле, что преступил Незыблемые Правила агента ИнтерГпола. А это всё равно, что преступить Закон.

Как и почему я это сделал? У меня нет чётких ответов. Ведь объяснение о временном затмении разума, о наваждении…не есть ответ. Ни один судья не примет эти «улики» в счёт. И, значит, ждёт меня наказание, согласно всё тех же Правил. Либо дисквалификация, либо понижение в звании и перевод в «канцелярию» - оператором или архивистом.

Оба варианта для меня убийственны. Дисквалификация - это лишение всего, что я имею сейчас: любимая работа, друзья-коллеги, льготы, и немыслимые простому смертному возможности (например, провести отпуск где-нибудь в меловом периоде, поохотиться на динозавров, пусть не с настоящим оружием, а транквилизатором, но эффект тот же)… Из моей памяти вырежут эти пять лет, проще говоря, отбросят меня назад, когда я, рядовой обыватель Ким Терехов, выпускник института компьютерных технологий, стоял на перепутье: куда податься? где приложить свои силы и знания? Тогда мне крупно повезло шагнуть в нужном направлении. Такое везение случается лишь раз в жизни. Придётся опять начинать с нуля, не имея ничего за душой, кроме диплома. В 22 года много легче начинать, нежели когда тебе тридцать. Нет и нет! Пусть канцелярия, пусть архив, только не в начало пути…

Я снова и снова мысленно возвращался в ТОТ день, пытался понять: почему же я, опытный, лучший из лучших, допустил оплошность как зелёный новичок? Ответ всегда был один, и он меня устраивал, но, определённо, не устроит судейскую комиссию. Ну, что это за ответ специального агента: просто создалась ситуация, когда зов природы оказался сильнее разума и опыта. Для стажёра сойдёт. Но не для меня. С меня спросят по всей строгости…

Я только что вернулся с задания: был в четвёртом веке, провёл несколько дней в ордах Атиллы в поисках агента Ф., связь с которым была потеряна. Всё обошлось успешно, если не считать, что Ф. лишился левой руки по самое плечо. Как раз той руки, на которой и находился «водитель». Вообще-то это сложнейшее устройство имеет заковыристое техническое имя, но мы по-простому именуем «водителем».

На заре основания Патруля времени агенты перемещались на громоздких машинах времени («бочках»), затем их сменили скутеры и флаеры. Много позднее, когда компьютеры, благодаря нанотехнологиям, стали в пятьдесят раз мощнее, вся структура Патруля подверглась крупной реорганизации. Патруль стал ИнтерГполом, каждый филиал (Контора) теперь охватывал Регион не в 20 лет, а всё столетие. Согласно новым Правилам Контора находилась в 55 году каждого столетия и имела свой порядковый номер. Например, А-55- это 55 год нашей эры. Знак «минус» перед буквой означал: до н.э.


Намного легче стал и сам процесс перемещений. Курсант, закончивший Академию, получал направление в Контору, где его вводили в общую компьютерную систему, как составной элемент. Делалось это так: новому агенту давали проглотить спецкапсулу, которая в желудке прилипала к стенке совершенно безобидная и неощутимая носителем. Капсула- это чип напрямую связанный с Главным Компьютером (агенты его уважительно называют на древнеримский манер ГлАвком). Отныне агент получает своё сетевое имя и становится своеобразным файлом в общей папке. В любое время суток можно открыть «файл» и узнать всю подноготную агента: что, где, когда, какое в данный момент физическое и душевное состояние, что ел и пил за последний час. В отдельной «папке» фиксировались сны.

Но это ещё не всё. На тыльную сторону левой ладони приклеивалась тончайшая плёнка. Минутное лёгкое жжение - и взору предстаёт…банальная татуировка: дубовый листок, из-под которого выглядывает шляпка жёлудя. Если нажать дважды на эту шляпку татуировка меркнет, расплывается в серый квадрат, затем проступает изображение трёх кнопок – зелёная, красная, белая. Нажимаешь зелёную,- Главк тебя фиксирует и включает «водителя». Маршрут задаёт так же Главк. Общение происходит по типу «внутреннего голоса». Красная кнопка- SOS. Ею пользуются агенты в тех крайних случаях, когда по каким-то непредвиденным причинам теряется контроль Главка, тогда включается аварийный «водитель» и доставляет агента в Контору. Белая кнопка- «извозчик», для передвижения на местах командировки, проще говоря, левитация. «Извозчик» снабжает агента «вуалью» - защитное поле радиусом в три метра, скрывающее агента от посторонних глаз. Аналог-шапка-невидимка из русских сказок.

Практически рядовой агент «безвылазно» работает в пределах своего Региона. Если требуется командировка в соседнее столетье или в глубь веков, тогда призывается спецагент. Таковым значусь и я вот уже два года. Спецагент - это агент с правом свободных действий: любой век и любое место на Земле. Как правило, выполняет сложнейшие задания, требующие не только отменную физическую подготовку, но и обширные знания по истории, археологии, религиям,
да, практически, должен в каждой области быть спецом. Таких агентов немного, ибо это своего рода самородки, следовательно, и цена их высока. Вот почему мой вопрос рассматривают так долго: обычно решение Комиссии объявляют через сутки…

Я не ведаю, с каким заданием был агент Ф. в стане Атиллы, но в одной из битв он потерял руку с «водителем». Смерть от потери крови или от гангрены ему не грозила: чип внутри его активизировал организм на скорое заживление раны. Рука, отделённая от туловища - это обрыв в «сети», поэтому Ф. и не смог воспользоваться красной кнопкой. Как было велено, я нашёл Ф. и доставил в Контору.

