ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияФантастика → Форс. Гл.17. Маяк-ловушка. Эпизоды 1 - 9

Форс. Гл.17. Маяк-ловушка. Эпизоды 1 - 9

25 февраля 2014 - Елена Силкина
article195432.jpg
фото из интернета
музыка - The Pogues "Muirshin Durkin"

                                          1.

     Ира сонно подняла голову и посмотрела на откидной столик. Там в чаше из скорлупы ореха горела большая ароматическая свеча, которую прислали тави. Лиоран принёс её, долго держал в руках, вдыхая аромат трав, потом водрузил на столик и зажёг, после чего тут же ушёл. Над ней в струе греющегося воздуха слабо покачивался «ловец снов» с чёрно-жёлтыми и бело-коричневыми перьями.
    Ира проснулась окончательно, уселась поудобнее и принялась любоваться спящим мауром. Она очень любила смотреть на него, когда он спал, она вообще очень любила смотреть на него. Длительное время делать это не получилось — он проснулся от её взгляда, но вопрос у неё успел возникнуть. Она замялась, не зная, как сформулировать, чтобы не получилось бестактно, поэтому сидела, молчала, потупив глаза, ёрзала и вздыхала.
     -Э-э-э...
     -Да задавай уж свой вопрос, - глаза его смеялись.
     -Мауры происходят от кошачьих...
     -Верно.
 Она посмотрела на него. Кажется, он забавлялся таким длинным предисловием. Тогда она глубоко вздохнула и выпалила:
     -А куда делась раздвоенная верхняя губа?
  -Целенаправленное генетическое изменение. Очень давно. Раздвоенная верхняя губа мешает разговаривать вслух.
     -Как же разговаривали до того?
     -Отчасти мысленно.
     -А чему помешали вот эти вибриссы?
   Она аккуратно притронулась кончиком пальца к его щекам по сторонам улыбающегося рта.
     -М-м-м... Например, вот этому...
     И он принялся её целовать. Как он заранее узнал, что ей не нравятся усы? Она неровно вздохнула, но не от страсти, а от сильного беспокойства.
     -Ещё что-то хочешь спросить?
     Она отрицательно замотала головой, но это означало не отсутствие вопроса, а состояние невозможности его задать из-за чувства неловкости.
     «Он совсем уж неудобный. И бестактный».
     -Задавай. Мысленно, если вслух не хочется.
     Она закрыла лицо руками, а потом и вовсе нырнула Ирруору подмышку и там ещё раз помотала головой.
     -А будешь так делать — продолжу наше медовое занятие, и все вопросы окажутся отложены на потом. - Он улыбался.
     «Цикличность... Твоя цикличность...»
     Она не договорила, но он понял.
     -Айя моя, скажи мне, люди сильно похожи на своих отдалённых животных предков, начиная от внешнего облика и заканчивая биологическими особенностями? У мауров длительность эволюционного пути несколько больше... Нет никакой цикличности, всё функционирует круглый год, как у людей, не беспокойся...
     Она бурно вздохнула, затем вообще почти перестала дышать и замерла.
     -Ещё вопрос? Ты сегодня бьёшь все свои рекорды.
     «Как?!..»
     -Что именно? - он тут же уловил, о чём пойдёт речь, и беззвучно засмеялся.
     «Каким образом?..»
     -Договаривай же. Как я прочту, если ты не желаешь закончить фразу?
  «Каким немыслимым образом ты ухитрился это сделать? Как ты сумел сохранить всё в функционирующем виде, да ещё ка-а-ак функционирующем? Ну, год, ну, два, ну, даже четыре, о чём я слышала из разговоров подруг матери, но тысяча с лишним!!! Тысячелетний целибат — это же физически невозможно!»
     -О-о, ты далеко не первая, кто этим заинтересовался. Можно делать многое, если знать — как. У организма имеются резервы. Существуют особые техники, довольно сложные, я изучал их целенаправленно. Рисковал, разумеется. До сих пор на такой период никто не замахивался. Эксперимент удался, но никому другому я этот путь повторять не посоветую... Я расскажу тебе обо всём, но не сейчас...
   Он очень сильно рисковал. Правда, в случае неудачи можно было сделать операцию на Хинн-Тайре...
     Единственным, кто понял его полностью и не счёл безумцем, был старший двоюродный брат, Ирруфай. Тот спросил, почему именно она... Но даже Ирруфаю он объяснил всё исключительно через здравый смысл.
   -Умеющий ждать получает всё... Мне нужна особая личность. Такая может быть только одна. Ни с кем другим я быть не смогу и не хочу.
     Наверно, он чересчур тонко чувствовал, слишком тонко даже для маура. И был невероятно упрям, слишком упрям — даже для маура.
     -Ты и сам — особая личность, - сказал Ирруфай, немного подумав. - Самый любящий изо всех, кого я знаю...

                                              2.

 Ондрил сидел, скрестив ноги, перед трапом антрацитово-чёрного цилиндрического космолёта прямо на покрытии площадки и терпеливо ждал, когда ему откроют люк. Лиоран не торопился впустить остианина на борт. Пусть посидит и поразмыслит на досуге, тогда в следующий раз будет действовать более хладнокровно и обдуманно.
     Люк наконец открылся, и ехидный голос поинтересовался:
     -Ну? Что скажешь, юный угонщик космических кораблей?
     -Что я прав, - с вызовом заявил Онда, вскидывая голову. - Где бы ещё я его приземлил? У Зарингара, прямо под нос Оэренгайнам? Откуда я мог знать, что вам возле отдела разрешат припарковаться?
     -А спросить?
  -У кого? Ты вёз их двоих, точнее, спешно возился с генератором, а пилотировала твой корабль Гюйрен. Инто вёл свой борт, кроме того, конвоировал старшую Оэренгайн, ну, или вроде того...
     -Хорошо-хорошо, будем считать, что оправдался. Поднимайся.
     Лиоран откровенно смеялся, отступая от входа.
     Ондрил вскочил и взбежал по трапу, не дожидаясь повторного приглашения.
  Они быстро прошли к медотсеку. У двери Таори прислушался, потом распахнул её, впустил Онду, позволил ему бросить только один взгляд в прозрачный открытый саркофаг на мирно спящих маура и маленькую земную девушку, после чего быстро вытолкал, почти вынес остианина обратно в коридор. Эрнианин улыбался и выглядел, как отец, гордый своими детьми.
     Онда быстро отвернулся и вытер щёки ладонью.
     -Я уже не надеялся увидеть их живыми.
     -Привыкай. Эти двое влезут ещё не в одну опасную историю, свойство у них обоих такое.
     -Кто тут обсуждает нас за глаза? - раздался весёлый голос.
     Лиоран и Онда обернулись.
     В дверях стоял Ирруор, из-за его спины выглядывала Ира.
     Онда подбежал и крепко обнял их обоих разом.
    Потом все отправились в кают-компанию, прихватив с собой свечу. Ира с интересом осматривалась. Судя по одежде Таори, можно было бы ожидать такого же архаичного дизайна от помещения, но среди интерьеров корабля Лиорана не оказалось ничего подобного, сплошной местный хай-тек, рациональный и универсальный.
    Лиоран на правах хозяина заварил тавинский травяной чай и к нему выложил на стол собственноручно изготовленные традиционные эрнианские конфеты, представляющие собой кусочки овощей, сваренные в меду и обсыпанные ореховой крошкой.
   -Итак, открываем экстренное заседание нашего высокого собрания. Я, как председатель...
     -Почему это ты — председатель?
    -Потому что, Онда. Даже Халеарн со мной согласен. Пункт первый повестки дня — Оэренгайны ушли. В данное время в системе звезды нет ни одного эрнианина. Ах, да — кроме меня. Какие у вас планы, Халеарн?
     Ира посмотрела на Ирруора.
     -Мы ещё не обсуждали это, Таори.
     -О да, вы были очень сильно заняты, - эрнианин весело ухмыльнулся.
   Ира спрятала побагровевшее лицо в ладони, Ирруор подхватил её на руки и спрятал в своих объятиях.
  -Мы продолжим... Как это называется теперь, айя амау? Медовое путешествие?
    Ира попыталась спрятаться у него подмышкой, но сделать это оказалось затруднительно.
     -А сначала нанесём визиты в Зарингаре всем, кто о нас беспокоился.
     -Беспокоились — не то слово. У меня голова заболела от их призывов, пока я сюда летел. Вот этот юный угонщик метался по всему городу и мысленно вопил так, что просто оглушил мои внутренние уши. Остальные вели себя не лучше... Пункт второй — держи, Халеарн.
    Таори достал из чешуйчатого кармана небольшую тёмную коробочку и подал мауру.
    -Хивинч Оэренгайн способен ментально проникать сквозь любую защиту, но эта экранировка ему будет не по зубам, кроме того, она прикроет и от проспективного сканирования. Можно вмонтировать в пульт, но лучше замаскировать в неожиданном месте...
     И, наконец, пункт третий — твой вокал, Халеарн. Петь снова ты будешь, я в этом уверен, но начать придётся прямо сейчас, хотя бы напевать. Потому что терраночку нужно срочно учить.
     Лиоран вышел, Ирруор отправился следом за ним, бережно посадив Иру в кресло.
     -Побудь здесь, с Ондой, я скоро вернусь.
  Ира посмотрела на остианина, приложила палец к губам и на цыпочках бросилась за Ирруором и Лиораном...

