Кристаллы любви

1 сентября 2014 - Влад Галущенко
article236442.jpg
Кристаллы любви
 
 
 Я глянул на часы. До начала конкурса оставался всего час. Пора надевать свое боевое снаряжение. Да, выбор невелик. На диване лежали супермодные джинсы и  коричневые самодельные шорты. Шорты – это все, что осталось от моих выходных брюк. Два года назад джинсы были просто модные, так как имели всего четыре заплатки, две впереди, и две сзади. Теперь заплаток стало больше тридцати. Одна некрасивая и несимпатичная девушка, с которой я безнадежно пытался завести роман, спросила даже, не из бабушкиного ли одеяла они сшиты? Она до сих пор числится в моем списке «Смертельные обиды» под номером сорок три. А под номером один  у меня записана Лилька из соседнего подъезда. Как-то заманил я ее к себе в квартиру. Скормил ей трехмесячную заначку из холодильника – трубочку с кремом. Она все сожрала, чаем запила. Потом говорит мне: «Иди в душ, а потом я». Пока я в ванной натирал мочалкой интимные места, эта курица недорезанная ушла домой. Представляете?
  Есть у меня в мозгу еще несколько подобных списков. «Враги на всю жизнь», «Дикие лохи», »Стремные телки», «Долг небольшой», «Долг безнадежный» и много других. В «Долг безнадежный» я записываю тех, кому должен суммы, сравнимые с моей годовой зарплатой. Если вы подумали, что это очень много, то зря. Последняя работа у меня была три месяца назад.
 
 Да, что это я все о себе, да о себе. Пора и честь знать. То есть представиться.
 Я – это Рафаэль Иванович Клюкин. Нет, не был, не привлекался. Нет. Родственников, к несчастью, за границей не имею. Две тысячи пятого года рождения. Сирота.
   Почему я на четвертый вопрос ответил решительное «Нет»? Чтобы вы не подумали, что «Клюкин» - еврейская фамилия. Она досталась мне в детдоме от деда Клюки, сторожа. Потомственного русского дворянина. Так что есть во мне и благородная кровь. Особенно хорошо это видно, когда я от холода синею. А отчество у меня от завхоза. Ну, с этой пьянью все ясно. Я подозреваю, что и красный, вечно простуженный нос, достался мне именно от него в вечное генетическое наследство. Имя мне дала помешанная на эпохе Ренессанса моя воспитательница. Ну, а что получилось в сумме, сами видите. Как говорится, ни себе посмотреть, ни людям показать. Великий Рафаэль! Это при моем-то росте метр с шапкой и весе сорок вечно голодных кило? Теперь вы понимаете, почему я до сих пор, в мои тридцать лет, одинок, как мосол в нашем с Бобом холодильнике. Все из-за этого проклятого имени! Стоит мне его назвать, все девушки, глядя на меня, тут же начинают хихикать. Сейчас всех прошу, чтобы звали меня просто Рафа.
  Боб – это мой детдомовский друг. Работает охранником в редакции «Космостарс». Он тоже головастый. Составил с каким-то дедом договор докормить его за квартиру. Свезло ему. Через полгода дед помер. Он и мне предлагал докормить бабулю в соседнем подъезде. Живучую столетнюю каргу. Даже обещал помочь с продуктами. Ну, понимаете. Чтобы ускорить процесс докармливания. Но, когда я увидел это чудо геронтологии во дворе, где оно играло с мужиками в козла, понял, что ему никакие продукты не помогут. Это было здоровье Шварценеггера в образе Тетчер. Сам видел, как она, проиграв, разгрызла костяшку домино и гоняла мужиков по всему двору вырванной ножкой от стола.   
  Нет, лучше я пока у Боба буду квартировать. Как говорится, себе дороже.
Да что это я все опять о себе, да о себе.
  Вот был у меня в армии помкомвзвода. Да, я и в армии служил! Когда получил повестку, сразу написал военкому заявление с требованием направить меня в президентский полк. Кто-то мне сказал, что кормежка там получше. А это для меня главный фактор. Поесть я очень люблю. И вкусно. Военком раза три, поглядывая на мою фигуру в розовых трусах в синий цветочек, перечитал заявление. Пожевал левый ус. То, что он потом произнес, мне не очень понравилось.
-Эту,- говорит,- бледную поганку, засуньте в самую дальнюю танковую часть. Там ему самое место.
Дальняя, не дальняя, а до сержанта я дорос. Все благодаря мозгам. Расскажу немного и о них. После армии решил я учиться на филолога.  Старшина мне говорил, что они все сплошь писатели, и зашибают на книгах бешеные бабки. И, главное, моторы танковые на морозе не перебирают. Для примера он принес мне одну толстенную книжку. Справочник автомобилисту. Я когда перемножил в уме ее цену на количество экземпляров, мне стало плохо. Полученная сумма не помещалась в голове. Нули начали сыпаться из глаз и ушей! И это только в уме! На бумаге потом намного больше получилось!
  На третьем курсе я победил на каком-то студенческом конкурсе. То ли лучшего чтеца, то ли танцора. Не помню. И меня, как лучшего студента-филолога направили в спецшколу Космической разведки. КР - сокращенно. Это все происки ректора. Я знаю. Уверен. Слышал, как, показывая на меня, эта козья морда говорила: »Вот такие мухоморы и портят наши музейные выпускные фотографии!» Его жиденькая чеховская бороденка долго потом пугала меня по ночам. Бекала и гонялась за мной. Говорят, козлы любят мухоморы.
 Через два месяца в спецухе меня вызвал сам начальник.
-Вы, молодой человек, савант или больны аутизмом? Наши преподаватели никак не могут определить ваши таланты. Что вы умеете делать лучше других?
-Шнурки могу быстрее всех завязывать! С четырьмя бантиками сразу!
-А еще?
-Ну, в столовой быстрее всех с пайкой справляюсь!
-А еще?
-В туалете в окно пролезаю, никто больше не может!
-А еще?
-Товарищ полковник, если вы мне не верите, пойдемте в туалет! Я вам и не такие
таланты покажу. У меня и других достоинств полно.
Он допрос прекратил и больше меня не трогал.
Как филолога-недоучку распределили меня в аналитический отдел КР.  Это было золотое время. Пять сытых лет. Чем я там занимался? С утра до вечера читал радиограммы от постов космической гвардии. Шифрованные. Да, я учил в спецухе шифровальное дело. Вы обратили внимание, что я скромно написал «учил»? Его значение очень далеко от слова »выучил».  Шеф отдела сказал, чтобы я всю полезную и интересную информацию из шифрограмм вырезал и подклеивал в огромные журналы. Я за пять лет этими журналами все их склады забил. Для меня ведь все было интересно. Потому что непонятно. Два первых офицерских звания вне очереди получил. Потом кто-то очень умный те журналы просмотрел. Так меня капитаном и уволили.
  Пришлось на еду зарабатывать тяжелым интеллектуальным трудом. То грузчиком в продуктовом магазине, то складским рабочим.
  А вот сегодня я первый раз иду поступать охранником. Эта профессия всегда была мечтой моей жизни. Я всегда говорил своим друзьям, что пойду в пожарники или в сторожа, но работать все равно не буду! И вот сегодня моя мечта сбудется.
 
 Все же шорты как-то несолидно. Надел джинсы. И мои любимые армейские полусапожки. Сколько мужества они добавляли мне одним только видом! Чистая кожа, широкие проглаженные шнурки, металлические скобы, титановые подковы. Им десять лет, а  на вид и восьми не дашь.
 
  О конкурсе я вычитал на заборе. Случайно остановился по-маленькому. Ну, вы знаете. Сами ж, небось, так не раз делали. А перед глазами – листок. Я телефончик свободной рукой и оторвал. Бобу такое счастье никогда бы не привалило. У него в подобных ситуациях обе руки заняты.
  А на листочке такое интересное объявление: «Фирма «Волны Любви» набирает бывших армейских офицеров для охраны складов в Лемосоле. Оплата – от десяти тысяч юаней в месяц. Перелет к месту службы – за счет фирмы. Конкурсный отбор».
    Я по прилагаемому телефончику тут же позвонил. Были у меня некоторые непонятки по объявлению. Но по телефону какая-то ханька просюсюкала, что все разъяснят после конкурса. Вот сегодня я туда и собираюсь. Что это за страна такая – Лемосол? А может город? И почему оклад в десять раз больше, чем у нашего городского шефа полиции? 
 
  По конкурсу я, конечно, прошел. Так как вместо нужных двадцати – пришло всего пять
бывших офицеров. И все – типа меня. Изнуренные тяжелым интеллектуальным трудом.
Лемосол оказался нашей земной базой на Марсе. Фирма принадлежала господину Золотову Льву Абрамовичу, торгующему какими-то Кристаллами Любви с Марса. А перелет будет на космическом корабле.
  Попал я, по желанию лично господина Золотова, во внутреннюю охрану. Он сказал, что я места мало занимаю. Его офис в здании склада располагался  всего в трех комнатах. И это, несмотря на миллиардные обороты фирмы!
Приемная с секретаршей Джин Линь, торговый зал и спальня шефа. Служба моя длилась с восьми утра до шести вечера. Мое кресло стояло возле двери в торговом зале. Шеф выходил из своей спальни только к богатым клиентам. Мелких обслуживала секретарша.
   Скупкой кристаллов занимался один из сыновей шефа – Абраша. Его кабинетик находился этажом ниже. Возле его дверей постоянно отирались подозрительные личности.
   Вечером мы с Джин уходили на отдых в жилые боксы первого уровня. В подвале склада. Боксы – как пчелиные соты в боковых стенах. Можно только сесть. Зато тепло и воздух свежий. Месячная плата за пользование боксом съедала ровно половину моего заработка. Но я не жаловался.
 