Мне полагался двухдневный отдых. Я планировал понежиться на пляже, оттянуться на полную катушку: последние девять дней я мотался без перерывов то в седьмой век, то в девятый, то в двенадцатый - нужно было прояснить родословную некоего воеводы Кошачьи Уши. Так что вполне заслужил отменный отдых. Кроме того, я, наконец, созрел, чтобы завести семью. Агентам разрешалось жениться, обзаводиться детьми, при условии что ни супруга, ни дети не узнают об истиной службе мужа-отца, (агенты строго засекречены - в быту мы простые обыватели вроде торгового менеджера или бухгалтера). Второе условие - жить в своём времени. Я родился в 2002 году, следовательно, и жить с семьёй и производить потомство я должен здесь в 21 веке. Правила жёстко гласили: «Категорически запрещено производить потомство не в своём времени, ибо внеисторическое дитя может дестабилизировать, изменить ход истории, что крайне не желательно, ибо может привести к необратимым последствиям».

В качестве иллюстрации приводился пример почему-то из области популярной литературы: роман Михаила Заскалько »Супостатка», роман-предупреждение. Суть такова: герой попадает из 20 века в далёкое прошлое на острова, где в будущем возникнет Санкт-Петербург, заводит семью, рожают ребёнка. В середине 20 века потомок того ребёнка изобретает чудо-таблетку: все болезни излечивает, жизнь продляет. Вскоре всё человечество подсело на эту таблетку: она стала общедоступной как, например, соль. Спустя два десятилетия, внезапно начался великий мор. Выяснилось: все предшествующие годы чудо-таблетка давала небольшой осадок, который накапливался в организме и вот настал момент, когда лишний миллиграмм превращал «накопления» в разовый приём смертельной дозы яда. Времени на создание противоядия не осталось и финал ужасный: человечеству каюк. Чтиво, конечно, но доля истины в этом есть.

Вообще-то на сегодня пункт Правил о »внеисторическом» ребёнке устарел. Сейчас перед отправкой в командировку агент независимо от пола принимает таблетку «нетушка» (так мы, шутя, её окрестили). «Нетушка» действует 24 часа. То есть в эти 24 часа агент стопроцентно стерилен, бесплоден. Если командировка продляется, то за полчаса до окончания действия «нетушки» Главк по хронопочте присылает новую «нетушку». И попробуй только не принять: чип-сексот, что внутри агента, живо настучит Главку, а тот незамедлительно просигнализирует в КВР (Комиссия Внутренних Расследований). Ясное дело, что за время существования «нетушки» ослушников не было.
Кроме меня. Но я не ослушник, просто так сложились обстоятельства…

Не суждено мне было в этот раз отдохнуть и расслабиться: вызов Главка выдернул меня с пляжа в самый неподходящий момент…Ах-х, какой роман завязывался с дивной индианочкой!

В Конторе дожидалось меня горячее заданьице. Десятки агентов помимо меня, но Главк - ну не зараза!- решил прервать мой отпуск. Было б дело сложное, а то так, семечки. Где-то в 12 веке застрял агент Крышуев Матвей, на вызовы не реагирует, аварийного «водителя» не включает, опознавательный чип издаёт слабые сигналы, как бывает при…
Короче: агент попал в переделку, отправляйся, найди, окажи помощь, способствуй возврату. А что я? Я всегда готов, долг превыше всего. Тем более с Матвеем у нас крепкие дружеские отношения на почве одной истории. Как-нибудь расскажу, хоть и давал клятву молчать как могила. Но…иногда могилы раскапывают и они так красноречивы…

Со временем привыкаешь к горам трупов и рекам крови, особенно при нашей работе. Нет не становишься холодным и бесстрастным как автомат, просто,…просто иначе реагируешь. Я, например, всякий раз, настраиваю себя так: это голограмма, манекены.
Большей частью помогает. Но иногда случается такое, что вся твоя настройка летит к чертям собачьим. Представьте: оказались вы на поле битвы, сотни и сотни павших, как тени бродят женщины в поисках живых, раненых, вороны слетелись, начали пиршество.…И вдруг перед вами совсем мальчишечка в изрубленных доспехах, в нём дюжина стрел, как в подушечке иглы, обрубленная ручонка с копьём рядом…Мальчишечка упорно сопротивляется подступавшей смерти, смотрит на тебя огромными полными слёз глазами, воспалённые губы шепчут:
- Водицы…


Какие к чёрту манекены! Так за душу проберёт, что слезами как ребёнок умоешься. И ведь что дряннее всего? То, что в эту минуту ты как бог можешь одним усилием мысли сделать мальчишечку здоровым, весёлым, счастливым.…Но не моги, не смей! Правила… Тяжко, ох как тяжко быть богом…могущественным и беспомощным…

Новгород,1230год

Подобную картину я уже видел не раз: полуразрушенные дома со следами пожарищ, трупы людей на улицах, много трупов…Скелеты, обтянутые кожей и облачённые в тряпьё. И жуткая тишина, пропитанная запахом смерти. Временами тишину, точно тряпку, разрывали собачьи взвизги или воронье карканье: пирщики ссорились у растерзанных трупов.

Скрытый «вуалью», я медленно шёл по улочке заваленной трупами. В подступавших вечерних сумерках трупы казались небрежно разбросанными брёвнами с размочаленной корой. У иных копошились тучные псы, по другим сновали не менее тучные крысы. Ближе к перекрёстку стояла телега, худая пегая лошадь понуро опустила голову, точно заснула. Высокий плечистый мужчина с бесстрастностью робота грузил на телегу трупы, складывая их как брёвна рядком.