                                            3.

   -Знаю, о чём ты хочешь спросить. Прости, Халеарн, ничего я тебе не расскажу. Из-за неё и для неё ты захочешь многого избежать, а избегать нельзя. Если отказаться от лёгких уроков судьбы, вместо них последуют более тяжёлые испытания, и обойти их уже при всём старании не удастся. Да ты и сам всё это понимаешь. Вселенная будет хранить вас, только не потеряйте своё чувство...
     Приступим. Для начала постараюсь вернуть тебе навыки, которым ты же меня и учил. Затем последуют, полагаю, консультации у тави.
     -Да, - задумчиво сказал Ирруор. - Я поеду к ним ещё и за этим.
     -Ну что ж... Дыши. И пой, а я послушаю.
     Гулкий зал с бассейном подходил для занятий пением как нельзя лучше. Лиоран принёс сюда синтезатор, включил его и набрал на голографической клавиатуре пять нот простого упражнения.
     Ирруор сделал несколько глубоких вдохов, потом взял дыхание и запел. Он повторил упражнение, сперва совсем тихо, затем погромче.
     -Да-а, Халеарн, это ужасно.
     -Я знаю, что звучит отвратительно.
     Ирруор умолк и грустно улыбнулся.
     -Это ужасно, но ты продолжай, а я пока шпионочку поймаю.
   Лиоран одним прыжком оказался возле двери, распахнул её, выскочил в коридор и тут же вернулся обратно, втаскивая за локоть Иру.
     -Вот. Она давно тут стоит.
     -Я знаю. Она стоит тут с самого начала.
   -Это не ужасно, это красиво, - прошептала Ира, глотая слёзы. - Да, голос неровный, срывается, но он очень красивый.
     Она подбежала к Ирруору, и он обнял её.
     -Тогда почему ты плачешь?
     -Потому, что ты на себя ругаешься. И потому, что он на тебя ругается.
     -Он не ругается. Он мотивирует меня работать.
     -Работай. Это красиво. Можно, я тут посижу? Я тоже хочу поучиться...

                                        4.

   Ира раздражённо копалась в шкафу с одеждой в своей каюте на борту у Ирруора. Это платье недостаточно женственно, это слишком вычурно, это чересчур скромно, это бледно, это режет глаз, это выглядит, как для подростка, это она уже надевала для своего маура, а это... Она постаралась незаметно зарыть поглубже в груду одеяний алое платье, но Ирруор, который с улыбкой наблюдал за её поисками, полулёжа на кровати в своём пятнистом герлоне, сказал:
     -Надень его. Оно мне очень нравится, тебе идёт.
  Она оглянулась на кахурианина, увидела ободряющую улыбку в золотых глазах, вздохнула и вытащила платье цвета крови и пламени из шкафа, а вместе с ним — мягкие туфельки и сумочку-кисет того же цвета...
    Лиоран удержал Ондрила, который вознамерился отправиться в город вместе с кахурианином и землянкой.
     -Успеешь ещё наговориться с другом. Пусть они съездят вдвоём.
   Ира уселась в седло байка впереди Ирруора и оглянулась. Таори высился в проёме люка с непроницаемым лицом, глядя им вслед. Ей показалось, что на дне его глаз таится печаль.
     -Мы увидимся когда-нибудь ещё?
     -Вероятно. Но мы не сегодня прощаемся.
  Расставаться очень не хотелось. Космические расстояния всё же велики, даже при наличии технических возможностей для их преодоления, а тропы судеб извилисты...
     Ира спряталась за плечом у маура.
     Ирруор обернулся тоже, тихонько трогая байк с места.
     -До вечера, Таори.
     -До завтра, Халеарн, - ответил эрнианин.
   В ответ на звонок по инфору им открыли проход в куполе силового поля, прикрывающего здание отдела таорэн. Байк с двумя седоками вырулил к шоссе, взлетел по пандусу на эстакаду и понёсся вперёд...

                                        5.

   Сильный встречный ветер, который казался неожиданно тёплым, с неистовым весельем трепал подол её алого платья и распущенные волосы, переплетая тёмно-коричневые пряди с чёрно-золотыми, на сей раз не заплетёнными.
    «Прямо не верится, что больше ничего опасного нам не грозит. Неужели в самом деле Оэренгайны добровольно отступили и ушли?»
     «Их вынудили это сделать. Их кто-то вызвал отсюда».
     Она извернулась в его руках, чтобы посмотреть на него, он наклонил к ней голову. Голубые и золотые глаза встретились. Оба — кахурианин и землянка — одновременно подумали об одном и том же. В будущем им могут встретиться те же или другие эрниане, или кто-нибудь им подобный. Но путешествие продолжится. Опасностей бояться — в космосе не летать...
    Здание салона напоминало груду радужных мыльных пузырей, увенчанных пучком хрустальных ажурных шпилей. Судя по моделям в наружных витринах, Гюйрен Уэрле делала одежду не только для антропоморфов.
     Они только подъехали ко входу и не успели слезть с байка, а Гюйрен уже выскочила их встречать. На ней был комбинезон простого фасона, её светлые волосы развевались на ветру, большие серые глаза сверкали.
      -Илэ-оо!
     Ира посмотрела на неё и побежала навстречу, Ирруор быстро пошёл следом. Уэрле поймала их в объятия обоих разом. Она была почти одинакового роста с кахурианином, только плечи немного поуже.
     -Ничего удивительного, маур, что она понадобилась Оэренгайну! Какие глазищи и какая энергетика! Идёмте, вы как раз к завтраку.
     Завтрак состоял из многокомпонентного питательного коктейля в высоких бокалах и злаковых хлопьев с кусочками фруктов.
     Кабинет Гюйрен, в отличие от просторной гостиной, предназначенной для приёма посетителей, был столь основательно загромождён различным инструментарием, что большим не казался. Планшеты, рулоны тканей, холсты, кисти, краски, выкройки-лекала, коробки с фурнитурой, и так далее, и тому подобное. На столе располагались компьютер и синтезатор.
     За столом маур и тайрианка обменялись теми особыми взглядами, которые означали молчаливый телепатический диалог. Гюйрен покачала головой.
     Ира тихо вздохнула. Она догадывалась, чем не хочет тревожить её Ирруор. Способность читать будущее ещё не вернулась к нему, и он пытался раздобыть информацию другими путями.
      -Как же ты при этом выбрала подобный образ жизни?
  -По склонности своей личности, невзирая на прочие обстоятельства. Элементарная интуиция пока что меня не подводила. И эта интуиция мне подсказывает, что с Оэренгайнами вы ещё встретитесь, так что будь осторожен, Халеарн.
     -Я всегда осторожен.
     -Не будем о грустном. Давайте лучше я вам поиграю.
     -Исполнишь своё новое?
     Она кивнула и уселась за синтезатор.
    Комната исчезла. Возникла степь, широкая дорога понеслась навстречу, над головой повисло бескрайнее звёздное небо, засвистел ветер, который принёс горчащий запах полыни и палой листвы. Взревели басы, загрохотали барабаны, зазвенела гитара. Пространство полетело навстречу, приплясывая. Суровая и энергичная мелодия походила на кельтский рок. Печаль, упорство и надежда слитно пели с такой силой, что в груди заболело.
 Ира вскочила. Её направленная мысль заставила возникнуть в голографическом пейзаже маленькую фигурку в алом, которая взмыла, подобно стрижу, и устремилась в зенит, а потом замерла на мгновение и заметалась в воздухе стремительными зигзагами. К ней присоединилась чёрно-золотая птица, и две цветные молнии понеслись к горизонту в неистовом и упрямом танце...
     Музыка постепенно стихла, словно улетела к звёздам и растаяла в отдалении.
     -Вы добавили то, чего здесь недоставало, - сказала Гюйрен, улыбаясь. - Теперь вещь можно считать законченной. Она называется «Синие звёзды».
     «Синие в смысле грустные, как в английском языке...», - пояснил Ирруор, обнимая Иру. Она плакала от непонятного чувства и цеплялась за маура.
     -Ты ведь не стесняешься своего тела? - отвлекла её Гюйрен неожиданным вопросом. - Я бы хотела порисовать тебя. Очень интересный облик. Ты не против?
     -Не против, - Ира перестала плакать, ей стало любопытно посмотреть, как тайрианка будет её рисовать.
     -Без одежды, - уточнила Уэрле.
     -Э-э-э... Ирруор не разрешит, - растерялась землянка.
     -Ирруор разрешит. Он же — маур.
     Ира посмотрела на него. Он кивнул и улыбнулся.
     -Если ты хочешь.
   Она сбросила платье, туфли и герлон, взобралась на указанный подиум и вдруг запаниковала. О господи, зачем согласилась? Она же не привыкла раздеваться при ком-либо, она считала это недопустимым для себя! Ирруор — другое дело, с ним она вообще обо всём забывала... А если он сочтёт её поведение слишком вольным и недостойным?! Да, ей не хотелось обидеть художницу и было интересно посмотреть, как она будет рисовать, но что, если Ирруор всё-таки рассердится...
    У неё так затряслись ноги, что с виду устойчивая подставка заходила под ней ходуном.
     -Ах, какая прелесть! Какие очертания, какая грация, какая выразительность! Ты прекрасна! Какие роскошные волосы, какая лебединая шея, какие бёдра — линии амфоры, какие изящные руки с музыкальными пальцами, какие длинные стройные ноги...
    Гюйрен засыпала Иру таким количеством комплиментов, что та заслушалась, и подиум под ней трястись перестал. А затем она освоилась и принялась вполне свободно становиться, усаживаться и укладываться в разные элегантные позы, через несколько минут меняя их, как ей было сказано.
   Уэрле хватала то грифель и бумагу, то электронный планшет, то краски и быстро перемещалась по студии, набрасывая молниеносные эскизы с разных точек обзора. А потом тайрианка включила музыку, и Ира принялась танцевать на подиуме, время от времени застывая в эффектных позах. Периодически она бросала взгляды на Ирруора. Он не сердился, он с улыбкой любовался ею...

