бессмертие или жизнь

25 марта 2014 - Алекандр Анис

Бессмертие или жизнь

Александр Анисимович









АЛЕКСАНДР Анис


Фантастическая повесть

Бессмертие или жизнь

Подзаголовок

Планета любви


Предисловие

Неожиданна встреча с инопланетянами, в корне меняет жизнь Алексея. На многое он начинает смотреть по-другому. Теперь он сознавать себя не простейшей амебой, а человеком своей планеты Земля. Гражданином своей Родины. России.
Не смотря на очень высокий уровень развития цивилизации пришельцев, Алексей вступает с ними в спор, отстаивая интересы своей планеты. Но инопланетяне, наглядно демонстрируют, что их прилет, не преследует корыстных целей, они ищут единомышленников, сподвижников по разуму и готовы содействовать развитию их цивилизации. За время контакта с инопланетянами, Алексей воочию увидел и величие космоса, и трагедию цивилизаций других планет. Попутно он многое узнает и о своей, Родине России, планете Земля. Многие Великие тайны готовы сбросить с себя покров неприступности.
Бесконечность и жизнь. В название, заложена возможность, жить тысячатилетия. На борту космолета, Алексей обретет не только бесконечность, ему вновь вернется молодое тело со всеми вытекающими последствиями. Что выбрать, покинут родную планету или продолжить свою бренную жизнь на Земле.
В подзаголовке Планета любви, заложен смысл жизни человека, какая это планета? Наша Земля или планета Нудистов, где живут биологически, в точности такие люди как мы. На их планете Рай, может такой же, каким он был у нас во времена Адама и Евы, пока они не вкусили плод с дерева познания Добра и Зла. Разве не интересно узнать, какая жизнь ждет земляков по космосу. Алексей в раздумьях, он делает предложение своей супруги отправиться с ним вместе с пришельцами, Надежда отвечает, НЕТ. Я родилась здесь, прожила жизнь, здесь и останусь. Каждый делает выбор сам.



Планета любви

- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
- Это наша вторая встреча.
- Возможно. И что из этого?
- Я, верней, мы, ждем ответа и надеемся на положительный.
- Мда, Вы, конечно, меня извините, но моя память оставляет желать лучшего.
- Напомните, о чем разговор.
- Тогда присядем, так как разговор долгий.
- Хорошо, давайте присядем, – время терпит. - Вот и скамейка свободная. Кстати, фонтан рядом, правда, еще не работающий, но все равно приятно. Свежесть необыкновенная. Благодать!
Мужчина и девушка прошли к свободной скамейке, старомодной, ажурной, литой из чугуна, с продольными деревянными брусками. Девушка присела. Мужчина стал напротив и сказал:
- Вспомнил! Вы та загадочная очаровательная незнакомка, которая не может не вызвать восхищение. Космос и вечность – это же надо придумать! Кстати, Вашим выбором польщен, а также очарован Вашей привлекательностью. Но, как мне кажется, как бы мне поделикатнее выразиться, Вы уж простите меня, но у Вас легкий шиз. Надо же такое придумать! Уму непостижимо!
- Почему «непостижимо»? Что значит это слово?
- Вы что, нерусская?
- Да, не русская.
- А говорите неплохо, словно из наших мест.
- Да, так, но это преобразование, перевоплощение.
- Ну, вот, снова начинается. Сейчас Вы станете голубем, лебедем, мною, черт возьми, а лучше львом, готовым съесть меня со всеми потрохами.
- Как так?
- Да так,– передразнил ее Алексей. – Рыкнете на меня, я обомлею и сразу во всем буду с вами согласен.
- Что такое «лев»?
- Лев? Господи, Вы не знаете, что такое лев?
- Да, не знаю. В России их нет
- В России есть все, как в Греции, по крайней мене, в зоопарках. Я Вам покажу живого льва, он здесь, рядом.
Алексей схватил девушку за руку, стремительно рванулся к пешеходному переходу увлекая её в Нижний парк, где в глубине, обнесенной решеткой, в вольерах скучали звери. Не заходя в кассу, он сунул контролеру сотню, и они оказались в совершенно ином мире. В огромной клетке топтался слон, поглядывая на редких посетителей печальными глазами. Девушка остановилась, но мужчина дернул ее за руку.
- Нет, чуть дальше. Вот! – торжествующе произнес он.
На огромном песчанике в вольере возлежал величественный царь зверей. Иногда он поглядывал на проходящих людей с чувством явного превосходства, а затем переводил взгляд на львицу, лежащую внизу. А та, ни на кого не обращая внимания, играла костью.
- Вот, полюбуйтесь, в полном составе, – сказал Алексей и указал на семейную пару, в то время как другую руку сунул себе под нос, пытаясь ее отогреть. Она настолько замерзла, что он даже не чувствовал пальцев, сплошное покалывание, словно тысячи иголок одновременно впились в его ладонь.
-Тот, что наверху, – лев, а та, что внизу, – львица.
Доселе лежащий лев вдруг напрягся, рыкнул и в одном прыжке оказался перед толстой металлической сеткой, за которой стоял Алексей. Он невольно отпрянул и уперся в пушистую мягкую стенку. Вскинув глаза вверх, увидел над собой во всей красе рычащую львицу.
- Все, пить бросать надо – мелькнула мысль, и тут же другая – спасительная, подсказала: только не резко.
Очнулся он на скамеечке без спинки. У изголовья сидела его попутчица и держала в руках коробочку, похожую на серебряный портсигар. Заметив, что мужчина шевельнулся, она положила ее в нагрудный карманчик и мило улыбнулась ему.
- Я в восторге! Этот лев – такая прелесть! Обязательно покажу друзьям.
- Вы тоже прелесть, – счел нужным вставить едкий комплимент, приходящий в себя мужчина. Наступила неловкая пауза. Алексей, окончательно пришедший в себя, уже сидел, потирая виски и широкий лоб обеими ладонями. Взгляд его блуждал по зеркалу пруда, где плавали кругами дикие утки. Тишина и полная безопасность – что еще нужно для счастья, пусть даже для утиного.
Весна только-только обозначилась набухшими почками, набирающими силу ручейками из-под осевших серых сугробов. Было тихо, мужчина вздрогнул – голос девушки оказался для него очень громким и неожиданным. Но он даже не понял, что от него хотят, после пережитого он не мог прийти в себя.
- Извините, не расслышал, что Вы сказали.
- Я, хотела бы продолжить разговор.
- Зачем? Я Вам верю, только объяснить себе ничего не могу, верней, понять, зачем я Вам? Кто Вы? Если волшебник или иллюзионист, то, конечно, высокого класса.
- Вы так ничего и не поняли?!
- Ну почему? Насколько я помню из нашего последнего разговора, Вы обещали почти вечное физическое существование. Невольно, но я думал над этим. Зачем оно мне? Я прожил или, вернее, почти прожил жизнь, и мне кажется, что неплохо.
- Извините, что я прерываю Вас. Давайте начнем наш разговор несколько иначе. Со знакомства. Меня зовут Синь.
- Алексей Петрович, для Вас – просто Алексей, – буркнул мужчина.
- Я из другой галактики. - Продолжила разговор Синь. - Наша цивилизация намного, на очень много выше вашей, не примите за обиду. Это правда, или, как говорят у вас - аксиома. Мы не первый раз сталкиваемся с мирами обитаемыми и разумными. Нами движет не алчность, а стремление нести добро. Мы не собираемся завоевывать миры, мы ищем партнеров. Мы можем и хотим помогать тем, кто уже готов к нашей помощи. Ваша планета только начинает осваивать космос, а мы пересекаем галактики на кораблях, которые Вам даже трудно представить.
- Вот посмотрите, – девушка протянула Алексею рамку, которая выдвинулась из серебренного патсигара и предложила приложить ее к глазам.
Алексей взглянул через рамку в указанном направлении. Он увидел куб, квадрат, эллипс, пирамиду, словом, нечто геометрически непонятное. Оно переливалось светящимися цветными ореолами, и была столь же красива, необычна, как и не объяснима! Если это назвать космическим кораблем, то он был живой, словно дышал, пульсировал. Изредка на его поверхности загоралась маленькая светящаяся точка, которая срывалась с тела корабля и устремлялась за пределы видимости, ограниченные рамкой. Корабль величественный, не пугающий, а вызывающий такое острое любопытство, что хотелось протянуть руку и пощупать его, погладить. Хотелось, черт возьми, ущипнуть и себя – так это было нереально. Алексей перевел рамку левее, еще левее и увидел памятник Петру Первому. Девушка протянула руку, чтоб взять рамку, однако Алексей все еще вглядывался в том направлении, но ничего инородного, нарушающего привычный городской пейзаж, не мог разглядеть. Ни корабля, ни движения, ни пульсации небосвода. Стоял тихий весенний полдень. Яркое большое солнце щедро заливало пространство. Ручьи звонче журчали, птицы громче щебетали, словно спешили пропеть своей избраннице песню любви. И песня эта наполняла все окружающее какой-то особой силой, покоряя весь мир своей мелодичностью, своим оптимизмом, утверждением того, что жизнь только начинается. Алексей сидел молча, в голове все смешалось: реальность дня и необычность увиденного.
Молча сидела и инопланетянка, давая ему, возможность осмыслить то, что происходило вокруг.
- Что Вы от меня хотите? – после затянувшейся паузы спросил он.
- Хотим, чтобы Вы были с нами.
- С вами? В прошлый раз Вы продемонстрировали, как я понимаю, азы гравитации, так что в пять секунд, хочу или не хочу, я могу быть у Вас, на Вашем корабле. В какой только роли – я не знаю, поэтому и спрашиваю: зачем я Вам?
- Я битый час веду с Вами разговор, а Вы не понимаете, что Вы тот человек, который может поверить, осознать происходящее и донести это до своих собратьев. Я правильно выразилась? – спросила Синь.
- Да, правильно.
- Поймите, взять Вас насильно, вашими способами землян – усыпить, загипнотизировать, связать – нам не трудно. Можно еще проще, вот, к примеру, дайте на минутку Ваш перстень.
Алексей молча снял и положил на протянутую ладонь свой серебряный, недорогой, но изящно сделанный перстень. Синь достала из нагрудного кармана всё ту же самую плоскую коробочку, положила перстень себе на колено, над ним зависла коробочка, и перстень словно исчез. Доля секунды – и перед его взором внезапно появилось два одинаковых перстня.
- Возьмите свой.
Алексей протянул, было руку, но остановился. Сомнения овладели им: настолько они были похожи.
Он вспомнил, что на перстне осталась едва заметная царапина, которая появилась несколько лет тому назад, когда он чуть не сорвался в пропасть во время восхождения со своими друзьями на одну из вершин Тибета. И хотя Алексей знал, что находится в одной связке, а значит, подстрахован, и ничего не может случиться, все-таки пережил несколько неприятных мгновений; цепляясь за выступы, карабкаясь по острым сколам камней.
- Вот этот, – указал он на тот, что лежал ближе к нему.
- Уверены?
- Да.
- Почему?
- Там, памятная царапина.
- А на втором нет?
Алексей взял второй перстень, но там тоже была царапина. Перстни были одинаковы.
- Чудеса!
- Никаких чудес. Это – наука.
- Подробнее можно?
- Конечно, но это очень долго, и то не уверена, что Вы поймете. - И Она указала на клумбу, вот цветок. - Дайте мне его.
- Алексей в недоумении посмотрел в ту сторону. И увидел зеленую клумбу, которой раньше не видел. Он сорвал цветок, на который она указывала.
- Как называется?
Это ромашка.
- Ромашка? Это тот цветок, на котором гадают девушки «любит, не любит»?
- Да, отрывают по лепестку и надеются, что угадают свою судьбу.
- Как интересно! Но не будем отвлекаться. И скорей всего из-за типично женского любопытства она выдернула один лепесток и положила себе на колени, где теперь лежало две ромашки, совершенно одинаковые.
- То же можно сделать с муравьем. – И Синь показала на бегущего куда-то по своим срочным муравьиным делам красного муравья, – но сделать это я не имею права без разрешения Ученого совета.
- И Вы, Синь, хотите сказать, что этот новоявленный муравей будет жить, побежит именно в тот муравейник, что и первый?
- Да.
- А вот и нет.
В детстве Алексей увлекался муравьями, ему нравилось наблюдать за их, казалось бы, бессмысленной суетой. Тогда, он даже прочитал несколько научно-популярных книг, рассказывающих о жизни муравьев, их строе и о том, как они защищаются и как опознают друг друга.
; Его, этого неестественного муравья, опознает стража и убьет на входе в муравейник.
; Нет. Я поняла, о чем Вы говорите. Запах. Но этот, второй муравей не копия первого, а полное подобие, с запахами и полным набором ДНК. Он будет жить, работать, размножаться, делать все, что предписано ему его судьбой. Так, кажется, у Вас называется предназначение человека на земле. Ваш великий ученый Менделеев открыл систему химических элементов. Ваши ученые на сегодня открыли более десяти миллионов соединений ста трёх элементов. Естественно, наша наука шагнула гораздо дальше. Эти и другие, еще не открытые Вами элементы, разложены гораздо подробнее. И, как Вы убедились, мы можем воссоздать то, что сотворила природа. Ведь все, абсолютно все состоит из элементов, они везде, вокруг нас, в нас. Убедила?
; Вроде, да.
; Так вот, на нашем корабле очень много народу из разных иных миров, но заостряю ваше внимание: нет ни одного подневольного, насильно сорванного со своей планеты. Любая мыслящая сущность у нас на корабле – личность со своей индивидуальностью, как внешней, так и внутренней, духовной.
; Ну, ладно, давайте знакомиться. Алексей, пятьдесят лет, журналист, двое детей. Какие еще нужны анкетные данные?
; Анкетные данные нам не нужны. Прочитать компьютерные данные для нас не представляет трудностей. Узнать человека – это другое. Вашу Великую мировую библиотеку, ваши удивительные музеи, все ваши чудеса, в том числе и семь чудес, не в ущерб Вам мы давно сканировали. Но чтобы осмыслить и понять, нам понадобятся годы и годы, так, кажется, можно сказать?
; И для этого Вам нужны люди?
; И для этого тоже. У Вас еще имеются вопросы ко мне?
; Имеются вопросы к Вам? Да, конечно, имеются, и не только к Вам, но и к себе. К себе, может, даже больше, чем к Вам.
; Например?
; Почему Ваш выбор пал на меня, или вернее, в том числе и на меня?
; Да, Вы правы. Вы будете не единственный землянин на нашем корабле.
; Ну, кто я, журналист средней руки, пара пустяковых книг: не философия, не научные труды, так себе.
; Да, это так. Ведем мы переговоры и среди ученых.; Но, позвольте, – прервал Алексей Синь, – ведь это, по большому счету, воровство. Увезете меня – для земли небольшая потеря. А увезти ученого, который для своей родины, а может, и всего мира, сделает величайшее открытие, обогатит науку землян? Это вопрос этики. Вы прилетели к нам, на нашу планету и, даже не соизволив поздороваться, начали шарить по просторам в поисках чего-нибудь вкусненького.
; Интересная постановка вопроса. Но давайте так. Вы оказались перед стаей львов. Как я поняла, это весьма агрессивные, дикие животные. С чего, Вы начнете, с приветствий? Мне кажется, Вы не только второго, но и первого поприветствовать не успеете. Из нашей практики: мы прилетели на одну из планет и, согласно Вашему сценарию, начали свой визит с приветствий, а получили в ответ удар на поражение. Их цивилизация оказалась неподготовленной к контакту с другими. Они все еще варились в собственном соку. Что предприняли бы Вы в данной ситуации?
; Не начинать же войну, в данном случае Вы гость, к тому же непрошенный, надо уйти, желательно не хлопая дверью.
; Собственно, мы так и поступили. Но был случай, где нам пришлось вероломно, исходя из Вашего мировоззрения, вмешаться в события даже не одной планеты, а двух. А это значит, в жизнь солнечной системы, а может, и галактики. На обеих планетах в результате их обоюдно весьма неудачных контактов между собой обстановка настолько накалилась, что они оказались на грани гибели. Скорее всего, так бы и произошло. Пострадали бы третьи миры, которые и слыхом не слыхивали о двух первых.
; И что Вы предприняли на этот раз, порох подмочили? – съехидничал Алексей.
; А знаете, Вы правы. Нашим ученым пришлось срочно искать возможность, ну как бы яснее сказать, обезоружить, нет, как бы это, поточнее, сказать, вразумить их, чтоб они прекратили между собой противостояние .
; И наступил мир.
; Ну, мир в полном смысле этого слова не наступил. Но прозрение пришло. Они прочувствовали масштабность той катастрофы, которая произошла бы, после начала военных действий.
; Просто любопытно, что же Вы сделали такого. Если это, конечно, не покрыто мраком военной тайны. Я не задерживаю Вас?
; Нет, я не спешу, – ответила Синь. – А тайны здесь нет. Постараюсь быть краткой. Те планеты по своей массе были в четыре-пять раз более вашей. Океаны, материки, населенные разумными существами, может, даже чем-то похожими на вас. И страшное, жуткое политическое противостояние, переросшее в военное. Обстановка напряжена до предела. Оружие в огромной своей массе приведено в предактивную готовность. Если начнутся военные действия, неминуемы взрывы, которые разорвут или сорвут планеты с орбит, а значит, беда этих планет во сто крат помножатся на беду всей солнечной системы, а может, и галактики.
; Ну и как была решена эта проблема? Вы смогли им помочь? – поторопил Алексей Синь.
; Ученые Совета приняли решение. На воинствующих планетах были выбраны материки размером с Вашу Австралию. Мы сканировали их и удалили с планет, а на их месте, соблюдая бывшие контуры, расположили увиденное нами на одной из предыдущих планет, где цивилизация сама себя уничтожила. На гигантских материках словно расположился Ад, на который смотреть без содрогания, а тем более, быть в нем, невозможно. Наши специалисты смогли ненавязчиво, визуально продемонстрировать жителям планет весь этот ужас. Это был ШОК!

Планетяне впали в транс, когда увидели последствия войны. В центре материков был возведены павильоны, где на экранах мониторов моделировались последствия взрыва, сход планеты с орбиты, ну, и много других ужасов. Все это было преподнесено как назидание Господне. Религия в их жизни занимала не последнее место. Когда мы убрали созданный нами Ад, восстановили материки в прежнем состоянии, какими они были до сканирования, жители планет были неописуемы рады, что дальше взаимных угроз он не пошли.
; Извините, Синь, - прервал её Алексей, - ну это бред или фантазия, которая не знает границ. Когда я слушаю Вас, у меня такое впечатление, что мы дети и играем с Вами на компьютере в звездные войны. Сканировать, удалить, восстановить, очистить. Сказка, да и только.
; Алексей, мне нужно просто верить. Вы, кстати, забрали свой перстень?
; Мой перстень? Который мой? Хотя, может, Вы знаете?
; Нет, не знаю, но это легко узнать, – она вновь достала прежнюю коробочку, провела ею над перстнями, – берите. – Первый взятый перстень явно не хотел быть нанизанным на палец. Хотя внешне совершенно не отличался по размерам.
; Возьмите другой. Этот не Ваш.
Действительно, второй перстень, как родной, устроился в привычных складках пальца.
Алексей вопросительно посмотрел на Синь.
; Все очень просто – память. Память атомов, молекул металла, камня, массы. Память перстня. Он помнит Вас.
; Благодарю, нет, право, благодарю. Вот ведь, такая мелочь, а приятно. Перстень помнит меня… Интересно! Вы знаете, он для меня сейчас стал не то что драгоценнее, а дороже. Теплее.
; Вот и прекрасно, А этот, если Вы, конечно, позволите, я оставлю себе, на память о Вас и Вашей планете.
; Ну, о чем разговор. Да-да, пожалуйста, он Ваш.
Синь надела перстень на указательный палец, он тут же съехал к кончику ногтя. Она достала все тот же свой многофункциональный наладонник, провела им над перстнем, и он послушно устроился на тоненьком пальчике.
; Уменьшила массу, подогнала по размеру, – прокомментировала свои действия Синь.
; Фантастика, сказка, да и только.
; Алексей. Мне, нам нужно просто верить. Но, оказавшись в дальнейшем с нами, путешествуя по галактикам, Вы станете не только свидетелем удивительного, но и активным участником всех событий, которые ждут нас на нашем пути.
; И далек ли Ваш путь?
; Не пройдено и половины пути до возвращения.
; А сколько времени займет оно?
; Это трудно сказать, лет триста, жизнь непредсказуема. Такое выражение у Вас используется?
; Да. А сколько времени Вы находитесь у нас?
; Где, в Вашей галактике, солнечной системе, или конкретно на Вашей планете?
; Планете.
; Смотря как измерять это время. Если наши мерками, то совсем ничего, а Вашими – более девяносто четырех суток.
; И за эти три месяца Вы так хорошо изучили Землю, землян, языки. Когда успели, как успели?
; Алексей, мне хочется удовлетворить Ваше любопытство. Скажем так. Наши ученые сканировали все: Ваши библиотеки, научные институты и многое другое. Изучили историю каждого материка, народов, населяющих их. Языки, на которых говорят люди. Изучен строй, политический, исторический, географический разрез земли, проанализированы самые разные науки. Можно долго и нудно перечислять. Все было систематизировано, обобщено, выделено и разделено и. т.д. Найденное было переведено на наш язык понимания. Создана база данных, готовая ответить на любой вопрос. Не в обиду будет сказано, сейчас Вашу матушку Землю мы знаем лучше, чем Вы.
; Можно, я просто посижу, помолчу, а Вы продолжайте мне рассказывать, о чем пожелаете.
; Не только рассказывать. Я Вам сейчас кое-что покажу. У меня намечается встреча в Бразилии. Где и что это за страна, Вы знаете? – Алексей молча кивнул. – А я на сей момент не знаю. А если что-то и знаю, то лишь то, что эта страна находится на одном из материков в Южной Америке. Для меня это своего рода командировка, необходима подготовка к ней. Я сейчас пошлю запрос о Бразилии в базу данных, которая находится на корабле. Ждем ответ.
Все тот же наладонник превратился в нечто похожее на дисплей, на экране которого стремительно побежала амплитуда сигнала, вроде как на осциллографе или на ленте кардиограммы. Иногда появлялись непонятные схемы, рисунки, что-то вроде графиков. Но все это было быстро, даже очень быстро. Алексей, хотя и не понимая, но с интересом наблюдал и за Синь, и за дисплеем.
; Все, – сказала Синь, – можете устраивать мне проверку или экзамен – задавайте вопросы по Бразилии.
Алексей включился в игру.
; Столица?
; Бразилиа.
; Язык?
; Португальский.
; Знаете его?
; Теперь да!
; Самая большая река в Бразилии?
; Амазонка.
; Страшная хищная мелкая речная рыба.
; Пиранья.
; Все это Вы только-только прочитали и запомнили?
; Да!
; Ну, это какой-то автоматизм, компьютер в голове. И надолго запомнили или пока здесь у нас, на Земле?
; Надолго, навсегда, другой разговор, что некоторые знания мне в будущем не понадобятся, и засорять свою память действительно не стоит. Все, что мне не нужно на данный момент, будет определено во вторичную базу памяти, а может, и третичную, или в подпамять, но я всегда могу ими воспользоваться при необходимости.
; Без компьютера здесь не обойдешься.
; В какой-то мере Вы правы, но это ждет и Вас, землян. Ваши ученые говорят, что мозг человека используется не полностью, а всего лишь менее чем на треть. Но, со временем освоите Вы и те две трети. Ваша цивилизация к тому времени достигнет шестого, седьмого порядка, и вот тогда поневоле вы начнете вживлять в свой мозг чипы, флеш - карты или что-то иное. Но смысл один – увеличить скорость и работоспособность мозга.
Алексей машинально ерошил свои седеющие кудри, словно пытаясь нащупать вживленные микросхемы или еще черт знает что.
; Порядок – это, надо понимать, уровень цивилизации?
; Да.
;Сколько, этих уровней и на каком уровне находитесь Вы?
; Конечно, деление на уровни – довольно условно. Наш Ученый совет обозначил десять уровней.
; Ну, совсем как в тире. И как же попасть в «яблочко»?
; В яблочко? Да, нелегко, себя мы считаем на девятом уровне.
; А Вы знакомы с десятым уровнем или путем логического мышления смоделировали десятый, окончательный? И что после него, тупик? Видите, сколько вопросов в одном.
; Начну с последнего. Нет, не тупик. И дальше будет продолжаться жизнь. Нелегкая. В борьбе за выживание. Будет ставиться еще более высокая планка уровня. Что касается десятого уровня, то у нас есть конкретный пример. В пространстве метагалактики есть планета, которая выше нас по своему уровню. Мы активно и плодотворно сотрудничаем с ней. Очень много научных разработок сделано именно с ними. Безусловно, мы самостоятельно пришли бы к тем научным достижениям, но, как говорят у Вас: «Зачем изобретать велосипед, когда он уже есть».
; Минутку, значит, Вы, в свою очередь, можете резко продвинуть нашу науку вперед?
; Да, в принципе, можем. Но, нужно ли, не опасно ли это для Вас? Вспомните свою историю. Расщепление атома, получение колоссальной энергии Вы, не задумываясь, в первую очередь превращаете ее в страшное оружие для уничтожения человека. А если сейчас, сию минуту дать Вам еще большую энергию? Куда Вы её используете? Куда направите? Ведь уже есть примеры противостояния.
; Да, это так, или почти так, верней, действительно так, – подумал Алексей, но вслух сказал: – Наша планета очень сложна. И людей, вернее, страны, можно разделить, как и делаете это Вы, условно на уровни сознания. И, пожалуй, эта градация не уместится в условную десятку. Есть народы, племена, которые находятся на нулевом уровне. В Бразилии Вы сможете это наблюдать воочию. Наша планета неоднородна. От пигмеев Африки до студентов петербургского или кембриджского университета громадная пропасть. От мотыги, которой рыхлят землю под зерновые для пропитания, до космических кораблей. И все это происходит сегодня. Вот такие скачки.
Природой, Богом или чем-то иным люди разделены не только по цвету кожи, разрезу глаз, но и языковым барьером. Бог, верней, его посланцы, дали людям разную религию, со своим Богом, культурой служения ему. Бог, которого люди, возможно, сами создали своими фантазиями, разделил людей. Люди, в свою очередь, продолжили это размежевание между собой. Это выразилось в разном политическом понимании устройства мира, которое еще резче разрознило людей.
;Вот видите? Это и есть ответ на ваш вопрос, кому отдать предпочтение, кому дать преимущество над другими, как та или иная группа использует полученную возможность.
Вечерело, свежело. Ветерок нес в себе зимнюю стужу, которую еще не победила зарождающаяся весна.
; Не озябли? – спросил Алексей, – вечереет, становится холодно.
; Нет, нас это не пугает. Мы по своей природе пойкилоперменые существа.
; Чуть попроще, – попросил Алексей.
; Холоднокровные мы, да и на нашей планете не очень жарко.
; То-то я озяб, пока вел Вас ко львам.
; Ну что, будем прощаться на сегодня? – спросила Синь.
; Да, пожалуй, – ответил Алексей и посмотрел поверх пруда, где до этого наблюдал звездолет. Но небо было серое, по нему плыли размытые облака.

Синь угадала его желание и молча протянула ему рамку. Алексей взял её и уже без подсказки направил по направлению корабля. И почти точно вписал звездолет в рамку. Все также периодически из него вырывался пучок света и устремлялся за пределы рамки. Алексей повел рамку за одним из лучиков. Космолет остался за пределами рамки, но пучок, ведомый Алексеем, вскоре растворился за горизонтом неба.
; Это наши разведчики – продолжается сбор информации.
; Интересно увидеть бы.
; Конечно, интересно. Все новое и необычное всегда чрезвычайно интересно. А еще лучше, увидеть, или как у Вас говорят, пощупать своими руками. Такая возможность у Вас будет, как только Вы вольетесь в состав экипажа.
Алексей вернул рамку. Синь встала и, подав руку, сказала: – Пора и честь знать.
; Мы встретимся?
; Конечно, если этого Вы хотите.
; Когда конкретно?
; Когда Вы пожелаете.
; Мне нужно подать Вам сигнал?
; Нет, зачем. Я появлюсь, как только у Вас возникнет желание и необходимость встретиться со мною.
; Интересно, как Вы об этом узнаете? Похоже, я теперь у Вас под колпаком?
; Под колпаком? Поясните это выражение.
; Ну, это вроде как под постоянным контролем, слежка за мной.
; Алексей, не надо все понимать буквально. Вы, наверно, заметили, мы обладаем телепатией, но это вовсе не означает тотальной слежки за Вами, Вашими мыслями и поступками. Вы свободный человек, только Ваши желания, решения, могут что-либо менять, во всяком случае, в Вашей жизни.
; Ну, хорошо, Синь. Конечно, меня многое удивляет. Поневоле приходят мысли о нереальности или фантазии больного воображения.
; Успокойтесь, с головой у Вас все нормально. Я отлично понимаю Вас: неожиданно в короткий срок получить столько информации. И это далеко не все. Еще многое и многое я могу Вам поведать о Вашей Матушке-земле, хотя возраст ее навряд ли достиг возраста невесты.
; Говоря «Матушка-земля», мы имеем в виду не возраст нашей планеты. В это понятие вкладывается уважение и любовь к земле, которая является нашей кормилицей, именно на ней выращивается хлеб насущный, она приютила нас, поэтому столько любви вкладывается в эту фразу.
; Да, о любви! Тема, которой мне хотелось бы коснуться. Тема, о которой очень хотелось поговорить. Раскрыть это понятие шире, да и просто понять, что это такое. У нас есть понятие – преданность, как говорят у Вас «Лечь костьми», то есть «Бороться, не щадя своей жизни», за свободу своей планеты. Но любовь к женщине или к мужчине, противоположному полу, у Вас, землян, возвеличена до космических небес. Весь наш экипаж буквально взахлеб читает книги о любви землян. Они поражены Вашими отношениями. Мужчины идут на смерть ради любимой, заведомо зная, что их ждет смерть. Женщины ради любви, ради мужчины, бросаются в огонь, в море, со скал на камни, гибнут, но любовь – для них превыше всего. Люди совершают подвиги, и все ради любви! И тут же рядом, ради той же любви: измена, подлость, убийство, коварство. Это невероятно, не укладывается в наши понятия, в рамки нашего мышления. Где границы Вашей любви, ради которой Вы готовы на все? Наши звездолетчики читают стихи, романы землян. Не свойственное нам такое, как слезы, заливают наши лица, когда мы сопереживаем жизнь и поступки Ваших литературных героев, которые, как мы понимаем, написаны с реальных людей. Ученый совет этому феномену посвятил уже два продолжительных бурных заседания. Ни на одной из планет, населенной живыми разумными организмами, стоящей на уровне даже высокой цивилизации, мы не встретили такого. Вы, земляне, потрясли нас.
Алексей невольно почувствовал в себе растущею гордость за землян. За свою планету, за человека, людей, умеющих так любить, что цивилизации, черт возьми, девятого уровня, не может постичь их чувств. Но спросил:
; А у Вас как заключаются браки? Вот так, без любви?
; Даже не знаю, как Вам ответить, – не нашлась сразу Синь. – Пожалуй, целесообразность, необходимость, схожесть или, вернее, подбор ДНК
.; Это, наверное, скучно.
; Возможно, но другого мы не знали.
Несколько минут они молчали.
; Я Вас провожу.
; Куда?
; Да, действительно, куда? Но у нас так принято – мужчина провожает женщину.
; Ну что ж, проводите, – улыбнулась Синь Алексею. И достала все туже коробочку направила на клумбу, которая мгновенно исчезла.
- Ночи еще холодные, жалко бросать цветы на мучения, - прокомментировала Синь свой поступок.
Алексей молча кивнул.
Они медленно шли вдоль пруда, за время их беседы к диким уткам присоединился клин лебедей, прилет которых Алексей, увлеченный разговором с Синь, даже не заметил. День стремительно заканчивался. Вдоль аллеи Нижнего парка загорались круглые матовые фонари. У входа, под высоченными тополями, стояла цветочница, которая торговала подснежниками и ландышами. Алексей выбрал голубые подснежники.
; Наши первые весенние цветы после долгой зимы, – сказал он Синь, протягивая букетик. – Ощущаете запахи?
; Да.
; Первая свежесть и нежность.
; Вот с этого, наверное, и начинается большая человеческая любовь, о которой мы только что говорили.
; Возможно.
; Спасибо Вам, большое спасибо, Алексей. Но, кажется, мой троллейбус, пока, до встречи. И девушка, несколько неожиданно для Алексея, впорхнула в широкий проем. Двери закрылись, Синь помахала Алексею ладошкой через запотевшее стекло троллейбуса. Рогатая махина поскрипела и рывком дернулась в сторону Петровского спуска.
Алексей, несколько обескураженный неожиданным и несколько странным расставанием, стоял на остановке.
; Да, дела. Закрутилось в голове. Вот задача-незадача и ума не приложить. Он подошел к киоску, взял пару бутылок липецкого пива и сел в автобус, идущий в сторону его дома. «Собственно, что я хотел – проводить ее до летающей тарелки, звездолета? - Нет, решил он для себя, – надо выспаться, а потом думать на свежую голову. На сегодня все! Хватит.
; Привет, привет! И утром два привета!
; Какое утро, на дворе темень. Где так припозднился?- спросила жена.
; В зоопарке был, – ответил Алексей.
; Какая нелегкая тебя туда занесла? – Она знала, что Алексей скорее с удовольствием сходит в театр, чем в заведение, где в неволе содержат зверей.
Впервые в зоопарке Алексей побывал в далеком, далеком детстве, с мамой. Это был огромный неухоженный московский зоопарк. Конечно, было очень, даже очень интересно увидеть диковинных, заморских зверей. Но, возможно, их неуютное содержание оставило неизгладимую, больную память, эти страшные, железные клетки неволи. Тогда ему очень ярко запомнились двугорбые верблюды. Эти животные высоко и надменно держали свои головы над людьми, казалось, что даже в неволе их дух не сломлен. Конечно, Алексей не мог предвидеть, что вскоре он окажется на родине этих благородных животных и сможет наблюдать их в естественной обстановке.
Степи Казахстана, где по воле судьбы оказалась его семья: отец, мама, старшие брат и сестра и он, младшенький, а значит – любимец. Вот тогда мама и привила ему, да и остальным своим детям, любовь к природе, ко всему живому. Не убей, не искалечь, не нанеси непоправимый урон кому-либо. Не искази красоту!
Годы его детства проходили в послевоенное время. Трудно жила разоренная страна после тяжёлой четырехлетней войны. Трудная была и политическая обстановка в стране, но, по причине своего малолетства, он об этом не знал. Трудно жила их семья. И, чтобы как-то выжить, вокруг их городка, заброшенного в бескрайние степи, люди поднимали целину и разбивали огороды. Высаживался картофель, главный продукт того времени, капусту на засолку впрок, долгую холодную зиму. Вызревали даже арбузы, пусть маленькие, но вкуснющие; приноровились люди и их засаливать. И, как подарок среди лютой зимы, на Новый год ярко-красный, пусть соленый, но настоящий арбуз.
Вот в таких семейных поездках на огороды – мама, брат и сестренка – мать находила время обратить внимание детей на окружающую красоту. Будь то пурпурный закат, грозовые тучи, даже в перистых облаках находилась, по ее утверждению, своя необычайно нежная красота. И делалось это как величайшее, неповторимое открытие. Казалось, степь, да степь кругом, но смотри, как гордо и величественно идет караван верблюдов, с достоинством поглядывая с высоты своего роста на людей. Красота во всем: и в редком полевом цветке и ящерице хамелеоне. Красота повсюду, ее просто нужно увидеть, вернее, уметь видеть. И в необозримых песках Сахары, горах Тибета, джунглях Африки, дремучих лесах Сибири. Везде, во всем, есть своя, величественная красота. Спасибо, мама, за те ненавязчивые уроки любви, они не пропали зря. Остались. Все должно жить в любви и согласии. Но какая может быть любовь в клетке, в неволе, только – жалость. Может, в этом одна из причин того, что Алексей без большого восторга водил своих детей в зоопарк, расценивая эти экскурсии только как необходимость познания окружающей природы, изумительное разнообразие животного мира
; Ну и как ты там оказался, по работе? – прервала раздумья Алексея супруга.
; Да нет, с оказией. Слушай, Надюша - голубушка, а вот ты хотела бы жить вечно?
; Как вечно? – переспросила она, ошарашенная таким вопросом, – долго?
; Нет, вечно.
; Вечно? Вечно – нет.
; Почему?
; А зачем, да и долго это, надоест, наверное, а может и трудное это дело. Вечно – нет, не хотелось бы. А что это за вопрос?
; Да так, – Алексей откупорил бутылку с пивом, – будешь?
; Ну, самую малость, для скуса.
Налив один высокий стеклянный стакан до краев для себя, другой до половины, он позвал:
; Надюша, присядь. Поговорить хочу.
; Ну что?
; А вот ты хотела бы улететь на другую планету?
; Мне и здесь неплохо.

; Хм, ну, посмотреть другие планеты, другую жизнь.
; А у тебя, что знакомый звездолетчик объявился? – совершенно нейтрально, без всякой подколки, словно разговор шел о таксисте, спросила Надя.
; Ну, считай, что так, – ответил Алексей, попивая пенистое горьковатое пиво.
; Скажи, Алеша, сколько ты уже выпил?
; Нисколько. Вот, при тебе откупорил.
; Маловероятно. Ну, да ладно. На вот селедочки к пиву,– сказала супруга, подавая ему аппетитные ломтики атлантической сельди. – Да, кстати, ты звонил в редакцию?
; В редакцию – нет. А кто звонил?
; Маковецкий. Про какой-то сногсшибательный проект говорил, я его плохо поняла. Но тебе, там отводится главная роль.
; Ладно, сейчас позвоню. – Алексей допил пиво, протер руки салфеткой с логотипом какой-то новой, рекламирующей себя партии и взялся за мобильник. Иссакович отозвался сразу и заверещал своим дикторским тенором.
; Слушай, старик, что ты знаешь о Бразилии?
; О Бразилии? – спросил ошарашенный Алексей.
; Да. – Очень жестко, почти холодно, как экзаменатор, повторил свой вопрос Маковецкий о Бразилии.
; Все, что помню со школьной скамьи, плюс, что было читано о ней в художественной литературе, особенно времен конкистадоров.
; Все, достаточно, – потеплевшим голосом сказал Исаакович. Я им сразу сказал, что Бразилию ты знаешь, как свои пять пальцев. Конкретное задание получишь завтра в редакции, послезавтра вылетаешь! Твое согласие, я еще в 16-00 дал, все, точка.
Несколько очумелый от нудного гула «Боинга», Алексей с сотрудником параллельной газеты вышел на дышащий жаром бетон аэропорта «Бразилия». У выхода их уже ждали и сразу отвезли в центральный отель. Сказав, что завтра ровно в восемь приедут за ними, предложили им акклиматизироваться, адаптироваться и отдыхать.
Напарник сразу бросился на широченную, как плато, кровать, а неуемный Алексей, поставив заплечную сумку к тумбочке, пошел погулять. После ранней весны Липецка здесь было довольно душно и жарко. Поэтому, решив, что истинно бразильский кофе подождет, он зашел под громадный яркий зонт, где на столиках он увидел огромные пивные кружки. Профессиональный нюх любителя не подвел его. Объясниться с официантом не представляло трудности. Два пальца вверх и один указательный на соседний столик. По-видимому, у него хотели спросить, какого сорта пива ему принести, но, поскольку Алексей не знал ни одного, то просто махнул рукой, изобразив на лице мимику безразличия.
Принесли пиво. Он успел опорожнить первый бокал, когда к его столику подсела девушка, правда, не без его разрешения. Мулатка или метиска – Алексей определить не мог, для этого, думается, тоже нужно иметь хоть какой-нибудь опыт, для чего, безусловно, нужно пожить среди них. Симпатичная, высокая, стройная и очень на кого-то похожая. Ее смуглая кожа хорошо гармонировала с ярким солнечным днем, да и Алексею стало приятно, вроде как не один за столом, с девушкой.
; Я думаю, Алексей, что за эти три дня, что Вы будете здесь, сможем встретиться с Вами дважды.
Алексей наверняка бы поперхнулся, если бы в это время пил пиво. К его счастью, черное, как деготь, густое и чуть сладковатое пиво во втором бокале ждало, когда осядет выпитый им первый бокал.
; А-а-а-а, Синь?
; Да, Синь, я же сказала, что мы обязательно встретимся, когда Вы пожелаете.
Честно говоря, во время длинного, утомительного перелета он дремал и размышлял о пришельцах. Интересно, вот если бы у него с собой была бы такая рамка, как есть у Синь, он, глядя в иллюминатор, наверняка увидел бы мчащихся над океаном разведчиков-инопланетян. Пусть несколько хаотично, но мысли крутились вокруг этой темы. Возникало много вопросов, на которые могла ответить только Синь. С женой он так и не обговорил предложение необычной знакомой, да и нужно ли было?
К их столику подошел плотный, смуглый, но с европейскими чертами лица, мужчина.
; Знакомьтесь, – представила их друг другу Синь. Как оказалось, Хуан – представитель департамента Бразилии по вопросам экологии. Ну, прямо по пословице, на ловца и зверь бежит. Хуан охотно рассказывал о проблемах охраны природы, которые, в общем-то, мало, чем отличались от проблем других стран; о стараниях сохранить редких животных в вечнозеленых лесах Бразилии, рыбы в Амазонке и в ее многочисленных притоках. О попустительстве правительства к браконьерству. О коррупции чиновников. О трудном положении местного населения. Сам он по происхождению метис, в его крови смешана и кровь португальцев, и местных индейцев, есть в нем кровь и английских пиратов. Но сам Хуан был добродушный, с живинкой, не без юмора, человек, женат на китаянке и имел много детей. Зарплата бразильских чиновников невелика, но спасает предприимчивая супруга, которая имеет несколько ресторанчиков, куда он с удовольствием пригласил и своего нового знакомого, русского Алексея. О русских он знает. В Бразилии живут выходцы из России, и со времен большой последней войны, что была в Европе и той, которая была в самой России еще в начале прошлого века. Русские – хорошие люди, если будет время, он обязательно организует встречу с ними. Мужчины во время разговора пили пиво, но не черное, которое заказывал Алексей, а светлое, тоже своеобразно вкусное. Алексей и сам не заметил, как достал блокнот. Скорей всего по привычке исписал, с молчаливого согласия Хуана, больше половины блокнота своим, непонятным для других, а иногда и для себя, неразборчивым, размашистым почерком. Светлое пиво оказалось действенным, постепенно от проблем экологии перешли к анекдотам, которые в чем-то даже схожи с русскими.
Вскоре почти к самому зонтику подъехала машина, из которой окликнули Хуана. Он помахал им рукой, что видит и сейчас подойдет. Выложив несколько банкнот крузадо, он сказал, что все: и сок, который пила Синь, и пиво, и закуска к нему, оплачено. До встречи, которая произойдет на днях, где Алексей сможет познакомиться и с его очаровательной толстушкой Чан, и с милыми их детишками, и с русскими, как я понял, первой волны революционной эмиграции, и второй мировой войны. Он подхватил под руку Синь, которая почти не принимала участия в разговоре, но заинтересованно слушала, лишь изредка задавая вопросы Хуану.
– Пока, – помахал Хуан Алексею рукой, и они устремились к машине.
Площадь Свободы, на которой находились отель и кафе, была огромной, но брать такси не было смысла, и Алексей, не спеша, пошел в отель, минут через десять был в своем номере. Принял душ и рухнул спать. Светлое пиво оказалось хмельнее.
Несмотря на разницу в поясном времени, проснулся Алексей как всегда, в шесть утра. Стеклянная стена спальни была залита утренним светом. Голова, к удивлению Алексея, не гудела от выпитого, но хотелось, даже очень, есть. Заказав завтрак, он вспомнил про блокнот. Разбухший, слегка подмоченный пивом, он был заполнен его записями. «Да, интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд» – вспомнилась поговорка отца. Встреча с Синь, Хуаном. Исписанный блокнот. Если все сказанное Хуаном считать за сто процентов, то здесь материала на три заказанных статьи. Он еще раз пробежал по записям, на последнюю страничку вынес возникшие вопросы, нужно уточнить некоторые цифры, но это можно сделать сегодня, на намеченной встрече с министром Бразилии. Дело в шляпе, остальные дни можно посвятить осмотру самой Бразилии. Спасибо Хуану, кстати, а как мы разговаривали, на каком языке? Я в испанском ни в зуб ногой, а Хуан дальше своей Бразилии не был, так что русский он наверняка не знает. Да, действительно, удивительно. Чудеса, да и только. И все-таки, пришел к выводу Алексей, без участия Синь здесь не обошлось.
То, что в самолете рядом с ним оказалась девушка, скорее всего американка, Алексея даже обрадовало. Его попутчик изрядно ему поднадоел, достал-таки своей непрерывной болтовней. Пустомеля, даже в шахматы не играет. Несет всякую чушь, всем и всегда не доволен. Вот и на этот раз, перед посадкой довел его до кипения – почему ему лететь во втором салоне, да какая разница! Ну, подумаешь, Алексей на несколько секунд окажется в Париже раньше его. Поэтому Алексей с особым удовольствием удобненько устроился в кресле около иллюминатора, что заранее обговаривалось при покупке билета. Но кассир понял его, лишь после того, когда он догадался на рекламном буклете нарисовать самолет, с кружочками. После чего усердно тыкал авторучкой в один из нарисованных иллюминаторов. Пока, наконец, не услышал - Ол райт! Еще раз, взглянув на американку, он невольно отметил, что она похожа на одну его знакомую, но вспомнить, на кого, не мог.
Все прояснилось, когда самолет набрал скорость и высоту. Ему очень хотелось не пропустить линию разреза воды и суши, и он буквально прилип к стеклу. Снова пришла мысль о рамке и вдруг сидящая рядом девушка подала ему ее.
; Синь! Невероятно!
; Но Вы же желаете посмотреть?
; Да, благодарю.
; Над просторами океана на разных высотах и летящих в разных направлениях Алексей насчитал пять инопланетных разведчиков.
Выбрав одного из них, он сосредоточил на нем все свое внимание. «Эх, – подумал Алексей, – мелковато, покрупней бы. Маленькая тонкая игла, словно послушав Алексея, укрупнилась, стал различим фонарь, сквозь прозрачный колпак виден пилот.
Между глазами Алексея и рамкой мелькнула маленькая ладошка Синь, на секунду задержалась и исчезла. Алексей оглянулся на Синь, но слева от него сидел негр-пилот и радушно улыбался ему, словно приветствуя незваного гостя на своем корабле. Его обе руки лежали на приборной доске, на которой были расположены с десяток разнообразных по форме экранов, по ним с разной скоростью и цветом бежали изгибы осциллографа. На дисплеях непрерывно мигали разноцветные точки, иногда сливались в один клубок или закручивались в спираль. Все это происходило с разной скоростью и создавало этакую новогоднюю праздничность. Перед пилотом и Алексеем был необозримый простор, но, если прижаться к борту корпуса летательного аппарата и заглянуть как бы за борт, можно увидеть темно-синюю волнующую поверхность океана.
; Мда, ну, Синь, ну дает. – То, что это ее проделки, Алексей даже не сомневался, – ну-ну, посмотрим, что будет дальше, – решил он, поудобнее устраиваясь в кресле.
; Аш.
; Что?
; Аш, говорю, давайте знакомиться. Вас Алексеем зовут, я знаю, мне про Вас Синь говорила. Ну, что, выше или ниже будем лететь?
; Ниже, – сразу не задумываясь, ответил Алексей, он почему-то не захотелось подниматься еще выше. Разведчик совершено неощутимо для тела, довольно резко пошел на снижение.
Негр, явно выходец с юго-востока Африки, сразу понравился Алексею. Лицо крупное, выразительные черты лица, сочные большие губы, как русские вареники, а главное – улыбка, которая не сходила с его лица, обнажая жемчуг его зубов. Смех его был заразительный, доброжелательный и долгий. Да, во всей его огромной фигуре чувствовалась уверенность и надежность, которая сразу располагала к себе.
Алексей первые несколько минут все оглядывал, знакомясь с новой обстановкой своего пребывания, но вскоре окончательно успокоился и сосредоточился на мысли, как управляется этот летательный аппарат. Нет привычной водительской баранки, то бишь руля, нет и самолетного штурвала, хоть бы на всякий случай, пары рычагов.
Руки пилота лежали на панели. Левой он иногда прикасался к цветным квадратикам или кружочкам. «Сенсорные кнопки», – решил про себя Алексей. Правая рука постоянно лежала на панели, верней была вдета в рукавицу. Наверно, это и есть центр управления.
Видя, что Алексей окончательно успокоился, Аш с радостной улыбкой счастливого человека спросил:
; Нравится?
; Очень!
; Мне тоже нравится. Нырнем? – неожиданно, вроде как не в тему начинающегося разговора спросил Аш.
; Это как, под воду? – Алексей думал, что Аш сейчас ему все расскажет, толково объяснит, какая перспектива ждет его. Но Аш был, видно, из горячих парней, сказано-сделано.
; Сейчас покажу.
Аппарат весьма резко накренился вниз, это хорошо было видно по сместившейся линии горизонта. Небо над головой превратилось в узенькую полоску, а океан заполнил весь экран перед Алексеем. Алексей поневоле сжался в комок, хотел было ухватиться за подлокотники, но устыдился пилота и для чего-то начал доставать из внутреннего кармана записную книжку.
Но вошли они в океан, как игла в ягодицу. Вначале за фонарем ракеты было сплошное мелькание, вскоре Аш, по-видимому, сбросил скорость до минимума, косяки рыб пересекали им путь, плыли рядом, не обращая на них никакого внимания. Порой их «Наутилус» оказывался в плотном косяке атлантической сельди. По мере их погружения становилось все сумрачнее, неожиданно пространство вокруг субмарины осветилось, и в окружности трехсот метров хорошо просматривалась подводная жизнь океана. Весьма ощутимо чувствовалось, что их погружение продолжается. Но насколько, определить Алексей не мог, хотя наверняка были приборы, которые фиксировали глубину, но понять что-либо в них Алексею было не под силу.
; Тысяча метров, – подсказал, Аш, – внизу еще пять тысяч. Нырнем на донышко?
; Ага, – только и мог вымолвить Алексей. Потом сложил ладони, как будто в его руках был небольшой кокос и, глядя на Аш, резко сжал их в кулаки. Аш настолько заразительно, добродушно рассмеялся, что Алексей даже обидеться на него не смог.
; Нет! Исключено! – И левой рукой показал жест, который читался однозначно: ну что, клюнем глубже? Что оставалось делать Алексею, только кивнуть головой, уповая на крепость и мощность брони, да на чудо техники девятого уровня. Панель перед ним накренилась, так что невольно он всем корпусом почти навис над ней. По тому, как быстро на экране мелькала морская живность, он мог только предположить с какой скоростью идет погружение. Вскоре их подводное чудо приняло горизонтальное положение.
; Шесть тысяч триста сорок метров, – сказал ему Аш, тоже, как и Алексей, с интересом осматривая ландшафт. Они шли по подводному каньону, и слева, и справа скалы были покрыты дремучими морскими лесами. Они постоянно шевелились от подводного течения, из гущи подводных зарослей выплывали страшные, большие морские чудища из которых Алексей вплотную знал только кальмаров, и то в масле в стограммовой расфасовке. Насчет рыбы его познания простирались гораздо глубже: жареная, пареная, соленая, сушеная, селедка в «шубе», или обобщающее блюдо – рыбные котлеты. Селедочка к водочке хороша, сушеная вобла к пиву. Гурманом он себя не считал, но в закуске разбирался. Да и то ладно. Вскоре на одной из террас подводного излома они увидели парусное судно, лежащее на правом борту. Скорей всего это был военный парусник, судя по количеству мачт – фрегат. Вблизи хорошо просматривались орудия, огромная рваная пробоина на левом борту подсказывала, что, возможно, снаряд противника или пожар достиг порохового погреба и решил участь корабля. Сломанные мачты были переплетены морскими лианами. Названия корабля прочесть не удалось, но фантазия Алексея разыграла целую морскую баталию, закончившуюся неожиданной гибелью морского красавца. И вот поверженный гроза морей покидает морскую поверхность океана и, медленно кружась, как тополиное семя, ложится на дно, найдя на нем вечный покой, храня под толщей воды тайну своих похождений. Но он оказался не единственным на пути их продвижения, да этого и следовало ожидать.
На вопрос, где они хотя бы примерно находятся, Аш зажег прямо перед Алексеем огромный экран, на котором возник глобус. Обычный школьный географический глобус Земли, расчерченный меридианами и параллелями, жирной чертой обозначался экватор.
; Вот здесь, – на глобусе замигала ярко-зеленная точка. Как раз напротив Гвинейского залива. Вдоль Африки пролегал многовековой морской путь за пряностями в сказочную Индию, почти все кругосветные путешествия традиционно придерживались берегов Африки. Это была весьма оживленная трасса, манившая к себе пиратов всех мастей. «Эх», – подумал Алексей, – «надо бы внутрь корабля заглянуть». – Да, силен русский мужик задним умом! А вслух спросил Аша:
; А куда мы идем?
; Насколько я знаю, Ваш лайнер летит в Европу.
; Да.
; Значит и мы туда.
; Не опоздаем?
; Ну что Вы, еще ждать придется.
Алексей действительно потерял ощущение времени, но чувства беспокойства не возникало. Он полностью доверился Синь, а теперь Аш. Алексей не сидел как раньше, в напряжении вглядываясь в глубь океана, а, удобно устроившись в кресле, с удовольствием обозревал природу океана, окрестности, проплывающие вокруг него. Иногда, чтобы его позабавить, Аш выключал свет, и они двигались в кромешной тьме, не считая того, что за бортом светились фосфорицирующие рыбы, морские звезды и еще Бог знает какие моллюски. Как оказалось, глядя себе под ноги, можно видеть дно океана, не то это был прозрачный фонарь, который открывал Аш, а может, это был экран дисплея, на котором отображалось все, что, снимали установленные на днище подлодки камеры. Скорей всего так и было, потому что, даже поворачиваясь на все сто восемьдесят градусов, Алексей мог корабля. Порой Аш включал прожектор, который светил пучком диаметром метра полтора, и тогда казалось, что они идут по туннелю. Просматривался такой туннель в даль метров на тысячу. Затонувших кораблей попадалось немало: деревянные парусники, железные пароходы. Все развитие мореплавания можно было изучать в этом необычном музее трагической действительности. Один из таких кораблей крайне заинтересовал Алексея. По оснастке, количеству мачт, тонкому длинному корпусу в нем угадывался клипер, быстроходный красавец, скорость которого могла быть от восемнадцати, до двадцати двух узлов. Корабль, опустившись на дно, оказался зажатым среди скал, поэтому его палуба была почти в горизонтальном положении. Такое впечатление, вот-вот раздастся команда капитана, свисток боцмана, и по вантам взбегут моряки, с рей упадут паруса и, поймав ветер, клипер помчится дальше в поисках приключений, золота и любви. «Вот бы заглянуть внутрь», – подумал Алексей. На носу их субмарины зажегся желтый луч и уперся в капитанскую рубку, заскользил вниз до самого грунта и погас. Вдруг корабль покачнулся, Алексей невольно вздрогнул от такого наваждения, даже хотел, было перекреститься на всякий случай. Но корабль тихо и плавно раскололся на две неравные части, корма, оторвавшись, осела, завалившись на бок, взметнув, словно пыль, донные осадки. Из чрева корабля вывалился огромный, почти квадратный, стол. Большая крышка, сработала как крыло, верней как парашют, стол, медленно колеблясь, словно привязанный на ниточке, опустился недалеко от корабля на все четыре резные ножки. «Уф», – выдохнул Алексей, – вот и стол поминальный, можно накрывать», – почему-то мелькнула печальная мысль. «Нет», – поправился Алексей, – «стол будет накрыт в честь победы еще одного морского сражения». Аш подвел своего разведчика поближе и высветил пространство, из которого появился стол. Судя по описанию в книгах про пиратов, которые довелось прочитать Алексею, перед ними была довольно просторная кают-компания. У одной из стен стоял огромный шкаф, за стеклами которого от яркого света смутно, от донной мути поблескивали кубки. На стенах каюты висели пистоли, сабли, шпаги. На полу валялись в беспорядке табуреты с гнутыми ножками, в углу стоял опоясанный железом сундук. Но главное, сундук был открыт.
«Наверняка пуст», – решил Алексей.
; Сейчас проверим, – вмешался в его размышления Аш.
«По-видимому, этот малый не менее меня любопытен, тогда с ним действительно интересно», – решил он.
; Как же мы это проверим?
; В пять секунд, так у вас говорят, когда хотят сказать, что все будет сделано быстро.
; Да, так.
От разведчика отделилась торпеда и пошла по направлению к кают-компании. Подплыв к сундуку, она словно заглянула в него: сверху лежал слой океанской взвеси или, как бы сказали музейные работники, пыль веков. Из торпеды выскользнул рычаг. Изогнувшись, словно рука, он опустился внутрь сундука и через секунду выгреб из него ожерелья, украшения, некоторые из них срывались и снова падали в сундук.
; Неужели Аш все это оставит, неужели нет возможности это взять? – подумал Алексей.
; Почему нет возможности. Есть возможность. – У их потрошителя вырос другой рычаг, но в виде раструба. Аш запустил его внутрь, на экране было видно, как уменьшается количество содержимого, несколько раз Алексей наблюдал, как этот раструб, словно удав, становился толстым, видно проглатывал что-то крупное. По-видимому, на первом рычаге находился прожектор и объектив, было видно, что не все еще было поглощено торпедой, а раструб убрался. Развернувшись, торпеда стремительно рванулась к разведчику.
Аш, повернувшись к Алексею, спросил, хватит или еще раз пошлем. Алексей больше любопытный, чем жадный, махнул рукой.
; Хорош, а то опоздаем.
Их подлодка, довольно резво задрав нос, устремилась к поверхности океана. Алексей, откинувшись на спинку кресла, с тревогой размышлял: «Им что, кессонова болезнь незнакома? Эдакая прыть к хорошему не приведет».
; Уважаемый, – загремел Аш, – нам нечего бояться перепада давления, оно у нас не менялось. Все продумано.
; Да, уж. Думаю, что продумано, – буркнул в ответ Алексей, как-никак девятый уровень. Алексей не нашелся, что сказать и промолчал. Эх, надо было засечь время. Над головой вскоре стало почти прозрачно. Алексею даже показалось, что над ними движется силуэт огромного корабля, и не ошибся. Когда они вышли из водной массы океана, он оглянулся и увидел большое судно, идущее перпендикулярно их курсу. А если бы не промазали, что, интересно, произошло бы. Мы вдребезги, корабль – в подводный музей, дополнять коллекцию морской трагедии.
; Нет, ничего не произошло б, – прервал его размышления Аш, – во-первых, такого быть не может. Наша навигационная служба, локаторы настолько чувствительны, что ощущают пылинку в космосе, но если бы мы вошли в корпус судна и прошили бы его, то не причинили б ни ему, ни себе никаких повреждений. Так мы можем пройти сквозь огромное животное – кита, например. Он бы нас просто не почувствовал и плыл бы дальше своей дорогой. Если будет еще погружение, то обязательно продемонстрирую.
; Фантастика, просто не верится!
; Ну, почему же. Вам, землянам уже знакомо понятие виртуальности?
; Да.
; Вот в такие моменты мы оказываемся в виртуальности.
; Что, и я тоже?
; Да, и Вы тоже.
; Ну, врет, как Троцкий. – Подумал Алексей.
; Ладно, доказывать очень трудно.
; Ну, конечно, – начал заводиться Алексей, – третий и девятый уровень. Есть, конечно, разница.
; Не заводитесь, лучше полюбуйтесь.
В проходе между креслами, из трюма, теперь и не знаю чего, подводного корабля или на сей момент летательного аппарата, поднялся прозрачный короб, в котором лежали уже отмытые, протертые невидимыми трюмными помощниками драгоценности. Так и хотелось, как в пиратских фильмах, запустить туда руки и ощутить эти бриллианты, жемчуг, золото телесно. Алексей просто смотрел на все это богатство. В глазах блестело, сверкало, рябило от всего этого изобилия. Брошки, кулоны, колье, цепочки самых разных размеров; лежали и два золотых кубка, которыми давился раструб, когда перекачивал содержимое сундука в свою утробу. Но привлекло его внимание колье, усыпанное жемчугом, а по смещенному вниз центру находился большой голубоватый, почти прозрачный, камень. На вес колье было весьма ощутимо, и сделано очень искусно. Вот бы Надежде для выступления на концертах, где она, как правило, была солисткой довольно большого, человек на восемьдесят, хора. Все ее подруги от зависти попадали б.
; Нравится? – спросил Аш.
; Да, – ответил Алексей.
; Возьмите себе.
; Себе? А сколько оно стоит, Аш, знаете?
; Нет, не знаю, да и неважно, нравится – возьмите.
Еще несколько минут Алексей рассматривал золотые завитушки оправы, грани самого камня, но, вздохнув, положил колье на место.
; Вообще-то ценится полный гарнитур, – сказал Алексей.
; Это как?
; Само колье, висюльки на уши, серьги. Браслеты на руки. Кольцо на палец или перстень и, кажется, пояс, дабы талию подчеркнуть.
; Наверное, недурно смотрится, – согласился Аш и отложил колье на приборную доску. Короб мгновенно исчез и на его месте появился другой. Сверху на небольшом подносе лежал одна серьга и кольцо.
; Вот, кажется, из этой серии. Остальное осталось там, не изъято нами, поспешили. Вернемся? – предложил Аш.
; Зачем?
; Ну, что ж Вы неполный комплект будете жене дарить?
; Да не буду я ей ничего дарить: во-первых, пересекая границу, я должен занести все это в декларацию, во-вторых, заплатить пошлину. Судя по монетам, которые датированы серединой семнадцатого века, это все – музейная редкость и цены ей нет. Я должен буду объяснить, откуда у меня эти редкие ценности. Если расскажу правду про инопланетян, про наши сегодняшние похождения, при этом буду настаивать на этом, то меня ожидает «психушка». Нет, большое спасибо. Не буду брать, – уже твердо сказал Алексей, – а вот снимок хотелось бы иметь.
; Нет проблем. – Аш переложил драгоценности на отдельную доску. Почти мгновенно из прорези в щитке приборной доски вышли снимки. Общий кадр, более крупно и по отдельности каждое украшение, на которых хорошо просматривалась вязь узоров.
;Вот благодарю, покажу друзьям, а может, и ювелирам. А где глобус? – Глобус сразу появился, и на нем загорелась точка их местонахождения. Это примерно перед Пиренейским полуостровом. – Где-то здесь когда-то находился материк, ушедший под воду.
; А точнее?
; Гибралтарский пролив можно взять за ориентир и – к американскому материку, но точнее не скажу. Все это предположения и домыслы ученых да фантазии литераторов.
; Да, что-то я вспоминаю. На одном из научных советов шел об этом разговор. Пожалуй, это прямо под нами. Сейчас будем там. Их разведчик так резко пошел на снижение, что у Алексея засосало под ложечкой, что называется, душа ушла в пятки. Так же, как и в прошлый раз, стремительно вошли в океан и достигли предельной глубины. Аш, по-видимому, уточнял у своих возможное место затонувшего материка, был сосредоточен и не общался с Алексеем. Их субмарина несколько раз меняла направление хода. И вдруг перед ними возникли громадные колонны. Их было много. Лежащие на дне, наклоненные, как Пизанская башня, были, но редко, и вертикально стоящие. Повсюду валялись огромные блоки, по-видимому, из них возводились храмы или жилые постройки атлантов. Чувствовалось, Аш, что-то ищет. Их подводное чудо остановилось, зависло над дном и сделало полный оборот вокруг своей оси. Вернулось градусов на тридцать назад. Аш включил прожектор, и стремительно, это чувствовалось по той тяжести, с которой Алексея прижало в кресле, их подводный корабль рванулся по световому туннелю. Вскоре скорость была сброшена, и их разведчик, скорей по инерции, двигался вперед, но вскоре остановился перед стеной огромного храма, может, даже самого главного. Прожектор обшарил его. Сооружение напоминало усеченные пирамиды ацтеков северной Америки. Аш спокойно повел свой послушный подводный корабль вдоль стен. Стены украшали скульптурные композиции, обросшие тиной, водными растениями, которые постоянно шевелились. Создавалось впечатление зыбкости этого храма, готового рухнуть в любой момент. Как оказалось, Аш искал вход, и за вторым поворотом они действительно нашли высокий проем. Черный зев проема пугал и манил одновременно.
; Ну что, заглянем внутрь? – Спросил пилот. Невольно вспомнился разговор про виртуальность. «Чушь это все, наверное» – подумал Алексей, но спохватился, помня о телепатических возможностях незваного гостя с другой планеты. Да, трудно жить с ними, да и им между собой, наверное, тоже. Только подумаешь залезть в чужой карман утащить кошелек, а тебя – хвать за руку. На этот раз Аш не вмешивался в рассуждения своего пассажира, видно, был занят своими проблемами.
От их подлодки вновь отделился аппарат, может, все та же торпеда или другая, кто знает, сколько их на корабле, а может, они моделируются тут же, по необходимости. Аппарат начал входить в проем храма, запоздало, как показалось Алексею, вспыхнул прожектор и начал шарить по огромному залу. Аш, видно, принял решение обойти храм по внутреннему периметру. На лобовом стекле возникло два монитора, на одном можно было наблюдать левую стену, на втором, – видеть, что их ждет впереди. Вид с носа торпеды просматривался плохо, из-за большого пространства зала и множества колонн, стоящих вертикально. Левая сторона просматривалась хорошо, даже очень. Вдоль стены, как длиннющая скамейка, тянулся выступ, на котором сохранились большие скульптуры, а еще в большем количестве они валялись на полу храма, многие – частично разбитые, кто это были, боги или сами атланты, решить было трудно. Вскоре аппарат достиг внутреннего угла и, повернув направо, продолжил свое плавание. Так он достиг высоких ступенек, поднимаясь по ним, разведчик обнаружил пьедестал, но он был пуст. Аш развернул разведчика в глубину зала и начал прожектором просматривать пол, на котором лежали глыбы некогда большой скульптуры. Похоже, Аш твердо знал, что он ищет. Алексей не мешал, не отвлекал его, да, сам был увлечен лицезрением храма и его обитателей: все те же кальмары. Один из них хотел было познакомиться с нашим разведчиком поближе, но был откинут неведомой силой и убрался восвояси. Было много всякой рыбы, иных необычных морских чудищ. Наконец Аш нашел то, что ему было нужно. Аппарат опустился ближе ко дну, или верней, к полу. По-видимому, был включен мощный насос, который водой в воде смывал вековой осадок, поднялось туманное облако, что-либо рассмотреть было невозможно. На экранах была сплошная серость. А по всему полю экранов стали двигаться контуры красного цвета.
; Кальмаров растревожили, – пояснил Аш. – Это они в живых лучах так выглядят. – Поднятая муть оседала медленно. Можно было расслабиться.
; Что вы знаете об Атлантиде? – Спросил Аш.
; В основном, домыслы и догадки ученых, фантазии неугомонных литераторов. Существование Атлантиды научно не обосновано и практически не доказано. Эта цивилизация была очень далеко от нас, есть предположения, что после нее были другие исчезнувшие цивилизации. И только потом появилась наша, сегодняшняя. Но и ее зарождение покрыто мраком тайны. Многое мы просто еще не знаем, а может, и вообще не узнаем.
; А почему погибла Атлантида?
; Как мне кажется, они достигли больших высот в своем развитии, но возгордились собой и стали ставить себя выше Богов. За что и были ими наказаны. За гордыню. Мне их жалко.
; Но теперь-то Вы сами верите в существование Атлантиды?
; Ну, против фактов, которые видишь воочию, трудно устоять.
; В этом прелесть путешествий, открытий, новизна. Необычные явления, которые хочется, а порой необходимо понять, а порой и разгадать.
; Таких случаев в Вашем долгом путешествии по галактикам было немало.
; Да, в принципе, каждая планета загадка, в каждой своя особенность. Не поняв ее, просто невозможно вступить в контакт.
И, мы встречали планеты, где жизнь разумных существ была уничтожена полностью. Иногда это делают сами разумные существа, достигшие весьма высокого уровня цивилизации. Если самоуничтожения не происходит, тогда планета сама сбрасывает с себя угнетающую ее, приносящую ей боль цивилизацию в надежде на то, что следующая будет более разумно относиться к себе и к самой планете.
; Значит, бесконечный космос – живой организм, и населен разумными существами.
; Да, сам по себе космос – живой организм, но полная гармония наступает тогда, когда, прежде всего, разумные существа и планета живут в согласии. Когда становится нормой бескорыстное сотрудничество живых существ с планетой, да и со всей солнечной системой.
; И когда это происходит?
; На определенном уровне.
; И какой это уровень?
; Как правило, хотя могут быть исключения, шестой, седьмой. Когда приходит осознание своего существования как предназначения и на планете, и во вселенной.
; Да, нам еще далеко до седьмого уровня. Как долго длятся временной отрезок каждого уровня?
; Трудно прогнозировать. В одном случае, чтобы подняться на следующий уровень, могут понадобиться тысячелетия, но есть примеры резких скачков в сотни лет. Как правило, чем выше ступень развития, тем быстрее происходит прорыв в следующий уровень.
; Хорошо. – Алексей вошел в роль, их разговор стал похожим на интервью, и это делало Алексея более раскрепощенным в вопросах. – Вот меня давно подмывает желание спросить, как внешне выглядите Вы. И есть ли где-то в точности подобие нам, землянам.
; Я могу рассказать Вам о планете, на которой живут точно такие, как Вы биологические существа. Один к одному, я говорю о той оболочке, в которой находится Ваше тело.
Заинтригованный Алексей даже напрягся от услышанного ; Ну -ну, – поторопил он Аша.
; Когда мы подошли к Вашей планете, и первые наши разведчики передали изображение, мы были в шоке. Было такое впечатление, что мы заблудились и вновь оказались на той же планете, которую, по вашем временным меркам, оставили пятьдесят лет тому назад. Такой сногсшибательный рывок, города, средства передвижения, одежда, в конце концов. Все это нас так ошарашило, что наши навигаторы бросились просматривать звездные карты, сверять правильность расчетов.
; Подождите, подождите, а на той планете люди что, голые ходили?
; В том-то и дело. Они нас поразили совершенством своего тела, их руки приспособлены выполнять самую тонкую работу. А что касается одежды, лучше, как Вы говорите, один раз увидеть, чем сто раз услышать. Как это делается, техническую сторону объяснять долго, а выглядеть это будет так. Я вспомню фрагменты своего пребывания на планете, а они проиллюстрируются на экране. Хорошо?
; Да, лучше и быть не может. Вроде посмотрим видеозапись.
Аш откинулся на спинку кресла, его взгляд был направлен на появившийся никелированный шар, который непрерывно вращался то слева направо, то наоборот. Рядом на экране мелькали не совсем понятные кадры космоса, летящие метеориты. Потом Алексей увидел помещение, в сотни раз большее, чем их субмарина. Громадный пульт управления, у которого стояли сооружения, похожие на кресла. Огромное окно, а возможно, экран дисплея, на котором росла, все, увеличиваясь в размерах, планета. Видно, звёздолет заходил на орбиту, которая позволила бы держаться вблизи планеты. Такая траектория вскоре была найдена, стали видны облака под ними зеленые материки, голубые океаны.
Вскоре на экране возникли уходящие по направлению к планете три точки.
; Ракеты-разведчики, моя слева, первый вылет на эту планету, – прокомментировал Аш. – В нем всегда есть доля риска и новизны. В каждой ракете только один пилот, между разведчиками и звездолетом постоянная аудио-, видео- и техническая связь. На пульте управления звездолета находится группа поддержки из корифеев науки самых различных направлений. Все наши наблюдения мгновенно регистрируются, анализируются, делаются определенные выводы, даются решения этого совета. Перед нами ставилась задача – сделать несколько облетов, по разным орбитам вокруг планеты, чтоб иметь общее представление о ней. На экране хорошо просматривались зеленые материки, как позже выяснилось, с субтропическими лесами. Голубые нити рек, синие океаны, моря. Как таковых, северных и южных полюсов холода не наблюдалось.
; Для нас оказалась полной неожиданностью особенность этой планеты: она не имела устойчивой оси вращения. Было такое впечатление, что она вращается хаотично. Представьте себе крученый волейбольный мяч, – комментировал Аш. А здесь мы наблюдали бросок, в котором мяч вращался сразу в нескольких направлениях и, таким образом, планета равномерно подставляла свои бока солнцу.
Третий виток был самый продолжительный, ракета шла на минимальной скорости и высоте, с которой можно было наблюдать животный мир планеты. По большому широкому лугу группа совершено обнаженных людей бежала за огромным животным. Длиннющая сороконожка, как окрестил ее сразу Алексей, пыталась убежать, люди бросали камни, подручные средства, отбегали, чтобы найти новые орудия охоты, и продолжали свою атаку. Иногда сороконожка бросалась в сторону прямо на людей, после её броска на земле оставались лежать покалеченные охотники. Чем закончилась эта охота, Алексей не увидал, разведчик пролетел над полями, лесами и вышел на океанские просторы, Вскоре Аш погрузил свой разведчик в океанские пучины. Алексей даже обрадовался, когда увидел, что океан населен. Медленно передвигались огромные морские животные, своей формой напоминающие земных выдр, тюленей, дельфинов. В большой массе мелькали и мелкие рыбы, и в одиночку, и огромными косяками. В океане оказалось много всякой разной живности. Вынырнув, Аш направил своего разведчика к звездолету.
; Смотри, встревожено вскрикнул Алексей – на экране было видно, как к разведчику идут три точки.
Не ПВО ли это, противовоздушная оборона? Вот тебе и голые люди.
; Нет, это идут капсулы-разведчики с забором грунта, воды из озер и флоры планеты. На этом наш первый вылет был закончен. Следов большой цивилизации не наблюдалось: городов, заводов, дорог. Несколько дней шла работа с собранным материалом, после чего вновь начались наши полеты на планету. Вот один из них.
Аш исключил повторы: сборы, вылет из звездолета. Показ начался сразу с того, что на берегу быстрой речки стояли обнаженные люди, были слышны их крики, которыми они сопровождали рыбную ловлю. Внешне они напоминали европейцев – светлые лица, светлая кожа. И если бы не их нагота, можно было бы подумать, что все это происходит на Земле. Ловкие мужчины и женщины, почти вплотную стоящие по колено, а то и выше, в воде, перекрыли речку и руками ловили рыбу, идущую на нерест с низовья реки. Этим и воспользовалось племя. Довольно крупная рыба выбрасывалась на берег, где она подхватывалась, и сломанной веткой, а то прямо зубами вспарывалось брюхо, удалялись внутренности, и рыба бросалась в кучу. Подготовленную таким образом рыбу брали другие участники рыбалки и развешивали ее по веткам деревьев и кустов. В этой коллективной заготовке продуктов участвовала и четвертая группа, которая была занята охраной улова. Они отпугивали крупных и наглых птиц, которые пытались обворовать удачливую артель. Их броски камнями или палками иногда достигали цели. Птица размерами с индюка падала под одобрительные крики присутствующих. Видно, этот вид птицы был не просто съедобен, а даже очень. С ней поступали так же, как с рыбой, но, разорвав ее, тут же съедали. Особый восторг вызывали деликатесы: печень, сердце, почки. Делились и с рыбаками, которым передавались куски мяса по цепочке.
Вполне разумные отношения между членами артели, решил про себя Алексей. Ну, подумаешь, голые, есть же у нас на земле такие чудаки. Себя называют нудистами. Выбирают необитаемый остров, заповедные, безлюдные места, где они дружно обнажаются в свое удовольствие, не мешая другим. Готовят они пищу, играют в волейбол, шахматы, все, как нормальные люди, только голые. Ну, подумаешь, у людей легкий шиз, одну фазу заклинило. И всего-то. Вот и они тоже.
Теперь Алексей мог наблюдать их почти вплотную, было такое впечатление, что Аш приблизился к ним на расстояние вытянутой руки.
; Аш, а как Вы смогли так близко снимать, и как они отнеслись к Вашему появлению?
; Я вообще не снимал. Вы думаете, что это снято на видеокамеру?
; Ну да.
; Нет. Это мои воспоминания об этой поездке. На экране идет изображение, которое отложилось в моей памяти, то, что видел собственными глазами.
; Но, позвольте, а как они отнеслись к вашему появлению?
; А никак. Они меня не видели.
; Это как же так – в такой близи.
; Я уже говорил Вам про виртуальность. Виртуальность – это состояние, в котором я в тот момент находился. Сейчас Вы увидите интересный момент.

