Лихое лихо

31 августа 2014 - Влад Галущенко
article236260.jpg
Любите ли вы животных, как люблю их я?
 А с чем вы их любите - с соусом, с кровью, прожаренными, запечеными, на пару?
Ах, вы любите их живыми!  Вот живьем я их еще не пробовал.  Круто вы их... любите!
 Пауков - живьем? Бр-р-р-р!  Хотя...  На вкус и цвет... Надо с друганом посоветоваться. Мы с ним в одном доме живем.  Жили. До недавнего случая.   А началось это так...
    В прихожей споткнулся о костыль бабы Олеши. Надо занести ей, а то она без него, как без рук. Или без ног? В общем, ходить не может. Уже третий раз его ремонтирую. Вовчик, мой дружбан, говорит, что бабка костыль об него обломала, бабка – что внучек об нее. Но то, что оба постоянно в синяках – это факт.
Они с бабкой живут прямо надо мной. На третьем этаже. Дружим мы с ним со школы. Вместе вот и в политех поступили. На факультет информатики. Программистами будем.
Я-то точно. А Вовчик хочет на биологический переводится. Живность он разную любит разводить. С тех пор, как погибли его родители.
Они оба у него были геологи. Из последней экспедиции три года назад не вернулись. Трое оставшихся в живых от экспедиции здоровенных геолога привезли два закрытых гроба. Они сказали Вовчику, что родителей в тайге во сне сожрала стая рыжих муравьев. Больше всего они упирали на то, что родители погибли без мучений. Якобы муравьи сначала впрыскивают в жертву обезболивающую жидкость, а потом только жрут.
Вовчик им не поверил. Родителей похоронили, но в гробах вместо костей лежали кирпичи. А кости дружбан себе оставил. Он показал мне через год их собранные на серебряных проволочках скелеты. Один был немного короче другого. Мама, значит. Хранил он их в спальне. В специальных плоских фанерных шкафах. На дверцы шкафов он булавками прикалывал засушенных бабочек.
Так и стал Вовчик жить в трехкомнатной квартире с девяностолетней бабкой Олешей. Правда, кто кого воспитывал – непонятно. Вовчик сдвинулся на своей живности, а бабка – на предсказаниях. Вот знаете, что она мне предсказала? Что меня через месяц съедят пауки! Смех, да и только. Я их уже сколько ногами подавил, да мухобойкой побил! На это баба Олеша мне сказала, что за это мне и отольется.
Конечно, смех-то, смехом. Если бы предсказания бабкины не сбывались. Вот в прошлом месяце она соседке с первого этажа предсказала, что ту задушит огромный питон. И что вы думаете? Пошла та выносить мусор… и не вернулась. Нашел ее муж задушенной возле мусорного бака. Мужа, конечно, посадили. Он давно на домоуправшу заглядывался. Весь дом об этом знал. Да и откуда у нас в Задолинске тропические питоны? Были у Вовчика года два назад два маленьких питончика, с мизинчик. Так и те сдохли. Он так говорил.
Ах, да! Я же вам не сказал, что Вовчик живность разводит, но не кормит. Ему нравится их морить голодом. Так он им мстит за смерть родителей. У каждого свои развлечения. Я вот компьютерные игры люблю, бабка Олеша – людей пугать предсказаниями. Кстати, это она нашла на костях родителей зарубки от ножей. И сказала, что вовсе не муравьи их съели, а те три здоровяка. А косточки ножиками очистили и в гробик сложили. Я тогда долго над этим думал. А что? Берут же зэки с собой в побег пару молодых «на консервы». Так они это называют.
Позвонил Вовчику в дверь.
- Кого там черти на ночь глядя… А это ты Рафа. Заходи. За костыль спасибо. Совсем меня внучек замордовал. А отбиваться нечем. Иди, в зале он. Горюет опять.
Вовчик сидел у пустого террариума. Там у него было с десяток малюсеньких медянок. На рынке купил.
- Все десять сдохли, Рафа. За ночь.
- Врет он, врет. Не слушай его, Рафа. Он вчерась опять напился. Вилкой в тех змеюк тыкал все. У, изверг!- бабка замахнулась костылем.- А крышку опосля неплотно прикрыл. Видела я, как они под плинтус уползли. Все десять.
- Не слушай ты эту старую каргу, Рафа. Сдохли они. Сам их в унитаз спустил.