                                                6.

    Закончив рисовать, Гюйрен предложила Ире выбрать в подарок какой-нибудь комплект одежды. Порывшись на вешалках, Ира облюбовала маленькое чёрное платье с оригинальным фигурным вырезом ворота, широкий чёрный ажурный пояс, чёрные туфли на шпильках и яркие жёлтые колготки. Художница заглянула в студию как раз в тот момент, когда Ира их надевала.
       -Ах, эти прекрасные жёлтые колготки! Да ещё ты та-а-ак их надеваешь!
     Ира, сидя на стуле, собрала колготки в гармошку и, вытянув одну ногу балетным движением высоко вверх, натягивала полупрозрачную нежную ткань, начиная с мыска.
     Уэрле смотрела на неё горячим взглядом, как... как маур.
     Ира вскочила, в ужасе уставилась на высокую белокурую женщину, потом заметалась глазами по комнате. Выход был только один, и возле него стояла тайрианка. Ира уже готова была закричать, просто вслух, забыв даже про телепатию, когда Гюйрен улыбнулась и отступила от двери. Ира схватила свои вещи и опрометью бросилась наружу. Ей вслед понёсся весёлый смех Гюйрен.
    Ира добежала до байка, остановилась и оглянулась, готовая ринуться  дальше, если за ней последует кто-нибудь другой, кроме Ирруора.
     Из салона выскочил маур, за ним вышла Уэрле.
     Ира сжалась в комочек на сиденье байка и  низко пригнулась к рулю.
     -Что случилось? - Ирруор подошёл и обнял её.
   Она спрятала лицо у него на груди, а мысленные фразы неслись галопом, обгоняя друг друга.
   «Нет, нет, нет, не хочу, не могу, не пойду туда больше, мне тошно, мне стыдно, она ничего особенного не сделала, только смотрела, это я по глупости испугалась, я виновата, но я не пойду туда больше!!!»
     «И не надо. Успокойся. Я сам с ней поговорю, и мы поедем дальше. У тави тебе понравится, они очень приветливые и деликатные, там тебя никто и ничто не встревожит. Посиди минутку и не волнуйся, я сейчас приду».
     Ирруор вернулся к тайрианке, они о чём-то быстро переговорили.
   -Мне жаль, что я её испугала, - донеслось до Иры, и она ещё ниже опустила голову. - Она так излучает, что я всё время забывала, что она не с Тайра. Она могла спокойно сказать «нет». Или даже просто покачать головой...
     -Всё хорошо, мы едем дальше, - сказал он, когда вернулся к Ире.
     И тут громко захрустел декоративный гравий газона, заскрипели мозаичные плитки дорожки. Кто-то очень увесисто топотал и быстро приближался. Через несколько мгновений из-за здания показалась Катя Петрова. Она заглядывала на ходу в пластиковый пакет, который несла в руках, и бормотала себе под нос:
     -Так, халат взяла, тапочки взяла, расчёску... Блин, где расчёска? Я её забыла, что ли?
     Она глянула на дисплей своего инфора и заторопилась, потом подняла голову, увидела Ирруора на байке и Иру в объятиях маура, споткнулась и застыла, но ненадолго. Через мгновение её губы расцвели язвительной улыбкой, в глазах зажёгся нехороший огонёк. Она открыла рот, собираясь что-то сказать, но её опередил Ирруор.
     -Вообще-то обычно я не бью женщин...
  Он неторопливо слез с байка и так же неторопливо улыбнулся, демонстративно разминая пальцы с выпущенными когтями.
     Катя вздрогнула, закрыла рот и сломя голову бросилась в салон, с разбегу врезалась в Уэрле и не сбила её с ног только потому, что тайрианка успела выставить блок.
     -Обычно у моделей не принято опаздывать, - спокойно заметила Гюйрен. - Теперь сиди и жди, пока я провожу гостей. А когда вернусь, мы сначала поговорим о твоём поведении.
     -Страшная перспектива, - заметил Ирруор, когда Катя скрылась в салоне. - Помню я, как выглядел Лиоран после того, как ты поговорила с ним о его поведении...    
     Гюйрен некоторое время летела над ними на гравипоясе, провожая.
  Со шпиля соседнего здания-башни снялась тёмная крылатая фигура и понеслась рваными стремительными зигзагами на большой высоте в том же направлении, но вскоре исчезла из виду...
       
                                                7.

     «Ой, держите меня семеро! Я ж её порву на ленточки!»
     Реакция Ирруора была мгновенной — он стиснул её такой крепкой хваткой, что ей не только двинуться, даже дышать стало трудно.
   «Не вздумай. Это она порвёт тебя на ленточки. По сравнению с ней ты, считай, что вообще не умеешь драться».
     Ира посмотрела на него. И во взгляде, и в мыслях у неё читалось — если не сейчас, то потом. Мауры и люди в самом деле очень похожи.
     По тротуару эстакады быстро шла, почти бежала эрройя Мойару. Она кого-то нервно высматривала и на двоих седоков на байке не обратила ни малейшего внимания.
     Из приземлившегося на остановке аэробуса выбрался щуплый подросток с пушистыми светлыми волосами. Эрройя бросилась к нему, сначала схватила его в охапку, потом взяла за руку и повела за собой, как маленького. Подросток сконфуженно озирался.
     Ирруор сделал вид, что смотрит в другую сторону. Ира бурно вздохнула. Ну вот, теперь и в будущем порвать на ленточки не получится...
     Когда он освободил её из своего захвата, она уронила на тротуар, возле которого они притормозили, всё, что держала в руках. До этого момента она так и пребывала в том виде, в каком убежала из салона Гюйрен — в маленьком чёрном платье и босиком. В руках у неё были герлон, алое платье, две пары туфель и жёлтые колготки, с запястья свисала сумочка-кисет, в которой находились инфор и пси-блок.
     Ирруор спрыгнул с байка, подобрал все предметы, запихнул в Ирин герлон и застегнул его, после чего подал ей получившийся свёрток и молча с извиняющимся видом растёр её занемевшие руки. Она так же молча погладила его по пальцам и они поехали дальше.
     Немного погодя Ира достала инфор и включила наушники-каффы.
     -Сделай пожалуйста погромче.
     Она кивнула и отрубила наушники.
  -Dirty old town, - запел мягкий баритон солиста «The Dubliners», очень похожий на голос Ирруора.
     -Ты знаешь перевод этой песни?
    -Самостоятельно перевела только название. М-да, хорошо совпадает... Москва — старый город, это правда. И не сильно чистый... Мне объяснили общий смысл — сказали, что это песня о любви, которая преодолеет всё...
     Возле съезда с эстакады в толпе прохожих мелькнул знакомый лохматый плащ.
       «Эоро! Эй, Халеарн, какой роскошный хвост ты себе отрастил!»
       «Эоро!» - Ирруор весело рассмеялся.
   Ирина расплетённая коса, перекинутая через локоть кахурианина, развевалась встречным ветром у него за спиной.
      «Удачных вам трасс».
    «Благодарю. Хочешь сказать, мирных?» - Ирруор притормозил, но Шерзан уже прыгнул в приземлившийся аэробус и помахал на прощание рукой.
     «Нет, Халеарн, именно удачных»...