 

 

 

 

0000000000000000

 


Кроме этой забавы тела, у «нудистов», как окрестил их Алексей, была еще одна потребность – потребность в еде. Добывание пищи занимало много времени и сил. Они были далеко не вегетарианцами, хотя на деревьях в большом разнообразии и количестве росли плоды, наверняка были среди них и съедобные. Использовали в пищу и корнеплоды, которые выкапывали руками, палками, вырывали за верхушки растений; некоторые стебли так же шли в пищу. Что не съедалось на месте, сносилось на место стоянки, ночлега. Они не знали жилищ, спали, где застанет ночь или желание поспать. Видно, на планете царила вечная климатическая благодать.
Их вылазки на охоту носили хаотичный характер. Если в район их расположения забредало животное и было, кем-нибудь из «нудистов» обнаружено, то он бежал на стоянку за помощью. Кричал, рычал, подпрыгивал, привлекая к себе внимание соплеменников, потом вся толпа, мал и стар, бросались за своим предводителем. Догнав животное, они окружали его, это могло быть нечто похожее на наших буйволов. Почти все животные на планете были шестиногие. Их разнообразие ни в какой мере не уступало Земле. Даже наоборот, Алексею удалось увидать охоту на громадную гусеницу, шести-семи метров в длину, толщиной с микроавтобус. Стоял шум и гвалт. В животное летели камни, палки. Какой-то осмысленной охоты не просматривалось. Создавалось впечатление, что животные умирали от страха, от разрыва сердца. «Нудисты» не знали ловчих ям, силков, копий. Охота носила случайный характер. Если они были сыты, то больше всего они любили полежать в тени или, наоборот, на солнышке. На песке, камне, куче травы. И везде были видны сплетенные тела. Видно, свое предназначение, они видели в продолжение рода нудистского.
Просматривая воспоминания Аша, Алексей, невольно влюбился в жителей этой прекрасной планеты.
; Им надо помочь, – сказал, задумавшись, Алексей.– Дать им орудия труда, охоты.
; Мысль хорошая, но как ее выполнить, и на что, Вы думаете, они используют высвободившее время?
; Догадываюсь, – согласился Алексей.
; А сколько их и сколько может выдержать планета, хотя она сама регулирует их численность.
; Это как же она может регулировать?
; Землетрясения, наводнения, пожары.
; А пожары, откуда, они мясо едят сырым и костров у них не видно.
; Самовозгорание лесов. Вы думаете, мы не помогаем, когда в этом есть необходимость? Эта планета не исключение. Вот, если бы у Вас была такая возможность, чем бы Вы им помогли?
; Ну, чем? Чем, – задумался Алексей, – ведь не дашь им паровоз для перевозки туши убитого чудища. Ну, хотя бы колесо, как мне кажется, и у нас на Земле технический прогресс начался с рычага да колеса.
; Возможно, Вы правы. Мы именно так и поступили. Но что значит им дать колесо? И какое? Железное, стеклянное, оловянное? Что они будут делать, когда оно сотрется, расколется, поломается? Будут ждать следующего колеса. Ведь сами на этой стадии, да и далее они не отольют нового. И сколько нужно колес? В каждое племя? А сколько их, племен?
; Ну и что же Вы придумали?
; Выход тут один – эти колеса они должны сделать сами, а мы должны им помочь, научить. У нас, как и у вас, есть одержимые замыслом, творческие энтузиасты, альтруисты да просто чудаки. Были созданы группы, которые предполагалось десантировать по материкам в разные природные условия с тем, чтобы из местных материалов сделать это самое колесо. Скажу честно, как сделать и из чего, мы начали продумывать еще на звездолете. Условия у всех групп самые разные. Горы, леса, пески. А значит, и подручный материал, соответственно. Инструмент, по условиям задачи, брать нельзя, все там, на планете, мы должны сделать сами. Ни топора, ни зубила, и месяц срока. Смех и грех. Я был девятым в той группе, которая оказалась в предместье гор, соответственно, именно из камня нам предстояло сделать это самое колесо.
Перевоплощенные в аборигенов, мы довольно легко влились в их племя.
; Синь была с Вами?
; Да, она тоже изъявила желание, но была в другой группе. Вообще, желающих принять участие в этой необычной экспедиции было много. Так что отбор был тщательный. На конкурсной основе. Нужно было представить проект решения проблемы исходя из возможностей, ни в коем случае не прибегая к помощи звездолета. Итак, нас десантировали. Никто из местных нами не поинтересовался, да и кому. Стадный образ жизни не предполагал какого-либо родства, отчетности перед вождем, да и не было у них вождя. Он появлялся стихийно – в момент опасности или на охоте. Такой лидер всегда появлялся, но власть его была временной. Да и спросить нас о чем-либо они не могли. Потому что языка общения у них еще не было. Их крики носили хаотичный характер и только с помощью интонации, можно было передать ту или иную мысль. Команду, просьбу, ужас, ласку, да пожалуй, еще за счет мимики, которая у них была очень живой. По ней читалось хорошее настроение, недовольство, желание, удивление, страх и любопытство. Поэтому, послонявшись по широко раскинувшему лагерю, мы отправились в сторону гор в поисках подручного материала для будущего колеса. За нами увязались аборигены, которых мы решили не отгонять. Как ни крути, но ведь для них и задуман наш вояж.
Местность, лежащую вокруг, мы знали за счет домашних заготовок, пожалуй, лучше, чем сами местные жители. Наш путь проходил через лес, где мы и начали свои приготовления для будущей работы. Наломали рукояток для молотков, топоров и зубил. Попутно искали траву, из которой можно было бы сплести веревки, для того чтобы укрепить молоток на ручке. Аборигены очень удивлялись нашим поискам и непонятным заготовкам.
Голь, наткнувшись на подобие кактуса, наковырял из мякоти длинные жесткие иголки, одну из которых он прикрепил в расщеп прута, в результате чего получилось копье. Каково же было удивление аборигена, который все это время с любопытством наблюдал за ним. Когда вдруг из гущи выскочило животное, подобное дикому кабану, но только шестиногое. Первым его заметил абориген и закричал радостно и громко. Он сразу заметался в поисках подручных средств. Голь, оценивший обстановку, сразу метнул свое копье в животного и попал в цель. Кабан подпрыгнул, словно хотел увидеть своего обидчика, сделал несколько прыжков и рухнул. Абориген подбежал с радостным победным криком, вырвал копье и внимательно рассматривал иглу, щупая ее пальцами, языком.
Теперь он не отходил от Голя ни на шаг, пока не получил подобное копье в свою собственность. И надо отметить, что он ръянно начал осваивать броски, и весьма успешно.
После обильного обеда, который произошел тут же, Зонь, одна из наших девушек, захватила с собой несколько ребрышек, лопатки животного, что бы попробовать сделать нечто похожее на нож. Из лопаток она сделала скребки, которые пригодились, когда обрабатывали шкуры, а ножи из ребрышек, хоть и не получились очень острыми после заточки на камне, но пошли в дело при заготовке травы. Этими ножами накосили траву, из которой начали вить первые веревки для привязки топора к топорищу. Аль нашел камень, крепкий как кремень, который, по его мнению, можно использовать как зубило.
Вскоре они нашли то, что искали, это была каменная гряда, в которой камень лежал пластами; сам состав камня был песчаник, наименее колкий и более монолитный по своей структуре. За счет рычагов инопланетяне подняли первый пласт и приступили к разметке колеса. Аборигены не понимали происходящее, суетились, а порой и мешали работе. Молотки и топоры, сделанные Алеем, аборигены хватали, бросали куда попало и во что попало. Пришлось ему прибегнуть к телепатическому внушению, что инструмент надо хранить, не трогать, тем более разбрасывать. Его старания увенчались успехом. А может, им это надоело или они потеряли интерес к тому, что делали инопланетяне.
Они снова вернулись к своим женщинам и начали совокупляться. Но надо отметить, что насилий со стороны самцов не наблюдалось. Они ластились, гладили самочек, которые в свою очередь или отвечали им тем же, или отгоняли их, грозно крича и рыча на претедента ее тело. Смотреть со стороны без улыбки на этих детей природы было невозможно. Ну что тут скажешь, если ничего больше пока они делать не умели.
; А может, это и есть такой же Рай, где жили земные Адам и Ева, пока не вкусили плод с древа познания добра и зла, – подумал Алексей. Но его сильно взволновал случай, который он увидел вместе с инопланетянами.
Группа аборигенов, рассевшись около огромного валуна, яростно жевала длинные стебли. Все б ничего, до этого мы не однажды видели, что они употребляют в пищу растения, если бы не развитие событий. Прошло немного времени и жителей этой прекрасной планеты, нельзя было узнать. Одни кричали благим матом, другие выделывали замысловатые па. Третьи царапали свое лицо в кровь или кидались драться, четвертые горько плакали или хохотали придурошным смехом. Встревоженные инопланетяне решили узнать, что за метаморфозы произошли с ними. Узнав, загрустили. Зелень, которую употребили нудисты, оказалась наркотической.
; В нашей практике уже встречалась эта беда. Наркотик как таковой был известен и у нас дома, и мы прошли через его пагубные действия. Но имеются печальные примеры космических масштабов. На одной из планет цивилизация шестого уровня полностью уничтожила себя этим пристрастием.
; Почему Вы не помогли им?
; Было слишком поздно. Мы опоздали на двести двадцать лет.
; Можно поподробней?
;Можно, время терпит. Придется подождать, пока осядет поднятая нами донная муть. Так вот наш звездолет, войдя в оду из галактик, сразу начал анализировать, какие из сорока двух планет могут быть обитаемы.

Таких планет было две. Уже подлетая к первой из намеченных планет, мы обратили внимание на её состояние, создавалось такое впечатление, что после тяжелого, утомительного бега, наконец, наступила передышка, когда можно отдохнуть. Позади осталась утомительная борьба, в которой виделась только безысходность, а скорей всего и гибель. И вот вдруг освобождение, полная свобода. Планета дышала глубоко, взахлеб, словно не могла надышаться, и это нас настораживало. Все ученые сошлись в едином мнении – планета обитаема. Было решено в разведку послать один пилотируемый, и пять технических кораблей. Выбор пал на меня. Так что я смогу рассказать как очевидец. Не буду утомлять методикой нашей разведки, с ней Вы уже немного знакомы.
Смотрите на экран. На экране дисплея хорошо были видны материки, океаны. Снизившись на следующем витке до двухсот тысяч метров, хорошо просматривались огромные города, соединяющие их магистрали. Вдоль крупных рек и берегов морей стояли портовые города. Третий виток на бреющем полете позволил окончательно поставить точку над i. Города были мертвы, в лесах, горах не было видно животных, во всяком случае, крупных. И только поднырнув под водную гладь океана, разведчик обнаружил жизнь. Это были довольно крупные водоплавающие обитатели глубин и мелкие рыбы. Океан был обитаем, и это уже радовало. Леса, над которыми им довелось пролетать, оставили впечатление того, что деревья пережили тяжелую изнурительную болезнь. Неестественно выкрученные стволы деревьев олицетворяли собой нелепую уродливость. В городах многие районы были сожжены и взорваны. Этой же участи подверглись и многие промышленные объекты.
; Что же произошло на планете, ядерная война?
; Да нет, – ответил Аш, приборы не фиксируют наличия радиации, химическая загрязненность атмосферы есть, но мы не знаем, какая она у них в действительности. Многое выяснится после анализов атмосферы, воды и почвы, которую привезем мы и технические разведчики.
Но если Вы готовы и набрались терпения, то я могу поведать трагически- печальную историю этой планеты.
- Конечно, конечно - поспешно ответил Алексей.
- В последующих посещениях мы выяснили причину произошедшего. Было найдено много аудио- и видеозаписей, официальных документов. Проанализировав, нам удалось представить картину, которая нам позволила выйти на частность, то есть причину гибели целой цивилизации. Но вначале общую картину этой планеты. По своей массе она в полтора раза больше Вашей Земли, также на ней два полюса, двадцать пять материков и население миллиардов семнадцать. Обычный для многих цивилизаций путь развития. Становление всепланетной государственности, технический прогресс, развитие культуры, религии. Это позволило предполагать, что они вышли на шестой уровень. Шестой уровень последний, где деньги еще имеют существенную власть. И как ни банально звучит, но погубил планету, в том числе и золотой телец. Жажда наживы.
На планете периодически возникала пагубная страсть к наркотикам, обычно, достигнув своего пика, это увлечение угасало. Но на этот раз оно достигло своего апогея и вот результат. Конечно, восстановить картину точь в точь невозможно, но то, что я Вам буду рассказывать, подтверждается письменными, аудио- и видеоизображениями. Наши эксперты анализировали собранный материал, давали рекомендации дальнейших поисков причины трагедии. Так, мы вышли на вполне легальный синдикат по изготовлению синтетических наркотиков. Руководил им некто Тот, сразу оговоримся, безусловно, это был талантливый организатор, если ему удалось увлечь и посадить на иглу пятнадцать миллиардов сограждан. Можете представить, какие доходы приносила ему каждая инъекция. Вскоре, он стал самым богатым, а значит могущественным на всей планете. Жажда наживы толкала его на увеличение производства. «У моих ног будет лежать империя и ее назовут Белой империей по цвету кокаина. И меня», – утверждал он, – «назовут Белым императором Белой империи». Это была его мечта и, надо признать, она осуществилась. Как? Не без борьбы. И далеко не без жертв.
Наверняка Вам не нужно объяснять и убеждать Вас в том, что большой и успешный бизнес делается исключительно на крови многих и очень многих. Этот случай не исключение. Тот не останавливался ни перед чем. Вот воспроизведение найденной нами видеозаписи. Встреча – Тот со своим напарником.
Алексей увидел на экране очень большой кабинет, за стеклом окна во всю стену, простиралась панорама огромного города. Высокие, шатрового стиля, здания уходили далеко за горизонт.
Алексей отметил для себя, плавные линии зданий не создавали впечатления сжатости, не уютности, тесноты, чем характеризуются многомиллионные города землян.
Тот, приветствовал своего приятеля радостным возгласом. – «Привет старина, – присаживайся, давно не заходил, зазнался, разбогател!» – Хобель прошел к отдельно стоящему журнальному столику, присел. С двумя высокими стаканами, наполненными искрящейся, слегка розоватой жидкостью, к нему подошел Тот.
; Держи, новинка. Последняя наша разработка.
; Нет, спасибо, не хочется.
- Да ты что, легкий детский напиток! Ну, старина, я тебя совсем не узнаю! Мои сотрудники говорят, что последнее время ты стал настоящим затворником, не выходишь в большой свет. Лет пять уже не слышу скандалов вокруг тебя – стареешь. Радоваться надо, наше дело процветает.
; Вот я как раз зашел по нашему делу.
; Прекрасно. Есть свежие идеи? Обещаю, сразу запустим в производство.
; Не уверен. Недавно мне попались статданные о смертности на планете.
; Что это вдруг на такую тему потянуло?
; Потянуло, потянуло, может быть, может быть, – зачем-то несколько раз повторил Хобель, думая о чем-то своем.
; Да, – спохватился он, – я обратил внимание на то, что почти семьдесят процентов населения умирает от употребления наркотиков.
; Да, это, конечно, печально, – согласился Тот. Ведь теперь, надо полагать, они не купят децелу, а жаль, мы не дополучим прибыль. Вот мерзавцы! – воскликнул он. И засмеялся громко и раскатисто.
Говоришь, статданные. А как они туда попали? Ведь я договаривался с министром здравоохранения, чтоб не выделяли в отдельную строку всякие там самоубийства, смерти от наркоты. Ну, я ему намылю шею, устрою вздрючку, урежу гонорар. По миру пущу. Теперь его голос гремел, словно он хотел перекричать огромный водопад.
; Тихо, уймись. Садись, подумай, как это дело исправить. А если этот статанализ СМИ разворошат?
; Какие СМИ! Все газетенки, телевидение, радио, все давно мною куплено. Я им разворошу! Где редактор нашей пустобрешки?
; Угомонись. Может, хватит, Тот! Ты сейчас самый богатый человек на свете.
; Но и ты не бедный, – не преминул уколоть Хобеля Тот.
; Да, не бедный, но об этом чуть позже. Сейчас я хочу сказать о наркоте, особенно о последних разработках.
; А что, плохие? Это тебе не уколы в задницу, – заржал он. Крошечная пилюлька под язык – и кайфуй до утра.
; Вот-вот. Кайфуй до утра! Участились несчастные случаи, техногенные катастрофы из-за взрывного кайфа. Принял капсулу, зная, что ждет тебя тихий кайф, а тут – взрыв внутри тебя, выражающийся, как правило, в безотчетных действиях. Вот и летят лайнеры в море, врезаются в скалы, падают на города. Операторы промышленных установок начинают включать все, что под руку попадет, в результате – сбой в промышленных системах, цехах, аварии и новые жертвы. Врачи во время взрывного кайфа начинают полосовать лазерным ножом своих пациентов, словно они не в хирургической операционной, а в морге.
; И что ты хочешь, Хобель? По-твоему, мы должны отказаться от новых разработок? Ты хочешь лишить население кайфа?
; Нет, просто думаю, что такими темпами скоро вся планета откайфуется.
; Уж слишком мрачный прогноз у тебя, Хобель. А может что-то хоть немножко порадовать твою душу?
; Есть одна задумка.
; И что же это?
; Хочу учредить свою ежегодную премию.
; Ну, это интересно. И надеюсь, твоя мысль, как это не однажды было, разовьет наш бизнес.
; Не думаю, но это касается нашего черного дела.
; С каких это пор наше белое дело стало черным?
; Со смерти внука.
; Прости, не знал. Прими соболезнования. Хоть не долго мучился?
; Нет, ты же знаешь, что при передозировке наркоман умирает в блаженстве, с улыбкой идиота. В этом и есть великий трагизм нашей молодежи. И мы с тобой виновны в этом. Что мы ответим Богу на его вопрос о том, что мы сделали хорошего? Почему наши души так черны?
; Слушай, Хобель, не тронь душу. Я не виновен в том, что жители планеты так падки до отрешения от мира, я не виновен в том, что они хотят забыться, уйти от проблем, хотят просто кайфа. Кто им может запретить?
; Запретить им никто не может, но и подталкивать к пропасти мы тоже не имеем права.
; Что-то я смотрю, ты резко изменил свои взгляды. Кто-то тебя надоумил или сам?
; И сам, и другой внук, который на последней встрече со мной сказал, что у меня черная душа и я буду проклят за свои поступки. Он, мой внук, за деятельность деда. стыдится своей фамилии.
;Так это он раскрыл тебе глаза?
; Да, он доказал цифрами, фактами. Мы уничтожим все население планеты в ближайшем будущем. А может, и саму планету. Вот во имя ее спасения и хочу утвердить свою мировую премию тем, кто будет бороться с этим злом, с этим пагубным увлечением.
; Слушай, Хобель, последнее время мы редко встречаемся, совсем отбились друг от друга. А ведь вместе начинали наше дело. Давай на неделе отдохнем на островах, расслабимся, обговорим подготовку торжества в честь пуска нашего гиганта по производству децел. Мы можем гордиться и радоваться – дефицит нашей продукции исчезает. С пуском новых мощностей мы сможем нашу продукцию заготавливать впрок. Наконец Сенат легализовал употребление наркотиков. А это значит, что в каждом общественном месте, будь то театр, стадион, кафе, абсолютно везде, включая школы, будут стоять наши автоматы и продавать децелы. Бросил монету – и на выбор любое удовольствие: тихое, романтическое, или страстное, с взрывным эффектом. Красота!
; Как же удалось узаконить? Ведь Сенат, помнится, категорически был против этого.
; Сенат! Что такое сенат? Куплен он мной с потрохами, оптом и в розницу. Сенаторы – люди, и все они на деньги падки. И говорить о них не хочется. Короче, в пятницу встречаемся на островах. Там и обсудим твою идею. О мировой ежегодной премии имени Хобеля. Я правильно тебя понял?
; Да.
; Ну, вот и хорошо.
Только за Хобелем закрылась дверь, Тот вызвал Флиза. Этот головорез руководил первым отделом, внутренней и внешней разведкой – глаза и уши. Тот полностью полагался на него, хотя в душе презирал его за подхалимство, тягу к деньгам и прочие недостатки, свойственные тому, кто внезапно оказался у власти. Да, Флиз достоин презрения, но без него в размахе дел, которые творил Тот, обойтись нельзя. Так что, брезгуя этим шакалом, он одновременно ценил его за преданность, четкость, за умение решить проблему порой замысловато, но всегда успешно. Половина умерших сенаторов разных рангов должны быть благодарны Флизу. Он никогда не мучил свою жертву. И свою смерть они получали в виде удовольствия, награды. Так что, во Флизе жила своеобразная гуманность и сострадание к своим сородичам по планете.
Флиз возник почти мгновенно и незаметно. Патрон даже вздрогнул, когда увидел его тщедушную фигуру и в первые секунды даже не мог вспомнить, зачем вызвал Флиза.
; Присаживайся. Давно ли видел Хобеля?
; Нет, недавно, он ведь мне не подконтролен.
; Ладно, ладно знаю тебя, что ты замечал в нем необычного в последнее время?
; Во-первых, за последнее время он заметно сдал, стал посетителем Храма общения с Богом. И, мне кажется, они оказывают на него негативное влияние. Похоже, сейчас он одержим новой идеей. Но выяснить пока мы не смогли, да и команды не поступало.
; Хобель ищет встречи с Богом, хочет покаяться, хочет свое имя вписать в память цивилизации. Мы должны помочь ему. Наш новый гигант будет назван его именем.
; Да-да, он вполне заслуживает этого, – подхватил идею патрона Флиз.
; Посмертно.
; А-а-а, на какое то мгновение возникла пауза, Но, патрон, официальный пуск через несколько дней, – попытался возразить Флиз.
; Успеешь, – рявкнул на него Тот. – Вызови нашего златоуста с телевидения и пусть он напишет для без времени ушедшего поминальную речь. Да такую, чтоб стены плакали от горя. В этот день заказать заупокойную мессу во всех храмах планеты. Всем присутствующим дать по одной, нет, по три децелы, пускай помянут. Децелы должны быть из партии последнего шифра, мгновенного привыкания. Раздачу вести везде, где будет иметься малейшая возможность. Пусть то будет театр, сортир, школа, метро, малейшее скопление, может служить поводом произнести короткую речь и вручить заупокойную децелу.
; Да, патрон. Но Вы понимаете, во что это выльется в деньгах, учитывая срочность и масштаб этой акции!
; Законодательно, мы не нарушаем общепринятый порядок на планете. Панихиды законом не запрещены. Это ты, Флиз, не понимаешь, сколько новых членов примкнет к нам в результате приема на халяву трех децел. Через пару дней стоимость децелы будет повышена на одну монету, этого будет достаточно, чтобы покрыть с лихвой все затраты.
Тот не счел нужным объяснять этому болвану-исполнителю, что этот бизнес-план возник у него давно. Давно просчитан. Просто не было случая запустить его в дело. Но вслух сказал:
; Хобель хотел бессмертия, он его получит. Похороны по высшему разряду. Через тридцать минут после его смерти собщить нашему финансисту и дать ему команду заморозить все счета Хобеля. Все! – как о деле решенном и не подлежащем обсуждению сказал Тот.
; Есть! Можно идти? – спросил Флиз. Он вдруг стал маленьким, сгорбленным, почти незаметным. И только хорошо знавшие его понимали, какая работа мозга, направленная на решение задачи, происходит в голове этого монстра: думающего как преодолеть все препятствия, кстати, им же созданные, по охране этих двух богатейших людей планеты.
; Остается один, – злорадно мелькнула мысль, все легче будет.
Тот вызвал к себе экспедитора концерна, в руках которого находились кончики всех тропинок, дорог, магистралей, по которым децелы стремительно разлетались, разъезжались, расплывались по материкам, островам, горам, полюсам и тундрам. Это была громадная сеть, от крохотных паутиночек до огромных канатов, устойчивого прохода белой продукции.
; Покажи диаграмму прохождения децел.
На схеме хорошо просматривалась эта сеть смертельной паутины, но теперь, визуально, она была похожа на щупальца огромного кальмара. Под кальмаром Тот мог подразумевать себя. Но его взгляд был сразу направлен на правую полосу схемы. Именно там находился неприступный материк, с которым вот уже второй десяток лет шло невидимое противостояние.
; А здесь что, отдельное государство?
; Никак нет, но мы не можем проникнуть через преграды, устроенные губернатором континента.
; Насколько я знаю, Сенат дал разрешение на реализацию нашей продукции по всей планете. Без исключения! – уже на высокой ноте закончил свою мысль Тот.
Крыс не мог знать, да и знать ни к чему, что Тот потратил огромные средства на подкуп чиновников, чтобы продвинуть свой товар по планете. Губернатор Авслаза давно стал заклятым врагом его патрона. Своей непримиримой борьбой против наркотиков он доводил Тота до бешенства. И когда в одном из выступлений по планетарному телевидению губернатор сказал, что наркотик на материк может проникнуть только через его труп, Тот тут же вскочил и закричал.
; Ишь, герой! Будешь трупом! Нашел, чем хвастаться!
На спортивных соревнованиях двадцати пяти континентов Авслаз завоевал больше половины из всех высоких наград. Ученые материка во всех сферах науки выдают уникальные, мирового значения разработки. Ученые Авслаза ежегодно делают открытия, двигая прогресс планеты. В искусстве, литературе, ну буквально во всем, этот материк дает фору другим. Как утверждает губернатор, у них на континенте нет праздно шатающихся, бродяг и нищих, нет ненужных граждан. И так будет всегда, пока они монолитно будут стоять против проникновения на их континент наркотика.
; Черт побери, – приходил в ярость Тот от одной только мысли о существовании этого континента, – наши гонцы проникают на государственные военные базы, подводные лодки, нами проторены тропинки на звездолеты, а тут какой-то материчок не можете превратить в свою вотчину. Твой счет в банке будет удвоен, если в течение месяца освоите континент Авслаза.
; Патрон, – взмолился Крыс, – поймите, идеология губернатора настолько сильна, что на днях мы потеряли три десятка гонцов, которые в двадцати семи городах континента с миллионным населением хотели раздать прохожим совершенно бесплатно децелы. В семнадцати городах горожане их забили палками. В живых смогли остаться только те, кто успел добежать до полицейских участков. Всех с позором выдворили с острова.
; Хорошо. Почему нет резонанса на отправку сорока тонн децил? Ведь губернатор не мог, согласно постановлению Сената, остановить продвижение товара на рынок материка.
; А он не останавливал. – Крыс, хотел, было дальше рассказать, но нетерпеливый Тот воскликнул:
; Значит, куплен! А где результат?
; Да куплен –самим губернатором. Более того, он сделал заказ еще на восемьдесят тонн, и сделал предоплату.
; Он что, сумасшедший –тратит попусту такие деньги?
; Да, нет, не скажешь. Наоборот, он на нашем наркотике заработал сумму в три раза больше, чем затратил.
Глаза Патрона были красны от гнева, на губах выступила пена.
; Каким же образом, он перепродал наркотик? Значит, можно судиться с ним за перепродажу товара?
; Нет, он утилизировал его, переработал. На этой основе он сделал мази, шампуни, всевозможные гели для омолаживания. Сделал препараты для лечения ожогов и обморожения. Его ученые оказались кудесниками, их разработки быстро доказали эффективность, и все это теперь пользуется колоссальным успехом как на их континенте, так и на всех остальных двадцати четырех материках, включая и полюса. О подобной утилизации на одном из наших заводов Вы должны знать, – напомнил ему Крыс.
Да, Тот помнил этот случай. Его рабочие, самые высокооплачиваемые в мире, дополнительно, бесплатно, а это почти еще половина зарплаты, получали набор децил для семьи, знакомых, которым можно было продать свою пайку, то есть для продвижения товара на рынок. В этом есть резон. И вот один из работников, какой-то умник, цеховой мастеришка, вместо того, чтобы использовать должным образом полученный от корпорации бесценный подарок, занялся его утилизацией. Но не просто бездарным уничтожением, а перерабатывал наркотический состав в удобрения для комнатных цветов и других растений. Результат был поразительный – вегетация ускорялась, по желанию изменялась окраска цветов, и стало возможным менять форму. Принимая этот метод к фруктовым деревьям он и там добился ошеломляющих успехов. О нем Тот узнал из прессы, когда этот мастеришка выполз со своими опытами на огородные плантации. Как смог он этого добиться, болван Фриз не догадался спросить и утопил его в океане во время круиза на яхте, специально организованного для этого. Ученые корпорации пытались повторить переработку, но не смогли. Первый отдел приложил немало усилий, но никакие обыски жилища, где жил покойный умелец, результатов не дали. Не было найдено документов по разработке удобрений. Помнится, Тот был зол на весь свой ученый совет и на последнем заседании заявил, что посадит их на хлеб и воду, если в ближайшее время они не порадуют новыми разработками. Последняя из них – взрывной эффект – конечно, здорово, но как это критиковал покойный Хобель! Тот поймал себя на том, что подумал о нем как об умершем.
По его звонку поспешно прибежал Чмыг, руководитель научного отдела разработок.
; Чем порадуешь? – сухо и ехидно спросил Тот.
Чмыг помнил последний разгром его отдела, поэтому был встревожен и напуган неожиданным вызовом.
; Мы, – поспешно начал свою речь Чмыг, – стоим на пороге великого открытия.
; Ну, – выдавил из себя Тот и позволил себе чуть-чуть улыбнуться.
; Этот атмосферный газообразный наркотик будет неотразим. Его не отложишь на потом, не выбросишь, не уйдешь от него, его не утилизируешь. Его просто не будешь чувствовать, пока он не проникнет в тебя, а, проникнув, он будет сладостен и приятен.
; Не крути, ясней и короче.
; Ампулы, капсулы, это неважно, это доработается в процессе. Они наполнены нашим порошком, который при вскрытии входит в соединение с атмосферой, начинается реакция, создается газообразная наркотическая смесь, которая не имеет запаха и цвета, но распространяется по всей комнате, залу, территории. Вдыхая, поневоле вбираешь его в себя. Хочешь, не хочешь, но ты дышишь. Состав препаратов можно моделировать, создавая любые эффекты. Пока наши разработки неплохо показали себя в небольших помещениях. Но вот-вот мы закончим работу над атмосферными децилами для больших залов и стадионов. Необходимо добиться, чтоб наши сладкие облака не улетучивались вверх, а стелились понизу, не выше десятиэтажного дома.
Тот внимательно слушал: кажется, нашли то, о чем он даже не помышлял.
; Чмыг, твой счет в Банке удвоится, твои сотрудники будут вознаграждены, если они добьются скорых и стабильных успехов.
Чмыг давно ушел, а Тот разрабатывал план завоевания неприступного материка. Сто семьдесят миллионов реальных покупателей его продукции. Это немалый поток денег в его казну. Конечно, потребуются дополнительные вложения, но они окупятся. На первое время понадобятся тысячи и тысячи курьеров, которые любыми способами будут проникать на материки и вскрывать атмосферные децилы. Казалось, деньги на воздух, ан нет, все затраты вернутся с лихвой. Вскрыть ампулу – не такая уж сложная задача, все это можно сделать незаметно и где угодно. В кафе, на заседании Сената. Вернулось хорошее настроение, Тот хохотал, представляя в лицах картину растерянности его противников. И если эти неучи окажутся правы, то намечается успех, огромный прорыв.
Наконец улеглась шумиха, поднятая вокруг нового комбината-гиганта, названного в честь внезапно умершего от сердечного приступа Хобеля. В авиакатастрофе погиб губернатор материка Авзласа. Пала последняя цитадель разума планеты.
Разработки оправдали себя. Планетяне словно свихнулись. Реклама, наркоты, заполнила все вокруг, ни на секунду не оставляя жителя планеты. Он в сортир – и она туда же, или уже ждет его там. Газовые наркотические облака блуждали по планете, неся наслаждение наркоманам, сманивая тех, кто еще не приобщился к этой заразе.
Банки Тот лопнули бы от денег, если б их наполнить наличными. К счастью, деньги на бумаге, но сумма этих счетов в пять раз, а то и больше, чем государственный запас и бюджет всей планеты.
«Император планеты» – только так теперь обращались к нему. Тот чувствовал начинающую душить его скуку. Цель была достигнута. Впереди - другой не было. Тот скучал.
Как оказалось, недолго. На новом гиганте по производству наркотиков произошел страшный взрыв, уничтоживший огромные запасы, но как оказалось, не бесследно. Ученые не обманули патрона. Образовалось облака, которые, не распыляясь, начало свое победное шествие по планете. Они волочилось по поверхности, создавая десятикилометровый круг. Их высота, как и предполагали его создатели, не превышала десятиэтажный дом. Обволакивая здание, они насыщал всех и все, попавшее в его сферу, наркотиком. И так, гонимое ветром, они проплывали по планете, увеличивая число своих поклонников. Одурманенные жители творили чудеса, но, к сожалению, чудеса носили чаще всего жуткий характер. Наглотавшись наркотического смога, они становились неуправляемыми. Вслед за облаком, а то и прямо внутри его, взрывались заводы, загорались здания. Правительство планеты сбилось с ног в поисках выхода из создавшегося положения. Пытались расстрелять из орудий, утилизировать водой, накрыть пеной. Ничто не помогало. Те, которые оказывались под колпаком облака более двадцати минут, умирали от передозировки, кто был накрыт хотя бы кратковременно, становился законченным наркошей, который кидался вслед за облаком, сбивая, ломая все, что, мешало ему. Облако было неуправляемо и непредсказуемо. Мало того, оно постоянно росло в своих размерах. Если раньше оно было вроде шара, то теперь это был огромный шар, но сплющенный, и больше походил на громадную приземистую жабу. Облако, зацепившись за миллионный город, могло буквально изничтожить его. Оно утюжило континенты, скользило по морям и океанам, чтобы снова зацепиться за следующий материк. На планете начался психоз. Неубранные трупы породили чуму, которая в свою очередь приняла активное участие в пиршестве безумия, умножая число жертв.
Тот стоял в своем кабинете. Перед ним – двадцать четыре экрана телепередающих станций, новости с континентов. Но три экрана безмолвствовали. При прохождении облака сгорели две студии, а на третий экран некому было дать материал для показа. Это был небольшой континент, и облако, словно вцепившись в него когтями, утюжило его в течение трех дней. На материке погибло все живое. На работающих студиях обсуждалась одна новость: где сейчас находится смертоносное, наркотическое облако, что она натворило на данный момент, и какой напасти надо ждать от него в следующий момент.
Тот стоял молча, и говорить было не с кем. Да и говорить с кем-либо именно сейчас он не хотел бы. Рухнуло всё, цель его жизни достигнута, все остальное потеряло смысл. В его руках был тяжелый, старинный, а значит, надежный наган. Он еще раз взглянул на экраны, резко поднял оружие. Раздался выстрел. Тот рухнул, для него все было кончено. Для жителей планеты агония длилась еще в течение двадцати пяти лет.
Дольше всех продержался материк Авзлас, хотя его дважды проутюжило страшное наркотическое облако. Сподвижники трагически погибшего губернатора после десятилетий подполья, куда их загнали бандиты Тота, вновь открыто заговорили о пагубности пристрастия к наркотикам. Многие, очень многие авзласавцы, воочию увидевшие последствия облака, присоединились к ним. На континенте назревало военное противостояние. Материк оказался на грани гражданской войны. Созданный анти наркотический комитет использовал любую возможность, чтобы оповестить жителей о приближающемся коварном не видимомым облаке, его предполагаемом маршруте. Ученым Авзласа удалось обозначить до этого невидимое облако, теперь оно было серого цвета, хорошо просматривалось не вооруженным глазом. Если раньше его невозможно было увидеть, засечь радарами, а значит, для любого города оно появлялась внезапно, вдруг. И только когда с неба ни с того ни с чего на голову сыпались птицы, влетевшие в наркотическое облако, наглотавшись наркоты, мгновенно гибли. Можно было с уверенность сказать - рядом опасность. Теперь им удалось внедрить в облако красители, оно стало похоже на приземистую серую жабу. Стало легче прослеживать его путь по планете. Выяснилась еще одна страшная особенность. Конечно, применение противогазов помогало, но, как оказалось, не настолько. Газообразная наркота проникала через поры кожи. Она отравляла продукты питания, оставалась на предметах, которые хотя и временно, но оказывались в этом кошмарном облаке смерти.
Антинаркотический комитет старался помочь согражданам уклониться от контакта со смертоносным облаком. Жителям городов предлагалось подниматься как можно выше, на двенадцатый, пятнадцатый этаж. А поскольку удельный вес облака был сбалансирован на нулевую отметку поверхности, от него можно было укрыться в метро, подвальных помещениях, что было особенно актуально для жителей города. За короткий срок ученые материка смогли разработать, а промышленность наладить производство мощных вихревых установок, способных встречным потоком оттолкнуть облако от материка. Такие установки размещались по периметру острова. Конечно, созданные ими воздуходувы не могли противостоять ураганному ветру, но сильный ветер без задержки протаскивал облако, и бед причиненных им, было гораздо меньше.
Авзласоцы первыми осознали весь ужас положения и первыми встали на борьбу с ним. Академии, научные институты бросили все свои силы, чтобы утилизировать облако. И возможно, они добились бы успеха, но им не хватило времени. Тот победил их, верней не Тот, а его дьявольское порождение.
Но все когда-нибудь кончается. И для планеты закончился это кошмар. Когда мы прилетели, прошло двести двадцать ваших лет. За это время на планету приземлились два из пяти космических кораблей ушедшие в космос. Оба экипажа погибли, один от чумы, которую они не ожидали встретить на родной планете. Другой при посадке угодил в это самое злополучное облако.
Сейчас надежда на возрождение планеты – это три экипажа, которые должны вернуться через пятьдесят лет. Нами оставлены предупреждения, маяки, радиосигналы на их родном языке. Очень хочется надеяться, что им удастся возродить цивилизацию на своей планете.
; А облако, коварное облако? Оно же осталось!
; Нет, мы утилизировали его. Остальное сделает время.
Алексей молчал, да и что тут говорить, если на его планете наркотики все больше и больше одурманивают людей. Не повторится ли и на Земле подобная трагедия? Или мы пойдем другим путем, наделаем глупостей еще больше и еще раньше, не дожидаясь шестого уровня? Да, пожалуй, детство – самая лучшая пора. Вот как у этих жителей планеты Нудистов.
; С появлением наркотической проблемы на планете Нудистов для нас стало самым важным – устранить наркотик из употребления. Мы организовали двенадцать биологических - разведывательных групп, которые работали именно в этом направлении. Они нашли десятки видов растений, содержащих наркотик. Перед учеными-биологами ставилась задача путем инженерогенетики изменить вид растения, нейтрализовать в нем наркотик, превратив это растение естественным путем в безобидную траву. Насколько это удалось, будет известно при посещении планеты на обратном пути.
А пока наши же умельцы за эти семь дней продвинулись довольно далеко. Появился опыт работы с камнем. Найден более крепкий камень, кремень, для молотков и зубил. Очень трудоемкой оказалась пробивка отверстий под ось. Но пять колес худо-бедно они сделали. Одно колесо самого маленького диаметра приспособили под двуручную тачку. С ней Длань собирался ехать за осью для будущей тележки. Конечно, работа рыхлая. И если наружный диаметр, как предполагалось, со временем по ходу эксплуатации должен от трения принять более или менее идеальную поверхность, то внутренний, куда вставилась ось, буквально резал дерево. Дело поправила шкура животных, которую использовали как подшипник, для смягчения трения, обмотав саму ось. Шкурами, как и мясом, пополнял запасы Голь со своей командой из аборигенов, которые, были вооружены такими же копьями, как и у него, но, понимая их ценность, не бросали их, где попало, а носили всегда с собой. А значит, была постоянная готовность к охоте. Всё чаще их броски достигали цели. Голь продолжал модернизацию копий, в расщепы кольев вставлялись заточенные ребра и клыки животных. Это был целый арсенал – пока только средств охоты. Однажды Голь грустно заметил: «Печально, конечно, но когда-нибудь все это у них станет орудием убийства себе подобных. Но, наверно, такова цена цивилизации».
; А что, неужели все цивилизации обязательно проходят через кровь, чтобы достичь нормальных отношений между собой? – спросил Алексей.
; К сожалению, да. Нам на нашем пути встретилось лишь несколько планет, вот как эта, где разумные существа стоят на пока еще низком уровне.
Да планета где были равные условия, их объединял: один вид, одна раса, один язык, одна вера, один политический строй, одна культура.
А в одной из галактик мы наткнулись на солнечную систему, где была планета, мы ее назвали Сергинь, не позволила разумным существам проявлять свой буйный характер. Этот пример еще раз наглядно показывает, что планета – живой организм. История цивилизации на этой планете показала, что как только у них начинаются распри, обязательно происходят природные катаклизмы: наводнение, землетрясение, ураган. И именно в том районе, где этот конфликт возник. Буквально, локальные беды. Теперь, когда жители этой планеты вышли на шестой уровень своего развития, когда миновали самый опасный – пятый, выяснили, что их планета с особо чувствительной нервной системой. Она предоставила им все свои резервы и запасы недр, всячески помогая им развиваться, но как только начинались склоки, она тут же реагировала и давала им понять: не хотите жить мирно, сброшу вас с себя. Но мы отвлеклись.
; Да, Аш, пожалуйста, еще немного о той экскурсии.
; Думаю, будут весьма интересны воспоминания о Чике, которая резко вырвалась в изобретатели, снискав успех у женщин-аборигенок. Без доброго смеха вспоминать это нельзя. Уже на второй день, ощущая дискомфорт из-за невозможности привести в порядок волосы, она стала искать подходящий материал, из которого можно сделать расческу. Подсказал случай: она увидала совсем близко в расположении лагеря животное, похожее на дикобраза. Аборигены даже не шевельнулись, проявив полное безразличие. Пришлось Чике обращаться к Голю, дабы получить эти колючки. Как позже выяснилось, дикобраз не входит в рацион питания местных жителей. Но для изготовления расчески он подошел прекрасно. Чика, затупив кончики иголок, расположила их в один ряд на веточке. Привела себя и своих подруг в порядок, после чего принялась за местное женское население, которое с большим интересом наблюдало за преображением своих подруг, а после того, как Чика вплела в прическу одной из них ярко-красный цветок, восторга и визга было так много, что мужчины, работавшие по другую сторону склона, испугавшись беды, бросились к ним.
Чика не остановилась на достигнутом. Вскоре, найдя в речушке раковину, она сделала весьма остренький ножик, которым подрезала своим мужчинам волосы на голове, причесала, что называется, привела их божий вид. Ее парикмахерская пользовалась большим успехом, чему способствовало прибытие еще одной группы аборигенов. Трудно сказать, то ли это было одно племя, а может, другое. Но местные их приняли радушно. Вскоре они смешались между собой, и узнать своих можно было только по красивым прическам. Волосы у них прекрасные, густые кудрявые или волнистые. Светлые, каштановые, черные. Пришедшие сразу оценили явный успех новой моды. Вновь прибывшие самцы буквально атаковали своими предложениями причесанных дам. Кто, как ни женщины, тонко чувствующие писк моды, поняли, что найден ключ к сердцу мужчины. Чика, в своей мастерской, уже имела верных сподвижников, которые только и делали, что чесали, подобно Чике, волосы вновь прибывшим. Бедные дикобразы, вот и для них настали черные времена. Да, действительно, мода требует жертв. Для Чики было особенно радостно, когда одна из местных, освоив изготовление расчески, отдала свою подруге, а сама вскоре пришла с охапкой иголочек, веточек, намереваясь продолжить изготовление расчесок. «Ну вот, и первые мастерские и мастеровые появились», – смеялись между собой инопланетяне.
Наконец Длань закончил работу над тачкой. Аборигены смотрели и не могли понять, что это и зачем. Инопланетяне залезли в тачку, и Длань сделал пару кругов. Местные жители от удивления так и сели на камни. Потом, когда были допущены к ней, с визгом и ревом, совсем как дети, начали запрыгивать на неё, пробуя прокатиться.
; Поломают, – взмолился Длань.
; Но зато научатся пользоваться ей, – возразили ему его товарищи.
Надо было подвозить лес для четырехколесной тележки. Загрузив топоры, привязанные довольно крепко, теперь уже сыромятными ремнями из кожи животных, Длань отправился в лесок недалеко от их лагеря. За ним, по обыкновению, увязались аборигены. Валили лес весьма успешно, правда, не без происшествий. Несколько добровольных помощников повредили себе ноги топорами – сказалась неопытность, хотя находились среди них и такие смекалистые, которые схватывали приемы рубки на лету.
Первая четырехколесная повозка была собрана. В работе принимало участие и местное население: как женщины, так и мужчины. Видно, понятие «женская», «мужская» работа придет к ним позже. Женщины не были привязаны к котлу для приготовления пищи, так как не было самого котла. Единственно, что разительно разделяло их принадлежность по полу, так это дети. Женщины выкармливали их грудью, но как только ребенок переставал быть сосунком, он становился общественным, но надо отметить, ребенка-подростка не отгоняли от разрываемого на части убитого животного. Дети получали свой кусок мяса, свою долю из общей кучи, принесенной и сваленной для всех, будь то мясо, корнеплоды, овощи, рыба. Их общественный строй был прост и примитивен.
И мы, вмешиваясь в их жизнь, иногда задавали себе вопрос, а нужно ли, имеем мы на это право? Как-то, пробивая в колесе отверстие под ось, кто-то из наших сказал: «Сейчас бы луч, прожгли бы отверстие в пять секунд, ровненько и гладко. Жик, и вот на тебе – колесо».
; Да, – возразили ему, – тогда для следующих колес им надо будет оставить этот прибор. И кто знает, как они его используют дальше, когда поймут, что орудие труда может стать орудием убийства или насилия над другими. И что принесем мы им этой повозкой, колесом: благо или вред?
Но, тем не менее, работа закончена. Удача сопутствовала нам. Голь завалил животное, похожее на ваших бизонов. Вот тот случай, когда можно на конкретном примере показать пользу повозки. Аборигены долго не могли понять, что от них требуется, пришлось прибегнуть к испытанному методу – внушению. Дело пошло на лад. С помощью рычагов-бревен всем гуртом взвалили тушу на повозку. Инопланетяне порадовались, что она выдержала вес. Теперь, крича, рыча, визжа, вся орава принялась толкать груженую тележку к месту последней стоянки, где их встретили ревом, криком, восторгом и удивлением: как так, такой большой зверь сам пришел к ним.
Вообще, наш приход с гор вызвал немало восторга и удивления у жителей племени, которое мы покинули почти месяц тому назад. Набедренные повязки с большими карманами, придуманные Колой, пришлись по вкусу многим. У них появился инструмент: игла, нечто похожее на ножи для раскройки шкур. Коль постоянно экспериментировала, ища подходящий материал для этих нужд. Во время работы она подыскивала тонкие сколы камня, подрубала, подтачивала лезвия, рукоятку обворачивала обрезком шкуры. Получались ножики, и даже большие ножи. В ход пошли и речные раковины, прекрасно резавшие шкуры, которые системой проб, Коль научилась выделывать, использовав болотную грязь для отделения мездры. Шкуры получались несколько грубоватыми, но начало было положено. И, как сказали корифеи Ученого совета, главное – заставить работать мышление, запустить потребность в поиске решения задачи. Иголка из шипа кактуса, из иглы дикобраза, ребра рыбы. Нитки из волоса, бечевка, сплетенная из травы, сделают своеобразный прорыв в изготовлении одежды. Собственно, надевая набедренные повязки, как мужчины, так и женщины совершенно не думали о какой-либо культуре, скорей здесь срабатывал момент практического использования нового приобретения. Теперь можно было в любой момент присесть на камень, ствол дерева, не ощущая неудобств, не боясь пораниться. Это они заметили и оценили. Конечно, не сразу и не все, что принесено инопланетянами, в одночасье приживется. Все группы пришельцев, разбросанные по планете, периодически выходили на связь, вроде как на селекторное совещание, на котором каждая из групп могла рассказать об успехах и неудачах своего опыта. Те, кому довелось работать в тропиках, сделали колесо, используя лианы, которыми они связывали спицы колеса. Группа, которая оказалась в дельте большой реки, научила племя делать плоты, управлять ими. Не легко пришлось выходить из положения инопланетянам, оказавшимся в песках. Ни камня, ни леса. Выручила наблюдательность. Они обратили внимание на растение, похожее на верблюжью колючку, оно было усеяно мошкой, которая, попав на куст, больше не могла взлететь. И в течение дня поглощалась этим растением. Оказалось, они прилипали на обильно выделяемый сок этого растения. Песчинки, склеенные между собой, превращались в монолит, вроде бетона. Оставалось изготовить форму для отливки колес. Ось для тачек и тележки пришлось везти издали, из лесных районов. Однажды, отлив колесо, Азра, девушка из числа инопланетян, собрала остатки еще не застывшего раствора из песка и сока растения. Собственно, чтобы убить время, она начала лепить из него игрушки, мордашки, статуэтки животных, что вызвало огромный восторг аборигенов. Визга удивления и восхищения не было предела, вот уж действительно, игра научит всему быстро и надолго. Как ни пытались надоумить местных жителей, что нужно собирать сок и смешивать его с песком для приготовления раствора, который пойдет для изготовления колеса, ничего не получалось. А тут, глядя на игрушки, сотворенные Азрой, они все уяснили мгновенно. Вскоре все племя только и делало, что собирало сок, мешало раствор и лепило. И, надо отметить, у многих получалось весьма изящно. Постоянная диффузия между племенами способствовала передаче всего нового или необычного. Спустя какое-то время это новое и необычное можно было увидеть за сотни и сотни километров у других племен. Вот так же, во время отдыха, один из членов экспедиции в джунглях сделал свирель, сам поиграл на ней несколько мотивов, дал аборигену. Автор свирели, приложил некоторые усилия, чтобы объединить новоявленных музыкантов в один оркестр. Через неделю-другую джунгли можно было назвать огромным духовы оркестром. И ведь многие, научились выводить такие трели! То, что нудисты оказались весьма одаренными, очень радовало Алексея. «Божьи дети», – только так он думал про них.
Еще два месяца до отлета звездолета. Аш всегда, когда появлялась возможность, прилетал к своим подопечным и к тем племенам, с которыми работали его товарищи. Уже за это время можно было сделать некоторые выводы. Может не все, и не совсем так, как хотелось бы, было принято жителями планеты. Но главного, кажется, удалось добиться: они стали что-то делать, а значит, был дан толчок для развития их мышления. Насколько он принесет пользу – узнаем лет через сто, когда будем возвращаться домой.
; Где же находится этот райский уголок? В какой галактике, солнечной системе? – не удержавшись, спросил Алексей.
; Вы знаете, – ответил Аш, я без разрешения Ученого совета ответить на Ваш вопрос не могу. Да и навряд ли Ученый совет даст Вам координаты этой планеты. Попробую Вам объяснить, почему. Вы – развивающаяся цивилизация, вскоре добьетесь весьма ощутимых продвижений вперед. Ваша численность, будет неуклонно расти, Земля как планета достигнет преклонного возраста. Исчерпает свои резервы. И перед землянами невольно встанет вопрос: что делать? Ваши полеты будут все глубже проникать в космос, осваивая галактики. Перед капитанами звездолетов будет ставиться конкретная задача. Найти планету, пригодную для переселения. И вот в этом случае планета Нудистов, как Вы их окрестили, как ни какая другая лучше всего подходит для вас. Планета-близнец, точная копия по составу вашей биосферы, воды и многим, многим параметрам. Более того, та планета больших размеров, моложе, не разрушена, не загажена заводами, отходами промышленности. Вы понимаете, о чем я говорю.
; Да, конечно. Примеры из нашей истории имеются. Америка, Австралия, где почти не осталось истинно местных жителей.
; Такие примеры, но в масштабах галактики, имеются, когда с целью захвата цивилизация одной планеты уничтожала или покоряла цивилизацию другой.

Уже на пятом уровне развития вы сможете бороздить просторы космоса, но мышление ваше будет на уровне конкистадоров. И только выйдя на седьмой уровень, вы откажетесь от самой мысли насилия над кем-либо. Все это займет немало времени и сил.
Некоторое время оба сидели молча, каждый думал о своём. Да и было, над, чем поразмышлять. «Пятый, седьмой, это так далеко от сегодняшнего третьего. Если принять их градацию за основу», – анализировал Алексей, – да, это так далеко, но начинать думать, идти к седьмому надо уже сегодня, чтобы наша цивилизация и дальше могла продолжить свое развитие не оказалась в положении тех же Атлантов». Алексей посмотрел на экран. Взвесь, поднятая со дна храма, осела.
Наконец прожектора смогли высветить пол. Он был покрыт узором или надписями – это было трудно понять с первого взгляда. На нем все так же валялись груды разрушенных скульптур. Но теперь Аш без труда нашел то, что искал. Это была кисть левой руки, сжимающая какой-то предмет – не то книгу, не то шкатулку черного цвета. Сама скульптура, возможно, когда-то была белой, но сейчас серого цвета. Из торпеды появился рычаг со щупальцами, они подхватили кисть и погрузили в свой трюм. Торпеда направилась к выходу из храма.
; В этой находке разгадка Атлантиды.
; Как это понимать?
; Да простят нас Боги, – сказал Аш, – но в руках этой скульптуры библия атлантов.
; Значит, разгадка их цивилизации теперь будет разгадана.
; Да. Или почти да. Сто процентов дать просто невозможно, но если удастся прочитать память этой книги, свидетельницы всех событий и развития, то тогда разгадка будет найдена.
; Но она будет найдена вами, а значит, мы никогда без этой библии не сможем ее разгадать, даже если дойдем до девятого, десятого уровня. Вы извините меня, но мне кажется, это воровство.
; Не совсем так, – сказал Аш. – Эта находка будет передана Вам.
; Мне?
; Нет. Не конкретно Вам, а Вам – людям.
; Но, как и когда?
; Это уже наша забота.
Алексей надулся и задумался. Может, он впервые почувствовал себя не инфузорией-туфелькой, простейшим микробом на Земле, в космосе, да и во всей Вселенной. Осознав, он – человек, дитя планеты, Матушки-Земли, сын своей Родины – России. В нем проснулось чувство большой ответственности за все, что происходит вокруг.
; Аш, а Вы были в России?
; Нет. Мой объект изучения – Африка. Но так получилось, что Вы выбрали меня. И по просьбе Синь Ученый совет дал мне команду оказать ей содействие, поэтому я поступил в Ваше распоряжение. Пришлось учить Ваш язык. Как видите, это несложно.
; А я могу выучить Ваш язык?
; В принципе, да, если следовать общим правилам, принятым у нас на корабле. А если Вы пожелаете выучить так, как учат у Вас на Земле, то это займет очень много времени.
- Значит, если я приму приглашение Синь и окажусь в дальнейшем Вашим попутчиком в путешествии, мы с Вами будем общаться на моем языке, ведь Ваш язык очень сложен?
; Наоборот, если Вы окажетесь на звездолете, то, как и другие инопланетяне, изучите наш язык мгновенно. Здесь используются наши научно-медицинские наработки.
; А как выглядят Ваши гости внешне?
; Разные, очень разные, да и мы весьма отличаемся от Вас. Ведь биологически мы все развивались в разных условиях. И такие совпадения, как у Вас с планетой Нудистов, – очень большая редкость. За все свое путешествие мы встретили около десяти случаев вот такого сходства. Хотя совершенно одинаковые условия, например, имеют некоторые планеты в количестве пять, но, к сожалению, они, как правило, необитаемы.
; Как же могут сосуществовать все вместе, на одном корабле, такие разные по своему происхождению существа?
; Это технический вопрос. Он решен. Скажем так, для каждой индивидуальности созданы те условия, в которых они жили. Они могут творчески работать, участвовать в жизни звездолета. Хотя, конечно, есть определенные сложности. Но наука не стоит на месте. Сейчас разрабатывается нечто обобщающее для всех представителей цивилизации. Тогда внешнего различия не будет, но это на время полета, на общей территории. Можете представить, какое неудобство возникает, если, допустим, на Общем Научном совете присутствует один представитель цивилизации весом под тонну и рядом другой, тридцатикилограммовый. Невольно чувствуется дискомфорт.
; Это надо же, какие шмакодявки есть, – усмехнулся про себя Алексей.
; Да, это различие, многие считают, надо устранить. То есть, когда ты находишься в своей каюте, в своем блоке помещений, где все сделано для твоего обитания, можешь оставаться самим собой в привычной для тебя среде. Определенный химический состав для дыхания. Или жидкий раствор. Есть у нас и такие гости. Один из них живет в кислотной среде, в которой другой бы получил смертельные ожоги, а он чувствует себя комфортно, как у вас говорят, как рыба в воде.
; И сколько у Вас гостей на звездолете?
; Вы будете восьмой цивилизацией.
; А какие уровни у этих представителей?
; Разные, начиная со второго.
; А с планеты Нудистов?
; Нет. Эта планета у нас не представлена.
; Почему? – с обидой в голосе за родственных себе спросил Алексей.
; Для того чтобы они оказались у нас, их надо пригласить, ну и, конечно, получить согласие. А вырывать насильно из среды, в которой они живут, я думаю, Вы со мной согласны, кощунство с нашей стороны.
; Да, конечно. Ну и как идет работа по созданию униформы звездолетчиков?
; Вы нашли неплохую формулировку. Да, это будет своего рода униформа, внешняя оболочка. Все об этом, конечно, будут знать, но сосуществовать вместе длительное время будет комфортнее для всех.
За время их разговора разведчик, управляемый Ашем, покинул океан, и они уже летели над Испанией.
Алексею давно не терпелось узнать, а что внешне представляют собой инопланетяне, но ему никак не удавалось подвести разговор к такому щекотливому вопросу. Потому он решил начать издалека.
; Аш, вот по каким критериям можно определить, мыслящее это существо или нет? Ведь для того, чтобы двигать прогресс, необходимо работать, и не только головой, но и руками. Нужно передвигаться по планете, значит, нужны ноги. Все это, конечно, должно на чем-то крепиться, значит, нужно туловище.
; Вы правы, но не совсем. Конечно, без способности мыслить цивилизация на планете никогда не возникнет. Значит, нужна оболочка, привычное для Вас понятие – голова. Как правило, она имеется у восьмидесяти процентов, хотя, я могу рассказать о планете, на которой из всех названых Вами органов нет ни одного.
; В - о- о! Так это что, колобок?
; Ну, не знаю, попали в яблочко. Только не круглый, а как, например, страусинное яйцо. Оболочка этого яйца не жесткая, а мягкая, но довольно крепкая, что дает ему возможность передвигаться, скорость, может, и не ахти какая, но километр за час она сделает. Принцип передвижения довольно прост: внутри яйца происходит смещение центра и начинается движение. Кстати, начинать движение можно в любом направлении. Зрение находится на оболочки и обзор в триста шестьдесят градусов. Желудка как такового нет, поскольку питание, верней, получение жизненной энергии, происходит через внешнюю оболочку. Эта энергия поступает к ним из космоса, от солнца. Живут они в основном вдоль экватора, где больше поступления солнечного света. У Вас, на Земле, люди тоже получают космическую солнечную энергию; ее у Вас называют – праной, но далеко не все могут пользоваться ею.
; Как же, имея вот такое, ну очень неудобное тело, с точки зрения остальных, они смогли развить свою цивилизацию? – спросил Алексей.
; Представьте себе, что в этой оболочке находятся только мышцы для движения, орган размножения, а все остальное пространство занимает мозг. Мозг мыслящий, способный телепатировать мысли оппоненту. Поскольку биологическое строение не позволяло развивать иные органы, кроме мозга, они остановились на нем. И добились огромных успехов. Развили свою память, их философия уникальна, способность адресно отправить свою мысль за тысячи и тысячи километров позволила им мыслить коллективно, то есть работать с мыслью не в одиночку, а всем вместе. Им удалось постигнуть такое понятие, как внушение, и овладеть им. Они смогли сконцентрировать свою мысль в зарождающемся эмбрионе. Каждый вновь родившийся, в своем мозгу уже имел опыт предыдущих поколений. И ему не нужно начинать свою жизнь с нуля. Он знал и помнил все, что знали его родители. Непрерывная цепь развития. Конечно, на это ушло очень много времени. Но в результате саморазвития они сейчас находятся на шестом уровне. Да, им не удалось выйти в космос, но они смогли послать сигналы, обозначить свою планету как реальность, способную на контакт с разумными существами. Именно по их приглашению мы оказались у них.
; Ваше появление для них благо. А что-нибудь полезное для себя вам удалось почерпнуть?
; У вас говорят: «Отрицательный результат – тоже результат». Вот Вам ответ на Ваш вопрос, хотя, конечно, встреча обоюдополезная. Прежде всего, мы смогли им дать новую информацию о строении Вселенной, о других мирах, о науках, которые им были неизвестны. А для нас развитие их мозга, возможность изучения этого феномена – бесценный вклад в развитие науки. Нам, чтобы еще больше развить возможности мозга, пришлось прибегнуть к внешнему вмешательству, а именно вживлению микросхем. Сначала, это были очень простенькие, имеющие одну- две функции, но постепенно мы пришли к тому, что имеем на сегодняшний день. И это, как утверждают наши ученые, не предел.
; Значит, в разумной сущности главное – мозг.
; Мозг, но сегодня у Вас уже создан компьютер, который может обыграть шахматного чемпиона. Идут разработки саморазвивающегося компьютера, завтра появятся думающие компьютеры.
; Да, эта игра с компьютером может плохо кончиться, – вмешался в рассуждения Аш Алексей.
; Подождите, давайте я закончу мысль. Не далек тот день, когда на Земле будет создан искусственный интеллект, Вы можете это рукотворное создание назвать человеком.
; Ну, какой разговор, конечно нет. Это будет робот, выполненный на высоком техническом уровне.
; Значит, не мозг самое главное в человеке, а что-то другое, что дает право назвать себя человеком в отличие от других биологических существ, сосуществующих с Вами на данной планете.
; Я понимаю, о чем Вы говорите. Но тогда, как аксиому, нужно принять то, что Бог это не выдумка, не плод фантазии людей, а реальность. И именно Он дает нам ДУШУ, которая у разных людей может быть очень, очень разной.
; Да, Вы правы, но я на этом хочу закончить нашу беседу.
; Почему? – спросил Алексей, – для меня очень важно, учитывая Ваш космический опыт, выяснить, есть Бог или нет. И какой он.
; Ну, этот вопрос каждый решает сам. Но я действительно не могу продолжать разговор, к тому же мы прощаемся. До будущих встреч. Всего хорошего. Мне было приятно с Вами.
; Прошу приготовиться к посадке нашего лайнера в аэропорту столицы Франции – Париже, на нескольких языках – донесся из динамика голос стюардессы. Алексей встряхнулся, оторвался от спинки кресла. Плечами сделал круговое движение, разминая затекшие суставы. Слышен был мерный гул двигателей самолета, в иллюминаторе мелькали облака, сквозь которые были видны ярко-зеленые поля с озимыми, черные пашни. Алексей привычно посмотрел налево. На месте пилота негра сидела Синь и мило улыбалась.
; Ну, как прошла прогулка, есть впечатления?
; Прогулка? Да Вы что? Это было грандиозное путешествие! Я видел такое!
; Да, мне Аш рассказывал, а Вы молодец, не из пугливых.
; Спасибо, – скромно сказал Алексей и тут же спросил, – мы продолжим наш полет вместе?
; Нет, у каждого свои заботы. Я задержусь в Париже.
; Вы уже знаете французский?
; О да! В Париже я не заблужусь.