Я невольно остановился, сражённый увиденным: мужчина поднял с земли, на вид, ворох тряпья, сунул в щель между «брёвен», лежащих на телеге, ворох не пожелал лежать и плавно сполз к краю, затем упал рядом с колесом…и я увидел, что это мёртвый ребёнок, лет двух-трёх. Его тельце ещё не успело окоченеть…
Мне стало дурно. Я закрыл глаза, судорожно глотая, пытался остановить подступавшую тошноту. И тщётно уговаривал себя: это манекены, это не по-настоящему…

-Господи, доколе?- надрывно выдохнул мужчина.- Доколе будешь зрить на несчастье наше? Втору скудельницу заполняю, а конца не видно…
Странно: я тотчас вспомнил прочитанную накануне летопись и её строчки заполнили моё сознание, точно рекламные слоганы лезли в глаза. Думаю, что таким образом моё сознание спасалось от рецидива: рехнуться можно, видя, как мёртвым ребёнком, будто ветошью, затыкают щель между «брёвен», а «брёвна» те, возможно, родители ребёнка, бабушки, дедушки…

Посудите сами: зачем мне в эти минуты нужно было вспоминать, что этого мужика зовут Станила, что его лично назначил на сей скорбный труд новгородский архиепископ, а перед этим распорядился построить несколько скудельниц, или убогих дома, куда Станил с утра до вечера свозил трупы? Что в скудельницах упокоились около 42000 тысяч новгородцев? Что многие и многие сейчас от болезней и голода умирают в домах? Что голод и мор вызваны не только неурожаем, но и вследствие разлада между князьями Святославом и Михаилом за право сесть в Новгороде…

Скрип тележных колёс вернул меня к действительности: скорбный воз медленно удалялся вверх по улице.
Справа послышался странный шорох, я резко обернулся: поваленный забор, частично опалённый огнём сад, останки сгоревшего дома. Шорох доносился из уцелевшей части сада, оттуда, где плотной толпой стояли кусты крыжовника.
Я машинально сделал несколько шагов в сторону сада и точно вышел из зоны оцепенения: тотчас вспомнил, почему и зачем я здесь, что ищу. Как ни странно «маячок» Матвея сигналил именно из гущи кустов.

Продравшись сквозь кусты, я выбежал на свободную полянку, вернее это был огород - сохранились очертания развороченных грядок. На них лежали несколько трупов горожан, трое из них в воинском снаряжении. Судя по тому, как расположены тела, можно предположить, что воины-стражники пытались помешать разбою и грабежу, и погибли подло поражённые в спину.

Тело Матвея лежало чуть в стороне от остальных, под вишнёвым деревом. Раздет до исподнего, проломленная голова покоится на обломанных вишнёвых ветках, лицо и шея залиты кровью. Самое большое, трагедия произошла часа три назад.

Эх, Матвей, Матвей дружище, как же ты так опростоволосился!? У тебя же такие возможности были,- спрятаться за «вуалью», включить защитное поле,- а ты так глупо подставил голову под удар…Стоп! А это что?

У Матвея отсутствовала левая рука по локоть. Но в первую очередь не это меня поразило, а следы отсечения. Кто-то неумело, в несколько попыток, резал, пилил как раз в локтевом суставе. Зачем, почему именно эту часть отделили? Неужели кто-то…
Память услужливо воспроизвела фрагмент летописи, тот, где летописец сообщал о случаях каннибализма. Да, конечно же,
руку отсекли для употребления в пищу, а не потому, что кто-то догадался о значении татуировки на ней.

В гуще кустов чуть левее вишнёвого дерева вновь раздался уже знакомый шорох, словно кто-то сделал неуверенный шаг и замер, проверяя: услышали или нет?
Я выпрямился. В кустах сдавленно вздохнули, затем короткий стон и,…ломая ветви, из кустов вывалилось тело в лохмотьях, ткнулось лицом в землю, затихло. Заячья шапчонка отлетела в сторону, обнажив русую головку подростка, причём волосы подстрижены варварски.

Я склонился над телом, помедлив чуток, решился перевернуть его на спину.
Да это был мальчишка, худющий, щёки впали, носик заострился, личико грязное. По сути это немыслимым образом ещё ходячий труп. В одной руке мальчишка держал кухонный нож, другой рукой прижимал к груди, как полешко, руку Матвея…

Мальчишка был в обмороке. Скорее всего, он после тяжёлой забравшей немало сил «работы» отдыхал в кустах, возможно, близость смерти обострила его слух и зрение, и мальчишка услышал, как кто-то невидимый подошёл к мертвецу, у которого он только что похитил руку.… Видимо от ужаса он хотел рвануть прочь, но сознание отключилось.

Заглянул я в лицо мальчишки, в сердце хлынуло столько жалости к несчастному, что я, задыхаясь, точно ополоумел. Да, именно в эту минуту я и шагнул на тропу Преступления. По Правилам я должен был конфисковать «трофей» мальчишки, вернуться к телу Матвея, затем переместить себя на три часа в прошлое, дабы предотвратить трагедию…Я не сделал этого. Напротив, я не просто шагнул на тропу Преступления, а побежал по ней, увеличивая свою вину. Подхватив мальчика на руки, переместился на двадцать лет вперёд. Потом выяснилось, что мальчишка вовсе не мальчишка, а девица шестнадцати лет. Она так исхудала, что походила на мальчишку. Тут меня совсем заклинило: жалость перетекла в любовь, да такой силы, что здравый смысл агента выветрился начисто. Возможное наказание за проступок воспринимал не иначе как угрозу моей любви, угрозу счастью. Желая избежать этого, спецагент Терехов одним махом перечеркнул все Правила…