                                             8.

     Перед заходом в гости Ира переоделась в алое платье и туфли за цветущим кустом на газоне. Ирруор охранял её, сидя на байке по другую сторону куста...
     На первый взгляд, лемуроиды-тави ничем не отличались от людей — зрачки круглые, на руках ногти, — если бы не огромные глаза, гораздо крупнее человеческих. Северные тави, рослые и массивные, выглядели внушительно, почти как Ирруор, а южные, хрупкие и анемичные, хотя и не обязательно маленького роста, смотрелись изящно и трогательно.
  Они всей толпой с мелодичными приветственными воплями облепили Ирруора. Ира растерялась. Ей искренне улыбались, ей говорили тёплые слова, но с объятиями никто не стремился. За исключением одного лемурёнка, который не испытывал таких сомнений, как взрослые. К мауру ему пробиться не удалось, поэтому он, смеясь, повис на Ире. Она с радостью обняла его. Другие тави увидели это, и землянку тоже моментально окружила толпа.
      Так всей толпой и пошли в квартиру.
  Там был полумрак, много портьер из живых лиан, сквозь которые проглядывали маленькие светильники, словно светлячки или звёзды. Прохладный влажный сквозняк легонько колебал язычки пламени свечей и дымки ароматических ламп. Всюду по полу были разбросаны подушки.
     В самой большой комнате смотрели фильм и что-то ели.
     Кахурианину и землянке немедленно освободили место поближе к экрану, придвинули подушки и вручили большие тарелки с едой и чаши с напитками. Ира попробовала блюдо — это оказался очень вкусный салат. Напиток представлял собой смесь фруктовых соков.
   Ирруор подгрёб себе под спину сразу несколько подушек и разлёгся, довольно улыбаясь. Ира, которая села с ним рядом, немедленно вообразила себе одну огромную подушку и маура уютным клубком на ней. Как кота. Он засмеялся.
       -Ты не обижаешься на меня за такие мысли?
       Он отрицательно покачал головой.
     -Я же действительно кот. И в самом деле люблю подушки, хотя могу спать и на голых камнях.
     -Нееет, ты — маур... А люди обижаются, когда их сравнивают с обезьянами.  Они считают эстетичнее кого угодно другого — котов, волков...
     -Знаю. Но у меня — другое мнение.
     Он светил в полумраке глазами и белозубой улыбкой...
     Детектив по-тавински — тяжёлое испытание для зрителя. Сюжет был сильно затянут, а когда по ходу действия назревала драка, то герои долго танцевали кругами — невесомые прыжки, такие же высокие, как у мауров, но плавные — и ругались друг на друга цветистыми фразами, а потом... А потом больше ничего не происходило. Тави — очень миролюбивы и дерутся крайне редко.
    Ирруор терпеливо выдерживал это занудство и даже обменивался с лемурами комментариями по поводу фильма в паузах между репликами персонажей. Он переводил Ире содержание детектива, но вскоре заметил, что ей зрелище категорически наскучило. Вначале она любовалась мауром, потом занялась едой, украдкой разглядывая тави, затем от нечего делать принялась заплетать и расплетать свою косу.
     Это привлекло внимание Аолеа. Миниатюрная тавинка подсела поближе и с улыбкой попросила разрешения причесать Иру. Землянка охотно согласилась, с подобным же интересом поглядывая на пушистую ржаво-рыжую шевелюру Аолеа. К ним подсела другая тавинка, и вскоре образовался причёсывающий по цепочке друг друга круг из пересмеивающихся барышень-лемурок и Иры.
     Потом её повели показывать квартиру. Всюду свободно, без клеток, летали птицы. Аолеа свистом и чириканьем поговорила с одной из них. Закрыв глаза, невозможно было отличить, где поёт лемурочка, а где — птица. В одной из комнат обнаружился разлёгшийся ничком Иалэндэ, которого ко всеобщему удовольствию причёсывали сразу несколько тави. Ира со смехом присоединилась к ним. Ей досталась пушистая нога.
     В дверном проёме внезапно возник Ирруор.
     -Наверно, на самом деле ты хочешь причёсывать кого-то другого?
     Она моментально вскочила со щёткой в руке.
     -Да, именно.
   Они взялись за руки и убежали в соседнюю комнату. Ирруор уселся на полу, скрестив ноги, и Ира принялась его причёсывать. Она делала это очень аккуратно, начиная с кончиков волос, старательно придерживая корни, чтобы не дёргать. Потом не удержалась и поцеловала его в шею. Он вздрогнул, резко повернулся и с серьёзным видом предупредил:
     -Айя, не хулигань, если не хочешь получить медовое занятие прямо сейчас.  Я и так терплю вот это.
     Он кивнул на щётку для волос.
     Она всплеснула руками.
     -А почему ты молчал?! Я полагала, что доставляю тебе удовольствие!
     -Поначалу так и было. Но я же — не тави, чтобы выносить подобное часами!
   Вместо ответа она принялась срывать с себя платье, запуталась длинными волосами в волане и всхлипнула. Он осторожно высвободил тёмные пряди из ворота одеяния и обнял её.
     -А если сюда кто-нибудь зайдёт?
     -Не зайдёт. Тави очень деликатны...
   Длительное время спустя они столпились возле проёма входа, осторожно раздвинули портьеру из лиан, посмотрели на спящих в объятиях друг у друга маура и земную девушку, переглянулись, улыбнулись и на цыпочках разошлись...

                                            9.

     Ира проснулась поздним утром одна, но встревожиться отсутствием маура рядом с ней не успела. Он пришёл и сказал:
     -Кеяна куда-то исчез, поэтому к уарагам мы не поедем, я там практически никого не знаю. Вернёмся к себе.
     Тюк с подарками с трудом поместился на багажнике байка. Провожали их тави также большой толпой. Ира опустила ресницы, пряча ревнивый взгляд, когда Аолеа на прощание давала какие-то певческие инструкции Ирруору и положила маленькую ладонь ему на солнечное сплетение, глядя на него своими нечеловечески огромными ржаво-рыжими глазами.
    Вернулись они почему-то к Лиорану. Ирруор снял Иру с байка и отнёс её... в медотсек к генератору.
     -Зачем? Я же вроде уже в порядке.
     -Надо. Меня грызёт твоя сотня. Несколько суток поспишь в капсуле.
    Она испытала одновременно и радость, и досаду. Она-то полагала, что сейчас достанет шкатулку с пейзажной крышкой и наденет светящиеся бижу...
  Такому обстоятельству обрадовался только Ондрил. Правда, радовался он рано — в эти несколько дней Ирруор мало времени проводил в кают-компании. Он занимался проверкой оборудования своего борта, вокалом, тренировочными поединками с Инто, плаванием в бассейне... Но главным образом он посменно с Лиораном дежурил возле капсулы.
      -Не гони процесс с такой интенсивностью, терраночка может не выдержать.
     -Она выдержит, я её чувствую, у неё даже голова не болит. Несколько дней побудет в заторможенном состоянии, только и всего.
      -Не спеши. Я отдам тебе этот генератор...
       Ира спала.
    Вначале она лежала неподвижно, потом начала, не просыпаясь, время от времени менять положение тела. Однажды, явившись на очередное дежурство, Ирруор обнаружил, что она разметалась, как раньше. Он довольно улыбнулся, уселся и стал ждать.
     Она проснулась, обнаружила себя раздетой и завёрнутой в хорошо знакомое покрывало. Она чувствовала себя отлично, только всё тело гудело, словно трансформатор высокого напряжения, а голова была тяжёлой и глаза не желали как следует открываться. Хотелось спать далее, в то же время остро ощущалась потребность навестить туалет и залезть в душ. Она попробовала подняться и обнаружила, что не держится на ногах, словно пьяная.
    Он взял её на руки, отнёс туда, куда требовалось, и сначала усадил на горшок, как маленькую, а потом засунул в душ и принялся мыть.
     Она ощущала неловкость, поэтому начала задавать вопросы.
     -Почему на тебе герлон?
     -Потому что я уже не первый раз тебя купаю...
    Он сидел в ванне, скрестив ноги. Ира лежала головой у него на бедре, а он бережно расчёсывал её длиннющую каштановую косу. Его золотые глаза сияли собственным светом в тени свесившихся чёрно-жёлтых волос.
   Она вздохнула от удовольствия и безмолвно задала вопрос. Он так же беззвучно ответил. И тогда она неторопливо выговорила вслух:
     -Айю амау...
     Герлон оказался стремительно сброшен...      

© Copyright: Елена Силкина, 2014

Регистрационный номер №0195432

от 25 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0195432 выдан для произведения:
фото из интернета
музыка - The Pogues "Muirshin Durkin"

                                          1.