; Когда мы встретимся?
; А Вы уже приняли решение?
; Честно?
; Ну, конечно, честно, – рассмеялась Синь, – да иначе Вы и не сможете.
; Да, уж, конечно, не смогу.
- Нет, такого решения я еще не принял. Конечно, все очень заманчиво, любопытно.
- И что же Вас смущает?
; Смеяться будете.
; Не знаю. Может, не буду.
; Синь, давайте в другой раз. Сейчас я так перегружен, что боюсь шелохнуться, расплескать информацию, которая заполнила меня вот до сих пор, – Алексей ребром ладони провел поперек горла.
; Хорошо! Я Вас понимаю.



; Когда встретимся?
; Я уже Вам сказала, в любое время, когда Вы этого пожелаете. Время торопит. Ваше очень меткое русское выражение, не правда ли?
; Да, наше.
Самолет мелко задрожал, коснувшись бетонной полосы. Загудели тормозные двигатели. Путешествие, которое иначе, как два в одном, не назовешь, подходило к концу.





Дверь Алексею открыла Людмила – жена Виктора. Это была живая, подвижная, несколько шумливая, но очень доброжелательная по своему характеру женщина.
; Проходи, путешественник, мой тебя ждет. Они по-товарищески чмокнули друг друга в щечку, и Алексей прошел в гостиную. Виктор, такой же холерик, как и Алексей, отодвинув локтем тарелки, даже не присев на рядом стоящий стул, торопливо писал в почти свисшем со стола блокноте. Хотя рядом стоял совершенно пустой журнальный столик и толстые, как бегемоты, кожаные мягкие кресла.
Алексей, не тревожа хозяина, прошел к празднично накрытому гостеприимной хозяйкой столу и налил себе бокал пива. Хотел было устроиться в кресле и посмаковать пиво с солеными орешками, но Виктор, видно, дописав жарившую его нутро строку и швырнув блокнот на журнальный столик, с распростертыми руками бросился к Алексею с намерениями потискать в объятиях своего старого приятеля.
; Ну, рассказывай.
Вообще Маковецкий был плохим слушателем – сказывалась многолетняя практика диктора телевидения. Сам любил говорить. Но, тем не менее, перебивая друг друга, пока накал встречи не прошел, они успели обменяться любезностями. Алексей по своей натуре человек несколько более сдержанный в эмоциях, переждав первый натиск, начал рассказывать о поездке в Бразилию.
С кухни раздался голос Людмилы:
; Подождите меня. Мне тоже интересно!
; Значит, получил удовольствие от поездки? Потрясла тебя Америка?
; Нет, меня потрясло другое, но в это трудно поверить. То, что мне удалось увидеть, уму непостижимо!
; Чем ты хочешь удивить старого волка золотого пера?
; Понимаешь, Виктор, вчера я был там, где не ступала нога человека. Видел то, о чем люди сегодня лишь догадываются, строя предположения и не веря , что это может быть.
; Ну, хорошо, давай к столу. К тому же Людмила и гуся жареного притащила. Потом все мне расскажешь. Ночуешь у меня, завтра с утра в редакцию, а вечером домой. Хорошо? – расписал московскую встречу Виктор.
Раздача бразильских сувениров не заняла много времени. Сели за стол, который терпеливо их ждал все это время. Трапеза была обильной. Хлебосольная Людмила любила готовить и накрывать стол. Радиоинженер телецентра, рано вышедшая на пенсию, оказавшись только домохозяйкой, посвятила себя созданию уюта, который бродяжной натуре Виктора был до лампочки. Поэтому похвалу Алексея Людмила воспринимала с благодарностью. Активный участник в разговоре, она особенно внимательно слушала рассказ Алексея, а когда дело дошло до рассказа о блюдах, которыми потчевали его в Бразилии, не дослушав до конца описание того или иного блюда, она восторженно кричала:
; Готовят, как, как готовят?
Алексей смеялся и говорил:
; Людмила, милый ты человек! Я сидел за столом в качестве почетного гостя, а на вертелся на кухне, где готовят. Но ответственно скажу: очень! Очень вкусно!
Все смеялись. Рассказал Алексей и несколько страшных историй с крокодилами, которые чуть ли ни строем ходили по главным площадям бразильских городов. А после третьей рюмочки португальского коньячка в нем проснулся до сель дремавший Мюнхгаузен.
Людмила только и делала, что в страхе закатывала глаза, закрывала их ладошками или хлопала ими, приговаривая: «Это надо же!»
Наконец застолье докатилось до десерта, после чего мужчины остались одни.
; Не знаю, могу ли я об этом говорить, но не терпится поделиться, да и запрета вроде официального не было. Да и поверишь ли в то, что услышишь?
; Ну, я тебе не Людмила. Но постараюсь.
; Хорошо начнем с середины. Алексей вышел в прихожую и вернулся с папкой, из которой достал фотографии. На них были драгоценности, поднятые со дна океана. На голубом фоне золото смотрелось особенно ярко. Резко просматривались грани камней. Вязь золотых узоров четко прорисовывалась.
Засиделись они допоздна.
; Мда-а, хорошо, Алексей. Если ты, конечно, хочешь этого, завтра мы заедем к моему знакомому. Скажем так, эксперту золотых дел. Работает он в Оружейной палате Кремля. Авторитет признанный, объездивший не один музей мира. Возьмем и эту монетку с датой семнадцатого века. Покажем, послушаем. А вообще, давай сделаем материал о твоих инопланетянах.
; Подожди, Виктор, одно дело – это подать как фантазию, предположения, другое – как реальность. Какая будет реакция. Это тебе не летающие тарелки. Мне-то ты сам веришь?
; Я тебе? Я тебе верю!
; А другие? Над Кремлем висит чужой звездолет. Я шатаюсь по дну океана, на глубине уму непостижимой. Как к себе домой, захожу в Храм Атлантиды. Чего стоит нелепый рассказ о планете Нудистов. А Тот со своим наркотиками. Кто поверит?
; Ну, ладо, давай спать. Тебе постелили в моем кабинете. Можешь там и покурить, – разрешил великодушно некурящий хозяин. Окно не открывай – комары замучают.
Да, покурить надо непременно, за долгим ужином эта прихоть не была востребована. Зато сейчас он с удовольствием закурил. Курить он начал давно, так же давно он хочет бросить эту пагубную привычку. Но все не получается. Почему-то вспомнилось, как они, шестилетние пацаны, запрятавшись между сараями, решили, как взрослые, покурить папироску. Папироской были окурки, которые они набрали около подъездов. Валерка, самый отчаянный из них, инициатор этого дела, лихо сунул окурок в рот, размашисто, совсем как взрослый, зажег спичку и прикурил. Мы, разинув рты, с уважением смотрели, на подвиг и самопожертвование нашего друга. Затянувшись глубоко, как это делают взрослые, он поперхнулся и откашливался минут пять, до слез. Следующим был я. Почему я? Ну, еще бы, я был капитан в нашем дворе среди такой же мелюзги. Ну, какой же авторитет без дымящей папиросины в зубах. Сразу скажу, дымопоглощение мне не понравилось, хотя выдохнул клубы дыма двумя шикарными белыми кольцами. Два моих подельника и без дыма задохнулись от зависти. Но больше всего не повезло Славке: только он прикурил, не успел даже распробовать, как нас накрыла «Баба Яга». Самая сварливая бабка нашего двора. У нее было свое хобби. Она следила за всеми и поверяла в великой тайне гадости об одной соседке – другой, и наоборот. Пик ее радости мной позже, когда немного повзрослел, был разгадан. Она блаженно улыбалась, сложив руки на груди, и была очень счастлива, когда две сошедшиеся на поединок соседки по двору, подъезду, обливали друг друга грязной бранью. Ну, а если дело доходило до рукопашной, то «Баба Яга» от умиления могла прослезиться. Так что, влипли мы крепко, это было ясно всем троим.
; Я не курил, – резко и твердо, как окончательное решение, заявил Валерка.
; А, я? – Растеряно спросил Славка.
; Я не видал, – сразу отмежевался Валерка от Славки.
Алексей промолчал.
Днем позже выяснилось, что Валерке очень неловко садиться на задницу. Отец его легонько выпорол, но он - Даже не кричал. Можете у сестрички спросить. Любопытный Славка сразу бросился бежать к Таньке, чтоб спросить, как было дело. Но не смог докричаться, наверно оглохла от Валеркиного визга, решил он.
Его экзекуция прошла тихо, но утомительно. Семья интеллигентная. Мама училка, отец – дамский портной. Он и установил меру и тяжесть наказания – в угол, на горох. Двенадцать часов. Почесав огромную лысину, смягчил приговор: можно по частям. «Еще два часа постою, и мама сказала, что на кино денег даст», – рассказывал Славка. – «Деньги мне отдашь, я тебя так проведу», – его мама работала в кинотеатре, на контроле, – мы папирос купим настоящих»
Получив сигнал соседки-ябеды, моя мама сказала: «Хорошо, я разберусь с Алешей». Дело было после обеда, а ей в больницу на дежурство. «Пойдешь со мной?» Ну, что мне, набедокурившему сорванцу, оставалось делать? Кивнул головой: «Да, мама, пойду с тобой». По дороге мама расспрашивала о моем впечатлении от первого опыта взросления.
; А что курили?
; Папиросы.
; А где взяли?
; Нашли.
; Где нашли? Я вот что-то не нахожу.
; Ну, вот же валяется.
Мама достала голубой батистовый платочек, обрамленный узкой полоской кружева, и подала мне.
; Ну, вот и собери.
; Зачем?
; Вместе покурим.
Мою маму иногда трудно понять, но и спорить с ней не было резона. По дороге в отделение зашли в лабораторию. В ней Алексей уже бывал. Вот и сейчас мама поздоровалась.
; Девочки, микроскоп свободный найдется?
; Что, Софья Павловна, ударились в науку?
; Да нет, хочу сыну показать, что он в рот себе тащил.
А мне сказала:
; Ну, где твоя добыча?
Сделав с каждого мундштука папироски смыв, она поместила эти капельки между двумя стекляшками. Получилось пять заготовок для анализа.
; Вот и дамский, – показала она окурок в губной помаде. Вложив первую пару, настроив резкость, пригласила Алексея. – Смотри, видишь, шевелятся – это микробы, их очень много. Постарайся их запомнить и сравнить этих с другими, которые будешь просматривать. О! Да здесь, кажется, палочка Коха, Марья Алексеевна, – позвала она одну из лаборанток, – взгляните своим профессиональным глазом.
; Несомненно. А где эту гадость подцепили?
; Да нет, не успели.
Пустили и меня к окулярам, рассказали о вредных и полезных микробах, мама, надо отдать должное, была терпеливым человеком. Не торопила меня, когда я закончил первый просмотр всех пяти смывов, она дала мне две стекляшки и послала к рукомойнику, чтоб я капнул маленькую капельку воды.
; А теперь ставь ее в микроскоп и смотри. В этой капельке тоже есть микробы, но они чистые и даже полезные. Сравни их с теми, что мы смотрели. Когда надоест, беги домой и мне позвонишь. Девочки, пускай посмотрит, – сказала она лаборантам и ушла на дежурство.
Постскриптум того случая: Валерка закурил, и на всю жизнь, грешным делом думаю, что он в юности среди нас был самого маленького роста, хотя в детские годы он был подлинней нас. Славка закурил перед армией. Что касается меня, то я закурил в армии. Резко и на всю жизнь. Произошло это с легкой руки майора Бочкарева, редактора армейской газеты «Советский патриот».
Конец второго и третий год на действительной я отслужил корреспондентом в этой газете. Однажды, приехав из командировки, сижу в редакционной комнатенке и корплю над заметкой. Заходит майор, шумный и подвижный, с вечно дымящей папироской.
; Ну, как дела?
; Да вот. Пишу.
; Вторую заканчиваешь?
; Да нет, говорю, первую никак не закончу.
; В чем проблема? На, закури, – сует мне пачку «Беломорканала».
; Да я не курю.
; Да ты что? На, кури, палочка-выручалочка. Все пойдет, как по маслу.
Я не помню, как написал, что написал. Проснулся от шума, с которым обычно майор передвигался по редакции. Как он воевал в бесшумной разведке в Отечественную, ума не приложу. Но награды, ранения имеются, да и закваска человека, прошедшего огонь и дым тоже.
; Ну что, молодец, прочитал, уже в наборе. А ты говоришь, не идет. Все идет, все движется. Вот так я закурил, на весь отрезок в тридцать лет. «Надо бы бросить», – подумал Алексей, гася сигарету, да все недосуг собой заниматься.
Утро, как всегда это бывает в доме Маковецкого, заполошное. Людмиле позвонили и сказали срочно забрать внука, так как дочке нужно куда-то и зачем-то срочно бежать.
Сам Маковецкий, проспав звонок, шарахался на кухне и не мог найти солонку, чтобы посолить на завтрак яйца всмятку. Но все препятствия были преодолены, и к десяти, как и было назначено, они были у эксперта золотых дел. Коротко поздоровавшись, прошли к нему в кабинет. «Ребята», – сказал он, – у меня время ограничено, думаю, минут за десять управимся».
Управились. Но за два часа. Из которых первый час, в надежде найти снимок диадемы португальской королевы, ушел на листание каких-то справочников, второй - на звонки знакомым искусствоведам. Поиск в Интернете. «Откуда у Вас эти драгоценности?» - Все добивался узнать эксперт у Алексея. Но, узнав, что у него только снимки, несколько успокоился. Это, ощущалось по его дыханию, которое стало ровней, спокойней. В заключение, попросив разрешения переснять снимки, сказал, - «Даже с этим неполным набором Вы могли бы прикупить большую часть первопрестольной».
В редакцию они попали к двенадцати.
; Да, старина, – сказал Виктор, – вчера, под шаффе, все, что ты рассказывал, воспринималось как занимательная сказка, но сейчас я на все сто процентов верю всему, что ты рассказал.
На вокзале, куда Виктор, несмотря на уговоры не провожать, все же приехал, сказал:
; Я договорился – три тысячи строк в солидном журнале ждут твоего рассказа об инопланетянах. Так что дерзай! Зеленая улица за мной.
Вечерело. Перроны были залиты светом фонарей.
; Слушай, Алексей, – обратился он, поправляя свою прическу. Это своеобразная манипуляция. Растопыренные пальцы обеих рук, словно он хотел взять крупных ежиков, били по черепу, взъерошивая поредевшие волосы, как будто таким образом делал точечный массаж или забивал оставшийся волос покрепче в свой череп. «Есть идея, что-то придумал», – решил Алексей, хорошо знавший привычки Виктора.
; Слушай Алеша, давай сдадим билет и махнем в кабак, а? – предложил он. И, не дождавшись ответа, заспешил досказать свою мысль. – Есть две мормышки, закачаешься, моя сегодня у дочки с внуком ночует.
; Нет, Виктор, благодарю, в другой раз. Хочу домой. В голове ералаш, нужно собраться с мыслями.
; Ну ладно, знаю, спорить с тобой бесполезно. Звони, буду ждать.
; Я позвоню, – ответил Алексей и с последним гудком электровоза сел в поезд Москва – Липецк.
В Липецк поезд пришел без опоздания. По перрону бежали встречающие. Что-то, кому-то кричали. Было шумно и оживленно. Люди обнимались, целовались, радовались встрече. Алексея никто не встречал, да и не принято было в его семье. Постоянные командировки превратили это событие в обычную повседневность, не стоящую внимания. Так что, это было в порядке вещей.
Алексей пересек широкую привокзальную площадь и вышел на остановку. Дождавшись своей маршрутки, через двадцать минут был дома. Заварив кофе, включил комп и вставил диск, привезенный из Москвы от эксперта. Раскрыл файл фотографии. На экране появились драгоценности испанской королевы. Но теперь к снимкам, которые ему дал Аш, добавился снимок диадемы. Его нашли через эксперта оружейной палаты. Да, каких только чудаков не бывает на свете. Что только люди не коллекционируют. Монеты, марки, но это в порядке вещей. Но ржавые замки, пивные пробки, грампластинки, значки, кирпичи, пустые бутылки необычной формы, разных времен пуговицы, даже предметы туалета знаменитых людей. И многое другое, а вот знакомый эксперта коллекционирует драгоценности. Но не сами драгоценности, а их снимки, рисунки, описания, историю появления драгоценностей, кто сделал, кому они достались. По возможности всё об этой вещи, где она сейчас, кому принадлежит, ее стоимость на сегодняшний день. На каждое изделие написана аннотация. Как рассказал эксперт, бывавший у этого чудака дома, картотека занимает у него зал в двухкомнатной квартире. Сплошные стеллажи, заполненные карточками, узенькие проходы между ними, через которые можно пробраться в спальню. Этот человек, был одержим коллекционированием. Он просто не замечал и не видел, что творится вокруг него. И когда однажды от него ушла жена, которой надоело его чудачество, он просто этого не заметил. Но воспользовался освободившимся местом и поставил еще один стеллаж для своей картотеки. Короче, это был один из чудаков, которые украшают нашу жизнь.
После телефонного звонка, эксперт по электронной почте выслал ему снимок колье, и через пятнадцать минут раздался звонок.
; Я знаю это ювелирное украшение, – заявил он. – Это из коллекции испанской королевы. Придворный летописец при испанском дворе оставил подробное описание приема монархами испанских флотоводцев, верней корсаров, которые бороздили воды Атлантики, грабя английские поселения в Америке и суда, шедшие оттуда в Европу. Летописец, видно, был большим знатоком и разбирался в драгоценностях. Его описание легло в основу оценки стоимости таких изделий. Но, к сожалению, из всего набора сегодня в наличии только диадема, хранящаяся в Британском государственном музее. Все остальное безвозвратно потеряно. И Ваш снимок колье – это чудо для ювелирного мира. Это все, что у Вас есть, или имеются другие украшения? – Наш эксперт минут десять торговался с ним. Потом решили, что они высылают ему все снимки, находки Алексея, а он в свою очередь пришлет копию испанского летописца и снимок диадемы.
Так что у Алексея добавился еще один снимок и появилось, описание всего набора украшений. Он сидел за компом и рассматривал завитушки рисунков на диадеме и колье. Выделив их в отдельный файл, он попытался наложить их друг на друга. Путем уменьшения, увеличения масштаба, вскоре это ему удалось. Несомненно, эти украшения из одного гарнитура. Да, интересно узнать их судьбу и как они оказались на корабле, а корабль на дне океана. «Надо будет выслать эту дискетку в Эрмитаж для искусствоведов, для них это будет находка», – решил он.
; Привет, Бразилец! – приветствовала его супруга, вернувшаяся с репетиции, – смотри, как загорел, значит и правда, в Южной Америке был. Она подошла сзади и положила руки ему на плечи. Он повернулся к ней, они чмокнули друг друга в щечку.
; Смотри, что я тебе покажу. На экране появились колье, кольцо, серьга и диадема.
; Ой, какая прелесть. Это что, ты мне из Бразилии привез? Дай поближе посмотреть, или в багаже?
; Да, мог бы привезти.
; А почему мог бы, взял бы да привез, без всяких «мог бы».
; Ой, Надюша - голубушка. Ты проста, как советский рубль. Ты знаешь, кому принадлежали эти драгоценности, сколько им лет, сколько они стоят и сколько они лет пролежали на дне океана?!
; Слушай, Алеша, пойдем на кухню. Пока я буду накрывать стол к обеду, у тебя будет возможность мне лапшу на уши повесить. Расскажешь, что нырнул в океан глубокий и нашел пиратский сундук с драгоценностями.
; А знаешь, ты угадала, все так и было.
; Ну, Алексей! Знаю тебя почти тридцать лет. Знаю, что всю жизнь ты мне врешь. Врал, наверное, и дальше будешь врать. Ну, ладно, – извиняющимся тоном проговорила она, заметив, что лицо Алексея посерело и он начинал сердиться. ; Ну, не врал, – поправилась она, – фантазировал, придумывал, шутил, – примирительно сказала Надя и поцеловала в губы уже вставшего из-за компьютера Алексея. – Ну, пошли, а то я проголодалась, кстати, в холодильнике тебя пиво ждет.
Пока Надежда суетилась у разделочного стола, Алексей откупорил пиво, достал слегка подсохший голландский сыр именно такой как он любит и, попивая горьковатый напиток, начал рассказывать, опустив Бразилию, сразу о подводном путешествии.
Несколько раз Надя прекращала какие-либо движения и внимательно слушала. Иногда ироническая улыбка проступала на ее милом личике. Но не перебивала, слушала.
; Нет, Алексей, ты неисправим. Скажу честно, жить с тобой даже очень трудно, ненадежно. Вечно куда-то спешишь, попадаешь в какие-то авантюры. С тобой даже страшно жить, ну нет твердой уверенности в завтрашнем дне, ты непредсказуем в своих поступках.
; Ну и что тебя держит? – спросил начавший раздражаться Алексей.
; Что держит, что держит. С тобой интересно. Понимаешь, не скучно. Всегда что-то новое. Чудак ты у меня, – она подошла, нагнулась к сидящему Алексею и поцеловала его в мокрые от пива губы.
; Налей мне тоже.
; Тебе все шуточки, а у меня к тебе разговор серьезный.
; Что, нашел молодую, красивую и хочешь спросить моего разрешения уйти к ней?
; Да перестань молоть ерунду, дело очень серьезное.
; Ну, хорошо. Слушаю.
; Помнишь разговор перед отъездом?
; Помню.
; Все остается в силе. В Бразилии я встретил Синь, ту девушку, я, вроде, о ней говорил.
; Как в воду глядела. И насколько она моложе меня?
; Старше, глупое ты женское создание, а насколько старше, не знаю, может на пятьсот лет, а может на всю тысячу наших земных лет.
; Слушай, Врунгель, ты хоть меру знай.
; У меня нет доказательств того, о чем я говорю, кроме этих снимков. Вчера был у Маковецких. Ему я тоже рассказал, сейчас говорю тебе. Поначалу, он, тоже отнеся ко всему весьма недоверчиво. Но после того как мы побывали с этими снимками у эксперта из оружейной палаты Кремля, видя его реакцию, а он знает об этих драгоценностях, так как они числятся в мировых каталогах безвозвратно пропавшими для человечества, Маковецкий, поверил во все, о чем я рассказал. Могу добавить, что эти драгоценности мне отдавали, но я не взял.
; Почему? – возмущенно и с обидой в голосе спросила Надежда.
; Надя, вот скажи, как я могу объяснить наличие у меня этого состояния? И что бы я рассказывал таможенникам? Ты, моя жена, не веришь мне. Почему они мне поверят, что этот маленький презент, не стоящий внимания, я получил от Аша, пилота звездолета, с которым мы совершили прогулку по дну Атлантики?
; Алексей, если серьезно, то меня настораживает и пугает вся эта история с инопланетянами. Одно дело, когда читаешь в газете о летающих тарелках, о контактах с инопланетянами. Другое, когда родной муж, любимый человек, отец твоих детей, начинает нести такую несусветную чушь, что уши закручиваются в трубочку. Что прикажешь, слепо верить всему, что ты говоришь? А если это правда? Сказать «да»?! И шагнуть на твой звездолет, который умчит Бог, знает куда? От детей, от внучки, из родного города, от земли, где прах родителей. Нет, Алексей, я даже думать об этом не хочу.
; Плохо, Надежда, плохо.
; А что плохо?
; Плохо, что думать об этом не хочешь.
Обед был скомкан, оба несколько раздраженные разошлись по комнатам: Алексей – к себе за компьютер, Надя – в спальню, где у неё был свой уголок. Швейная машинка, трельяж, на котором теснились всякие коробочки, флакончики с косметикой, на стене – подвесная полочка с ее книгами. Хотела было дострочить начатый на той недели фартучек для внучки, но раздумала. Сбросив покрывало с кровати, прилегла. Разговор с Алексеем расстроил её. Конечно, человек он неплохой. Веселый, не злой, за все тридцать лет, что прожила она с Алексеем, не была бита, клята, мята. В чем-то ей повезло больше, чем её подругам. Конечно, в роскоши они не купались. Но, все что нужно для нормальной жизни, у них было. А главное, конечно, отношение друг к другу.
Теперь, если допустить, что все, о чем рассказывал Алексей, правда, ей как ниточке нужно следовать за иголочкой или оборвать ниточку, а значит, расстаться с Алексеем. Ведь если он решит, что нужно лететь, полагая, что это его долг, то остановить его уже невозможно. А жизнь без него Надежда просто не могла представить. Конечно, он постоянно в командировках, но они не вечны. Неделя, от силы две – и он дома. А теперь –– на вечность.
Возвращаясь из редакции, Алексей незаметно для себя оказался в Нижнем парке. Как раз у деревянного горбатого мостика через небольшой пруд на скамеечке, стоящей вдоль аллеи, сидела Синь.
; Здравствуй, Алексей, – приветствовала его девушка.
; Здравствуй, – ничуть не удивившись встрече, ответил Алексей, устраиваясь рядом с ней.
; Хотите мороженого? Такая прелесть! Какое желаете? – она раскрыла коробку, в которой лежало несколько сортов мороженого местного хладокомбината.
; Не заболеете? Можно горло застудить. А у Вас что, мороженого нет?
; Нет, у нас почему-то такого вкусного и приятного продукта нет. Возможно, из-за нашего климата. Я ведь говорила, что у нас на планете прохладно. По-видимому, поэтому прохладительных напитков и мороженого у нас нет.
; Жаль, и с собой много не наберешь.
; Почему, с собой я уже два сорта выбрала.
; Это как же?
; Вот шоколадное, темно-коричневое, а еще сливочное – пломбир. Сейчас я Вас угощу. Она достала все ту же плоскую коробочку, подержала над ней ладонь – и мгновенно появился пломбир. Больше из любопытства, чем из желания полакомиться Алексей взял мороженое. На вкус он не мог определить какое-либо отличие от того мороженого, которое сам покупал в киоске хладокомбината.
; Занятная штучка. Можно посмотреть?
; Да, конечно, – она подала коробочку, которая заинтересовала Алексея еще в прежнюю встречу. Серебристая, очень похожая на портсигар. На поверхности не было каких-либо кнопок, отверстий, прорезей.
; Что это и как пользоваться?
; Скажем, что это вроде вашего карманного компьютера.
; Наладонник.
; Да, но намного порядков выше по своим техническим данным. Без него не выходит из дому ни один житель нашей планеты. Тут аудио- и видеосвязь. Элементарный компас – и то здесь. Переводчик и много, много других программ, записанных по необходимости. Хотя, многие функции мы можем выполнить и без него, за счет вживленных в наш мозг микросхем. На них записана информация, необходимая на все случаи жизни.
; И как же это делается? Я про микросхемы.
; Ребенку на третий день после рождения делается бескровное вживление этих микросхем, размером не больше горошины перца. По мере взросления микросхемы включаются в работу.
; Вот здесь поподробней.
; На примере ваших детей. Скажите вон тому карапузу, – Синь показала на малыша лет трех-четырех, который толкал через горбатый мостик большой игрушечный грузовик. Малыш пыхтел, бибикал, рычал, имитируя звук мотора. Грузовик медленно, но настойчиво двигался вперед. Вскоре он достиг вершины перелома мостика, перевалив, он вдруг вырвался из рук и, гремя пластмассовыми колесами, устремился вниз, вначале по мостику, потом по брусчатке аллеи. Бутуз, потеряв опору, молча растянулся, но не надолго. Видно, оценив обстановку, он воочию увидел вероломство своего грузовика, который он с таким трудом вытолкал на вершину и вдруг он, грузовик, бросает своего хозяина, устремляясь вдаль без него. Малыш устало выдохнул и разревелся. Алексей улыбнулся, улыбнулась и Синь.
– Ну вот, скажите, нужна этому карапузу сейчас теория Эйнштейна?
; Ну, конечно, нет.
; Вот почему однажды вживленные микросхемы начинают работать в определенный срок. Ознакомившись с вашей школьной системой, я пожалела Ваших детей.
; Почему?
; Ваше сознательное детство длится с трех до двенадцати лет, далее отрочество, юность. Несложно высчитать, сколько времени крадется у детства на зубрежку таблицы умножения, писание первых букв, то есть получение элементарных знаний, необходимых в дальнейшей жизни.
; А у Вас?
; У нас эти годы уходят на детские игры, увлечения, развитие чувств и физическое воспитание. Нет точного графика включения в работу микросхем. Есть примеры, когда в силу увлечения, потребности их носителя, микросхемы одного порядка превалируют над другими. И это может стать решающим фактором при выборе приложения своих сил в дальнейшей жизни.
; И сколько лет длится детство у Вас?
; По Вашему летоисчислению лет семьдесят. А если учесть, что наши сутки длиннее Ваших в два раза, то получится сто пятьдесят.
; Тогда сразу вопрос: сколько лет длится жизнь на вашей планете?
; Пару тысячелетий. Знаю, Вы хотели бы задать вопрос, который у Вас не принято задавать женщинам. Мне по Вашим меркам семьсот пятьдесят пять лет.
«Да, почти угадал», – подумал Алексей, вспомнив разговор с Надеждой, но Синь сказал:
; Значит, по вашим меркам Вы находитесь в расцвете сил.
; Да, – улыбнулась Синь.
; Но жить так долго – два тысячелетия, это, наверное, очень утомительно, да и здоровье навряд ли выдержит!
; Да, это одна из проблем на нашей планете. Поймите, мы тоже очень разные. Есть такие, кому даже не хватает и двух тысячелетий, чтобы закончить начатое дело. Все зависит от его целеустремленности.
; И что тогда?
; Тогда он может продолжить свое физическое существование.
; Как это возможно?
; Для него создается новое физическое тело, в котором он будет жить дальше.
; У вас так стремительно и далеко шагнула наука?
; Далеко? Возможно, по вашим меркам. Стремительно – не скажу. К этому шли долгие тысячелетия. Через череду ошибок и неудач, поисков и находок. Признания или непризнания открытий. Такие споры, как сегодня у Вас, о клонировании человека, были и у нас. Кстати, о медицине. После того как окажетесь у нас, Вы пройдете, это вполне естественный порядок, карантин, чтобы уничтожить все возможные вирусы. А земля ими полна. И мы, всякий раз возвращаясь на звездолет, проходим через эту неприятную процедуру. Физически это никак не воспринимается. Но таковы правила безопасности. Просто жаль впустую потерянного времени на эту процедуру. Но, с другой стороны, вспомните из своей истории, как завоеватели из Европы занесли вирус холеры, чумы на континент Америки. Миллионы аборигенов погибли от болезней, не имея иммунитета к этой заразе. Могу я привести пример из космической истории, когда от незнакомого вируса погибает вся цивилизация планеты и большая часть живой природы. Но я хотела рассказать Вам о возможности, которая будет предоставлена по прибытии на корабль. Вы можете восстановить свой организм. Даже больше, можете физически вернуть свою молодость. Вот Вам сколько сегодня?
; Почти пятьдесят.
; Вашей супруге?
; Сорок пять, баба ягодка опять.
; Сколько лет Вы хотели бы скинуть с плеч своих? В каком возрасте Вы чувствовали себя наиболее комфортно?
; Ну, лет десять, пятнадцать назад.
; Такая возможность есть. Оставив нетронутым жизненный опыт, все наработки мозга, Вы получите помолодевшее тело, в котором будете находиться всю дальнейшую жизнь.
; Фантастика! Что можно сказать на это! Хорошо. Но представим, действительно у меня, у нас с супругой появилось второе дыхание. Вернулась молодость духа и тела. Значит, появилась возможность деторождения.
; Ну и какие проблемы?
; Рождение детей всегда проблема, а в данном случае ограниченные условия в пространстве, невесомость космоса. Ведь я совершенно уверен в том, что состояние атмосферы на Вашем корабле, как и планете, отличается от нашего. Значит, для землян нужно создать особые условия.
; Безусловно. Но у нас живет семь цивилизаций. И им созданы именно те условия, которые необходимы для нормального существования. И для Вас также будет все сделано, именно для Вас. Своя биосфера. Но когда Вы будете приходить на заседания Ученого совета или другие мероприятия, Вам, как и остальным представителям, придется облачаться в скафандры. Все эти неудобства вскоре будут преодолены. Сейчас научный мир звездолета работает над этой проблемой.
; Как же вы хотите ее решить?
; Необходимо усреднить, вернее, найти общий знаменатель для всех представителей на космическом корабле. А это, значит, найти то тело обитания, которое устраивает всех. Такая возможность у нас есть. Пример тому я и Аш. Преобразовавшись в человека, мы имеем возможность дышать вашим воздухом, питаться вашими продуктами. На этот момент я обладаю всеми чувствами, которыми обладает человек, плюс свои. К тому же мой мозг за счет вживленных чипов имеет больше возможностей.
; Да, – подхватил мысль Алексей, – значит, если Вы вдруг пожелаете или в силу обстоятельств окажетесь жительницей нашей планеты на всю оставшуюся жизнь, то Вами будут приняты правила жизнедеятельности землян.
; Интересная мысль. Вы знаете, я не готова вот так сразу ответить на Ваш вопрос. Но обещаю им заинтересовать наших ученых.
Весна набирала силу. Нижний парк зеленел, на клумбах парила вскопанная земля. По аллеям бегала ребятня, степенно вышагивали пенсионеры, в обнимку прогуливались влюбленные парочки. Весенний парк жил новой сочной жизнью любви и радости.
Алексей и Синь тоже влились в этот поток отдыхающих, прогуливаясь по липовым аллеям парка.
; Скучаете по дому, по своей планете? – спросил Алексей.
; Ну, как сказать, и да, и некогда. Ну, конечно, скучаю. Ведь у меня там мама, дочь, сестра, брат.
; А отец?
; Отец? Мой отец – звездолетчик, он погиб.
; Как?
; Космос не так уж пуст, как это кажется на первый взгляд. Он живет своей жизнью, по своим законам добра и зла. Хотя, чаще всего зло порождается разумными существами. Вот с таким злым разумом и встретился космолет моего отца.
История давняя, длящаяся не одно тысячелетие. Война миров, так кажется, называются у вас компьютерные детские игры про космос. Не знаю, будет ли это для Вас интересно…
; Конечно, конечно интересно, расскажите, – поторопил ее Алексей.
; В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь. Так, кажется, у вас начинаются многие сказки?
; Да, так, или почти так, – подтвердил Алексей.
; Ну вот. В соседней галактике существовала планета, жители которой только недавно покинули четвертый уровень и с трудом вскарабкались на пятый. Тем не менее, мы обрадовались. Все-таки хорошо, когда рядом есть соседи, есть с кем пообщаться. Но жители планеты оказались весьма агрессивными. Особенно когда мы встали на защиту планеты, которую они жестоко и цинично угнетали. Для своего жизнеобеспечения планете Злас требовался уран. Уран в большом количестве они нашли в одном из созвездий. И в течение тысячелетия они в сложнейших условиях своими силами добывали уран, привозили к себе на планету, обогащали, этим, как говорится, и жили.
Но однажды им повезло. Бороздя просторы Вселенной, они натолкнулись на обитаемою планету Трис. Сравнив атмосферу планеты рудников с атмосферой Трис, обнаружили полную идентичность. Значит, жители Трис могли свободно существовать на рудниках. Первая партия вынужденных переселенцев действительно вжилась в атмосферу, климат рудников. На материках водились животные, в океанах в изобилии плавала рыба. Но все живое было отравлено, заражено радиацией. Тем не менее, алчное правительство Злас увидело возможности использовать дармовую силу. Так началось порабощение планеты Трис, которая находилась на втором уровне и, естественно, противостоять оккупации Злас она была не в силах. Они вынуждены были покорится, и добывать уран, обогащать его, ценой своей жизни, которая, по Вашим меркам, у них дома продолжалась около трехсот лет. Но на урановых рудниках они проживали не более ста пятидесяти лет.
Поработителям нужно было сырье, поэтому колонизация планеты продолжалась по нарастающей. Под надзором Злас строились заводы по обогащению урана, расширялись рудники, шахты, все это происходило под жестоким гнетом надзирателей. В полном смысле это было рабовладение. Жители планеты Трис вынуждены были своими силами добывать пропитание, употребляя в пищу непригодные продукты. И то, что рабы умирали в большом количестве, правительство Зласа не волновало, не вызывало никакой жалости. Поработители наладили регулярные рейсы поставки новых рабов. Маршрут планеты «Трис – Рудники» стал дорогой слез и горя.


Правительство нашей планеты предлагало правительству Злас помощь в освоении рудников. Мы предложили им свои технологии без использования живых, тем более разумных, существ. Понимая техническую и научную слабость пятого уровня, наша планета предложила организовать добычу и обогащение урана прямо на планете рудников силами автоматов-роботов, исключив использование жителей планеты Трис.
Это предложение было отвергнуто.
Тогда наша планета встала на защиту угнетенного разума. Мы прилетели на планету Трис. С большим трудом удалось собрать разрозненные страны, народы, верней, их правителей, которые почти смирились с мыслью о наложенной на их планету дани в виде рабочей силы для их рудников. Наше правительство смогло убедить, что если они дадут на это согласие, то наша планета встанет на их защиту и тогда непосильный оброк прекратится.
Наши звездолеты начали патрулировать маршрут «Трис – Рудники». Они останавливали караваны космических кораблей-работорговцев. Разгружали их, возвращая жителей Триса домой. Корабли работорговцев отпускались под честное слово, что они больше не будут заниматься черным промыслом. Постепенно пришлось корабли разгружать полностью, отправляя жителей Триса к себе, а пиратов Зласа на свою планету. Опустевший черный корабль уничтожался.
Но противостояние возрастало. На планете Трис пришлось устанавливать противокосмическую оборону. Однажды, остановив караван работорговцев, один из кораблей под видом парламентеров подошел вплотную к нашему звездолету. Помощником капитана был мой отец. Когда шлюзовая камера открылась, чтобы он мог на космическом шлюпе прибыть на зласовские корабли с контрольной проверкой, раздался взрыв. Звездолет Зласа оказался в роли камикадзе. Этот взрыв еще раз подтвердил плохую репутацию Зласа и послужил нам поводом объявить им войну. Наши звездолеты взяли планету в кольцо. Ни один их космический корабль не мог подняться выше стратосферы. Эта блокада продолжалась около двухсот лет, хотя закончить эту неприглядную историю мы могли сразу. Но уничтожать всю цивилизацию мы не могли. К тому же мнения жителей разделились, и многие считали, что не в праве эксплуатировать чужой труд. И только когда их космический флот был полностью уничтожен и запас урана подошел к критической отметке, они согласились на полную безоговорочную капитуляцию.
По договору, предложенному им, планета урановых рудников отошла к нам. В свою очередь, нами она была передана жителям планеты Трис. На планете рудников мы помогли организовать добычу, переработку и обогащение урана. Теперь планета Злас закупала обогащенный уран для своих нужд у правительства Трис. Наши ученые разработали методы распада урана в организме биологического существа. И работающие на ней по добровольному найму не болели малокровием, и их жизнь длилась в том же режиме, что и на их планете. Нам удалось продвинуть науку планеты Трис. Большую работу мы провели и на планете Злас. Теперь ее жители, их цивилизация оказывает всяческую помощь бывшим своим противникам, в чем мы видим начало доброго соседства планет.
; Примите мои соболезнования. Ваш отец погиб, как герой. Настоящий капитан, принявший смерть на мостике корабля.
Синь ничего не ответила. Она шла рядом и, видно, была очень далеко в своих воспоминаниях. Алексей, не беспокоя ее, шел рядом. Их окружала весна, по всему парку разносилась трель соловьев. Санитары леса, дятлы добывали короедов. Пчелы осваивали новые для этого года медовые маршруты. Солнце, удлинив день, не спешило за горизонт. Было хорошо и чисто. Казалось, воздух звенел, вокруг радовалось всё. Люди улыбались, приветствовали друг друга взмахом руки. Всюду, во всем и ко всем была любовь. Весна набирала силу.
Алексей шел рядом с Синь и тоже задумался. Неужели это его последняя весна на Земле? Неужели он все это больше не увидит? Да, впереди бесконечность, тысячелетия. Но зачем они ему без Надежды, без детей. Без его, пусть баламутной, но работы. Если это игра, то она зашла слишком далеко. Ведь если не сегодня, то завтра Синь спросит его окончательное решение. А он и про себя толком сказать не может, а уж про Надежду он вообще ничего не гарантирует. Силком на звездолет не потянешь, и оставить – сердце разболится. Хотя, насчет боли Синь вроде внесла ясность. Буду, здоров, как бык.
Синь, словно прочувствовала раздумья Алексея и спросила:
; Как настроение? Вы что-то загрустили.
; Загрустил? Да, наверно. Знаете, Синь, встреча с Вами словно всколыхнула меня. Жил, спокойно работал, в меру был патриотом своей страны. Но сейчас, я чувствую себя ответственным не только за Россию, но за всю планету Земля. Раз уж случилась такая оказия, пусть пролетом, заездом, не надолго, но Вы оказались здесь. И с громадным багажом знаний. Конечно, я не спрашиваю у Вас разработок для нового оружия. Но, как я понял, у Вас есть разработки по излечению раковых болезней, белокровия. На сегодня у нас на Земле происходит пробуксовка, мы не можем изобрести емких и маленьких аккумуляторов, которые, имея небольшие, даже крохотные размеры, могли бы работать вместо бензиновых двигателей. Все это и многое другое, помогло бы нам. Ведь это был бы технический прорыв! Почему, Вам не помочь землянам, пусть теоретически, в утилизации ядерных отходов?
; Вы не правы. Уже через две недели после прилета на Вашу планету семьдесят наших ученых начали работать в различных научных учреждениях Земли. Правильно поймите, ведь мы не можем громогласно заявить: «Сейчас, мы! Научим, как надо жить»! Как это будет воспринято? Думаю, Вы догадываетесь. Ваши страны на сегодняшний день разобщены, а некоторые стоят на грани конфронтации. Объявись, мы поневоле должны сделать выбор – на чью сторону стать. Поэтому, соблюдая полный нейтралитет, тем не менее, оказываем помощь. И наша задача в том, чтоб эта помощь была не навязчива. В ближайшее время Вы научитесь излечивать рак. И некоторые другие сложные болезни. В этом столетии у Вас, землян, появится новый вид энергии, который позволит сделать довольно ощутимый шаг в техническом прогрессе. И лавры открытий останутся у Вас, так что не думайте о нас плохо.
; Ну, хорошо, не сердитесь на меня, – примирительно сказал Алексей. – Все настолько необычно! Инопланетяне, чужие миры, неведомые галактики, так и хочется сесть и написать, но, наверно, никто не поверит.
; А вы садитесь и пишите.
; Что, можно?
; А почему нельзя? У Вас получится, врать не свойственно Вам, как и передергивать карты. Поэтому я убеждена в правдивости Ваших публикаций.
; Но мое любопытство еще не полностью удовлетворено, мне не довелось побывать на Вашем звездолете.
; Ну, это не проблема, как раз сегодня я хотела пригласить Вас на Ученый Совет.
; С огромным удовольствием.
; Минут через пятнадцать он начнет свою работу. Поэтому предлагаю где-нибудь присесть, чтоб никому не мешать и нам не мешали.
; Давайте попробуем найти такой укромный уголок в открытом кафе у водоема Комсомольского пруда. – И Алексей указал на разноцветные зонтики, под которыми стояли столики. Народу было совсем ничего.
; Вот и отлично, – согласилась Синь. – Они прошли в кафе. Алексей заказал два напитка, пирожное.
; Сегодняшний Совет, возможно, будет интересен Вам. Решается вопрос, как сделать, чтобы наши гости чувствовали себя комфортно на звездолете. Это касается и Вас, – сказала Синь и улыбнулась Алексею.
Алексей знал, что она – это не она, а оболочка, в которой она находится. Но, тем не менее, надо отдать должное ее выбору и вкусу. Очень красивое и правильное лицо в отношении пропорций. Да и фигурка весьма изящная, не зря мужчины оглядываются на нее. Синь тем временем достала не однажды упомянутую коробочку и положила перед Алексеем.
; Вот экран, благодаря которому мы сможем присутствовать на Совете. Правда, без права голоса, – пошутила она, заканчивая приготовления к трансляции. Она накрыла ладонью экран и через несколько секунд убрала руку.
Алексей увидел на экране круглый зал с кафедрой посередине. В амфитеатре располагались звездолетчики, гости других цивилизаций. Звездолетчиков Алексей определил сразу по их многочисленности. Он сразу узнал и приветствовал как старого друга колобка. Он стоял прямо на столешнице. В одну линию с ним, чуть в стороне, сидел слон. Нет, не в полном смысле слон. Но он имел самый настоящий хобот, большую голову, огромные глаза, обрамленные корейским разрезом, очень маленькие уши, прижатые к голове, покрытой не очень длинной, но плотной шерстью. По-видимому, это было его постоянное место, так как за его спиной отсутствовал следующий ряд. Иначе этот представитель в шестьсот килограммов вряд ли смог бы разместиться. Как он ходит, Алексей сообразить не мог. Нижнюю часть его туловища закрывал стол, а вот руки, если можно это назвать руками, были большие, неуклюжие и напоминали клешни краба. Похоже, если положить в них запястье руки, раздастся только хруст, и не более. Но зато хобот его был универсален. Им он доставал мелкие предметы и показывал их своему соседу. Брал микрофон и трубил в него, привлекая к себе внимание. Его сосед, ну это точно медведь, как прозвал его Алексей. Фигура – сажень, да не одна. Покрыт он был довольно густым серебристым мехом. Но лицо было чистое, лишено растительности. Большие темные глаза и горбатый, настоящий грузинский нос, сочные черные губы, клыки и красный язык. Этот «медведь» невольно привлекал внимание веселым нравом. Большие и лохматые руки с мягкими подушечками ладоней и коготочки: «вцепится – мало не покажется», – подумал Алексей, а так, очень даже приятный субъект. Через пару секторов взгляд Алексея остановился на двух мартышках, вернее, представителях седьмой цивилизации, как объяснила ему Синь, но по их обличию ни за что не подумать. После замечания Синь он вновь принялся рассматривать представителей далекой чужой галактики. На них были накинуты голубые сари. Большие светлые глаза, живые, подвижные и, по-видимому, очень проницательные, ровненький нос, белое лицо среднего европейца. Француз, немец, если бы не руки, которые словно высовывались из свитера, вернее, кожушка, пошитого из молодого ягненка. Этот кожушок был накинут на голову, спину. Нет, если присмотреться – весьма симпатичные лица. Очень подвижные. Живо реагирующие на любое слово, звук, движение. Весом и ростом они были немногим больше человека. Как потом оказалось, походка у них весьма грациозная. Они могут быть очень важны и смеяться, как дети. Оказывается, со слов Синь, они добродушны, доверчивы и гостеприимны. И очень честны.
В это время за кафедрой появился, как подсказала Синь, председатель Ученого Совета. Речь его была чиста и ясна. Возможно, за счет перевода Синь.
; Друзья, – сказал он, – прежде всего я от своего имени и от всех граждан нашей планеты хочу поблагодарить Вас за принятое вчера решение считать наш язык за языком общения на звездолете. Так же хочу поделиться приятной новостью. Сегодня получено сообщение, что общегалактическая конференция будет проходить на нашей планете, и приурочена к нашему возвращению, на ней будут присутствовать представители более двадцати цивилизаций.
Многоликий, вот уж действительно многоликий, зал выразил к сказанному свое отношение, приложив к синему квадрату одну из рук, кто что мог. Купол зала засветился голубым, синим цветом.
; Желтым, – прокомментировала Синь, – означает неодобрение.
; Благодарю, – сказал академик, как окрестил его Алексей. – Благодарю! А сегодня мы собрались, чтобы сделать еще один шаг к сближению между нами. Мы уже дискутировали по этому вопросу, пришли к некоторым соглашениям. Напомню тем, кто не присутствовал на предыдущей встрече. Найти новое единое обличие для всех нас – необходимость. Все согласны с тем, что поневоле чувствуешь дискомфорт, когда находишься со своим собеседником в разных весовых категориях. Когда на своего собеседника приходится смотреть снизу вверх или наоборот.
Вы все уже знакомы с нашими возможностями преобразования. Не ущемляя ничьих достоинств, мы, находясь на службе, будем на равных. Многие из наших гостей уже обращались с просьбой включить их в работу. Мы знаем, что среди вас находятся капитаны звездных кораблей, готовые стать к штурвалу корабля. Врачи, желающие продолжить свою профессиональную практику. Но оборудование, пульты управления специфичны. Это еще одна из причин единого преобразования. Вы согласитесь, что за один и тот же пульт управления может встать любой из присутствующих. Но после того как будет найдена единая оболочка для тела, все оборудование будет подогнано к единому стандарту. Мы уже договорились, что масса тела не должна превышать двухсот килограммов и быть не менее пятидесяти. Давайте создадим из того, что есть, или смоделируем то, что будет устраивать всех звездолетчиков.
К сожалению, те неудобства, которые сегодня существуют (для гостей нашего корабля имеются шлюзовые камеры при переходе из жилого блока в общий) остаются. Но теперь и нам придется принять эти условия игры. Но это даст нам полное равенство. Поэтому прошу приступить к прениям.
Первым попросил слово Колобок. Но теперь он был не один, рядом с ним находился второй. Кто из них был первый? Алексей никогда бы не догадался, и когда появился второй, Алексей тоже не заметил, настолько он был поглощен вниманием, слушая Академика и созерцая присутствующих созданий из галактики.
; Уважаемые, начну с того, что не могу предложить свою цивилизацию за образец предстоящего преобразования. И вот почему. Для того чтобы быть звездолетчиком и управлять таким гигантом, прежде всего, нужно иметь руки. Второе, нужно довольно быстро передвигаться, как это будет, не важно, на двух, четырех ногах. Третье, обязательное условие. За то время, что мы находимся здесь, нами много просмотрено, узнано. И как видим, космос далеко не пуст. В нем живет разум. Но, к сожалению, этот разум бывает не только добрым, но и злым, а значит, звездолетчики должны быть воинами. Уметь держать и владеть оружием. Значит третье условие – руки, гибкость тела, его крепость. Единственное, что может предложить наша цивилизация, – это наш мозг.
Свод зала засветился, желтым светом.
Следующим, кто выступил в прениях, оказался шестирукий инопланетянин.
; Я совершенно согласен с тем, о чем говорил уважаемый Глин. Я тоже не предлагаю свое обличие. Во-первых, мы очень тихоходны. Но хочу обратить внимание на три пары моих рук. Возможно, если будете моделировать, учтите, что шесть рук – это не две. А значит, много функций в одно время. Я закончил.
Зал сразу отреагировал, купол засветился синим, и даже красноватым цветом, но преобладал желтый.
Выступлений было много. Чувствовалось, что тема обсуждения животрепещущая, нужная, волнующая всех присутствующих. Одно выступление особенно насторожило Алексея. Выступал один из представителей приглашенной цивилизации.
Кентавр, как сразу назвал его Алексей, отличался от мифического тем, что, кроме лица, весь был покрыт шерстью. Да голова, верней, череп вытянут, вроде дыни, а лицо его было монгольского типа, определил Алексей.
; В нашем полку пополнение. Вот-вот на борт звездолета поднимутся земляне, жители планеты, над которой мы сейчас находимся. Почему я на них заостряю внимание? До этого мы встречались с людьми, да, людьми, точно такими, как эти. Единственное, что их отличает, это уровень цивилизации. Хочу напомнить, что с людьми встречались ещё раньше. Это третья встреча. Вспомните историю с «Летучим голландцем». Звездолет без единого пилота, который наши гостеприимные друзья встретили на просторах галактики. Хочу обратить внимание, что люди, биологически совершенно одинаковые существа, живут в разных уголках Вселенной, на разных уровнях развитиях. Этот факт нельзя сбрасывать со счетов. Возможно, именно из-за этого есть смысл остановить свой выбор перевоплощения на землянах. Их телосложение идеально для любой, даже самой тонкой работы.
После его выступления свод зала осветился жделтым светом.
Алексей оторвался от экрана и посмотрел на Синь. Она, видно, поняла его вопрос.
; Потом расскажу, что знаю.
Алексей снова вернулся в зал. Вообще, просмотр трансляции, организованной для него Синь, он не воспринимал как просмотр программы. Впечатление такое, что он сам был участником событий. Как это делается, Алексей в подробности не вдавался. Но был убежден, что Синь специально для него удалила (скорей всего виртуально) скафандры с гостей, чтоб ему в полной мере можно было их созерцать,
В заключение дебатов вновь выступил Академик. На это раз он был краток.
; Уважаемые, мы выслушали всех, кто хотел выступить. Мы специально назначили прения на сегодня. Дело серьезное и очень важное. После принятия решения и его реализации нам всем придется жить в этом состоянии, может быть, более трехсот лет. Срок не маленький, это не неделю перебиться в неудобстве. Поэтому думайте. От Вас зависят условия дальнейшей жизни, а может, и самой жизни.
; И зачем попу гармонь? – вслух, ни к кому не обращаясь, сказал Алексей.
; Вы мне? – спросила Синь.
; Да нет, это я просто так.
; А в каких случаях так говорят?
; Когда имеется в виду пустое дело, лишние хлопоты.
; Не совсем понятно.
; Подразумевается то, что вы затеяли на звездолете. Насколько я понимаю, понадобятся большие переделки внутри корабля. К тому же, загоняете себя в угол.
; Не совсем. Мы даем возможность представителям космических цивилизаций продолжить свое развитие, а не сидеть в изоляции в своих блоках жизнеобеспечения.
; Ну, Вам виднее, – не стал спорить с Синь Алексей. – Лучше мне расскажите о встрече с людьми, да о «Летучем голландце».
; «Летучий голландец» – это мой перевод. Как мне показалось, Вам ближе это понятие.
; Да, безлюдный корабль-призрак, блуждающий по просторам морей и океанов.
; Такой корабль существовал, а может, существует в космических просторах. Я знаю о нем по школьной программе, но в ней этому кораблю уделено строк сорок. Но если хотите, я Вам расскажу подробнее, эта легенда живет в нашей семье по отцовской линии. Как Вы могли заметить, я не первый астронавт из нашего рода и думаю, не последний.


Наша планета тогда находилась на восьмом уровне развития. Интенсивно осваивался космос. Внимание было обращено на одну из солнечных систем в соседней галактике. Космические корабли один за другим покидали планету, уходя все глубже и дальше. Командором одного из таких фрегатов военного ведомства был мой двоюродный дед. Моряки старой закваски не любят такие походы. Куда больше по душе походы свободного полета, когда ты волен, поступать по своему разумению, интуиции, в поисках удачи. Под удачей понималось открытие новой солнечной системы, необычной планеты, способной принести большую пользу для родины, для которой служили. Морской волк космоса, любил себя называть мой прадед.
Космический вояж заканчивался. Корабль лет через семьдесят должен был прибыть в порт приписки. За кормою остались чужие галактики, открытия новых планет. Схватка с космическим драконом, новое необычное явление, до этого никем не встречаемое. Приближение к отчему дому чувствовалось по тому, что уже дважды состоялись встречи с кораблями из своей родной флотилии.
Кодекс приветствия в таких случаях исполнялся особенно скрупулезно и с большим удовольствием. Тем более это вносило разнообразие, возможность пообщаться, как говорится, в живую. Остановка и пришвартовка в таких случаях носила изысканный почерк. Не возбранялось нанести друг другу визит. В честь встречи дать банкет. Как правило, каждая служба старалась удивить, поразить своего гостя, показывая машинное отделение, удивляя мощностью двигателей, порядком. И гости вежливо слушали космические байки, щелкали от удивления и восторга языком и сожалели, что именно в этот момент их не было рядом. Примерно так проходили встречи почти на всех уровнях. Навигаторы, идущие в поход, хвастались новыми отличными картами Вселенной, а те, кто шел из похода, снисходительно позволяли им нанести новые, открытые ими планеты, безопасные пути прохождения сквозь сплошные опасности.
Командор Лонг был особо рад последней, второй встрече, на которой посчастливилось встретиться с другом детства, однокашником по космическому училищу. Они страстно, ревниво следили за успехами и неудачами друг друга. Радовались, огорчались. По возможности бросались на помощь друг другу. За это время каждый из них неоднократно вырывался в лидеры. Но проходило время, и кто-нибудь из них получал новое, необычно интересное назначение или более современный корабль. Так было и сейчас. Триста лет тому назад Рам буквально умирал от зависти, ну конечно, белой зависти, и радости, что его друг Лонг уходит в межгалактическое путешествие. Но теперь, он стоит перед рывком в неизвестность. Лонг с восхищением осматривал новые локаторные установки, мощные двигатели, имеющие совершено новые источники питания, а значит, скорость, маневренность, которая могла свести с ума от восторга, любого мало-мальски знающего пилота. Он, конечно, знал, что после окончания полета его фрегат будет списан, отдан гражданской космической флотилии для обслуживания местных линий. Если даст Бог удачу, то следующий его корабль будет на порядок выше этого, инженерная мысль ученых в постоянном поиске. Но это будет потом, и когда еще будет. Когда вновь появится возможность стать к штурвалу космолета и, поймав звездный поток, устремиться в даль познания Вселенной. Встреча со старым приятелем превратилась в вечер воспоминаний.
Лонг с Раем перечисли свой выпуск звездной академии. «Да, – размышляли они. – Многих, многих уже нет. Кто погиб смертью героя, кто канул в вечность бесследно. Кораблей, не вернувшихся в порт приписки, было немало. Космос безжалостно брал дань за право разгадать свои тайны. Но, тем не менее, конкурс в космические училища не уменьшался. Сказывался не только престиж героических полетов, но и жажда познания мира. Вселенной.
Старые космические волки вспомнили эпизод, когда, будучи молодыми младшими офицерами, они попали в переделку на Бесовской планете. Тогда из трех десантов вернулось менее половины участников. Планета, да какая там планета, настоящее исчадие Ада. Что ни шаг, то смертельная опасность, ловушка.
; Помнишь, шли по кромке моря. Каменистый берег, усеянный острым камнем. Казалось, ничего не предвещало опасность, как вдруг из воды вынырнуло громадное чудище, лапы-ласты, выброшенные в сторону их отряда – и численность в двенадцать астронавтов уменьшилась на половину. Пущенные в чудище огнеметы откинули его в море, но вместе с похищенными товарищами. Оставшиеся бросились под прикрытие утеса, а он зашевелился и стал накрывать их своей массой. Только четверо и осталось в живых.
Да, Лонг помнил ту планету. Они нашли то, что искали. Разумных существ. Но каковы они оказались.
Без сомнения, именно они своим отношением друг к другу, окружающей природе и самой планете создали ту обстановку, которую довелось наблюдать исследователям космоса. Они сами, жители, наделенные разумом, создали этот бесовский мир. Каждый цветок был наполнен ядом. В каждом ручье текла отрава. Ненависть друг к другу в каждом камне. Если изредка солнечному лучу удавалось прорваться сквозь вечно сумрачное небо, земля извергалась вулканом, чтобы пеплом закрыть образовавшуюся брешь в небосклоне. Разум, поселившийся в безобразных созданиях, с упоением творил безобразие. И казалось, что все, абсолютно все, только и делалось, чтобы исказить, извергнуть любую добрую мысль. Даже выйдя на личный контакт с ними, звездолетчики от любого из них слышали, одно – убейте его: моего соседа, брата, мать, жену, сестру! Тогда я буду говорить с вами. Они насиловали себе подобных в злобе, мстя всем, и каждому по отдельности. Вынашиваемые детеныши рождались в ненависти и готовы были загрызть свою мать, которая в свою очередь, кроме желания придушить свое потомство, не испытывала других чувств. Своим мракобесием они изводили планету на нет. Она стонала от боли, от варварства, невежества, от собственного бессилия. Когда стало ясно, что их помощь совершенно не востребована и бесполезна, астронавты покинули планету.
На военном совете звездолета стоял вопрос – что делать? Обратиться в Ученый совет планеты нет возможности в виду недосягаемости связи. Принять решение уничтожить мракобесие? Такая технически возможность была, но они не решались. Хотя уничтожение мракобесия напрашивалось как необходимость спасения Вселенной.