   Все мои неприятности начались в понедельник. Шеф вызвал меня с Джин с утра и предупредил, что сегодня прибудет с Земли экспертная группа для оценки ожерелья «Сказки Шахерезады», включающего в себя тысячу кристаллов. Цена сделки около ста миллионов юаней.
   Ах, да! Я же вам не рассказал, что это за кристаллы Любви. Их находят в бывших подземных марсианских городах. Это малюсенькие розовые шарики, излучающие какое-то поле, воздействующее на мозг. Ученые писали, что это кристаллы памяти, на которые записаны эротические переживания марсиан. Стоит его засунуть в ухо, как человек засыпал и видел любовные сцены глазами марсиан. Притом в разных кристаллах – разные переживания. Золотов дал мне один на ночь. Там было такое… Я потом полмесяца Джин в глаза смотреть не мог.  Но стоил такой шарик мое годовое жалованье - сто тысяч юаней. 
     
  Меня в офисе поражала простота и продуманность всех систем жизнеобеспечения. Такие не встретишь на старушке Земле. Совмещенный смеситель воздуха со сплит-системой. Из подвала подается нагретый или охлажденный воздух по встроенным в стены пластиковым коробам. Стены из армированного пластика. Окна и двери металлические, герметичные. Стекла армированы сеткой.
 
   Абраша каждый день обедал с Львом Абрамовичем. Сынок всегда приходил с тяжелым кейсом, а уходил с легким.
  Как я потом понял, началась вся эта история месяца три назад. Золотов решил поменять свой основной сейф. Где-то купил полутонную громадину «Биоинжектор» с двумя замками и четвертой степенью защиты. В дополнение к двум сейфам попроще. Все три сейфа он установил в изголовье постели. Чтобы подойти к ним, надо сначала отодвинуть кровать, открыть сдвижную панель и только затем можно было приступать к открытию или взлому сейфов. А практически, только переступив через труп Льва Абрамовича, так как ключи он носил на шее.
  Механический замок нового сейфа открывался пятигранным титановым ключом сложнейшей конфигурации. Чтобы сработал электронный замок, надо было вставить пластиковый ключ, набрать десятизначный код и приложить правый указательный палец Льва Абрамовича для идентификации.
  Покупка сейфа была связана с двумя крупными поступлениями. Это розовый гигантский кристалл «Кинг Конг»  и  ожерелье «Сказки Шахерезады». Гигант пришелся по душе самому Золотову, а ожерелье он решил продать.
 
 Покупатель нашелся не сразу. Я в тот день, как всегда, сидел за пультом сканера у двери. Сканер определял любое излучение. Даже внутри человека. Разные кристаллы светились на экране разными цветами. Заходить на второй этаж со своими кристаллами запрещалось. Поэтому их оставляли в сейфе на первом этаже. Под надзор Абраши. Все равно делать ему больше было нечего.
  Он в тот день выглядел очень взволнованным. Перед обедом поднялся к нам наверх  и долго что-то плевал в ухо Золотову. Тот кивнул головой. Значит надо ждать посетителей. Золотов объявил нам с Джин, что прибудет личный юрист самого Бори Гнутого с женой.
 
   Сначала в дверях нарисовалась дама попугайного вида. Трещала она без умолку, и везде совала свой  конопатый нос. Пытаясь разглядеть внутренности своего мужа на экране сканера, она спихнула меня со стула.
-Извините, не заметила, - и дико захохотала.
Сразу она мне не понравилась. Сначала Лев Абрамович угостил их своим чаем. Почему своим? Нет, он его не выращивал. Он в него добавлял немножко LCD. Ну, это такой легкий наркотик для студентов. Память временно улучшает. За час можно две книги наизусть выучить. И забыть, когда действие наркоты закончится. А еще этот наркотик улучшал настроение и освобождал сознание. Как антидепрессант. Человек как бы немного пьянел и начинал любить весь мир. И Льва Абрамовича в том числе.
  Представитель клиента мне тоже не понравился. Напомаженный щеголь в блестящем костюме. Представился он как адвокат Бинос-Судьбодаров. Он все время доставал лорнет, чтобы лучше разглядеть ожерелье. Что его смотреть? Его слушать надо!  Адвокат за руку тащил Льва Абрамовича к окну и постоянно что-то бормотал.
-Дорогая штуковина. Очень, знаете, впечатляет, очень. Замечательно. Бесподобно.
-Да вы не туда смотрите, дорогуша. Это защелка от шкатулки. Ожерелье правее. - Я видел, что Золотов начинает нервничать. И тут явственно раздался щелчок фотоаппарата.
-Мадам, здесь нельзя фотографировать! – остатки волос Золотова встали дыбом от возмущения.
-Но мне понравился ваш оригинальный ночной горшок.- Дама второй раз щелкнула затвором.
-Мадам, это не ночной горшок! Это старинная марсианская ваза  в виде цветка лотоса. Материал – прообраз стекла и фарфора. Поэтому она так чудно сохранилась.
 
Что-то мне показалось, что первый щелчок прозвучал, когда она рассматривала ожерелье. 
Наконец беспокойные гости ушли.  Золотов унес футляр с ожерельем  в сейф.       
 
Замечательный профан! – заявил он. - Надо же, такого идиота прислать оценивать лучшее ожерелье в Солнечной системе!
  На следующий день Джин не вышла на работу. Шеф послал меня за ней. Возле ее бокса стоял знакомый мне следователь из космополиции Старов. Он и сообщил, что Джин отравилась. Каким-то редким летучим ядом. Я не поверил. Зачем ей это? Только вчера мы обсуждали с ней, как поженимся на Земле и купим маленький магазинчик марсианских сувениров. Меня трясло и очень хотелось напиться. Но надо доложить шефу. 
 Золотов вместо Джин отозвал из внешней охраны Леху Парнова. И приказал нам меняться через день.
 
Я уселся за ее стол. Бедная маленькая Джин. Рядом с ней я всегда чувствовал себя великаном. Я был выше на целых пять сантиметров. Нет, она не была карликом. Просто миниатюрная девушка. И очень славная. И вот ее нет.
 
  Старов пришел после обеда. Начал ворошить стол и шкаф секретаря. По его виду я понял, что он тоже сомневается в ее самоубийстве.
-Что это? – он ткнул в предпоследнюю запись в журнале регистрации посетителей.
«Ск. ш. – авто? Пульт?».
- Так она писала: «Сказать шефу».
-А что значит – «авто», «пульт». Какие машины на Марсе? От чего пульт?
-У нас есть пульты от сплит-системы, чтобы регулировать температуру.
-Да, это похоже. Видимо, не работал режим «авто» на ее пульте, и она об этом хотела сообщить шефу.
Пошарив руками под шкафом, и вытерев их об плащ Абраши, Старов ушел.
 
А я долго еще рассматривал последние записи в журнале, сделанные нежным девичьим почерком.
 
Через два дня ждали адвоката для завершения сделки по продаже ожерелья. Я видел, как шеф растер в заварной чайник на две таблетки LCD больше. Он явно нервничал. Даже сам сделал глоток прямо из чайника.
  
  Адвокат на этот раз приехал без дамы-попугая. Зато он привез с собой эксперта.
Этот горбоносый шпендик всем своим видом изображал значимость. На миллион юаней. Я бы и пяти не дал. Разве что за шляпу. Он от дверей стал капризничать.
   Почему так темно, почему сквозняк, почему кофе без сливок. И так далее. Приказал придвинуть столик для оценки ближе к окну. Как будто ему слушать будет виднее!
   Шеф с юристом пили кофе за большим столом и обсуждали цены на недвижимость на Земле. Я  наблюдал за экспертом. Эксперт обнюхивал ожерелье. Каждый шарик снимал, вставлял в ухо и  слушал. Закончил  он только через четыре часа. Шеф заваривал уже пятый чайник. У адвоката зрачки упорно сходились к переносице. Он все время пытался раздвинуть их пальцами.
Эксперт подошел к ним.
-Я закончил. В ожерелье очень много мелких кристаллов. Более двух сотен. Я рекомендую покупать ожерелье только после их замены более крупными. Или покупать за половину цены.
  Золотов вскинулся. Он явно не хотел терять половину.
-Господа, ожерелье продается только за указанную цену. Можете об этом сообщить своему хозяину.- Он унес шкатулку  в спальню.
Юрист  и эксперт раскланялись и ушли.
 
Я тут же тоже отпросился и ушел. Расстроенный Лев Абрамович только рукой махнул.
 
 После смерти Джин я попытался запить. Не получилось. Когда я утром следующего дня шел с авоськой, набитой бутылками домой, у самого бокса меня перехватил Старов.
-Молодой человек. Попрошу Вас пройти со мной.
Я уже выпил по дороге поллитра, и попытался его обойти, чтобы продолжить банкет.
-Товарищ не понимает культурного обращения!
 
-Куда ты меня несешь?
-Уже пришли.
Когда я поджал ноги, отказываясь идти, он просто взял за воротник куртки и понес меня как чемодан. И тут я увидел знакомый кабинет. Мы поднялись к Золотову.
-Нехорошо. Нехорошо, молодой человек, воровать!- голос шефа дрожал от возмущения.
О чем это он?
Я недоуменно посмотрел на Старова.
 
-Лев Абрамович, я еще раз Вам говорю. Это не он. Ну, гляньте на этого дохленького гномика? - Старов вроде как меня защищает.
-А кто же тогда ожерелье стырил? Я? Сам у себя? Да, он мал! Но как говорит русская пословица: «Мал клоп, да вонюч!»
Это он обо мне, что ли? Ах, так вот в чем дело. Золотова обокрали! Давно пора. Я заулыбался.
-Чему лыбишься, сучара? Куда ожерелье заныкал?
 
А с виду всегда был таким интеллигентным…
 
-Лев Абрамович! Успокойтесь. Товарищ не понимает. Я ему сейчас все объясню.
Вчера были подменены кристаллы в  ожерелье «Сказки Шахерезады».  Подозрение падает на Вас, молодой человек.
-Я их охранял, а не воровал.
-Значит, ты, сучонок, перепутал свои обязанности.- Сухой кулачок Золотова врезался мне в нос. В любимый и единственный. Из носа закапало. Жаль, что руки за спиной были связаны. От возмущения я потерял сознание.
 
Очнулся я от холода. Темно. Так, руки мне развязали. Уже хорошо. Пожалеете. Вы еще не знаете, на что эти руки способны. Я встал. Да это же магазин Абраши. Я отыскал кушетку. Теперь можно полежать  и подумать, насколько глубоко я вляпался.
 