     Ира сонно подняла голову и посмотрела на откидной столик. Там в чаше из скорлупы ореха горела большая ароматическая свеча, которую прислали тави. Лиоран принёс её, долго держал в руках, вдыхая аромат трав, потом водрузил на столик и зажёг, после чего тут же ушёл. Над ней в струе греющегося воздуха слабо покачивался «ловец снов» с чёрно-жёлтыми и бело-коричневыми перьями.
    Ира проснулась окончательно, уселась поудобнее и принялась любоваться спящим мауром. Она очень любила смотреть на него, когда он спал, она вообще очень любила смотреть на него. Длительное время делать это не получилось — он проснулся от её взгляда, но вопрос у неё успел возникнуть. Она замялась, не зная, как сформулировать, чтобы не получилось бестактно, поэтому сидела, молчала, потупив глаза, ёрзала и вздыхала.
     -Э-э-э...
     -Да задавай уж свой вопрос, - глаза его смеялись.
     -Мауры происходят от кошачьих...
     -Верно.
 Она посмотрела на него. Кажется, он забавлялся таким длинным предисловием. Тогда она глубоко вздохнула и выпалила:
     -А куда делась раздвоенная верхняя губа?
  -Целенаправленное генетическое изменение. Очень давно. Раздвоенная верхняя губа мешает разговаривать вслух.
     -Как же разговаривали до того?
     -Отчасти мысленно.
     -А чему помешали вот эти вибриссы?
   Она аккуратно притронулась кончиком пальца к его щекам по сторонам улыбающегося рта.
     -М-м-м... Например, вот этому...
     И он принялся её целовать. Как он заранее узнал, что ей не нравятся усы? Она неровно вздохнула, но не от страсти, а от сильного беспокойства.
     -Ещё что-то хочешь спросить?
     Она отрицательно замотала головой, но это означало не отсутствие вопроса, а состояние невозможности его задать из-за чувства неловкости.
     «Он совсем уж неудобный. И бестактный».
     -Задавай. Мысленно, если вслух не хочется.
     Она закрыла лицо руками, а потом и вовсе нырнула Ирруору подмышку и там ещё раз помотала головой.
     -А будешь так делать — продолжу наше медовое занятие, и все вопросы окажутся отложены на потом. - Он улыбался.
     «Цикличность... Твоя цикличность...»
     Она не договорила, но он понял.
     -Айя моя, скажи мне, люди сильно похожи на своих отдалённых животных предков, начиная от внешнего облика и заканчивая биологическими особенностями? У мауров длительность эволюционного пути несколько больше... Нет никакой цикличности, всё функционирует круглый год, как у людей, не беспокойся...
     Она бурно вздохнула, затем вообще почти перестала дышать и замерла.
     -Ещё вопрос? Ты сегодня бьёшь все свои рекорды.
     «Как?!..»
     -Что именно? - он тут же уловил, о чём пойдёт речь, и беззвучно засмеялся.
     «Каким образом?..»
     -Договаривай же. Как я прочту, если ты не желаешь закончить фразу?
  «Каким немыслимым образом ты ухитрился это сделать? Как ты сумел сохранить всё в функционирующем виде, да ещё ка-а-ак функционирующем? Ну, год, ну, два, ну, даже четыре, о чём я слышала из разговоров подруг матери, но тысяча с лишним!!! Тысячелетний целибат — это же физически невозможно!»
     -О-о, ты далеко не первая, кто этим заинтересовался. Можно делать многое, если знать — как. У организма имеются резервы. Существуют особые техники, довольно сложные, я изучал их целенаправленно. Рисковал, разумеется. До сих пор на такой период никто не замахивался. Эксперимент удался, но никому другому я этот путь повторять не посоветую... Я расскажу тебе обо всём, но не сейчас...
   Он очень сильно рисковал. Правда, в случае неудачи можно было сделать операцию на Хинн-Тайре...
     Единственным, кто понял его полностью и не счёл безумцем, был старший двоюродный брат, Ирруфай. Тот спросил, почему именно она... Но даже Ирруфаю он объяснил всё исключительно через здравый смысл.
   -Умеющий ждать получает всё... Мне нужна особая личность. Такая может быть только одна. Ни с кем другим я быть не смогу и не хочу.
     Наверно, он чересчур тонко чувствовал, слишком тонко даже для маура. И был невероятно упрям, слишком упрям — даже для маура.
     -Ты и сам — особая личность, - сказал Ирруфай, немного подумав. - Самый любящий изо всех, кого я знаю...

                                              2.

 Ондрил сидел, скрестив ноги, перед трапом антрацитово-чёрного цилиндрического космолёта прямо на покрытии площадки и терпеливо ждал, когда ему откроют люк. Лиоран не торопился впустить остианина на борт. Пусть посидит и поразмыслит на досуге, тогда в следующий раз будет действовать более хладнокровно и обдуманно.
     Люк наконец открылся, и ехидный голос поинтересовался:
     -Ну? Что скажешь, юный угонщик космических кораблей?
     -Что я прав, - с вызовом заявил Онда, вскидывая голову. - Где бы ещё я его приземлил? У Зарингара, прямо под нос Оэренгайнам? Откуда я мог знать, что вам возле отдела разрешат припарковаться?
     -А спросить?
  -У кого? Ты вёз их двоих, точнее, спешно возился с генератором, а пилотировала твой корабль Гюйрен. Инто вёл свой борт, кроме того, конвоировал старшую Оэренгайн, ну, или вроде того...
     -Хорошо-хорошо, будем считать, что оправдался. Поднимайся.
     Лиоран откровенно смеялся, отступая от входа.
     Ондрил вскочил и взбежал по трапу, не дожидаясь повторного приглашения.
  Они быстро прошли к медотсеку. У двери Таори прислушался, потом распахнул её, впустил Онду, позволил ему бросить только один взгляд в прозрачный открытый саркофаг на мирно спящих маура и маленькую земную девушку, после чего быстро вытолкал, почти вынес остианина обратно в коридор. Эрнианин улыбался и выглядел, как отец, гордый своими детьми.
     Онда быстро отвернулся и вытер щёки ладонью.
     -Я уже не надеялся увидеть их живыми.
     -Привыкай. Эти двое влезут ещё не в одну опасную историю, свойство у них обоих такое.
     -Кто тут обсуждает нас за глаза? - раздался весёлый голос.
     Лиоран и Онда обернулись.
     В дверях стоял Ирруор, из-за его спины выглядывала Ира.
     Онда подбежал и крепко обнял их обоих разом.
    Потом все отправились в кают-компанию, прихватив с собой свечу. Ира с интересом осматривалась. Судя по одежде Таори, можно было бы ожидать такого же архаичного дизайна от помещения, но среди интерьеров корабля Лиорана не оказалось ничего подобного, сплошной местный хай-тек, рациональный и универсальный.
    Лиоран на правах хозяина заварил тавинский травяной чай и к нему выложил на стол собственноручно изготовленные традиционные эрнианские конфеты, представляющие собой кусочки овощей, сваренные в меду и обсыпанные ореховой крошкой.
   -Итак, открываем экстренное заседание нашего высокого собрания. Я, как председатель...
     -Почему это ты — председатель?
    -Потому что, Онда. Даже Халеарн со мной согласен. Пункт первый повестки дня — Оэренгайны ушли. В данное время в системе звезды нет ни одного эрнианина. Ах, да — кроме меня. Какие у вас планы, Халеарн?
     Ира посмотрела на Ирруора.
     -Мы ещё не обсуждали это, Таори.
     -О да, вы были очень сильно заняты, - эрнианин весело ухмыльнулся.
   Ира спрятала побагровевшее лицо в ладони, Ирруор подхватил её на руки и спрятал в своих объятиях.
  -Мы продолжим... Как это называется теперь, айя амау? Медовое путешествие?
    Ира попыталась спрятаться у него подмышкой, но сделать это оказалось затруднительно.
     -А сначала нанесём визиты в Зарингаре всем, кто о нас беспокоился.
     -Беспокоились — не то слово. У меня голова заболела от их призывов, пока я сюда летел. Вот этот юный угонщик метался по всему городу и мысленно вопил так, что просто оглушил мои внутренние уши. Остальные вели себя не лучше... Пункт второй — держи, Халеарн.
    Таори достал из чешуйчатого кармана небольшую тёмную коробочку и подал мауру.
    -Хивинч Оэренгайн способен ментально проникать сквозь любую защиту, но эта экранировка ему будет не по зубам, кроме того, она прикроет и от проспективного сканирования. Можно вмонтировать в пульт, но лучше замаскировать в неожиданном месте...
     И, наконец, пункт третий — твой вокал, Халеарн. Петь снова ты будешь, я в этом уверен, но начать придётся прямо сейчас, хотя бы напевать. Потому что терраночку нужно срочно учить.
     Лиоран вышел, Ирруор отправился следом за ним, бережно посадив Иру в кресло.
     -Побудь здесь, с Ондой, я скоро вернусь.
  Ира посмотрела на остианина, приложила палец к губам и на цыпочках бросилась за Ирруором и Лиораном...