Представьте космический смерч, который буквально краешком зачерпнет этот вирус мракобесия и стремительно разнесет по Солнечной системе, галактике. Ведь страшно не само проявление мракобесия, а его вирус, который будет поражать всех и вся. Даже очень высокие цивилизации не могут гарантировать надежной вакцины против незнакомого вируса. И возможно, звездолетчики и приступили бы к уничтожению на корню этого явления, если б не выступление одного из их однокашников. У нас, как и у Вас на Земле, уточнила Синь, есть особо верующие, есть и атеисты, ну и конечно те, кому от веры ни холодно, ни горячо. Вер, один из молодых офицеров, оказался глубоко верующим человеком. Его выступление было коротким и пламенным.
; Мы, не вправе распорядиться жизнью этих созданий. Не мы их создали, не нам и решать их судьбу. Возможно, Создатель специально предусмотрел этот вертеп, этот Ад на планете, чтобы собрать грешников со всей Вселенной и поместить здесь для того, чтобы они смогли проявить свою сущность полностью, а возможно, до полного искупления своих грехов. Конечно, это не мелкие хулиганы, сквернословы, здесь находятся те, на ком тяжким грузом лежит большой грех.
Его выступление, сыграло решительное слово. Как компромисс было решено запустить спутники-зонды вокруг этой планеты, которые должны оповещать других посетителей о грозящей опасности.
Этот молодой офицер недолго бороздил просторы Вселенной. Вскоре он вышел в отставку, и на одной из планет основал монастырь. Сейчас этот монастырь превратился в центр религиозной деятельности, где проповедуются духовные ценности различных цивилизаций. Цель этого монастыря найти общий знаменатель для всех религий, объединив их одну вселенскую Веру в Единого Бога. В чем бивший космический офицер, возможно – со временем, найдет поддержку.
Через тысячу четыреста лет, была организована вторая экспедиция на Бесовскую планету. Уже на подлете к ней была видна огромная разница в поведении самой планеты. Она не вздрагивала, как испуганный зверек. Её вращение было спокойно и величественно. Вокруг нее все также летали спутники-маяки, оставленные предыдущей экспедицией. Со всеми предосторожностями были предприняты полеты на шлюпках-разведчиках. Командором звездолета был Лонг, да, все тот же Лонг, юным младшим офицером посетивший эту Бесовскую планету и теперь имеющий огромный опыт межпланетных путешествий.
Каково же было удивление астронавтов после первых полетов. Во-первых, нигде не удавалось найти тех ограниченно разумных существ, населявших ранее эту печальную планету. Ничто не будоражило природу. Реки спокойно текли к океанам. Ровно дымились вулканы, легкие недр планеты. Небосвод был чист и светел. Солнце прогревало грунт, который был покрыт растительностью. Своей жизнью жили леса и населяющие их животные и птицы. В течение полугода исследовали планету в поисках разумных существ.
Ученые сделали вывод, что планете надоел беспредел, чинимый бесовским разумом, и она изничтожила его, освободив место для другого, более разумного и доброго. Звездолетчикам, оставалось заменить на спутниках радиомаяки, в которых, теперь отсутствовало предупреждение о грозящей опасности.
; Да, – рассказывал Лонг штурману, – ну конечно, я сделал попытку найти то место, где разыгралась трагедия, с большим трудом узнавалось это место. Утес, обрушившийся на нас, покрылся лесом, каменистый труднопроходимый берег засыпал чистый океанский песок, превратив это место в уютный пляж.
; Разум планеты победил беспредел бесовщины, – подытожил воспоминания Лонг.
Отзвенели прощальные салюты. Оба красавца космического флота, набирая скорость, разошлись в разные стороны, как в море корабли.
Лонг сидел в своей каюте и рассматривал карты района, куда ушел звездолет с Раем. Да, будь он на его месте, непременно заглянул бы в этот уголок. Чутьё космоплавателя подсказывало ему, что большие планеты совершенно не интересны, а вот эти два лилипута, связанные между собой, словно скованные цепью, находясь в противоположности друг от друга, на одной орбите. Наверняка они с сюрпризом, это не случайно, здесь что-то есть. Надо обязательно выйти на связь, пока они в пределах досягаемости, и подсказать Раму. На этом он хотел поставить точку на своем отдыхе и пройтись на главный пункт управления. Но вспыхнул экран, на нем появился старпом.
; Командор, если есть возможность, зайдите к нам.
; Что-нибудь случилось?
; Нет, но думаю, Вас заинтересует. С левого борта неопознанный объект. Сейчас снимаем характеристики.
; Хорошо, сейчас буду. Да, закажи в рубку для меня тоник.
Командор прошел по широкому коридору, соединяющему его каюту с рубкой. Тишина, безлюдье. На флотском языке это означает спокойствие и порядок.
; Что, дали характеристики?
; Похоже, объект рукотворный, от него поступают сигналы, но расшифровать их пока не смогли.
; Ваше решение?
; Думаю, надо идти на сближение.
; Правильно, старпом, думаете.
; Навигаторы, уточните курс, сообщите необходимые поправки для подхода к цели, – распорядился старпом.
В течение недели звездолет Лонга догонял, как оказалось, фантастический корабль. Он был необычно красив и очень внушительных размеров, во всяком случае, в три раза больше их фрегата. Радиосигнал, который они приняли с самого начала, не прекращался и сейчас, но расшифровать его не удавалось. Хотя предпринимались попытки применить сотни самых различных способов передачи информации. Мнения шифровальщиков сходились в одном: это сигнал тревоги или предупреждения. Было принято решение пришвартоваться и высадить десант. Четверо астронавтов, облаченных в тяжелые скафандры, вышли в открытый космос. В течение нескольких часов они обследовали корпус корабля. Но впечатление было такое, что он выточен на токарном станке из одной болванки или идеально отлит из металла.
Первая вылазка не дала результатов. И только на третьей один из астронавтов на вопрос, как он нашел люк шлюзовой камеры, рассказал:
; Ну, все ноги оттоптали, ну нет, и все. Присел прямо на корпус. Как туловище огромного животного, глажу рукой по гладкой оболочке и говорю: «Ну что же ты так закрылся. Ведь с добром к тебе пришли, может, помощь наша нужна». Вдруг смотрю, а передо мною квадрат опустился и в сторону съехал. Заглянул я туда и обомлел. Шлюзовая камера. Ну, я остальных астронавтов звать. Пока они ко мне подплывали, я дверь прощупал, в двери иллюминатор, я заглянул и назад отпрянул. Испугался от неожиданности. Душа в пятки. Стоит там космонавт в скафандре и на меня сморит. Тут остальные подошли. Стал я снова ладошкой, ну рукавицей, по двери водить, так спокойненько, не спеша. В какой то момент двери раз – и разошлись. А скафандр стоит и не шевелится. Ростом чуть ниже нашего, лицо открытое, но не живое, словно заморожено. Столпились мы, думаем, что делать, а сами боимся, как бы двери не закрылись. Вызвали борт на связь, пришла группа поддержки. И что интересно, по всему кораблю никто, кроме меня, не мог открывать двери. Так я все время был открывающим.
Соблюдая предосторожности, астронавты проникли внутрь безымянного корабля. Прошли до носовой рубки. Большой экран, на нем видно космос, звезды. У пульта кресла стоят. А в каждом кресле одежда сложена. Внизу обувь стоит. Старпом подошел к одному из кресел, взял головной убор. Потом увидел на кителе полоску с надписью и рисунком. Решил, что, возможно, она может внести ясность. Взял китель посмотреть надпись. И из него посыпался порошок. От неожиданности он так и присел на корточки.
; Братцы, – говорит старпом, – ведь это прах их сыплется, царство им космическое.
В тот же день Лонг собрал совет.
; Наша планета вне досягаемости связи, – начал свое выступление Командор. Поэтому решение принимать нам. Этот корабль принадлежит чужой цивилизации, но, как показал даже поверхностный осмотр, их уровень гораздо выше нашего. Помочь экипажу мы не можем. И нам остается только, соблюдая традиции космоса, предать погребению останки космоплавателей. Возможно, мы сможем узнать их традиции, но это будет только после расшифровки их бортового журнала и других документов. К большому сожалению, мы не сможем предпроводить корабль на нашу планету, поэтому считаю, необходимо, как можно больше узнать об устройстве корабля, его возможностях. Каждый специалист работает по интересующей его теме. Где-то должна быть записана информация, должен быть бортовой журнал, список членов экипажа. Наш долг узнать, откуда они и, может быть, когда-нибудь нам удастся рассказать их цивилизации о гибели экипажа этого корабля.
Несколько дней работали, сменяя друг друга, группы по восемь астронавтов, обследуя звездолет чужестранцев. Лонг с группой совета находились в кают-компании перед восемью мониторами и наблюдали за их работой. На шлеме скафандра каждого астронавта находилась видеокамера, поэтому члены совета могли постоянно отслеживать действия бригады и в затруднительных моментах давать советы, как поступить в том или ином случае. Инженерам Лонга удалось запустить информационную программу и организовать перезапись, хотя шифр воспроизведения не был найден. Но успокаивали себя, что потом, в спокойной обстановке, все будет найдено. Операторы-шифровальщики нашли схемы корабля, теперь стало легче ориентироваться на чужом звездолете. Как и предполагалось, движущие силы корабля были отключены, и он перемещался в силу инерции, да плюс к этому, по законам галактики, где все находится в постоянном движении.
На одном из совещаний техники взяли на себя смелость заявить, что через пару недель они смогут запустить двигатели и регулировать их работу. Появилась реальная возможность пилотировать чужой корабль на свою планету. Эта весть весьма радовала экипаж. Еще бы, небывалая находка и такая удача. Командование даже составило список экипажа, которому предстояло заняться этим. Но, как говорится, если бы да кабы.
Старший навигатор пригласил командора в свою рубку и доложил.
; У меня создается впечатление, что мы движемся все быстрей и быстрее.
; Это как? Двигатели отключены и на нашем, и на чужом корабле, мы дрейфуем.
; Вот это мне и непонятно. Казалось, скорость должна угасать, а происходит обратное. Пошли вторые сутки с тех пор, как началось ускорение. Нас словно кто-то тянет за собой или в себя.
; Я знаю, что это!
Оба, как по команде, одновременно оглянулись. Перед ними, стоял юнга. В его глазах горели радость и счастье, что сейчас с ним разговаривает сам командор.
; И что это? – с удивлением, глядя на него сверху вниз, спросил Лонг.
; Это – Черная дыра, мой командор. И мы будем первые, кто войдет в ее ворота! – с восторгом заверещал юнга.
; Почему ты здесь?
; Я принес Вам тоник, мой командор.
; Ну-ну, спасибо, – поблагодарил его Лонг.
Навигатор и командор остались одни. Паузу нарушил Лонг.
; А знаешь, устами младенца глаголет истина. Ведь никто не знает подробности этой пресловутой Черной дыры, к тому же старые моряки говорят, что она имеет свойство перемещаться. И я вовсе не разделяю восторга юнги по поводу прохождения ее врат. Хотя любопытство, поверь, разбирает и меня. Еще никто не смог рассказать, что по ту сторону Черной дыры: Космический Ад или Рай. Но, тем не менее, давай проконтролируем и эту ситуацию. Обрати внимание, что малые кометы обгоняют нас, устремляясь, боюсь даже сказать, куда.
; Мало того, – подхватил навигатор, – мы идем не строго вперед. Нас словно закручивает по большой спирали. Чтоб убедиться в этом, необходимо послать замедленный сигнал эхолота на ближайшую планету, и, когда получим его, все станет ясно.
; Замедленный сигнал? Значит, это долго?
; Нет, всего двое суток.
; А если предположить, что мы действительно находимся вблизи Черной дыры, то невольно возникает вопрос, а, сколько суток до нее? Нет, нет, Вы свой сигнал посылайте, и даже немедленно.
; Есть! – ответил навигатор.
; Что показывают Ваши пеленгаторы впереди корабля?
; Ничего. Кроме космического мусора, который стремительно обгоняет нас.
; Если что-нибудь новое, вызывайте.
Лонг вышел. По длинному коридору навстречу ему прошли два программиста, споря о чем-то своем. Поравнявшись с командором, приветствовали по уставу. Лонг кивнул и улыбнулся. Одного из них он знал, это сын его приятеля по космической академии. Перед самым полетом имел такой успех, а может, и глупость, жениться. Ему, согласно уставным предписаниям, предложили отложить свой полет, который предполагался на довольно длинный отрезок, триста лет. На что он сказал: «Достаточно, чтоб определиться в выборе». И отказался от возможности не лететь.
На главном пульте управления полетом его встретил старпом. Доложив обстановку, спросил разрешения удалиться.
; Спать хочется, сил нет, вроде как неделю не спал.
; Ну-ну, отдыхайте.
Лонг прошел вдоль длинного пульта управления, поглядывая на многочисленные приборы. Остановился он около дежурного пеленгатора. Который, положив голову на ладони, ровно дыша и даже чему-то своему, улыбаясь, безмятежно спал. Лонг тронул за плечо офицера, но тот даже не поднял голову. Тогда командор тряхнул покрепче. Голова скатилась с рук, и он начал сползать на пол, после чего, сложив ладошки лодочкой, сунул их под голову, еще раз застенчиво улыбнулся и вновь погрузился в, несомненно, глубокий сон.
; Встать! – резко скомандовал Лонг.
На его команду оглянулся оператор, сидевший к ним спиной у противоположной панели пульта. Удивленный увиденным, он встал и широко раскрытыми глазами уставился на командора.
; Срочно вызвать старшего пеленгатора, заодно вызвать штурмана! – Через минуту дежурный доложил.
; Мой командор, старший пеленгатор спит, у Вас сейчас будет другой. Штурман вышел к Вам.
Через пару минут зашел штурман и доложил о своем прибытии.
; Как самочувствие?
; Вроде ничего, только спать хочется.
; Да что с Вами?! Смотри, – и он указал на лежащего у приборной доски пеленгатора.
– Вызовите дежурный наряд, отнесите его в кубрик.
Спустя пару минут, судя по знакам различия, появился курсант.
; Мой командор, разрешите доложить. Старший пеленгатор на отдыхе после дежурства, пытались разбудить, не смогли. Один пеленгатор находится с экспедицией на корабле инопланетян. Я готов приступить к своим обязанностям.
Лонг смотрел на него и пытался вспомнить его послужной список.
; Вы курсант?
; Так точно.
; На каком курсе?
; На последнем.
; Полностью владеете профессией?
; Да, но назвать себя профи не осмелюсь. Хотя имею положительные отзывы командиров.
; Хорошо, приступайте к своим обязанностям, кстати, как себя чувствуете?
; Нормально, только слегка в сон клонит.
Чертовщина какая-то, – крутилось в голове командора. – Что-то здесь не так.
; Вызвать сюда доктора.
Доктор пришел очень быстро.
; Док, Вы не заметили чего-нибудь необычного?
; Если Вы имеете в виду сонливость, то да, заметил, сам борюсь с этой напастью, хотя вроде до этого выспался.
Командор позвонил в камбуз.
; Пришлите тоник.
; Есть! – ответили ему.
; Что же происходит, Док?
; Не могу понять, анализы воздуха на корабле я уже сделал. Отклонений нет, проверил температурный режим среды, даже у спящих все в норме. У пятерых просмотрел зрачки, расширения зрачка не наблюдается. У троих смерил глазное давление, артериальное. Все в норме.
; Мой командор, Ваш тоник!
; А, сорванец, как настроение?
; Хорошее, петь хочется.
; Так пой!
; Вообще я петь умею, но не могу уловить мотив.
; Какой мотив? – не соблюдая субординацию, вмешался в разговор доктор.
; Красивый, жалобный, как будто нимфы поют, русалки у омута.
; А спать хочешь? – продолжил допрос доктор.
; Хочу, – и тут же поправился, – не очень. У меня через десять часов смена, еще отосплюсь.
; Командор, тут что-то не то. Об анализах я Вам доложил. Но музыка. У меня тоже звучит музыка, юнга очень правильно описал ее. Извините, но Вы слышите музыку?
; Да, но очень невнятно, я это связал с шумом в голове. Думал, от усталости. Годы.
; Музыка клонит в сон. И меня тоже клонит в сон.
; Док, не вздумайте, – сказал Лонг и подошел к пульту, включил сигнал тревоги, потом отдал приказ свернуть работу экспедиции и через двадцать, максимум, тридцать минут всем быть на фрегате.
; Док, ищите выход. И срочно.
; Дежурного офицера ко мне, – скомандовал командор.
; Срочно сделать перекличку всего экипажа корабля. Сделайте список спящих, согласно штатному расписанию. Доложите, как идет эвакуация с корабля-пришельца.
Из восьми включенных мониторов два не подавали признаков жизни. На них не ощущалось передвижений астронавтов. Дежурный оповестил об этом старшего группы. Тот сразу послал туда космоплавателей, которые обнаружили своих товарищей спящими. Попытки их разбудить не увенчались успехом. Подхватив товарищей, все устремились на свой звездолет. Уже по пути между кораблями резко впали в сон еще двое. Но вскоре вся экспедиция прибыла на фрегат.
; Отдать швартовые! – приказал командор.
Дежурный офицер доложил о полном наличии на борту корабля экипажа, но треть его спала как убитые. Другая треть в любую минуту могла свалиться в непредсказуемый сон. Остальные держались, но на вопрос, хотят ли спать, почти все выразили готовность хоть сию минуту и где угодно.
; Включить двигатели и дать задний ход. Вызвать командиров служб на командный пункт.
Через семь минут неполный комсостав выстроился перед командором.
; Друзья, наш звездолет находится в большой опасности, наша команда в странном состоянии. Мы находимся перед раструбом Черной дыры, что это такое, я думаю, Вы знаете. Насколько близко находится этот зев, готовый поглотить нас, мы не знаем и сможем узнать только через двое суток. Но это еще не все. Еще одна беда проникла на наш корабль. Прошу поднять руку, кто в этот момент слышит музыку, не спешите, прислушайтесь.- Практически все офицеры подняли руку вверх. Возможно, это мистика, продолжил свою речь командор, но мы связываем музыку, с непреодолимым желанием спать. Музыка убаюкивает нас. Поэтому самая главная задача на этот момент – не дать уснуть экипажу. Не уснуть самим. Всё, все свободны.
; Мой командор, – раздался звонкий голос юнги.
; Да, сорванец. Ты еще не уснул и принес мне тоник?
; Никак нет! Я принес Вам чашечку крепкого чая.
; Но я, мой дружок, не пью крепкий чай.
; Тогда, мой командор, придется выпить крепкого кофе, это даже вкуснее, – примирительно закончил юнга свою речь и протянул ему чашечку – теперь Вы не уснете, мой командор.
; Ты так уверен? Почему?
; Опыт жизни подсказывает.
; Опыт жизни? – Лонг чуть не поперхнулся густым кофе
; И откуда у тебя такой опыт жизни?
; Из практики сдачи зачетов в училище. Наш боцман говорил, что крепкое желание спать у нас, ленивых оболтусов, может перебить только хороший крепкий кофе.
- Мгы, – хмыкнул Командор.
– В этом что-то есть, ведь кофеин бодрит. Вспомним университетские годы. А что ж он такой черный?
; Сам готовил, мой командор.
; А где кок?
; Он остался один, остальные рухнули в сон.
; Ступай в камбуз и передай мой приказ. Пусть кок приготовит крепкого чая и кофе на всех, кто еще не уснул. – И, вызвав дежурного офицера, велел ему обеспечить доставку этих напитков по всему кораблю.
; Рассматривайте это как боевое задание, такова сейчас у нас ситуация.
Чашечка кофе и вслед за ней чашечка чая действительно взбодрили Лонга. Связавшись с механиком силовых программ, он приказал рассчитать включение всех двигателей по нарастающей с увеличением скорости и запустить эту программу в автопилот с возможностью внешнего вмешательства. Вот уже восемь часов двигатели звездолета работают на полную мощь, а мы не можем потерять из визуального обзора свою находку – звездолет. Создавалось впечатление, что, сделав два шага вперед, на один шаг мы возвращались назад. Нужно развернуть корабль на сто восемьдесят градусов, тогда было бы легче набрать необходимую скорость. Но для этого нужно время. А сколько его в запасе – никто не знал, не знал этого и командор Лонг.
Штурман сквозь слипающиеся веки рассматривал схемы, принятые эхолотом. Не дожидаясь возращения того первого, замедленного сигнала, он послал еще несколько в обычном режиме и теперь на этих не совсем точных проекциях он хотел вычислить возможное расстояние от Черной дыры. А в том, что она существует, он уже не сомневался, о чем сразу сообщил командору. Действительно, как при фотографировании с длительной выдержкой, ночью идущие с включенными фарами автомобили дают на снимках длинные светящиеся полосы, так и на схемах просматривался раструб Черной дыры. Космический вихрь закручивался, всасывая в себя весь мусор космоса, попадающийся ему на пути.
Неужели все? Старый космический волк не боялся смерти. Он знал, что она есть, она его ждет и дождется его. Но сейчас с ним находится экипаж, за который он несет ответственность, как и за этого мальчишку. Он не знал его имени, но ему захотелось его увидеть. Он оглянулся. Действительно, юнга стоял за спиной и пожирал глазами огромный экран, на котором, обгоняя, обтекая благодаря мощному антигравитационному полю фрегата, мчались кометы, огромные глыбы остатков планет, устремляясь в роковую даль.
; Мой командор, мы рвемся вперед, прямо в жерло Черной дыры, – почему-то почти шепотом, но с гордостью за своего бесстрашного командора сказал юнга.
Командор вздрогнул, посмотрел на мальца и подошел к пульту. Сел сам и окликнул юнгу.
; Садись, – сказал он, указывая на кресло второго пилота. Внимание! Всем! Всем! Всем! Принять положение тела согласно команде «старт». Время пошло! Через пару минут командор набрал команду торможения. – Полный стоп! И тут же полный вперед!
Звездолет вздрогнул, как громадное раненое животное, и рванулся вперед, обгоняя все, что попадалось на пути. Мгновенно он обошел «Летучий голландец». Фрегат, как игла, прошивал космический смерч. И хотя сопло Черной дыры со страшной силой тянуло звездолет в свое нутро, командор неуклонно тянул корабль влево, влево, еще левее. «Лишь бы на такой скорости не подвела антигравитация, отбрасывающая перед кораблем космический мусор», – подумал командор. Почти у самого венчика раструба воронки, фрегат, непрерывно вздрагивая всем корпусом от громадных перегрузок, вырвался из ласковых, но холодных объятий смерти.
Впереди был простор. Впереди была Жизнь. Юнга стоял перед командором и платочком промокал ему обильно выступивший пот с лица. Лонг чувствовал, что руки у него тоже влажны и особенно холодны.
; Спасибо, дружок, – как-то по-домашнему сказал командор.
; Ух, здорово, – нараспев прокомментировал поступок командора юнга и с большим огорчением добавил, – мы промахнулись, мой командор.
; Да, братец, на это раз промахнулись, – согласился Лонг, глядя на экран, где жил своей, не до конца понятой, жизнью бесконечный космос. И улыбнулся ему, как лучшему другу.
; Ничего, придет время, не промажем, – подумал он про себя.
На командный пункт зашел помощник командора.
; Извини, старина, что-то я, кажется, разоспался. Как дела, все в порядке?
; Да, кажется, все нормально. Определитесь с направлением в порт приписки.
; Слушаюсь, – сказал старпом и сел на освободившееся место. А командор положил свою руку на плечо юнге и совсем не по уставу, сказал:
; Пойдем дружок, выпьем газированного апельсинового тоника.
; Вот так, или почти так закончилась встреча с «Летучим голландцем». Но я, кажется, отвлеклась и повела свой рассказ не по тому руслу. Вас больше интересуют люди. Ваши земляки. А я ударилась в воспоминания о своем предке, командоре Лонге. Как у Вас говорят, нашла свободные уши.
; Нет-нет, что Вы. Мне было очень интересно. Продолжайте, пожалуйста, время терпит. Прошу Вас.
; Хорошо, я постараюсь исправиться. Через двенадцать часов беспробудного сна командор пришел на командный пункт. Старпом доложил обстановку, местонахождение корабля, который в результате своего беспрецедентного броска оказался в соседней галактике, и теперь до родной планеты вместо семидесяти лет полета понадобится сто девяносто. Сам корабль блестяще выдержал все передряги, перегрузки, нарушений в работе двигателей не наблюдается. Техника работает нормально. В докладе старпома чувствовалась какая-то недоговоренность. И командор это уловил.
; Есть какие-нибудь осложнения? Как экипаж? Ясней и покороче.
; Мой командор, – старпом вытянулся в струнку перед старшим по званию.
; После выхода из ловушки Черной дыры семеро членов экипажа до сих пор не проснулись. Доктор постоянно находится с ними.
; Дайте мне его.
; Ну, Док, рассказывай, что там, или мне пройти к тебе?
; Да нет, зачем, Ваше присутствие больше нужно там, где Вы находитесь.
; Рассказывайте по порядку.
; К моменту выхода из воронки на ногах держалось менее трети экипажа. Видно, сказалось их нервное напряжение. Потому что, как только корабль вырвался на свободу, и был дан отбой боевой тревоги, они, отстоявшие эту вахту, иначе не скажешь, рухнули в сон. Но зато те, которые уснули до этого, начали просыпаться. После десяти часов сна члены отстоявшей вахты стали просыпаться, и на данный момент только семеро находятся в глубоком сне. Хочется надеяться, что и они, выспавшись, очнутся, хотя четверо из них вызывают большие опасения. Не прощупывается пульс.
; Что это может быть?
; Прежде всего, перенапряжение. Ведь они держались до последнего.
; Вы сейчас что-нибудь делаете для их спасения?
; Все, что в моих силах, плюс невозможное. Троих уложили в камеры жизнеобеспечения.
; Почему не всех четверых?
; Командор, потом, ладно, потом, не до этого.
Командор видно понял состояние дока, своего старого товарища, спутника не по одному полету.
; Хорошо, док, продолжайте бороться и держите меня в курсе дел.
Лонг сел за пульт управления. Глаза привычно пробежали по многочисленным приборам.
; Пригласите навигатора, – отдал он распоряжение дежурному офицеру. С навигатором им уже приходилось хватить горькой космической доли, но это все было давно и почти забыто.
; Ну, что у тебя нового? – встретил он вопросом вошедшего.
; Да, к счастью, новое уже в прошлом. Такого кошмара мне не доводилось переживать. Какой звездолетчик не мечтает встретить нечто такое, что и присниться не может. Но здесь явный перебор. Теперь, командор, я верю в чудо. По всем расчетам мы должны были оказаться в воронке.
; Но, как видишь…
; Вижу, поэтому и говорю, – чудо.
- Но за это чудо космос хочет взять с нас свою дань.
; Да я в курсе, хочется надеяться на силу и мужество астронавтов.
; Хвала героям!
; Хвала!
; Что показывают твои карты, что нам нагадаешь?
; Ну конечно, дорогу домой. Безусловно, многое зависит от обстоятельств, но если удача к нам будет благосклонна, и мы не будем отклоняться от намеченного курса, при этих скоростях лет через сто восемьдесят будем в гавани.
; Все это так, но космос есть космос, – осторожно поправил навигатора командор. – Через пять часов встретимся на командирском совете, там и продолжим разговор.
Командирский совет при единоначалии на военных кораблях – явление весьма редкое.
; Ну вот, Алексей, меня снова заносит. Забегу вперед и сразу скажу, что на сто восемьдесят втором году после встречи с Черной дырой звездолет Лонга прибыл на планету назначения. За время пути шифровальщики проделали большую работу. Было раскрыто много документов, видеоматериалов, расшифрованы навигационные карты. Поэтому кое-что я могу рассказать о людях, летевших на звездолете, который был поглощен Черной дырой. Планета их обитания, находится в другой мегагалактике, и для того, чтобы от нашей планеты, добраться к ним, при тех технических возможностях кораблей, нам бы понадобилось бы, прожить на корабле два, а то и три поколения. Даже сейчас, когда скорость наших звездолетов существенно увеличилась, Ученый совет планеты считает нецелесообразной отправку туда экспедиции.
Уровень развития жителей той планеты, если условно принять нашу градацию, на три-четыре порядка выше нашего. В физиологическом плане, вы совершенно одинаковы. То же построение тела, хотя некоторые изменения за счет развития цивилизации они претерпели. В основном – это желудок. Если он первоначально был рассчитан на прием грубой пищи, то с развитием постепенно перешли на прием полуфабрикатов. Дальше – переход на клеточное питание. Конечно, на это понадобились тысячелетия. В то время, когда мы их встретили, им было достаточно принять пару таблеток, расчетных единиц калорий. Естественно, для этого не нужно иметь большой желудок. За счет его уменьшения получили свое развитие сердце, печень, почки. И, как вполне естественный процесс, – увеличение объема и веса мозга. Сразу хочу отметить, Ваша ирония, Алексей, по поводу вживленных микросхем не находит поддержки у них. Они тоже применили этот метод, может, несколько иначе, но, тем не менее, как мы видим, он оправдывает себя. Но это я так, к слову. Живут Ваши физиологические близнецы подольше Вашего, до трехсот лет, хотя есть примеры полноценной жизни и до пятисот. Но эта возможность появилась у них за счет возможности развития медицины как науки. И, прежде всего, ликвидации вирусов, которых у Вас на планете великое множество. Отсюда такое множество, до трех тысяч, болезней, которые никак не удлиняют Вашу жизнь, а наоборот. Преодолели они всевозможные пороки, которыми Вы до сих пор самозабвенно наслаждаетесь. Их мышление стало чище, а значит, в своих помыслах и поступках они ближе к Богу.
Наши аналитики прослеживали их навигационный путь и пришли к выводу, что полет за тридевять земель носил не случайный характер. Скорее всего, они искали нового для себя пристанища. Их планета старше Вашей, и, не дожидаясь охлаждения до критической точки, они заранее начали свои поиски .
; Может, есть вопросы? Спрашивайте, по возможности постараюсь ответить.
; Вопросы? Какие вопросы у создания, которые живут так мало. Конечно, приятно, что где-то там, далеко, глубоко в необъятных просторах Вселенной живут такие же люди, как и мы. Влюбляются, рождаются, творят, мечтают, ищут, дай Бог, находят. Что я могу сказать? Жизнь прекрасно-скверная штука
- Странная фраза?
; Да, фраза построена на противоположности понятия. Знаете, Синь, мне кажется, что в истории Вашего прадеда не поставлена точка. О нем еще можно и есть что рассказать.
; Да, Алексей, он внес славную лепту в развитие навигации космических просторов. Кстати, если Вы пожелаете, то я могу продолжить свое повествование.
Гибель членов экипажа при невыясненных обстоятельствах. И хотя адмиралтейство не предъявило Лонгу прямые упреки, но пятно неудачи легло на его безупречную репутацию командора.
До сих пор учеными нашей планеты изучают феномен музыкального сопровождения непреодолимого желания спать. Выдвигались десятки самых различных гипотез, но проверить их можно, только вновь оказавшись в подобных условиях.
Не однажды, коротая свободные вечера, Лонг, с юнгой которого он по прибытии усыновил, вспоминали подробности встречи с чужим звездолетом.
; Уважаемый дружек, – говорил Лонг, – еще никто не знает природу Черной дыры. Очень многие ученые спорят об этом явлении, но никто еще не мог доказать свою точку зрения как абсолютную истину.
; Командор, – отвечал ему юнга, – я клянусь, что узнаю правду о Черной дыре. Даже если мне придется пройти через её врата.
; Нет, это невозможно. Нет, пройти, верней, войти в её жерло, её воронку – допускаю, но выйти? Куда все исчезает? Во что превращается все входящее в неё? Об этом никто не знает. И даже те, кто войдет в неё, вряд ли смогут рассказать другим, что увидели, что познали.
; Возможно, ты прав командор. И виной тому, верней причиной, будет та музыка, которая так сладостно и приятно звучала на подлете к раструбу.
; А ты мог бы сейчас напеть мотив?
; Нет, командор. Еще тогда, в полете, я попросил своего приятеля, курсанта из машинного отделения, записать музыку нотами. Родители его с детства готовили для оперной карьеры, но он распорядился своей судьбой по-своему и ушел в космос. Но знания остались при нем. Так вот, ему так и не удалось, вроде как нотных знаков не хватало.
; Но ведь музыка, была не хаотичным нагромождением звуков, не какофония. Она очень мелодична, последовательна в своих переходах.
; Хорошо, давай прислушаемся к вою ветра. В его завывании есть музыкальный ряд?
; Есть монотонность. Но она хаотична, есть порывы ветра, но они неожиданны, не укладываются в рамки музыкального ряда.
; Вывод один – музыку, которую мы слышали у Черной дыры, написал разум. Зачем? Для кого? Бездушным кометам она безразлична, значит, она написана для разумных существ, которые могут ее услышать, оценить, покориться ей. Для чего? Чтобы уснуть и не ведать, что произойдет с ними дальше. Вот уж действительно пенье русалок у водоема.
Так коротали вечера старый космический волк и будущий штурман космического флота. Разговор неизменно крутился вокруг Черной дыры. Они пытались обосновать появление Черной дыры в соседней галактике. Еще пять столетий тому назад проходили звездолеты по этому маршруту, и ничего и похожего на Черную дыру не было. Как она там появилась? Дрейфуя по космосу, возникла сама? Вопросов много. Есть ли в это время где-то еще такая же, подобная Черная дыра? И сколько их вообще? Какова их природа? Какова причина их возникновения? Какую массу может проглотить Черная дыра? А может, в этом и есть суть существования Черной дыры? И она служит специально для сбора космического мусора? Обломков планет, всего, что засоряет Вселенную? Может, в ее воронке установлены жернова, которые перемалывают все, что, поглощается, и тем самым готовит исходный материал для создания новых миров, для нового взрыва, возникновения новых галактик? Как влияют магнитные поля планет на её путь, магнитные бури – на порождение Черной дыры? Да, много непонятного, загадочного таит в себе бесконечный космос.
Майский день заканчивался, все ярче разгоралась иллюминация города, да и назойливая реклама начинала светиться всеми цветами радуги. Алексей, как и в прошлый раз, проводил Синь до остановки и, все в том же ларьке взяв пива, поехал домой. Дома тихо, уютно. Жена, видно, на репетиции, сын задержался на работе. Единственная живая душа в лице пушистого кота Максика, развалившегося посередине зала, не нарушала тишины и спокойствия.
Ну, вот и ладненько, – решил Алексей, включая компьютер. Исписанная стопка бумаги лежала на столе. Медленно и неуклонно меняла свое местонахождение. После того как Алексей набивал текст, лист опускался на пол, рядом со стулом. На столе вечно не хватало места. Книги, блокноты, всякая мелочевка, ненужная, по мнению супруги, ерунда. Все это, конечно, создавало хаос на столе. Но Алексей всегда ругался, когда Надежда пыталась навести у него порядок.
; Не лезь, не трогай, здесь все лежит по порядку. После тебя я найти ничего не могу. Мой творческий беспорядок в полном порядке. Отстань.
; Вот у тебя и в голове, наверное, такой же ералаш, – продолжала атаку на Алексея Надежда. Даже когда он выдворял ее из своей комнаты, она продолжала свое незлое ворчание на кухне.
Вскоре пришел кот и развалился на брошенных листах. «Наверное, в прошлой жизни наш кот был профессором», – в таких случаях говорила Надежда, глядя на то, как Максик вальяжно разваливался на рукописях. Вообще, это была его коронка. Он и у сына в комнате вел себя подобным образом. Завалится на письменный стол или журнальный столик, тоже, как и у отца, вечно заваленный бумагами, журналами, деталями от компьютера. При этом у кота была своя методика. Вначале он скромно присаживался, вроде даже стесняясь, на уголок, глядя на хозяина своими большими не моргающими желтыми, как у филина, глазами и безропотно выслушивая замечания в свой адрес.
; Ну, что приперся, квартиры мало, здесь, что медом мазано?
Он выслушивал тираду, и мужественно вытерпев все упреки и нравоучения до конца, начинал укладываться. Четырехлетний кот-красавец, самец, пользующийся успехом даже в соседних переулках. Его рваное левое ухо – свидетель жестоких противостояний с другими котами. Да, наш Максик – любимец публики и заслуживал к себе такого отношения, хотя бы за лечебно-профилактические сеансы, которые он периодически проводил с Надеждой. Этакая махина, весом в пять килограммов, в прыжке с пола вдруг обрушивалась на отдыхающею Надежду, просматривающую все подряд программы по телевизору. Раздавался испуганный крик от неожиданности прыжка, от тяжести кота. Потом он долго устраивался на плече или груди, и начинался сеанс с музыкальным мурлыканием. Вот за этот момент, ему прощалось многое. Так что это был настоящий кот, и за четыре года жизни в нашей семье он отвоевал свое место под солнцем в нашей квартире, наше любовное и снисходительное к себе отношение.
; А, пришел соавтор, ну не мешай, – напутствовал Алексей кота, который по привычке смирненько устраивался на разбросанных листочках.
Выполняя заказ Маковецкого, редактора солидного журнала, три тысячи строк про инопланетян, Алексей как бы еще раз переживал увиденное, переосмысливал. Вообще, последнее время он жил двойной жизнью. Вроде на Земле, и в то же время в космосе. Несколько раз приходила мысль о раздвоении личности, а это уже попахивало шизом.
Маковецкий, организовав прорыв рукописи в издательстве, уже умудрился позвонить и восторженно ему накричать.
; Старина, радуйся. Я нашел тебе режиссера.
; А зачем он мне нужен?
; Да фильм фантастический он хочет снять по твоему сценарию.
; По какому такому сценарию?
; Ну, как по какому, у тебя, их что, мешок и маленькая тележка? Про твоих нудистов, колобка, кентавра.
; Подожди, а кто режиссер?
; Облупа.
; Слушай, Виктор, знаешь, что он из моего сюжета сделает?
; Что, что? Фильм!
; Да! Только фильм ужасов.
; А что тебя не устраивает? Кино, оно и есть кино.
; Кино может быть разное. Мое кино должно нести добро, разум, размышления о месте человека в жизни. А большому счету его место во вселенной.
; Слушай, Алексей, такое впечатление, что за тобой целыми днями гоняются продюсеры, гениальные режиссеры с миллионными проектами. Короче. «Да» или «Нет»? Ты кстати, когда улетаешь? – как о деле решенном спросил Виктор.
; Не знаю, ничего не знаю.
; Как же я без тебя буду? Вот же угораздило! Ну, пока, завтра позвоню.
Но завтра он не позвонил, не позвонил он и послезавтра.
; Может быть, что-нибудь случилось, – подумал Алексей и потянулся к телефону. Но вздрогнул от неожиданности и отдернул руку. Телефон трещал как оглашенный.
; Алексей, это ты? Вот хорошо, у Вас поезд на Москву в десять вечера, сейчас семь, успеешь. Утром на вокзале встречу, в десять на съемочной площадке. Твоя консультация нужна.
; Что, этот гений сам справиться не может?
; Он перепродал сценарий Виктосу, так что приезжай, в накладе не будешь, – и, не дождавшись ответа Алексея, бросил трубку.
Алексей посмотрел в угол, где от командировки до командировки дремал его баул. Написал коротенькую записку: «Надежда, я уехал к Маковецкому, вернусь через пару дней. Целую крепко». Подумал секунду и дописал: «Буду скучать. Твой Алексей».
Билет оказался только в плацкартный вагон, и то на верхнюю полку. Алексей забросил баул под нижнее сидение, заплечную сумку положил на верхнею полкуи вышел на перрон покурить. Май вошел в силу, цвела вишня, яблоня. В воздухе стоял изумительный аромат цветения. Небо достаточно потемнело, на его бархатном полотне горели многочисленные звезды галактик.
Неужели неделя-другая, месяц – и он будет мчаться среди этого мрака космоса, поглядывая в иллюминатор на мелькающие планеты, вот как сейчас из окна вагона он смотрит на огни микрорайонов своего города?
Тележники устанавливали операторское кресло. У них что-то не получалось. Нещадно матерясь, друг на друга в силу своего воспитания, они, облепленные сквернословием, мешая, друг другу, проявляли великое старание в присутствии своего мастера. Молоденькие помрежки бегали от вагончика к вагончику с бланками на подпись. Под желтым зонтом режиссера валялся шезлонг и пустые бутылки из-под пива и горячительных напитков. Видно, съемка шла ударным темпом. Все бестолково занятые, суетились по съемочной площадке. Под навесом стоял монитор, группа творческих работников просматривала отснятый накануне материал. Стоял хохот, раздавались соленые шутки, реплики. Алексей и Виктор подошли поближе. Просматривалась сценка рыбной ловли нудистами, верней, фрагменты соития двух нудистов, описанные Алексеем.
Так и есть. Если не фильм ужаса, то откровенная порнуха, так бы и долбанул по экрану пустой бутылкой, которая услужливо подкатилась под ноги.
; Ну что засмотрелись, – его дернул за рукав мужчина, тоже, как и его нудисты, с утра не расчесанный, а может, это был его имидж, как сегодня многие оправдывают любую небрежность в своем виде.
; Захватывает? – переспросил он.
– Нет. Вы знаете, нет! – еще жестче ответил Алексей.
; Нет? Почему?
; Потому что это случка двух животных, а не жар двух тел, которые, может еще не понимают, что такое любовь, но уже с нежностью и страстью отдают свои тела друг другу. Вы поймите, что это дети природы, они еще наивны и чисты. Они многое еще не умеют. Но то, что они умеют – делают с любовью и нежностью.
; Поняла, дура?! Для тебя говорят, – сказал режиссер смазливой, с довольно симпатичной мордашкой девушке, как понял Алексей, главной героине отснятого эпизода. – Придется переснимать!
; А я, а я с удовольствием! – заверещала актриса, хлопая длинными ресницами, поедая глазами Алексея, стараясь изо всех сил понравиться ему.
; Дура из дур, – почему-то печально подумал Алексей.
; Прошу, пройдем ко мне, – режиссер подхватил его под руку, увлекая к отдельно стоящему вагончику. По ходу к ним подбежала горничная с подносом, на котором стояли рюмки с водкой и на салфетках лежали кусочки хлеба с паштетом.
; Пригубим? – спросил режиссер.
; Нет, нет, не хочу.
Они вошли в помещение. Уличный бардак, словно прибоем, занесло и сюда. Валялись окурки, пустые бутылки.
; Не будем мелочиться, – схватив два первых попавшихся стакана, режиссер начал наливать в них посольскую водку.
; Мне не наливайте, я лучше пива, – сказал Алексей, понимая, что отказаться совсем – значит выглядеть белой вороной в этой стае. Но и брать стакан в свои руки он тоже побрезговал – сказался мамин микроскоп. А пиво можно из горлышка.
; Давайте знакомиться. Мне понравилась Ваша повесть. Сценарий написан, делаем пробные съемки.
; Можно увидеть сценарий?
; Конечно, вот он, – режиссер бегло оглядел комнату, потом безошибочно сунул руку под кровать и извлек скрепленные скрепкой машинописные листы. Алексей присел на табурет.
; Вы понимаете, объять необъятное невозможно, и так многое, особенно космические сцены, придется делать на компьютере.
; Да-да, конечно, – Алексей просматривал, какие узловые моменты взяты за основу, ему очень хотелось встать, плюнуть и уйти. Но тщеславие, не чуждое и ему, не позволяло наступить себе на горло. Кем и когда будет замечен его рассказы? Кто возьмется экранизировать его белиберду, хотя белиберда – это весьма грубо сказано.
; Ну, Ваше слово, маэстро!
; Понимаете, уже в названии заложен громадный смысл. Планета любви, планета нудистов или иная. Вот где заложен корень, который Вы как режиссер должны извлечь, огранить, рассказать и показать. Это не фильм ужасов и не порнуха. Хотя страшного в освоение космоса много. Фильм о планете любви – это гимн самой любви, разуму человека, это взгляд в будущее, и очень далекое. Алексей не успел закончить, в вагончик ввалился Маковецкий с висящей на нем юной актрисой. Все случилось по обыкновению: там, где Виктор – шум, гам и тарарам. Начиналась общая бестолковщина. Вагончик набился специалистами, неспециалистов на съемочной площадке не могло быть. Смешалось все: осветители, помрежи, важные собой «киноимператоры», гримеры. Алексея уговаривали выпить, уточняли совершенно не нужные, не относящиеся к делу детали. Короче, когда он вырвался на свежий воздух и вытащил Виктора из объятий помрежек, день шел на убыль.
; Ну что я тебе говорил, – уже в который раз пьяно повторял Виктор. – Славные ребята. Три, понимаешь, три месяца, как в Голливуде, и фильм готов. Времена кинолент «Прощайте, голуби» прошли. Сейчас, Алексей, новая эпоха.
Разговаривать с Виктором, тем более спорить, было бесполезно. Алексей с трудом довез, довёл его до дома, сдал Людмиле и поехал на вокзал.
Дома Алексей застал Надежду за компьютером.
; Сижу, читаю о твоих инопланетянах. И верю, и боюсь.
; Чего боишься?
; Не знаю чего, но боюсь. Алексей, ты действительно хочешь лететь с Синь?
; Не с Синь, а с цивилизацией, которая предлагает нам увидеть будущие человечества.
; Кому это Вам, кто Вы есть? Вы избраны народом, нашим правительством? Вы летите как представители нашей планеты Земля. Вы уполномочены ООН? – Надежда всплеснула ладошками и опустила свои пухленькие кулачки на коленки, – ну почему ты, – и словно в ее руках находился поднос, протянула руки в его направлении, – почему выбор выпал именно на тебя? Чем ты лучше других?
; А чем я хуже других? – не выдержав тона Надежды, воскликнул Алексей.
; Алексей, – она встала из-за компьютера и подошла к мужу, – ты понимаешь, что я тебя люблю! Ты у меня один на всю нашу планету. Один! Да на всю Вселенную! О, Господи! – воскликнула она.
Алексей обнял ее и прижал к груди.
; Ах, Надюша, разве в моем разговоре не звучит постоянное приглашение отправиться вместе?
; Звучит, Алексей, звучит. Но я такая земная, такая домашняя. Какой космос? Ты мой космос, Вселенная и любовь.
; Пойдем, у меня пиво столичное, сыр томленый.
; Пошли, – глубоко вздохнув, согласилась Надежда.
Алексей ей рассказывал о поездке, высказывая свое возмущение сценарием фильма. Но сделать что-нибудь не в его силах. Нет такой возможности. В то же время, если в фильме будет отражено пагубное влияние наркотиков, страсть к наживе на примере той погибшей цивилизации, то уже неплохо. Вообще я дал свое согласие, будь что будет. Через три месяца увидим.
; Значит, раньше трех месяцев, – тихо, с затаенной надеждой, что расставание хоть немного, хоть чуть-чуть отодвигается – ты не уедешь
; Знаешь, Надежда, мы не касались сроков отлета. Когда, что и как. Давай отложим этот разговор.
; Хорошо. – Согласилась Надежда.
Раздался телефонный звонок. Алексей, оказавшийся ближе к нему, поднял трубку.
; Да, слушаю.
; Алексей, здравствуйте. Оказались в Вашем районе, хотим нанести визит, познакомиться с Вашей супругой.
Несколько секунд он был в замешательстве, но быстро нашелся. – Да, Синь, о чем разговор. Мы Вас ждем. Дом, номер квартиры знаете.
; Да, конечно.
; У нас гости, – заявил Алексей Надежде.
; Да, я слышала, – несколько обескуражено ответила Надежда и добавила, – а что, ее у нас не было?
; Где у нас?
; Дома, у нас.
; У тебя крыша не капает? Ты устрой еще сцену ревности.
Два коротких резких звонка прервали их разговор. Оба невольно вздрогнули и поспешно пошли в прихожую.
Алексей отворил двери.
Со строгим, но красивым букетом под стать себе стояла Синь, но не одна.
; Прошу! – сделав широкий жест рукой, пригласил Алексей.
Синь вручила свой букет Надежде, второй букет она получила от спутника Синь. Алексей представил свою супругу гостям, Синь в свою очередь своего спутника. Он оказался археологом. Артем, как его звали, в Липецк приехал в командировку в областной краеведческий музей.
Надежда хотела извиниться, сославшись на то, что ей, как хозяйке, необходимо похлопотать на кухне. Синь сразу поддержала ее и напросилась в помощницы. Алексей и Артем остались вдвоем.
; Покурим, – предложил Алексей.
; Я не курю, – отклонил предложение Артем.
Разговор явно не клеился. Но спас ситуацию небольшой токарный станок по дереву, стоящий в лоджии.
; Ваши изделия? – спросил Алексея гость, показывая на поделки.
; Да, мои. Вы знаете, какое удовольствие доставляет работа с деревом. Ведь это живая субстанция. Когда начинаешь работать с заготовкой, то порой даже не знаешь, что получится. Само дерево, его фактура подсказывает форму изделия. Порою приходишь с работы злой, недовольный всем и вся, а станешь за станок, начнешь работать, запах дерева, горячая стружка, изумительная текстура дерева снимает напряжение, успокаивает.
Только Алексей оседлал любимого конька, он и правду любил работать с деревом, как зашла Надежда. Извинившись перед Артемом, сказала:
; На пару минут.
; Алексей, у нас хоть шаром покати.
; В холодильнике коньяк.
; Початая бутылка, что я ее, на стол поставлю? Давай, звони своему «алкашу», пускай пришлет корзину снеди.
Алкаш – это приятель Алексея, директор супермаркета в их районе.
; Старина, – затараторил Алексей по мобильнику, который довольно шустро нашел приятеля, – у меня гости, ты сообрази на четыре персоны выпить, закусить, десерт, чтоб сразу на стол, хорошо?
; Хорошо, будет сделано. Когда зайдешь доиграть партию?
; На неделе обязательно.
Партию в шахматы, про которую говорил Вячеслав, они начали играть на прошедшей недели, но не доиграли. В магазин явилась толпа халявщиков в лице сан - пожаринспекции, и налоговиков.
; Извини, – сказал хозяин магазина, – пойду им лыжи смазывать. А это минимум полтора часа, – Вячеслав крепко выругался, хотя и знал, что Алексей не любил мата. – Нет, взять бы сразу по конверту и идти дальше своей дорогой, нет, будут кота за хвост тянуть, гимназистки невинные.
Отношения между Вячеславом и Алексеем строились на товарищеских, независимых отношениях, но всегда, когда была необходимость, помогали друг другу. Алексей не успел отключиться, как в зале появилась Синь.
; Артем, – позвала она своего спутника. – У нас, кажется, есть что-то с собой.
; Конечно, – радушно сказал он и принес из прихожей кейс, из которого извлек плитку шоколада, коньяк, вино, пару киви, и, по-видимому, мясные полуфабрикаты в пакетах. Женщины подхватили их и удалились на кухню.
Еще несколько минут ушло на то, чтобы накрыть стол. Тут как раз подоспела корзинка из магазина. Так что, стол принял внушительные, если не угрожающие, размеры по количеству спиртного на душу населения.
; Ну что, будем знакомиться, – по праву хозяина, а значит, тамады провозгласил Алексей первый тост.
Первые десять минут ушли на притирание друг к другу, но это обычное явление в новой команде. Вскоре Артем увлечено начал рассказывать об археологии.
; Все так же ведутся раскопки и складываются черепки?
; Да нет, не скажите. Археология, да и история выходит на новый виток своего развития. Вы, конечно, знаете, такое выражение как «стены имеют уши»?
; Ну да, конечно.
; О чем это выражение?
; О том, что могут подслушать, о чем говорят заговорщики.
; Да, примерно правильно. Но стены не только имеют уши, но и глаза, и что уж совсем невероятно, они имеют память. Все это в полном наборе имеют не только стены, но и вещи, предметы обихода. Надо только правильно расшифровать эту память.
; Ну, это уже из области фантастики.
; Почему из области фантастики, это очень даже доказуемо. Вот смотрите, – Артем достал точно такую же коробочку, которой постоянно пользовалась Синь, чем окончательно убедила Алексея, что он, Артем, со звездолета. Он установил коробочку параллельно одной из стен, на другой, обращенной к нему, появился экран, на котором побежали зигзагообразные линии слева на право. – Вот, Ваши стены рассказывают, что неделю тому назад у вас в гостях была дочь со своей семьей. Они были у Вас не долго, и разговор шел о ее поездке на курорты Турции. Надежда невольно переглянулась с Алексеем.
; Да, все так и было, Вот уж действительно, стены имеют уши.
; Не только, – на экране его наладонника появилось изображение. Празднично накрытый стол. Вся семья, кроме сына Сергея, который в это время рассекал велотуром по полям и горам Крыма.
Рядом с Александрой их дочерью сидела внучка, если конечно так можно сказать, сидела. Ну, а если и сидела, то на тысяче иголок. Постоянно вскакивала, размахивала руками, пила чай, разворачивала конфеты, задавала вопросы, тут же на них отвечала, гладила кота Максика, при этом старалась дернуть его за пышный хвост. Все это делалось одновременно до тех пор, пока она не опрокинула чашку с чаем на свое красивое платьице, после чего была уведена под обильные слезы в ванную.
; Да, удивительно, и когда это снято? – спросила Надежда.
; Это не было снято, просто это отложилось в памяти стены, картины, которая висит на стене. Ведь всё, включая и нас с Вами, состоит из молекул, атомов. В каждой такой молекуле записана информация о Вселенной и идет постоянная запись того, что происходит с ней, вокруг нее. Ведь Вам уже знакомо понятие «память металла», «память воды»? Особенно интенсивно происходит запись, когда события разворачиваются бурно, шумно, ярко.
; Как это происходит?
; Что, запись информации? Это на молекулярном уровне. Специалисты могут рассказать подробней, но не уверен, что Вам станет ясней. Для нас самое главное – уметь прочитать эту память.
Вы можете представить, какой слой памяти, наложен на древних стенах Кремля. Взяв определенный участок этих стен, можно «считать», что происходило около них. Ведь у этих стен могли встречаться влюбленные, мог пастись скот, могли происходить баталии. Вся трудность как раз в том, чтобы выделить нужное, важное. Сейчас есть возможность раскрыть великие тайны.
; И преступления! – вмешался в разговор Алексей.
; Да, и преступники. Ведь люди, сговариваясь о чем-либо, не подозревали, что стены имеют уши в прямом смысле, тем более – глаза. А сегодня получается, что мы, живущие через сотню и сотню лет после них, становимся свидетелями их подвига или подлости.
; Да, интересно, – сказала Надежда.
; Вот смотрите, это Ваша поделка? – и Артем указал на подсвечник из дуба с тремя парусниками у основания.
; Да моя.
; Когда она была сделана?
; Лет восемь-десять тому назад. В честь тридцатилетия нашей свадьбы. Но парусники делал не я.
; Стоп, стоп, – прервал его Артем. – У нас есть возможность самим узнать это. Он подошел, взял подсвечник и поставил его на край стола. Направил одну из сторон наладонника на подсвечник, и на экране возникла комната со стеллажом, заставленным книгами, на потолке висела люстра.
; Это наша прежняя квартира, – сразу узнала Надежда.
; Хорошо, пойдем дальше. Он провел ладонью над экраном, и на нем сразу возник лес. Комната наполнилась шумом листвы, скрипом стволов деревьев. – Глубоко нырнули, сейчас поправим, – он вновь провел рукой над коробочкой. – Да, это я делаю заготовку, – сказал Алексей, видя свое лицо, склоненное над станком. Иногда прямо в глаза летела стружка. Потом возникло лицо Валерия Мигунова. Он резал из цельного бруска березы парусник. Большой мастер поделок, он ухитрялся вырезать и мачту, и парус, и сам корпус ладьи из одного куска березы. Потом парусник крепился на небольшой постаментик, и получалась шахматная фигурка. Изумительные кони с пышными, кудрявыми хвостами. Короли и королевы в мантиях, с узнаваемыми лицами в миниатюре – дело рук старого друга детства, о котором Алексей не имеет уже вестей более десяти лет.
Да с того времени, когда три крупных политических деятелей Советской страны в корыстных целях, дабы возвеличить себя, прийти к власти путем тайного сговора, развалили одну из самых огромных и сильных империй современного мира. Страна, которая собиралась по крохам веками силой и волей многих поколений, была развалена в одночасье.
Тайно уединившись в Беловежской пуще, заговорщики распорядились судьбой миллионов людей, трижды предав: своих товарищей по партии, единоверцев и многие другие народы, свято верившие в единство нерушимого Союза. Миллионы людей оказались сорваны с насиженных мест, где жили, любили, работали на благо и славу единой родины. Все эти люди вмиг оказались изгоями и заложниками амбиций нечистоплотных правителей. Миллионы судеб были искорежены, люди втянуты в межнациональные войны. Вот так в результате политической перестройки, которая общем-то была нужна, но не такая, трое политических подлецов оказались князьками, пусть ущербных, но собственных уездов. Вот тогда и потерялись они с другом детства, Жив ли сейчас Валерий?
; Так или примерно вот так, – вклинился в неожиданно пришедшие раздумья Алексея Артем, – изучается археология и история стран. Сопоставление фактов, сбор информации по пластам времени, она достоверна и не подлежит искажению.
; Значит, если эту коробочку направить на пирамиду, то можно увидеть фараонов и весь строй древнего Египта? – спросила Надежда.
; Да можно, – сказал Синь, – но зачем Вам древний Египет, когда история России не менее интересна и драматична. Сейчас я вплотную занята Россией. Вчерашней, сегодняшней и завтрашней. Вскоре мне на Ученом совете предстоит делать доклад, основываясь на новой методике. В докладе будут вскрыты многие тайны далекого прошлого и вчерашнего дня.
; Вот бы получить подстрочник этого доклада! – невольно воскликнул Алексей.
; Россия – великая держава, – продолжила свою мысль Синь. – Ей предстоит сказать свое главное слово в истории мира. Вокруг неё и благодаря её произойдет объединение многих стран, континентов. Её духовная сущность безгранична.
; Тогда мне совершенно непонятна, Ваша поездка в Бразилию. Если Вы настолько плотно заняты Россией, то, причем здесь Южная Америка?
; Все очень просто, – улыбнулась Синь. – И поездка в Бразилию вплотную связана с Россией. Необходимо было найти икону, писанную в конце двенадцатого века. Эта икона представляет для нас большую ценность. Более чем за пятьсот лет она стала очень сильно намоленной, потом объясните это слово. Мы пришли к выводу, что на ней отложился огромный пласт ценной информации, которая, должна связать между собой некоторые разорванные события в истории развития России. Вы сами-то верующий?
; Верующий? – почему-то вопросом на вопрос откликнулся Алексей, скорей всего от неожиданного поворота разговора. – Да, верующий, и принял крещение совершенно осознанно недавно, в сорок восемь лет.
; Так поздно? – спросила Синь. – На Руси крестят с младенчества.
; Да, это так, но я родился в смутное время. Хотя, когда Россия не в смуте?! Во время моего рождения и раннего детства мой отец был вторым человеком на крупном предприятии, и если бы партийные органы вдруг прознали бы о таком поступке, как крещение ребенка, то не миновать ему большой беды. Хотя, кому на роду написано испить горькую чашу, тому ее не миновать. А понятие «намолена» – так говорят об иконе, которая не была заперта в сундуке подальше от чужих глаз, а служила людям. К ней приходили помолиться порой за сотни километров. Поделиться своей радостью, чаще – горем, попросить совета. Есть много очевидцев, что именно такие намоленные иконы творили чудеса, помогали людям.
; Благодарю, Вы подтвердили мои догадки. И если Вам интересно, могу продолжить свой рассказ. – Все, включая Артема, дружно закивали головами. – На упоминания об этой иконе я натыкалась в своих исследованиях несколько раз. Создавалось впечатление, что она несет в себе ценнейшую информацию. Но как найти ее? На территории России ее не оказалось. Начались поиски. Выяснилось, что во время вашей самой кровавой, пожалуй, даже в мире, революции, которую организовал главарь Ленин. Икону вывезли за пределы страны.
- Псевдоним Владимира Ульянова, большевистский псевдоним, – не удержался и поправил Синь Алексей.
; Ой, извините, для меня такие нюансы русского языка мне пока еще недоступны.
; Нет-нет, ничего. Возможно, Вы даже правы. По тому, как вели себя большевики, у них действительно был главарь по кличке Ленин. Потом его сменил другой. Извините, продолжайте.
; Так вот, во время длительных погромов икона Святой Богородицы, уже к этому времени обрамленная в золотой оклад, была похищена из храмов Кремля. Можно написать очень драматичную историю ее пути. Золотой оклад был давно с нее сорван и пропит вершителями истории. Сама же доска была бы сожжена вместе с другими иконами и церковной утварью, уже сваленной в подготовленный костер. Если бы в этот день белогвардейский эскадрон, где был и мелкопоместный дворянин капитан Полухин, не освободил от красных небольшой городишко на Кубани. Вот там, на площади, он и выбрал себе, как оказалось, спасительницу и покровительницу на всю жизнь. Спасла она его от пуль и сабель единоверцев и соплеменников. Успел он и на последний пароход, уходящий во Францию. Перекрестился, попросил прощения, что не уберег царя и Отечество от супостатов. И всего-то у него было: шашка, в боях тупленная, наган без патронов, да икона за отворотом шинели. И не знал тогда Петр Полухин, что у сердца его не просто икона, а охранная грамота. Вначале помыкала его жизнь белоэмигрантская – Франция, Испания, Португалия, где встретил он свою соотечественницу – княгиню Софью Павловну Ардатьеву. Собиралась она к брату в Бразилию. Махнул вместе с ней отчаянный Петр через океан Атлантический. И стала Бразилия родиной для его детей. Икона Святой Богородицы вновь обрела достойный оклад. Стала семейной реликвией, памятью о родине предков, хранительницей рода Полухиных. А икону я нашла уже у внуков Петра Полухина, на встречах с выходцами из России, которые мне организовывал Хуан. Я сканировала ее, и теперь мы занимаемся распечаткой ее памяти. Она оказалась информационной, я даже сказала бы – с удовольствием идущей на контакт. Вообще для России очень важно, чтобы эта икона вновь оказалась на родине. И возможно, скоро она вернется.
; Как интересно, – воскликнула Надежда, которая, как человек истинно верующий, глубоко сопереживала, слушая повествование Синь. Сидела она, как говорится, с глазами, полными слез. И порой готова была расплакаться, если б у неё была бы хоть маленькая уверенность, что ее правильно поймут и поддержат.
Разговор за столом касался многих тем. Политика, искусство, наука. Постепенно добрались и до десерта. Прощались по приятельски, шумно. Когда Синь с Артемом ушли, Надежда по обыкновению отправилась на кухню, а Алексей на лоджию покурить. Минут через десять она в растерянности зашла к Алексею и сказала:
; Вот уже полчаса смотрю вниз, жду, когда выйдут из подъезда Синь с Артемом, а их до сих пор нет, не застряли ли они в лифте? – высказала свои предположения она Алексею.
; Ах, Надежда, да они уже давно дома. Для них ни расстояния, ни преграды не существуют.
; Да, Синь обаятельная девушка, ты говоришь, сколько ей?
; Семьсот пятьдесят лет.
; Ну, никогда бы ей не дала столько. И Артем умница. Он тоже инопланетянин?
; Думаю, что да. А что, понравился?
; Да нет, просто приятный молодой человек.
; Знаешь сколько лет этому молодому человеку?
; Неважно!
; Лет тыщу! Не менее!
; Ну и что?
; Да ничего, я просто так.
Прошло несколько дней. В этот вечер Алексей вернулся домой раньше обычного и застал Надежду на кухне. Она протирала высокие бокалы, рядом своей очереди ждал чайный сервиз.
; Вот хорошо, что пришел, можешь попробовать блюдо другой галактики.
Алексей посмотрел на Надежду, как на пришельца из космоса. «Да», – подумал он, – похоже, нас уже можно в психушку помещать». Но вслух спросил:
; И откуда у тебя рецепты с иных планет?
; Да, Синь у нас была.
; У нас?
; Ну, у меня.
; Это интересно. И как это она у Вас была?
; Позвонила, спрашивает, что делаешь, Надежда?
; Да ничего, – отвечаю, – баклуши бью – Алексея нет.
; Да он мне и не нужен, я к тебе в гости напрашиваюсь.
; Что напрашиваться, приходите и все, вот она и пришла.
; Одна?
; Одна.
; Ну и?
; Посидели, стихи почитали.
; Какие стихи, чьи?
; Твои.
; Какое именно?
; «Открытое письмо». Помнишь, Чирчик, 1991 год?

Тоска!
Как трудно быть влюбленным.
Проще просто не любить,
Чем под грузом многотонным
прозябать, а то и просто стыть.
Но в любви есть радости и взлеты.
О! Письмо …
Где нежною строкой:
«Милый, ты грустишь?
Ну что ты.
Я и здесь, вдали с тобой.
И сама к тебе стремлюсь я.
Я устала долго без тебя,
и всего, всего боюсь:
темноты, людей и зла.
Я твоя, домашняя такая
мне бы дом, а рядом ты.
Ведь любовь моя земная
и не терпит всякой суеты».
«Я твоя, домашняя такая», –
что теплее этих строк?!
Ох, прости за ревность, дорогая,
как подумать я такое мог.

Мы так славно посидели, даже всплакнули.
; Ну что тут скажешь? Бабы, они и есть бабы. Небось, нашлись общие точки соприкосновения?
; Да, нашлись.
; В чем?
; Ну, прежде всего, в вас, мужиках.
; А что, она тоже замужем? Вот не знал!
; Да, есть дочь, по которой она скучает.
; Дочь с отцом?
; Нет, с мамой. Супруг тоже в полете, но в другой экспедиции.
; Пробуй, это блюдо считается у них праздничным. Для тебя Синь специально приготовила порцию.
; И как?
; Ой, так интересно. Взяла блюдце, эту свою коробочку, как у Артема, подержала над блюдцем. И все готово. Горячее, вкусное и очень острое. Попробуй.
Алексей налил себе стакан светлого вина, присел к столу. Заливное, больше похожее на растопленный холодец, действительно было вкусное и напоминало кавказскую кухню.
; Но такие блюда, как рассказывает Синь, готовят редко. Так сказать, это натуральные блюда, дань прошлому, в их стремительной жизни все большее место занимает клеточное питание. Но Вас будут кормить именно так.
; Как «именно так»?
; По словам Синь, на корабле будет полтора-два десятка землян. Люди самых разных национальностей. Для них специально разработано меню из привычных им блюд. Корейцы любят острые приправы. Ну, разве сможет узбек прожить без плова, грузин, без шашлыка, русский без пельменей, белорус без картошки, украинец без сала? Где это все выращивать? Вот они и придумали. Сканировали овощи и фрукты, ягоды, ну все, что хочешь, даже вина. Ешь, наслаждайся. Она меня угощала. Все прямо-таки натуральное. Блинцы горячие. Мороженое холодное, борщ ароматный. Она говорила, сколько блюд заготовлено, но я забыла. Цифра огромная. А как готовится, я так и не поняла.
; Что еще рассказывала Синь о своей жизни?
; Много, но все больше интересовалась взаимоотношениями между мужчинами и женщинами. Чудаки. Такое явление, как любовь, они называют феноменом галактики.
; А шел разговор о предстоящем полете?
; Да, Алексей, шел. Но я наотрез отказалась от предложения Синь. Сейчас мое решение сформировалось окончательно. И я никуда и никогда не покину нашу Землю.
; А я? – спросил Алексей.
; А ты имеешь право распорядиться собой как пожелаешь. И на этом давай поставим точку. Навсегда, – решительно и твердо сказала Надежда.
Через несколько дней Алексей снова ездил в Москву на киностудию. Многие планы, выполненные компьютерщиками-аниматорами, космический бой с драконом, космические путешествия понравились Алексею. Кое-где был явный натуралистический перебор. Неплохо вписался сюжет о планете наркоманов. По просьбе режиссера расспросил Алексей Синь и о кентаврах. Как оказалось, они действительно, очень давно еще до нашей эры, сделали вынужденную посадку на Земле. И, как сегодня выясняется, это оказался остров Скирос в Эгейском море. Пока техники звездолета устраняли неполадки, отряд кентавров предпринял прогулку по острову и даже оказались на европейском материке. Видно, за короткий срок вынужденной посадки они успели остаться в памяти землян.
Надо отдать должное режиссеру, он из этой коротенькой информации развил сюжет, в котором табуны кентавров захватывают греческое государство, пленят греческих цариц, влюбляют их в себя и увозят любящих женщин с собой в неведомую галактику. Алексей решил подлить ему масла в кашу и предложил нарисовать сегодняшний день. Прилет звездолета с потомками той, давнишней, экспедиции на сегодняшнюю планету Земля. Идея режиссером была принята на «ура». И он, заказав ящик водки, заперся у себя в вагончике на два дня. Что из этого выйдет – оставалось только догадываться.
Лето вошло в силу. Яблоки наливались плотью и цветом. Близился яблочный спас. Звонок мобильника застал Алексея на рыбалке.
; Алексей, я хотела бы встретиться с Вами.
; Где и когда?
; В Нижнем парке, на обычном месте.
; Хорошо, через полтора часа буду.
Заскочив домой, переодевшись, Алексей присел на диван. Почему-то у него появилось предчувствие, что вся эта история с инопланетянами должна закончиться. Закончиться именно сегодня, сейчас. А решения окончательного, твердого он так и не принял. Ну вот, пожалуй, и все. Нужно прощаться. Хотел было позвонить Надежде, но передумал. Не телефонный разговор. Решил заехать к ней во Дворец культуры.
В большом концертном зале под руководством махонькой, талантливой, влюбленной в своё дело дирижера шла репетиция. Руководитель довольно большого хора, человек восемьдесят, оттачивала таланты. Алексей дождался перерыва и подошел к Надежде
; Знаешь, Надежда, – он хотел ей сказать, что ему звонила Синь, что он пришел к ней за окончательным ответом «Да» или «Нет». Но Надежда положила ладошки ему на грудь и посмотрела своими голубыми глазами-озерами на него.
; Я все знаю. Слово не за мной, слово за тобой. Я тебя любила, люблю, и буду любить.
Алексей слегка пригнулся и поцеловал ее в губы. Он чувствовал, что сказать что-либо он не может. Ком в горле не позволит ему вымолвить слово. Он еще раз прижал ее к себе и, отстранив, решительно, не оглядываясь, устремился к выходу.


Через пятнадцать минут он сидел на лавочке у мосточка. Неожиданно перед ним появилась Синь. В ее руках было два пакета, положенные один на другой. Нижний напоминал кейс, а верхний – шкатулку.
; Алексей, я пришла попрощаться с Вами.
; Со мной? – почему-то невпопад переспросил
; Да, с Вами! Это прошу передать Надежде, – и протянула плоский пакет, – а это Вам. Всего хорошего! Дай Вам Бог счастья! Так, кажется, у вас говорят, когда прощаются?
; Да, так.
Синь обняла вставшего с лавки Алексея и поцеловала.
; Прощайте!
У Алексея слезой застлало глаза, а когда он проморгался, Синь рядом с ним не было. Ноги плохо слушались его, и он присел на скамейку. Сколько он пробыл в этом состоянии, Алексей не знал. Два свертка лежали у него на коленях. Он снял верхний и раскрыл обтянутый черным бархатом кейс. В углублениях лежали: колье, кольцо, перстень, два браслета, две серьги, поясок и диадема. Полный набор испанской королевы.
Во втором свертке оказалась книга. По объему – страниц восемьсот. На обложке было написано «Подстрочник доклада для Научного совета – академика, доктора психологических наук, магистра по истории, астронавта Синь» и крупным шрифтом название доклада: «История России. Прошлое, сегодняшний день и прогноз будущего России» …..



Содержание

Из другой галактики
Казахстан
В Бразилии
Шесть тысяч лье под водой
Антлантида
"Планета нудистов"
Наркотик "Убийца”.
В гостях у коллеги.
Колье королевы Марго.
На заседание у инопланетян
Командор Лонг
Бесова планета
У створа” Черной дыры”
На киносъемочной площадке
Развязка

anisimovich@inbox.ru

Страниц 75
Слов 40 731
Знаков с пробелами 268 488
Абзацев 1 409
Строк 4111

.