Приём «игра в прятки» придумал Матвей и впервые применил его полтора года назад в истории, которую я вам обещал как-нибудь рассказать. Суть приёма такова: искусственно создаёшь якобы аварийную ситуацию, включаешь аварийного «водителя» и,…в течение нескольких минут мотаешься челноком по маршруту «прошлое-будущее-прошлое - будущее…» Контролирующий агента Главк при всех своих супервозможностях не успевает фиксировать место «прибытия-отбытия» и как результат зависает. Пока происходит перезагрузка и отладка системы, агент успевает провернуть свои дела и вернуться к исходной точке, изобразив искреннее удивление на вопросы: что случилось? где ты был? А разве что-то случилось? Не заметил. Всё идёт как надо, работаю, выполняю задание…

Вопреки опасениям, я успел сделать всё наилучшим образом. Пока Главк вправлял себе мозги и обретал способность адекватно соображать, агент Терехов перебросил любимую в 2001год. Здесь, в пригороде Петербурга, поселился после выхода на пенсию агент Сапиров, с Тереховым у них были тёплые дружественные отношения, почти родственные. У Сапирова бесследно пропал сын, очень похожий на Терехова, поэтому он испытывал к молодому коллеге отцовские чувства. Ким, выросший в детском доме, всем сердцем отзывался на те чувства.

Разве мог любящий отец отказать сыну, у которого на время от любви поехала крыша?
Девушка назвалась Любавой. Новый мир и новую жизнь она приняла с поразительным спокойствием, раз и навсегда решив, что умерла и попала туда, куда уходят все умершие. Началась "жизнь после смерти" и эта жизнь Любаве нравилась. Она довольно быстро набрала вес, округлилась и стала весьма прехорошенькой. Я млел от счастья. Ради встреч с Любавой снова и снова нарушал Правила. Это просто удача, что Главк несовершенен, иначе бы мои «игры в прятки» вышли мне боком.

Сапиров с супругой каким-то образом умудрились выправить бумаги, в которых значилось, что Любава их дочь. Племянница Сапирова, Вера, преподаватель лицея, с удовольствием взялась обучать девушку по слегка облегчённой школьной программе. Неуёмное любопытство и прилежное старание ученицы, плюс феноменальная память, давали поразительные результаты. Вскоре Любава по уровню знаний не отличалась от лицеистов-ровесников. За приличное вознаграждение Любава была включена в списки лицея с правом сдать экзамены экстерном.

Короче её будущее, да и моё рисовалось в радужных тонах. Любовь наша с каждой встречей крепла, Любава отвечала такой взаимностью, что я забывал обо всём на свете, нежась в неземном счастье.

И только одно маленькое пятнышко портило эту удивительную картину.
Мои сны.…Стоило только заснуть, как всё пространство заполняли глаза Матвея. Они смотрели мне в душу, смотрели с укором. И ещё был ветер, который налетал и отвешивал мне пощёчины: »Предатель!» Да, да, я предал друга, коллегу! Заскочив на минутку в Новгород 1230 года, я отключил «маячок» Матвея. Да я совершил подлость.…Но я любил! А выполнение задания, как того требовали Правила, лишило бы меня этой любви. Сделай я как надо, и Матвей избежал бы гибели, но и будущее пошло бы другим путём, я не встретил бы Любаву, не испытал бы всей прелести Настоящей Чистой Любви…

Присутствие Любавы выметало все последствия снов, но стоило мне удалиться, как они, последствия, тяжёлым слоем пыли оседали в душе, на сердце, даже мозги, казались обильно запылёнными. Всё это не могло не сказаться на моих профессиональных качествах: часто был раздражён и невнимателен, допускал ошибки и просчёты при выполнении заданий. Главк усилил втройне контроль, пытаясь докопаться до сути моих странных снов. Разумеется, в таких условиях я не мог прибегать к методу «игра в прятки»: это равносильно подписать себе отставку.
Встречи с Любавой оборвались. Я впал в жуткую депрессию, и меня спешно поместили в клинику. Собственно там и открылись все мои грехи: гипноз применили, пациент и раскрылся…

Моим делом занялся Комитет Внутренних Расследований. Специальная группа агентов была отправлена на места моих преступлений для сбора улик. Вернувшись, группа представила отчёт, который вверг комитетчиков в шоковое состояние.

Невероятно, но факт: забеременев, Любава родила мальчика, и этот мальчик…Ким Терехов собственной персоной! Я родил самого себя…

Моё исчезновение привело к долгой нервой болезни Любавы. К моменту родов она сильно ослабла. Спасти удалось только ребёнка. Супруги Сапировы полюбившие Любаву как свою дочь, сильно переживали её недуг, что значительно подорвало их здоровье. Смерть Любавы доконала их окончательно: вначале слегла Ксения Олеговна и спустя неделю тихо отошла в мир иной. В день её похорон Сапиров прилёг отдохнуть и больше не проснулся. Осиротевшего младенца собиралась усыновить племянница Сапирова Вера, но у судьбы имелся свой сценарий: во время отпуска в Израиле Вера с мужем оказались в эпицентре терракта.…На родину вернулись в гробах.
Кима Терехова определили в детский дом…

Третий день я не у дел. Ибо нахожусь под домашним арестом, а тем временем в Главном Управлении ИнтерГпола решают мою судьбу. От их решения зависит вся моя дальнейшая жизнь…
Декабрь 2007г. 

© Copyright: Михаил Заскалько, 2012

Регистрационный номер №0044039

от 21 апреля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0044039 выдан для произведения:

ПАРАДОКС
Фантастический рассказ

Третий день я не у дел. Ибо нахожусь под домашним арестом, а тем временем в Главном Управлении ИнтерГпола решают мою судьбу. От их решения зависит вся моя дальнейшая жизнь.