  Итак, вчера у Золотова подменили ожерелье, которое он не захотел продавать за полцены. Тому адвокату с экспертом. Эти двое держали его в руках. Но не украли. Я лично просветил их сканером. И туда, и обратно они прошли чистыми. Потом ожерелье унес Золотов. В новый сейф. Который даже атомная бомба не берет. И все-таки кристаллы  исчезли. Надо срочно вычислить вора. Иначе через неделю Золотов лично разгрызет меня на части. За сто миллионов и я бы любого загрыз.         
  Я не крал. Золотов – тоже. Остаются четверо – Абраша в магазине, Леха за столом секретаря и юрист с экспертом. Хорошо, допустим самое невероятное. Что после моего ухода сынок решил украсть ожерелье. Как это могло выглядеть?
   Вот Абраша вечером  пробирается в спальню отца. Предположим, он догадается дать ему снотворное. Снимает у него с шеи пластиковую карту… Стоп.
Это пластиковая карта от второго сейфа, где хранятся ключи от биосейфа, этого полутонного монстра. Хорошо. Но ключа недостаточно! Как он узнает код? Коды Лев Абрамович менял каждый вечер.
    Один раз я задержался вечером и подглядел, как он это делает. Через щелку между шторами в дверях спальни. Золотов никогда ничего не записывал, и, тем не менее, ни разу не ошибся при вводе кода. Тайна была очень простой. Над сейфами висел большой календарь. Оттуда он и брал коды. Каждый день новые. Следя за его пальцем, я записал все три кода. В журнал. Глядя на календарь, сразу понял, как он их формирует.
  Первой он вводит цифру сейфа. Второй цифрой идет день. А потом – остальные цифры в строке дня из следующих трех колонок цифр на календаре. Например, 1 апреля для первого сейфа он вводил: « 1 1 8 15 22 «. Для второго сейфа 30 апреля код будет: « 2 30 7 14 21 «. Число цифр при этом  никогда не бывает больше десяти. Что и нужно для десятизначного кода замка сейфа. Код не надо записывать и он всегда перед глазами. На листке календаря.
  Мог Абраша подсмотреть, как отец набирает код? Мог. Я же подглядел. А вывести закономерность его ежедневного формирования? Вряд ли. Я со своим IQ в 170 и то не сразу догадался применить календарь. Ну, висит календарь, так он у всех висит.
 
Щелкнул замок. Старов привычно понес меня на второй этаж.
 
-Что это? – Золотов ткнул мне в лицо бумажку с кодами.
Записанные коды оказались для меня роковыми. Их нашел Старов и  показал Золотову. Три кода записаны на последней странице журнала сдачи дежурства. Шеф сразу понял, что означают эти пять групп цифр. Поэтому он так и наседал на меня. Цифры то были написаны моим почерком! Мой сменщик остался вне подозрений.
  Но тут они, конечно, поспешили. Даже зная код, никто не сможет открыть сейф без правого указательного пальца руки Льва Абрамовича. А биодатчик анализировал не только рисунок линий на подушечке пальца, но и его температуру, размер и сопротивление. Если можно подделать температуру и размер, то сопротивление кожи пальца подделать без наличия живого пальца невозможно. А как дотащить живой палец до сейфа? Только в состоянии наркоотруба. Полного. Тогда возникает другой вопрос, как ввести в вену здоровому человеку дозу наркоты, чтобы он этого не почувствовал? Снотворное? Хорошо. Пусть даже мы открыли этот биосейф, накормив папашу наркотой до бесчувствия. Но ведь внутри еще кассовый отдел. Именно в нем Золотов хранил ожерелье. А там еще один кодовый замок и сканер глазного дна. При приеме наркотиков зрачок человека сужается практически в точку. Как сканировать в этом случае глазное дно? Перед тем, как кормить наркотой, вырезать один глаз? У живого человека?
    Нет, чепуха это полная. Когда я им  это выложу, они меня отпустят. А в записи кода покаюсь. Скажу, Абраша денег дал, и попросил записать. Этому слабоумному все с рук сойдет.   
  Так, но это не все. Если ожерелье никто из возможных подозреваемых не брал, тогда кто? Неизвестный? Неизвестные сюда не ходят. С ними Золотов сам даже встречаться не будет. Для этого есть Абраша. Тот скупает  краденые и найденные кристаллы, сортирует их. Самое ценное несет папаше. Так папаша отсечен от криминала. Он только продает. Только уважаемым людям и коллекционерам. Только они имеют доступ к его облитому духами и напомаженному телу. Кто-то из их числа украл? Как? Из сейфа? Опять чепуха получается.
   Таким людям легче нанять профи с опытом. Вот!
Вот отсюда надо и скакать. Были ли за последние два дня на приеме не сами уважаемые люди, а их представители? Были. Всего три. Эта дама-попугай, адвокат в блестящем костюме и эксперт.
 
-Будешь признаваться?
-Буду.
-Рассказывай, как украл, когда, куда спрятал?
-Все скажу!
-Давай, колись уже! – это Старов не выдержал. Не верит ведь, что я украл, а все равно интересно ему, что я врать буду.
-Значит, дело было так. Подговорил меня Абраша Вас, уважаемый Лев Абрамович, грабануть. Украсть кое-что. Обещал поделиться. Деньги мне нужны. Я  же жениться собирался.
-Ты не отвлекайся. По делу ври давай. - Опять этот Старов.
-Ну, так вот. Задержался я как-то вечерком. Дверь в Вашу спаленку, извиняйте, была открыта. Через щелочку подсмотрел шифр и понял, как он складывается.
-Здесь пропусти.- Ага, не хочет старый хрыч, чтоб Старов знал его тайны.
-Пропускаю. Абраша купил наркоты и колес снотворных. Он давно этим балуется.
-Врешь, сукин сын! Поклеп наводишь на мальчонку! Он даже кристаллами не интересуется.
-Хорошо, хорошо. Все купил сам. На свои кровные. Как похоронил невесту, думаю, что свободные дни будут зазря пропадать? Дай-ка я сейфом займусь. Вы когда пропажу обнаружили?
Старов сорвался с места и закрыл Золотову рот. Тот не успел вякнуть. А зря. Не знал я точно дня, когда пропажа обнаружилась.
-Сам говори, когда якобы грабил, брехло вонючее.- Это опять Старов. Да вы и так поняли.
Я прикинул. Взяли меня сегодня утром. Не могли они долго ждать. Да и выбор невелик. Видимо Старов первым делом журнальчик полистал. Коды и нашлись. Вот за мной и побежали, глаза вытаращив.
-Вчера вечером это было.
-Давай, ври дальше.- Старов отпустил задыхающегося Льва Абрамовича.
-Дальше просто. Абрашу не привлекать?
-Нет.
-Тогда, значит, вхожу я один в дом. Бросаю в чай для Льва Абрамовича лошадиную дозу снотворного.
-Вот подлец. А я думаю, чего я тогда так сладко спал.
-Через час захожу в спальню, чтобы сделать укол герыча. Достаю скальпель.
-А это-то зачем? - обеспокоенно спросил Золотов.
-Вы же знаете, что у вас внутри сейфа второй стоит?
-Да.
-А там сканер глазного дна?
-Да.
-Мне надо ввести Вам наркотик, чтобы Вы не проснулись, когда я буду Вас тащить к сейфу, чтобы приложить Ваш пальчик к сканеру. Правильно?
-Да.
-А если я введу вам наркоту, зрачок у вас сузится и сканер не прочитает глазное дно. Замок не откроется. Так?
-Да.
-Поэтому я скальпелем вырезал Вам правый глаз, пока у него не сузился зрачок. А потом вколол герыча.
-Врешь сука! – Золотов схватился за глаза. Оба были на месте.
-А как бы иначе я открыл сейф и вытащил камни. Давайте ваш вариант. Любой. Я соглашусь.
Оба наклонили головы и задумались.
-Я же Вам говорил, врет он все. Насчет кодов – не соврал. Остальное – брехня.
Сочинитель хренов.
-Развяжи ему руки. - Старов развязал.
-Ты, Рафа, не обижайся на меня, старого. Бес попутал. Сам не верил, что говорил. Отдохни денек. Да и выходи снова дежурить. Трудно мне без тебя управляться. За моральный ущерб – накину тебе зарплату. На четверть. Иди, Рафа, иди.
Я и ушел. А что?
 
Через день с утра заступил на дежурство. Даже форму погладил. Старов приходил.
Но все реже. Через две недели вообще исчез. Ничего не накопал. Что можно накопать, если копать нечем?
  Все было спокойно, пока не принесли хозяйскую почту. В мои обязанности входило ее проверять на предмет взрывчатых веществ. Приходила она раз в месяц. Не те он журналы выписывал. Кое-что взрывчатое я находил. Но редко. Такие, знаете, розовые фигурки на фоне лазурного моря. На этот раз ничего эдакого не попалось. От скуки стал листать газеты. А там он. Улыбается на второй полосе во все свои двенадцать зубов. Остальные – металлические.  А на фото рядом – эксперт, с которым он приезжал. Почему-то в полосатой робе. Интере-е-есно! Читаю.
 «Известный адвокат Бинос-Судьбодаров снова выиграл труднейшее дело об убийстве. 
Его подзащитного необоснованно обвиняли в убийстве хозяина магазина. Как оказалось, следствие недостаточно собрало доказательств. Это за них сделал Бинос-Судьбодаров. Знаменитый адвокат блестяще доказал, что хозяин магазина испугался хлопка входной двери от сквозняка. Он подумал, что это выстрел. Выхватил из-под прилавка пистолет и нанес себе нечаянно три смертельных ранения – в грудь, шею и голову. А подсудимый просто зашел купить детишкам конфет. Он все это время скромно стоял у кассы. Другого оружия в магазине не нашли. Да и тот револьвер, что вывалился из руки самоубийцы, был незарегистрированным. Судья и присяжные согласились с доводами нашего знаменитого адвоката»
  Интересно, а почему судья не предложил адвокату провести эксперимент и нанести себе три смертельных ранения подряд?
Я аккуратно вырезал статейку и сунул в карман.
 