   Я глянул на его пальцы. Они дрожали. Так же, как год назад, когда у него пропала самка паука-птицееда с целым выводком паучат. Видел я ее у него. Сантиметров тридцать в диаметре. Монстр.
Да, медянки – это не шутки. У них укус смертельный. На сто процентов. От укуса птицееда, бывает, некоторые и выживают. А медянки…
Если они сдохли, чего он так дрожит?


- Друган, ты что, из-за этих тварей ползучих расстроился? Новых купишь.
- Нет, Рафа. Тут дело хуже.
- Что еще?
- Мне вчера клещей энцефалитных из тайги прислали. Целую коробку. Штук сто. А сегодня открываю – нет их. Да и врет бабка! Выпил-то я вчера всего-ничего. Пивком залакировал. Все путем было. А вот как я на коробок сел – убей, не помню.

    Так может он и про медянок не помнит?


   Я шел к двери расстроенный. Сзади бабка Олеша стучала костылем. Я открыл дверь.


- Сынок? Ты не забыл?
- Чего?
- Сегодня же месяц кончается.
- Какой месяц?
- Да это я насчет пауков. Съедят они тебя сегодня.
- Тьфу на тебя! Тут вон медянки с клещами пропали, а ты со своими пауками носишься!


   Я хлопнул дверью.

   Дома проверил все плинтуса. Вроде дырок нет. Прижал плотнее балконную дверь. Проверил все окна. В одном месте подклеил уплотнение. Лег на диван и стал изучать трещинки на потолке. Медянки, пауки, клещи…


   Проснулся  глубокой ночью от ощущения неясного страха. По стенам бегали разноцветные блики от неисправной рекламы соседнего магазина. Я так и заснул вчера, не раздеваясь.


  Откуда же ощущение страха? Я покрутил головой. Вроде все в порядке, тишина. Полежал несколько минут. Сон ушел окончательно. Страх нарастал. И тут я понял, где источник этого страха.
    Боковым зрением уловил медленно движущееся мохнатое пятно на противоположной стене. Сначала я его принял за пятно от рекламы. Но теперь ясно увидел, что это движется нечто живое. Поднял руку и дернул шнур бра. Яркая вспышка и треск лопнувшей лампочки. На голову посыпались мелкие осколки стекла. «Бывает и хуже, но реже!»,- я нащупал кнопку ночника на прикроватной тумбочке. Тот, слава богу, окрасил комнату зеленоватым светом.


   То, что я увидел на стене, заставило сжаться внутренности в маленький клубок, а потом покрыться морозной корочкой. По стене вниз медленно ползла самка паука-птицееда размером с большую тарелку. То, что это самка, было видно по облепившим ее сотням копошащихся детенышей.


   «Черт, черт, черт!- мысли заклинило. Такое же страшилище было и в террариуме у Вовчика год назад. Но как же оно попало сюда? Цветочный горшок! Точно! Выше самки висел большой цветочный горшок с огромной зеленой шапкой мелких листочков. Значит, это чудище уже давно жило в горшке и даже успело вывести приплод! Целый год жил в одной комнате с этим мохнатым монстром! Я физически почувствовал, как зашевелились волосы на голове. Нужно что-то делать!


   Но все мышцы сковал ужас. «Убить!!!!- прорвался вопль в какой-то обезумевшей извилине. Легко сказать – убить! Как, если даже вздохнуть страшно? Тем временем, мелко семеня огромными мохнатыми ножищами, самка успешно слезла со стены и теперь двигалась по скользкому паркету.