 

© Copyright: Алекандр Анис, 2014

Регистрационный номер №0204085

от 25 марта 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0204085 выдан для произведения:

Бессмертие или жизнь

Александр Анисимович









АЛЕКСАНДР Анис


Фантастическая повесть

Бессмертие или жизнь

Подзаголовок

Планета любви


Предисловие

Неожиданна встреча с инопланетянами, в корне меняет жизнь Алексея. На многое он начинает смотреть по-другому. Теперь он сознавать себя не простейшей амебой, а человеком своей планеты Земля. Гражданином своей Родины. России.
Не смотря на очень высокий уровень развития цивилизации пришельцев, Алексей вступает с ними в спор, отстаивая интересы своей планеты. Но инопланетяне, наглядно демонстрируют, что их прилет, не преследует корыстных целей, они ищут единомышленников, сподвижников по разуму и готовы содействовать развитию их цивилизации. За время контакта с инопланетянами, Алексей воочию увидел и величие космоса, и трагедию цивилизаций других планет. Попутно он многое узнает и о своей, Родине России, планете Земля. Многие Великие тайны готовы сбросить с себя покров неприступности.
Бесконечность и жизнь. В название, заложена возможность, жить тысячатилетия. На борту космолета, Алексей обретет не только бесконечность, ему вновь вернется молодое тело со всеми вытекающими последствиями. Что выбрать, покинут родную планету или продолжить свою бренную жизнь на Земле.
В подзаголовке Планета любви, заложен смысл жизни человека, какая это планета? Наша Земля или планета Нудистов, где живут биологически, в точности такие люди как мы. На их планете Рай, может такой же, каким он был у нас во времена Адама и Евы, пока они не вкусили плод с дерева познания Добра и Зла. Разве не интересно узнать, какая жизнь ждет земляков по космосу. Алексей в раздумьях, он делает предложение своей супруги отправиться с ним вместе с пришельцами, Надежда отвечает, НЕТ. Я родилась здесь, прожила жизнь, здесь и останусь. Каждый делает выбор сам.



Планета любви

- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
- Это наша вторая встреча.
- Возможно. И что из этого?
- Я, верней, мы, ждем ответа и надеемся на положительный.
- Мда, Вы, конечно, меня извините, но моя память оставляет желать лучшего.
- Напомните, о чем разговор.
- Тогда присядем, так как разговор долгий.
- Хорошо, давайте присядем, – время терпит. - Вот и скамейка свободная. Кстати, фонтан рядом, правда, еще не работающий, но все равно приятно. Свежесть необыкновенная. Благодать!
Мужчина и девушка прошли к свободной скамейке, старомодной, ажурной, литой из чугуна, с продольными деревянными брусками. Девушка присела. Мужчина стал напротив и сказал:
- Вспомнил! Вы та загадочная очаровательная незнакомка, которая не может не вызвать восхищение. Космос и вечность – это же надо придумать! Кстати, Вашим выбором польщен, а также очарован Вашей привлекательностью. Но, как мне кажется, как бы мне поделикатнее выразиться, Вы уж простите меня, но у Вас легкий шиз. Надо же такое придумать! Уму непостижимо!
- Почему «непостижимо»? Что значит это слово?
- Вы что, нерусская?
- Да, не русская.
- А говорите неплохо, словно из наших мест.
- Да, так, но это преобразование, перевоплощение.
- Ну, вот, снова начинается. Сейчас Вы станете голубем, лебедем, мною, черт возьми, а лучше львом, готовым съесть меня со всеми потрохами.
- Как так?
- Да так,– передразнил ее Алексей. – Рыкнете на меня, я обомлею и сразу во всем буду с вами согласен.
- Что такое «лев»?
- Лев? Господи, Вы не знаете, что такое лев?
- Да, не знаю. В России их нет
- В России есть все, как в Греции, по крайней мене, в зоопарках. Я Вам покажу живого льва, он здесь, рядом.
Алексей схватил девушку за руку, стремительно рванулся к пешеходному переходу увлекая её в Нижний парк, где в глубине, обнесенной решеткой, в вольерах скучали звери. Не заходя в кассу, он сунул контролеру сотню, и они оказались в совершенно ином мире. В огромной клетке топтался слон, поглядывая на редких посетителей печальными глазами. Девушка остановилась, но мужчина дернул ее за руку.
- Нет, чуть дальше. Вот! – торжествующе произнес он.
На огромном песчанике в вольере возлежал величественный царь зверей. Иногда он поглядывал на проходящих людей с чувством явного превосходства, а затем переводил взгляд на львицу, лежащую внизу. А та, ни на кого не обращая внимания, играла костью.
- Вот, полюбуйтесь, в полном составе, – сказал Алексей и указал на семейную пару, в то время как другую руку сунул себе под нос, пытаясь ее отогреть. Она настолько замерзла, что он даже не чувствовал пальцев, сплошное покалывание, словно тысячи иголок одновременно впились в его ладонь.
-Тот, что наверху, – лев, а та, что внизу, – львица.
Доселе лежащий лев вдруг напрягся, рыкнул и в одном прыжке оказался перед толстой металлической сеткой, за которой стоял Алексей. Он невольно отпрянул и уперся в пушистую мягкую стенку. Вскинув глаза вверх, увидел над собой во всей красе рычащую львицу.
- Все, пить бросать надо – мелькнула мысль, и тут же другая – спасительная, подсказала: только не резко.
Очнулся он на скамеечке без спинки. У изголовья сидела его попутчица и держала в руках коробочку, похожую на серебряный портсигар. Заметив, что мужчина шевельнулся, она положила ее в нагрудный карманчик и мило улыбнулась ему.
- Я в восторге! Этот лев – такая прелесть! Обязательно покажу друзьям.
- Вы тоже прелесть, – счел нужным вставить едкий комплимент, приходящий в себя мужчина. Наступила неловкая пауза. Алексей, окончательно пришедший в себя, уже сидел, потирая виски и широкий лоб обеими ладонями. Взгляд его блуждал по зеркалу пруда, где плавали кругами дикие утки. Тишина и полная безопасность – что еще нужно для счастья, пусть даже для утиного.
Весна только-только обозначилась набухшими почками, набирающими силу ручейками из-под осевших серых сугробов. Было тихо, мужчина вздрогнул – голос девушки оказался для него очень громким и неожиданным. Но он даже не понял, что от него хотят, после пережитого он не мог прийти в себя.
- Извините, не расслышал, что Вы сказали.
- Я, хотела бы продолжить разговор.
- Зачем? Я Вам верю, только объяснить себе ничего не могу, верней, понять, зачем я Вам? Кто Вы? Если волшебник или иллюзионист, то, конечно, высокого класса.
- Вы так ничего и не поняли?!
- Ну почему? Насколько я помню из нашего последнего разговора, Вы обещали почти вечное физическое существование. Невольно, но я думал над этим. Зачем оно мне? Я прожил или, вернее, почти прожил жизнь, и мне кажется, что неплохо.
- Извините, что я прерываю Вас. Давайте начнем наш разговор несколько иначе. Со знакомства. Меня зовут Синь.
- Алексей Петрович, для Вас – просто Алексей, – буркнул мужчина.
- Я из другой галактики. - Продолжила разговор Синь. - Наша цивилизация намного, на очень много выше вашей, не примите за обиду. Это правда, или, как говорят у вас - аксиома. Мы не первый раз сталкиваемся с мирами обитаемыми и разумными. Нами движет не алчность, а стремление нести добро. Мы не собираемся завоевывать миры, мы ищем партнеров. Мы можем и хотим помогать тем, кто уже готов к нашей помощи. Ваша планета только начинает осваивать космос, а мы пересекаем галактики на кораблях, которые Вам даже трудно представить.
- Вот посмотрите, – девушка протянула Алексею рамку, которая выдвинулась из серебренного патсигара и предложила приложить ее к глазам.
Алексей взглянул через рамку в указанном направлении. Он увидел куб, квадрат, эллипс, пирамиду, словом, нечто геометрически непонятное. Оно переливалось светящимися цветными ореолами, и была столь же красива, необычна, как и не объяснима! Если это назвать космическим кораблем, то он был живой, словно дышал, пульсировал. Изредка на его поверхности загоралась маленькая светящаяся точка, которая срывалась с тела корабля и устремлялась за пределы видимости, ограниченные рамкой. Корабль величественный, не пугающий, а вызывающий такое острое любопытство, что хотелось протянуть руку и пощупать его, погладить. Хотелось, черт возьми, ущипнуть и себя – так это было нереально. Алексей перевел рамку левее, еще левее и увидел памятник Петру Первому. Девушка протянула руку, чтоб взять рамку, однако Алексей все еще вглядывался в том направлении, но ничего инородного, нарушающего привычный городской пейзаж, не мог разглядеть. Ни корабля, ни движения, ни пульсации небосвода. Стоял тихий весенний полдень. Яркое большое солнце щедро заливало пространство. Ручьи звонче журчали, птицы громче щебетали, словно спешили пропеть своей избраннице песню любви. И песня эта наполняла все окружающее какой-то особой силой, покоряя весь мир своей мелодичностью, своим оптимизмом, утверждением того, что жизнь только начинается. Алексей сидел молча, в голове все смешалось: реальность дня и необычность увиденного.
Молча сидела и инопланетянка, давая ему, возможность осмыслить то, что происходило вокруг.
- Что Вы от меня хотите? – после затянувшейся паузы спросил он.
- Хотим, чтобы Вы были с нами.
- С вами? В прошлый раз Вы продемонстрировали, как я понимаю, азы гравитации, так что в пять секунд, хочу или не хочу, я могу быть у Вас, на Вашем корабле. В какой только роли – я не знаю, поэтому и спрашиваю: зачем я Вам?
- Я битый час веду с Вами разговор, а Вы не понимаете, что Вы тот человек, который может поверить, осознать происходящее и донести это до своих собратьев. Я правильно выразилась? – спросила Синь.
- Да, правильно.
- Поймите, взять Вас насильно, вашими способами землян – усыпить, загипнотизировать, связать – нам не трудно. Можно еще проще, вот, к примеру, дайте на минутку Ваш перстень.
Алексей молча снял и положил на протянутую ладонь свой серебряный, недорогой, но изящно сделанный перстень. Синь достала из нагрудного кармана всё ту же самую плоскую коробочку, положила перстень себе на колено, над ним зависла коробочка, и перстень словно исчез. Доля секунды – и перед его взором внезапно появилось два одинаковых перстня.
- Возьмите свой.
Алексей протянул, было руку, но остановился. Сомнения овладели им: настолько они были похожи.
Он вспомнил, что на перстне осталась едва заметная царапина, которая появилась несколько лет тому назад, когда он чуть не сорвался в пропасть во время восхождения со своими друзьями на одну из вершин Тибета. И хотя Алексей знал, что находится в одной связке, а значит, подстрахован, и ничего не может случиться, все-таки пережил несколько неприятных мгновений; цепляясь за выступы, карабкаясь по острым сколам камней.
- Вот этот, – указал он на тот, что лежал ближе к нему.
- Уверены?
- Да.
- Почему?
- Там, памятная царапина.
- А на втором нет?
Алексей взял второй перстень, но там тоже была царапина. Перстни были одинаковы.
- Чудеса!
- Никаких чудес. Это – наука.
- Подробнее можно?
- Конечно, но это очень долго, и то не уверена, что Вы поймете. - И Она указала на клумбу, вот цветок. - Дайте мне его.
- Алексей в недоумении посмотрел в ту сторону. И увидел зеленую клумбу, которой раньше не видел. Он сорвал цветок, на который она указывала.
- Как называется?
Это ромашка.
- Ромашка? Это тот цветок, на котором гадают девушки «любит, не любит»?
- Да, отрывают по лепестку и надеются, что угадают свою судьбу.
- Как интересно! Но не будем отвлекаться. И скорей всего из-за типично женского любопытства она выдернула один лепесток и положила себе на колени, где теперь лежало две ромашки, совершенно одинаковые.
- То же можно сделать с муравьем. – И Синь показала на бегущего куда-то по своим срочным муравьиным делам красного муравья, – но сделать это я не имею права без разрешения Ученого совета.
- И Вы, Синь, хотите сказать, что этот новоявленный муравей будет жить, побежит именно в тот муравейник, что и первый?
- Да.
- А вот и нет.
В детстве Алексей увлекался муравьями, ему нравилось наблюдать за их, казалось бы, бессмысленной суетой. Тогда, он даже прочитал несколько научно-популярных книг, рассказывающих о жизни муравьев, их строе и о том, как они защищаются и как опознают друг друга.
; Его, этого неестественного муравья, опознает стража и убьет на входе в муравейник.
; Нет. Я поняла, о чем Вы говорите. Запах. Но этот, второй муравей не копия первого, а полное подобие, с запахами и полным набором ДНК. Он будет жить, работать, размножаться, делать все, что предписано ему его судьбой. Так, кажется, у Вас называется предназначение человека на земле. Ваш великий ученый Менделеев открыл систему химических элементов. Ваши ученые на сегодня открыли более десяти миллионов соединений ста трёх элементов. Естественно, наша наука шагнула гораздо дальше. Эти и другие, еще не открытые Вами элементы, разложены гораздо подробнее. И, как Вы убедились, мы можем воссоздать то, что сотворила природа. Ведь все, абсолютно все состоит из элементов, они везде, вокруг нас, в нас. Убедила?
; Вроде, да.
; Так вот, на нашем корабле очень много народу из разных иных миров, но заостряю ваше внимание: нет ни одного подневольного, насильно сорванного со своей планеты. Любая мыслящая сущность у нас на корабле – личность со своей индивидуальностью, как внешней, так и внутренней, духовной.
; Ну, ладно, давайте знакомиться. Алексей, пятьдесят лет, журналист, двое детей. Какие еще нужны анкетные данные?
; Анкетные данные нам не нужны. Прочитать компьютерные данные для нас не представляет трудностей. Узнать человека – это другое. Вашу Великую мировую библиотеку, ваши удивительные музеи, все ваши чудеса, в том числе и семь чудес, не в ущерб Вам мы давно сканировали. Но чтобы осмыслить и понять, нам понадобятся годы и годы, так, кажется, можно сказать?
; И для этого Вам нужны люди?
; И для этого тоже. У Вас еще имеются вопросы ко мне?
; Имеются вопросы к Вам? Да, конечно, имеются, и не только к Вам, но и к себе. К себе, может, даже больше, чем к Вам.
; Например?
; Почему Ваш выбор пал на меня, или вернее, в том числе и на меня?
; Да, Вы правы. Вы будете не единственный землянин на нашем корабле.
; Ну, кто я, журналист средней руки, пара пустяковых книг: не философия, не научные труды, так себе.
; Да, это так. Ведем мы переговоры и среди ученых.; Но, позвольте, – прервал Алексей Синь, – ведь это, по большому счету, воровство. Увезете меня – для земли небольшая потеря. А увезти ученого, который для своей родины, а может, и всего мира, сделает величайшее открытие, обогатит науку землян? Это вопрос этики. Вы прилетели к нам, на нашу планету и, даже не соизволив поздороваться, начали шарить по просторам в поисках чего-нибудь вкусненького.
; Интересная постановка вопроса. Но давайте так. Вы оказались перед стаей львов. Как я поняла, это весьма агрессивные, дикие животные. С чего, Вы начнете, с приветствий? Мне кажется, Вы не только второго, но и первого поприветствовать не успеете. Из нашей практики: мы прилетели на одну из планет и, согласно Вашему сценарию, начали свой визит с приветствий, а получили в ответ удар на поражение. Их цивилизация оказалась неподготовленной к контакту с другими. Они все еще варились в собственном соку. Что предприняли бы Вы в данной ситуации?
; Не начинать же войну, в данном случае Вы гость, к тому же непрошенный, надо уйти, желательно не хлопая дверью.
; Собственно, мы так и поступили. Но был случай, где нам пришлось вероломно, исходя из Вашего мировоззрения, вмешаться в события даже не одной планеты, а двух. А это значит, в жизнь солнечной системы, а может, и галактики. На обеих планетах в результате их обоюдно весьма неудачных контактов между собой обстановка настолько накалилась, что они оказались на грани гибели. Скорее всего, так бы и произошло. Пострадали бы третьи миры, которые и слыхом не слыхивали о двух первых.
; И что Вы предприняли на этот раз, порох подмочили? – съехидничал Алексей.
; А знаете, Вы правы. Нашим ученым пришлось срочно искать возможность, ну как бы яснее сказать, обезоружить, нет, как бы это, поточнее, сказать, вразумить их, чтоб они прекратили между собой противостояние .
; И наступил мир.
; Ну, мир в полном смысле этого слова не наступил. Но прозрение пришло. Они прочувствовали масштабность той катастрофы, которая произошла бы, после начала военных действий.
; Просто любопытно, что же Вы сделали такого. Если это, конечно, не покрыто мраком военной тайны. Я не задерживаю Вас?
; Нет, я не спешу, – ответила Синь. – А тайны здесь нет. Постараюсь быть краткой. Те планеты по своей массе были в четыре-пять раз более вашей. Океаны, материки, населенные разумными существами, может, даже чем-то похожими на вас. И страшное, жуткое политическое противостояние, переросшее в военное. Обстановка напряжена до предела. Оружие в огромной своей массе приведено в предактивную готовность. Если начнутся военные действия, неминуемы взрывы, которые разорвут или сорвут планеты с орбит, а значит, беда этих планет во сто крат помножатся на беду всей солнечной системы, а может, и галактики.
; Ну и как была решена эта проблема? Вы смогли им помочь? – поторопил Алексей Синь.
; Ученые Совета приняли решение. На воинствующих планетах были выбраны материки размером с Вашу Австралию. Мы сканировали их и удалили с планет, а на их месте, соблюдая бывшие контуры, расположили увиденное нами на одной из предыдущих планет, где цивилизация сама себя уничтожила. На гигантских материках словно расположился Ад, на который смотреть без содрогания, а тем более, быть в нем, невозможно. Наши специалисты смогли ненавязчиво, визуально продемонстрировать жителям планет весь этот ужас. Это был ШОК!

Планетяне впали в транс, когда увидели последствия войны. В центре материков был возведены павильоны, где на экранах мониторов моделировались последствия взрыва, сход планеты с орбиты, ну, и много других ужасов. Все это было преподнесено как назидание Господне. Религия в их жизни занимала не последнее место. Когда мы убрали созданный нами Ад, восстановили материки в прежнем состоянии, какими они были до сканирования, жители планет были неописуемы рады, что дальше взаимных угроз он не пошли.
; Извините, Синь, - прервал её Алексей, - ну это бред или фантазия, которая не знает границ. Когда я слушаю Вас, у меня такое впечатление, что мы дети и играем с Вами на компьютере в звездные войны. Сканировать, удалить, восстановить, очистить. Сказка, да и только.
; Алексей, мне нужно просто верить. Вы, кстати, забрали свой перстень?
; Мой перстень? Который мой? Хотя, может, Вы знаете?
; Нет, не знаю, но это легко узнать, – она вновь достала прежнюю коробочку, провела ею над перстнями, – берите. – Первый взятый перстень явно не хотел быть нанизанным на палец. Хотя внешне совершенно не отличался по размерам.
; Возьмите другой. Этот не Ваш.
Действительно, второй перстень, как родной, устроился в привычных складках пальца.
Алексей вопросительно посмотрел на Синь.
; Все очень просто – память. Память атомов, молекул металла, камня, массы. Память перстня. Он помнит Вас.
; Благодарю, нет, право, благодарю. Вот ведь, такая мелочь, а приятно. Перстень помнит меня… Интересно! Вы знаете, он для меня сейчас стал не то что драгоценнее, а дороже. Теплее.
; Вот и прекрасно, А этот, если Вы, конечно, позволите, я оставлю себе, на память о Вас и Вашей планете.
; Ну, о чем разговор. Да-да, пожалуйста, он Ваш.
Синь надела перстень на указательный палец, он тут же съехал к кончику ногтя. Она достала все тот же свой многофункциональный наладонник, провела им над перстнем, и он послушно устроился на тоненьком пальчике.
; Уменьшила массу, подогнала по размеру, – прокомментировала свои действия Синь.
; Фантастика, сказка, да и только.
; Алексей. Мне, нам нужно просто верить. Но, оказавшись в дальнейшем с нами, путешествуя по галактикам, Вы станете не только свидетелем удивительного, но и активным участником всех событий, которые ждут нас на нашем пути.
; И далек ли Ваш путь?
; Не пройдено и половины пути до возвращения.
; А сколько времени займет оно?
; Это трудно сказать, лет триста, жизнь непредсказуема. Такое выражение у Вас используется?
; Да. А сколько времени Вы находитесь у нас?
; Где, в Вашей галактике, солнечной системе, или конкретно на Вашей планете?
; Планете.
; Смотря как измерять это время. Если наши мерками, то совсем ничего, а Вашими – более девяносто четырех суток.
; И за эти три месяца Вы так хорошо изучили Землю, землян, языки. Когда успели, как успели?
; Алексей, мне хочется удовлетворить Ваше любопытство. Скажем так. Наши ученые сканировали все: Ваши библиотеки, научные институты и многое другое. Изучили историю каждого материка, народов, населяющих их. Языки, на которых говорят люди. Изучен строй, политический, исторический, географический разрез земли, проанализированы самые разные науки. Можно долго и нудно перечислять. Все было систематизировано, обобщено, выделено и разделено и. т.д. Найденное было переведено на наш язык понимания. Создана база данных, готовая ответить на любой вопрос. Не в обиду будет сказано, сейчас Вашу матушку Землю мы знаем лучше, чем Вы.
; Можно, я просто посижу, помолчу, а Вы продолжайте мне рассказывать, о чем пожелаете.
; Не только рассказывать. Я Вам сейчас кое-что покажу. У меня намечается встреча в Бразилии. Где и что это за страна, Вы знаете? – Алексей молча кивнул. – А я на сей момент не знаю. А если что-то и знаю, то лишь то, что эта страна находится на одном из материков в Южной Америке. Для меня это своего рода командировка, необходима подготовка к ней. Я сейчас пошлю запрос о Бразилии в базу данных, которая находится на корабле. Ждем ответ.
Все тот же наладонник превратился в нечто похожее на дисплей, на экране которого стремительно побежала амплитуда сигнала, вроде как на осциллографе или на ленте кардиограммы. Иногда появлялись непонятные схемы, рисунки, что-то вроде графиков. Но все это было быстро, даже очень быстро. Алексей, хотя и не понимая, но с интересом наблюдал и за Синь, и за дисплеем.
; Все, – сказала Синь, – можете устраивать мне проверку или экзамен – задавайте вопросы по Бразилии.
Алексей включился в игру.
; Столица?
; Бразилиа.
; Язык?
; Португальский.
; Знаете его?
; Теперь да!
; Самая большая река в Бразилии?
; Амазонка.
; Страшная хищная мелкая речная рыба.
; Пиранья.
; Все это Вы только-только прочитали и запомнили?
; Да!
; Ну, это какой-то автоматизм, компьютер в голове. И надолго запомнили или пока здесь у нас, на Земле?
; Надолго, навсегда, другой разговор, что некоторые знания мне в будущем не понадобятся, и засорять свою память действительно не стоит. Все, что мне не нужно на данный момент, будет определено во вторичную базу памяти, а может, и третичную, или в подпамять, но я всегда могу ими воспользоваться при необходимости.
; Без компьютера здесь не обойдешься.
; В какой-то мере Вы правы, но это ждет и Вас, землян. Ваши ученые говорят, что мозг человека используется не полностью, а всего лишь менее чем на треть. Но, со временем освоите Вы и те две трети. Ваша цивилизация к тому времени достигнет шестого, седьмого порядка, и вот тогда поневоле вы начнете вживлять в свой мозг чипы, флеш - карты или что-то иное. Но смысл один – увеличить скорость и работоспособность мозга.
Алексей машинально ерошил свои седеющие кудри, словно пытаясь нащупать вживленные микросхемы или еще черт знает что.
; Порядок – это, надо понимать, уровень цивилизации?
; Да.
;Сколько, этих уровней и на каком уровне находитесь Вы?
; Конечно, деление на уровни – довольно условно. Наш Ученый совет обозначил десять уровней.
; Ну, совсем как в тире. И как же попасть в «яблочко»?
; В яблочко? Да, нелегко, себя мы считаем на девятом уровне.
; А Вы знакомы с десятым уровнем или путем логического мышления смоделировали десятый, окончательный? И что после него, тупик? Видите, сколько вопросов в одном.
; Начну с последнего. Нет, не тупик. И дальше будет продолжаться жизнь. Нелегкая. В борьбе за выживание. Будет ставиться еще более высокая планка уровня. Что касается десятого уровня, то у нас есть конкретный пример. В пространстве метагалактики есть планета, которая выше нас по своему уровню. Мы активно и плодотворно сотрудничаем с ней. Очень много научных разработок сделано именно с ними. Безусловно, мы самостоятельно пришли бы к тем научным достижениям, но, как говорят у Вас: «Зачем изобретать велосипед, когда он уже есть».
; Минутку, значит, Вы, в свою очередь, можете резко продвинуть нашу науку вперед?
; Да, в принципе, можем. Но, нужно ли, не опасно ли это для Вас? Вспомните свою историю. Расщепление атома, получение колоссальной энергии Вы, не задумываясь, в первую очередь превращаете ее в страшное оружие для уничтожения человека. А если сейчас, сию минуту дать Вам еще большую энергию? Куда Вы её используете? Куда направите? Ведь уже есть примеры противостояния.
; Да, это так, или почти так, верней, действительно так, – подумал Алексей, но вслух сказал: – Наша планета очень сложна. И людей, вернее, страны, можно разделить, как и делаете это Вы, условно на уровни сознания. И, пожалуй, эта градация не уместится в условную десятку. Есть народы, племена, которые находятся на нулевом уровне. В Бразилии Вы сможете это наблюдать воочию. Наша планета неоднородна. От пигмеев Африки до студентов петербургского или кембриджского университета громадная пропасть. От мотыги, которой рыхлят землю под зерновые для пропитания, до космических кораблей. И все это происходит сегодня. Вот такие скачки.
Природой, Богом или чем-то иным люди разделены не только по цвету кожи, разрезу глаз, но и языковым барьером. Бог, верней, его посланцы, дали людям разную религию, со своим Богом, культурой служения ему. Бог, которого люди, возможно, сами создали своими фантазиями, разделил людей. Люди, в свою очередь, продолжили это размежевание между собой. Это выразилось в разном политическом понимании устройства мира, которое еще резче разрознило людей.
;Вот видите? Это и есть ответ на ваш вопрос, кому отдать предпочтение, кому дать преимущество над другими, как та или иная группа использует полученную возможность.
Вечерело, свежело. Ветерок нес в себе зимнюю стужу, которую еще не победила зарождающаяся весна.
; Не озябли? – спросил Алексей, – вечереет, становится холодно.
; Нет, нас это не пугает. Мы по своей природе пойкилоперменые существа.
; Чуть попроще, – попросил Алексей.
; Холоднокровные мы, да и на нашей планете не очень жарко.
; То-то я озяб, пока вел Вас ко львам.
; Ну что, будем прощаться на сегодня? – спросила Синь.
; Да, пожалуй, – ответил Алексей и посмотрел поверх пруда, где до этого наблюдал звездолет. Но небо было серое, по нему плыли размытые облака.

Синь угадала его желание и молча протянула ему рамку. Алексей взял её и уже без подсказки направил по направлению корабля. И почти точно вписал звездолет в рамку. Все также периодически из него вырывался пучок света и устремлялся за пределы рамки. Алексей повел рамку за одним из лучиков. Космолет остался за пределами рамки, но пучок, ведомый Алексеем, вскоре растворился за горизонтом неба.
; Это наши разведчики – продолжается сбор информации.
; Интересно увидеть бы.
; Конечно, интересно. Все новое и необычное всегда чрезвычайно интересно. А еще лучше, увидеть, или как у Вас говорят, пощупать своими руками. Такая возможность у Вас будет, как только Вы вольетесь в состав экипажа.
Алексей вернул рамку. Синь встала и, подав руку, сказала: – Пора и честь знать.
; Мы встретимся?
; Конечно, если этого Вы хотите.
; Когда конкретно?
; Когда Вы пожелаете.
; Мне нужно подать Вам сигнал?
; Нет, зачем. Я появлюсь, как только у Вас возникнет желание и необходимость встретиться со мною.
; Интересно, как Вы об этом узнаете? Похоже, я теперь у Вас под колпаком?
; Под колпаком? Поясните это выражение.
; Ну, это вроде как под постоянным контролем, слежка за мной.
; Алексей, не надо все понимать буквально. Вы, наверно, заметили, мы обладаем телепатией, но это вовсе не означает тотальной слежки за Вами, Вашими мыслями и поступками. Вы свободный человек, только Ваши желания, решения, могут что-либо менять, во всяком случае, в Вашей жизни.
; Ну, хорошо, Синь. Конечно, меня многое удивляет. Поневоле приходят мысли о нереальности или фантазии больного воображения.
; Успокойтесь, с головой у Вас все нормально. Я отлично понимаю Вас: неожиданно в короткий срок получить столько информации. И это далеко не все. Еще многое и многое я могу Вам поведать о Вашей Матушке-земле, хотя возраст ее навряд ли достиг возраста невесты.
; Говоря «Матушка-земля», мы имеем в виду не возраст нашей планеты. В это понятие вкладывается уважение и любовь к земле, которая является нашей кормилицей, именно на ней выращивается хлеб насущный, она приютила нас, поэтому столько любви вкладывается в эту фразу.
; Да, о любви! Тема, которой мне хотелось бы коснуться. Тема, о которой очень хотелось поговорить. Раскрыть это понятие шире, да и просто понять, что это такое. У нас есть понятие – преданность, как говорят у Вас «Лечь костьми», то есть «Бороться, не щадя своей жизни», за свободу своей планеты. Но любовь к женщине или к мужчине, противоположному полу, у Вас, землян, возвеличена до космических небес. Весь наш экипаж буквально взахлеб читает книги о любви землян. Они поражены Вашими отношениями. Мужчины идут на смерть ради любимой, заведомо зная, что их ждет смерть. Женщины ради любви, ради мужчины, бросаются в огонь, в море, со скал на камни, гибнут, но любовь – для них превыше всего. Люди совершают подвиги, и все ради любви! И тут же рядом, ради той же любви: измена, подлость, убийство, коварство. Это невероятно, не укладывается в наши понятия, в рамки нашего мышления. Где границы Вашей любви, ради которой Вы готовы на все? Наши звездолетчики читают стихи, романы землян. Не свойственное нам такое, как слезы, заливают наши лица, когда мы сопереживаем жизнь и поступки Ваших литературных героев, которые, как мы понимаем, написаны с реальных людей. Ученый совет этому феномену посвятил уже два продолжительных бурных заседания. Ни на одной из планет, населенной живыми разумными организмами, стоящей на уровне даже высокой цивилизации, мы не встретили такого. Вы, земляне, потрясли нас.
Алексей невольно почувствовал в себе растущею гордость за землян. За свою планету, за человека, людей, умеющих так любить, что цивилизации, черт возьми, девятого уровня, не может постичь их чувств. Но спросил:
; А у Вас как заключаются браки? Вот так, без любви?
; Даже не знаю, как Вам ответить, – не нашлась сразу Синь. – Пожалуй, целесообразность, необходимость, схожесть или, вернее, подбор ДНК
.; Это, наверное, скучно.
; Возможно, но другого мы не знали.
Несколько минут они молчали.
; Я Вас провожу.
; Куда?
; Да, действительно, куда? Но у нас так принято – мужчина провожает женщину.
; Ну что ж, проводите, – улыбнулась Синь Алексею. И достала все туже коробочку направила на клумбу, которая мгновенно исчезла.
- Ночи еще холодные, жалко бросать цветы на мучения, - прокомментировала Синь свой поступок.
Алексей молча кивнул.
Они медленно шли вдоль пруда, за время их беседы к диким уткам присоединился клин лебедей, прилет которых Алексей, увлеченный разговором с Синь, даже не заметил. День стремительно заканчивался. Вдоль аллеи Нижнего парка загорались круглые матовые фонари. У входа, под высоченными тополями, стояла цветочница, которая торговала подснежниками и ландышами. Алексей выбрал голубые подснежники.
; Наши первые весенние цветы после долгой зимы, – сказал он Синь, протягивая букетик. – Ощущаете запахи?
; Да.
; Первая свежесть и нежность.
; Вот с этого, наверное, и начинается большая человеческая любовь, о которой мы только что говорили.
; Возможно.
; Спасибо Вам, большое спасибо, Алексей. Но, кажется, мой троллейбус, пока, до встречи. И девушка, несколько неожиданно для Алексея, впорхнула в широкий проем. Двери закрылись, Синь помахала Алексею ладошкой через запотевшее стекло троллейбуса. Рогатая махина поскрипела и рывком дернулась в сторону Петровского спуска.
Алексей, несколько обескураженный неожиданным и несколько странным расставанием, стоял на остановке.
; Да, дела. Закрутилось в голове. Вот задача-незадача и ума не приложить. Он подошел к киоску, взял пару бутылок липецкого пива и сел в автобус, идущий в сторону его дома. «Собственно, что я хотел – проводить ее до летающей тарелки, звездолета? - Нет, решил он для себя, – надо выспаться, а потом думать на свежую голову. На сегодня все! Хватит.
; Привет, привет! И утром два привета!
; Какое утро, на дворе темень. Где так припозднился?- спросила жена.
; В зоопарке был, – ответил Алексей.
; Какая нелегкая тебя туда занесла? – Она знала, что Алексей скорее с удовольствием сходит в театр, чем в заведение, где в неволе содержат зверей.
Впервые в зоопарке Алексей побывал в далеком, далеком детстве, с мамой. Это был огромный неухоженный московский зоопарк. Конечно, было очень, даже очень интересно увидеть диковинных, заморских зверей. Но, возможно, их неуютное содержание оставило неизгладимую, больную память, эти страшные, железные клетки неволи. Тогда ему очень ярко запомнились двугорбые верблюды. Эти животные высоко и надменно держали свои головы над людьми, казалось, что даже в неволе их дух не сломлен. Конечно, Алексей не мог предвидеть, что вскоре он окажется на родине этих благородных животных и сможет наблюдать их в естественной обстановке.
Степи Казахстана, где по воле судьбы оказалась его семья: отец, мама, старшие брат и сестра и он, младшенький, а значит – любимец. Вот тогда мама и привила ему, да и остальным своим детям, любовь к природе, ко всему живому. Не убей, не искалечь, не нанеси непоправимый урон кому-либо. Не искази красоту!
Годы его детства проходили в послевоенное время. Трудно жила разоренная страна после тяжёлой четырехлетней войны. Трудная была и политическая обстановка в стране, но, по причине своего малолетства, он об этом не знал. Трудно жила их семья. И, чтобы как-то выжить, вокруг их городка, заброшенного в бескрайние степи, люди поднимали целину и разбивали огороды. Высаживался картофель, главный продукт того времени, капусту на засолку впрок, долгую холодную зиму. Вызревали даже арбузы, пусть маленькие, но вкуснющие; приноровились люди и их засаливать. И, как подарок среди лютой зимы, на Новый год ярко-красный, пусть соленый, но настоящий арбуз.
Вот в таких семейных поездках на огороды – мама, брат и сестренка – мать находила время обратить внимание детей на окружающую красоту. Будь то пурпурный закат, грозовые тучи, даже в перистых облаках находилась, по ее утверждению, своя необычайно нежная красота. И делалось это как величайшее, неповторимое открытие. Казалось, степь, да степь кругом, но смотри, как гордо и величественно идет караван верблюдов, с достоинством поглядывая с высоты своего роста на людей. Красота во всем: и в редком полевом цветке и ящерице хамелеоне. Красота повсюду, ее просто нужно увидеть, вернее, уметь видеть. И в необозримых песках Сахары, горах Тибета, джунглях Африки, дремучих лесах Сибири. Везде, во всем, есть своя, величественная красота. Спасибо, мама, за те ненавязчивые уроки любви, они не пропали зря. Остались. Все должно жить в любви и согласии. Но какая может быть любовь в клетке, в неволе, только – жалость. Может, в этом одна из причин того, что Алексей без большого восторга водил своих детей в зоопарк, расценивая эти экскурсии только как необходимость познания окружающей природы, изумительное разнообразие животного мира
; Ну и как ты там оказался, по работе? – прервала раздумья Алексея супруга.
; Да нет, с оказией. Слушай, Надюша - голубушка, а вот ты хотела бы жить вечно?
; Как вечно? – переспросила она, ошарашенная таким вопросом, – долго?
; Нет, вечно.
; Вечно? Вечно – нет.
; Почему?
; А зачем, да и долго это, надоест, наверное, а может и трудное это дело. Вечно – нет, не хотелось бы. А что это за вопрос?
; Да так, – Алексей откупорил бутылку с пивом, – будешь?
; Ну, самую малость, для скуса.
Налив один высокий стеклянный стакан до краев для себя, другой до половины, он позвал:
; Надюша, присядь. Поговорить хочу.
; Ну что?
; А вот ты хотела бы улететь на другую планету?
; Мне и здесь неплохо.

; Хм, ну, посмотреть другие планеты, другую жизнь.
; А у тебя, что знакомый звездолетчик объявился? – совершенно нейтрально, без всякой подколки, словно разговор шел о таксисте, спросила Надя.
; Ну, считай, что так, – ответил Алексей, попивая пенистое горьковатое пиво.
; Скажи, Алеша, сколько ты уже выпил?
; Нисколько. Вот, при тебе откупорил.
; Маловероятно. Ну, да ладно. На вот селедочки к пиву,– сказала супруга, подавая ему аппетитные ломтики атлантической сельди. – Да, кстати, ты звонил в редакцию?
; В редакцию – нет. А кто звонил?
; Маковецкий. Про какой-то сногсшибательный проект говорил, я его плохо поняла. Но тебе, там отводится главная роль.
; Ладно, сейчас позвоню. – Алексей допил пиво, протер руки салфеткой с логотипом какой-то новой, рекламирующей себя партии и взялся за мобильник. Иссакович отозвался сразу и заверещал своим дикторским тенором.
; Слушай, старик, что ты знаешь о Бразилии?
; О Бразилии? – спросил ошарашенный Алексей.
; Да. – Очень жестко, почти холодно, как экзаменатор, повторил свой вопрос Маковецкий о Бразилии.
; Все, что помню со школьной скамьи, плюс, что было читано о ней в художественной литературе, особенно времен конкистадоров.
; Все, достаточно, – потеплевшим голосом сказал Исаакович. Я им сразу сказал, что Бразилию ты знаешь, как свои пять пальцев. Конкретное задание получишь завтра в редакции, послезавтра вылетаешь! Твое согласие, я еще в 16-00 дал, все, точка.
Несколько очумелый от нудного гула «Боинга», Алексей с сотрудником параллельной газеты вышел на дышащий жаром бетон аэропорта «Бразилия». У выхода их уже ждали и сразу отвезли в центральный отель. Сказав, что завтра ровно в восемь приедут за ними, предложили им акклиматизироваться, адаптироваться и отдыхать.
Напарник сразу бросился на широченную, как плато, кровать, а неуемный Алексей, поставив заплечную сумку к тумбочке, пошел погулять. После ранней весны Липецка здесь было довольно душно и жарко. Поэтому, решив, что истинно бразильский кофе подождет, он зашел под громадный яркий зонт, где на столиках он увидел огромные пивные кружки. Профессиональный нюх любителя не подвел его. Объясниться с официантом не представляло трудности. Два пальца вверх и один указательный на соседний столик. По-видимому, у него хотели спросить, какого сорта пива ему принести, но, поскольку Алексей не знал ни одного, то просто махнул рукой, изобразив на лице мимику безразличия.
Принесли пиво. Он успел опорожнить первый бокал, когда к его столику подсела девушка, правда, не без его разрешения. Мулатка или метиска – Алексей определить не мог, для этого, думается, тоже нужно иметь хоть какой-нибудь опыт, для чего, безусловно, нужно пожить среди них. Симпатичная, высокая, стройная и очень на кого-то похожая. Ее смуглая кожа хорошо гармонировала с ярким солнечным днем, да и Алексею стало приятно, вроде как не один за столом, с девушкой.
; Я думаю, Алексей, что за эти три дня, что Вы будете здесь, сможем встретиться с Вами дважды.
Алексей наверняка бы поперхнулся, если бы в это время пил пиво. К его счастью, черное, как деготь, густое и чуть сладковатое пиво во втором бокале ждало, когда осядет выпитый им первый бокал.
; А-а-а-а, Синь?
; Да, Синь, я же сказала, что мы обязательно встретимся, когда Вы пожелаете.
Честно говоря, во время длинного, утомительного перелета он дремал и размышлял о пришельцах. Интересно, вот если бы у него с собой была бы такая рамка, как есть у Синь, он, глядя в иллюминатор, наверняка увидел бы мчащихся над океаном разведчиков-инопланетян. Пусть несколько хаотично, но мысли крутились вокруг этой темы. Возникало много вопросов, на которые могла ответить только Синь. С женой он так и не обговорил предложение необычной знакомой, да и нужно ли было?
К их столику подошел плотный, смуглый, но с европейскими чертами лица, мужчина.
; Знакомьтесь, – представила их друг другу Синь. Как оказалось, Хуан – представитель департамента Бразилии по вопросам экологии. Ну, прямо по пословице, на ловца и зверь бежит. Хуан охотно рассказывал о проблемах охраны природы, которые, в общем-то, мало, чем отличались от проблем других стран; о стараниях сохранить редких животных в вечнозеленых лесах Бразилии, рыбы в Амазонке и в ее многочисленных притоках. О попустительстве правительства к браконьерству. О коррупции чиновников. О трудном положении местного населения. Сам он по происхождению метис, в его крови смешана и кровь португальцев, и местных индейцев, есть в нем кровь и английских пиратов. Но сам Хуан был добродушный, с живинкой, не без юмора, человек, женат на китаянке и имел много детей. Зарплата бразильских чиновников невелика, но спасает предприимчивая супруга, которая имеет несколько ресторанчиков, куда он с удовольствием пригласил и своего нового знакомого, русского Алексея. О русских он знает. В Бразилии живут выходцы из России, и со времен большой последней войны, что была в Европе и той, которая была в самой России еще в начале прошлого века. Русские – хорошие люди, если будет время, он обязательно организует встречу с ними. Мужчины во время разговора пили пиво, но не черное, которое заказывал Алексей, а светлое, тоже своеобразно вкусное. Алексей и сам не заметил, как достал блокнот. Скорей всего по привычке исписал, с молчаливого согласия Хуана, больше половины блокнота своим, непонятным для других, а иногда и для себя, неразборчивым, размашистым почерком. Светлое пиво оказалось действенным, постепенно от проблем экологии перешли к анекдотам, которые в чем-то даже схожи с русскими.
Вскоре почти к самому зонтику подъехала машина, из которой окликнули Хуана. Он помахал им рукой, что видит и сейчас подойдет. Выложив несколько банкнот крузадо, он сказал, что все: и сок, который пила Синь, и пиво, и закуска к нему, оплачено. До встречи, которая произойдет на днях, где Алексей сможет познакомиться и с его очаровательной толстушкой Чан, и с милыми их детишками, и с русскими, как я понял, первой волны революционной эмиграции, и второй мировой войны. Он подхватил под руку Синь, которая почти не принимала участия в разговоре, но заинтересованно слушала, лишь изредка задавая вопросы Хуану.
– Пока, – помахал Хуан Алексею рукой, и они устремились к машине.
Площадь Свободы, на которой находились отель и кафе, была огромной, но брать такси не было смысла, и Алексей, не спеша, пошел в отель, минут через десять был в своем номере. Принял душ и рухнул спать. Светлое пиво оказалось хмельнее.
Несмотря на разницу в поясном времени, проснулся Алексей как всегда, в шесть утра. Стеклянная стена спальни была залита утренним светом. Голова, к удивлению Алексея, не гудела от выпитого, но хотелось, даже очень, есть. Заказав завтрак, он вспомнил про блокнот. Разбухший, слегка подмоченный пивом, он был заполнен его записями. «Да, интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд» – вспомнилась поговорка отца. Встреча с Синь, Хуаном. Исписанный блокнот. Если все сказанное Хуаном считать за сто процентов, то здесь материала на три заказанных статьи. Он еще раз пробежал по записям, на последнюю страничку вынес возникшие вопросы, нужно уточнить некоторые цифры, но это можно сделать сегодня, на намеченной встрече с министром Бразилии. Дело в шляпе, остальные дни можно посвятить осмотру самой Бразилии. Спасибо Хуану, кстати, а как мы разговаривали, на каком языке? Я в испанском ни в зуб ногой, а Хуан дальше своей Бразилии не был, так что русский он наверняка не знает. Да, действительно, удивительно. Чудеса, да и только. И все-таки, пришел к выводу Алексей, без участия Синь здесь не обошлось.
То, что в самолете рядом с ним оказалась девушка, скорее всего американка, Алексея даже обрадовало. Его попутчик изрядно ему поднадоел, достал-таки своей непрерывной болтовней. Пустомеля, даже в шахматы не играет. Несет всякую чушь, всем и всегда не доволен. Вот и на этот раз, перед посадкой довел его до кипения – почему ему лететь во втором салоне, да какая разница! Ну, подумаешь, Алексей на несколько секунд окажется в Париже раньше его. Поэтому Алексей с особым удовольствием удобненько устроился в кресле около иллюминатора, что заранее обговаривалось при покупке билета. Но кассир понял его, лишь после того, когда он догадался на рекламном буклете нарисовать самолет, с кружочками. После чего усердно тыкал авторучкой в один из нарисованных иллюминаторов. Пока, наконец, не услышал - Ол райт! Еще раз, взглянув на американку, он невольно отметил, что она похожа на одну его знакомую, но вспомнить, на кого, не мог.
Все прояснилось, когда самолет набрал скорость и высоту. Ему очень хотелось не пропустить линию разреза воды и суши, и он буквально прилип к стеклу. Снова пришла мысль о рамке и вдруг сидящая рядом девушка подала ему ее.
; Синь! Невероятно!
; Но Вы же желаете посмотреть?
; Да, благодарю.
; Над просторами океана на разных высотах и летящих в разных направлениях Алексей насчитал пять инопланетных разведчиков.
Выбрав одного из них, он сосредоточил на нем все свое внимание. «Эх, – подумал Алексей, – мелковато, покрупней бы. Маленькая тонкая игла, словно послушав Алексея, укрупнилась, стал различим фонарь, сквозь прозрачный колпак виден пилот.
Между глазами Алексея и рамкой мелькнула маленькая ладошка Синь, на секунду задержалась и исчезла. Алексей оглянулся на Синь, но слева от него сидел негр-пилот и радушно улыбался ему, словно приветствуя незваного гостя на своем корабле. Его обе руки лежали на приборной доске, на которой были расположены с десяток разнообразных по форме экранов, по ним с разной скоростью и цветом бежали изгибы осциллографа. На дисплеях непрерывно мигали разноцветные точки, иногда сливались в один клубок или закручивались в спираль. Все это происходило с разной скоростью и создавало этакую новогоднюю праздничность. Перед пилотом и Алексеем был необозримый простор, но, если прижаться к борту корпуса летательного аппарата и заглянуть как бы за борт, можно увидеть темно-синюю волнующую поверхность океана.
; Мда, ну, Синь, ну дает. – То, что это ее проделки, Алексей даже не сомневался, – ну-ну, посмотрим, что будет дальше, – решил он, поудобнее устраиваясь в кресле.
; Аш.
; Что?
; Аш, говорю, давайте знакомиться. Вас Алексеем зовут, я знаю, мне про Вас Синь говорила. Ну, что, выше или ниже будем лететь?
; Ниже, – сразу не задумываясь, ответил Алексей, он почему-то не захотелось подниматься еще выше. Разведчик совершено неощутимо для тела, довольно резко пошел на снижение.
Негр, явно выходец с юго-востока Африки, сразу понравился Алексею. Лицо крупное, выразительные черты лица, сочные большие губы, как русские вареники, а главное – улыбка, которая не сходила с его лица, обнажая жемчуг его зубов. Смех его был заразительный, доброжелательный и долгий. Да, во всей его огромной фигуре чувствовалась уверенность и надежность, которая сразу располагала к себе.
Алексей первые несколько минут все оглядывал, знакомясь с новой обстановкой своего пребывания, но вскоре окончательно успокоился и сосредоточился на мысли, как управляется этот летательный аппарат. Нет привычной водительской баранки, то бишь руля, нет и самолетного штурвала, хоть бы на всякий случай, пары рычагов.
Руки пилота лежали на панели. Левой он иногда прикасался к цветным квадратикам или кружочкам. «Сенсорные кнопки», – решил про себя Алексей. Правая рука постоянно лежала на панели, верней была вдета в рукавицу. Наверно, это и есть центр управления.
Видя, что Алексей окончательно успокоился, Аш с радостной улыбкой счастливого человека спросил:
; Нравится?
; Очень!
; Мне тоже нравится. Нырнем? – неожиданно, вроде как не в тему начинающегося разговора спросил Аш.
; Это как, под воду? – Алексей думал, что Аш сейчас ему все расскажет, толково объяснит, какая перспектива ждет его. Но Аш был, видно, из горячих парней, сказано-сделано.
; Сейчас покажу.
Аппарат весьма резко накренился вниз, это хорошо было видно по сместившейся линии горизонта. Небо над головой превратилось в узенькую полоску, а океан заполнил весь экран перед Алексеем. Алексей поневоле сжался в комок, хотел было ухватиться за подлокотники, но устыдился пилота и для чего-то начал доставать из внутреннего кармана записную книжку.
Но вошли они в океан, как игла в ягодицу. Вначале за фонарем ракеты было сплошное мелькание, вскоре Аш, по-видимому, сбросил скорость до минимума, косяки рыб пересекали им путь, плыли рядом, не обращая на них никакого внимания. Порой их «Наутилус» оказывался в плотном косяке атлантической сельди. По мере их погружения становилось все сумрачнее, неожиданно пространство вокруг субмарины осветилось, и в окружности трехсот метров хорошо просматривалась подводная жизнь океана. Весьма ощутимо чувствовалось, что их погружение продолжается. Но насколько, определить Алексей не мог, хотя наверняка были приборы, которые фиксировали глубину, но понять что-либо в них Алексею было не под силу.
; Тысяча метров, – подсказал, Аш, – внизу еще пять тысяч. Нырнем на донышко?
; Ага, – только и мог вымолвить Алексей. Потом сложил ладони, как будто в его руках был небольшой кокос и, глядя на Аш, резко сжал их в кулаки. Аш настолько заразительно, добродушно рассмеялся, что Алексей даже обидеться на него не смог.
; Нет! Исключено! – И левой рукой показал жест, который читался однозначно: ну что, клюнем глубже? Что оставалось делать Алексею, только кивнуть головой, уповая на крепость и мощность брони, да на чудо техники девятого уровня. Панель перед ним накренилась, так что невольно он всем корпусом почти навис над ней. По тому, как быстро на экране мелькала морская живность, он мог только предположить с какой скоростью идет погружение. Вскоре их подводное чудо приняло горизонтальное положение.
; Шесть тысяч триста сорок метров, – сказал ему Аш, тоже, как и Алексей, с интересом осматривая ландшафт. Они шли по подводному каньону, и слева, и справа скалы были покрыты дремучими морскими лесами. Они постоянно шевелились от подводного течения, из гущи подводных зарослей выплывали страшные, большие морские чудища из которых Алексей вплотную знал только кальмаров, и то в масле в стограммовой расфасовке. Насчет рыбы его познания простирались гораздо глубже: жареная, пареная, соленая, сушеная, селедка в «шубе», или обобщающее блюдо – рыбные котлеты. Селедочка к водочке хороша, сушеная вобла к пиву. Гурманом он себя не считал, но в закуске разбирался. Да и то ладно. Вскоре на одной из террас подводного излома они увидели парусное судно, лежащее на правом борту. Скорей всего это был военный парусник, судя по количеству мачт – фрегат. Вблизи хорошо просматривались орудия, огромная рваная пробоина на левом борту подсказывала, что, возможно, снаряд противника или пожар достиг порохового погреба и решил участь корабля. Сломанные мачты были переплетены морскими лианами. Названия корабля прочесть не удалось, но фантазия Алексея разыграла целую морскую баталию, закончившуюся неожиданной гибелью морского красавца. И вот поверженный гроза морей покидает морскую поверхность океана и, медленно кружась, как тополиное семя, ложится на дно, найдя на нем вечный покой, храня под толщей воды тайну своих похождений. Но он оказался не единственным на пути их продвижения, да этого и следовало ожидать.
На вопрос, где они хотя бы примерно находятся, Аш зажег прямо перед Алексеем огромный экран, на котором возник глобус. Обычный школьный географический глобус Земли, расчерченный меридианами и параллелями, жирной чертой обозначался экватор.
; Вот здесь, – на глобусе замигала ярко-зеленная точка. Как раз напротив Гвинейского залива. Вдоль Африки пролегал многовековой морской путь за пряностями в сказочную Индию, почти все кругосветные путешествия традиционно придерживались берегов Африки. Это была весьма оживленная трасса, манившая к себе пиратов всех мастей. «Эх», – подумал Алексей, – «надо бы внутрь корабля заглянуть». – Да, силен русский мужик задним умом! А вслух спросил Аша:
; А куда мы идем?
; Насколько я знаю, Ваш лайнер летит в Европу.
; Да.
; Значит и мы туда.
; Не опоздаем?
; Ну что Вы, еще ждать придется.
Алексей действительно потерял ощущение времени, но чувства беспокойства не возникало. Он полностью доверился Синь, а теперь Аш. Алексей не сидел как раньше, в напряжении вглядываясь в глубь океана, а, удобно устроившись в кресле, с удовольствием обозревал природу океана, окрестности, проплывающие вокруг него. Иногда, чтобы его позабавить, Аш выключал свет, и они двигались в кромешной тьме, не считая того, что за бортом светились фосфорицирующие рыбы, морские звезды и еще Бог знает какие моллюски. Как оказалось, глядя себе под ноги, можно видеть дно океана, не то это был прозрачный фонарь, который открывал Аш, а может, это был экран дисплея, на котором отображалось все, что, снимали установленные на днище подлодки камеры. Скорей всего так и было, потому что, даже поворачиваясь на все сто восемьдесят градусов, Алексей мог корабля. Порой Аш включал прожектор, который светил пучком диаметром метра полтора, и тогда казалось, что они идут по туннелю. Просматривался такой туннель в даль метров на тысячу. Затонувших кораблей попадалось немало: деревянные парусники, железные пароходы. Все развитие мореплавания можно было изучать в этом необычном музее трагической действительности. Один из таких кораблей крайне заинтересовал Алексея. По оснастке, количеству мачт, тонкому длинному корпусу в нем угадывался клипер, быстроходный красавец, скорость которого могла быть от восемнадцати, до двадцати двух узлов. Корабль, опустившись на дно, оказался зажатым среди скал, поэтому его палуба была почти в горизонтальном положении. Такое впечатление, вот-вот раздастся команда капитана, свисток боцмана, и по вантам взбегут моряки, с рей упадут паруса и, поймав ветер, клипер помчится дальше в поисках приключений, золота и любви. «Вот бы заглянуть внутрь», – подумал Алексей. На носу их субмарины зажегся желтый луч и уперся в капитанскую рубку, заскользил вниз до самого грунта и погас. Вдруг корабль покачнулся, Алексей невольно вздрогнул от такого наваждения, даже хотел, было перекреститься на всякий случай. Но корабль тихо и плавно раскололся на две неравные части, корма, оторвавшись, осела, завалившись на бок, взметнув, словно пыль, донные осадки. Из чрева корабля вывалился огромный, почти квадратный, стол. Большая крышка, сработала как крыло, верней как парашют, стол, медленно колеблясь, словно привязанный на ниточке, опустился недалеко от корабля на все четыре резные ножки. «Уф», – выдохнул Алексей, – вот и стол поминальный, можно накрывать», – почему-то мелькнула печальная мысль. «Нет», – поправился Алексей, – «стол будет накрыт в честь победы еще одного морского сражения». Аш подвел своего разведчика поближе и высветил пространство, из которого появился стол. Судя по описанию в книгах про пиратов, которые довелось прочитать Алексею, перед ними была довольно просторная кают-компания. У одной из стен стоял огромный шкаф, за стеклами которого от яркого света смутно, от донной мути поблескивали кубки. На стенах каюты висели пистоли, сабли, шпаги. На полу валялись в беспорядке табуреты с гнутыми ножками, в углу стоял опоясанный железом сундук. Но главное, сундук был открыт.
«Наверняка пуст», – решил Алексей.
; Сейчас проверим, – вмешался в его размышления Аш.
«По-видимому, этот малый не менее меня любопытен, тогда с ним действительно интересно», – решил он.
; Как же мы это проверим?
; В пять секунд, так у вас говорят, когда хотят сказать, что все будет сделано быстро.
; Да, так.
От разведчика отделилась торпеда и пошла по направлению к кают-компании. Подплыв к сундуку, она словно заглянула в него: сверху лежал слой океанской взвеси или, как бы сказали музейные работники, пыль веков. Из торпеды выскользнул рычаг. Изогнувшись, словно рука, он опустился внутрь сундука и через секунду выгреб из него ожерелья, украшения, некоторые из них срывались и снова падали в сундук.
; Неужели Аш все это оставит, неужели нет возможности это взять? – подумал Алексей.
; Почему нет возможности. Есть возможность. – У их потрошителя вырос другой рычаг, но в виде раструба. Аш запустил его внутрь, на экране было видно, как уменьшается количество содержимого, несколько раз Алексей наблюдал, как этот раструб, словно удав, становился толстым, видно проглатывал что-то крупное. По-видимому, на первом рычаге находился прожектор и объектив, было видно, что не все еще было поглощено торпедой, а раструб убрался. Развернувшись, торпеда стремительно рванулась к разведчику.
Аш, повернувшись к Алексею, спросил, хватит или еще раз пошлем. Алексей больше любопытный, чем жадный, махнул рукой.
; Хорош, а то опоздаем.
Их подлодка, довольно резво задрав нос, устремилась к поверхности океана. Алексей, откинувшись на спинку кресла, с тревогой размышлял: «Им что, кессонова болезнь незнакома? Эдакая прыть к хорошему не приведет».
; Уважаемый, – загремел Аш, – нам нечего бояться перепада давления, оно у нас не менялось. Все продумано.
; Да, уж. Думаю, что продумано, – буркнул в ответ Алексей, как-никак девятый уровень. Алексей не нашелся, что сказать и промолчал. Эх, надо было засечь время. Над головой вскоре стало почти прозрачно. Алексею даже показалось, что над ними движется силуэт огромного корабля, и не ошибся. Когда они вышли из водной массы океана, он оглянулся и увидел большое судно, идущее перпендикулярно их курсу. А если бы не промазали, что, интересно, произошло бы. Мы вдребезги, корабль – в подводный музей, дополнять коллекцию морской трагедии.
; Нет, ничего не произошло б, – прервал его размышления Аш, – во-первых, такого быть не может. Наша навигационная служба, локаторы настолько чувствительны, что ощущают пылинку в космосе, но если бы мы вошли в корпус судна и прошили бы его, то не причинили б ни ему, ни себе никаких повреждений. Так мы можем пройти сквозь огромное животное – кита, например. Он бы нас просто не почувствовал и плыл бы дальше своей дорогой. Если будет еще погружение, то обязательно продемонстрирую.
; Фантастика, просто не верится!
; Ну, почему же. Вам, землянам уже знакомо понятие виртуальности?
; Да.
; Вот в такие моменты мы оказываемся в виртуальности.
; Что, и я тоже?
; Да, и Вы тоже.
; Ну, врет, как Троцкий. – Подумал Алексей.
; Ладно, доказывать очень трудно.
; Ну, конечно, – начал заводиться Алексей, – третий и девятый уровень. Есть, конечно, разница.
; Не заводитесь, лучше полюбуйтесь.
В проходе между креслами, из трюма, теперь и не знаю чего, подводного корабля или на сей момент летательного аппарата, поднялся прозрачный короб, в котором лежали уже отмытые, протертые невидимыми трюмными помощниками драгоценности. Так и хотелось, как в пиратских фильмах, запустить туда руки и ощутить эти бриллианты, жемчуг, золото телесно. Алексей просто смотрел на все это богатство. В глазах блестело, сверкало, рябило от всего этого изобилия. Брошки, кулоны, колье, цепочки самых разных размеров; лежали и два золотых кубка, которыми давился раструб, когда перекачивал содержимое сундука в свою утробу. Но привлекло его внимание колье, усыпанное жемчугом, а по смещенному вниз центру находился большой голубоватый, почти прозрачный, камень. На вес колье было весьма ощутимо, и сделано очень искусно. Вот бы Надежде для выступления на концертах, где она, как правило, была солисткой довольно большого, человек на восемьдесят, хора. Все ее подруги от зависти попадали б.
; Нравится? – спросил Аш.
; Да, – ответил Алексей.
; Возьмите себе.
; Себе? А сколько оно стоит, Аш, знаете?
; Нет, не знаю, да и неважно, нравится – возьмите.
Еще несколько минут Алексей рассматривал золотые завитушки оправы, грани самого камня, но, вздохнув, положил колье на место.
; Вообще-то ценится полный гарнитур, – сказал Алексей.
; Это как?
; Само колье, висюльки на уши, серьги. Браслеты на руки. Кольцо на палец или перстень и, кажется, пояс, дабы талию подчеркнуть.
; Наверное, недурно смотрится, – согласился Аш и отложил колье на приборную доску. Короб мгновенно исчез и на его месте появился другой. Сверху на небольшом подносе лежал одна серьга и кольцо.
; Вот, кажется, из этой серии. Остальное осталось там, не изъято нами, поспешили. Вернемся? – предложил Аш.
; Зачем?
; Ну, что ж Вы неполный комплект будете жене дарить?
; Да не буду я ей ничего дарить: во-первых, пересекая границу, я должен занести все это в декларацию, во-вторых, заплатить пошлину. Судя по монетам, которые датированы серединой семнадцатого века, это все – музейная редкость и цены ей нет. Я должен буду объяснить, откуда у меня эти редкие ценности. Если расскажу правду про инопланетян, про наши сегодняшние похождения, при этом буду настаивать на этом, то меня ожидает «психушка». Нет, большое спасибо. Не буду брать, – уже твердо сказал Алексей, – а вот снимок хотелось бы иметь.
; Нет проблем. – Аш переложил драгоценности на отдельную доску. Почти мгновенно из прорези в щитке приборной доски вышли снимки. Общий кадр, более крупно и по отдельности каждое украшение, на которых хорошо просматривалась вязь узоров.
;Вот благодарю, покажу друзьям, а может, и ювелирам. А где глобус? – Глобус сразу появился, и на нем загорелась точка их местонахождения. Это примерно перед Пиренейским полуостровом. – Где-то здесь когда-то находился материк, ушедший под воду.
; А точнее?
; Гибралтарский пролив можно взять за ориентир и – к американскому материку, но точнее не скажу. Все это предположения и домыслы ученых да фантазии литераторов.
; Да, что-то я вспоминаю. На одном из научных советов шел об этом разговор. Пожалуй, это прямо под нами. Сейчас будем там. Их разведчик так резко пошел на снижение, что у Алексея засосало под ложечкой, что называется, душа ушла в пятки. Так же, как и в прошлый раз, стремительно вошли в океан и достигли предельной глубины. Аш, по-видимому, уточнял у своих возможное место затонувшего материка, был сосредоточен и не общался с Алексеем. Их субмарина несколько раз меняла направление хода. И вдруг перед ними возникли громадные колонны. Их было много. Лежащие на дне, наклоненные, как Пизанская башня, были, но редко, и вертикально стоящие. Повсюду валялись огромные блоки, по-видимому, из них возводились храмы или жилые постройки атлантов. Чувствовалось, Аш, что-то ищет. Их подводное чудо остановилось, зависло над дном и сделало полный оборот вокруг своей оси. Вернулось градусов на тридцать назад. Аш включил прожектор, и стремительно, это чувствовалось по той тяжести, с которой Алексея прижало в кресле, их подводный корабль рванулся по световому туннелю. Вскоре скорость была сброшена, и их разведчик, скорей по инерции, двигался вперед, но вскоре остановился перед стеной огромного храма, может, даже самого главного. Прожектор обшарил его. Сооружение напоминало усеченные пирамиды ацтеков северной Америки. Аш спокойно повел свой послушный подводный корабль вдоль стен. Стены украшали скульптурные композиции, обросшие тиной, водными растениями, которые постоянно шевелились. Создавалось впечатление зыбкости этого храма, готового рухнуть в любой момент. Как оказалось, Аш искал вход, и за вторым поворотом они действительно нашли высокий проем. Черный зев проема пугал и манил одновременно.
; Ну что, заглянем внутрь? – Спросил пилот. Невольно вспомнился разговор про виртуальность. «Чушь это все, наверное» – подумал Алексей, но спохватился, помня о телепатических возможностях незваного гостя с другой планеты. Да, трудно жить с ними, да и им между собой, наверное, тоже. Только подумаешь залезть в чужой карман утащить кошелек, а тебя – хвать за руку. На этот раз Аш не вмешивался в рассуждения своего пассажира, видно, был занят своими проблемами.
От их подлодки вновь отделился аппарат, может, все та же торпеда или другая, кто знает, сколько их на корабле, а может, они моделируются тут же, по необходимости. Аппарат начал входить в проем храма, запоздало, как показалось Алексею, вспыхнул прожектор и начал шарить по огромному залу. Аш, видно, принял решение обойти храм по внутреннему периметру. На лобовом стекле возникло два монитора, на одном можно было наблюдать левую стену, на втором, – видеть, что их ждет впереди. Вид с носа торпеды просматривался плохо, из-за большого пространства зала и множества колонн, стоящих вертикально. Левая сторона просматривалась хорошо, даже очень. Вдоль стены, как длиннющая скамейка, тянулся выступ, на котором сохранились большие скульптуры, а еще в большем количестве они валялись на полу храма, многие – частично разбитые, кто это были, боги или сами атланты, решить было трудно. Вскоре аппарат достиг внутреннего угла и, повернув направо, продолжил свое плавание. Так он достиг высоких ступенек, поднимаясь по ним, разведчик обнаружил пьедестал, но он был пуст. Аш развернул разведчика в глубину зала и начал прожектором просматривать пол, на котором лежали глыбы некогда большой скульптуры. Похоже, Аш твердо знал, что он ищет. Алексей не мешал, не отвлекал его, да, сам был увлечен лицезрением храма и его обитателей: все те же кальмары. Один из них хотел было познакомиться с нашим разведчиком поближе, но был откинут неведомой силой и убрался восвояси. Было много всякой рыбы, иных необычных морских чудищ. Наконец Аш нашел то, что ему было нужно. Аппарат опустился ближе ко дну, или верней, к полу. По-видимому, был включен мощный насос, который водой в воде смывал вековой осадок, поднялось туманное облако, что-либо рассмотреть было невозможно. На экранах была сплошная серость. А по всему полю экранов стали двигаться контуры красного цвета.
; Кальмаров растревожили, – пояснил Аш. – Это они в живых лучах так выглядят. – Поднятая муть оседала медленно. Можно было расслабиться.
; Что вы знаете об Атлантиде? – Спросил Аш.
; В основном, домыслы и догадки ученых, фантазии неугомонных литераторов. Существование Атлантиды научно не обосновано и практически не доказано. Эта цивилизация была очень далеко от нас, есть предположения, что после нее были другие исчезнувшие цивилизации. И только потом появилась наша, сегодняшняя. Но и ее зарождение покрыто мраком тайны. Многое мы просто еще не знаем, а может, и вообще не узнаем.
; А почему погибла Атлантида?
; Как мне кажется, они достигли больших высот в своем развитии, но возгордились собой и стали ставить себя выше Богов. За что и были ими наказаны. За гордыню. Мне их жалко.
; Но теперь-то Вы сами верите в существование Атлантиды?
; Ну, против фактов, которые видишь воочию, трудно устоять.
; В этом прелесть путешествий, открытий, новизна. Необычные явления, которые хочется, а порой необходимо понять, а порой и разгадать.
; Таких случаев в Вашем долгом путешествии по галактикам было немало.
; Да, в принципе, каждая планета загадка, в каждой своя особенность. Не поняв ее, просто невозможно вступить в контакт.
И, мы встречали планеты, где жизнь разумных существ была уничтожена полностью. Иногда это делают сами разумные существа, достигшие весьма высокого уровня цивилизации. Если самоуничтожения не происходит, тогда планета сама сбрасывает с себя угнетающую ее, приносящую ей боль цивилизацию в надежде на то, что следующая будет более разумно относиться к себе и к самой планете.
; Значит, бесконечный космос – живой организм, и населен разумными существами.
; Да, сам по себе космос – живой организм, но полная гармония наступает тогда, когда, прежде всего, разумные существа и планета живут в согласии. Когда становится нормой бескорыстное сотрудничество живых существ с планетой, да и со всей солнечной системой.
; И когда это происходит?
; На определенном уровне.
; И какой это уровень?
; Как правило, хотя могут быть исключения, шестой, седьмой. Когда приходит осознание своего существования как предназначения и на планете, и во вселенной.
; Да, нам еще далеко до седьмого уровня. Как долго длятся временной отрезок каждого уровня?
; Трудно прогнозировать. В одном случае, чтобы подняться на следующий уровень, могут понадобиться тысячелетия, но есть примеры резких скачков в сотни лет. Как правило, чем выше ступень развития, тем быстрее происходит прорыв в следующий уровень.
; Хорошо. – Алексей вошел в роль, их разговор стал похожим на интервью, и это делало Алексея более раскрепощенным в вопросах. – Вот меня давно подмывает желание спросить, как внешне выглядите Вы. И есть ли где-то в точности подобие нам, землянам.
; Я могу рассказать Вам о планете, на которой живут точно такие, как Вы биологические существа. Один к одному, я говорю о той оболочке, в которой находится Ваше тело.
Заинтригованный Алексей даже напрягся от услышанного ; Ну -ну, – поторопил он Аша.
; Когда мы подошли к Вашей планете, и первые наши разведчики передали изображение, мы были в шоке. Было такое впечатление, что мы заблудились и вновь оказались на той же планете, которую, по вашем временным меркам, оставили пятьдесят лет тому назад. Такой сногсшибательный рывок, города, средства передвижения, одежда, в конце концов. Все это нас так ошарашило, что наши навигаторы бросились просматривать звездные карты, сверять правильность расчетов.
; Подождите, подождите, а на той планете люди что, голые ходили?
; В том-то и дело. Они нас поразили совершенством своего тела, их руки приспособлены выполнять самую тонкую работу. А что касается одежды, лучше, как Вы говорите, один раз увидеть, чем сто раз услышать. Как это делается, техническую сторону объяснять долго, а выглядеть это будет так. Я вспомню фрагменты своего пребывания на планете, а они проиллюстрируются на экране. Хорошо?
; Да, лучше и быть не может. Вроде посмотрим видеозапись.
Аш откинулся на спинку кресла, его взгляд был направлен на появившийся никелированный шар, который непрерывно вращался то слева направо, то наоборот. Рядом на экране мелькали не совсем понятные кадры космоса, летящие метеориты. Потом Алексей увидел помещение, в сотни раз большее, чем их субмарина. Громадный пульт управления, у которого стояли сооружения, похожие на кресла. Огромное окно, а возможно, экран дисплея, на котором росла, все, увеличиваясь в размерах, планета. Видно, звёздолет заходил на орбиту, которая позволила бы держаться вблизи планеты. Такая траектория вскоре была найдена, стали видны облака под ними зеленые материки, голубые океаны.
Вскоре на экране возникли уходящие по направлению к планете три точки.
; Ракеты-разведчики, моя слева, первый вылет на эту планету, – прокомментировал Аш. – В нем всегда есть доля риска и новизны. В каждой ракете только один пилот, между разведчиками и звездолетом постоянная аудио-, видео- и техническая связь. На пульте управления звездолета находится группа поддержки из корифеев науки самых различных направлений. Все наши наблюдения мгновенно регистрируются, анализируются, делаются определенные выводы, даются решения этого совета. Перед нами ставилась задача – сделать несколько облетов, по разным орбитам вокруг планеты, чтоб иметь общее представление о ней. На экране хорошо просматривались зеленые материки, как позже выяснилось, с субтропическими лесами. Голубые нити рек, синие океаны, моря. Как таковых, северных и южных полюсов холода не наблюдалось.
; Для нас оказалась полной неожиданностью особенность этой планеты: она не имела устойчивой оси вращения. Было такое впечатление, что она вращается хаотично. Представьте себе крученый волейбольный мяч, – комментировал Аш. А здесь мы наблюдали бросок, в котором мяч вращался сразу в нескольких направлениях и, таким образом, планета равномерно подставляла свои бока солнцу.
Третий виток был самый продолжительный, ракета шла на минимальной скорости и высоте, с которой можно было наблюдать животный мир планеты. По большому широкому лугу группа совершено обнаженных людей бежала за огромным животным. Длиннющая сороконожка, как окрестил ее сразу Алексей, пыталась убежать, люди бросали камни, подручные средства, отбегали, чтобы найти новые орудия охоты, и продолжали свою атаку. Иногда сороконожка бросалась в сторону прямо на людей, после её броска на земле оставались лежать покалеченные охотники. Чем закончилась эта охота, Алексей не увидал, разведчик пролетел над полями, лесами и вышел на океанские просторы, Вскоре Аш погрузил свой разведчик в океанские пучины. Алексей даже обрадовался, когда увидел, что океан населен. Медленно передвигались огромные морские животные, своей формой напоминающие земных выдр, тюленей, дельфинов. В большой массе мелькали и мелкие рыбы, и в одиночку, и огромными косяками. В океане оказалось много всякой разной живности. Вынырнув, Аш направил своего разведчика к звездолету.
; Смотри, встревожено вскрикнул Алексей – на экране было видно, как к разведчику идут три точки.
Не ПВО ли это, противовоздушная оборона? Вот тебе и голые люди.
; Нет, это идут капсулы-разведчики с забором грунта, воды из озер и флоры планеты. На этом наш первый вылет был закончен. Следов большой цивилизации не наблюдалось: городов, заводов, дорог. Несколько дней шла работа с собранным материалом, после чего вновь начались наши полеты на планету. Вот один из них.
Аш исключил повторы: сборы, вылет из звездолета. Показ начался сразу с того, что на берегу быстрой речки стояли обнаженные люди, были слышны их крики, которыми они сопровождали рыбную ловлю. Внешне они напоминали европейцев – светлые лица, светлая кожа. И если бы не их нагота, можно было бы подумать, что все это происходит на Земле. Ловкие мужчины и женщины, почти вплотную стоящие по колено, а то и выше, в воде, перекрыли речку и руками ловили рыбу, идущую на нерест с низовья реки. Этим и воспользовалось племя. Довольно крупная рыба выбрасывалась на берег, где она подхватывалась, и сломанной веткой, а то прямо зубами вспарывалось брюхо, удалялись внутренности, и рыба бросалась в кучу. Подготовленную таким образом рыбу брали другие участники рыбалки и развешивали ее по веткам деревьев и кустов. В этой коллективной заготовке продуктов участвовала и четвертая группа, которая была занята охраной улова. Они отпугивали крупных и наглых птиц, которые пытались обворовать удачливую артель. Их броски камнями или палками иногда достигали цели. Птица размерами с индюка падала под одобрительные крики присутствующих. Видно, этот вид птицы был не просто съедобен, а даже очень. С ней поступали так же, как с рыбой, но, разорвав ее, тут же съедали. Особый восторг вызывали деликатесы: печень, сердце, почки. Делились и с рыбаками, которым передавались куски мяса по цепочке.
Вполне разумные отношения между членами артели, решил про себя Алексей. Ну, подумаешь, голые, есть же у нас на земле такие чудаки. Себя называют нудистами. Выбирают необитаемый остров, заповедные, безлюдные места, где они дружно обнажаются в свое удовольствие, не мешая другим. Готовят они пищу, играют в волейбол, шахматы, все, как нормальные люди, только голые. Ну, подумаешь, у людей легкий шиз, одну фазу заклинило. И всего-то. Вот и они тоже.
Теперь Алексей мог наблюдать их почти вплотную, было такое впечатление, что Аш приблизился к ним на расстояние вытянутой руки.
; Аш, а как Вы смогли так близко снимать, и как они отнеслись к Вашему появлению?
; Я вообще не снимал. Вы думаете, что это снято на видеокамеру?
; Ну да.
; Нет. Это мои воспоминания об этой поездке. На экране идет изображение, которое отложилось в моей памяти, то, что видел собственными глазами.
; Но, позвольте, а как они отнеслись к вашему появлению?
; А никак. Они меня не видели.
; Это как же так – в такой близи.
; Я уже говорил Вам про виртуальность. Виртуальность – это состояние, в котором я в тот момент находился. Сейчас Вы увидите интересный момент.