  Скоро кончается мой годовой контракт и ноги  сами опять принесли меня в космопорт. Я в сотый раз уточнил расписание полетов и зашел в магазинчик марсианских сувениров. Мои глаза задержались на копии марсохода. Кастрюля с четырьмя проволочными колесами. Рядом лежал пульт управления этой радиоуправляемой моделькой.
Пульт! Авто! Это же запись в журнале Джины! Для женщин ведь все, что с четырьмя колесами – автомобиль.
 
Все мгновенно стало на свои места. Если кристаллы оставляли у Абраши, то сумки – у Джины. Вот какое авто с пультом она увидела в сумке адвоката. Это показалось ей подозрительным. И она решила посоветоваться с шефом. А юрист заметил, что его сумку открывали.
 
Так, так. Вот тебе и адвокат! Вот тебе и эксперт-убийца! Мозги у меня просто закипели. Свидетелей, значит убираем?
  Хоть была и не моя смена, я побежал на службу. Надо снова все осмотреть под новым ракурсом.
-Привет, Леха! Золотов у себя?
-Отсыпается.
-Я тут запонку потерял. Не видел? А то на свидание не хочется в одной идти.
- А ты рукава заверни.
-Под пиджак, что ли? А если снимать пиджак придется? Нет, я поищу.
-Ну, ищи,- Леха уткнулся в толстенную книгу.
Я начал вспоминать. Первым делом эксперт-убийца попросил придвинуть столик с микроскопом к окну. Я пододвинул. Взял стул. Сел. Поглядел на охранника. В этом месте из-за стойки он мог видеть только мою голову. Хорошее эксперт выбрал местечко. Если только он эксперт. Теперь этот хлыщ двухфамильный. Они с хозяином сидела за столом для клиентов. Так, так. Получается, что адвокат спиной полностью закрывал эксперта. Делай, что хочу! Точно. Розовые стекляшки он принес с собой и заменил на кристаллы. Сканер на стекло-то не реагирует. Только на излучающие кристаллы. А где же тогда настоящие кристаллы? В карманы он себе  не засовывал. Да и вынести бы не смог.
Я стал озираться. Где можно спрятать в пределах досягаемости? В столе? Тут ни одного ящичка нет. Голые доски. Приклеить снизу пакет? Тоже нет. Стена. Только пластиковый регулятор подачи воздуха. С мелкими дырочками. Я ощупал его пальцами. Вверху пластик провалился под пальцами.
   Так, так. Горячо. Несколько дырочек подряд были ровненько прорваны. Я сунул туда три пальца. Пролезают. Значит, пройдет и любой кристалл. Внутри квадратный короб. Марсоход из магазина!
Радиоуправляемый. Этот короб идет вдоль всей стены и опускается в подвал. К сплит-системе.
  Интересное кино получается. Но им нужен кто-то третий, кто управлял бы марсоходом.
   Дама-попугай! Жена адвоката, как он ее представил. Вот вам и третий член банды. Теперь все срослось. Осталось только найти место, где они всунули машинку в короб.
  Значит, дело могло быть так. Они монтируют на марсоход телекамеру. Срывают верхнюю крышку  и вставляют его в короб. Дама из подвала управляет им по телеэкрану. Подгоняет его к нужному регулятору воздуха. Чтобы автомобиль не проскочил нужное место, «эксперт» мог всунуть в крайнюю дырочку окошка дужку от очков. Когда марсоход занял место напротив окошка, «эксперт» начал кидать в проделанную дырочку настоящие кристаллы, а на их место в ожерелье вставлять похожие стекляшки. Откуда они могли взять похожие? Снимки! Первый снимок дамы! Второй раз она точно снимала вазу, но первый раз – ожерелье!  
  Дальше просто. Дама отгоняет марсоход к нужному месту. Они забирают кристаллы и…  Как все просто! Я еще раз посмотрел на пластиковое окошко. Представил там внутри марсоход. А если он стоял не вплотную к окошку? Тогда надо проталкивать кристаллы с определенной силой, чтобы они долетели до кузова. Вряд ли «эксперт» имел возможность потренироваться. Я повернул окошко на 180 градусов, чтобы прорезь оказалась внизу. Всунул два пальца. Пошевелил. Есть. Наугад сжал камешек двумя пальцами  и потянул.  Оглянулся. Сменщик уткнулся в книгу и, кажется, уже похрапывает. Будь, что будет. Я как-то видел, как эти окошки меняли слесари. Они не вынимаются, но выкручиваются. Долго. Я стал крутить. Осторожно вынул. Так и есть. Один  кристалл «эксперт» не докинул, а четыре перекинул. Они лежали возле дальней стены короба. Я снова оглянулся. Сунул все пять кристаллов в карман. Закрутил окно на место. Как их вынести, я знал. Зря, что ли, я на этом посту полгода просидел?
Осторожно нажал кнопку выключения сканера на пульте.
 
 Сменщика я не боялся.
-Леха! Нашел! – тот от неожиданности чуть со стула не упал. Приснул, бедняга.
Я показал ему снятую дешевенькую запонку с красным камнем.
-Видал, рубин. Настоящий! – я двинулся к выходу.
 
Теперь мой путь лежал в подвал.
В своем боксе взял сильный фонарь.
Сплит-система стояла в самом дальнем конце подвала. Два короба опускались с потолка. Один - входящий. Другой – выходящий. Никаких следов взлома коробов. Значит, марсоход вставляли на втором этаже.   
В конце второго этажа была мастерская слесарей. Оба короба уходили в стену на высоте метра. И я их нашел! Следы взломы были тщательно заварены. Видимо, уже после ограбления. Решил просветить короба. Вдруг кристаллы просыпались с марсохода… Хоть один. Сто тысяч все же…
Я нашел среди инструмента ножовку по металлу и снова перерезал короб. Сначала один, потом – второй. Посветил фонарем. Первый был пуст. А вот во втором я увидел его – марсоход. Он застрял поперек короба метрах в двадцати от меня. Значит, мадам-попугай не справилась с управлением…
  Я отсчитал по коридору двадцать метров. Напротив меня была дверь с табличкой «Следователь  космополиции Старов». Ясно, почему господа грабители постеснялись сюда зайти. И улетели на Землю ни с чем. Но я не такой…
  Надел сменную форму слесаря, взял ящик с инструментами и смело вошел в кабинет.
Секретарша раскладывала на экране монитора пасьянс.
-Девушка, профилактический осмотр подачи воздуха. У вас есть маска для дыхания? Тогда подождите несколько минут в коридоре.
Все, что связано с воздухом, вызывало у временных служащих марсианской базы непроизвольную дрожь в коленках. Девчушка выпорхнула из кабинета.
  Я вскрыл короб и положил марсоход в свой ящик с инструментами. Тщательно заделал пластырем разрез.
-Можете заходить. У вас система исправна. – Девушка благодарно кивнула головой. Вряд ли она меня запомнит в лицо. Людей в спецформе больше запоминают по цвету комбинезонов.
  В своем боксе я долго пересчитывал кристаллы. Ровно тысяча. Я сложил их в марсоход. Сверху засыпал мелким светло-оранжевым марсианским щебнем. Потом  залил клеем. Такой сувенир пройдет любую таможню.
 
  Дорога на Землю прошла в раздумьях о наказании убийц моей малютки Джин.
 
К концу полета план мести был готов.
  В своей квартире я положил на пол белую простынь. Посредине поставил марсоход с кристаллами. Пусть побесятся, узнав, что кто-то нашел все. Сделал снимок на сотовый телефон. Теперь Интернет. Двухфамильных адвокатов не так уж много.
Я отыскал адрес его почтового ящика без труда. Дальше задумался. У меня было три почтовых ящика. Первый я завел еще в спецухе, когда нас учили азам работы на компьютере. Там и фамилия другая. И город – Красногорск. Открыл его. И с этого ящика отправил фото с сотового на ящик адвоката. Без комментариев. Теперь надо ждать ответа и правильно отвечать на вопросы.
 Ждать пришлось недолго.
Он тут же позвонил на мой сотовый.
-Кто ты?
Я сразу узнал вальяжный тон адвоката. Теперь у меня не было никаких сомнений – кто убийца Джин.
-Тот, кто нашел потерянное вами.
-Что ты хочешь?
-Продать.  Мне эти безделушки ни к чему.
-Сколько хочешь получить за все?
-По тыще за штуку. Меньше не могу. Мне на новую машину не хватает.
-Да тебе таких денег на три машины хватит. Побойся бога. – Еще язык повернулся бога упомянуть. Убивец поганый.
-Меньше не могу.
-Хорошо. Когда и где?
-В старой  котельной за городом. Там нам никто не помешает.
-Согласен. Когда?
-А что тянуть? Сейчас и приезжай.
-Хорошо. Приеду через час.
 
Меня это устраивало. У меня уже все было готово. В смысле ловушки.
Котельная находилась  на окраине города. Это было мрачное коричневое здание с почерневшей высоченной трубой.  Раньше я дружил с Костей, дежурным слесарем этого морально устаревшего сооружения. Лет десять уже котельная медленно разрушается.
 Я вспомнил об интересной подъемной дверце в печи котельной. Она поднималась по вертикальным пазам цепным воротом вверх. А опускалась под своим весом, стоило только отбросить стопор на вороте.
  Дверь я поднял еще вчера. Веревку от стопора протянул  на второй этаж корпуса напротив.
  Адвокат пришел с своим подручным-убийцей. Этого я и ожидал.
На куске белой материи в центре печи я поставил марсоход. Вокруг разбросал розовые стекляшки. Пусть поиграются. Им долго придется их пересчитывать. Помощь вызвать они не смогут. Я проверил. Внутри печи сотовые телефоны не работали.
  Войдя внутрь котельной, они сразу увидели марсоход на белом фоне. И со всех ног
кинулись к нему. Когда они на коленях стали собирать кристаллы, я дернул за веревку. Дверь с лязгом, как лезвие гильотины, опустилась вниз.