Я преступник. Нет не в криминальном плане, а в смысле, что преступил Незыблемые Правила агента ИнтерГпола. А это всё равно, что преступить Закон.

Как и почему я это сделал? У меня нет чётких ответов. Ведь объяснение о временном затмении разума, о наваждении…не есть ответ. Ни один судья не примет эти «улики» в счёт. И, значит, ждёт меня наказание, согласно всё тех же Правил. Либо дисквалификация, либо понижение в звании и перевод в «канцелярию» - оператором или архивистом.

Оба варианта для меня убийственны. Дисквалификация - это лишение всего, что я имею сейчас: любимая работа, друзья-коллеги, льготы, и немыслимые простому смертному возможности (например, провести отпуск где-нибудь в меловом периоде, поохотиться на динозавров, пусть не с настоящим оружием, а транквилизатором, но эффект тот же)… Из моей памяти вырежут эти пять лет, проще говоря, отбросят меня назад, когда я, рядовой обыватель Ким Терехов, выпускник института компьютерных технологий, стоял на перепутье: куда податься? где приложить свои силы и знания? Тогда мне крупно повезло шагнуть в нужном направлении. Такое везение случается лишь раз в жизни. Придётся опять начинать с нуля, не имея ничего за душой, кроме диплома. В 22 года много легче начинать, нежели когда тебе тридцать. Нет и нет! Пусть канцелярия, пусть архив, только не в начало пути…

Я снова и снова мысленно возвращался в ТОТ день, пытался понять: почему же я, опытный, лучший из лучших, допустил оплошность как зелёный новичок? Ответ всегда был один, и он меня устраивал, но, определённо, не устроит судейскую комиссию. Ну, что это за ответ специального агента: просто создалась ситуация, когда зов природы оказался сильнее разума и опыта. Для стажёра сойдёт. Но не для меня. С меня спросят по всей строгости…

Я только что вернулся с задания: был в четвёртом веке, провёл несколько дней в ордах Атиллы в поисках агента Ф., связь с которым была потеряна. Всё обошлось успешно, если не считать, что Ф. лишился левой руки по самое плечо. Как раз той руки, на которой и находился «водитель». Вообще-то это сложнейшее устройство имеет заковыристое техническое имя, но мы по-простому именуем «водителем».

На заре основания Патруля времени агенты перемещались на громоздких машинах времени («бочках»), затем их сменили скутеры и флаеры. Много позднее, когда компьютеры, благодаря нанотехнологиям, стали в пятьдесят раз мощнее, вся структура Патруля подверглась крупной реорганизации. Патруль стал ИнтерГполом, каждый филиал (Контора) теперь охватывал Регион не в 20 лет, а всё столетие. Согласно новым Правилам Контора находилась в 55 году каждого столетия и имела свой порядковый номер. Например, А-55- это 55 год нашей эры. Знак «минус» перед буквой означал: до н.э.


Намного легче стал и сам процесс перемещений. Курсант, закончивший Академию, получал направление в Контору, где его вводили в общую компьютерную систему, как составной элемент. Делалось это так: новому агенту давали проглотить спецкапсулу, которая в желудке прилипала к стенке совершенно безобидная и неощутимая носителем. Капсула- это чип напрямую связанный с Главным Компьютером (агенты его уважительно называют на древнеримский манер ГлАвком). Отныне агент получает своё сетевое имя и становится своеобразным файлом в общей папке. В любое время суток можно открыть «файл» и узнать всю подноготную агента: что, где, когда, какое в данный момент физическое и душевное состояние, что ел и пил за последний час. В отдельной «папке» фиксировались сны.

Но это ещё не всё. На тыльную сторону левой ладони приклеивалась тончайшая плёнка. Минутное лёгкое жжение - и взору предстаёт…банальная татуировка: дубовый листок, из-под которого выглядывает шляпка жёлудя. Если нажать дважды на эту шляпку татуировка меркнет, расплывается в серый квадрат, затем проступает изображение трёх кнопок – зелёная, красная, белая. Нажимаешь зелёную,- Главк тебя фиксирует и включает «водителя». Маршрут задаёт так же Главк. Общение происходит по типу «внутреннего голоса». Красная кнопка- SOS. Ею пользуются агенты в тех крайних случаях, когда по каким-то непредвиденным причинам теряется контроль Главка, тогда включается аварийный «водитель» и доставляет агента в Контору. Белая кнопка- «извозчик», для передвижения на местах командировки, проще говоря, левитация. «Извозчик» снабжает агента «вуалью» - защитное поле радиусом в три метра, скрывающее агента от посторонних глаз. Аналог-шапка-невидимка из русских сказок.

Практически рядовой агент «безвылазно» работает в пределах своего Региона. Если требуется командировка в соседнее столетье или в глубь веков, тогда призывается спецагент. Таковым значусь и я вот уже два года. Спецагент - это агент с правом свободных действий: любой век и любое место на Земле. Как правило, выполняет сложнейшие задания, требующие не только отменную физическую подготовку, но и обширные знания по истории, археологии, религиям,
да, практически, должен в каждой области быть спецом. Таких агентов немного, ибо это своего рода самородки, следовательно, и цена их высока. Вот почему мой вопрос рассматривают так долго: обычно решение Комиссии объявляют через сутки…

Я не ведаю, с каким заданием был агент Ф. в стане Атиллы, но в одной из битв он потерял руку с «водителем». Смерть от потери крови или от гангрены ему не грозила: чип внутри его активизировал организм на скорое заживление раны. Рука, отделённая от туловища - это обрыв в «сети», поэтому Ф. и не смог воспользоваться красной кнопкой. Как было велено, я нашёл Ф. и доставил в Контору.