 

 

 

 

0000000000000000

 


Кроме этой забавы тела, у «нудистов», как окрестил их Алексей, была еще одна потребность – потребность в еде. Добывание пищи занимало много времени и сил. Они были далеко не вегетарианцами, хотя на деревьях в большом разнообразии и количестве росли плоды, наверняка были среди них и съедобные. Использовали в пищу и корнеплоды, которые выкапывали руками, палками, вырывали за верхушки растений; некоторые стебли так же шли в пищу. Что не съедалось на месте, сносилось на место стоянки, ночлега. Они не знали жилищ, спали, где застанет ночь или желание поспать. Видно, на планете царила вечная климатическая благодать.
Их вылазки на охоту носили хаотичный характер. Если в район их расположения забредало животное и было, кем-нибудь из «нудистов» обнаружено, то он бежал на стоянку за помощью. Кричал, рычал, подпрыгивал, привлекая к себе внимание соплеменников, потом вся толпа, мал и стар, бросались за своим предводителем. Догнав животное, они окружали его, это могло быть нечто похожее на наших буйволов. Почти все животные на планете были шестиногие. Их разнообразие ни в какой мере не уступало Земле. Даже наоборот, Алексею удалось увидать охоту на громадную гусеницу, шести-семи метров в длину, толщиной с микроавтобус. Стоял шум и гвалт. В животное летели камни, палки. Какой-то осмысленной охоты не просматривалось. Создавалось впечатление, что животные умирали от страха, от разрыва сердца. «Нудисты» не знали ловчих ям, силков, копий. Охота носила случайный характер. Если они были сыты, то больше всего они любили полежать в тени или, наоборот, на солнышке. На песке, камне, куче травы. И везде были видны сплетенные тела. Видно, свое предназначение, они видели в продолжение рода нудистского.
Просматривая воспоминания Аша, Алексей, невольно влюбился в жителей этой прекрасной планеты.
; Им надо помочь, – сказал, задумавшись, Алексей.– Дать им орудия труда, охоты.
; Мысль хорошая, но как ее выполнить, и на что, Вы думаете, они используют высвободившее время?
; Догадываюсь, – согласился Алексей.
; А сколько их и сколько может выдержать планета, хотя она сама регулирует их численность.
; Это как же она может регулировать?
; Землетрясения, наводнения, пожары.
; А пожары, откуда, они мясо едят сырым и костров у них не видно.
; Самовозгорание лесов. Вы думаете, мы не помогаем, когда в этом есть необходимость? Эта планета не исключение. Вот, если бы у Вас была такая возможность, чем бы Вы им помогли?
; Ну, чем? Чем, – задумался Алексей, – ведь не дашь им паровоз для перевозки туши убитого чудища. Ну, хотя бы колесо, как мне кажется, и у нас на Земле технический прогресс начался с рычага да колеса.
; Возможно, Вы правы. Мы именно так и поступили. Но что значит им дать колесо? И какое? Железное, стеклянное, оловянное? Что они будут делать, когда оно сотрется, расколется, поломается? Будут ждать следующего колеса. Ведь сами на этой стадии, да и далее они не отольют нового. И сколько нужно колес? В каждое племя? А сколько их, племен?
; Ну и что же Вы придумали?
; Выход тут один – эти колеса они должны сделать сами, а мы должны им помочь, научить. У нас, как и у вас, есть одержимые замыслом, творческие энтузиасты, альтруисты да просто чудаки. Были созданы группы, которые предполагалось десантировать по материкам в разные природные условия с тем, чтобы из местных материалов сделать это самое колесо. Скажу честно, как сделать и из чего, мы начали продумывать еще на звездолете. Условия у всех групп самые разные. Горы, леса, пески. А значит, и подручный материал, соответственно. Инструмент, по условиям задачи, брать нельзя, все там, на планете, мы должны сделать сами. Ни топора, ни зубила, и месяц срока. Смех и грех. Я был девятым в той группе, которая оказалась в предместье гор, соответственно, именно из камня нам предстояло сделать это самое колесо.
Перевоплощенные в аборигенов, мы довольно легко влились в их племя.
; Синь была с Вами?
; Да, она тоже изъявила желание, но была в другой группе. Вообще, желающих принять участие в этой необычной экспедиции было много. Так что отбор был тщательный. На конкурсной основе. Нужно было представить проект решения проблемы исходя из возможностей, ни в коем случае не прибегая к помощи звездолета. Итак, нас десантировали. Никто из местных нами не поинтересовался, да и кому. Стадный образ жизни не предполагал какого-либо родства, отчетности перед вождем, да и не было у них вождя. Он появлялся стихийно – в момент опасности или на охоте. Такой лидер всегда появлялся, но власть его была временной. Да и спросить нас о чем-либо они не могли. Потому что языка общения у них еще не было. Их крики носили хаотичный характер и только с помощью интонации, можно было передать ту или иную мысль. Команду, просьбу, ужас, ласку, да пожалуй, еще за счет мимики, которая у них была очень живой. По ней читалось хорошее настроение, недовольство, желание, удивление, страх и любопытство. Поэтому, послонявшись по широко раскинувшему лагерю, мы отправились в сторону гор в поисках подручного материала для будущего колеса. За нами увязались аборигены, которых мы решили не отгонять. Как ни крути, но ведь для них и задуман наш вояж.
Местность, лежащую вокруг, мы знали за счет домашних заготовок, пожалуй, лучше, чем сами местные жители. Наш путь проходил через лес, где мы и начали свои приготовления для будущей работы. Наломали рукояток для молотков, топоров и зубил. Попутно искали траву, из которой можно было бы сплести веревки, для того чтобы укрепить молоток на ручке. Аборигены очень удивлялись нашим поискам и непонятным заготовкам.
Голь, наткнувшись на подобие кактуса, наковырял из мякоти длинные жесткие иголки, одну из которых он прикрепил в расщеп прута, в результате чего получилось копье. Каково же было удивление аборигена, который все это время с любопытством наблюдал за ним. Когда вдруг из гущи выскочило животное, подобное дикому кабану, но только шестиногое. Первым его заметил абориген и закричал радостно и громко. Он сразу заметался в поисках подручных средств. Голь, оценивший обстановку, сразу метнул свое копье в животного и попал в цель. Кабан подпрыгнул, словно хотел увидеть своего обидчика, сделал несколько прыжков и рухнул. Абориген подбежал с радостным победным криком, вырвал копье и внимательно рассматривал иглу, щупая ее пальцами, языком.
Теперь он не отходил от Голя ни на шаг, пока не получил подобное копье в свою собственность. И надо отметить, что он ръянно начал осваивать броски, и весьма успешно.
После обильного обеда, который произошел тут же, Зонь, одна из наших девушек, захватила с собой несколько ребрышек, лопатки животного, что бы попробовать сделать нечто похожее на нож. Из лопаток она сделала скребки, которые пригодились, когда обрабатывали шкуры, а ножи из ребрышек, хоть и не получились очень острыми после заточки на камне, но пошли в дело при заготовке травы. Этими ножами накосили траву, из которой начали вить первые веревки для привязки топора к топорищу. Аль нашел камень, крепкий как кремень, который, по его мнению, можно использовать как зубило.
Вскоре они нашли то, что искали, это была каменная гряда, в которой камень лежал пластами; сам состав камня был песчаник, наименее колкий и более монолитный по своей структуре. За счет рычагов инопланетяне подняли первый пласт и приступили к разметке колеса. Аборигены не понимали происходящее, суетились, а порой и мешали работе. Молотки и топоры, сделанные Алеем, аборигены хватали, бросали куда попало и во что попало. Пришлось ему прибегнуть к телепатическому внушению, что инструмент надо хранить, не трогать, тем более разбрасывать. Его старания увенчались успехом. А может, им это надоело или они потеряли интерес к тому, что делали инопланетяне.
Они снова вернулись к своим женщинам и начали совокупляться. Но надо отметить, что насилий со стороны самцов не наблюдалось. Они ластились, гладили самочек, которые в свою очередь или отвечали им тем же, или отгоняли их, грозно крича и рыча на претедента ее тело. Смотреть со стороны без улыбки на этих детей природы было невозможно. Ну что тут скажешь, если ничего больше пока они делать не умели.
; А может, это и есть такой же Рай, где жили земные Адам и Ева, пока не вкусили плод с древа познания добра и зла, – подумал Алексей. Но его сильно взволновал случай, который он увидел вместе с инопланетянами.
Группа аборигенов, рассевшись около огромного валуна, яростно жевала длинные стебли. Все б ничего, до этого мы не однажды видели, что они употребляют в пищу растения, если бы не развитие событий. Прошло немного времени и жителей этой прекрасной планеты, нельзя было узнать. Одни кричали благим матом, другие выделывали замысловатые па. Третьи царапали свое лицо в кровь или кидались драться, четвертые горько плакали или хохотали придурошным смехом. Встревоженные инопланетяне решили узнать, что за метаморфозы произошли с ними. Узнав, загрустили. Зелень, которую употребили нудисты, оказалась наркотической.
; В нашей практике уже встречалась эта беда. Наркотик как таковой был известен и у нас дома, и мы прошли через его пагубные действия. Но имеются печальные примеры космических масштабов. На одной из планет цивилизация шестого уровня полностью уничтожила себя этим пристрастием.
; Почему Вы не помогли им?
; Было слишком поздно. Мы опоздали на двести двадцать лет.
; Можно поподробней?
;Можно, время терпит. Придется подождать, пока осядет поднятая нами донная муть. Так вот наш звездолет, войдя в оду из галактик, сразу начал анализировать, какие из сорока двух планет могут быть обитаемы.

Таких планет было две. Уже подлетая к первой из намеченных планет, мы обратили внимание на её состояние, создавалось такое впечатление, что после тяжелого, утомительного бега, наконец, наступила передышка, когда можно отдохнуть. Позади осталась утомительная борьба, в которой виделась только безысходность, а скорей всего и гибель. И вот вдруг освобождение, полная свобода. Планета дышала глубоко, взахлеб, словно не могла надышаться, и это нас настораживало. Все ученые сошлись в едином мнении – планета обитаема. Было решено в разведку послать один пилотируемый, и пять технических кораблей. Выбор пал на меня. Так что я смогу рассказать как очевидец. Не буду утомлять методикой нашей разведки, с ней Вы уже немного знакомы.
Смотрите на экран. На экране дисплея хорошо были видны материки, океаны. Снизившись на следующем витке до двухсот тысяч метров, хорошо просматривались огромные города, соединяющие их магистрали. Вдоль крупных рек и берегов морей стояли портовые города. Третий виток на бреющем полете позволил окончательно поставить точку над i. Города были мертвы, в лесах, горах не было видно животных, во всяком случае, крупных. И только поднырнув под водную гладь океана, разведчик обнаружил жизнь. Это были довольно крупные водоплавающие обитатели глубин и мелкие рыбы. Океан был обитаем, и это уже радовало. Леса, над которыми им довелось пролетать, оставили впечатление того, что деревья пережили тяжелую изнурительную болезнь. Неестественно выкрученные стволы деревьев олицетворяли собой нелепую уродливость. В городах многие районы были сожжены и взорваны. Этой же участи подверглись и многие промышленные объекты.
; Что же произошло на планете, ядерная война?
; Да нет, – ответил Аш, приборы не фиксируют наличия радиации, химическая загрязненность атмосферы есть, но мы не знаем, какая она у них в действительности. Многое выяснится после анализов атмосферы, воды и почвы, которую привезем мы и технические разведчики.
Но если Вы готовы и набрались терпения, то я могу поведать трагически- печальную историю этой планеты.
- Конечно, конечно - поспешно ответил Алексей.
- В последующих посещениях мы выяснили причину произошедшего. Было найдено много аудио- и видеозаписей, официальных документов. Проанализировав, нам удалось представить картину, которая нам позволила выйти на частность, то есть причину гибели целой цивилизации. Но вначале общую картину этой планеты. По своей массе она в полтора раза больше Вашей Земли, также на ней два полюса, двадцать пять материков и население миллиардов семнадцать. Обычный для многих цивилизаций путь развития. Становление всепланетной государственности, технический прогресс, развитие культуры, религии. Это позволило предполагать, что они вышли на шестой уровень. Шестой уровень последний, где деньги еще имеют существенную власть. И как ни банально звучит, но погубил планету, в том числе и золотой телец. Жажда наживы.
На планете периодически возникала пагубная страсть к наркотикам, обычно, достигнув своего пика, это увлечение угасало. Но на этот раз оно достигло своего апогея и вот результат. Конечно, восстановить картину точь в точь невозможно, но то, что я Вам буду рассказывать, подтверждается письменными, аудио- и видеоизображениями. Наши эксперты анализировали собранный материал, давали рекомендации дальнейших поисков причины трагедии. Так, мы вышли на вполне легальный синдикат по изготовлению синтетических наркотиков. Руководил им некто Тот, сразу оговоримся, безусловно, это был талантливый организатор, если ему удалось увлечь и посадить на иглу пятнадцать миллиардов сограждан. Можете представить, какие доходы приносила ему каждая инъекция. Вскоре, он стал самым богатым, а значит могущественным на всей планете. Жажда наживы толкала его на увеличение производства. «У моих ног будет лежать империя и ее назовут Белой империей по цвету кокаина. И меня», – утверждал он, – «назовут Белым императором Белой империи». Это была его мечта и, надо признать, она осуществилась. Как? Не без борьбы. И далеко не без жертв.
Наверняка Вам не нужно объяснять и убеждать Вас в том, что большой и успешный бизнес делается исключительно на крови многих и очень многих. Этот случай не исключение. Тот не останавливался ни перед чем. Вот воспроизведение найденной нами видеозаписи. Встреча – Тот со своим напарником.
Алексей увидел на экране очень большой кабинет, за стеклом окна во всю стену, простиралась панорама огромного города. Высокие, шатрового стиля, здания уходили далеко за горизонт.
Алексей отметил для себя, плавные линии зданий не создавали впечатления сжатости, не уютности, тесноты, чем характеризуются многомиллионные города землян.
Тот, приветствовал своего приятеля радостным возгласом. – «Привет старина, – присаживайся, давно не заходил, зазнался, разбогател!» – Хобель прошел к отдельно стоящему журнальному столику, присел. С двумя высокими стаканами, наполненными искрящейся, слегка розоватой жидкостью, к нему подошел Тот.
; Держи, новинка. Последняя наша разработка.
; Нет, спасибо, не хочется.
- Да ты что, легкий детский напиток! Ну, старина, я тебя совсем не узнаю! Мои сотрудники говорят, что последнее время ты стал настоящим затворником, не выходишь в большой свет. Лет пять уже не слышу скандалов вокруг тебя – стареешь. Радоваться надо, наше дело процветает.
; Вот я как раз зашел по нашему делу.
; Прекрасно. Есть свежие идеи? Обещаю, сразу запустим в производство.
; Не уверен. Недавно мне попались статданные о смертности на планете.
; Что это вдруг на такую тему потянуло?
; Потянуло, потянуло, может быть, может быть, – зачем-то несколько раз повторил Хобель, думая о чем-то своем.
; Да, – спохватился он, – я обратил внимание на то, что почти семьдесят процентов населения умирает от употребления наркотиков.
; Да, это, конечно, печально, – согласился Тот. Ведь теперь, надо полагать, они не купят децелу, а жаль, мы не дополучим прибыль. Вот мерзавцы! – воскликнул он. И засмеялся громко и раскатисто.
Говоришь, статданные. А как они туда попали? Ведь я договаривался с министром здравоохранения, чтоб не выделяли в отдельную строку всякие там самоубийства, смерти от наркоты. Ну, я ему намылю шею, устрою вздрючку, урежу гонорар. По миру пущу. Теперь его голос гремел, словно он хотел перекричать огромный водопад.
; Тихо, уймись. Садись, подумай, как это дело исправить. А если этот статанализ СМИ разворошат?
; Какие СМИ! Все газетенки, телевидение, радио, все давно мною куплено. Я им разворошу! Где редактор нашей пустобрешки?
; Угомонись. Может, хватит, Тот! Ты сейчас самый богатый человек на свете.
; Но и ты не бедный, – не преминул уколоть Хобеля Тот.
; Да, не бедный, но об этом чуть позже. Сейчас я хочу сказать о наркоте, особенно о последних разработках.
; А что, плохие? Это тебе не уколы в задницу, – заржал он. Крошечная пилюлька под язык – и кайфуй до утра.
; Вот-вот. Кайфуй до утра! Участились несчастные случаи, техногенные катастрофы из-за взрывного кайфа. Принял капсулу, зная, что ждет тебя тихий кайф, а тут – взрыв внутри тебя, выражающийся, как правило, в безотчетных действиях. Вот и летят лайнеры в море, врезаются в скалы, падают на города. Операторы промышленных установок начинают включать все, что под руку попадет, в результате – сбой в промышленных системах, цехах, аварии и новые жертвы. Врачи во время взрывного кайфа начинают полосовать лазерным ножом своих пациентов, словно они не в хирургической операционной, а в морге.
; И что ты хочешь, Хобель? По-твоему, мы должны отказаться от новых разработок? Ты хочешь лишить население кайфа?
; Нет, просто думаю, что такими темпами скоро вся планета откайфуется.
; Уж слишком мрачный прогноз у тебя, Хобель. А может что-то хоть немножко порадовать твою душу?
; Есть одна задумка.
; И что же это?
; Хочу учредить свою ежегодную премию.
; Ну, это интересно. И надеюсь, твоя мысль, как это не однажды было, разовьет наш бизнес.
; Не думаю, но это касается нашего черного дела.
; С каких это пор наше белое дело стало черным?
; Со смерти внука.
; Прости, не знал. Прими соболезнования. Хоть не долго мучился?
; Нет, ты же знаешь, что при передозировке наркоман умирает в блаженстве, с улыбкой идиота. В этом и есть великий трагизм нашей молодежи. И мы с тобой виновны в этом. Что мы ответим Богу на его вопрос о том, что мы сделали хорошего? Почему наши души так черны?
; Слушай, Хобель, не тронь душу. Я не виновен в том, что жители планеты так падки до отрешения от мира, я не виновен в том, что они хотят забыться, уйти от проблем, хотят просто кайфа. Кто им может запретить?
; Запретить им никто не может, но и подталкивать к пропасти мы тоже не имеем права.
; Что-то я смотрю, ты резко изменил свои взгляды. Кто-то тебя надоумил или сам?
; И сам, и другой внук, который на последней встрече со мной сказал, что у меня черная душа и я буду проклят за свои поступки. Он, мой внук, за деятельность деда. стыдится своей фамилии.
;Так это он раскрыл тебе глаза?
; Да, он доказал цифрами, фактами. Мы уничтожим все население планеты в ближайшем будущем. А может, и саму планету. Вот во имя ее спасения и хочу утвердить свою мировую премию тем, кто будет бороться с этим злом, с этим пагубным увлечением.
; Слушай, Хобель, последнее время мы редко встречаемся, совсем отбились друг от друга. А ведь вместе начинали наше дело. Давай на неделе отдохнем на островах, расслабимся, обговорим подготовку торжества в честь пуска нашего гиганта по производству децел. Мы можем гордиться и радоваться – дефицит нашей продукции исчезает. С пуском новых мощностей мы сможем нашу продукцию заготавливать впрок. Наконец Сенат легализовал употребление наркотиков. А это значит, что в каждом общественном месте, будь то театр, стадион, кафе, абсолютно везде, включая школы, будут стоять наши автоматы и продавать децелы. Бросил монету – и на выбор любое удовольствие: тихое, романтическое, или страстное, с взрывным эффектом. Красота!
; Как же удалось узаконить? Ведь Сенат, помнится, категорически был против этого.
; Сенат! Что такое сенат? Куплен он мной с потрохами, оптом и в розницу. Сенаторы – люди, и все они на деньги падки. И говорить о них не хочется. Короче, в пятницу встречаемся на островах. Там и обсудим твою идею. О мировой ежегодной премии имени Хобеля. Я правильно тебя понял?
; Да.
; Ну, вот и хорошо.
Только за Хобелем закрылась дверь, Тот вызвал Флиза. Этот головорез руководил первым отделом, внутренней и внешней разведкой – глаза и уши. Тот полностью полагался на него, хотя в душе презирал его за подхалимство, тягу к деньгам и прочие недостатки, свойственные тому, кто внезапно оказался у власти. Да, Флиз достоин презрения, но без него в размахе дел, которые творил Тот, обойтись нельзя. Так что, брезгуя этим шакалом, он одновременно ценил его за преданность, четкость, за умение решить проблему порой замысловато, но всегда успешно. Половина умерших сенаторов разных рангов должны быть благодарны Флизу. Он никогда не мучил свою жертву. И свою смерть они получали в виде удовольствия, награды. Так что, во Флизе жила своеобразная гуманность и сострадание к своим сородичам по планете.
Флиз возник почти мгновенно и незаметно. Патрон даже вздрогнул, когда увидел его тщедушную фигуру и в первые секунды даже не мог вспомнить, зачем вызвал Флиза.
; Присаживайся. Давно ли видел Хобеля?
; Нет, недавно, он ведь мне не подконтролен.
; Ладно, ладно знаю тебя, что ты замечал в нем необычного в последнее время?
; Во-первых, за последнее время он заметно сдал, стал посетителем Храма общения с Богом. И, мне кажется, они оказывают на него негативное влияние. Похоже, сейчас он одержим новой идеей. Но выяснить пока мы не смогли, да и команды не поступало.
; Хобель ищет встречи с Богом, хочет покаяться, хочет свое имя вписать в память цивилизации. Мы должны помочь ему. Наш новый гигант будет назван его именем.
; Да-да, он вполне заслуживает этого, – подхватил идею патрона Флиз.
; Посмертно.
; А-а-а, на какое то мгновение возникла пауза, Но, патрон, официальный пуск через несколько дней, – попытался возразить Флиз.
; Успеешь, – рявкнул на него Тот. – Вызови нашего златоуста с телевидения и пусть он напишет для без времени ушедшего поминальную речь. Да такую, чтоб стены плакали от горя. В этот день заказать заупокойную мессу во всех храмах планеты. Всем присутствующим дать по одной, нет, по три децелы, пускай помянут. Децелы должны быть из партии последнего шифра, мгновенного привыкания. Раздачу вести везде, где будет иметься малейшая возможность. Пусть то будет театр, сортир, школа, метро, малейшее скопление, может служить поводом произнести короткую речь и вручить заупокойную децелу.
; Да, патрон. Но Вы понимаете, во что это выльется в деньгах, учитывая срочность и масштаб этой акции!
; Законодательно, мы не нарушаем общепринятый порядок на планете. Панихиды законом не запрещены. Это ты, Флиз, не понимаешь, сколько новых членов примкнет к нам в результате приема на халяву трех децел. Через пару дней стоимость децелы будет повышена на одну монету, этого будет достаточно, чтобы покрыть с лихвой все затраты.
Тот не счел нужным объяснять этому болвану-исполнителю, что этот бизнес-план возник у него давно. Давно просчитан. Просто не было случая запустить его в дело. Но вслух сказал:
; Хобель хотел бессмертия, он его получит. Похороны по высшему разряду. Через тридцать минут после его смерти собщить нашему финансисту и дать ему команду заморозить все счета Хобеля. Все! – как о деле решенном и не подлежащем обсуждению сказал Тот.
; Есть! Можно идти? – спросил Флиз. Он вдруг стал маленьким, сгорбленным, почти незаметным. И только хорошо знавшие его понимали, какая работа мозга, направленная на решение задачи, происходит в голове этого монстра: думающего как преодолеть все препятствия, кстати, им же созданные, по охране этих двух богатейших людей планеты.
; Остается один, – злорадно мелькнула мысль, все легче будет.
Тот вызвал к себе экспедитора концерна, в руках которого находились кончики всех тропинок, дорог, магистралей, по которым децелы стремительно разлетались, разъезжались, расплывались по материкам, островам, горам, полюсам и тундрам. Это была громадная сеть, от крохотных паутиночек до огромных канатов, устойчивого прохода белой продукции.
; Покажи диаграмму прохождения децел.
На схеме хорошо просматривалась эта сеть смертельной паутины, но теперь, визуально, она была похожа на щупальца огромного кальмара. Под кальмаром Тот мог подразумевать себя. Но его взгляд был сразу направлен на правую полосу схемы. Именно там находился неприступный материк, с которым вот уже второй десяток лет шло невидимое противостояние.
; А здесь что, отдельное государство?
; Никак нет, но мы не можем проникнуть через преграды, устроенные губернатором континента.
; Насколько я знаю, Сенат дал разрешение на реализацию нашей продукции по всей планете. Без исключения! – уже на высокой ноте закончил свою мысль Тот.
Крыс не мог знать, да и знать ни к чему, что Тот потратил огромные средства на подкуп чиновников, чтобы продвинуть свой товар по планете. Губернатор Авслаза давно стал заклятым врагом его патрона. Своей непримиримой борьбой против наркотиков он доводил Тота до бешенства. И когда в одном из выступлений по планетарному телевидению губернатор сказал, что наркотик на материк может проникнуть только через его труп, Тот тут же вскочил и закричал.
; Ишь, герой! Будешь трупом! Нашел, чем хвастаться!
На спортивных соревнованиях двадцати пяти континентов Авслаз завоевал больше половины из всех высоких наград. Ученые материка во всех сферах науки выдают уникальные, мирового значения разработки. Ученые Авслаза ежегодно делают открытия, двигая прогресс планеты. В искусстве, литературе, ну буквально во всем, этот материк дает фору другим. Как утверждает губернатор, у них на континенте нет праздно шатающихся, бродяг и нищих, нет ненужных граждан. И так будет всегда, пока они монолитно будут стоять против проникновения на их континент наркотика.
; Черт побери, – приходил в ярость Тот от одной только мысли о существовании этого континента, – наши гонцы проникают на государственные военные базы, подводные лодки, нами проторены тропинки на звездолеты, а тут какой-то материчок не можете превратить в свою вотчину. Твой счет в банке будет удвоен, если в течение месяца освоите континент Авслаза.
; Патрон, – взмолился Крыс, – поймите, идеология губернатора настолько сильна, что на днях мы потеряли три десятка гонцов, которые в двадцати семи городах континента с миллионным населением хотели раздать прохожим совершенно бесплатно децелы. В семнадцати городах горожане их забили палками. В живых смогли остаться только те, кто успел добежать до полицейских участков. Всех с позором выдворили с острова.
; Хорошо. Почему нет резонанса на отправку сорока тонн децил? Ведь губернатор не мог, согласно постановлению Сената, остановить продвижение товара на рынок материка.
; А он не останавливал. – Крыс, хотел, было дальше рассказать, но нетерпеливый Тот воскликнул:
; Значит, куплен! А где результат?
; Да куплен –самим губернатором. Более того, он сделал заказ еще на восемьдесят тонн, и сделал предоплату.
; Он что, сумасшедший –тратит попусту такие деньги?
; Да, нет, не скажешь. Наоборот, он на нашем наркотике заработал сумму в три раза больше, чем затратил.
Глаза Патрона были красны от гнева, на губах выступила пена.
; Каким же образом, он перепродал наркотик? Значит, можно судиться с ним за перепродажу товара?
; Нет, он утилизировал его, переработал. На этой основе он сделал мази, шампуни, всевозможные гели для омолаживания. Сделал препараты для лечения ожогов и обморожения. Его ученые оказались кудесниками, их разработки быстро доказали эффективность, и все это теперь пользуется колоссальным успехом как на их континенте, так и на всех остальных двадцати четырех материках, включая и полюса. О подобной утилизации на одном из наших заводов Вы должны знать, – напомнил ему Крыс.
Да, Тот помнил этот случай. Его рабочие, самые высокооплачиваемые в мире, дополнительно, бесплатно, а это почти еще половина зарплаты, получали набор децил для семьи, знакомых, которым можно было продать свою пайку, то есть для продвижения товара на рынок. В этом есть резон. И вот один из работников, какой-то умник, цеховой мастеришка, вместо того, чтобы использовать должным образом полученный от корпорации бесценный подарок, занялся его утилизацией. Но не просто бездарным уничтожением, а перерабатывал наркотический состав в удобрения для комнатных цветов и других растений. Результат был поразительный – вегетация ускорялась, по желанию изменялась окраска цветов, и стало возможным менять форму. Принимая этот метод к фруктовым деревьям он и там добился ошеломляющих успехов. О нем Тот узнал из прессы, когда этот мастеришка выполз со своими опытами на огородные плантации. Как смог он этого добиться, болван Фриз не догадался спросить и утопил его в океане во время круиза на яхте, специально организованного для этого. Ученые корпорации пытались повторить переработку, но не смогли. Первый отдел приложил немало усилий, но никакие обыски жилища, где жил покойный умелец, результатов не дали. Не было найдено документов по разработке удобрений. Помнится, Тот был зол на весь свой ученый совет и на последнем заседании заявил, что посадит их на хлеб и воду, если в ближайшее время они не порадуют новыми разработками. Последняя из них – взрывной эффект – конечно, здорово, но как это критиковал покойный Хобель! Тот поймал себя на том, что подумал о нем как об умершем.
По его звонку поспешно прибежал Чмыг, руководитель научного отдела разработок.
; Чем порадуешь? – сухо и ехидно спросил Тот.
Чмыг помнил последний разгром его отдела, поэтому был встревожен и напуган неожиданным вызовом.
; Мы, – поспешно начал свою речь Чмыг, – стоим на пороге великого открытия.
; Ну, – выдавил из себя Тот и позволил себе чуть-чуть улыбнуться.
; Этот атмосферный газообразный наркотик будет неотразим. Его не отложишь на потом, не выбросишь, не уйдешь от него, его не утилизируешь. Его просто не будешь чувствовать, пока он не проникнет в тебя, а, проникнув, он будет сладостен и приятен.
; Не крути, ясней и короче.
; Ампулы, капсулы, это неважно, это доработается в процессе. Они наполнены нашим порошком, который при вскрытии входит в соединение с атмосферой, начинается реакция, создается газообразная наркотическая смесь, которая не имеет запаха и цвета, но распространяется по всей комнате, залу, территории. Вдыхая, поневоле вбираешь его в себя. Хочешь, не хочешь, но ты дышишь. Состав препаратов можно моделировать, создавая любые эффекты. Пока наши разработки неплохо показали себя в небольших помещениях. Но вот-вот мы закончим работу над атмосферными децилами для больших залов и стадионов. Необходимо добиться, чтоб наши сладкие облака не улетучивались вверх, а стелились понизу, не выше десятиэтажного дома.
Тот внимательно слушал: кажется, нашли то, о чем он даже не помышлял.
; Чмыг, твой счет в Банке удвоится, твои сотрудники будут вознаграждены, если они добьются скорых и стабильных успехов.
Чмыг давно ушел, а Тот разрабатывал план завоевания неприступного материка. Сто семьдесят миллионов реальных покупателей его продукции. Это немалый поток денег в его казну. Конечно, потребуются дополнительные вложения, но они окупятся. На первое время понадобятся тысячи и тысячи курьеров, которые любыми способами будут проникать на материки и вскрывать атмосферные децилы. Казалось, деньги на воздух, ан нет, все затраты вернутся с лихвой. Вскрыть ампулу – не такая уж сложная задача, все это можно сделать незаметно и где угодно. В кафе, на заседании Сената. Вернулось хорошее настроение, Тот хохотал, представляя в лицах картину растерянности его противников. И если эти неучи окажутся правы, то намечается успех, огромный прорыв.
Наконец улеглась шумиха, поднятая вокруг нового комбината-гиганта, названного в честь внезапно умершего от сердечного приступа Хобеля. В авиакатастрофе погиб губернатор материка Авзласа. Пала последняя цитадель разума планеты.
Разработки оправдали себя. Планетяне словно свихнулись. Реклама, наркоты, заполнила все вокруг, ни на секунду не оставляя жителя планеты. Он в сортир – и она туда же, или уже ждет его там. Газовые наркотические облака блуждали по планете, неся наслаждение наркоманам, сманивая тех, кто еще не приобщился к этой заразе.
Банки Тот лопнули бы от денег, если б их наполнить наличными. К счастью, деньги на бумаге, но сумма этих счетов в пять раз, а то и больше, чем государственный запас и бюджет всей планеты.
«Император планеты» – только так теперь обращались к нему. Тот чувствовал начинающую душить его скуку. Цель была достигнута. Впереди - другой не было. Тот скучал.
Как оказалось, недолго. На новом гиганте по производству наркотиков произошел страшный взрыв, уничтоживший огромные запасы, но как оказалось, не бесследно. Ученые не обманули патрона. Образовалось облака, которые, не распыляясь, начало свое победное шествие по планете. Они волочилось по поверхности, создавая десятикилометровый круг. Их высота, как и предполагали его создатели, не превышала десятиэтажный дом. Обволакивая здание, они насыщал всех и все, попавшее в его сферу, наркотиком. И так, гонимое ветром, они проплывали по планете, увеличивая число своих поклонников. Одурманенные жители творили чудеса, но, к сожалению, чудеса носили чаще всего жуткий характер. Наглотавшись наркотического смога, они становились неуправляемыми. Вслед за облаком, а то и прямо внутри его, взрывались заводы, загорались здания. Правительство планеты сбилось с ног в поисках выхода из создавшегося положения. Пытались расстрелять из орудий, утилизировать водой, накрыть пеной. Ничто не помогало. Те, которые оказывались под колпаком облака более двадцати минут, умирали от передозировки, кто был накрыт хотя бы кратковременно, становился законченным наркошей, который кидался вслед за облаком, сбивая, ломая все, что, мешало ему. Облако было неуправляемо и непредсказуемо. Мало того, оно постоянно росло в своих размерах. Если раньше оно было вроде шара, то теперь это был огромный шар, но сплющенный, и больше походил на громадную приземистую жабу. Облако, зацепившись за миллионный город, могло буквально изничтожить его. Оно утюжило континенты, скользило по морям и океанам, чтобы снова зацепиться за следующий материк. На планете начался психоз. Неубранные трупы породили чуму, которая в свою очередь приняла активное участие в пиршестве безумия, умножая число жертв.
Тот стоял в своем кабинете. Перед ним – двадцать четыре экрана телепередающих станций, новости с континентов. Но три экрана безмолвствовали. При прохождении облака сгорели две студии, а на третий экран некому было дать материал для показа. Это был небольшой континент, и облако, словно вцепившись в него когтями, утюжило его в течение трех дней. На материке погибло все живое. На работающих студиях обсуждалась одна новость: где сейчас находится смертоносное, наркотическое облако, что она натворило на данный момент, и какой напасти надо ждать от него в следующий момент.
Тот стоял молча, и говорить было не с кем. Да и говорить с кем-либо именно сейчас он не хотел бы. Рухнуло всё, цель его жизни достигнута, все остальное потеряло смысл. В его руках был тяжелый, старинный, а значит, надежный наган. Он еще раз взглянул на экраны, резко поднял оружие. Раздался выстрел. Тот рухнул, для него все было кончено. Для жителей планеты агония длилась еще в течение двадцати пяти лет.
Дольше всех продержался материк Авзлас, хотя его дважды проутюжило страшное наркотическое облако. Сподвижники трагически погибшего губернатора после десятилетий подполья, куда их загнали бандиты Тота, вновь открыто заговорили о пагубности пристрастия к наркотикам. Многие, очень многие авзласавцы, воочию увидевшие последствия облака, присоединились к ним. На континенте назревало военное противостояние. Материк оказался на грани гражданской войны. Созданный анти наркотический комитет использовал любую возможность, чтобы оповестить жителей о приближающемся коварном не видимомым облаке, его предполагаемом маршруте. Ученым Авзласа удалось обозначить до этого невидимое облако, теперь оно было серого цвета, хорошо просматривалось не вооруженным глазом. Если раньше его невозможно было увидеть, засечь радарами, а значит, для любого города оно появлялась внезапно, вдруг. И только когда с неба ни с того ни с чего на голову сыпались птицы, влетевшие в наркотическое облако, наглотавшись наркоты, мгновенно гибли. Можно было с уверенность сказать - рядом опасность. Теперь им удалось внедрить в облако красители, оно стало похоже на приземистую серую жабу. Стало легче прослеживать его путь по планете. Выяснилась еще одна страшная особенность. Конечно, применение противогазов помогало, но, как оказалось, не настолько. Газообразная наркота проникала через поры кожи. Она отравляла продукты питания, оставалась на предметах, которые хотя и временно, но оказывались в этом кошмарном облаке смерти.
Антинаркотический комитет старался помочь согражданам уклониться от контакта со смертоносным облаком. Жителям городов предлагалось подниматься как можно выше, на двенадцатый, пятнадцатый этаж. А поскольку удельный вес облака был сбалансирован на нулевую отметку поверхности, от него можно было укрыться в метро, подвальных помещениях, что было особенно актуально для жителей города. За короткий срок ученые материка смогли разработать, а промышленность наладить производство мощных вихревых установок, способных встречным потоком оттолкнуть облако от материка. Такие установки размещались по периметру острова. Конечно, созданные ими воздуходувы не могли противостоять ураганному ветру, но сильный ветер без задержки протаскивал облако, и бед причиненных им, было гораздо меньше.
Авзласоцы первыми осознали весь ужас положения и первыми встали на борьбу с ним. Академии, научные институты бросили все свои силы, чтобы утилизировать облако. И возможно, они добились бы успеха, но им не хватило времени. Тот победил их, верней не Тот, а его дьявольское порождение.
Но все когда-нибудь кончается. И для планеты закончился это кошмар. Когда мы прилетели, прошло двести двадцать ваших лет. За это время на планету приземлились два из пяти космических кораблей ушедшие в космос. Оба экипажа погибли, один от чумы, которую они не ожидали встретить на родной планете. Другой при посадке угодил в это самое злополучное облако.
Сейчас надежда на возрождение планеты – это три экипажа, которые должны вернуться через пятьдесят лет. Нами оставлены предупреждения, маяки, радиосигналы на их родном языке. Очень хочется надеяться, что им удастся возродить цивилизацию на своей планете.
; А облако, коварное облако? Оно же осталось!
; Нет, мы утилизировали его. Остальное сделает время.
Алексей молчал, да и что тут говорить, если на его планете наркотики все больше и больше одурманивают людей. Не повторится ли и на Земле подобная трагедия? Или мы пойдем другим путем, наделаем глупостей еще больше и еще раньше, не дожидаясь шестого уровня? Да, пожалуй, детство – самая лучшая пора. Вот как у этих жителей планеты Нудистов.
; С появлением наркотической проблемы на планете Нудистов для нас стало самым важным – устранить наркотик из употребления. Мы организовали двенадцать биологических - разведывательных групп, которые работали именно в этом направлении. Они нашли десятки видов растений, содержащих наркотик. Перед учеными-биологами ставилась задача путем инженерогенетики изменить вид растения, нейтрализовать в нем наркотик, превратив это растение естественным путем в безобидную траву. Насколько это удалось, будет известно при посещении планеты на обратном пути.
А пока наши же умельцы за эти семь дней продвинулись довольно далеко. Появился опыт работы с камнем. Найден более крепкий камень, кремень, для молотков и зубил. Очень трудоемкой оказалась пробивка отверстий под ось. Но пять колес худо-бедно они сделали. Одно колесо самого маленького диаметра приспособили под двуручную тачку. С ней Длань собирался ехать за осью для будущей тележки. Конечно, работа рыхлая. И если наружный диаметр, как предполагалось, со временем по ходу эксплуатации должен от трения принять более или менее идеальную поверхность, то внутренний, куда вставилась ось, буквально резал дерево. Дело поправила шкура животных, которую использовали как подшипник, для смягчения трения, обмотав саму ось. Шкурами, как и мясом, пополнял запасы Голь со своей командой из аборигенов, которые, были вооружены такими же копьями, как и у него, но, понимая их ценность, не бросали их, где попало, а носили всегда с собой. А значит, была постоянная готовность к охоте. Всё чаще их броски достигали цели. Голь продолжал модернизацию копий, в расщепы кольев вставлялись заточенные ребра и клыки животных. Это был целый арсенал – пока только средств охоты. Однажды Голь грустно заметил: «Печально, конечно, но когда-нибудь все это у них станет орудием убийства себе подобных. Но, наверно, такова цена цивилизации».
; А что, неужели все цивилизации обязательно проходят через кровь, чтобы достичь нормальных отношений между собой? – спросил Алексей.
; К сожалению, да. Нам на нашем пути встретилось лишь несколько планет, вот как эта, где разумные существа стоят на пока еще низком уровне.
Да планета где были равные условия, их объединял: один вид, одна раса, один язык, одна вера, один политический строй, одна культура.
А в одной из галактик мы наткнулись на солнечную систему, где была планета, мы ее назвали Сергинь, не позволила разумным существам проявлять свой буйный характер. Этот пример еще раз наглядно показывает, что планета – живой организм. История цивилизации на этой планете показала, что как только у них начинаются распри, обязательно происходят природные катаклизмы: наводнение, землетрясение, ураган. И именно в том районе, где этот конфликт возник. Буквально, локальные беды. Теперь, когда жители этой планеты вышли на шестой уровень своего развития, когда миновали самый опасный – пятый, выяснили, что их планета с особо чувствительной нервной системой. Она предоставила им все свои резервы и запасы недр, всячески помогая им развиваться, но как только начинались склоки, она тут же реагировала и давала им понять: не хотите жить мирно, сброшу вас с себя. Но мы отвлеклись.
; Да, Аш, пожалуйста, еще немного о той экскурсии.
; Думаю, будут весьма интересны воспоминания о Чике, которая резко вырвалась в изобретатели, снискав успех у женщин-аборигенок. Без доброго смеха вспоминать это нельзя. Уже на второй день, ощущая дискомфорт из-за невозможности привести в порядок волосы, она стала искать подходящий материал, из которого можно сделать расческу. Подсказал случай: она увидала совсем близко в расположении лагеря животное, похожее на дикобраза. Аборигены даже не шевельнулись, проявив полное безразличие. Пришлось Чике обращаться к Голю, дабы получить эти колючки. Как позже выяснилось, дикобраз не входит в рацион питания местных жителей. Но для изготовления расчески он подошел прекрасно. Чика, затупив кончики иголок, расположила их в один ряд на веточке. Привела себя и своих подруг в порядок, после чего принялась за местное женское население, которое с большим интересом наблюдало за преображением своих подруг, а после того, как Чика вплела в прическу одной из них ярко-красный цветок, восторга и визга было так много, что мужчины, работавшие по другую сторону склона, испугавшись беды, бросились к ним.
Чика не остановилась на достигнутом. Вскоре, найдя в речушке раковину, она сделала весьма остренький ножик, которым подрезала своим мужчинам волосы на голове, причесала, что называется, привела их божий вид. Ее парикмахерская пользовалась большим успехом, чему способствовало прибытие еще одной группы аборигенов. Трудно сказать, то ли это было одно племя, а может, другое. Но местные их приняли радушно. Вскоре они смешались между собой, и узнать своих можно было только по красивым прическам. Волосы у них прекрасные, густые кудрявые или волнистые. Светлые, каштановые, черные. Пришедшие сразу оценили явный успех новой моды. Вновь прибывшие самцы буквально атаковали своими предложениями причесанных дам. Кто, как ни женщины, тонко чувствующие писк моды, поняли, что найден ключ к сердцу мужчины. Чика, в своей мастерской, уже имела верных сподвижников, которые только и делали, что чесали, подобно Чике, волосы вновь прибывшим. Бедные дикобразы, вот и для них настали черные времена. Да, действительно, мода требует жертв. Для Чики было особенно радостно, когда одна из местных, освоив изготовление расчески, отдала свою подруге, а сама вскоре пришла с охапкой иголочек, веточек, намереваясь продолжить изготовление расчесок. «Ну вот, и первые мастерские и мастеровые появились», – смеялись между собой инопланетяне.
Наконец Длань закончил работу над тачкой. Аборигены смотрели и не могли понять, что это и зачем. Инопланетяне залезли в тачку, и Длань сделал пару кругов. Местные жители от удивления так и сели на камни. Потом, когда были допущены к ней, с визгом и ревом, совсем как дети, начали запрыгивать на неё, пробуя прокатиться.
; Поломают, – взмолился Длань.
; Но зато научатся пользоваться ей, – возразили ему его товарищи.
Надо было подвозить лес для четырехколесной тележки. Загрузив топоры, привязанные довольно крепко, теперь уже сыромятными ремнями из кожи животных, Длань отправился в лесок недалеко от их лагеря. За ним, по обыкновению, увязались аборигены. Валили лес весьма успешно, правда, не без происшествий. Несколько добровольных помощников повредили себе ноги топорами – сказалась неопытность, хотя находились среди них и такие смекалистые, которые схватывали приемы рубки на лету.
Первая четырехколесная повозка была собрана. В работе принимало участие и местное население: как женщины, так и мужчины. Видно, понятие «женская», «мужская» работа придет к ним позже. Женщины не были привязаны к котлу для приготовления пищи, так как не было самого котла. Единственно, что разительно разделяло их принадлежность по полу, так это дети. Женщины выкармливали их грудью, но как только ребенок переставал быть сосунком, он становился общественным, но надо отметить, ребенка-подростка не отгоняли от разрываемого на части убитого животного. Дети получали свой кусок мяса, свою долю из общей кучи, принесенной и сваленной для всех, будь то мясо, корнеплоды, овощи, рыба. Их общественный строй был прост и примитивен.
И мы, вмешиваясь в их жизнь, иногда задавали себе вопрос, а нужно ли, имеем мы на это право? Как-то, пробивая в колесе отверстие под ось, кто-то из наших сказал: «Сейчас бы луч, прожгли бы отверстие в пять секунд, ровненько и гладко. Жик, и вот на тебе – колесо».
; Да, – возразили ему, – тогда для следующих колес им надо будет оставить этот прибор. И кто знает, как они его используют дальше, когда поймут, что орудие труда может стать орудием убийства или насилия над другими. И что принесем мы им этой повозкой, колесом: благо или вред?
Но, тем не менее, работа закончена. Удача сопутствовала нам. Голь завалил животное, похожее на ваших бизонов. Вот тот случай, когда можно на конкретном примере показать пользу повозки. Аборигены долго не могли понять, что от них требуется, пришлось прибегнуть к испытанному методу – внушению. Дело пошло на лад. С помощью рычагов-бревен всем гуртом взвалили тушу на повозку. Инопланетяне порадовались, что она выдержала вес. Теперь, крича, рыча, визжа, вся орава принялась толкать груженую тележку к месту последней стоянки, где их встретили ревом, криком, восторгом и удивлением: как так, такой большой зверь сам пришел к ним.
Вообще, наш приход с гор вызвал немало восторга и удивления у жителей племени, которое мы покинули почти месяц тому назад. Набедренные повязки с большими карманами, придуманные Колой, пришлись по вкусу многим. У них появился инструмент: игла, нечто похожее на ножи для раскройки шкур. Коль постоянно экспериментировала, ища подходящий материал для этих нужд. Во время работы она подыскивала тонкие сколы камня, подрубала, подтачивала лезвия, рукоятку обворачивала обрезком шкуры. Получались ножики, и даже большие ножи. В ход пошли и речные раковины, прекрасно резавшие шкуры, которые системой проб, Коль научилась выделывать, использовав болотную грязь для отделения мездры. Шкуры получались несколько грубоватыми, но начало было положено. И, как сказали корифеи Ученого совета, главное – заставить работать мышление, запустить потребность в поиске решения задачи. Иголка из шипа кактуса, из иглы дикобраза, ребра рыбы. Нитки из волоса, бечевка, сплетенная из травы, сделают своеобразный прорыв в изготовлении одежды. Собственно, надевая набедренные повязки, как мужчины, так и женщины совершенно не думали о какой-либо культуре, скорей здесь срабатывал момент практического использования нового приобретения. Теперь можно было в любой момент присесть на камень, ствол дерева, не ощущая неудобств, не боясь пораниться. Это они заметили и оценили. Конечно, не сразу и не все, что принесено инопланетянами, в одночасье приживется. Все группы пришельцев, разбросанные по планете, периодически выходили на связь, вроде как на селекторное совещание, на котором каждая из групп могла рассказать об успехах и неудачах своего опыта. Те, кому довелось работать в тропиках, сделали колесо, используя лианы, которыми они связывали спицы колеса. Группа, которая оказалась в дельте большой реки, научила племя делать плоты, управлять ими. Не легко пришлось выходить из положения инопланетянам, оказавшимся в песках. Ни камня, ни леса. Выручила наблюдательность. Они обратили внимание на растение, похожее на верблюжью колючку, оно было усеяно мошкой, которая, попав на куст, больше не могла взлететь. И в течение дня поглощалась этим растением. Оказалось, они прилипали на обильно выделяемый сок этого растения. Песчинки, склеенные между собой, превращались в монолит, вроде бетона. Оставалось изготовить форму для отливки колес. Ось для тачек и тележки пришлось везти издали, из лесных районов. Однажды, отлив колесо, Азра, девушка из числа инопланетян, собрала остатки еще не застывшего раствора из песка и сока растения. Собственно, чтобы убить время, она начала лепить из него игрушки, мордашки, статуэтки животных, что вызвало огромный восторг аборигенов. Визга удивления и восхищения не было предела, вот уж действительно, игра научит всему быстро и надолго. Как ни пытались надоумить местных жителей, что нужно собирать сок и смешивать его с песком для приготовления раствора, который пойдет для изготовления колеса, ничего не получалось. А тут, глядя на игрушки, сотворенные Азрой, они все уяснили мгновенно. Вскоре все племя только и делало, что собирало сок, мешало раствор и лепило. И, надо отметить, у многих получалось весьма изящно. Постоянная диффузия между племенами способствовала передаче всего нового или необычного. Спустя какое-то время это новое и необычное можно было увидеть за сотни и сотни километров у других племен. Вот так же, во время отдыха, один из членов экспедиции в джунглях сделал свирель, сам поиграл на ней несколько мотивов, дал аборигену. Автор свирели, приложил некоторые усилия, чтобы объединить новоявленных музыкантов в один оркестр. Через неделю-другую джунгли можно было назвать огромным духовы оркестром. И ведь многие, научились выводить такие трели! То, что нудисты оказались весьма одаренными, очень радовало Алексея. «Божьи дети», – только так он думал про них.
Еще два месяца до отлета звездолета. Аш всегда, когда появлялась возможность, прилетал к своим подопечным и к тем племенам, с которыми работали его товарищи. Уже за это время можно было сделать некоторые выводы. Может не все, и не совсем так, как хотелось бы, было принято жителями планеты. Но главного, кажется, удалось добиться: они стали что-то делать, а значит, был дан толчок для развития их мышления. Насколько он принесет пользу – узнаем лет через сто, когда будем возвращаться домой.
; Где же находится этот райский уголок? В какой галактике, солнечной системе? – не удержавшись, спросил Алексей.
; Вы знаете, – ответил Аш, я без разрешения Ученого совета ответить на Ваш вопрос не могу. Да и навряд ли Ученый совет даст Вам координаты этой планеты. Попробую Вам объяснить, почему. Вы – развивающаяся цивилизация, вскоре добьетесь весьма ощутимых продвижений вперед. Ваша численность, будет неуклонно расти, Земля как планета достигнет преклонного возраста. Исчерпает свои резервы. И перед землянами невольно встанет вопрос: что делать? Ваши полеты будут все глубже проникать в космос, осваивая галактики. Перед капитанами звездолетов будет ставиться конкретная задача. Найти планету, пригодную для переселения. И вот в этом случае планета Нудистов, как Вы их окрестили, как ни какая другая лучше всего подходит для вас. Планета-близнец, точная копия по составу вашей биосферы, воды и многим, многим параметрам. Более того, та планета больших размеров, моложе, не разрушена, не загажена заводами, отходами промышленности. Вы понимаете, о чем я говорю.
; Да, конечно. Примеры из нашей истории имеются. Америка, Австралия, где почти не осталось истинно местных жителей.
; Такие примеры, но в масштабах галактики, имеются, когда с целью захвата цивилизация одной планеты уничтожала или покоряла цивилизацию другой.

Уже на пятом уровне развития вы сможете бороздить просторы космоса, но мышление ваше будет на уровне конкистадоров. И только выйдя на седьмой уровень, вы откажетесь от самой мысли насилия над кем-либо. Все это займет немало времени и сил.
Некоторое время оба сидели молча, каждый думал о своём. Да и было, над, чем поразмышлять. «Пятый, седьмой, это так далеко от сегодняшнего третьего. Если принять их градацию за основу», – анализировал Алексей, – да, это так далеко, но начинать думать, идти к седьмому надо уже сегодня, чтобы наша цивилизация и дальше могла продолжить свое развитие не оказалась в положении тех же Атлантов». Алексей посмотрел на экран. Взвесь, поднятая со дна храма, осела.
Наконец прожектора смогли высветить пол. Он был покрыт узором или надписями – это было трудно понять с первого взгляда. На нем все так же валялись груды разрушенных скульптур. Но теперь Аш без труда нашел то, что искал. Это была кисть левой руки, сжимающая какой-то предмет – не то книгу, не то шкатулку черного цвета. Сама скульптура, возможно, когда-то была белой, но сейчас серого цвета. Из торпеды появился рычаг со щупальцами, они подхватили кисть и погрузили в свой трюм. Торпеда направилась к выходу из храма.
; В этой находке разгадка Атлантиды.
; Как это понимать?
; Да простят нас Боги, – сказал Аш, – но в руках этой скульптуры библия атлантов.
; Значит, разгадка их цивилизации теперь будет разгадана.
; Да. Или почти да. Сто процентов дать просто невозможно, но если удастся прочитать память этой книги, свидетельницы всех событий и развития, то тогда разгадка будет найдена.
; Но она будет найдена вами, а значит, мы никогда без этой библии не сможем ее разгадать, даже если дойдем до девятого, десятого уровня. Вы извините меня, но мне кажется, это воровство.
; Не совсем так, – сказал Аш. – Эта находка будет передана Вам.
; Мне?
; Нет. Не конкретно Вам, а Вам – людям.
; Но, как и когда?
; Это уже наша забота.
Алексей надулся и задумался. Может, он впервые почувствовал себя не инфузорией-туфелькой, простейшим микробом на Земле, в космосе, да и во всей Вселенной. Осознав, он – человек, дитя планеты, Матушки-Земли, сын своей Родины – России. В нем проснулось чувство большой ответственности за все, что происходит вокруг.
; Аш, а Вы были в России?
; Нет. Мой объект изучения – Африка. Но так получилось, что Вы выбрали меня. И по просьбе Синь Ученый совет дал мне команду оказать ей содействие, поэтому я поступил в Ваше распоряжение. Пришлось учить Ваш язык. Как видите, это несложно.
; А я могу выучить Ваш язык?
; В принципе, да, если следовать общим правилам, принятым у нас на корабле. А если Вы пожелаете выучить так, как учат у Вас на Земле, то это займет очень много времени.
- Значит, если я приму приглашение Синь и окажусь в дальнейшем Вашим попутчиком в путешествии, мы с Вами будем общаться на моем языке, ведь Ваш язык очень сложен?
; Наоборот, если Вы окажетесь на звездолете, то, как и другие инопланетяне, изучите наш язык мгновенно. Здесь используются наши научно-медицинские наработки.
; А как выглядят Ваши гости внешне?
; Разные, очень разные, да и мы весьма отличаемся от Вас. Ведь биологически мы все развивались в разных условиях. И такие совпадения, как у Вас с планетой Нудистов, – очень большая редкость. За все свое путешествие мы встретили около десяти случаев вот такого сходства. Хотя совершенно одинаковые условия, например, имеют некоторые планеты в количестве пять, но, к сожалению, они, как правило, необитаемы.
; Как же могут сосуществовать все вместе, на одном корабле, такие разные по своему происхождению существа?
; Это технический вопрос. Он решен. Скажем так, для каждой индивидуальности созданы те условия, в которых они жили. Они могут творчески работать, участвовать в жизни звездолета. Хотя, конечно, есть определенные сложности. Но наука не стоит на месте. Сейчас разрабатывается нечто обобщающее для всех представителей цивилизации. Тогда внешнего различия не будет, но это на время полета, на общей территории. Можете представить, какое неудобство возникает, если, допустим, на Общем Научном совете присутствует один представитель цивилизации весом под тонну и рядом другой, тридцатикилограммовый. Невольно чувствуется дискомфорт.
; Это надо же, какие шмакодявки есть, – усмехнулся про себя Алексей.
; Да, это различие, многие считают, надо устранить. То есть, когда ты находишься в своей каюте, в своем блоке помещений, где все сделано для твоего обитания, можешь оставаться самим собой в привычной для тебя среде. Определенный химический состав для дыхания. Или жидкий раствор. Есть у нас и такие гости. Один из них живет в кислотной среде, в которой другой бы получил смертельные ожоги, а он чувствует себя комфортно, как у вас говорят, как рыба в воде.
; И сколько у Вас гостей на звездолете?
; Вы будете восьмой цивилизацией.
; А какие уровни у этих представителей?
; Разные, начиная со второго.
; А с планеты Нудистов?
; Нет. Эта планета у нас не представлена.
; Почему? – с обидой в голосе за родственных себе спросил Алексей.
; Для того чтобы они оказались у нас, их надо пригласить, ну и, конечно, получить согласие. А вырывать насильно из среды, в которой они живут, я думаю, Вы со мной согласны, кощунство с нашей стороны.
; Да, конечно. Ну и как идет работа по созданию униформы звездолетчиков?
; Вы нашли неплохую формулировку. Да, это будет своего рода униформа, внешняя оболочка. Все об этом, конечно, будут знать, но сосуществовать вместе длительное время будет комфортнее для всех.
За время их разговора разведчик, управляемый Ашем, покинул океан, и они уже летели над Испанией.
Алексею давно не терпелось узнать, а что внешне представляют собой инопланетяне, но ему никак не удавалось подвести разговор к такому щекотливому вопросу. Потому он решил начать издалека.
; Аш, вот по каким критериям можно определить, мыслящее это существо или нет? Ведь для того, чтобы двигать прогресс, необходимо работать, и не только головой, но и руками. Нужно передвигаться по планете, значит, нужны ноги. Все это, конечно, должно на чем-то крепиться, значит, нужно туловище.
; Вы правы, но не совсем. Конечно, без способности мыслить цивилизация на планете никогда не возникнет. Значит, нужна оболочка, привычное для Вас понятие – голова. Как правило, она имеется у восьмидесяти процентов, хотя, я могу рассказать о планете, на которой из всех названых Вами органов нет ни одного.
; В - о- о! Так это что, колобок?
; Ну, не знаю, попали в яблочко. Только не круглый, а как, например, страусинное яйцо. Оболочка этого яйца не жесткая, а мягкая, но довольно крепкая, что дает ему возможность передвигаться, скорость, может, и не ахти какая, но километр за час она сделает. Принцип передвижения довольно прост: внутри яйца происходит смещение центра и начинается движение. Кстати, начинать движение можно в любом направлении. Зрение находится на оболочки и обзор в триста шестьдесят градусов. Желудка как такового нет, поскольку питание, верней, получение жизненной энергии, происходит через внешнюю оболочку. Эта энергия поступает к ним из космоса, от солнца. Живут они в основном вдоль экватора, где больше поступления солнечного света. У Вас, на Земле, люди тоже получают космическую солнечную энергию; ее у Вас называют – праной, но далеко не все могут пользоваться ею.
; Как же, имея вот такое, ну очень неудобное тело, с точки зрения остальных, они смогли развить свою цивилизацию? – спросил Алексей.
; Представьте себе, что в этой оболочке находятся только мышцы для движения, орган размножения, а все остальное пространство занимает мозг. Мозг мыслящий, способный телепатировать мысли оппоненту. Поскольку биологическое строение не позволяло развивать иные органы, кроме мозга, они остановились на нем. И добились огромных успехов. Развили свою память, их философия уникальна, способность адресно отправить свою мысль за тысячи и тысячи километров позволила им мыслить коллективно, то есть работать с мыслью не в одиночку, а всем вместе. Им удалось постигнуть такое понятие, как внушение, и овладеть им. Они смогли сконцентрировать свою мысль в зарождающемся эмбрионе. Каждый вновь родившийся, в своем мозгу уже имел опыт предыдущих поколений. И ему не нужно начинать свою жизнь с нуля. Он знал и помнил все, что знали его родители. Непрерывная цепь развития. Конечно, на это ушло очень много времени. Но в результате саморазвития они сейчас находятся на шестом уровне. Да, им не удалось выйти в космос, но они смогли послать сигналы, обозначить свою планету как реальность, способную на контакт с разумными существами. Именно по их приглашению мы оказались у них.
; Ваше появление для них благо. А что-нибудь полезное для себя вам удалось почерпнуть?
; У вас говорят: «Отрицательный результат – тоже результат». Вот Вам ответ на Ваш вопрос, хотя, конечно, встреча обоюдополезная. Прежде всего, мы смогли им дать новую информацию о строении Вселенной, о других мирах, о науках, которые им были неизвестны. А для нас развитие их мозга, возможность изучения этого феномена – бесценный вклад в развитие науки. Нам, чтобы еще больше развить возможности мозга, пришлось прибегнуть к внешнему вмешательству, а именно вживлению микросхем. Сначала, это были очень простенькие, имеющие одну- две функции, но постепенно мы пришли к тому, что имеем на сегодняшний день. И это, как утверждают наши ученые, не предел.
; Значит, в разумной сущности главное – мозг.
; Мозг, но сегодня у Вас уже создан компьютер, который может обыграть шахматного чемпиона. Идут разработки саморазвивающегося компьютера, завтра появятся думающие компьютеры.
; Да, эта игра с компьютером может плохо кончиться, – вмешался в рассуждения Аш Алексей.
; Подождите, давайте я закончу мысль. Не далек тот день, когда на Земле будет создан искусственный интеллект, Вы можете это рукотворное создание назвать человеком.
; Ну, какой разговор, конечно нет. Это будет робот, выполненный на высоком техническом уровне.
; Значит, не мозг самое главное в человеке, а что-то другое, что дает право назвать себя человеком в отличие от других биологических существ, сосуществующих с Вами на данной планете.
; Я понимаю, о чем Вы говорите. Но тогда, как аксиому, нужно принять то, что Бог это не выдумка, не плод фантазии людей, а реальность. И именно Он дает нам ДУШУ, которая у разных людей может быть очень, очень разной.
; Да, Вы правы, но я на этом хочу закончить нашу беседу.
; Почему? – спросил Алексей, – для меня очень важно, учитывая Ваш космический опыт, выяснить, есть Бог или нет. И какой он.
; Ну, этот вопрос каждый решает сам. Но я действительно не могу продолжать разговор, к тому же мы прощаемся. До будущих встреч. Всего хорошего. Мне было приятно с Вами.
; Прошу приготовиться к посадке нашего лайнера в аэропорту столицы Франции – Париже, на нескольких языках – донесся из динамика голос стюардессы. Алексей встряхнулся, оторвался от спинки кресла. Плечами сделал круговое движение, разминая затекшие суставы. Слышен был мерный гул двигателей самолета, в иллюминаторе мелькали облака, сквозь которые были видны ярко-зеленые поля с озимыми, черные пашни. Алексей привычно посмотрел налево. На месте пилота негра сидела Синь и мило улыбалась.
; Ну, как прошла прогулка, есть впечатления?
; Прогулка? Да Вы что? Это было грандиозное путешествие! Я видел такое!
; Да, мне Аш рассказывал, а Вы молодец, не из пугливых.
; Спасибо, – скромно сказал Алексей и тут же спросил, – мы продолжим наш полет вместе?
; Нет, у каждого свои заботы. Я задержусь в Париже.
; Вы уже знаете французский?
; О да! В Париже я не заблужусь.