© Copyright: Влад Галущенко, 2014

Регистрационный номер №0236442

от 1 сентября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0236442 выдан для произведения: Кристаллы любви
 
 
 Я глянул на часы. До начала конкурса оставался всего час. Пора надевать свое боевое снаряжение. Да, выбор невелик. На диване лежали супермодные джинсы и  коричневые самодельные шорты. Шорты – это все, что осталось от моих выходных брюк. Два года назад джинсы были просто модные, так как имели всего четыре заплатки, две впереди, и две сзади. Теперь заплаток стало больше тридцати. Одна некрасивая и несимпатичная девушка, с которой я безнадежно пытался завести роман, спросила даже, не из бабушкиного ли одеяла они сшиты? Она до сих пор числится в моем списке «Смертельные обиды» под номером сорок три. А под номером один  у меня записана Лилька из соседнего подъезда. Как-то заманил я ее к себе в квартиру. Скормил ей трехмесячную заначку из холодильника – трубочку с кремом. Она все сожрала, чаем запила. Потом говорит мне: «Иди в душ, а потом я». Пока я в ванной натирал мочалкой интимные места, эта курица недорезанная ушла домой. Представляете?
  Есть у меня в мозгу еще несколько подобных списков. «Враги на всю жизнь», «Дикие лохи», »Стремные телки», «Долг небольшой», «Долг безнадежный» и много других. В «Долг безнадежный» я записываю тех, кому должен суммы, сравнимые с моей годовой зарплатой. Если вы подумали, что это очень много, то зря. Последняя работа у меня была три месяца назад.
 
 Да, что это я все о себе, да о себе. Пора и честь знать. То есть представиться.
 Я – это Рафаэль Иванович Клюкин. Нет, не был, не привлекался. Нет. Родственников, к несчастью, за границей не имею. Две тысячи пятого года рождения. Сирота.
   Почему я на четвертый вопрос ответил решительное «Нет»? Чтобы вы не подумали, что «Клюкин» - еврейская фамилия. Она досталась мне в детдоме от деда Клюки, сторожа. Потомственного русского дворянина. Так что есть во мне и благородная кровь. Особенно хорошо это видно, когда я от холода синею. А отчество у меня от завхоза. Ну, с этой пьянью все ясно. Я подозреваю, что и красный, вечно простуженный нос, достался мне именно от него в вечное генетическое наследство. Имя мне дала помешанная на эпохе Ренессанса моя воспитательница. Ну, а что получилось в сумме, сами видите. Как говорится, ни себе посмотреть, ни людям показать. Великий Рафаэль! Это при моем-то росте метр с шапкой и весе сорок вечно голодных кило? Теперь вы понимаете, почему я до сих пор, в мои тридцать лет, одинок, как мосол в нашем с Бобом холодильнике. Все из-за этого проклятого имени! Стоит мне его назвать, все девушки, глядя на меня, тут же начинают хихикать. Сейчас всех прошу, чтобы звали меня просто Рафа.
  Боб – это мой детдомовский друг. Работает охранником в редакции «Космостарс». Он тоже головастый. Составил с каким-то дедом договор докормить его за квартиру. Свезло ему. Через полгода дед помер. Он и мне предлагал докормить бабулю в соседнем подъезде. Живучую столетнюю каргу. Даже обещал помочь с продуктами. Ну, понимаете. Чтобы ускорить процесс докармливания. Но, когда я увидел это чудо геронтологии во дворе, где оно играло с мужиками в козла, понял, что ему никакие продукты не помогут. Это было здоровье Шварценеггера в образе Тетчер. Сам видел, как она, проиграв, разгрызла костяшку домино и гоняла мужиков по всему двору вырванной ножкой от стола.   
  Нет, лучше я пока у Боба буду квартировать. Как говорится, себе дороже.
Да что это я все опять о себе, да о себе.
  Вот был у меня в армии помкомвзвода. Да, я и в армии служил! Когда получил повестку, сразу написал военкому заявление с требованием направить меня в президентский полк. Кто-то мне сказал, что кормежка там получше. А это для меня главный фактор. Поесть я очень люблю. И вкусно. Военком раза три, поглядывая на мою фигуру в розовых трусах в синий цветочек, перечитал заявление. Пожевал левый ус. То, что он потом произнес, мне не очень понравилось.
-Эту,- говорит,- бледную поганку, засуньте в самую дальнюю танковую часть. Там ему самое место.
Дальняя, не дальняя, а до сержанта я дорос. Все благодаря мозгам. Расскажу немного и о них. После армии решил я учиться на филолога.  Старшина мне говорил, что они все сплошь писатели, и зашибают на книгах бешеные бабки. И, главное, моторы танковые на морозе не перебирают. Для примера он принес мне одну толстенную книжку. Справочник автомобилисту. Я когда перемножил в уме ее цену на количество экземпляров, мне стало плохо. Полученная сумма не помещалась в голове. Нули начали сыпаться из глаз и ушей! И это только в уме! На бумаге потом намного больше получилось!
  На третьем курсе я победил на каком-то студенческом конкурсе. То ли лучшего чтеца, то ли танцора. Не помню. И меня, как лучшего студента-филолога направили в спецшколу Космической разведки. КР - сокращенно. Это все происки ректора. Я знаю. Уверен. Слышал, как, показывая на меня, эта козья морда говорила: »Вот такие мухоморы и портят наши музейные выпускные фотографии!» Его жиденькая чеховская бороденка долго потом пугала меня по ночам. Бекала и гонялась за мной. Говорят, козлы любят мухоморы.
 Через два месяца в спецухе меня вызвал сам начальник.
-Вы, молодой человек, савант или больны аутизмом? Наши преподаватели никак не могут определить ваши таланты. Что вы умеете делать лучше других?
-Шнурки могу быстрее всех завязывать! С четырьмя бантиками сразу!
-А еще?
-Ну, в столовой быстрее всех с пайкой справляюсь!
-А еще?
-В туалете в окно пролезаю, никто больше не может!
-А еще?
-Товарищ полковник, если вы мне не верите, пойдемте в туалет! Я вам и не такие
таланты покажу. У меня и других достоинств полно.
Он допрос прекратил и больше меня не трогал.
Как филолога-недоучку распределили меня в аналитический отдел КР.  Это было золотое время. Пять сытых лет. Чем я там занимался? С утра до вечера читал радиограммы от постов космической гвардии. Шифрованные. Да, я учил в спецухе шифровальное дело. Вы обратили внимание, что я скромно написал «учил»? Его значение очень далеко от слова »выучил».  Шеф отдела сказал, чтобы я всю полезную и интересную информацию из шифрограмм вырезал и подклеивал в огромные журналы. Я за пять лет этими журналами все их склады забил. Для меня ведь все было интересно. Потому что непонятно. Два первых офицерских звания вне очереди получил. Потом кто-то очень умный те журналы просмотрел. Так меня капитаном и уволили.
  Пришлось на еду зарабатывать тяжелым интеллектуальным трудом. То грузчиком в продуктовом магазине, то складским рабочим.
  А вот сегодня я первый раз иду поступать охранником. Эта профессия всегда была мечтой моей жизни. Я всегда говорил своим друзьям, что пойду в пожарники или в сторожа, но работать все равно не буду! И вот сегодня моя мечта сбудется.
 
 Все же шорты как-то несолидно. Надел джинсы. И мои любимые армейские полусапожки. Сколько мужества они добавляли мне одним только видом! Чистая кожа, широкие проглаженные шнурки, металлические скобы, титановые подковы. Им десять лет, а  на вид и восьми не дашь.
 
  О конкурсе я вычитал на заборе. Случайно остановился по-маленькому. Ну, вы знаете. Сами ж, небось, так не раз делали. А перед глазами – листок. Я телефончик свободной рукой и оторвал. Бобу такое счастье никогда бы не привалило. У него в подобных ситуациях обе руки заняты.
  А на листочке такое интересное объявление: «Фирма «Волны Любви» набирает бывших армейских офицеров для охраны складов в Лемосоле. Оплата – от десяти тысяч юаней в месяц. Перелет к месту службы – за счет фирмы. Конкурсный отбор».
    Я по прилагаемому телефончику тут же позвонил. Были у меня некоторые непонятки по объявлению. Но по телефону какая-то ханька просюсюкала, что все разъяснят после конкурса. Вот сегодня я туда и собираюсь. Что это за страна такая – Лемосол? А может город? И почему оклад в десять раз больше, чем у нашего городского шефа полиции? 
 
  По конкурсу я, конечно, прошел. Так как вместо нужных двадцати – пришло всего пять
бывших офицеров. И все – типа меня. Изнуренные тяжелым интеллектуальным трудом.
Лемосол оказался нашей земной базой на Марсе. Фирма принадлежала господину Золотову Льву Абрамовичу, торгующему какими-то Кристаллами Любви с Марса. А перелет будет на космическом корабле.
  Попал я, по желанию лично господина Золотова, во внутреннюю охрану. Он сказал, что я места мало занимаю. Его офис в здании склада располагался  всего в трех комнатах. И это, несмотря на миллиардные обороты фирмы!
Приемная с секретаршей Джин Линь, торговый зал и спальня шефа. Служба моя длилась с восьми утра до шести вечера. Мое кресло стояло возле двери в торговом зале. Шеф выходил из своей спальни только к богатым клиентам. Мелких обслуживала секретарша.
   Скупкой кристаллов занимался один из сыновей шефа – Абраша. Его кабинетик находился этажом ниже. Возле его дверей постоянно отирались подозрительные личности.
   Вечером мы с Джин уходили на отдых в жилые боксы первого уровня. В подвале склада. Боксы – как пчелиные соты в боковых стенах. Можно только сесть. Зато тепло и воздух свежий. Месячная плата за пользование боксом съедала ровно половину моего заработка. Но я не жаловался.
 