                                            3.

   -Знаю, о чём ты хочешь спросить. Прости, Халеарн, ничего я тебе не расскажу. Из-за неё и для неё ты захочешь многого избежать, а избегать нельзя. Если отказаться от лёгких уроков судьбы, вместо них последуют более тяжёлые испытания, и обойти их уже при всём старании не удастся. Да ты и сам всё это понимаешь. Вселенная будет хранить вас, только не потеряйте своё чувство...
     Приступим. Для начала постараюсь вернуть тебе навыки, которым ты же меня и учил. Затем последуют, полагаю, консультации у тави.
     -Да, - задумчиво сказал Ирруор. - Я поеду к ним ещё и за этим.
     -Ну что ж... Дыши. И пой, а я послушаю.
     Гулкий зал с бассейном подходил для занятий пением как нельзя лучше. Лиоран принёс сюда синтезатор, включил его и набрал на голографической клавиатуре пять нот простого упражнения.
     Ирруор сделал несколько глубоких вдохов, потом взял дыхание и запел. Он повторил упражнение, сперва совсем тихо, затем погромче.
     -Да-а, Халеарн, это ужасно.
     -Я знаю, что звучит отвратительно.
     Ирруор умолк и грустно улыбнулся.
     -Это ужасно, но ты продолжай, а я пока шпионочку поймаю.
   Лиоран одним прыжком оказался возле двери, распахнул её, выскочил в коридор и тут же вернулся обратно, втаскивая за локоть Иру.
     -Вот. Она давно тут стоит.
     -Я знаю. Она стоит тут с самого начала.
   -Это не ужасно, это красиво, - прошептала Ира, глотая слёзы. - Да, голос неровный, срывается, но он очень красивый.
     Она подбежала к Ирруору, и он обнял её.
     -Тогда почему ты плачешь?
     -Потому, что ты на себя ругаешься. И потому, что он на тебя ругается.
     -Он не ругается. Он мотивирует меня работать.
     -Работай. Это красиво. Можно, я тут посижу? Я тоже хочу поучиться...

                                        4.

   Ира раздражённо копалась в шкафу с одеждой в своей каюте на борту у Ирруора. Это платье недостаточно женственно, это слишком вычурно, это чересчур скромно, это бледно, это режет глаз, это выглядит, как для подростка, это она уже надевала для своего маура, а это... Она постаралась незаметно зарыть поглубже в груду одеяний алое платье, но Ирруор, который с улыбкой наблюдал за её поисками, полулёжа на кровати в своём пятнистом герлоне, сказал:
     -Надень его. Оно мне очень нравится, тебе идёт.
  Она оглянулась на кахурианина, увидела ободряющую улыбку в золотых глазах, вздохнула и вытащила платье цвета крови и пламени из шкафа, а вместе с ним — мягкие туфельки и сумочку-кисет того же цвета...
    Лиоран удержал Ондрила, который вознамерился отправиться в город вместе с кахурианином и землянкой.
     -Успеешь ещё наговориться с другом. Пусть они съездят вдвоём.
   Ира уселась в седло байка впереди Ирруора и оглянулась. Таори высился в проёме люка с непроницаемым лицом, глядя им вслед. Ей показалось, что на дне его глаз таится печаль.
     -Мы увидимся когда-нибудь ещё?
     -Вероятно. Но мы не сегодня прощаемся.
  Расставаться очень не хотелось. Космические расстояния всё же велики, даже при наличии технических возможностей для их преодоления, а тропы судеб извилисты...
     Ира спряталась за плечом у маура.
     Ирруор обернулся тоже, тихонько трогая байк с места.
     -До вечера, Таори.
     -До завтра, Халеарн, - ответил эрнианин.
   В ответ на звонок по инфору им открыли проход в куполе силового поля, прикрывающего здание отдела таорэн. Байк с двумя седоками вырулил к шоссе, взлетел по пандусу на эстакаду и понёсся вперёд...

                                        5.

   Сильный встречный ветер, который казался неожиданно тёплым, с неистовым весельем трепал подол её алого платья и распущенные волосы, переплетая тёмно-коричневые пряди с чёрно-золотыми, на сей раз не заплетёнными.
    «Прямо не верится, что больше ничего опасного нам не грозит. Неужели в самом деле Оэренгайны добровольно отступили и ушли?»
     «Их вынудили это сделать. Их кто-то вызвал отсюда».
     Она извернулась в его руках, чтобы посмотреть на него, он наклонил к ней голову. Голубые и золотые глаза встретились. Оба — кахурианин и землянка — одновременно подумали об одном и том же. В будущем им могут встретиться те же или другие эрниане, или кто-нибудь им подобный. Но путешествие продолжится. Опасностей бояться — в космосе не летать...
    Здание салона напоминало груду радужных мыльных пузырей, увенчанных пучком хрустальных ажурных шпилей. Судя по моделям в наружных витринах, Гюйрен Уэрле делала одежду не только для антропоморфов.
     Они только подъехали ко входу и не успели слезть с байка, а Гюйрен уже выскочила их встречать. На ней был комбинезон простого фасона, её светлые волосы развевались на ветру, большие серые глаза сверкали.
      -Илэ-оо!
     Ира посмотрела на неё и побежала навстречу, Ирруор быстро пошёл следом. Уэрле поймала их в объятия обоих разом. Она была почти одинакового роста с кахурианином, только плечи немного поуже.
     -Ничего удивительного, маур, что она понадобилась Оэренгайну! Какие глазищи и какая энергетика! Идёмте, вы как раз к завтраку.
     Завтрак состоял из многокомпонентного питательного коктейля в высоких бокалах и злаковых хлопьев с кусочками фруктов.
     Кабинет Гюйрен, в отличие от просторной гостиной, предназначенной для приёма посетителей, был столь основательно загромождён различным инструментарием, что большим не казался. Планшеты, рулоны тканей, холсты, кисти, краски, выкройки-лекала, коробки с фурнитурой, и так далее, и тому подобное. На столе располагались компьютер и синтезатор.
     За столом маур и тайрианка обменялись теми особыми взглядами, которые означали молчаливый телепатический диалог. Гюйрен покачала головой.
     Ира тихо вздохнула. Она догадывалась, чем не хочет тревожить её Ирруор. Способность читать будущее ещё не вернулась к нему, и он пытался раздобыть информацию другими путями.
      -Как же ты при этом выбрала подобный образ жизни?
  -По склонности своей личности, невзирая на прочие обстоятельства. Элементарная интуиция пока что меня не подводила. И эта интуиция мне подсказывает, что с Оэренгайнами вы ещё встретитесь, так что будь осторожен, Халеарн.
     -Я всегда осторожен.
     -Не будем о грустном. Давайте лучше я вам поиграю.
     -Исполнишь своё новое?
     Она кивнула и уселась за синтезатор.
    Комната исчезла. Возникла степь, широкая дорога понеслась навстречу, над головой повисло бескрайнее звёздное небо, засвистел ветер, который принёс горчащий запах полыни и палой листвы. Взревели басы, загрохотали барабаны, зазвенела гитара. Пространство полетело навстречу, приплясывая. Суровая и энергичная мелодия походила на кельтский рок. Печаль, упорство и надежда слитно пели с такой силой, что в груди заболело.
 Ира вскочила. Её направленная мысль заставила возникнуть в голографическом пейзаже маленькую фигурку в алом, которая взмыла, подобно стрижу, и устремилась в зенит, а потом замерла на мгновение и заметалась в воздухе стремительными зигзагами. К ней присоединилась чёрно-золотая птица, и две цветные молнии понеслись к горизонту в неистовом и упрямом танце...
     Музыка постепенно стихла, словно улетела к звёздам и растаяла в отдалении.
     -Вы добавили то, чего здесь недоставало, - сказала Гюйрен, улыбаясь. - Теперь вещь можно считать законченной. Она называется «Синие звёзды».
     «Синие в смысле грустные, как в английском языке...», - пояснил Ирруор, обнимая Иру. Она плакала от непонятного чувства и цеплялась за маура.
     -Ты ведь не стесняешься своего тела? - отвлекла её Гюйрен неожиданным вопросом. - Я бы хотела порисовать тебя. Очень интересный облик. Ты не против?
     -Не против, - Ира перестала плакать, ей стало любопытно посмотреть, как тайрианка будет её рисовать.
     -Без одежды, - уточнила Уэрле.
     -Э-э-э... Ирруор не разрешит, - растерялась землянка.
     -Ирруор разрешит. Он же — маур.
     Ира посмотрела на него. Он кивнул и улыбнулся.
     -Если ты хочешь.
   Она сбросила платье, туфли и герлон, взобралась на указанный подиум и вдруг запаниковала. О господи, зачем согласилась? Она же не привыкла раздеваться при ком-либо, она считала это недопустимым для себя! Ирруор — другое дело, с ним она вообще обо всём забывала... А если он сочтёт её поведение слишком вольным и недостойным?! Да, ей не хотелось обидеть художницу и было интересно посмотреть, как она будет рисовать, но что, если Ирруор всё-таки рассердится...
    У неё так затряслись ноги, что с виду устойчивая подставка заходила под ней ходуном.
     -Ах, какая прелесть! Какие очертания, какая грация, какая выразительность! Ты прекрасна! Какие роскошные волосы, какая лебединая шея, какие бёдра — линии амфоры, какие изящные руки с музыкальными пальцами, какие длинные стройные ноги...
    Гюйрен засыпала Иру таким количеством комплиментов, что та заслушалась, и подиум под ней трястись перестал. А затем она освоилась и принялась вполне свободно становиться, усаживаться и укладываться в разные элегантные позы, через несколько минут меняя их, как ей было сказано.
   Уэрле хватала то грифель и бумагу, то электронный планшет, то краски и быстро перемещалась по студии, набрасывая молниеносные эскизы с разных точек обзора. А потом тайрианка включила музыку, и Ира принялась танцевать на подиуме, время от времени застывая в эффектных позах. Периодически она бросала взгляды на Ирруора. Он не сердился, он с улыбкой любовался ею...