; Когда мы встретимся?
; А Вы уже приняли решение?
; Честно?
; Ну, конечно, честно, – рассмеялась Синь, – да иначе Вы и не сможете.
; Да, уж, конечно, не смогу.
- Нет, такого решения я еще не принял. Конечно, все очень заманчиво, любопытно.
- И что же Вас смущает?
; Смеяться будете.
; Не знаю. Может, не буду.
; Синь, давайте в другой раз. Сейчас я так перегружен, что боюсь шелохнуться, расплескать информацию, которая заполнила меня вот до сих пор, – Алексей ребром ладони провел поперек горла.
; Хорошо! Я Вас понимаю.



; Когда встретимся?
; Я уже Вам сказала, в любое время, когда Вы этого пожелаете. Время торопит. Ваше очень меткое русское выражение, не правда ли?
; Да, наше.
Самолет мелко задрожал, коснувшись бетонной полосы. Загудели тормозные двигатели. Путешествие, которое иначе, как два в одном, не назовешь, подходило к концу.





Дверь Алексею открыла Людмила – жена Виктора. Это была живая, подвижная, несколько шумливая, но очень доброжелательная по своему характеру женщина.
; Проходи, путешественник, мой тебя ждет. Они по-товарищески чмокнули друг друга в щечку, и Алексей прошел в гостиную. Виктор, такой же холерик, как и Алексей, отодвинув локтем тарелки, даже не присев на рядом стоящий стул, торопливо писал в почти свисшем со стола блокноте. Хотя рядом стоял совершенно пустой журнальный столик и толстые, как бегемоты, кожаные мягкие кресла.
Алексей, не тревожа хозяина, прошел к празднично накрытому гостеприимной хозяйкой столу и налил себе бокал пива. Хотел было устроиться в кресле и посмаковать пиво с солеными орешками, но Виктор, видно, дописав жарившую его нутро строку и швырнув блокнот на журнальный столик, с распростертыми руками бросился к Алексею с намерениями потискать в объятиях своего старого приятеля.
; Ну, рассказывай.
Вообще Маковецкий был плохим слушателем – сказывалась многолетняя практика диктора телевидения. Сам любил говорить. Но, тем не менее, перебивая друг друга, пока накал встречи не прошел, они успели обменяться любезностями. Алексей по своей натуре человек несколько более сдержанный в эмоциях, переждав первый натиск, начал рассказывать о поездке в Бразилию.
С кухни раздался голос Людмилы:
; Подождите меня. Мне тоже интересно!
; Значит, получил удовольствие от поездки? Потрясла тебя Америка?
; Нет, меня потрясло другое, но в это трудно поверить. То, что мне удалось увидеть, уму непостижимо!
; Чем ты хочешь удивить старого волка золотого пера?
; Понимаешь, Виктор, вчера я был там, где не ступала нога человека. Видел то, о чем люди сегодня лишь догадываются, строя предположения и не веря , что это может быть.
; Ну, хорошо, давай к столу. К тому же Людмила и гуся жареного притащила. Потом все мне расскажешь. Ночуешь у меня, завтра с утра в редакцию, а вечером домой. Хорошо? – расписал московскую встречу Виктор.
Раздача бразильских сувениров не заняла много времени. Сели за стол, который терпеливо их ждал все это время. Трапеза была обильной. Хлебосольная Людмила любила готовить и накрывать стол. Радиоинженер телецентра, рано вышедшая на пенсию, оказавшись только домохозяйкой, посвятила себя созданию уюта, который бродяжной натуре Виктора был до лампочки. Поэтому похвалу Алексея Людмила воспринимала с благодарностью. Активный участник в разговоре, она особенно внимательно слушала рассказ Алексея, а когда дело дошло до рассказа о блюдах, которыми потчевали его в Бразилии, не дослушав до конца описание того или иного блюда, она восторженно кричала:
; Готовят, как, как готовят?
Алексей смеялся и говорил:
; Людмила, милый ты человек! Я сидел за столом в качестве почетного гостя, а на вертелся на кухне, где готовят. Но ответственно скажу: очень! Очень вкусно!
Все смеялись. Рассказал Алексей и несколько страшных историй с крокодилами, которые чуть ли ни строем ходили по главным площадям бразильских городов. А после третьей рюмочки португальского коньячка в нем проснулся до сель дремавший Мюнхгаузен.
Людмила только и делала, что в страхе закатывала глаза, закрывала их ладошками или хлопала ими, приговаривая: «Это надо же!»
Наконец застолье докатилось до десерта, после чего мужчины остались одни.
; Не знаю, могу ли я об этом говорить, но не терпится поделиться, да и запрета вроде официального не было. Да и поверишь ли в то, что услышишь?
; Ну, я тебе не Людмила. Но постараюсь.
; Хорошо начнем с середины. Алексей вышел в прихожую и вернулся с папкой, из которой достал фотографии. На них были драгоценности, поднятые со дна океана. На голубом фоне золото смотрелось особенно ярко. Резко просматривались грани камней. Вязь золотых узоров четко прорисовывалась.
Засиделись они допоздна.
; Мда-а, хорошо, Алексей. Если ты, конечно, хочешь этого, завтра мы заедем к моему знакомому. Скажем так, эксперту золотых дел. Работает он в Оружейной палате Кремля. Авторитет признанный, объездивший не один музей мира. Возьмем и эту монетку с датой семнадцатого века. Покажем, послушаем. А вообще, давай сделаем материал о твоих инопланетянах.
; Подожди, Виктор, одно дело – это подать как фантазию, предположения, другое – как реальность. Какая будет реакция. Это тебе не летающие тарелки. Мне-то ты сам веришь?
; Я тебе? Я тебе верю!
; А другие? Над Кремлем висит чужой звездолет. Я шатаюсь по дну океана, на глубине уму непостижимой. Как к себе домой, захожу в Храм Атлантиды. Чего стоит нелепый рассказ о планете Нудистов. А Тот со своим наркотиками. Кто поверит?
; Ну, ладо, давай спать. Тебе постелили в моем кабинете. Можешь там и покурить, – разрешил великодушно некурящий хозяин. Окно не открывай – комары замучают.
Да, покурить надо непременно, за долгим ужином эта прихоть не была востребована. Зато сейчас он с удовольствием закурил. Курить он начал давно, так же давно он хочет бросить эту пагубную привычку. Но все не получается. Почему-то вспомнилось, как они, шестилетние пацаны, запрятавшись между сараями, решили, как взрослые, покурить папироску. Папироской были окурки, которые они набрали около подъездов. Валерка, самый отчаянный из них, инициатор этого дела, лихо сунул окурок в рот, размашисто, совсем как взрослый, зажег спичку и прикурил. Мы, разинув рты, с уважением смотрели, на подвиг и самопожертвование нашего друга. Затянувшись глубоко, как это делают взрослые, он поперхнулся и откашливался минут пять, до слез. Следующим был я. Почему я? Ну, еще бы, я был капитан в нашем дворе среди такой же мелюзги. Ну, какой же авторитет без дымящей папиросины в зубах. Сразу скажу, дымопоглощение мне не понравилось, хотя выдохнул клубы дыма двумя шикарными белыми кольцами. Два моих подельника и без дыма задохнулись от зависти. Но больше всего не повезло Славке: только он прикурил, не успел даже распробовать, как нас накрыла «Баба Яга». Самая сварливая бабка нашего двора. У нее было свое хобби. Она следила за всеми и поверяла в великой тайне гадости об одной соседке – другой, и наоборот. Пик ее радости мной позже, когда немного повзрослел, был разгадан. Она блаженно улыбалась, сложив руки на груди, и была очень счастлива, когда две сошедшиеся на поединок соседки по двору, подъезду, обливали друг друга грязной бранью. Ну, а если дело доходило до рукопашной, то «Баба Яга» от умиления могла прослезиться. Так что, влипли мы крепко, это было ясно всем троим.
; Я не курил, – резко и твердо, как окончательное решение, заявил Валерка.
; А, я? – Растеряно спросил Славка.
; Я не видал, – сразу отмежевался Валерка от Славки.
Алексей промолчал.
Днем позже выяснилось, что Валерке очень неловко садиться на задницу. Отец его легонько выпорол, но он - Даже не кричал. Можете у сестрички спросить. Любопытный Славка сразу бросился бежать к Таньке, чтоб спросить, как было дело. Но не смог докричаться, наверно оглохла от Валеркиного визга, решил он.
Его экзекуция прошла тихо, но утомительно. Семья интеллигентная. Мама училка, отец – дамский портной. Он и установил меру и тяжесть наказания – в угол, на горох. Двенадцать часов. Почесав огромную лысину, смягчил приговор: можно по частям. «Еще два часа постою, и мама сказала, что на кино денег даст», – рассказывал Славка. – «Деньги мне отдашь, я тебя так проведу», – его мама работала в кинотеатре, на контроле, – мы папирос купим настоящих»
Получив сигнал соседки-ябеды, моя мама сказала: «Хорошо, я разберусь с Алешей». Дело было после обеда, а ей в больницу на дежурство. «Пойдешь со мной?» Ну, что мне, набедокурившему сорванцу, оставалось делать? Кивнул головой: «Да, мама, пойду с тобой». По дороге мама расспрашивала о моем впечатлении от первого опыта взросления.
; А что курили?
; Папиросы.
; А где взяли?
; Нашли.
; Где нашли? Я вот что-то не нахожу.
; Ну, вот же валяется.
Мама достала голубой батистовый платочек, обрамленный узкой полоской кружева, и подала мне.
; Ну, вот и собери.
; Зачем?
; Вместе покурим.
Мою маму иногда трудно понять, но и спорить с ней не было резона. По дороге в отделение зашли в лабораторию. В ней Алексей уже бывал. Вот и сейчас мама поздоровалась.
; Девочки, микроскоп свободный найдется?
; Что, Софья Павловна, ударились в науку?
; Да нет, хочу сыну показать, что он в рот себе тащил.
А мне сказала:
; Ну, где твоя добыча?
Сделав с каждого мундштука папироски смыв, она поместила эти капельки между двумя стекляшками. Получилось пять заготовок для анализа.
; Вот и дамский, – показала она окурок в губной помаде. Вложив первую пару, настроив резкость, пригласила Алексея. – Смотри, видишь, шевелятся – это микробы, их очень много. Постарайся их запомнить и сравнить этих с другими, которые будешь просматривать. О! Да здесь, кажется, палочка Коха, Марья Алексеевна, – позвала она одну из лаборанток, – взгляните своим профессиональным глазом.
; Несомненно. А где эту гадость подцепили?
; Да нет, не успели.
Пустили и меня к окулярам, рассказали о вредных и полезных микробах, мама, надо отдать должное, была терпеливым человеком. Не торопила меня, когда я закончил первый просмотр всех пяти смывов, она дала мне две стекляшки и послала к рукомойнику, чтоб я капнул маленькую капельку воды.
; А теперь ставь ее в микроскоп и смотри. В этой капельке тоже есть микробы, но они чистые и даже полезные. Сравни их с теми, что мы смотрели. Когда надоест, беги домой и мне позвонишь. Девочки, пускай посмотрит, – сказала она лаборантам и ушла на дежурство.
Постскриптум того случая: Валерка закурил, и на всю жизнь, грешным делом думаю, что он в юности среди нас был самого маленького роста, хотя в детские годы он был подлинней нас. Славка закурил перед армией. Что касается меня, то я закурил в армии. Резко и на всю жизнь. Произошло это с легкой руки майора Бочкарева, редактора армейской газеты «Советский патриот».
Конец второго и третий год на действительной я отслужил корреспондентом в этой газете. Однажды, приехав из командировки, сижу в редакционной комнатенке и корплю над заметкой. Заходит майор, шумный и подвижный, с вечно дымящей папироской.
; Ну, как дела?
; Да вот. Пишу.
; Вторую заканчиваешь?
; Да нет, говорю, первую никак не закончу.
; В чем проблема? На, закури, – сует мне пачку «Беломорканала».
; Да я не курю.
; Да ты что? На, кури, палочка-выручалочка. Все пойдет, как по маслу.
Я не помню, как написал, что написал. Проснулся от шума, с которым обычно майор передвигался по редакции. Как он воевал в бесшумной разведке в Отечественную, ума не приложу. Но награды, ранения имеются, да и закваска человека, прошедшего огонь и дым тоже.
; Ну что, молодец, прочитал, уже в наборе. А ты говоришь, не идет. Все идет, все движется. Вот так я закурил, на весь отрезок в тридцать лет. «Надо бы бросить», – подумал Алексей, гася сигарету, да все недосуг собой заниматься.
Утро, как всегда это бывает в доме Маковецкого, заполошное. Людмиле позвонили и сказали срочно забрать внука, так как дочке нужно куда-то и зачем-то срочно бежать.
Сам Маковецкий, проспав звонок, шарахался на кухне и не мог найти солонку, чтобы посолить на завтрак яйца всмятку. Но все препятствия были преодолены, и к десяти, как и было назначено, они были у эксперта золотых дел. Коротко поздоровавшись, прошли к нему в кабинет. «Ребята», – сказал он, – у меня время ограничено, думаю, минут за десять управимся».
Управились. Но за два часа. Из которых первый час, в надежде найти снимок диадемы португальской королевы, ушел на листание каких-то справочников, второй - на звонки знакомым искусствоведам. Поиск в Интернете. «Откуда у Вас эти драгоценности?» - Все добивался узнать эксперт у Алексея. Но, узнав, что у него только снимки, несколько успокоился. Это, ощущалось по его дыханию, которое стало ровней, спокойней. В заключение, попросив разрешения переснять снимки, сказал, - «Даже с этим неполным набором Вы могли бы прикупить большую часть первопрестольной».
В редакцию они попали к двенадцати.
; Да, старина, – сказал Виктор, – вчера, под шаффе, все, что ты рассказывал, воспринималось как занимательная сказка, но сейчас я на все сто процентов верю всему, что ты рассказал.
На вокзале, куда Виктор, несмотря на уговоры не провожать, все же приехал, сказал:
; Я договорился – три тысячи строк в солидном журнале ждут твоего рассказа об инопланетянах. Так что дерзай! Зеленая улица за мной.
Вечерело. Перроны были залиты светом фонарей.
; Слушай, Алексей, – обратился он, поправляя свою прическу. Это своеобразная манипуляция. Растопыренные пальцы обеих рук, словно он хотел взять крупных ежиков, били по черепу, взъерошивая поредевшие волосы, как будто таким образом делал точечный массаж или забивал оставшийся волос покрепче в свой череп. «Есть идея, что-то придумал», – решил Алексей, хорошо знавший привычки Виктора.
; Слушай Алеша, давай сдадим билет и махнем в кабак, а? – предложил он. И, не дождавшись ответа, заспешил досказать свою мысль. – Есть две мормышки, закачаешься, моя сегодня у дочки с внуком ночует.
; Нет, Виктор, благодарю, в другой раз. Хочу домой. В голове ералаш, нужно собраться с мыслями.
; Ну ладно, знаю, спорить с тобой бесполезно. Звони, буду ждать.
; Я позвоню, – ответил Алексей и с последним гудком электровоза сел в поезд Москва – Липецк.
В Липецк поезд пришел без опоздания. По перрону бежали встречающие. Что-то, кому-то кричали. Было шумно и оживленно. Люди обнимались, целовались, радовались встрече. Алексея никто не встречал, да и не принято было в его семье. Постоянные командировки превратили это событие в обычную повседневность, не стоящую внимания. Так что, это было в порядке вещей.
Алексей пересек широкую привокзальную площадь и вышел на остановку. Дождавшись своей маршрутки, через двадцать минут был дома. Заварив кофе, включил комп и вставил диск, привезенный из Москвы от эксперта. Раскрыл файл фотографии. На экране появились драгоценности испанской королевы. Но теперь к снимкам, которые ему дал Аш, добавился снимок диадемы. Его нашли через эксперта оружейной палаты. Да, каких только чудаков не бывает на свете. Что только люди не коллекционируют. Монеты, марки, но это в порядке вещей. Но ржавые замки, пивные пробки, грампластинки, значки, кирпичи, пустые бутылки необычной формы, разных времен пуговицы, даже предметы туалета знаменитых людей. И многое другое, а вот знакомый эксперта коллекционирует драгоценности. Но не сами драгоценности, а их снимки, рисунки, описания, историю появления драгоценностей, кто сделал, кому они достались. По возможности всё об этой вещи, где она сейчас, кому принадлежит, ее стоимость на сегодняшний день. На каждое изделие написана аннотация. Как рассказал эксперт, бывавший у этого чудака дома, картотека занимает у него зал в двухкомнатной квартире. Сплошные стеллажи, заполненные карточками, узенькие проходы между ними, через которые можно пробраться в спальню. Этот человек, был одержим коллекционированием. Он просто не замечал и не видел, что творится вокруг него. И когда однажды от него ушла жена, которой надоело его чудачество, он просто этого не заметил. Но воспользовался освободившимся местом и поставил еще один стеллаж для своей картотеки. Короче, это был один из чудаков, которые украшают нашу жизнь.
После телефонного звонка, эксперт по электронной почте выслал ему снимок колье, и через пятнадцать минут раздался звонок.
; Я знаю это ювелирное украшение, – заявил он. – Это из коллекции испанской королевы. Придворный летописец при испанском дворе оставил подробное описание приема монархами испанских флотоводцев, верней корсаров, которые бороздили воды Атлантики, грабя английские поселения в Америке и суда, шедшие оттуда в Европу. Летописец, видно, был большим знатоком и разбирался в драгоценностях. Его описание легло в основу оценки стоимости таких изделий. Но, к сожалению, из всего набора сегодня в наличии только диадема, хранящаяся в Британском государственном музее. Все остальное безвозвратно потеряно. И Ваш снимок колье – это чудо для ювелирного мира. Это все, что у Вас есть, или имеются другие украшения? – Наш эксперт минут десять торговался с ним. Потом решили, что они высылают ему все снимки, находки Алексея, а он в свою очередь пришлет копию испанского летописца и снимок диадемы.
Так что у Алексея добавился еще один снимок и появилось, описание всего набора украшений. Он сидел за компом и рассматривал завитушки рисунков на диадеме и колье. Выделив их в отдельный файл, он попытался наложить их друг на друга. Путем уменьшения, увеличения масштаба, вскоре это ему удалось. Несомненно, эти украшения из одного гарнитура. Да, интересно узнать их судьбу и как они оказались на корабле, а корабль на дне океана. «Надо будет выслать эту дискетку в Эрмитаж для искусствоведов, для них это будет находка», – решил он.
; Привет, Бразилец! – приветствовала его супруга, вернувшаяся с репетиции, – смотри, как загорел, значит и правда, в Южной Америке был. Она подошла сзади и положила руки ему на плечи. Он повернулся к ней, они чмокнули друг друга в щечку.
; Смотри, что я тебе покажу. На экране появились колье, кольцо, серьга и диадема.
; Ой, какая прелесть. Это что, ты мне из Бразилии привез? Дай поближе посмотреть, или в багаже?
; Да, мог бы привезти.
; А почему мог бы, взял бы да привез, без всяких «мог бы».
; Ой, Надюша - голубушка. Ты проста, как советский рубль. Ты знаешь, кому принадлежали эти драгоценности, сколько им лет, сколько они стоят и сколько они лет пролежали на дне океана?!
; Слушай, Алеша, пойдем на кухню. Пока я буду накрывать стол к обеду, у тебя будет возможность мне лапшу на уши повесить. Расскажешь, что нырнул в океан глубокий и нашел пиратский сундук с драгоценностями.
; А знаешь, ты угадала, все так и было.
; Ну, Алексей! Знаю тебя почти тридцать лет. Знаю, что всю жизнь ты мне врешь. Врал, наверное, и дальше будешь врать. Ну, ладно, – извиняющимся тоном проговорила она, заметив, что лицо Алексея посерело и он начинал сердиться. ; Ну, не врал, – поправилась она, – фантазировал, придумывал, шутил, – примирительно сказала Надя и поцеловала в губы уже вставшего из-за компьютера Алексея. – Ну, пошли, а то я проголодалась, кстати, в холодильнике тебя пиво ждет.
Пока Надежда суетилась у разделочного стола, Алексей откупорил пиво, достал слегка подсохший голландский сыр именно такой как он любит и, попивая горьковатый напиток, начал рассказывать, опустив Бразилию, сразу о подводном путешествии.
Несколько раз Надя прекращала какие-либо движения и внимательно слушала. Иногда ироническая улыбка проступала на ее милом личике. Но не перебивала, слушала.
; Нет, Алексей, ты неисправим. Скажу честно, жить с тобой даже очень трудно, ненадежно. Вечно куда-то спешишь, попадаешь в какие-то авантюры. С тобой даже страшно жить, ну нет твердой уверенности в завтрашнем дне, ты непредсказуем в своих поступках.
; Ну и что тебя держит? – спросил начавший раздражаться Алексей.
; Что держит, что держит. С тобой интересно. Понимаешь, не скучно. Всегда что-то новое. Чудак ты у меня, – она подошла, нагнулась к сидящему Алексею и поцеловала его в мокрые от пива губы.
; Налей мне тоже.
; Тебе все шуточки, а у меня к тебе разговор серьезный.
; Что, нашел молодую, красивую и хочешь спросить моего разрешения уйти к ней?
; Да перестань молоть ерунду, дело очень серьезное.
; Ну, хорошо. Слушаю.
; Помнишь разговор перед отъездом?
; Помню.
; Все остается в силе. В Бразилии я встретил Синь, ту девушку, я, вроде, о ней говорил.
; Как в воду глядела. И насколько она моложе меня?
; Старше, глупое ты женское создание, а насколько старше, не знаю, может на пятьсот лет, а может на всю тысячу наших земных лет.
; Слушай, Врунгель, ты хоть меру знай.
; У меня нет доказательств того, о чем я говорю, кроме этих снимков. Вчера был у Маковецких. Ему я тоже рассказал, сейчас говорю тебе. Поначалу, он, тоже отнеся ко всему весьма недоверчиво. Но после того как мы побывали с этими снимками у эксперта из оружейной палаты Кремля, видя его реакцию, а он знает об этих драгоценностях, так как они числятся в мировых каталогах безвозвратно пропавшими для человечества, Маковецкий, поверил во все, о чем я рассказал. Могу добавить, что эти драгоценности мне отдавали, но я не взял.
; Почему? – возмущенно и с обидой в голосе спросила Надежда.
; Надя, вот скажи, как я могу объяснить наличие у меня этого состояния? И что бы я рассказывал таможенникам? Ты, моя жена, не веришь мне. Почему они мне поверят, что этот маленький презент, не стоящий внимания, я получил от Аша, пилота звездолета, с которым мы совершили прогулку по дну Атлантики?
; Алексей, если серьезно, то меня настораживает и пугает вся эта история с инопланетянами. Одно дело, когда читаешь в газете о летающих тарелках, о контактах с инопланетянами. Другое, когда родной муж, любимый человек, отец твоих детей, начинает нести такую несусветную чушь, что уши закручиваются в трубочку. Что прикажешь, слепо верить всему, что ты говоришь? А если это правда? Сказать «да»?! И шагнуть на твой звездолет, который умчит Бог, знает куда? От детей, от внучки, из родного города, от земли, где прах родителей. Нет, Алексей, я даже думать об этом не хочу.
; Плохо, Надежда, плохо.
; А что плохо?
; Плохо, что думать об этом не хочешь.
Обед был скомкан, оба несколько раздраженные разошлись по комнатам: Алексей – к себе за компьютер, Надя – в спальню, где у неё был свой уголок. Швейная машинка, трельяж, на котором теснились всякие коробочки, флакончики с косметикой, на стене – подвесная полочка с ее книгами. Хотела было дострочить начатый на той недели фартучек для внучки, но раздумала. Сбросив покрывало с кровати, прилегла. Разговор с Алексеем расстроил её. Конечно, человек он неплохой. Веселый, не злой, за все тридцать лет, что прожила она с Алексеем, не была бита, клята, мята. В чем-то ей повезло больше, чем её подругам. Конечно, в роскоши они не купались. Но, все что нужно для нормальной жизни, у них было. А главное, конечно, отношение друг к другу.
Теперь, если допустить, что все, о чем рассказывал Алексей, правда, ей как ниточке нужно следовать за иголочкой или оборвать ниточку, а значит, расстаться с Алексеем. Ведь если он решит, что нужно лететь, полагая, что это его долг, то остановить его уже невозможно. А жизнь без него Надежда просто не могла представить. Конечно, он постоянно в командировках, но они не вечны. Неделя, от силы две – и он дома. А теперь –– на вечность.
Возвращаясь из редакции, Алексей незаметно для себя оказался в Нижнем парке. Как раз у деревянного горбатого мостика через небольшой пруд на скамеечке, стоящей вдоль аллеи, сидела Синь.
; Здравствуй, Алексей, – приветствовала его девушка.
; Здравствуй, – ничуть не удивившись встрече, ответил Алексей, устраиваясь рядом с ней.
; Хотите мороженого? Такая прелесть! Какое желаете? – она раскрыла коробку, в которой лежало несколько сортов мороженого местного хладокомбината.
; Не заболеете? Можно горло застудить. А у Вас что, мороженого нет?
; Нет, у нас почему-то такого вкусного и приятного продукта нет. Возможно, из-за нашего климата. Я ведь говорила, что у нас на планете прохладно. По-видимому, поэтому прохладительных напитков и мороженого у нас нет.
; Жаль, и с собой много не наберешь.
; Почему, с собой я уже два сорта выбрала.
; Это как же?
; Вот шоколадное, темно-коричневое, а еще сливочное – пломбир. Сейчас я Вас угощу. Она достала все ту же плоскую коробочку, подержала над ней ладонь – и мгновенно появился пломбир. Больше из любопытства, чем из желания полакомиться Алексей взял мороженое. На вкус он не мог определить какое-либо отличие от того мороженого, которое сам покупал в киоске хладокомбината.
; Занятная штучка. Можно посмотреть?
; Да, конечно, – она подала коробочку, которая заинтересовала Алексея еще в прежнюю встречу. Серебристая, очень похожая на портсигар. На поверхности не было каких-либо кнопок, отверстий, прорезей.
; Что это и как пользоваться?
; Скажем, что это вроде вашего карманного компьютера.
; Наладонник.
; Да, но намного порядков выше по своим техническим данным. Без него не выходит из дому ни один житель нашей планеты. Тут аудио- и видеосвязь. Элементарный компас – и то здесь. Переводчик и много, много других программ, записанных по необходимости. Хотя, многие функции мы можем выполнить и без него, за счет вживленных в наш мозг микросхем. На них записана информация, необходимая на все случаи жизни.
; И как же это делается? Я про микросхемы.
; Ребенку на третий день после рождения делается бескровное вживление этих микросхем, размером не больше горошины перца. По мере взросления микросхемы включаются в работу.
; Вот здесь поподробней.
; На примере ваших детей. Скажите вон тому карапузу, – Синь показала на малыша лет трех-четырех, который толкал через горбатый мостик большой игрушечный грузовик. Малыш пыхтел, бибикал, рычал, имитируя звук мотора. Грузовик медленно, но настойчиво двигался вперед. Вскоре он достиг вершины перелома мостика, перевалив, он вдруг вырвался из рук и, гремя пластмассовыми колесами, устремился вниз, вначале по мостику, потом по брусчатке аллеи. Бутуз, потеряв опору, молча растянулся, но не надолго. Видно, оценив обстановку, он воочию увидел вероломство своего грузовика, который он с таким трудом вытолкал на вершину и вдруг он, грузовик, бросает своего хозяина, устремляясь вдаль без него. Малыш устало выдохнул и разревелся. Алексей улыбнулся, улыбнулась и Синь.
– Ну вот, скажите, нужна этому карапузу сейчас теория Эйнштейна?
; Ну, конечно, нет.
; Вот почему однажды вживленные микросхемы начинают работать в определенный срок. Ознакомившись с вашей школьной системой, я пожалела Ваших детей.
; Почему?
; Ваше сознательное детство длится с трех до двенадцати лет, далее отрочество, юность. Несложно высчитать, сколько времени крадется у детства на зубрежку таблицы умножения, писание первых букв, то есть получение элементарных знаний, необходимых в дальнейшей жизни.
; А у Вас?
; У нас эти годы уходят на детские игры, увлечения, развитие чувств и физическое воспитание. Нет точного графика включения в работу микросхем. Есть примеры, когда в силу увлечения, потребности их носителя, микросхемы одного порядка превалируют над другими. И это может стать решающим фактором при выборе приложения своих сил в дальнейшей жизни.
; И сколько лет длится детство у Вас?
; По Вашему летоисчислению лет семьдесят. А если учесть, что наши сутки длиннее Ваших в два раза, то получится сто пятьдесят.
; Тогда сразу вопрос: сколько лет длится жизнь на вашей планете?
; Пару тысячелетий. Знаю, Вы хотели бы задать вопрос, который у Вас не принято задавать женщинам. Мне по Вашим меркам семьсот пятьдесят пять лет.
«Да, почти угадал», – подумал Алексей, вспомнив разговор с Надеждой, но Синь сказал:
; Значит, по вашим меркам Вы находитесь в расцвете сил.
; Да, – улыбнулась Синь.
; Но жить так долго – два тысячелетия, это, наверное, очень утомительно, да и здоровье навряд ли выдержит!
; Да, это одна из проблем на нашей планете. Поймите, мы тоже очень разные. Есть такие, кому даже не хватает и двух тысячелетий, чтобы закончить начатое дело. Все зависит от его целеустремленности.
; И что тогда?
; Тогда он может продолжить свое физическое существование.
; Как это возможно?
; Для него создается новое физическое тело, в котором он будет жить дальше.
; У вас так стремительно и далеко шагнула наука?
; Далеко? Возможно, по вашим меркам. Стремительно – не скажу. К этому шли долгие тысячелетия. Через череду ошибок и неудач, поисков и находок. Признания или непризнания открытий. Такие споры, как сегодня у Вас, о клонировании человека, были и у нас. Кстати, о медицине. После того как окажетесь у нас, Вы пройдете, это вполне естественный порядок, карантин, чтобы уничтожить все возможные вирусы. А земля ими полна. И мы, всякий раз возвращаясь на звездолет, проходим через эту неприятную процедуру. Физически это никак не воспринимается. Но таковы правила безопасности. Просто жаль впустую потерянного времени на эту процедуру. Но, с другой стороны, вспомните из своей истории, как завоеватели из Европы занесли вирус холеры, чумы на континент Америки. Миллионы аборигенов погибли от болезней, не имея иммунитета к этой заразе. Могу я привести пример из космической истории, когда от незнакомого вируса погибает вся цивилизация планеты и большая часть живой природы. Но я хотела рассказать Вам о возможности, которая будет предоставлена по прибытии на корабль. Вы можете восстановить свой организм. Даже больше, можете физически вернуть свою молодость. Вот Вам сколько сегодня?
; Почти пятьдесят.
; Вашей супруге?
; Сорок пять, баба ягодка опять.
; Сколько лет Вы хотели бы скинуть с плеч своих? В каком возрасте Вы чувствовали себя наиболее комфортно?
; Ну, лет десять, пятнадцать назад.
; Такая возможность есть. Оставив нетронутым жизненный опыт, все наработки мозга, Вы получите помолодевшее тело, в котором будете находиться всю дальнейшую жизнь.
; Фантастика! Что можно сказать на это! Хорошо. Но представим, действительно у меня, у нас с супругой появилось второе дыхание. Вернулась молодость духа и тела. Значит, появилась возможность деторождения.
; Ну и какие проблемы?
; Рождение детей всегда проблема, а в данном случае ограниченные условия в пространстве, невесомость космоса. Ведь я совершенно уверен в том, что состояние атмосферы на Вашем корабле, как и планете, отличается от нашего. Значит, для землян нужно создать особые условия.
; Безусловно. Но у нас живет семь цивилизаций. И им созданы именно те условия, которые необходимы для нормального существования. И для Вас также будет все сделано, именно для Вас. Своя биосфера. Но когда Вы будете приходить на заседания Ученого совета или другие мероприятия, Вам, как и остальным представителям, придется облачаться в скафандры. Все эти неудобства вскоре будут преодолены. Сейчас научный мир звездолета работает над этой проблемой.
; Как же вы хотите ее решить?
; Необходимо усреднить, вернее, найти общий знаменатель для всех представителей на космическом корабле. А это, значит, найти то тело обитания, которое устраивает всех. Такая возможность у нас есть. Пример тому я и Аш. Преобразовавшись в человека, мы имеем возможность дышать вашим воздухом, питаться вашими продуктами. На этот момент я обладаю всеми чувствами, которыми обладает человек, плюс свои. К тому же мой мозг за счет вживленных чипов имеет больше возможностей.
; Да, – подхватил мысль Алексей, – значит, если Вы вдруг пожелаете или в силу обстоятельств окажетесь жительницей нашей планеты на всю оставшуюся жизнь, то Вами будут приняты правила жизнедеятельности землян.
; Интересная мысль. Вы знаете, я не готова вот так сразу ответить на Ваш вопрос. Но обещаю им заинтересовать наших ученых.
Весна набирала силу. Нижний парк зеленел, на клумбах парила вскопанная земля. По аллеям бегала ребятня, степенно вышагивали пенсионеры, в обнимку прогуливались влюбленные парочки. Весенний парк жил новой сочной жизнью любви и радости.
Алексей и Синь тоже влились в этот поток отдыхающих, прогуливаясь по липовым аллеям парка.
; Скучаете по дому, по своей планете? – спросил Алексей.
; Ну, как сказать, и да, и некогда. Ну, конечно, скучаю. Ведь у меня там мама, дочь, сестра, брат.
; А отец?
; Отец? Мой отец – звездолетчик, он погиб.
; Как?
; Космос не так уж пуст, как это кажется на первый взгляд. Он живет своей жизнью, по своим законам добра и зла. Хотя, чаще всего зло порождается разумными существами. Вот с таким злым разумом и встретился космолет моего отца.
История давняя, длящаяся не одно тысячелетие. Война миров, так кажется, называются у вас компьютерные детские игры про космос. Не знаю, будет ли это для Вас интересно…
; Конечно, конечно интересно, расскажите, – поторопил ее Алексей.
; В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь. Так, кажется, у вас начинаются многие сказки?
; Да, так, или почти так, – подтвердил Алексей.
; Ну вот. В соседней галактике существовала планета, жители которой только недавно покинули четвертый уровень и с трудом вскарабкались на пятый. Тем не менее, мы обрадовались. Все-таки хорошо, когда рядом есть соседи, есть с кем пообщаться. Но жители планеты оказались весьма агрессивными. Особенно когда мы встали на защиту планеты, которую они жестоко и цинично угнетали. Для своего жизнеобеспечения планете Злас требовался уран. Уран в большом количестве они нашли в одном из созвездий. И в течение тысячелетия они в сложнейших условиях своими силами добывали уран, привозили к себе на планету, обогащали, этим, как говорится, и жили.
Но однажды им повезло. Бороздя просторы Вселенной, они натолкнулись на обитаемою планету Трис. Сравнив атмосферу планеты рудников с атмосферой Трис, обнаружили полную идентичность. Значит, жители Трис могли свободно существовать на рудниках. Первая партия вынужденных переселенцев действительно вжилась в атмосферу, климат рудников. На материках водились животные, в океанах в изобилии плавала рыба. Но все живое было отравлено, заражено радиацией. Тем не менее, алчное правительство Злас увидело возможности использовать дармовую силу. Так началось порабощение планеты Трис, которая находилась на втором уровне и, естественно, противостоять оккупации Злас она была не в силах. Они вынуждены были покорится, и добывать уран, обогащать его, ценой своей жизни, которая, по Вашим меркам, у них дома продолжалась около трехсот лет. Но на урановых рудниках они проживали не более ста пятидесяти лет.
Поработителям нужно было сырье, поэтому колонизация планеты продолжалась по нарастающей. Под надзором Злас строились заводы по обогащению урана, расширялись рудники, шахты, все это происходило под жестоким гнетом надзирателей. В полном смысле это было рабовладение. Жители планеты Трис вынуждены были своими силами добывать пропитание, употребляя в пищу непригодные продукты. И то, что рабы умирали в большом количестве, правительство Зласа не волновало, не вызывало никакой жалости. Поработители наладили регулярные рейсы поставки новых рабов. Маршрут планеты «Трис – Рудники» стал дорогой слез и горя.


Правительство нашей планеты предлагало правительству Злас помощь в освоении рудников. Мы предложили им свои технологии без использования живых, тем более разумных, существ. Понимая техническую и научную слабость пятого уровня, наша планета предложила организовать добычу и обогащение урана прямо на планете рудников силами автоматов-роботов, исключив использование жителей планеты Трис.
Это предложение было отвергнуто.
Тогда наша планета встала на защиту угнетенного разума. Мы прилетели на планету Трис. С большим трудом удалось собрать разрозненные страны, народы, верней, их правителей, которые почти смирились с мыслью о наложенной на их планету дани в виде рабочей силы для их рудников. Наше правительство смогло убедить, что если они дадут на это согласие, то наша планета встанет на их защиту и тогда непосильный оброк прекратится.
Наши звездолеты начали патрулировать маршрут «Трис – Рудники». Они останавливали караваны космических кораблей-работорговцев. Разгружали их, возвращая жителей Триса домой. Корабли работорговцев отпускались под честное слово, что они больше не будут заниматься черным промыслом. Постепенно пришлось корабли разгружать полностью, отправляя жителей Триса к себе, а пиратов Зласа на свою планету. Опустевший черный корабль уничтожался.
Но противостояние возрастало. На планете Трис пришлось устанавливать противокосмическую оборону. Однажды, остановив караван работорговцев, один из кораблей под видом парламентеров подошел вплотную к нашему звездолету. Помощником капитана был мой отец. Когда шлюзовая камера открылась, чтобы он мог на космическом шлюпе прибыть на зласовские корабли с контрольной проверкой, раздался взрыв. Звездолет Зласа оказался в роли камикадзе. Этот взрыв еще раз подтвердил плохую репутацию Зласа и послужил нам поводом объявить им войну. Наши звездолеты взяли планету в кольцо. Ни один их космический корабль не мог подняться выше стратосферы. Эта блокада продолжалась около двухсот лет, хотя закончить эту неприглядную историю мы могли сразу. Но уничтожать всю цивилизацию мы не могли. К тому же мнения жителей разделились, и многие считали, что не в праве эксплуатировать чужой труд. И только когда их космический флот был полностью уничтожен и запас урана подошел к критической отметке, они согласились на полную безоговорочную капитуляцию.
По договору, предложенному им, планета урановых рудников отошла к нам. В свою очередь, нами она была передана жителям планеты Трис. На планете рудников мы помогли организовать добычу, переработку и обогащение урана. Теперь планета Злас закупала обогащенный уран для своих нужд у правительства Трис. Наши ученые разработали методы распада урана в организме биологического существа. И работающие на ней по добровольному найму не болели малокровием, и их жизнь длилась в том же режиме, что и на их планете. Нам удалось продвинуть науку планеты Трис. Большую работу мы провели и на планете Злас. Теперь ее жители, их цивилизация оказывает всяческую помощь бывшим своим противникам, в чем мы видим начало доброго соседства планет.
; Примите мои соболезнования. Ваш отец погиб, как герой. Настоящий капитан, принявший смерть на мостике корабля.
Синь ничего не ответила. Она шла рядом и, видно, была очень далеко в своих воспоминаниях. Алексей, не беспокоя ее, шел рядом. Их окружала весна, по всему парку разносилась трель соловьев. Санитары леса, дятлы добывали короедов. Пчелы осваивали новые для этого года медовые маршруты. Солнце, удлинив день, не спешило за горизонт. Было хорошо и чисто. Казалось, воздух звенел, вокруг радовалось всё. Люди улыбались, приветствовали друг друга взмахом руки. Всюду, во всем и ко всем была любовь. Весна набирала силу.
Алексей шел рядом с Синь и тоже задумался. Неужели это его последняя весна на Земле? Неужели он все это больше не увидит? Да, впереди бесконечность, тысячелетия. Но зачем они ему без Надежды, без детей. Без его, пусть баламутной, но работы. Если это игра, то она зашла слишком далеко. Ведь если не сегодня, то завтра Синь спросит его окончательное решение. А он и про себя толком сказать не может, а уж про Надежду он вообще ничего не гарантирует. Силком на звездолет не потянешь, и оставить – сердце разболится. Хотя, насчет боли Синь вроде внесла ясность. Буду, здоров, как бык.
Синь, словно прочувствовала раздумья Алексея и спросила:
; Как настроение? Вы что-то загрустили.
; Загрустил? Да, наверно. Знаете, Синь, встреча с Вами словно всколыхнула меня. Жил, спокойно работал, в меру был патриотом своей страны. Но сейчас, я чувствую себя ответственным не только за Россию, но за всю планету Земля. Раз уж случилась такая оказия, пусть пролетом, заездом, не надолго, но Вы оказались здесь. И с громадным багажом знаний. Конечно, я не спрашиваю у Вас разработок для нового оружия. Но, как я понял, у Вас есть разработки по излечению раковых болезней, белокровия. На сегодня у нас на Земле происходит пробуксовка, мы не можем изобрести емких и маленьких аккумуляторов, которые, имея небольшие, даже крохотные размеры, могли бы работать вместо бензиновых двигателей. Все это и многое другое, помогло бы нам. Ведь это был бы технический прорыв! Почему, Вам не помочь землянам, пусть теоретически, в утилизации ядерных отходов?
; Вы не правы. Уже через две недели после прилета на Вашу планету семьдесят наших ученых начали работать в различных научных учреждениях Земли. Правильно поймите, ведь мы не можем громогласно заявить: «Сейчас, мы! Научим, как надо жить»! Как это будет воспринято? Думаю, Вы догадываетесь. Ваши страны на сегодняшний день разобщены, а некоторые стоят на грани конфронтации. Объявись, мы поневоле должны сделать выбор – на чью сторону стать. Поэтому, соблюдая полный нейтралитет, тем не менее, оказываем помощь. И наша задача в том, чтоб эта помощь была не навязчива. В ближайшее время Вы научитесь излечивать рак. И некоторые другие сложные болезни. В этом столетии у Вас, землян, появится новый вид энергии, который позволит сделать довольно ощутимый шаг в техническом прогрессе. И лавры открытий останутся у Вас, так что не думайте о нас плохо.
; Ну, хорошо, не сердитесь на меня, – примирительно сказал Алексей. – Все настолько необычно! Инопланетяне, чужие миры, неведомые галактики, так и хочется сесть и написать, но, наверно, никто не поверит.
; А вы садитесь и пишите.
; Что, можно?
; А почему нельзя? У Вас получится, врать не свойственно Вам, как и передергивать карты. Поэтому я убеждена в правдивости Ваших публикаций.
; Но мое любопытство еще не полностью удовлетворено, мне не довелось побывать на Вашем звездолете.
; Ну, это не проблема, как раз сегодня я хотела пригласить Вас на Ученый Совет.
; С огромным удовольствием.
; Минут через пятнадцать он начнет свою работу. Поэтому предлагаю где-нибудь присесть, чтоб никому не мешать и нам не мешали.
; Давайте попробуем найти такой укромный уголок в открытом кафе у водоема Комсомольского пруда. – И Алексей указал на разноцветные зонтики, под которыми стояли столики. Народу было совсем ничего.
; Вот и отлично, – согласилась Синь. – Они прошли в кафе. Алексей заказал два напитка, пирожное.
; Сегодняшний Совет, возможно, будет интересен Вам. Решается вопрос, как сделать, чтобы наши гости чувствовали себя комфортно на звездолете. Это касается и Вас, – сказала Синь и улыбнулась Алексею.
Алексей знал, что она – это не она, а оболочка, в которой она находится. Но, тем не менее, надо отдать должное ее выбору и вкусу. Очень красивое и правильное лицо в отношении пропорций. Да и фигурка весьма изящная, не зря мужчины оглядываются на нее. Синь тем временем достала не однажды упомянутую коробочку и положила перед Алексеем.
; Вот экран, благодаря которому мы сможем присутствовать на Совете. Правда, без права голоса, – пошутила она, заканчивая приготовления к трансляции. Она накрыла ладонью экран и через несколько секунд убрала руку.
Алексей увидел на экране круглый зал с кафедрой посередине. В амфитеатре располагались звездолетчики, гости других цивилизаций. Звездолетчиков Алексей определил сразу по их многочисленности. Он сразу узнал и приветствовал как старого друга колобка. Он стоял прямо на столешнице. В одну линию с ним, чуть в стороне, сидел слон. Нет, не в полном смысле слон. Но он имел самый настоящий хобот, большую голову, огромные глаза, обрамленные корейским разрезом, очень маленькие уши, прижатые к голове, покрытой не очень длинной, но плотной шерстью. По-видимому, это было его постоянное место, так как за его спиной отсутствовал следующий ряд. Иначе этот представитель в шестьсот килограммов вряд ли смог бы разместиться. Как он ходит, Алексей сообразить не мог. Нижнюю часть его туловища закрывал стол, а вот руки, если можно это назвать руками, были большие, неуклюжие и напоминали клешни краба. Похоже, если положить в них запястье руки, раздастся только хруст, и не более. Но зато хобот его был универсален. Им он доставал мелкие предметы и показывал их своему соседу. Брал микрофон и трубил в него, привлекая к себе внимание. Его сосед, ну это точно медведь, как прозвал его Алексей. Фигура – сажень, да не одна. Покрыт он был довольно густым серебристым мехом. Но лицо было чистое, лишено растительности. Большие темные глаза и горбатый, настоящий грузинский нос, сочные черные губы, клыки и красный язык. Этот «медведь» невольно привлекал внимание веселым нравом. Большие и лохматые руки с мягкими подушечками ладоней и коготочки: «вцепится – мало не покажется», – подумал Алексей, а так, очень даже приятный субъект. Через пару секторов взгляд Алексея остановился на двух мартышках, вернее, представителях седьмой цивилизации, как объяснила ему Синь, но по их обличию ни за что не подумать. После замечания Синь он вновь принялся рассматривать представителей далекой чужой галактики. На них были накинуты голубые сари. Большие светлые глаза, живые, подвижные и, по-видимому, очень проницательные, ровненький нос, белое лицо среднего европейца. Француз, немец, если бы не руки, которые словно высовывались из свитера, вернее, кожушка, пошитого из молодого ягненка. Этот кожушок был накинут на голову, спину. Нет, если присмотреться – весьма симпатичные лица. Очень подвижные. Живо реагирующие на любое слово, звук, движение. Весом и ростом они были немногим больше человека. Как потом оказалось, походка у них весьма грациозная. Они могут быть очень важны и смеяться, как дети. Оказывается, со слов Синь, они добродушны, доверчивы и гостеприимны. И очень честны.
В это время за кафедрой появился, как подсказала Синь, председатель Ученого Совета. Речь его была чиста и ясна. Возможно, за счет перевода Синь.
; Друзья, – сказал он, – прежде всего я от своего имени и от всех граждан нашей планеты хочу поблагодарить Вас за принятое вчера решение считать наш язык за языком общения на звездолете. Так же хочу поделиться приятной новостью. Сегодня получено сообщение, что общегалактическая конференция будет проходить на нашей планете, и приурочена к нашему возвращению, на ней будут присутствовать представители более двадцати цивилизаций.
Многоликий, вот уж действительно многоликий, зал выразил к сказанному свое отношение, приложив к синему квадрату одну из рук, кто что мог. Купол зала засветился голубым, синим цветом.
; Желтым, – прокомментировала Синь, – означает неодобрение.
; Благодарю, – сказал академик, как окрестил его Алексей. – Благодарю! А сегодня мы собрались, чтобы сделать еще один шаг к сближению между нами. Мы уже дискутировали по этому вопросу, пришли к некоторым соглашениям. Напомню тем, кто не присутствовал на предыдущей встрече. Найти новое единое обличие для всех нас – необходимость. Все согласны с тем, что поневоле чувствуешь дискомфорт, когда находишься со своим собеседником в разных весовых категориях. Когда на своего собеседника приходится смотреть снизу вверх или наоборот.
Вы все уже знакомы с нашими возможностями преобразования. Не ущемляя ничьих достоинств, мы, находясь на службе, будем на равных. Многие из наших гостей уже обращались с просьбой включить их в работу. Мы знаем, что среди вас находятся капитаны звездных кораблей, готовые стать к штурвалу корабля. Врачи, желающие продолжить свою профессиональную практику. Но оборудование, пульты управления специфичны. Это еще одна из причин единого преобразования. Вы согласитесь, что за один и тот же пульт управления может встать любой из присутствующих. Но после того как будет найдена единая оболочка для тела, все оборудование будет подогнано к единому стандарту. Мы уже договорились, что масса тела не должна превышать двухсот килограммов и быть не менее пятидесяти. Давайте создадим из того, что есть, или смоделируем то, что будет устраивать всех звездолетчиков.
К сожалению, те неудобства, которые сегодня существуют (для гостей нашего корабля имеются шлюзовые камеры при переходе из жилого блока в общий) остаются. Но теперь и нам придется принять эти условия игры. Но это даст нам полное равенство. Поэтому прошу приступить к прениям.
Первым попросил слово Колобок. Но теперь он был не один, рядом с ним находился второй. Кто из них был первый? Алексей никогда бы не догадался, и когда появился второй, Алексей тоже не заметил, настолько он был поглощен вниманием, слушая Академика и созерцая присутствующих созданий из галактики.
; Уважаемые, начну с того, что не могу предложить свою цивилизацию за образец предстоящего преобразования. И вот почему. Для того чтобы быть звездолетчиком и управлять таким гигантом, прежде всего, нужно иметь руки. Второе, нужно довольно быстро передвигаться, как это будет, не важно, на двух, четырех ногах. Третье, обязательное условие. За то время, что мы находимся здесь, нами много просмотрено, узнано. И как видим, космос далеко не пуст. В нем живет разум. Но, к сожалению, этот разум бывает не только добрым, но и злым, а значит, звездолетчики должны быть воинами. Уметь держать и владеть оружием. Значит третье условие – руки, гибкость тела, его крепость. Единственное, что может предложить наша цивилизация, – это наш мозг.
Свод зала засветился, желтым светом.
Следующим, кто выступил в прениях, оказался шестирукий инопланетянин.
; Я совершенно согласен с тем, о чем говорил уважаемый Глин. Я тоже не предлагаю свое обличие. Во-первых, мы очень тихоходны. Но хочу обратить внимание на три пары моих рук. Возможно, если будете моделировать, учтите, что шесть рук – это не две. А значит, много функций в одно время. Я закончил.
Зал сразу отреагировал, купол засветился синим, и даже красноватым цветом, но преобладал желтый.
Выступлений было много. Чувствовалось, что тема обсуждения животрепещущая, нужная, волнующая всех присутствующих. Одно выступление особенно насторожило Алексея. Выступал один из представителей приглашенной цивилизации.
Кентавр, как сразу назвал его Алексей, отличался от мифического тем, что, кроме лица, весь был покрыт шерстью. Да голова, верней, череп вытянут, вроде дыни, а лицо его было монгольского типа, определил Алексей.
; В нашем полку пополнение. Вот-вот на борт звездолета поднимутся земляне, жители планеты, над которой мы сейчас находимся. Почему я на них заостряю внимание? До этого мы встречались с людьми, да, людьми, точно такими, как эти. Единственное, что их отличает, это уровень цивилизации. Хочу напомнить, что с людьми встречались ещё раньше. Это третья встреча. Вспомните историю с «Летучим голландцем». Звездолет без единого пилота, который наши гостеприимные друзья встретили на просторах галактики. Хочу обратить внимание, что люди, биологически совершенно одинаковые существа, живут в разных уголках Вселенной, на разных уровнях развитиях. Этот факт нельзя сбрасывать со счетов. Возможно, именно из-за этого есть смысл остановить свой выбор перевоплощения на землянах. Их телосложение идеально для любой, даже самой тонкой работы.
После его выступления свод зала осветился жделтым светом.
Алексей оторвался от экрана и посмотрел на Синь. Она, видно, поняла его вопрос.
; Потом расскажу, что знаю.
Алексей снова вернулся в зал. Вообще, просмотр трансляции, организованной для него Синь, он не воспринимал как просмотр программы. Впечатление такое, что он сам был участником событий. Как это делается, Алексей в подробности не вдавался. Но был убежден, что Синь специально для него удалила (скорей всего виртуально) скафандры с гостей, чтоб ему в полной мере можно было их созерцать,
В заключение дебатов вновь выступил Академик. На это раз он был краток.
; Уважаемые, мы выслушали всех, кто хотел выступить. Мы специально назначили прения на сегодня. Дело серьезное и очень важное. После принятия решения и его реализации нам всем придется жить в этом состоянии, может быть, более трехсот лет. Срок не маленький, это не неделю перебиться в неудобстве. Поэтому думайте. От Вас зависят условия дальнейшей жизни, а может, и самой жизни.
; И зачем попу гармонь? – вслух, ни к кому не обращаясь, сказал Алексей.
; Вы мне? – спросила Синь.
; Да нет, это я просто так.
; А в каких случаях так говорят?
; Когда имеется в виду пустое дело, лишние хлопоты.
; Не совсем понятно.
; Подразумевается то, что вы затеяли на звездолете. Насколько я понимаю, понадобятся большие переделки внутри корабля. К тому же, загоняете себя в угол.
; Не совсем. Мы даем возможность представителям космических цивилизаций продолжить свое развитие, а не сидеть в изоляции в своих блоках жизнеобеспечения.
; Ну, Вам виднее, – не стал спорить с Синь Алексей. – Лучше мне расскажите о встрече с людьми, да о «Летучем голландце».
; «Летучий голландец» – это мой перевод. Как мне показалось, Вам ближе это понятие.
; Да, безлюдный корабль-призрак, блуждающий по просторам морей и океанов.
; Такой корабль существовал, а может, существует в космических просторах. Я знаю о нем по школьной программе, но в ней этому кораблю уделено строк сорок. Но если хотите, я Вам расскажу подробнее, эта легенда живет в нашей семье по отцовской линии. Как Вы могли заметить, я не первый астронавт из нашего рода и думаю, не последний.


Наша планета тогда находилась на восьмом уровне развития. Интенсивно осваивался космос. Внимание было обращено на одну из солнечных систем в соседней галактике. Космические корабли один за другим покидали планету, уходя все глубже и дальше. Командором одного из таких фрегатов военного ведомства был мой двоюродный дед. Моряки старой закваски не любят такие походы. Куда больше по душе походы свободного полета, когда ты волен, поступать по своему разумению, интуиции, в поисках удачи. Под удачей понималось открытие новой солнечной системы, необычной планеты, способной принести большую пользу для родины, для которой служили. Морской волк космоса, любил себя называть мой прадед.
Космический вояж заканчивался. Корабль лет через семьдесят должен был прибыть в порт приписки. За кормою остались чужие галактики, открытия новых планет. Схватка с космическим драконом, новое необычное явление, до этого никем не встречаемое. Приближение к отчему дому чувствовалось по тому, что уже дважды состоялись встречи с кораблями из своей родной флотилии.
Кодекс приветствия в таких случаях исполнялся особенно скрупулезно и с большим удовольствием. Тем более это вносило разнообразие, возможность пообщаться, как говорится, в живую. Остановка и пришвартовка в таких случаях носила изысканный почерк. Не возбранялось нанести друг другу визит. В честь встречи дать банкет. Как правило, каждая служба старалась удивить, поразить своего гостя, показывая машинное отделение, удивляя мощностью двигателей, порядком. И гости вежливо слушали космические байки, щелкали от удивления и восторга языком и сожалели, что именно в этот момент их не было рядом. Примерно так проходили встречи почти на всех уровнях. Навигаторы, идущие в поход, хвастались новыми отличными картами Вселенной, а те, кто шел из похода, снисходительно позволяли им нанести новые, открытые ими планеты, безопасные пути прохождения сквозь сплошные опасности.
Командор Лонг был особо рад последней, второй встрече, на которой посчастливилось встретиться с другом детства, однокашником по космическому училищу. Они страстно, ревниво следили за успехами и неудачами друг друга. Радовались, огорчались. По возможности бросались на помощь друг другу. За это время каждый из них неоднократно вырывался в лидеры. Но проходило время, и кто-нибудь из них получал новое, необычно интересное назначение или более современный корабль. Так было и сейчас. Триста лет тому назад Рам буквально умирал от зависти, ну конечно, белой зависти, и радости, что его друг Лонг уходит в межгалактическое путешествие. Но теперь, он стоит перед рывком в неизвестность. Лонг с восхищением осматривал новые локаторные установки, мощные двигатели, имеющие совершено новые источники питания, а значит, скорость, маневренность, которая могла свести с ума от восторга, любого мало-мальски знающего пилота. Он, конечно, знал, что после окончания полета его фрегат будет списан, отдан гражданской космической флотилии для обслуживания местных линий. Если даст Бог удачу, то следующий его корабль будет на порядок выше этого, инженерная мысль ученых в постоянном поиске. Но это будет потом, и когда еще будет. Когда вновь появится возможность стать к штурвалу космолета и, поймав звездный поток, устремиться в даль познания Вселенной. Встреча со старым приятелем превратилась в вечер воспоминаний.
Лонг с Раем перечисли свой выпуск звездной академии. «Да, – размышляли они. – Многих, многих уже нет. Кто погиб смертью героя, кто канул в вечность бесследно. Кораблей, не вернувшихся в порт приписки, было немало. Космос безжалостно брал дань за право разгадать свои тайны. Но, тем не менее, конкурс в космические училища не уменьшался. Сказывался не только престиж героических полетов, но и жажда познания мира. Вселенной.
Старые космические волки вспомнили эпизод, когда, будучи молодыми младшими офицерами, они попали в переделку на Бесовской планете. Тогда из трех десантов вернулось менее половины участников. Планета, да какая там планета, настоящее исчадие Ада. Что ни шаг, то смертельная опасность, ловушка.
; Помнишь, шли по кромке моря. Каменистый берег, усеянный острым камнем. Казалось, ничего не предвещало опасность, как вдруг из воды вынырнуло громадное чудище, лапы-ласты, выброшенные в сторону их отряда – и численность в двенадцать астронавтов уменьшилась на половину. Пущенные в чудище огнеметы откинули его в море, но вместе с похищенными товарищами. Оставшиеся бросились под прикрытие утеса, а он зашевелился и стал накрывать их своей массой. Только четверо и осталось в живых.
Да, Лонг помнил ту планету. Они нашли то, что искали. Разумных существ. Но каковы они оказались.
Без сомнения, именно они своим отношением друг к другу, окружающей природе и самой планете создали ту обстановку, которую довелось наблюдать исследователям космоса. Они сами, жители, наделенные разумом, создали этот бесовский мир. Каждый цветок был наполнен ядом. В каждом ручье текла отрава. Ненависть друг к другу в каждом камне. Если изредка солнечному лучу удавалось прорваться сквозь вечно сумрачное небо, земля извергалась вулканом, чтобы пеплом закрыть образовавшуюся брешь в небосклоне. Разум, поселившийся в безобразных созданиях, с упоением творил безобразие. И казалось, что все, абсолютно все, только и делалось, чтобы исказить, извергнуть любую добрую мысль. Даже выйдя на личный контакт с ними, звездолетчики от любого из них слышали, одно – убейте его: моего соседа, брата, мать, жену, сестру! Тогда я буду говорить с вами. Они насиловали себе подобных в злобе, мстя всем, и каждому по отдельности. Вынашиваемые детеныши рождались в ненависти и готовы были загрызть свою мать, которая в свою очередь, кроме желания придушить свое потомство, не испытывала других чувств. Своим мракобесием они изводили планету на нет. Она стонала от боли, от варварства, невежества, от собственного бессилия. Когда стало ясно, что их помощь совершенно не востребована и бесполезна, астронавты покинули планету.
На военном совете звездолета стоял вопрос – что делать? Обратиться в Ученый совет планеты нет возможности в виду недосягаемости связи. Принять решение уничтожить мракобесие? Такая технически возможность была, но они не решались. Хотя уничтожение мракобесия напрашивалось как необходимость спасения Вселенной.