   Все мои неприятности начались в понедельник. Шеф вызвал меня с Джин с утра и предупредил, что сегодня прибудет с Земли экспертная группа для оценки ожерелья «Сказки Шахерезады», включающего в себя тысячу кристаллов. Цена сделки около ста миллионов юаней.
   Ах, да! Я же вам не рассказал, что это за кристаллы Любви. Их находят в бывших подземных марсианских городах. Это малюсенькие розовые шарики, излучающие какое-то поле, воздействующее на мозг. Ученые писали, что это кристаллы памяти, на которые записаны эротические переживания марсиан. Стоит его засунуть в ухо, как человек засыпал и видел любовные сцены глазами марсиан. Притом в разных кристаллах – разные переживания. Золотов дал мне один на ночь. Там было такое… Я потом полмесяца Джин в глаза смотреть не мог.  Но стоил такой шарик мое годовое жалованье - сто тысяч юаней. 
     
  Меня в офисе поражала простота и продуманность всех систем жизнеобеспечения. Такие не встретишь на старушке Земле. Совмещенный смеситель воздуха со сплит-системой. Из подвала подается нагретый или охлажденный воздух по встроенным в стены пластиковым коробам. Стены из армированного пластика. Окна и двери металлические, герметичные. Стекла армированы сеткой.
 
   Абраша каждый день обедал с Львом Абрамовичем. Сынок всегда приходил с тяжелым кейсом, а уходил с легким.
  Как я потом понял, началась вся эта история месяца три назад. Золотов решил поменять свой основной сейф. Где-то купил полутонную громадину «Биоинжектор» с двумя замками и четвертой степенью защиты. В дополнение к двум сейфам попроще. Все три сейфа он установил в изголовье постели. Чтобы подойти к ним, надо сначала отодвинуть кровать, открыть сдвижную панель и только затем можно было приступать к открытию или взлому сейфов. А практически, только переступив через труп Льва Абрамовича, так как ключи он носил на шее.
  Механический замок нового сейфа открывался пятигранным титановым ключом сложнейшей конфигурации. Чтобы сработал электронный замок, надо было вставить пластиковый ключ, набрать десятизначный код и приложить правый указательный палец Льва Абрамовича для идентификации.
  Покупка сейфа была связана с двумя крупными поступлениями. Это розовый гигантский кристалл «Кинг Конг»  и  ожерелье «Сказки Шахерезады». Гигант пришелся по душе самому Золотову, а ожерелье он решил продать.
 
 Покупатель нашелся не сразу. Я в тот день, как всегда, сидел за пультом сканера у двери. Сканер определял любое излучение. Даже внутри человека. Разные кристаллы светились на экране разными цветами. Заходить на второй этаж со своими кристаллами запрещалось. Поэтому их оставляли в сейфе на первом этаже. Под надзор Абраши. Все равно делать ему больше было нечего.
  Он в тот день выглядел очень взволнованным. Перед обедом поднялся к нам наверх  и долго что-то плевал в ухо Золотову. Тот кивнул головой. Значит надо ждать посетителей. Золотов объявил нам с Джин, что прибудет личный юрист самого Бори Гнутого с женой.
 
   Сначала в дверях нарисовалась дама попугайного вида. Трещала она без умолку, и везде совала свой  конопатый нос. Пытаясь разглядеть внутренности своего мужа на экране сканера, она спихнула меня со стула.
-Извините, не заметила, - и дико захохотала.
Сразу она мне не понравилась. Сначала Лев Абрамович угостил их своим чаем. Почему своим? Нет, он его не выращивал. Он в него добавлял немножко LCD. Ну, это такой легкий наркотик для студентов. Память временно улучшает. За час можно две книги наизусть выучить. И забыть, когда действие наркоты закончится. А еще этот наркотик улучшал настроение и освобождал сознание. Как антидепрессант. Человек как бы немного пьянел и начинал любить весь мир. И Льва Абрамовича в том числе.
  Представитель клиента мне тоже не понравился. Напомаженный щеголь в блестящем костюме. Представился он как адвокат Бинос-Судьбодаров. Он все время доставал лорнет, чтобы лучше разглядеть ожерелье. Что его смотреть? Его слушать надо!  Адвокат за руку тащил Льва Абрамовича к окну и постоянно что-то бормотал.
-Дорогая штуковина. Очень, знаете, впечатляет, очень. Замечательно. Бесподобно.
-Да вы не туда смотрите, дорогуша. Это защелка от шкатулки. Ожерелье правее. - Я видел, что Золотов начинает нервничать. И тут явственно раздался щелчок фотоаппарата.
-Мадам, здесь нельзя фотографировать! – остатки волос Золотова встали дыбом от возмущения.
-Но мне понравился ваш оригинальный ночной горшок.- Дама второй раз щелкнула затвором.
-Мадам, это не ночной горшок! Это старинная марсианская ваза  в виде цветка лотоса. Материал – прообраз стекла и фарфора. Поэтому она так чудно сохранилась.
 
Что-то мне показалось, что первый щелчок прозвучал, когда она рассматривала ожерелье. 
Наконец беспокойные гости ушли.  Золотов унес футляр с ожерельем  в сейф.       
 
Замечательный профан! – заявил он. - Надо же, такого идиота прислать оценивать лучшее ожерелье в Солнечной системе!
  На следующий день Джин не вышла на работу. Шеф послал меня за ней. Возле ее бокса стоял знакомый мне следователь из космополиции Старов. Он и сообщил, что Джин отравилась. Каким-то редким летучим ядом. Я не поверил. Зачем ей это? Только вчера мы обсуждали с ней, как поженимся на Земле и купим маленький магазинчик марсианских сувениров. Меня трясло и очень хотелось напиться. Но надо доложить шефу. 
 Золотов вместо Джин отозвал из внешней охраны Леху Парнова. И приказал нам меняться через день.
 
Я уселся за ее стол. Бедная маленькая Джин. Рядом с ней я всегда чувствовал себя великаном. Я был выше на целых пять сантиметров. Нет, она не была карликом. Просто миниатюрная девушка. И очень славная. И вот ее нет.
 
  Старов пришел после обеда. Начал ворошить стол и шкаф секретаря. По его виду я понял, что он тоже сомневается в ее самоубийстве.
-Что это? – он ткнул в предпоследнюю запись в журнале регистрации посетителей.
«Ск. ш. – авто? Пульт?».
- Так она писала: «Сказать шефу».
-А что значит – «авто», «пульт». Какие машины на Марсе? От чего пульт?
-У нас есть пульты от сплит-системы, чтобы регулировать температуру.
-Да, это похоже. Видимо, не работал режим «авто» на ее пульте, и она об этом хотела сообщить шефу.
Пошарив руками под шкафом, и вытерев их об плащ Абраши, Старов ушел.
 
А я долго еще рассматривал последние записи в журнале, сделанные нежным девичьим почерком.
 
Через два дня ждали адвоката для завершения сделки по продаже ожерелья. Я видел, как шеф растер в заварной чайник на две таблетки LCD больше. Он явно нервничал. Даже сам сделал глоток прямо из чайника.
  
  Адвокат на этот раз приехал без дамы-попугая. Зато он привез с собой эксперта.
Этот горбоносый шпендик всем своим видом изображал значимость. На миллион юаней. Я бы и пяти не дал. Разве что за шляпу. Он от дверей стал капризничать.
   Почему так темно, почему сквозняк, почему кофе без сливок. И так далее. Приказал придвинуть столик для оценки ближе к окну. Как будто ему слушать будет виднее!
   Шеф с юристом пили кофе за большим столом и обсуждали цены на недвижимость на Земле. Я  наблюдал за экспертом. Эксперт обнюхивал ожерелье. Каждый шарик снимал, вставлял в ухо и  слушал. Закончил  он только через четыре часа. Шеф заваривал уже пятый чайник. У адвоката зрачки упорно сходились к переносице. Он все время пытался раздвинуть их пальцами.
Эксперт подошел к ним.
-Я закончил. В ожерелье очень много мелких кристаллов. Более двух сотен. Я рекомендую покупать ожерелье только после их замены более крупными. Или покупать за половину цены.
  Золотов вскинулся. Он явно не хотел терять половину.
-Господа, ожерелье продается только за указанную цену. Можете об этом сообщить своему хозяину.- Он унес шкатулку  в спальню.
Юрист  и эксперт раскланялись и ушли.
 
Я тут же тоже отпросился и ушел. Расстроенный Лев Абрамович только рукой махнул.
 
 После смерти Джин я попытался запить. Не получилось. Когда я утром следующего дня шел с авоськой, набитой бутылками домой, у самого бокса меня перехватил Старов.
-Молодой человек. Попрошу Вас пройти со мной.
Я уже выпил по дороге поллитра, и попытался его обойти, чтобы продолжить банкет.
-Товарищ не понимает культурного обращения!
 
-Куда ты меня несешь?
-Уже пришли.
Когда я поджал ноги, отказываясь идти, он просто взял за воротник куртки и понес меня как чемодан. И тут я увидел знакомый кабинет. Мы поднялись к Золотову.
-Нехорошо. Нехорошо, молодой человек, воровать!- голос шефа дрожал от возмущения.
О чем это он?
Я недоуменно посмотрел на Старова.
 
-Лев Абрамович, я еще раз Вам говорю. Это не он. Ну, гляньте на этого дохленького гномика? - Старов вроде как меня защищает.
-А кто же тогда ожерелье стырил? Я? Сам у себя? Да, он мал! Но как говорит русская пословица: «Мал клоп, да вонюч!»
Это он обо мне, что ли? Ах, так вот в чем дело. Золотова обокрали! Давно пора. Я заулыбался.
-Чему лыбишься, сучара? Куда ожерелье заныкал?
 
А с виду всегда был таким интеллигентным…
 
-Лев Абрамович! Успокойтесь. Товарищ не понимает. Я ему сейчас все объясню.
Вчера были подменены кристаллы в  ожерелье «Сказки Шахерезады».  Подозрение падает на Вас, молодой человек.
-Я их охранял, а не воровал.
-Значит, ты, сучонок, перепутал свои обязанности.- Сухой кулачок Золотова врезался мне в нос. В любимый и единственный. Из носа закапало. Жаль, что руки за спиной были связаны. От возмущения я потерял сознание.
 
Очнулся я от холода. Темно. Так, руки мне развязали. Уже хорошо. Пожалеете. Вы еще не знаете, на что эти руки способны. Я встал. Да это же магазин Абраши. Я отыскал кушетку. Теперь можно полежать  и подумать, насколько глубоко я вляпался.
 