                                                6.

    Закончив рисовать, Гюйрен предложила Ире выбрать в подарок какой-нибудь комплект одежды. Порывшись на вешалках, Ира облюбовала маленькое чёрное платье с оригинальным фигурным вырезом ворота, широкий чёрный ажурный пояс, чёрные туфли на шпильках и яркие жёлтые колготки. Художница заглянула в студию как раз в тот момент, когда Ира их надевала.
       -Ах, эти прекрасные жёлтые колготки! Да ещё ты та-а-ак их надеваешь!
     Ира, сидя на стуле, собрала колготки в гармошку и, вытянув одну ногу балетным движением высоко вверх, натягивала полупрозрачную нежную ткань, начиная с мыска.
     Уэрле смотрела на неё горячим взглядом, как... как маур.
     Ира вскочила, в ужасе уставилась на высокую белокурую женщину, потом заметалась глазами по комнате. Выход был только один, и возле него стояла тайрианка. Ира уже готова была закричать, просто вслух, забыв даже про телепатию, когда Гюйрен улыбнулась и отступила от двери. Ира схватила свои вещи и опрометью бросилась наружу. Ей вслед понёсся весёлый смех Гюйрен.
    Ира добежала до байка, остановилась и оглянулась, готовая ринуться  дальше, если за ней последует кто-нибудь другой, кроме Ирруора.
     Из салона выскочил маур, за ним вышла Уэрле.
     Ира сжалась в комочек на сиденье байка и  низко пригнулась к рулю.
     -Что случилось? - Ирруор подошёл и обнял её.
   Она спрятала лицо у него на груди, а мысленные фразы неслись галопом, обгоняя друг друга.
   «Нет, нет, нет, не хочу, не могу, не пойду туда больше, мне тошно, мне стыдно, она ничего особенного не сделала, только смотрела, это я по глупости испугалась, я виновата, но я не пойду туда больше!!!»
     «И не надо. Успокойся. Я сам с ней поговорю, и мы поедем дальше. У тави тебе понравится, они очень приветливые и деликатные, там тебя никто и ничто не встревожит. Посиди минутку и не волнуйся, я сейчас приду».
     Ирруор вернулся к тайрианке, они о чём-то быстро переговорили.
   -Мне жаль, что я её испугала, - донеслось до Иры, и она ещё ниже опустила голову. - Она так излучает, что я всё время забывала, что она не с Тайра. Она могла спокойно сказать «нет». Или даже просто покачать головой...
     -Всё хорошо, мы едем дальше, - сказал он, когда вернулся к Ире.
     И тут громко захрустел декоративный гравий газона, заскрипели мозаичные плитки дорожки. Кто-то очень увесисто топотал и быстро приближался. Через несколько мгновений из-за здания показалась Катя Петрова. Она заглядывала на ходу в пластиковый пакет, который несла в руках, и бормотала себе под нос:
     -Так, халат взяла, тапочки взяла, расчёску... Блин, где расчёска? Я её забыла, что ли?
     Она глянула на дисплей своего инфора и заторопилась, потом подняла голову, увидела Ирруора на байке и Иру в объятиях маура, споткнулась и застыла, но ненадолго. Через мгновение её губы расцвели язвительной улыбкой, в глазах зажёгся нехороший огонёк. Она открыла рот, собираясь что-то сказать, но её опередил Ирруор.
     -Вообще-то обычно я не бью женщин...
  Он неторопливо слез с байка и так же неторопливо улыбнулся, демонстративно разминая пальцы с выпущенными когтями.
     Катя вздрогнула, закрыла рот и сломя голову бросилась в салон, с разбегу врезалась в Уэрле и не сбила её с ног только потому, что тайрианка успела выставить блок.
     -Обычно у моделей не принято опаздывать, - спокойно заметила Гюйрен. - Теперь сиди и жди, пока я провожу гостей. А когда вернусь, мы сначала поговорим о твоём поведении.
     -Страшная перспектива, - заметил Ирруор, когда Катя скрылась в салоне. - Помню я, как выглядел Лиоран после того, как ты поговорила с ним о его поведении...    
     Гюйрен некоторое время летела над ними на гравипоясе, провожая.
  Со шпиля соседнего здания-башни снялась тёмная крылатая фигура и понеслась рваными стремительными зигзагами на большой высоте в том же направлении, но вскоре исчезла из виду...
       
                                                7.

     «Ой, держите меня семеро! Я ж её порву на ленточки!»
     Реакция Ирруора была мгновенной — он стиснул её такой крепкой хваткой, что ей не только двинуться, даже дышать стало трудно.
   «Не вздумай. Это она порвёт тебя на ленточки. По сравнению с ней ты, считай, что вообще не умеешь драться».
     Ира посмотрела на него. И во взгляде, и в мыслях у неё читалось — если не сейчас, то потом. Мауры и люди в самом деле очень похожи.
     По тротуару эстакады быстро шла, почти бежала эрройя Мойару. Она кого-то нервно высматривала и на двоих седоков на байке не обратила ни малейшего внимания.
     Из приземлившегося на остановке аэробуса выбрался щуплый подросток с пушистыми светлыми волосами. Эрройя бросилась к нему, сначала схватила его в охапку, потом взяла за руку и повела за собой, как маленького. Подросток сконфуженно озирался.
     Ирруор сделал вид, что смотрит в другую сторону. Ира бурно вздохнула. Ну вот, теперь и в будущем порвать на ленточки не получится...
     Когда он освободил её из своего захвата, она уронила на тротуар, возле которого они притормозили, всё, что держала в руках. До этого момента она так и пребывала в том виде, в каком убежала из салона Гюйрен — в маленьком чёрном платье и босиком. В руках у неё были герлон, алое платье, две пары туфель и жёлтые колготки, с запястья свисала сумочка-кисет, в которой находились инфор и пси-блок.
     Ирруор спрыгнул с байка, подобрал все предметы, запихнул в Ирин герлон и застегнул его, после чего подал ей получившийся свёрток и молча с извиняющимся видом растёр её занемевшие руки. Она так же молча погладила его по пальцам и они поехали дальше.
     Немного погодя Ира достала инфор и включила наушники-каффы.
     -Сделай пожалуйста погромче.
     Она кивнула и отрубила наушники.
  -Dirty old town, - запел мягкий баритон солиста «The Dubliners», очень похожий на голос Ирруора.
     -Ты знаешь перевод этой песни?
    -Самостоятельно перевела только название. М-да, хорошо совпадает... Москва — старый город, это правда. И не сильно чистый... Мне объяснили общий смысл — сказали, что это песня о любви, которая преодолеет всё...
     Возле съезда с эстакады в толпе прохожих мелькнул знакомый лохматый плащ.
       «Эоро! Эй, Халеарн, какой роскошный хвост ты себе отрастил!»
       «Эоро!» - Ирруор весело рассмеялся.
   Ирина расплетённая коса, перекинутая через локоть кахурианина, развевалась встречным ветром у него за спиной.
      «Удачных вам трасс».
    «Благодарю. Хочешь сказать, мирных?» - Ирруор притормозил, но Шерзан уже прыгнул в приземлившийся аэробус и помахал на прощание рукой.
     «Нет, Халеарн, именно удачных»...

                                             8.