Представьте космический смерч, который буквально краешком зачерпнет этот вирус мракобесия и стремительно разнесет по Солнечной системе, галактике. Ведь страшно не само проявление мракобесия, а его вирус, который будет поражать всех и вся. Даже очень высокие цивилизации не могут гарантировать надежной вакцины против незнакомого вируса. И возможно, звездолетчики и приступили бы к уничтожению на корню этого явления, если б не выступление одного из их однокашников. У нас, как и у Вас на Земле, уточнила Синь, есть особо верующие, есть и атеисты, ну и конечно те, кому от веры ни холодно, ни горячо. Вер, один из молодых офицеров, оказался глубоко верующим человеком. Его выступление было коротким и пламенным.
; Мы, не вправе распорядиться жизнью этих созданий. Не мы их создали, не нам и решать их судьбу. Возможно, Создатель специально предусмотрел этот вертеп, этот Ад на планете, чтобы собрать грешников со всей Вселенной и поместить здесь для того, чтобы они смогли проявить свою сущность полностью, а возможно, до полного искупления своих грехов. Конечно, это не мелкие хулиганы, сквернословы, здесь находятся те, на ком тяжким грузом лежит большой грех.
Его выступление, сыграло решительное слово. Как компромисс было решено запустить спутники-зонды вокруг этой планеты, которые должны оповещать других посетителей о грозящей опасности.
Этот молодой офицер недолго бороздил просторы Вселенной. Вскоре он вышел в отставку, и на одной из планет основал монастырь. Сейчас этот монастырь превратился в центр религиозной деятельности, где проповедуются духовные ценности различных цивилизаций. Цель этого монастыря найти общий знаменатель для всех религий, объединив их одну вселенскую Веру в Единого Бога. В чем бивший космический офицер, возможно – со временем, найдет поддержку.
Через тысячу четыреста лет, была организована вторая экспедиция на Бесовскую планету. Уже на подлете к ней была видна огромная разница в поведении самой планеты. Она не вздрагивала, как испуганный зверек. Её вращение было спокойно и величественно. Вокруг нее все также летали спутники-маяки, оставленные предыдущей экспедицией. Со всеми предосторожностями были предприняты полеты на шлюпках-разведчиках. Командором звездолета был Лонг, да, все тот же Лонг, юным младшим офицером посетивший эту Бесовскую планету и теперь имеющий огромный опыт межпланетных путешествий.
Каково же было удивление астронавтов после первых полетов. Во-первых, нигде не удавалось найти тех ограниченно разумных существ, населявших ранее эту печальную планету. Ничто не будоражило природу. Реки спокойно текли к океанам. Ровно дымились вулканы, легкие недр планеты. Небосвод был чист и светел. Солнце прогревало грунт, который был покрыт растительностью. Своей жизнью жили леса и населяющие их животные и птицы. В течение полугода исследовали планету в поисках разумных существ.
Ученые сделали вывод, что планете надоел беспредел, чинимый бесовским разумом, и она изничтожила его, освободив место для другого, более разумного и доброго. Звездолетчикам, оставалось заменить на спутниках радиомаяки, в которых, теперь отсутствовало предупреждение о грозящей опасности.
; Да, – рассказывал Лонг штурману, – ну конечно, я сделал попытку найти то место, где разыгралась трагедия, с большим трудом узнавалось это место. Утес, обрушившийся на нас, покрылся лесом, каменистый труднопроходимый берег засыпал чистый океанский песок, превратив это место в уютный пляж.
; Разум планеты победил беспредел бесовщины, – подытожил воспоминания Лонг.
Отзвенели прощальные салюты. Оба красавца космического флота, набирая скорость, разошлись в разные стороны, как в море корабли.
Лонг сидел в своей каюте и рассматривал карты района, куда ушел звездолет с Раем. Да, будь он на его месте, непременно заглянул бы в этот уголок. Чутьё космоплавателя подсказывало ему, что большие планеты совершенно не интересны, а вот эти два лилипута, связанные между собой, словно скованные цепью, находясь в противоположности друг от друга, на одной орбите. Наверняка они с сюрпризом, это не случайно, здесь что-то есть. Надо обязательно выйти на связь, пока они в пределах досягаемости, и подсказать Раму. На этом он хотел поставить точку на своем отдыхе и пройтись на главный пункт управления. Но вспыхнул экран, на нем появился старпом.
; Командор, если есть возможность, зайдите к нам.
; Что-нибудь случилось?
; Нет, но думаю, Вас заинтересует. С левого борта неопознанный объект. Сейчас снимаем характеристики.
; Хорошо, сейчас буду. Да, закажи в рубку для меня тоник.
Командор прошел по широкому коридору, соединяющему его каюту с рубкой. Тишина, безлюдье. На флотском языке это означает спокойствие и порядок.
; Что, дали характеристики?
; Похоже, объект рукотворный, от него поступают сигналы, но расшифровать их пока не смогли.
; Ваше решение?
; Думаю, надо идти на сближение.
; Правильно, старпом, думаете.
; Навигаторы, уточните курс, сообщите необходимые поправки для подхода к цели, – распорядился старпом.
В течение недели звездолет Лонга догонял, как оказалось, фантастический корабль. Он был необычно красив и очень внушительных размеров, во всяком случае, в три раза больше их фрегата. Радиосигнал, который они приняли с самого начала, не прекращался и сейчас, но расшифровать его не удавалось. Хотя предпринимались попытки применить сотни самых различных способов передачи информации. Мнения шифровальщиков сходились в одном: это сигнал тревоги или предупреждения. Было принято решение пришвартоваться и высадить десант. Четверо астронавтов, облаченных в тяжелые скафандры, вышли в открытый космос. В течение нескольких часов они обследовали корпус корабля. Но впечатление было такое, что он выточен на токарном станке из одной болванки или идеально отлит из металла.
Первая вылазка не дала результатов. И только на третьей один из астронавтов на вопрос, как он нашел люк шлюзовой камеры, рассказал:
; Ну, все ноги оттоптали, ну нет, и все. Присел прямо на корпус. Как туловище огромного животного, глажу рукой по гладкой оболочке и говорю: «Ну что же ты так закрылся. Ведь с добром к тебе пришли, может, помощь наша нужна». Вдруг смотрю, а передо мною квадрат опустился и в сторону съехал. Заглянул я туда и обомлел. Шлюзовая камера. Ну, я остальных астронавтов звать. Пока они ко мне подплывали, я дверь прощупал, в двери иллюминатор, я заглянул и назад отпрянул. Испугался от неожиданности. Душа в пятки. Стоит там космонавт в скафандре и на меня сморит. Тут остальные подошли. Стал я снова ладошкой, ну рукавицей, по двери водить, так спокойненько, не спеша. В какой то момент двери раз – и разошлись. А скафандр стоит и не шевелится. Ростом чуть ниже нашего, лицо открытое, но не живое, словно заморожено. Столпились мы, думаем, что делать, а сами боимся, как бы двери не закрылись. Вызвали борт на связь, пришла группа поддержки. И что интересно, по всему кораблю никто, кроме меня, не мог открывать двери. Так я все время был открывающим.
Соблюдая предосторожности, астронавты проникли внутрь безымянного корабля. Прошли до носовой рубки. Большой экран, на нем видно космос, звезды. У пульта кресла стоят. А в каждом кресле одежда сложена. Внизу обувь стоит. Старпом подошел к одному из кресел, взял головной убор. Потом увидел на кителе полоску с надписью и рисунком. Решил, что, возможно, она может внести ясность. Взял китель посмотреть надпись. И из него посыпался порошок. От неожиданности он так и присел на корточки.
; Братцы, – говорит старпом, – ведь это прах их сыплется, царство им космическое.
В тот же день Лонг собрал совет.
; Наша планета вне досягаемости связи, – начал свое выступление Командор. Поэтому решение принимать нам. Этот корабль принадлежит чужой цивилизации, но, как показал даже поверхностный осмотр, их уровень гораздо выше нашего. Помочь экипажу мы не можем. И нам остается только, соблюдая традиции космоса, предать погребению останки космоплавателей. Возможно, мы сможем узнать их традиции, но это будет только после расшифровки их бортового журнала и других документов. К большому сожалению, мы не сможем предпроводить корабль на нашу планету, поэтому считаю, необходимо, как можно больше узнать об устройстве корабля, его возможностях. Каждый специалист работает по интересующей его теме. Где-то должна быть записана информация, должен быть бортовой журнал, список членов экипажа. Наш долг узнать, откуда они и, может быть, когда-нибудь нам удастся рассказать их цивилизации о гибели экипажа этого корабля.
Несколько дней работали, сменяя друг друга, группы по восемь астронавтов, обследуя звездолет чужестранцев. Лонг с группой совета находились в кают-компании перед восемью мониторами и наблюдали за их работой. На шлеме скафандра каждого астронавта находилась видеокамера, поэтому члены совета могли постоянно отслеживать действия бригады и в затруднительных моментах давать советы, как поступить в том или ином случае. Инженерам Лонга удалось запустить информационную программу и организовать перезапись, хотя шифр воспроизведения не был найден. Но успокаивали себя, что потом, в спокойной обстановке, все будет найдено. Операторы-шифровальщики нашли схемы корабля, теперь стало легче ориентироваться на чужом звездолете. Как и предполагалось, движущие силы корабля были отключены, и он перемещался в силу инерции, да плюс к этому, по законам галактики, где все находится в постоянном движении.
На одном из совещаний техники взяли на себя смелость заявить, что через пару недель они смогут запустить двигатели и регулировать их работу. Появилась реальная возможность пилотировать чужой корабль на свою планету. Эта весть весьма радовала экипаж. Еще бы, небывалая находка и такая удача. Командование даже составило список экипажа, которому предстояло заняться этим. Но, как говорится, если бы да кабы.
Старший навигатор пригласил командора в свою рубку и доложил.
; У меня создается впечатление, что мы движемся все быстрей и быстрее.
; Это как? Двигатели отключены и на нашем, и на чужом корабле, мы дрейфуем.
; Вот это мне и непонятно. Казалось, скорость должна угасать, а происходит обратное. Пошли вторые сутки с тех пор, как началось ускорение. Нас словно кто-то тянет за собой или в себя.
; Я знаю, что это!
Оба, как по команде, одновременно оглянулись. Перед ними, стоял юнга. В его глазах горели радость и счастье, что сейчас с ним разговаривает сам командор.
; И что это? – с удивлением, глядя на него сверху вниз, спросил Лонг.
; Это – Черная дыра, мой командор. И мы будем первые, кто войдет в ее ворота! – с восторгом заверещал юнга.
; Почему ты здесь?
; Я принес Вам тоник, мой командор.
; Ну-ну, спасибо, – поблагодарил его Лонг.
Навигатор и командор остались одни. Паузу нарушил Лонг.
; А знаешь, устами младенца глаголет истина. Ведь никто не знает подробности этой пресловутой Черной дыры, к тому же старые моряки говорят, что она имеет свойство перемещаться. И я вовсе не разделяю восторга юнги по поводу прохождения ее врат. Хотя любопытство, поверь, разбирает и меня. Еще никто не смог рассказать, что по ту сторону Черной дыры: Космический Ад или Рай. Но, тем не менее, давай проконтролируем и эту ситуацию. Обрати внимание, что малые кометы обгоняют нас, устремляясь, боюсь даже сказать, куда.
; Мало того, – подхватил навигатор, – мы идем не строго вперед. Нас словно закручивает по большой спирали. Чтоб убедиться в этом, необходимо послать замедленный сигнал эхолота на ближайшую планету, и, когда получим его, все станет ясно.
; Замедленный сигнал? Значит, это долго?
; Нет, всего двое суток.
; А если предположить, что мы действительно находимся вблизи Черной дыры, то невольно возникает вопрос, а, сколько суток до нее? Нет, нет, Вы свой сигнал посылайте, и даже немедленно.
; Есть! – ответил навигатор.
; Что показывают Ваши пеленгаторы впереди корабля?
; Ничего. Кроме космического мусора, который стремительно обгоняет нас.
; Если что-нибудь новое, вызывайте.
Лонг вышел. По длинному коридору навстречу ему прошли два программиста, споря о чем-то своем. Поравнявшись с командором, приветствовали по уставу. Лонг кивнул и улыбнулся. Одного из них он знал, это сын его приятеля по космической академии. Перед самым полетом имел такой успех, а может, и глупость, жениться. Ему, согласно уставным предписаниям, предложили отложить свой полет, который предполагался на довольно длинный отрезок, триста лет. На что он сказал: «Достаточно, чтоб определиться в выборе». И отказался от возможности не лететь.
На главном пульте управления полетом его встретил старпом. Доложив обстановку, спросил разрешения удалиться.
; Спать хочется, сил нет, вроде как неделю не спал.
; Ну-ну, отдыхайте.
Лонг прошел вдоль длинного пульта управления, поглядывая на многочисленные приборы. Остановился он около дежурного пеленгатора. Который, положив голову на ладони, ровно дыша и даже чему-то своему, улыбаясь, безмятежно спал. Лонг тронул за плечо офицера, но тот даже не поднял голову. Тогда командор тряхнул покрепче. Голова скатилась с рук, и он начал сползать на пол, после чего, сложив ладошки лодочкой, сунул их под голову, еще раз застенчиво улыбнулся и вновь погрузился в, несомненно, глубокий сон.
; Встать! – резко скомандовал Лонг.
На его команду оглянулся оператор, сидевший к ним спиной у противоположной панели пульта. Удивленный увиденным, он встал и широко раскрытыми глазами уставился на командора.
; Срочно вызвать старшего пеленгатора, заодно вызвать штурмана! – Через минуту дежурный доложил.
; Мой командор, старший пеленгатор спит, у Вас сейчас будет другой. Штурман вышел к Вам.
Через пару минут зашел штурман и доложил о своем прибытии.
; Как самочувствие?
; Вроде ничего, только спать хочется.
; Да что с Вами?! Смотри, – и он указал на лежащего у приборной доски пеленгатора.
– Вызовите дежурный наряд, отнесите его в кубрик.
Спустя пару минут, судя по знакам различия, появился курсант.
; Мой командор, разрешите доложить. Старший пеленгатор на отдыхе после дежурства, пытались разбудить, не смогли. Один пеленгатор находится с экспедицией на корабле инопланетян. Я готов приступить к своим обязанностям.
Лонг смотрел на него и пытался вспомнить его послужной список.
; Вы курсант?
; Так точно.
; На каком курсе?
; На последнем.
; Полностью владеете профессией?
; Да, но назвать себя профи не осмелюсь. Хотя имею положительные отзывы командиров.
; Хорошо, приступайте к своим обязанностям, кстати, как себя чувствуете?
; Нормально, только слегка в сон клонит.
Чертовщина какая-то, – крутилось в голове командора. – Что-то здесь не так.
; Вызвать сюда доктора.
Доктор пришел очень быстро.
; Док, Вы не заметили чего-нибудь необычного?
; Если Вы имеете в виду сонливость, то да, заметил, сам борюсь с этой напастью, хотя вроде до этого выспался.
Командор позвонил в камбуз.
; Пришлите тоник.
; Есть! – ответили ему.
; Что же происходит, Док?
; Не могу понять, анализы воздуха на корабле я уже сделал. Отклонений нет, проверил температурный режим среды, даже у спящих все в норме. У пятерых просмотрел зрачки, расширения зрачка не наблюдается. У троих смерил глазное давление, артериальное. Все в норме.
; Мой командор, Ваш тоник!
; А, сорванец, как настроение?
; Хорошее, петь хочется.
; Так пой!
; Вообще я петь умею, но не могу уловить мотив.
; Какой мотив? – не соблюдая субординацию, вмешался в разговор доктор.
; Красивый, жалобный, как будто нимфы поют, русалки у омута.
; А спать хочешь? – продолжил допрос доктор.
; Хочу, – и тут же поправился, – не очень. У меня через десять часов смена, еще отосплюсь.
; Командор, тут что-то не то. Об анализах я Вам доложил. Но музыка. У меня тоже звучит музыка, юнга очень правильно описал ее. Извините, но Вы слышите музыку?
; Да, но очень невнятно, я это связал с шумом в голове. Думал, от усталости. Годы.
; Музыка клонит в сон. И меня тоже клонит в сон.
; Док, не вздумайте, – сказал Лонг и подошел к пульту, включил сигнал тревоги, потом отдал приказ свернуть работу экспедиции и через двадцать, максимум, тридцать минут всем быть на фрегате.
; Док, ищите выход. И срочно.
; Дежурного офицера ко мне, – скомандовал командор.
; Срочно сделать перекличку всего экипажа корабля. Сделайте список спящих, согласно штатному расписанию. Доложите, как идет эвакуация с корабля-пришельца.
Из восьми включенных мониторов два не подавали признаков жизни. На них не ощущалось передвижений астронавтов. Дежурный оповестил об этом старшего группы. Тот сразу послал туда космоплавателей, которые обнаружили своих товарищей спящими. Попытки их разбудить не увенчались успехом. Подхватив товарищей, все устремились на свой звездолет. Уже по пути между кораблями резко впали в сон еще двое. Но вскоре вся экспедиция прибыла на фрегат.
; Отдать швартовые! – приказал командор.
Дежурный офицер доложил о полном наличии на борту корабля экипажа, но треть его спала как убитые. Другая треть в любую минуту могла свалиться в непредсказуемый сон. Остальные держались, но на вопрос, хотят ли спать, почти все выразили готовность хоть сию минуту и где угодно.
; Включить двигатели и дать задний ход. Вызвать командиров служб на командный пункт.
Через семь минут неполный комсостав выстроился перед командором.
; Друзья, наш звездолет находится в большой опасности, наша команда в странном состоянии. Мы находимся перед раструбом Черной дыры, что это такое, я думаю, Вы знаете. Насколько близко находится этот зев, готовый поглотить нас, мы не знаем и сможем узнать только через двое суток. Но это еще не все. Еще одна беда проникла на наш корабль. Прошу поднять руку, кто в этот момент слышит музыку, не спешите, прислушайтесь.- Практически все офицеры подняли руку вверх. Возможно, это мистика, продолжил свою речь командор, но мы связываем музыку, с непреодолимым желанием спать. Музыка убаюкивает нас. Поэтому самая главная задача на этот момент – не дать уснуть экипажу. Не уснуть самим. Всё, все свободны.
; Мой командор, – раздался звонкий голос юнги.
; Да, сорванец. Ты еще не уснул и принес мне тоник?
; Никак нет! Я принес Вам чашечку крепкого чая.
; Но я, мой дружок, не пью крепкий чай.
; Тогда, мой командор, придется выпить крепкого кофе, это даже вкуснее, – примирительно закончил юнга свою речь и протянул ему чашечку – теперь Вы не уснете, мой командор.
; Ты так уверен? Почему?
; Опыт жизни подсказывает.
; Опыт жизни? – Лонг чуть не поперхнулся густым кофе
; И откуда у тебя такой опыт жизни?
; Из практики сдачи зачетов в училище. Наш боцман говорил, что крепкое желание спать у нас, ленивых оболтусов, может перебить только хороший крепкий кофе.
- Мгы, – хмыкнул Командор.
– В этом что-то есть, ведь кофеин бодрит. Вспомним университетские годы. А что ж он такой черный?
; Сам готовил, мой командор.
; А где кок?
; Он остался один, остальные рухнули в сон.
; Ступай в камбуз и передай мой приказ. Пусть кок приготовит крепкого чая и кофе на всех, кто еще не уснул. – И, вызвав дежурного офицера, велел ему обеспечить доставку этих напитков по всему кораблю.
; Рассматривайте это как боевое задание, такова сейчас у нас ситуация.
Чашечка кофе и вслед за ней чашечка чая действительно взбодрили Лонга. Связавшись с механиком силовых программ, он приказал рассчитать включение всех двигателей по нарастающей с увеличением скорости и запустить эту программу в автопилот с возможностью внешнего вмешательства. Вот уже восемь часов двигатели звездолета работают на полную мощь, а мы не можем потерять из визуального обзора свою находку – звездолет. Создавалось впечатление, что, сделав два шага вперед, на один шаг мы возвращались назад. Нужно развернуть корабль на сто восемьдесят градусов, тогда было бы легче набрать необходимую скорость. Но для этого нужно время. А сколько его в запасе – никто не знал, не знал этого и командор Лонг.
Штурман сквозь слипающиеся веки рассматривал схемы, принятые эхолотом. Не дожидаясь возращения того первого, замедленного сигнала, он послал еще несколько в обычном режиме и теперь на этих не совсем точных проекциях он хотел вычислить возможное расстояние от Черной дыры. А в том, что она существует, он уже не сомневался, о чем сразу сообщил командору. Действительно, как при фотографировании с длительной выдержкой, ночью идущие с включенными фарами автомобили дают на снимках длинные светящиеся полосы, так и на схемах просматривался раструб Черной дыры. Космический вихрь закручивался, всасывая в себя весь мусор космоса, попадающийся ему на пути.
Неужели все? Старый космический волк не боялся смерти. Он знал, что она есть, она его ждет и дождется его. Но сейчас с ним находится экипаж, за который он несет ответственность, как и за этого мальчишку. Он не знал его имени, но ему захотелось его увидеть. Он оглянулся. Действительно, юнга стоял за спиной и пожирал глазами огромный экран, на котором, обгоняя, обтекая благодаря мощному антигравитационному полю фрегата, мчались кометы, огромные глыбы остатков планет, устремляясь в роковую даль.
; Мой командор, мы рвемся вперед, прямо в жерло Черной дыры, – почему-то почти шепотом, но с гордостью за своего бесстрашного командора сказал юнга.
Командор вздрогнул, посмотрел на мальца и подошел к пульту. Сел сам и окликнул юнгу.
; Садись, – сказал он, указывая на кресло второго пилота. Внимание! Всем! Всем! Всем! Принять положение тела согласно команде «старт». Время пошло! Через пару минут командор набрал команду торможения. – Полный стоп! И тут же полный вперед!
Звездолет вздрогнул, как громадное раненое животное, и рванулся вперед, обгоняя все, что попадалось на пути. Мгновенно он обошел «Летучий голландец». Фрегат, как игла, прошивал космический смерч. И хотя сопло Черной дыры со страшной силой тянуло звездолет в свое нутро, командор неуклонно тянул корабль влево, влево, еще левее. «Лишь бы на такой скорости не подвела антигравитация, отбрасывающая перед кораблем космический мусор», – подумал командор. Почти у самого венчика раструба воронки, фрегат, непрерывно вздрагивая всем корпусом от громадных перегрузок, вырвался из ласковых, но холодных объятий смерти.
Впереди был простор. Впереди была Жизнь. Юнга стоял перед командором и платочком промокал ему обильно выступивший пот с лица. Лонг чувствовал, что руки у него тоже влажны и особенно холодны.
; Спасибо, дружок, – как-то по-домашнему сказал командор.
; Ух, здорово, – нараспев прокомментировал поступок командора юнга и с большим огорчением добавил, – мы промахнулись, мой командор.
; Да, братец, на это раз промахнулись, – согласился Лонг, глядя на экран, где жил своей, не до конца понятой, жизнью бесконечный космос. И улыбнулся ему, как лучшему другу.
; Ничего, придет время, не промажем, – подумал он про себя.
На командный пункт зашел помощник командора.
; Извини, старина, что-то я, кажется, разоспался. Как дела, все в порядке?
; Да, кажется, все нормально. Определитесь с направлением в порт приписки.
; Слушаюсь, – сказал старпом и сел на освободившееся место. А командор положил свою руку на плечо юнге и совсем не по уставу, сказал:
; Пойдем дружок, выпьем газированного апельсинового тоника.
; Вот так, или почти так закончилась встреча с «Летучим голландцем». Но я, кажется, отвлеклась и повела свой рассказ не по тому руслу. Вас больше интересуют люди. Ваши земляки. А я ударилась в воспоминания о своем предке, командоре Лонге. Как у Вас говорят, нашла свободные уши.
; Нет-нет, что Вы. Мне было очень интересно. Продолжайте, пожалуйста, время терпит. Прошу Вас.
; Хорошо, я постараюсь исправиться. Через двенадцать часов беспробудного сна командор пришел на командный пункт. Старпом доложил обстановку, местонахождение корабля, который в результате своего беспрецедентного броска оказался в соседней галактике, и теперь до родной планеты вместо семидесяти лет полета понадобится сто девяносто. Сам корабль блестяще выдержал все передряги, перегрузки, нарушений в работе двигателей не наблюдается. Техника работает нормально. В докладе старпома чувствовалась какая-то недоговоренность. И командор это уловил.
; Есть какие-нибудь осложнения? Как экипаж? Ясней и покороче.
; Мой командор, – старпом вытянулся в струнку перед старшим по званию.
; После выхода из ловушки Черной дыры семеро членов экипажа до сих пор не проснулись. Доктор постоянно находится с ними.
; Дайте мне его.
; Ну, Док, рассказывай, что там, или мне пройти к тебе?
; Да нет, зачем, Ваше присутствие больше нужно там, где Вы находитесь.
; Рассказывайте по порядку.
; К моменту выхода из воронки на ногах держалось менее трети экипажа. Видно, сказалось их нервное напряжение. Потому что, как только корабль вырвался на свободу, и был дан отбой боевой тревоги, они, отстоявшие эту вахту, иначе не скажешь, рухнули в сон. Но зато те, которые уснули до этого, начали просыпаться. После десяти часов сна члены отстоявшей вахты стали просыпаться, и на данный момент только семеро находятся в глубоком сне. Хочется надеяться, что и они, выспавшись, очнутся, хотя четверо из них вызывают большие опасения. Не прощупывается пульс.
; Что это может быть?
; Прежде всего, перенапряжение. Ведь они держались до последнего.
; Вы сейчас что-нибудь делаете для их спасения?
; Все, что в моих силах, плюс невозможное. Троих уложили в камеры жизнеобеспечения.
; Почему не всех четверых?
; Командор, потом, ладно, потом, не до этого.
Командор видно понял состояние дока, своего старого товарища, спутника не по одному полету.
; Хорошо, док, продолжайте бороться и держите меня в курсе дел.
Лонг сел за пульт управления. Глаза привычно пробежали по многочисленным приборам.
; Пригласите навигатора, – отдал он распоряжение дежурному офицеру. С навигатором им уже приходилось хватить горькой космической доли, но это все было давно и почти забыто.
; Ну, что у тебя нового? – встретил он вопросом вошедшего.
; Да, к счастью, новое уже в прошлом. Такого кошмара мне не доводилось переживать. Какой звездолетчик не мечтает встретить нечто такое, что и присниться не может. Но здесь явный перебор. Теперь, командор, я верю в чудо. По всем расчетам мы должны были оказаться в воронке.
; Но, как видишь…
; Вижу, поэтому и говорю, – чудо.
- Но за это чудо космос хочет взять с нас свою дань.
; Да я в курсе, хочется надеяться на силу и мужество астронавтов.
; Хвала героям!
; Хвала!
; Что показывают твои карты, что нам нагадаешь?
; Ну конечно, дорогу домой. Безусловно, многое зависит от обстоятельств, но если удача к нам будет благосклонна, и мы не будем отклоняться от намеченного курса, при этих скоростях лет через сто восемьдесят будем в гавани.
; Все это так, но космос есть космос, – осторожно поправил навигатора командор. – Через пять часов встретимся на командирском совете, там и продолжим разговор.
Командирский совет при единоначалии на военных кораблях – явление весьма редкое.
; Ну вот, Алексей, меня снова заносит. Забегу вперед и сразу скажу, что на сто восемьдесят втором году после встречи с Черной дырой звездолет Лонга прибыл на планету назначения. За время пути шифровальщики проделали большую работу. Было раскрыто много документов, видеоматериалов, расшифрованы навигационные карты. Поэтому кое-что я могу рассказать о людях, летевших на звездолете, который был поглощен Черной дырой. Планета их обитания, находится в другой мегагалактике, и для того, чтобы от нашей планеты, добраться к ним, при тех технических возможностях кораблей, нам бы понадобилось бы, прожить на корабле два, а то и три поколения. Даже сейчас, когда скорость наших звездолетов существенно увеличилась, Ученый совет планеты считает нецелесообразной отправку туда экспедиции.
Уровень развития жителей той планеты, если условно принять нашу градацию, на три-четыре порядка выше нашего. В физиологическом плане, вы совершенно одинаковы. То же построение тела, хотя некоторые изменения за счет развития цивилизации они претерпели. В основном – это желудок. Если он первоначально был рассчитан на прием грубой пищи, то с развитием постепенно перешли на прием полуфабрикатов. Дальше – переход на клеточное питание. Конечно, на это понадобились тысячелетия. В то время, когда мы их встретили, им было достаточно принять пару таблеток, расчетных единиц калорий. Естественно, для этого не нужно иметь большой желудок. За счет его уменьшения получили свое развитие сердце, печень, почки. И, как вполне естественный процесс, – увеличение объема и веса мозга. Сразу хочу отметить, Ваша ирония, Алексей, по поводу вживленных микросхем не находит поддержки у них. Они тоже применили этот метод, может, несколько иначе, но, тем не менее, как мы видим, он оправдывает себя. Но это я так, к слову. Живут Ваши физиологические близнецы подольше Вашего, до трехсот лет, хотя есть примеры полноценной жизни и до пятисот. Но эта возможность появилась у них за счет возможности развития медицины как науки. И, прежде всего, ликвидации вирусов, которых у Вас на планете великое множество. Отсюда такое множество, до трех тысяч, болезней, которые никак не удлиняют Вашу жизнь, а наоборот. Преодолели они всевозможные пороки, которыми Вы до сих пор самозабвенно наслаждаетесь. Их мышление стало чище, а значит, в своих помыслах и поступках они ближе к Богу.
Наши аналитики прослеживали их навигационный путь и пришли к выводу, что полет за тридевять земель носил не случайный характер. Скорее всего, они искали нового для себя пристанища. Их планета старше Вашей, и, не дожидаясь охлаждения до критической точки, они заранее начали свои поиски .
; Может, есть вопросы? Спрашивайте, по возможности постараюсь ответить.
; Вопросы? Какие вопросы у создания, которые живут так мало. Конечно, приятно, что где-то там, далеко, глубоко в необъятных просторах Вселенной живут такие же люди, как и мы. Влюбляются, рождаются, творят, мечтают, ищут, дай Бог, находят. Что я могу сказать? Жизнь прекрасно-скверная штука
- Странная фраза?
; Да, фраза построена на противоположности понятия. Знаете, Синь, мне кажется, что в истории Вашего прадеда не поставлена точка. О нем еще можно и есть что рассказать.
; Да, Алексей, он внес славную лепту в развитие навигации космических просторов. Кстати, если Вы пожелаете, то я могу продолжить свое повествование.
Гибель членов экипажа при невыясненных обстоятельствах. И хотя адмиралтейство не предъявило Лонгу прямые упреки, но пятно неудачи легло на его безупречную репутацию командора.
До сих пор учеными нашей планеты изучают феномен музыкального сопровождения непреодолимого желания спать. Выдвигались десятки самых различных гипотез, но проверить их можно, только вновь оказавшись в подобных условиях.
Не однажды, коротая свободные вечера, Лонг, с юнгой которого он по прибытии усыновил, вспоминали подробности встречи с чужим звездолетом.
; Уважаемый дружек, – говорил Лонг, – еще никто не знает природу Черной дыры. Очень многие ученые спорят об этом явлении, но никто еще не мог доказать свою точку зрения как абсолютную истину.
; Командор, – отвечал ему юнга, – я клянусь, что узнаю правду о Черной дыре. Даже если мне придется пройти через её врата.
; Нет, это невозможно. Нет, пройти, верней, войти в её жерло, её воронку – допускаю, но выйти? Куда все исчезает? Во что превращается все входящее в неё? Об этом никто не знает. И даже те, кто войдет в неё, вряд ли смогут рассказать другим, что увидели, что познали.
; Возможно, ты прав командор. И виной тому, верней причиной, будет та музыка, которая так сладостно и приятно звучала на подлете к раструбу.
; А ты мог бы сейчас напеть мотив?
; Нет, командор. Еще тогда, в полете, я попросил своего приятеля, курсанта из машинного отделения, записать музыку нотами. Родители его с детства готовили для оперной карьеры, но он распорядился своей судьбой по-своему и ушел в космос. Но знания остались при нем. Так вот, ему так и не удалось, вроде как нотных знаков не хватало.
; Но ведь музыка, была не хаотичным нагромождением звуков, не какофония. Она очень мелодична, последовательна в своих переходах.
; Хорошо, давай прислушаемся к вою ветра. В его завывании есть музыкальный ряд?
; Есть монотонность. Но она хаотична, есть порывы ветра, но они неожиданны, не укладываются в рамки музыкального ряда.
; Вывод один – музыку, которую мы слышали у Черной дыры, написал разум. Зачем? Для кого? Бездушным кометам она безразлична, значит, она написана для разумных существ, которые могут ее услышать, оценить, покориться ей. Для чего? Чтобы уснуть и не ведать, что произойдет с ними дальше. Вот уж действительно пенье русалок у водоема.
Так коротали вечера старый космический волк и будущий штурман космического флота. Разговор неизменно крутился вокруг Черной дыры. Они пытались обосновать появление Черной дыры в соседней галактике. Еще пять столетий тому назад проходили звездолеты по этому маршруту, и ничего и похожего на Черную дыру не было. Как она там появилась? Дрейфуя по космосу, возникла сама? Вопросов много. Есть ли в это время где-то еще такая же, подобная Черная дыра? И сколько их вообще? Какова их природа? Какова причина их возникновения? Какую массу может проглотить Черная дыра? А может, в этом и есть суть существования Черной дыры? И она служит специально для сбора космического мусора? Обломков планет, всего, что засоряет Вселенную? Может, в ее воронке установлены жернова, которые перемалывают все, что, поглощается, и тем самым готовит исходный материал для создания новых миров, для нового взрыва, возникновения новых галактик? Как влияют магнитные поля планет на её путь, магнитные бури – на порождение Черной дыры? Да, много непонятного, загадочного таит в себе бесконечный космос.
Майский день заканчивался, все ярче разгоралась иллюминация города, да и назойливая реклама начинала светиться всеми цветами радуги. Алексей, как и в прошлый раз, проводил Синь до остановки и, все в том же ларьке взяв пива, поехал домой. Дома тихо, уютно. Жена, видно, на репетиции, сын задержался на работе. Единственная живая душа в лице пушистого кота Максика, развалившегося посередине зала, не нарушала тишины и спокойствия.
Ну, вот и ладненько, – решил Алексей, включая компьютер. Исписанная стопка бумаги лежала на столе. Медленно и неуклонно меняла свое местонахождение. После того как Алексей набивал текст, лист опускался на пол, рядом со стулом. На столе вечно не хватало места. Книги, блокноты, всякая мелочевка, ненужная, по мнению супруги, ерунда. Все это, конечно, создавало хаос на столе. Но Алексей всегда ругался, когда Надежда пыталась навести у него порядок.
; Не лезь, не трогай, здесь все лежит по порядку. После тебя я найти ничего не могу. Мой творческий беспорядок в полном порядке. Отстань.
; Вот у тебя и в голове, наверное, такой же ералаш, – продолжала атаку на Алексея Надежда. Даже когда он выдворял ее из своей комнаты, она продолжала свое незлое ворчание на кухне.
Вскоре пришел кот и развалился на брошенных листах. «Наверное, в прошлой жизни наш кот был профессором», – в таких случаях говорила Надежда, глядя на то, как Максик вальяжно разваливался на рукописях. Вообще, это была его коронка. Он и у сына в комнате вел себя подобным образом. Завалится на письменный стол или журнальный столик, тоже, как и у отца, вечно заваленный бумагами, журналами, деталями от компьютера. При этом у кота была своя методика. Вначале он скромно присаживался, вроде даже стесняясь, на уголок, глядя на хозяина своими большими не моргающими желтыми, как у филина, глазами и безропотно выслушивая замечания в свой адрес.
; Ну, что приперся, квартиры мало, здесь, что медом мазано?
Он выслушивал тираду, и мужественно вытерпев все упреки и нравоучения до конца, начинал укладываться. Четырехлетний кот-красавец, самец, пользующийся успехом даже в соседних переулках. Его рваное левое ухо – свидетель жестоких противостояний с другими котами. Да, наш Максик – любимец публики и заслуживал к себе такого отношения, хотя бы за лечебно-профилактические сеансы, которые он периодически проводил с Надеждой. Этакая махина, весом в пять килограммов, в прыжке с пола вдруг обрушивалась на отдыхающею Надежду, просматривающую все подряд программы по телевизору. Раздавался испуганный крик от неожиданности прыжка, от тяжести кота. Потом он долго устраивался на плече или груди, и начинался сеанс с музыкальным мурлыканием. Вот за этот момент, ему прощалось многое. Так что это был настоящий кот, и за четыре года жизни в нашей семье он отвоевал свое место под солнцем в нашей квартире, наше любовное и снисходительное к себе отношение.
; А, пришел соавтор, ну не мешай, – напутствовал Алексей кота, который по привычке смирненько устраивался на разбросанных листочках.
Выполняя заказ Маковецкого, редактора солидного журнала, три тысячи строк про инопланетян, Алексей как бы еще раз переживал увиденное, переосмысливал. Вообще, последнее время он жил двойной жизнью. Вроде на Земле, и в то же время в космосе. Несколько раз приходила мысль о раздвоении личности, а это уже попахивало шизом.
Маковецкий, организовав прорыв рукописи в издательстве, уже умудрился позвонить и восторженно ему накричать.
; Старина, радуйся. Я нашел тебе режиссера.
; А зачем он мне нужен?
; Да фильм фантастический он хочет снять по твоему сценарию.
; По какому такому сценарию?
; Ну, как по какому, у тебя, их что, мешок и маленькая тележка? Про твоих нудистов, колобка, кентавра.
; Подожди, а кто режиссер?
; Облупа.
; Слушай, Виктор, знаешь, что он из моего сюжета сделает?
; Что, что? Фильм!
; Да! Только фильм ужасов.
; А что тебя не устраивает? Кино, оно и есть кино.
; Кино может быть разное. Мое кино должно нести добро, разум, размышления о месте человека в жизни. А большому счету его место во вселенной.
; Слушай, Алексей, такое впечатление, что за тобой целыми днями гоняются продюсеры, гениальные режиссеры с миллионными проектами. Короче. «Да» или «Нет»? Ты кстати, когда улетаешь? – как о деле решенном спросил Виктор.
; Не знаю, ничего не знаю.
; Как же я без тебя буду? Вот же угораздило! Ну, пока, завтра позвоню.
Но завтра он не позвонил, не позвонил он и послезавтра.
; Может быть, что-нибудь случилось, – подумал Алексей и потянулся к телефону. Но вздрогнул от неожиданности и отдернул руку. Телефон трещал как оглашенный.
; Алексей, это ты? Вот хорошо, у Вас поезд на Москву в десять вечера, сейчас семь, успеешь. Утром на вокзале встречу, в десять на съемочной площадке. Твоя консультация нужна.
; Что, этот гений сам справиться не может?
; Он перепродал сценарий Виктосу, так что приезжай, в накладе не будешь, – и, не дождавшись ответа Алексея, бросил трубку.
Алексей посмотрел в угол, где от командировки до командировки дремал его баул. Написал коротенькую записку: «Надежда, я уехал к Маковецкому, вернусь через пару дней. Целую крепко». Подумал секунду и дописал: «Буду скучать. Твой Алексей».
Билет оказался только в плацкартный вагон, и то на верхнюю полку. Алексей забросил баул под нижнее сидение, заплечную сумку положил на верхнею полкуи вышел на перрон покурить. Май вошел в силу, цвела вишня, яблоня. В воздухе стоял изумительный аромат цветения. Небо достаточно потемнело, на его бархатном полотне горели многочисленные звезды галактик.
Неужели неделя-другая, месяц – и он будет мчаться среди этого мрака космоса, поглядывая в иллюминатор на мелькающие планеты, вот как сейчас из окна вагона он смотрит на огни микрорайонов своего города?
Тележники устанавливали операторское кресло. У них что-то не получалось. Нещадно матерясь, друг на друга в силу своего воспитания, они, облепленные сквернословием, мешая, друг другу, проявляли великое старание в присутствии своего мастера. Молоденькие помрежки бегали от вагончика к вагончику с бланками на подпись. Под желтым зонтом режиссера валялся шезлонг и пустые бутылки из-под пива и горячительных напитков. Видно, съемка шла ударным темпом. Все бестолково занятые, суетились по съемочной площадке. Под навесом стоял монитор, группа творческих работников просматривала отснятый накануне материал. Стоял хохот, раздавались соленые шутки, реплики. Алексей и Виктор подошли поближе. Просматривалась сценка рыбной ловли нудистами, верней, фрагменты соития двух нудистов, описанные Алексеем.
Так и есть. Если не фильм ужаса, то откровенная порнуха, так бы и долбанул по экрану пустой бутылкой, которая услужливо подкатилась под ноги.
; Ну что засмотрелись, – его дернул за рукав мужчина, тоже, как и его нудисты, с утра не расчесанный, а может, это был его имидж, как сегодня многие оправдывают любую небрежность в своем виде.
; Захватывает? – переспросил он.
– Нет. Вы знаете, нет! – еще жестче ответил Алексей.
; Нет? Почему?
; Потому что это случка двух животных, а не жар двух тел, которые, может еще не понимают, что такое любовь, но уже с нежностью и страстью отдают свои тела друг другу. Вы поймите, что это дети природы, они еще наивны и чисты. Они многое еще не умеют. Но то, что они умеют – делают с любовью и нежностью.
; Поняла, дура?! Для тебя говорят, – сказал режиссер смазливой, с довольно симпатичной мордашкой девушке, как понял Алексей, главной героине отснятого эпизода. – Придется переснимать!
; А я, а я с удовольствием! – заверещала актриса, хлопая длинными ресницами, поедая глазами Алексея, стараясь изо всех сил понравиться ему.
; Дура из дур, – почему-то печально подумал Алексей.
; Прошу, пройдем ко мне, – режиссер подхватил его под руку, увлекая к отдельно стоящему вагончику. По ходу к ним подбежала горничная с подносом, на котором стояли рюмки с водкой и на салфетках лежали кусочки хлеба с паштетом.
; Пригубим? – спросил режиссер.
; Нет, нет, не хочу.
Они вошли в помещение. Уличный бардак, словно прибоем, занесло и сюда. Валялись окурки, пустые бутылки.
; Не будем мелочиться, – схватив два первых попавшихся стакана, режиссер начал наливать в них посольскую водку.
; Мне не наливайте, я лучше пива, – сказал Алексей, понимая, что отказаться совсем – значит выглядеть белой вороной в этой стае. Но и брать стакан в свои руки он тоже побрезговал – сказался мамин микроскоп. А пиво можно из горлышка.
; Давайте знакомиться. Мне понравилась Ваша повесть. Сценарий написан, делаем пробные съемки.
; Можно увидеть сценарий?
; Конечно, вот он, – режиссер бегло оглядел комнату, потом безошибочно сунул руку под кровать и извлек скрепленные скрепкой машинописные листы. Алексей присел на табурет.
; Вы понимаете, объять необъятное невозможно, и так многое, особенно космические сцены, придется делать на компьютере.
; Да-да, конечно, – Алексей просматривал, какие узловые моменты взяты за основу, ему очень хотелось встать, плюнуть и уйти. Но тщеславие, не чуждое и ему, не позволяло наступить себе на горло. Кем и когда будет замечен его рассказы? Кто возьмется экранизировать его белиберду, хотя белиберда – это весьма грубо сказано.
; Ну, Ваше слово, маэстро!
; Понимаете, уже в названии заложен громадный смысл. Планета любви, планета нудистов или иная. Вот где заложен корень, который Вы как режиссер должны извлечь, огранить, рассказать и показать. Это не фильм ужасов и не порнуха. Хотя страшного в освоение космоса много. Фильм о планете любви – это гимн самой любви, разуму человека, это взгляд в будущее, и очень далекое. Алексей не успел закончить, в вагончик ввалился Маковецкий с висящей на нем юной актрисой. Все случилось по обыкновению: там, где Виктор – шум, гам и тарарам. Начиналась общая бестолковщина. Вагончик набился специалистами, неспециалистов на съемочной площадке не могло быть. Смешалось все: осветители, помрежи, важные собой «киноимператоры», гримеры. Алексея уговаривали выпить, уточняли совершенно не нужные, не относящиеся к делу детали. Короче, когда он вырвался на свежий воздух и вытащил Виктора из объятий помрежек, день шел на убыль.
; Ну что я тебе говорил, – уже в который раз пьяно повторял Виктор. – Славные ребята. Три, понимаешь, три месяца, как в Голливуде, и фильм готов. Времена кинолент «Прощайте, голуби» прошли. Сейчас, Алексей, новая эпоха.
Разговаривать с Виктором, тем более спорить, было бесполезно. Алексей с трудом довез, довёл его до дома, сдал Людмиле и поехал на вокзал.
Дома Алексей застал Надежду за компьютером.
; Сижу, читаю о твоих инопланетянах. И верю, и боюсь.
; Чего боишься?
; Не знаю чего, но боюсь. Алексей, ты действительно хочешь лететь с Синь?
; Не с Синь, а с цивилизацией, которая предлагает нам увидеть будущие человечества.
; Кому это Вам, кто Вы есть? Вы избраны народом, нашим правительством? Вы летите как представители нашей планеты Земля. Вы уполномочены ООН? – Надежда всплеснула ладошками и опустила свои пухленькие кулачки на коленки, – ну почему ты, – и словно в ее руках находился поднос, протянула руки в его направлении, – почему выбор выпал именно на тебя? Чем ты лучше других?
; А чем я хуже других? – не выдержав тона Надежды, воскликнул Алексей.
; Алексей, – она встала из-за компьютера и подошла к мужу, – ты понимаешь, что я тебя люблю! Ты у меня один на всю нашу планету. Один! Да на всю Вселенную! О, Господи! – воскликнула она.
Алексей обнял ее и прижал к груди.
; Ах, Надюша, разве в моем разговоре не звучит постоянное приглашение отправиться вместе?
; Звучит, Алексей, звучит. Но я такая земная, такая домашняя. Какой космос? Ты мой космос, Вселенная и любовь.
; Пойдем, у меня пиво столичное, сыр томленый.
; Пошли, – глубоко вздохнув, согласилась Надежда.
Алексей ей рассказывал о поездке, высказывая свое возмущение сценарием фильма. Но сделать что-нибудь не в его силах. Нет такой возможности. В то же время, если в фильме будет отражено пагубное влияние наркотиков, страсть к наживе на примере той погибшей цивилизации, то уже неплохо. Вообще я дал свое согласие, будь что будет. Через три месяца увидим.
; Значит, раньше трех месяцев, – тихо, с затаенной надеждой, что расставание хоть немного, хоть чуть-чуть отодвигается – ты не уедешь
; Знаешь, Надежда, мы не касались сроков отлета. Когда, что и как. Давай отложим этот разговор.
; Хорошо. – Согласилась Надежда.
Раздался телефонный звонок. Алексей, оказавшийся ближе к нему, поднял трубку.
; Да, слушаю.
; Алексей, здравствуйте. Оказались в Вашем районе, хотим нанести визит, познакомиться с Вашей супругой.
Несколько секунд он был в замешательстве, но быстро нашелся. – Да, Синь, о чем разговор. Мы Вас ждем. Дом, номер квартиры знаете.
; Да, конечно.
; У нас гости, – заявил Алексей Надежде.
; Да, я слышала, – несколько обескуражено ответила Надежда и добавила, – а что, ее у нас не было?
; Где у нас?
; Дома, у нас.
; У тебя крыша не капает? Ты устрой еще сцену ревности.
Два коротких резких звонка прервали их разговор. Оба невольно вздрогнули и поспешно пошли в прихожую.
Алексей отворил двери.
Со строгим, но красивым букетом под стать себе стояла Синь, но не одна.
; Прошу! – сделав широкий жест рукой, пригласил Алексей.
Синь вручила свой букет Надежде, второй букет она получила от спутника Синь. Алексей представил свою супругу гостям, Синь в свою очередь своего спутника. Он оказался археологом. Артем, как его звали, в Липецк приехал в командировку в областной краеведческий музей.
Надежда хотела извиниться, сославшись на то, что ей, как хозяйке, необходимо похлопотать на кухне. Синь сразу поддержала ее и напросилась в помощницы. Алексей и Артем остались вдвоем.
; Покурим, – предложил Алексей.
; Я не курю, – отклонил предложение Артем.
Разговор явно не клеился. Но спас ситуацию небольшой токарный станок по дереву, стоящий в лоджии.
; Ваши изделия? – спросил Алексея гость, показывая на поделки.
; Да, мои. Вы знаете, какое удовольствие доставляет работа с деревом. Ведь это живая субстанция. Когда начинаешь работать с заготовкой, то порой даже не знаешь, что получится. Само дерево, его фактура подсказывает форму изделия. Порою приходишь с работы злой, недовольный всем и вся, а станешь за станок, начнешь работать, запах дерева, горячая стружка, изумительная текстура дерева снимает напряжение, успокаивает.
Только Алексей оседлал любимого конька, он и правду любил работать с деревом, как зашла Надежда. Извинившись перед Артемом, сказала:
; На пару минут.
; Алексей, у нас хоть шаром покати.
; В холодильнике коньяк.
; Початая бутылка, что я ее, на стол поставлю? Давай, звони своему «алкашу», пускай пришлет корзину снеди.
Алкаш – это приятель Алексея, директор супермаркета в их районе.
; Старина, – затараторил Алексей по мобильнику, который довольно шустро нашел приятеля, – у меня гости, ты сообрази на четыре персоны выпить, закусить, десерт, чтоб сразу на стол, хорошо?
; Хорошо, будет сделано. Когда зайдешь доиграть партию?
; На неделе обязательно.
Партию в шахматы, про которую говорил Вячеслав, они начали играть на прошедшей недели, но не доиграли. В магазин явилась толпа халявщиков в лице сан - пожаринспекции, и налоговиков.
; Извини, – сказал хозяин магазина, – пойду им лыжи смазывать. А это минимум полтора часа, – Вячеслав крепко выругался, хотя и знал, что Алексей не любил мата. – Нет, взять бы сразу по конверту и идти дальше своей дорогой, нет, будут кота за хвост тянуть, гимназистки невинные.
Отношения между Вячеславом и Алексеем строились на товарищеских, независимых отношениях, но всегда, когда была необходимость, помогали друг другу. Алексей не успел отключиться, как в зале появилась Синь.
; Артем, – позвала она своего спутника. – У нас, кажется, есть что-то с собой.
; Конечно, – радушно сказал он и принес из прихожей кейс, из которого извлек плитку шоколада, коньяк, вино, пару киви, и, по-видимому, мясные полуфабрикаты в пакетах. Женщины подхватили их и удалились на кухню.
Еще несколько минут ушло на то, чтобы накрыть стол. Тут как раз подоспела корзинка из магазина. Так что, стол принял внушительные, если не угрожающие, размеры по количеству спиртного на душу населения.
; Ну что, будем знакомиться, – по праву хозяина, а значит, тамады провозгласил Алексей первый тост.
Первые десять минут ушли на притирание друг к другу, но это обычное явление в новой команде. Вскоре Артем увлечено начал рассказывать об археологии.
; Все так же ведутся раскопки и складываются черепки?
; Да нет, не скажите. Археология, да и история выходит на новый виток своего развития. Вы, конечно, знаете, такое выражение как «стены имеют уши»?
; Ну да, конечно.
; О чем это выражение?
; О том, что могут подслушать, о чем говорят заговорщики.
; Да, примерно правильно. Но стены не только имеют уши, но и глаза, и что уж совсем невероятно, они имеют память. Все это в полном наборе имеют не только стены, но и вещи, предметы обихода. Надо только правильно расшифровать эту память.
; Ну, это уже из области фантастики.
; Почему из области фантастики, это очень даже доказуемо. Вот смотрите, – Артем достал точно такую же коробочку, которой постоянно пользовалась Синь, чем окончательно убедила Алексея, что он, Артем, со звездолета. Он установил коробочку параллельно одной из стен, на другой, обращенной к нему, появился экран, на котором побежали зигзагообразные линии слева на право. – Вот, Ваши стены рассказывают, что неделю тому назад у вас в гостях была дочь со своей семьей. Они были у Вас не долго, и разговор шел о ее поездке на курорты Турции. Надежда невольно переглянулась с Алексеем.
; Да, все так и было, Вот уж действительно, стены имеют уши.
; Не только, – на экране его наладонника появилось изображение. Празднично накрытый стол. Вся семья, кроме сына Сергея, который в это время рассекал велотуром по полям и горам Крыма.
Рядом с Александрой их дочерью сидела внучка, если конечно так можно сказать, сидела. Ну, а если и сидела, то на тысяче иголок. Постоянно вскакивала, размахивала руками, пила чай, разворачивала конфеты, задавала вопросы, тут же на них отвечала, гладила кота Максика, при этом старалась дернуть его за пышный хвост. Все это делалось одновременно до тех пор, пока она не опрокинула чашку с чаем на свое красивое платьице, после чего была уведена под обильные слезы в ванную.
; Да, удивительно, и когда это снято? – спросила Надежда.
; Это не было снято, просто это отложилось в памяти стены, картины, которая висит на стене. Ведь всё, включая и нас с Вами, состоит из молекул, атомов. В каждой такой молекуле записана информация о Вселенной и идет постоянная запись того, что происходит с ней, вокруг нее. Ведь Вам уже знакомо понятие «память металла», «память воды»? Особенно интенсивно происходит запись, когда события разворачиваются бурно, шумно, ярко.
; Как это происходит?
; Что, запись информации? Это на молекулярном уровне. Специалисты могут рассказать подробней, но не уверен, что Вам станет ясней. Для нас самое главное – уметь прочитать эту память.
Вы можете представить, какой слой памяти, наложен на древних стенах Кремля. Взяв определенный участок этих стен, можно «считать», что происходило около них. Ведь у этих стен могли встречаться влюбленные, мог пастись скот, могли происходить баталии. Вся трудность как раз в том, чтобы выделить нужное, важное. Сейчас есть возможность раскрыть великие тайны.
; И преступления! – вмешался в разговор Алексей.
; Да, и преступники. Ведь люди, сговариваясь о чем-либо, не подозревали, что стены имеют уши в прямом смысле, тем более – глаза. А сегодня получается, что мы, живущие через сотню и сотню лет после них, становимся свидетелями их подвига или подлости.
; Да, интересно, – сказала Надежда.
; Вот смотрите, это Ваша поделка? – и Артем указал на подсвечник из дуба с тремя парусниками у основания.
; Да моя.
; Когда она была сделана?
; Лет восемь-десять тому назад. В честь тридцатилетия нашей свадьбы. Но парусники делал не я.
; Стоп, стоп, – прервал его Артем. – У нас есть возможность самим узнать это. Он подошел, взял подсвечник и поставил его на край стола. Направил одну из сторон наладонника на подсвечник, и на экране возникла комната со стеллажом, заставленным книгами, на потолке висела люстра.
; Это наша прежняя квартира, – сразу узнала Надежда.
; Хорошо, пойдем дальше. Он провел ладонью над экраном, и на нем сразу возник лес. Комната наполнилась шумом листвы, скрипом стволов деревьев. – Глубоко нырнули, сейчас поправим, – он вновь провел рукой над коробочкой. – Да, это я делаю заготовку, – сказал Алексей, видя свое лицо, склоненное над станком. Иногда прямо в глаза летела стружка. Потом возникло лицо Валерия Мигунова. Он резал из цельного бруска березы парусник. Большой мастер поделок, он ухитрялся вырезать и мачту, и парус, и сам корпус ладьи из одного куска березы. Потом парусник крепился на небольшой постаментик, и получалась шахматная фигурка. Изумительные кони с пышными, кудрявыми хвостами. Короли и королевы в мантиях, с узнаваемыми лицами в миниатюре – дело рук старого друга детства, о котором Алексей не имеет уже вестей более десяти лет.
Да с того времени, когда три крупных политических деятелей Советской страны в корыстных целях, дабы возвеличить себя, прийти к власти путем тайного сговора, развалили одну из самых огромных и сильных империй современного мира. Страна, которая собиралась по крохам веками силой и волей многих поколений, была развалена в одночасье.
Тайно уединившись в Беловежской пуще, заговорщики распорядились судьбой миллионов людей, трижды предав: своих товарищей по партии, единоверцев и многие другие народы, свято верившие в единство нерушимого Союза. Миллионы людей оказались сорваны с насиженных мест, где жили, любили, работали на благо и славу единой родины. Все эти люди вмиг оказались изгоями и заложниками амбиций нечистоплотных правителей. Миллионы судеб были искорежены, люди втянуты в межнациональные войны. Вот так в результате политической перестройки, которая общем-то была нужна, но не такая, трое политических подлецов оказались князьками, пусть ущербных, но собственных уездов. Вот тогда и потерялись они с другом детства, Жив ли сейчас Валерий?
; Так или примерно вот так, – вклинился в неожиданно пришедшие раздумья Алексея Артем, – изучается археология и история стран. Сопоставление фактов, сбор информации по пластам времени, она достоверна и не подлежит искажению.
; Значит, если эту коробочку направить на пирамиду, то можно увидеть фараонов и весь строй древнего Египта? – спросила Надежда.
; Да можно, – сказал Синь, – но зачем Вам древний Египет, когда история России не менее интересна и драматична. Сейчас я вплотную занята Россией. Вчерашней, сегодняшней и завтрашней. Вскоре мне на Ученом совете предстоит делать доклад, основываясь на новой методике. В докладе будут вскрыты многие тайны далекого прошлого и вчерашнего дня.
; Вот бы получить подстрочник этого доклада! – невольно воскликнул Алексей.
; Россия – великая держава, – продолжила свою мысль Синь. – Ей предстоит сказать свое главное слово в истории мира. Вокруг неё и благодаря её произойдет объединение многих стран, континентов. Её духовная сущность безгранична.
; Тогда мне совершенно непонятна, Ваша поездка в Бразилию. Если Вы настолько плотно заняты Россией, то, причем здесь Южная Америка?
; Все очень просто, – улыбнулась Синь. – И поездка в Бразилию вплотную связана с Россией. Необходимо было найти икону, писанную в конце двенадцатого века. Эта икона представляет для нас большую ценность. Более чем за пятьсот лет она стала очень сильно намоленной, потом объясните это слово. Мы пришли к выводу, что на ней отложился огромный пласт ценной информации, которая, должна связать между собой некоторые разорванные события в истории развития России. Вы сами-то верующий?
; Верующий? – почему-то вопросом на вопрос откликнулся Алексей, скорей всего от неожиданного поворота разговора. – Да, верующий, и принял крещение совершенно осознанно недавно, в сорок восемь лет.
; Так поздно? – спросила Синь. – На Руси крестят с младенчества.
; Да, это так, но я родился в смутное время. Хотя, когда Россия не в смуте?! Во время моего рождения и раннего детства мой отец был вторым человеком на крупном предприятии, и если бы партийные органы вдруг прознали бы о таком поступке, как крещение ребенка, то не миновать ему большой беды. Хотя, кому на роду написано испить горькую чашу, тому ее не миновать. А понятие «намолена» – так говорят об иконе, которая не была заперта в сундуке подальше от чужих глаз, а служила людям. К ней приходили помолиться порой за сотни километров. Поделиться своей радостью, чаще – горем, попросить совета. Есть много очевидцев, что именно такие намоленные иконы творили чудеса, помогали людям.
; Благодарю, Вы подтвердили мои догадки. И если Вам интересно, могу продолжить свой рассказ. – Все, включая Артема, дружно закивали головами. – На упоминания об этой иконе я натыкалась в своих исследованиях несколько раз. Создавалось впечатление, что она несет в себе ценнейшую информацию. Но как найти ее? На территории России ее не оказалось. Начались поиски. Выяснилось, что во время вашей самой кровавой, пожалуй, даже в мире, революции, которую организовал главарь Ленин. Икону вывезли за пределы страны.
- Псевдоним Владимира Ульянова, большевистский псевдоним, – не удержался и поправил Синь Алексей.
; Ой, извините, для меня такие нюансы русского языка мне пока еще недоступны.
; Нет-нет, ничего. Возможно, Вы даже правы. По тому, как вели себя большевики, у них действительно был главарь по кличке Ленин. Потом его сменил другой. Извините, продолжайте.
; Так вот, во время длительных погромов икона Святой Богородицы, уже к этому времени обрамленная в золотой оклад, была похищена из храмов Кремля. Можно написать очень драматичную историю ее пути. Золотой оклад был давно с нее сорван и пропит вершителями истории. Сама же доска была бы сожжена вместе с другими иконами и церковной утварью, уже сваленной в подготовленный костер. Если бы в этот день белогвардейский эскадрон, где был и мелкопоместный дворянин капитан Полухин, не освободил от красных небольшой городишко на Кубани. Вот там, на площади, он и выбрал себе, как оказалось, спасительницу и покровительницу на всю жизнь. Спасла она его от пуль и сабель единоверцев и соплеменников. Успел он и на последний пароход, уходящий во Францию. Перекрестился, попросил прощения, что не уберег царя и Отечество от супостатов. И всего-то у него было: шашка, в боях тупленная, наган без патронов, да икона за отворотом шинели. И не знал тогда Петр Полухин, что у сердца его не просто икона, а охранная грамота. Вначале помыкала его жизнь белоэмигрантская – Франция, Испания, Португалия, где встретил он свою соотечественницу – княгиню Софью Павловну Ардатьеву. Собиралась она к брату в Бразилию. Махнул вместе с ней отчаянный Петр через океан Атлантический. И стала Бразилия родиной для его детей. Икона Святой Богородицы вновь обрела достойный оклад. Стала семейной реликвией, памятью о родине предков, хранительницей рода Полухиных. А икону я нашла уже у внуков Петра Полухина, на встречах с выходцами из России, которые мне организовывал Хуан. Я сканировала ее, и теперь мы занимаемся распечаткой ее памяти. Она оказалась информационной, я даже сказала бы – с удовольствием идущей на контакт. Вообще для России очень важно, чтобы эта икона вновь оказалась на родине. И возможно, скоро она вернется.
; Как интересно, – воскликнула Надежда, которая, как человек истинно верующий, глубоко сопереживала, слушая повествование Синь. Сидела она, как говорится, с глазами, полными слез. И порой готова была расплакаться, если б у неё была бы хоть маленькая уверенность, что ее правильно поймут и поддержат.
Разговор за столом касался многих тем. Политика, искусство, наука. Постепенно добрались и до десерта. Прощались по приятельски, шумно. Когда Синь с Артемом ушли, Надежда по обыкновению отправилась на кухню, а Алексей на лоджию покурить. Минут через десять она в растерянности зашла к Алексею и сказала:
; Вот уже полчаса смотрю вниз, жду, когда выйдут из подъезда Синь с Артемом, а их до сих пор нет, не застряли ли они в лифте? – высказала свои предположения она Алексею.
; Ах, Надежда, да они уже давно дома. Для них ни расстояния, ни преграды не существуют.
; Да, Синь обаятельная девушка, ты говоришь, сколько ей?
; Семьсот пятьдесят лет.
; Ну, никогда бы ей не дала столько. И Артем умница. Он тоже инопланетянин?
; Думаю, что да. А что, понравился?
; Да нет, просто приятный молодой человек.
; Знаешь сколько лет этому молодому человеку?
; Неважно!
; Лет тыщу! Не менее!
; Ну и что?
; Да ничего, я просто так.
Прошло несколько дней. В этот вечер Алексей вернулся домой раньше обычного и застал Надежду на кухне. Она протирала высокие бокалы, рядом своей очереди ждал чайный сервиз.
; Вот хорошо, что пришел, можешь попробовать блюдо другой галактики.
Алексей посмотрел на Надежду, как на пришельца из космоса. «Да», – подумал он, – похоже, нас уже можно в психушку помещать». Но вслух спросил:
; И откуда у тебя рецепты с иных планет?
; Да, Синь у нас была.
; У нас?
; Ну, у меня.
; Это интересно. И как это она у Вас была?
; Позвонила, спрашивает, что делаешь, Надежда?
; Да ничего, – отвечаю, – баклуши бью – Алексея нет.
; Да он мне и не нужен, я к тебе в гости напрашиваюсь.
; Что напрашиваться, приходите и все, вот она и пришла.
; Одна?
; Одна.
; Ну и?
; Посидели, стихи почитали.
; Какие стихи, чьи?
; Твои.
; Какое именно?
; «Открытое письмо». Помнишь, Чирчик, 1991 год?

Тоска!
Как трудно быть влюбленным.
Проще просто не любить,
Чем под грузом многотонным
прозябать, а то и просто стыть.
Но в любви есть радости и взлеты.
О! Письмо …
Где нежною строкой:
«Милый, ты грустишь?
Ну что ты.
Я и здесь, вдали с тобой.
И сама к тебе стремлюсь я.
Я устала долго без тебя,
и всего, всего боюсь:
темноты, людей и зла.
Я твоя, домашняя такая
мне бы дом, а рядом ты.
Ведь любовь моя земная
и не терпит всякой суеты».
«Я твоя, домашняя такая», –
что теплее этих строк?!
Ох, прости за ревность, дорогая,
как подумать я такое мог.

Мы так славно посидели, даже всплакнули.
; Ну что тут скажешь? Бабы, они и есть бабы. Небось, нашлись общие точки соприкосновения?
; Да, нашлись.
; В чем?
; Ну, прежде всего, в вас, мужиках.
; А что, она тоже замужем? Вот не знал!
; Да, есть дочь, по которой она скучает.
; Дочь с отцом?
; Нет, с мамой. Супруг тоже в полете, но в другой экспедиции.
; Пробуй, это блюдо считается у них праздничным. Для тебя Синь специально приготовила порцию.
; И как?
; Ой, так интересно. Взяла блюдце, эту свою коробочку, как у Артема, подержала над блюдцем. И все готово. Горячее, вкусное и очень острое. Попробуй.
Алексей налил себе стакан светлого вина, присел к столу. Заливное, больше похожее на растопленный холодец, действительно было вкусное и напоминало кавказскую кухню.
; Но такие блюда, как рассказывает Синь, готовят редко. Так сказать, это натуральные блюда, дань прошлому, в их стремительной жизни все большее место занимает клеточное питание. Но Вас будут кормить именно так.
; Как «именно так»?
; По словам Синь, на корабле будет полтора-два десятка землян. Люди самых разных национальностей. Для них специально разработано меню из привычных им блюд. Корейцы любят острые приправы. Ну, разве сможет узбек прожить без плова, грузин, без шашлыка, русский без пельменей, белорус без картошки, украинец без сала? Где это все выращивать? Вот они и придумали. Сканировали овощи и фрукты, ягоды, ну все, что хочешь, даже вина. Ешь, наслаждайся. Она меня угощала. Все прямо-таки натуральное. Блинцы горячие. Мороженое холодное, борщ ароматный. Она говорила, сколько блюд заготовлено, но я забыла. Цифра огромная. А как готовится, я так и не поняла.
; Что еще рассказывала Синь о своей жизни?
; Много, но все больше интересовалась взаимоотношениями между мужчинами и женщинами. Чудаки. Такое явление, как любовь, они называют феноменом галактики.
; А шел разговор о предстоящем полете?
; Да, Алексей, шел. Но я наотрез отказалась от предложения Синь. Сейчас мое решение сформировалось окончательно. И я никуда и никогда не покину нашу Землю.
; А я? – спросил Алексей.
; А ты имеешь право распорядиться собой как пожелаешь. И на этом давай поставим точку. Навсегда, – решительно и твердо сказала Надежда.
Через несколько дней Алексей снова ездил в Москву на киностудию. Многие планы, выполненные компьютерщиками-аниматорами, космический бой с драконом, космические путешествия понравились Алексею. Кое-где был явный натуралистический перебор. Неплохо вписался сюжет о планете наркоманов. По просьбе режиссера расспросил Алексей Синь и о кентаврах. Как оказалось, они действительно, очень давно еще до нашей эры, сделали вынужденную посадку на Земле. И, как сегодня выясняется, это оказался остров Скирос в Эгейском море. Пока техники звездолета устраняли неполадки, отряд кентавров предпринял прогулку по острову и даже оказались на европейском материке. Видно, за короткий срок вынужденной посадки они успели остаться в памяти землян.
Надо отдать должное режиссеру, он из этой коротенькой информации развил сюжет, в котором табуны кентавров захватывают греческое государство, пленят греческих цариц, влюбляют их в себя и увозят любящих женщин с собой в неведомую галактику. Алексей решил подлить ему масла в кашу и предложил нарисовать сегодняшний день. Прилет звездолета с потомками той, давнишней, экспедиции на сегодняшнюю планету Земля. Идея режиссером была принята на «ура». И он, заказав ящик водки, заперся у себя в вагончике на два дня. Что из этого выйдет – оставалось только догадываться.
Лето вошло в силу. Яблоки наливались плотью и цветом. Близился яблочный спас. Звонок мобильника застал Алексея на рыбалке.
; Алексей, я хотела бы встретиться с Вами.
; Где и когда?
; В Нижнем парке, на обычном месте.
; Хорошо, через полтора часа буду.
Заскочив домой, переодевшись, Алексей присел на диван. Почему-то у него появилось предчувствие, что вся эта история с инопланетянами должна закончиться. Закончиться именно сегодня, сейчас. А решения окончательного, твердого он так и не принял. Ну вот, пожалуй, и все. Нужно прощаться. Хотел было позвонить Надежде, но передумал. Не телефонный разговор. Решил заехать к ней во Дворец культуры.
В большом концертном зале под руководством махонькой, талантливой, влюбленной в своё дело дирижера шла репетиция. Руководитель довольно большого хора, человек восемьдесят, оттачивала таланты. Алексей дождался перерыва и подошел к Надежде
; Знаешь, Надежда, – он хотел ей сказать, что ему звонила Синь, что он пришел к ней за окончательным ответом «Да» или «Нет». Но Надежда положила ладошки ему на грудь и посмотрела своими голубыми глазами-озерами на него.
; Я все знаю. Слово не за мной, слово за тобой. Я тебя любила, люблю, и буду любить.
Алексей слегка пригнулся и поцеловал ее в губы. Он чувствовал, что сказать что-либо он не может. Ком в горле не позволит ему вымолвить слово. Он еще раз прижал ее к себе и, отстранив, решительно, не оглядываясь, устремился к выходу.


Через пятнадцать минут он сидел на лавочке у мосточка. Неожиданно перед ним появилась Синь. В ее руках было два пакета, положенные один на другой. Нижний напоминал кейс, а верхний – шкатулку.
; Алексей, я пришла попрощаться с Вами.
; Со мной? – почему-то невпопад переспросил
; Да, с Вами! Это прошу передать Надежде, – и протянула плоский пакет, – а это Вам. Всего хорошего! Дай Вам Бог счастья! Так, кажется, у вас говорят, когда прощаются?
; Да, так.
Синь обняла вставшего с лавки Алексея и поцеловала.
; Прощайте!
У Алексея слезой застлало глаза, а когда он проморгался, Синь рядом с ним не было. Ноги плохо слушались его, и он присел на скамейку. Сколько он пробыл в этом состоянии, Алексей не знал. Два свертка лежали у него на коленях. Он снял верхний и раскрыл обтянутый черным бархатом кейс. В углублениях лежали: колье, кольцо, перстень, два браслета, две серьги, поясок и диадема. Полный набор испанской королевы.
Во втором свертке оказалась книга. По объему – страниц восемьсот. На обложке было написано «Подстрочник доклада для Научного совета – академика, доктора психологических наук, магистра по истории, астронавта Синь» и крупным шрифтом название доклада: «История России. Прошлое, сегодняшний день и прогноз будущего России» …..



Содержание

Из другой галактики
Казахстан
В Бразилии
Шесть тысяч лье под водой
Антлантида
"Планета нудистов"
Наркотик "Убийца”.
В гостях у коллеги.
Колье королевы Марго.
На заседание у инопланетян
Командор Лонг
Бесова планета
У створа” Черной дыры”
На киносъемочной площадке
Развязка

anisimovich@inbox.ru

Страниц 75
Слов 40 731
Знаков с пробелами 268 488
Абзацев 1 409
Строк 4111

.

 

Рейтинг: +1 240 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!