  Итак, вчера у Золотова подменили ожерелье, которое он не захотел продавать за полцены. Тому адвокату с экспертом. Эти двое держали его в руках. Но не украли. Я лично просветил их сканером. И туда, и обратно они прошли чистыми. Потом ожерелье унес Золотов. В новый сейф. Который даже атомная бомба не берет. И все-таки кристаллы  исчезли. Надо срочно вычислить вора. Иначе через неделю Золотов лично разгрызет меня на части. За сто миллионов и я бы любого загрыз.         
  Я не крал. Золотов – тоже. Остаются четверо – Абраша в магазине, Леха за столом секретаря и юрист с экспертом. Хорошо, допустим самое невероятное. Что после моего ухода сынок решил украсть ожерелье. Как это могло выглядеть?
   Вот Абраша вечером  пробирается в спальню отца. Предположим, он догадается дать ему снотворное. Снимает у него с шеи пластиковую карту… Стоп.
Это пластиковая карта от второго сейфа, где хранятся ключи от биосейфа, этого полутонного монстра. Хорошо. Но ключа недостаточно! Как он узнает код? Коды Лев Абрамович менял каждый вечер.
    Один раз я задержался вечером и подглядел, как он это делает. Через щелку между шторами в дверях спальни. Золотов никогда ничего не записывал, и, тем не менее, ни разу не ошибся при вводе кода. Тайна была очень простой. Над сейфами висел большой календарь. Оттуда он и брал коды. Каждый день новые. Следя за его пальцем, я записал все три кода. В журнал. Глядя на календарь, сразу понял, как он их формирует.
  Первой он вводит цифру сейфа. Второй цифрой идет день. А потом – остальные цифры в строке дня из следующих трех колонок цифр на календаре. Например, 1 апреля для первого сейфа он вводил: « 1 1 8 15 22 «. Для второго сейфа 30 апреля код будет: « 2 30 7 14 21 «. Число цифр при этом  никогда не бывает больше десяти. Что и нужно для десятизначного кода замка сейфа. Код не надо записывать и он всегда перед глазами. На листке календаря.
  Мог Абраша подсмотреть, как отец набирает код? Мог. Я же подглядел. А вывести закономерность его ежедневного формирования? Вряд ли. Я со своим IQ в 170 и то не сразу догадался применить календарь. Ну, висит календарь, так он у всех висит.
 
Щелкнул замок. Старов привычно понес меня на второй этаж.
 
-Что это? – Золотов ткнул мне в лицо бумажку с кодами.
Записанные коды оказались для меня роковыми. Их нашел Старов и  показал Золотову. Три кода записаны на последней странице журнала сдачи дежурства. Шеф сразу понял, что означают эти пять групп цифр. Поэтому он так и наседал на меня. Цифры то были написаны моим почерком! Мой сменщик остался вне подозрений.
  Но тут они, конечно, поспешили. Даже зная код, никто не сможет открыть сейф без правого указательного пальца руки Льва Абрамовича. А биодатчик анализировал не только рисунок линий на подушечке пальца, но и его температуру, размер и сопротивление. Если можно подделать температуру и размер, то сопротивление кожи пальца подделать без наличия живого пальца невозможно. А как дотащить живой палец до сейфа? Только в состоянии наркоотруба. Полного. Тогда возникает другой вопрос, как ввести в вену здоровому человеку дозу наркоты, чтобы он этого не почувствовал? Снотворное? Хорошо. Пусть даже мы открыли этот биосейф, накормив папашу наркотой до бесчувствия. Но ведь внутри еще кассовый отдел. Именно в нем Золотов хранил ожерелье. А там еще один кодовый замок и сканер глазного дна. При приеме наркотиков зрачок человека сужается практически в точку. Как сканировать в этом случае глазное дно? Перед тем, как кормить наркотой, вырезать один глаз? У живого человека?
    Нет, чепуха это полная. Когда я им  это выложу, они меня отпустят. А в записи кода покаюсь. Скажу, Абраша денег дал, и попросил записать. Этому слабоумному все с рук сойдет.   
  Так, но это не все. Если ожерелье никто из возможных подозреваемых не брал, тогда кто? Неизвестный? Неизвестные сюда не ходят. С ними Золотов сам даже встречаться не будет. Для этого есть Абраша. Тот скупает  краденые и найденные кристаллы, сортирует их. Самое ценное несет папаше. Так папаша отсечен от криминала. Он только продает. Только уважаемым людям и коллекционерам. Только они имеют доступ к его облитому духами и напомаженному телу. Кто-то из их числа украл? Как? Из сейфа? Опять чепуха получается.
   Таким людям легче нанять профи с опытом. Вот!
Вот отсюда надо и скакать. Были ли за последние два дня на приеме не сами уважаемые люди, а их представители? Были. Всего три. Эта дама-попугай, адвокат в блестящем костюме и эксперт.
 
-Будешь признаваться?
-Буду.
-Рассказывай, как украл, когда, куда спрятал?
-Все скажу!
-Давай, колись уже! – это Старов не выдержал. Не верит ведь, что я украл, а все равно интересно ему, что я врать буду.
-Значит, дело было так. Подговорил меня Абраша Вас, уважаемый Лев Абрамович, грабануть. Украсть кое-что. Обещал поделиться. Деньги мне нужны. Я  же жениться собирался.
-Ты не отвлекайся. По делу ври давай. - Опять этот Старов.
-Ну, так вот. Задержался я как-то вечерком. Дверь в Вашу спаленку, извиняйте, была открыта. Через щелочку подсмотрел шифр и понял, как он складывается.
-Здесь пропусти.- Ага, не хочет старый хрыч, чтоб Старов знал его тайны.
-Пропускаю. Абраша купил наркоты и колес снотворных. Он давно этим балуется.
-Врешь, сукин сын! Поклеп наводишь на мальчонку! Он даже кристаллами не интересуется.
-Хорошо, хорошо. Все купил сам. На свои кровные. Как похоронил невесту, думаю, что свободные дни будут зазря пропадать? Дай-ка я сейфом займусь. Вы когда пропажу обнаружили?
Старов сорвался с места и закрыл Золотову рот. Тот не успел вякнуть. А зря. Не знал я точно дня, когда пропажа обнаружилась.
-Сам говори, когда якобы грабил, брехло вонючее.- Это опять Старов. Да вы и так поняли.
Я прикинул. Взяли меня сегодня утром. Не могли они долго ждать. Да и выбор невелик. Видимо Старов первым делом журнальчик полистал. Коды и нашлись. Вот за мной и побежали, глаза вытаращив.
-Вчера вечером это было.
-Давай, ври дальше.- Старов отпустил задыхающегося Льва Абрамовича.
-Дальше просто. Абрашу не привлекать?
-Нет.
-Тогда, значит, вхожу я один в дом. Бросаю в чай для Льва Абрамовича лошадиную дозу снотворного.
-Вот подлец. А я думаю, чего я тогда так сладко спал.
-Через час захожу в спальню, чтобы сделать укол герыча. Достаю скальпель.
-А это-то зачем? - обеспокоенно спросил Золотов.
-Вы же знаете, что у вас внутри сейфа второй стоит?
-Да.
-А там сканер глазного дна?
-Да.
-Мне надо ввести Вам наркотик, чтобы Вы не проснулись, когда я буду Вас тащить к сейфу, чтобы приложить Ваш пальчик к сканеру. Правильно?
-Да.
-А если я введу вам наркоту, зрачок у вас сузится и сканер не прочитает глазное дно. Замок не откроется. Так?
-Да.
-Поэтому я скальпелем вырезал Вам правый глаз, пока у него не сузился зрачок. А потом вколол герыча.
-Врешь сука! – Золотов схватился за глаза. Оба были на месте.
-А как бы иначе я открыл сейф и вытащил камни. Давайте ваш вариант. Любой. Я соглашусь.
Оба наклонили головы и задумались.
-Я же Вам говорил, врет он все. Насчет кодов – не соврал. Остальное – брехня.
Сочинитель хренов.
-Развяжи ему руки. - Старов развязал.
-Ты, Рафа, не обижайся на меня, старого. Бес попутал. Сам не верил, что говорил. Отдохни денек. Да и выходи снова дежурить. Трудно мне без тебя управляться. За моральный ущерб – накину тебе зарплату. На четверть. Иди, Рафа, иди.
Я и ушел. А что?
 
Через день с утра заступил на дежурство. Даже форму погладил. Старов приходил.
Но все реже. Через две недели вообще исчез. Ничего не накопал. Что можно накопать, если копать нечем?
  Все было спокойно, пока не принесли хозяйскую почту. В мои обязанности входило ее проверять на предмет взрывчатых веществ. Приходила она раз в месяц. Не те он журналы выписывал. Кое-что взрывчатое я находил. Но редко. Такие, знаете, розовые фигурки на фоне лазурного моря. На этот раз ничего эдакого не попалось. От скуки стал листать газеты. А там он. Улыбается на второй полосе во все свои двенадцать зубов. Остальные – металлические.  А на фото рядом – эксперт, с которым он приезжал. Почему-то в полосатой робе. Интере-е-есно! Читаю.
 «Известный адвокат Бинос-Судьбодаров снова выиграл труднейшее дело об убийстве. 
Его подзащитного необоснованно обвиняли в убийстве хозяина магазина. Как оказалось, следствие недостаточно собрало доказательств. Это за них сделал Бинос-Судьбодаров. Знаменитый адвокат блестяще доказал, что хозяин магазина испугался хлопка входной двери от сквозняка. Он подумал, что это выстрел. Выхватил из-под прилавка пистолет и нанес себе нечаянно три смертельных ранения – в грудь, шею и голову. А подсудимый просто зашел купить детишкам конфет. Он все это время скромно стоял у кассы. Другого оружия в магазине не нашли. Да и тот револьвер, что вывалился из руки самоубийцы, был незарегистрированным. Судья и присяжные согласились с доводами нашего знаменитого адвоката»
  Интересно, а почему судья не предложил адвокату провести эксперимент и нанести себе три смертельных ранения подряд?
Я аккуратно вырезал статейку и сунул в карман.
 