     Перед заходом в гости Ира переоделась в алое платье и туфли за цветущим кустом на газоне. Ирруор охранял её, сидя на байке по другую сторону куста...
     На первый взгляд, лемуроиды-тави ничем не отличались от людей — зрачки круглые, на руках ногти, — если бы не огромные глаза, гораздо крупнее человеческих. Северные тави, рослые и массивные, выглядели внушительно, почти как Ирруор, а южные, хрупкие и анемичные, хотя и не обязательно маленького роста, смотрелись изящно и трогательно.
  Они всей толпой с мелодичными приветственными воплями облепили Ирруора. Ира растерялась. Ей искренне улыбались, ей говорили тёплые слова, но с объятиями никто не стремился. За исключением одного лемурёнка, который не испытывал таких сомнений, как взрослые. К мауру ему пробиться не удалось, поэтому он, смеясь, повис на Ире. Она с радостью обняла его. Другие тави увидели это, и землянку тоже моментально окружила толпа.
      Так всей толпой и пошли в квартиру.
  Там был полумрак, много портьер из живых лиан, сквозь которые проглядывали маленькие светильники, словно светлячки или звёзды. Прохладный влажный сквозняк легонько колебал язычки пламени свечей и дымки ароматических ламп. Всюду по полу были разбросаны подушки.
     В самой большой комнате смотрели фильм и что-то ели.
     Кахурианину и землянке немедленно освободили место поближе к экрану, придвинули подушки и вручили большие тарелки с едой и чаши с напитками. Ира попробовала блюдо — это оказался очень вкусный салат. Напиток представлял собой смесь фруктовых соков.
   Ирруор подгрёб себе под спину сразу несколько подушек и разлёгся, довольно улыбаясь. Ира, которая села с ним рядом, немедленно вообразила себе одну огромную подушку и маура уютным клубком на ней. Как кота. Он засмеялся.
       -Ты не обижаешься на меня за такие мысли?
       Он отрицательно покачал головой.
     -Я же действительно кот. И в самом деле люблю подушки, хотя могу спать и на голых камнях.
     -Нееет, ты — маур... А люди обижаются, когда их сравнивают с обезьянами.  Они считают эстетичнее кого угодно другого — котов, волков...
     -Знаю. Но у меня — другое мнение.
     Он светил в полумраке глазами и белозубой улыбкой...
     Детектив по-тавински — тяжёлое испытание для зрителя. Сюжет был сильно затянут, а когда по ходу действия назревала драка, то герои долго танцевали кругами — невесомые прыжки, такие же высокие, как у мауров, но плавные — и ругались друг на друга цветистыми фразами, а потом... А потом больше ничего не происходило. Тави — очень миролюбивы и дерутся крайне редко.
    Ирруор терпеливо выдерживал это занудство и даже обменивался с лемурами комментариями по поводу фильма в паузах между репликами персонажей. Он переводил Ире содержание детектива, но вскоре заметил, что ей зрелище категорически наскучило. Вначале она любовалась мауром, потом занялась едой, украдкой разглядывая тави, затем от нечего делать принялась заплетать и расплетать свою косу.
     Это привлекло внимание Аолеа. Миниатюрная тавинка подсела поближе и с улыбкой попросила разрешения причесать Иру. Землянка охотно согласилась, с подобным же интересом поглядывая на пушистую ржаво-рыжую шевелюру Аолеа. К ним подсела другая тавинка, и вскоре образовался причёсывающий по цепочке друг друга круг из пересмеивающихся барышень-лемурок и Иры.
     Потом её повели показывать квартиру. Всюду свободно, без клеток, летали птицы. Аолеа свистом и чириканьем поговорила с одной из них. Закрыв глаза, невозможно было отличить, где поёт лемурочка, а где — птица. В одной из комнат обнаружился разлёгшийся ничком Иалэндэ, которого ко всеобщему удовольствию причёсывали сразу несколько тави. Ира со смехом присоединилась к ним. Ей досталась пушистая нога.
     В дверном проёме внезапно возник Ирруор.
     -Наверно, на самом деле ты хочешь причёсывать кого-то другого?
     Она моментально вскочила со щёткой в руке.
     -Да, именно.
   Они взялись за руки и убежали в соседнюю комнату. Ирруор уселся на полу, скрестив ноги, и Ира принялась его причёсывать. Она делала это очень аккуратно, начиная с кончиков волос, старательно придерживая корни, чтобы не дёргать. Потом не удержалась и поцеловала его в шею. Он вздрогнул, резко повернулся и с серьёзным видом предупредил:
     -Айя, не хулигань, если не хочешь получить медовое занятие прямо сейчас.  Я и так терплю вот это.
     Он кивнул на щётку для волос.
     Она всплеснула руками.
     -А почему ты молчал?! Я полагала, что доставляю тебе удовольствие!
     -Поначалу так и было. Но я же — не тави, чтобы выносить подобное часами!
   Вместо ответа она принялась срывать с себя платье, запуталась длинными волосами в волане и всхлипнула. Он осторожно высвободил тёмные пряди из ворота одеяния и обнял её.
     -А если сюда кто-нибудь зайдёт?
     -Не зайдёт. Тави очень деликатны...
   Длительное время спустя они столпились возле проёма входа, осторожно раздвинули портьеру из лиан, посмотрели на спящих в объятиях друг у друга маура и земную девушку, переглянулись, улыбнулись и на цыпочках разошлись...

                                            9.

     Ира проснулась поздним утром одна, но встревожиться отсутствием маура рядом с ней не успела. Он пришёл и сказал:
     -Кеяна куда-то исчез, поэтому к уарагам мы не поедем, я там практически никого не знаю. Вернёмся к себе.
     Тюк с подарками с трудом поместился на багажнике байка. Провожали их тави также большой толпой. Ира опустила ресницы, пряча ревнивый взгляд, когда Аолеа на прощание давала какие-то певческие инструкции Ирруору и положила маленькую ладонь ему на солнечное сплетение, глядя на него своими нечеловечески огромными ржаво-рыжими глазами.
    Вернулись они почему-то к Лиорану. Ирруор снял Иру с байка и отнёс её... в медотсек к генератору.
     -Зачем? Я же вроде уже в порядке.
     -Надо. Меня грызёт твоя сотня. Несколько суток поспишь в капсуле.
    Она испытала одновременно и радость, и досаду. Она-то полагала, что сейчас достанет шкатулку с пейзажной крышкой и наденет светящиеся бижу...
  Такому обстоятельству обрадовался только Ондрил. Правда, радовался он рано — в эти несколько дней Ирруор мало времени проводил в кают-компании. Он занимался проверкой оборудования своего борта, вокалом, тренировочными поединками с Инто, плаванием в бассейне... Но главным образом он посменно с Лиораном дежурил возле капсулы.
      -Не гони процесс с такой интенсивностью, терраночка может не выдержать.
     -Она выдержит, я её чувствую, у неё даже голова не болит. Несколько дней побудет в заторможенном состоянии, только и всего.
      -Не спеши. Я отдам тебе этот генератор...
       Ира спала.
    Вначале она лежала неподвижно, потом начала, не просыпаясь, время от времени менять положение тела. Однажды, явившись на очередное дежурство, Ирруор обнаружил, что она разметалась, как раньше. Он довольно улыбнулся, уселся и стал ждать.
     Она проснулась, обнаружила себя раздетой и завёрнутой в хорошо знакомое покрывало. Она чувствовала себя отлично, только всё тело гудело, словно трансформатор высокого напряжения, а голова была тяжёлой и глаза не желали как следует открываться. Хотелось спать далее, в то же время остро ощущалась потребность навестить туалет и залезть в душ. Она попробовала подняться и обнаружила, что не держится на ногах, словно пьяная.
    Он взял её на руки, отнёс туда, куда требовалось, и сначала усадил на горшок, как маленькую, а потом засунул в душ и принялся мыть.
     Она ощущала неловкость, поэтому начала задавать вопросы.
     -Почему на тебе герлон?
     -Потому что я уже не первый раз тебя купаю...
    Он сидел в ванне, скрестив ноги. Ира лежала головой у него на бедре, а он бережно расчёсывал её длиннющую каштановую косу. Его золотые глаза сияли собственным светом в тени свесившихся чёрно-жёлтых волос.
   Она вздохнула от удовольствия и безмолвно задала вопрос. Он так же беззвучно ответил. И тогда она неторопливо выговорила вслух:
     -Айю амау...
     Герлон оказался стремительно сброшен...      
Рейтинг: 0 237 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

 

Популярная проза за месяц
158
125
120
106
98
95
93
93
Повар Света 22 октября 2017 (Тая Кузмина)
93
Подруги 11 ноября 2017 (Татьяна Петухова)
92
91
88
86
84
84
81
79
78
77
76
74
73
71
70
70
69
Тёщин сон 3 ноября 2017 (Тая Кузмина)
63
62
60
56