Мне полагался двухдневный отдых. Я планировал понежиться на пляже, оттянуться на полную катушку: последние девять дней я мотался без перерывов то в седьмой век, то в девятый, то в двенадцатый - нужно было прояснить родословную некоего воеводы Кошачьи Уши. Так что вполне заслужил отменный отдых. Кроме того, я, наконец, созрел, чтобы завести семью. Агентам разрешалось жениться, обзаводиться детьми, при условии что ни супруга, ни дети не узнают об истиной службе мужа-отца, (агенты строго засекречены - в быту мы простые обыватели вроде торгового менеджера или бухгалтера). Второе условие - жить в своём времени. Я родился в 2002 году, следовательно, и жить с семьёй и производить потомство я должен здесь в 21 веке. Правила жёстко гласили: «Категорически запрещено производить потомство не в своём времени, ибо внеисторическое дитя может дестабилизировать, изменить ход истории, что крайне не желательно, ибо может привести к необратимым последствиям».

В качестве иллюстрации приводился пример почему-то из области популярной литературы: роман Михаила Заскалько »Супостатка», роман-предупреждение. Суть такова: герой попадает из 20 века в далёкое прошлое на острова, где в будущем возникнет Санкт-Петербург, заводит семью, рожают ребёнка. В середине 20 века потомок того ребёнка изобретает чудо-таблетку: все болезни излечивает, жизнь продляет. Вскоре всё человечество подсело на эту таблетку: она стала общедоступной как, например, соль. Спустя два десятилетия, внезапно начался великий мор. Выяснилось: все предшествующие годы чудо-таблетка давала небольшой осадок, который накапливался в организме и вот настал момент, когда лишний миллиграмм превращал «накопления» в разовый приём смертельной дозы яда. Времени на создание противоядия не осталось и финал ужасный: человечеству каюк. Чтиво, конечно, но доля истины в этом есть.

Вообще-то на сегодня пункт Правил о »внеисторическом» ребёнке устарел. Сейчас перед отправкой в командировку агент независимо от пола принимает таблетку «нетушка» (так мы, шутя, её окрестили). «Нетушка» действует 24 часа. То есть в эти 24 часа агент стопроцентно стерилен, бесплоден. Если командировка продляется, то за полчаса до окончания действия «нетушки» Главк по хронопочте присылает новую «нетушку». И попробуй только не принять: чип-сексот, что внутри агента, живо настучит Главку, а тот незамедлительно просигнализирует в КВР (Комиссия Внутренних Расследований). Ясное дело, что за время существования «нетушки» ослушников не было.
Кроме меня. Но я не ослушник, просто так сложились обстоятельства…

Не суждено мне было в этот раз отдохнуть и расслабиться: вызов Главка выдернул меня с пляжа в самый неподходящий момент…Ах-х, какой роман завязывался с дивной индианочкой!

В Конторе дожидалось меня горячее заданьице. Десятки агентов помимо меня, но Главк - ну не зараза!- решил прервать мой отпуск. Было б дело сложное, а то так, семечки. Где-то в 12 веке застрял агент Крышуев Матвей, на вызовы не реагирует, аварийного «водителя» не включает, опознавательный чип издаёт слабые сигналы, как бывает при…
Короче: агент попал в переделку, отправляйся, найди, окажи помощь, способствуй возврату. А что я? Я всегда готов, долг превыше всего. Тем более с Матвеем у нас крепкие дружеские отношения на почве одной истории. Как-нибудь расскажу, хоть и давал клятву молчать как могила. Но…иногда могилы раскапывают и они так красноречивы…

Со временем привыкаешь к горам трупов и рекам крови, особенно при нашей работе. Нет не становишься холодным и бесстрастным как автомат, просто,…просто иначе реагируешь. Я, например, всякий раз, настраиваю себя так: это голограмма, манекены.
Большей частью помогает. Но иногда случается такое, что вся твоя настройка летит к чертям собачьим. Представьте: оказались вы на поле битвы, сотни и сотни павших, как тени бродят женщины в поисках живых, раненых, вороны слетелись, начали пиршество.…И вдруг перед вами совсем мальчишечка в изрубленных доспехах, в нём дюжина стрел, как в подушечке иглы, обрубленная ручонка с копьём рядом…Мальчишечка упорно сопротивляется подступавшей смерти, смотрит на тебя огромными полными слёз глазами, воспалённые губы шепчут:
- Водицы…


Какие к чёрту манекены! Так за душу проберёт, что слезами как ребёнок умоешься. И ведь что дряннее всего? То, что в эту минуту ты как бог можешь одним усилием мысли сделать мальчишечку здоровым, весёлым, счастливым.…Но не моги, не смей! Правила… Тяжко, ох как тяжко быть богом…могущественным и беспомощным…

Новгород,1230год

Подобную картину я уже видел не раз: полуразрушенные дома со следами пожарищ, трупы людей на улицах, много трупов…Скелеты, обтянутые кожей и облачённые в тряпьё. И жуткая тишина, пропитанная запахом смерти. Временами тишину, точно тряпку, разрывали собачьи взвизги или воронье карканье: пирщики ссорились у растерзанных трупов.

Скрытый «вуалью», я медленно шёл по улочке заваленной трупами. В подступавших вечерних сумерках трупы казались небрежно разбросанными брёвнами с размочаленной корой. У иных копошились тучные псы, по другим сновали не менее тучные крысы. Ближе к перекрёстку стояла телега, худая пегая лошадь понуро опустила голову, точно заснула. Высокий плечистый мужчина с бесстрастностью робота грузил на телегу трупы, складывая их как брёвна рядком.