  Скоро кончается мой годовой контракт и ноги  сами опять принесли меня в космопорт. Я в сотый раз уточнил расписание полетов и зашел в магазинчик марсианских сувениров. Мои глаза задержались на копии марсохода. Кастрюля с четырьмя проволочными колесами. Рядом лежал пульт управления этой радиоуправляемой моделькой.
Пульт! Авто! Это же запись в журнале Джины! Для женщин ведь все, что с четырьмя колесами – автомобиль.
 
Все мгновенно стало на свои места. Если кристаллы оставляли у Абраши, то сумки – у Джины. Вот какое авто с пультом она увидела в сумке адвоката. Это показалось ей подозрительным. И она решила посоветоваться с шефом. А юрист заметил, что его сумку открывали.
 
Так, так. Вот тебе и адвокат! Вот тебе и эксперт-убийца! Мозги у меня просто закипели. Свидетелей, значит убираем?
  Хоть была и не моя смена, я побежал на службу. Надо снова все осмотреть под новым ракурсом.
-Привет, Леха! Золотов у себя?
-Отсыпается.
-Я тут запонку потерял. Не видел? А то на свидание не хочется в одной идти.
- А ты рукава заверни.
-Под пиджак, что ли? А если снимать пиджак придется? Нет, я поищу.
-Ну, ищи,- Леха уткнулся в толстенную книгу.
Я начал вспоминать. Первым делом эксперт-убийца попросил придвинуть столик с микроскопом к окну. Я пододвинул. Взял стул. Сел. Поглядел на охранника. В этом месте из-за стойки он мог видеть только мою голову. Хорошее эксперт выбрал местечко. Если только он эксперт. Теперь этот хлыщ двухфамильный. Они с хозяином сидела за столом для клиентов. Так, так. Получается, что адвокат спиной полностью закрывал эксперта. Делай, что хочу! Точно. Розовые стекляшки он принес с собой и заменил на кристаллы. Сканер на стекло-то не реагирует. Только на излучающие кристаллы. А где же тогда настоящие кристаллы? В карманы он себе  не засовывал. Да и вынести бы не смог.
Я стал озираться. Где можно спрятать в пределах досягаемости? В столе? Тут ни одного ящичка нет. Голые доски. Приклеить снизу пакет? Тоже нет. Стена. Только пластиковый регулятор подачи воздуха. С мелкими дырочками. Я ощупал его пальцами. Вверху пластик провалился под пальцами.
   Так, так. Горячо. Несколько дырочек подряд были ровненько прорваны. Я сунул туда три пальца. Пролезают. Значит, пройдет и любой кристалл. Внутри квадратный короб. Марсоход из магазина!
Радиоуправляемый. Этот короб идет вдоль всей стены и опускается в подвал. К сплит-системе.
  Интересное кино получается. Но им нужен кто-то третий, кто управлял бы марсоходом.
   Дама-попугай! Жена адвоката, как он ее представил. Вот вам и третий член банды. Теперь все срослось. Осталось только найти место, где они всунули машинку в короб.
  Значит, дело могло быть так. Они монтируют на марсоход телекамеру. Срывают верхнюю крышку  и вставляют его в короб. Дама из подвала управляет им по телеэкрану. Подгоняет его к нужному регулятору воздуха. Чтобы автомобиль не проскочил нужное место, «эксперт» мог всунуть в крайнюю дырочку окошка дужку от очков. Когда марсоход занял место напротив окошка, «эксперт» начал кидать в проделанную дырочку настоящие кристаллы, а на их место в ожерелье вставлять похожие стекляшки. Откуда они могли взять похожие? Снимки! Первый снимок дамы! Второй раз она точно снимала вазу, но первый раз – ожерелье!  
  Дальше просто. Дама отгоняет марсоход к нужному месту. Они забирают кристаллы и…  Как все просто! Я еще раз посмотрел на пластиковое окошко. Представил там внутри марсоход. А если он стоял не вплотную к окошку? Тогда надо проталкивать кристаллы с определенной силой, чтобы они долетели до кузова. Вряд ли «эксперт» имел возможность потренироваться. Я повернул окошко на 180 градусов, чтобы прорезь оказалась внизу. Всунул два пальца. Пошевелил. Есть. Наугад сжал камешек двумя пальцами  и потянул.  Оглянулся. Сменщик уткнулся в книгу и, кажется, уже похрапывает. Будь, что будет. Я как-то видел, как эти окошки меняли слесари. Они не вынимаются, но выкручиваются. Долго. Я стал крутить. Осторожно вынул. Так и есть. Один  кристалл «эксперт» не докинул, а четыре перекинул. Они лежали возле дальней стены короба. Я снова оглянулся. Сунул все пять кристаллов в карман. Закрутил окно на место. Как их вынести, я знал. Зря, что ли, я на этом посту полгода просидел?
Осторожно нажал кнопку выключения сканера на пульте.
 
 Сменщика я не боялся.
-Леха! Нашел! – тот от неожиданности чуть со стула не упал. Приснул, бедняга.
Я показал ему снятую дешевенькую запонку с красным камнем.
-Видал, рубин. Настоящий! – я двинулся к выходу.
 
Теперь мой путь лежал в подвал.
В своем боксе взял сильный фонарь.
Сплит-система стояла в самом дальнем конце подвала. Два короба опускались с потолка. Один - входящий. Другой – выходящий. Никаких следов взлома коробов. Значит, марсоход вставляли на втором этаже.   
В конце второго этажа была мастерская слесарей. Оба короба уходили в стену на высоте метра. И я их нашел! Следы взломы были тщательно заварены. Видимо, уже после ограбления. Решил просветить короба. Вдруг кристаллы просыпались с марсохода… Хоть один. Сто тысяч все же…
Я нашел среди инструмента ножовку по металлу и снова перерезал короб. Сначала один, потом – второй. Посветил фонарем. Первый был пуст. А вот во втором я увидел его – марсоход. Он застрял поперек короба метрах в двадцати от меня. Значит, мадам-попугай не справилась с управлением…
  Я отсчитал по коридору двадцать метров. Напротив меня была дверь с табличкой «Следователь  космополиции Старов». Ясно, почему господа грабители постеснялись сюда зайти. И улетели на Землю ни с чем. Но я не такой…
  Надел сменную форму слесаря, взял ящик с инструментами и смело вошел в кабинет.
Секретарша раскладывала на экране монитора пасьянс.
-Девушка, профилактический осмотр подачи воздуха. У вас есть маска для дыхания? Тогда подождите несколько минут в коридоре.
Все, что связано с воздухом, вызывало у временных служащих марсианской базы непроизвольную дрожь в коленках. Девчушка выпорхнула из кабинета.
  Я вскрыл короб и положил марсоход в свой ящик с инструментами. Тщательно заделал пластырем разрез.
-Можете заходить. У вас система исправна. – Девушка благодарно кивнула головой. Вряд ли она меня запомнит в лицо. Людей в спецформе больше запоминают по цвету комбинезонов.
  В своем боксе я долго пересчитывал кристаллы. Ровно тысяча. Я сложил их в марсоход. Сверху засыпал мелким светло-оранжевым марсианским щебнем. Потом  залил клеем. Такой сувенир пройдет любую таможню.
 
  Дорога на Землю прошла в раздумьях о наказании убийц моей малютки Джин.
 
К концу полета план мести был готов.
  В своей квартире я положил на пол белую простынь. Посредине поставил марсоход с кристаллами. Пусть побесятся, узнав, что кто-то нашел все. Сделал снимок на сотовый телефон. Теперь Интернет. Двухфамильных адвокатов не так уж много.
Я отыскал адрес его почтового ящика без труда. Дальше задумался. У меня было три почтовых ящика. Первый я завел еще в спецухе, когда нас учили азам работы на компьютере. Там и фамилия другая. И город – Красногорск. Открыл его. И с этого ящика отправил фото с сотового на ящик адвоката. Без комментариев. Теперь надо ждать ответа и правильно отвечать на вопросы.
 Ждать пришлось недолго.
Он тут же позвонил на мой сотовый.
-Кто ты?
Я сразу узнал вальяжный тон адвоката. Теперь у меня не было никаких сомнений – кто убийца Джин.
-Тот, кто нашел потерянное вами.
-Что ты хочешь?
-Продать.  Мне эти безделушки ни к чему.
-Сколько хочешь получить за все?
-По тыще за штуку. Меньше не могу. Мне на новую машину не хватает.
-Да тебе таких денег на три машины хватит. Побойся бога. – Еще язык повернулся бога упомянуть. Убивец поганый.
-Меньше не могу.
-Хорошо. Когда и где?
-В старой  котельной за городом. Там нам никто не помешает.
-Согласен. Когда?
-А что тянуть? Сейчас и приезжай.
-Хорошо. Приеду через час.
 
Меня это устраивало. У меня уже все было готово. В смысле ловушки.
Котельная находилась  на окраине города. Это было мрачное коричневое здание с почерневшей высоченной трубой.  Раньше я дружил с Костей, дежурным слесарем этого морально устаревшего сооружения. Лет десять уже котельная медленно разрушается.
 Я вспомнил об интересной подъемной дверце в печи котельной. Она поднималась по вертикальным пазам цепным воротом вверх. А опускалась под своим весом, стоило только отбросить стопор на вороте.
  Дверь я поднял еще вчера. Веревку от стопора протянул  на второй этаж корпуса напротив.
  Адвокат пришел с своим подручным-убийцей. Этого я и ожидал.
На куске белой материи в центре печи я поставил марсоход. Вокруг разбросал розовые стекляшки. Пусть поиграются. Им долго придется их пересчитывать. Помощь вызвать они не смогут. Я проверил. Внутри печи сотовые телефоны не работали.
  Войдя внутрь котельной, они сразу увидели марсоход на белом фоне. И со всех ног
кинулись к нему. Когда они на коленях стали собирать кристаллы, я дернул за веревку. Дверь с лязгом, как лезвие гильотины, опустилась вниз.
Рейтинг: 0 224 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!