Я невольно остановился, сражённый увиденным: мужчина поднял с земли, на вид, ворох тряпья, сунул в щель между «брёвен», лежащих на телеге, ворох не пожелал лежать и плавно сполз к краю, затем упал рядом с колесом…и я увидел, что это мёртвый ребёнок, лет двух-трёх. Его тельце ещё не успело окоченеть…
Мне стало дурно. Я закрыл глаза, судорожно глотая, пытался остановить подступавшую тошноту. И тщётно уговаривал себя: это манекены, это не по-настоящему…

-Господи, доколе?- надрывно выдохнул мужчина.- Доколе будешь зрить на несчастье наше? Втору скудельницу заполняю, а конца не видно…
Странно: я тотчас вспомнил прочитанную накануне летопись и её строчки заполнили моё сознание, точно рекламные слоганы лезли в глаза. Думаю, что таким образом моё сознание спасалось от рецидива: рехнуться можно, видя, как мёртвым ребёнком, будто ветошью, затыкают щель между «брёвен», а «брёвна» те, возможно, родители ребёнка, бабушки, дедушки…

Посудите сами: зачем мне в эти минуты нужно было вспоминать, что этого мужика зовут Станила, что его лично назначил на сей скорбный труд новгородский архиепископ, а перед этим распорядился построить несколько скудельниц, или убогих дома, куда Станил с утра до вечера свозил трупы? Что в скудельницах упокоились около 42000 тысяч новгородцев? Что многие и многие сейчас от болезней и голода умирают в домах? Что голод и мор вызваны не только неурожаем, но и вследствие разлада между князьями Святославом и Михаилом за право сесть в Новгороде…

Скрип тележных колёс вернул меня к действительности: скорбный воз медленно удалялся вверх по улице.
Справа послышался странный шорох, я резко обернулся: поваленный забор, частично опалённый огнём сад, останки сгоревшего дома. Шорох доносился из уцелевшей части сада, оттуда, где плотной толпой стояли кусты крыжовника.
Я машинально сделал несколько шагов в сторону сада и точно вышел из зоны оцепенения: тотчас вспомнил, почему и зачем я здесь, что ищу. Как ни странно «маячок» Матвея сигналил именно из гущи кустов.

Продравшись сквозь кусты, я выбежал на свободную полянку, вернее это был огород - сохранились очертания развороченных грядок. На них лежали несколько трупов горожан, трое из них в воинском снаряжении. Судя по тому, как расположены тела, можно предположить, что воины-стражники пытались помешать разбою и грабежу, и погибли подло поражённые в спину.

Тело Матвея лежало чуть в стороне от остальных, под вишнёвым деревом. Раздет до исподнего, проломленная голова покоится на обломанных вишнёвых ветках, лицо и шея залиты кровью. Самое большое, трагедия произошла часа три назад.

Эх, Матвей, Матвей дружище, как же ты так опростоволосился!? У тебя же такие возможности были,- спрятаться за «вуалью», включить защитное поле,- а ты так глупо подставил голову под удар…Стоп! А это что?

У Матвея отсутствовала левая рука по локоть. Но в первую очередь не это меня поразило, а следы отсечения. Кто-то неумело, в несколько попыток, резал, пилил как раз в локтевом суставе. Зачем, почему именно эту часть отделили? Неужели кто-то…
Память услужливо воспроизвела фрагмент летописи, тот, где летописец сообщал о случаях каннибализма. Да, конечно же,
руку отсекли для употребления в пищу, а не потому, что кто-то догадался о значении татуировки на ней.

В гуще кустов чуть левее вишнёвого дерева вновь раздался уже знакомый шорох, словно кто-то сделал неуверенный шаг и замер, проверяя: услышали или нет?
Я выпрямился. В кустах сдавленно вздохнули, затем короткий стон и,…ломая ветви, из кустов вывалилось тело в лохмотьях, ткнулось лицом в землю, затихло. Заячья шапчонка отлетела в сторону, обнажив русую головку подростка, причём волосы подстрижены варварски.

Я склонился над телом, помедлив чуток, решился перевернуть его на спину.
Да это был мальчишка, худющий, щёки впали, носик заострился, личико грязное. По сути это немыслимым образом ещё ходячий труп. В одной руке мальчишка держал кухонный нож, другой рукой прижимал к груди, как полешко, руку Матвея…

Мальчишка был в обмороке. Скорее всего, он после тяжёлой забравшей немало сил «работы» отдыхал в кустах, возможно, близость смерти обострила его слух и зрение, и мальчишка услышал, как кто-то невидимый подошёл к мертвецу, у которого он только что похитил руку.… Видимо от ужаса он хотел рвануть прочь, но сознание отключилось.

Заглянул я в лицо мальчишки, в сердце хлынуло столько жалости к несчастному, что я, задыхаясь, точно ополоумел. Да, именно в эту минуту я и шагнул на тропу Преступления. По Правилам я должен был конфисковать «трофей» мальчишки, вернуться к телу Матвея, затем переместить себя на три часа в прошлое, дабы предотвратить трагедию…Я не сделал этого. Напротив, я не просто шагнул на тропу Преступления, а побежал по ней, увеличивая свою вину. Подхватив мальчика на руки, переместился на двадцать лет вперёд. Потом выяснилось, что мальчишка вовсе не мальчишка, а девица шестнадцати лет. Она так исхудала, что походила на мальчишку. Тут меня совсем заклинило: жалость перетекла в любовь, да такой силы, что здравый смысл агента выветрился начисто. Возможное наказание за проступок воспринимал не иначе как угрозу моей любви, угрозу счастью. Желая избежать этого, спецагент Терехов одним махом перечеркнул все Правила…

Приём «игра в прятки» придумал Матвей и впервые применил его полтора года назад в истории, которую я вам обещал как-нибудь рассказать. Суть приёма такова: искусственно создаёшь якобы аварийную ситуацию, включаешь аварийного «водителя» и,…в течение нескольких минут мотаешься челноком по маршруту «прошлое-будущее-прошлое - будущее…» Контролирующий агента Главк при всех своих супервозможностях не успевает фиксировать место «прибытия-отбытия» и как результат зависает. Пока происходит перезагрузка и отладка системы, агент успевает провернуть свои дела и вернуться к исходной точке, изобразив искреннее удивление на вопросы: что случилось? где ты был? А разве что-то случилось? Не заметил. Всё идёт как надо, работаю, выполняю задание…

Вопреки опасениям, я успел сделать всё наилучшим образом. Пока Главк вправлял себе мозги и обретал способность адекватно соображать, агент Терехов перебросил любимую в 2001год. Здесь, в пригороде Петербурга, поселился после выхода на пенсию агент Сапиров, с Тереховым у них были тёплые дружественные отношения, почти родственные. У Сапирова бесследно пропал сын, очень похожий на Терехова, поэтому он испытывал к молодому коллеге отцовские чувства. Ким, выросший в детском доме, всем сердцем отзывался на те чувства.

Разве мог любящий отец отказать сыну, у которого на время от любви поехала крыша?
Девушка назвалась Любавой. Новый мир и новую жизнь она приняла с поразительным спокойствием, раз и навсегда решив, что умерла и попала туда, куда уходят все умершие. Началась "жизнь после смерти" и эта жизнь Любаве нравилась. Она довольно быстро набрала вес, округлилась и стала весьма прехорошенькой. Я млел от счастья. Ради встреч с Любавой снова и снова нарушал Правила. Это просто удача, что Главк несовершенен, иначе бы мои «игры в прятки» вышли мне боком.

Сапиров с супругой каким-то образом умудрились выправить бумаги, в которых значилось, что Любава их дочь. Племянница Сапирова, Вера, преподаватель лицея, с удовольствием взялась обучать девушку по слегка облегчённой школьной программе. Неуёмное любопытство и прилежное старание ученицы, плюс феноменальная память, давали поразительные результаты. Вскоре Любава по уровню знаний не отличалась от лицеистов-ровесников. За приличное вознаграждение Любава была включена в списки лицея с правом сдать экзамены экстерном.

Короче её будущее, да и моё рисовалось в радужных тонах. Любовь наша с каждой встречей крепла, Любава отвечала такой взаимностью, что я забывал обо всём на свете, нежась в неземном счастье.

И только одно маленькое пятнышко портило эту удивительную картину.
Мои сны.…Стоило только заснуть, как всё пространство заполняли глаза Матвея. Они смотрели мне в душу, смотрели с укором. И ещё был ветер, который налетал и отвешивал мне пощёчины: »Предатель!» Да, да, я предал друга, коллегу! Заскочив на минутку в Новгород 1230 года, я отключил «маячок» Матвея. Да я совершил подлость.…Но я любил! А выполнение задания, как того требовали Правила, лишило бы меня этой любви. Сделай я как надо, и Матвей избежал бы гибели, но и будущее пошло бы другим путём, я не встретил бы Любаву, не испытал бы всей прелести Настоящей Чистой Любви…

Присутствие Любавы выметало все последствия снов, но стоило мне удалиться, как они, последствия, тяжёлым слоем пыли оседали в душе, на сердце, даже мозги, казались обильно запылёнными. Всё это не могло не сказаться на моих профессиональных качествах: часто был раздражён и невнимателен, допускал ошибки и просчёты при выполнении заданий. Главк усилил втройне контроль, пытаясь докопаться до сути моих странных снов. Разумеется, в таких условиях я не мог прибегать к методу «игра в прятки»: это равносильно подписать себе отставку.
Встречи с Любавой оборвались. Я впал в жуткую депрессию, и меня спешно поместили в клинику. Собственно там и открылись все мои грехи: гипноз применили, пациент и раскрылся…

Моим делом занялся Комитет Внутренних Расследований. Специальная группа агентов была отправлена на места моих преступлений для сбора улик. Вернувшись, группа представила отчёт, который вверг комитетчиков в шоковое состояние.

Невероятно, но факт: забеременев, Любава родила мальчика, и этот мальчик…Ким Терехов собственной персоной! Я родил самого себя…

Моё исчезновение привело к долгой нервой болезни Любавы. К моменту родов она сильно ослабла. Спасти удалось только ребёнка. Супруги Сапировы полюбившие Любаву как свою дочь, сильно переживали её недуг, что значительно подорвало их здоровье. Смерть Любавы доконала их окончательно: вначале слегла Ксения Олеговна и спустя неделю тихо отошла в мир иной. В день её похорон Сапиров прилёг отдохнуть и больше не проснулся. Осиротевшего младенца собиралась усыновить племянница Сапирова Вера, но у судьбы имелся свой сценарий: во время отпуска в Израиле Вера с мужем оказались в эпицентре терракта.…На родину вернулись в гробах.
Кима Терехова определили в детский дом…

Третий день я не у дел. Ибо нахожусь под домашним арестом, а тем временем в Главном Управлении ИнтерГпола решают мою судьбу. От их решения зависит вся моя дальнейшая жизнь…
Декабрь 2007г. 

Рейтинг: +1 264 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!