   Я мысленно прочертил линию пути паучихи. Она упиралась в мою голову! Теперь «УБИТЬ!!!» вопили все извилины не только мозга, но и кишок. ЧЕМ??? В голове мелькали образцы орудий убийства от царь-пушки до баллистической ракеты. Ничего подобного у меня под рукой, к несчастью, не было. Образ огромного ядра от пушки в голове медленно трансформировался в кастрюлю. ПОЧЕМУ КАСТРЮЛЯ??? Ответа пока в голове не было.


    Паучиха тем временем уверенно тащила шевелящуюся кучу паучат к моему изголовью. Представив, как они будут копошиться в моих волосах, я нервно вскочил и опрометью бросился на кухню.


    «Так, если ударить кастрюлей, убить всех сразу не удастся. Жить же с таким ужасом по всем щелям квартиры – лучше сразу удавиться!
НАКРЫТЬ!!!» - наконец-то исстрадавшийся мозг выдал единственно верное пока решение. С кастрюлей наперевес я метнулся в спальню. Паучиха уже почти доползла до изголовья кровати.


- Получай, тварь!- кастрюля с треском закрыла от глаз жуткое зрелище. Стало немного легче. По крайней мере, морозная корочка в животе растопилась, хотя комок внутри еще ощущался.


    Через полчаса я поймал себя на радостном смаковании второго рождения и любовании красотами жизни. Несмотря ни на что – жизнь прекрасна! Выжить и победить кошмарного троглодита – разве это не чудо?


   Конечно, чудо, но с этим динозавром надо было еще что-то делать. Он ведь пока жив и ждет удобного момента для смертельной атаки! Как от него окончательно избавиться? Застрелить! Но чем? Кроме рогатки племянника на балконе, ничего более огнестрельного в доме не было. Думай, голова, думай! Черт, опять в голове замелькали арбалеты, луки и стрелы. Нет, надо что-то более современное.


   Так, чем там забавлялась инквизиция, поднаторевшая в борьбе с ведьмами и ведьмаками? Огонь, вода и… медные трубы! Черт, причем здесь медные трубы? Не мозги, а одни опилки! Вон, даже в висках покалывает.


    Огонь – да! СЖЕЧЬ! Вода? Вряд ли удастся утопить эту бабищу с детищами. Где-то я читал, что пауки по часу могут жить под водой. Если огонь, то как? Сделать дырочку в дне кастрюли, вылить туда весь флакон бензина от зажигалки и поджечь! Нет. Без воздуха гореть не будет. Надо поднимать кастрюлю. Представив, как разбегаются по комнате сотни огненных пауков, я непроизвольно икнул. Только не это!
Гангстеры, знавшие толк в убийствах, заливали свои жертвы цементом! Сделать жидкий цемент и залить через дырочку! Да, и сутки ждать, пока он застынет. А если клеем? Тот в такой массе вообще не будет застывать. А если эпоксидка? Где-то была упаковка. Нет, не хватит.


    ПЕНА! Строительная пена! У меня же с весны лежат целых два баллончика. Собирался заделать щели на лоджии, да так и забыл. И слава богу, что забыл!


    Я побежал за ручной дрелью. Хватило одного баллона. Пена аж поперла во все щели. Еле удержал кастрюлю. Через три минуты все было кончено.  Упаковал кастрюлю с пено-пауками в мусорный мешок, туда же для гарантии бросил все три оставшиеся цветочные горшки. Я даже смотреть на них теперь не смогу, а не то, что поливать!

   Проснулся от щекотки. В носу. Перед глазами клацала своими жвалами паучиха. Ее глаза в первых лучах зари горели ярким красным светом. Паучиха сидела у меня на лице и две передние лапы елозили у меня в ноздрях. Поэтому и щекотно. Но не только в носу. По всему телу. Я скосил глаза. Сотни черных паучков деловито бегали по всему моему телу. То ли от страха, то ли от щекотки, но я чихнул. Жвала паучихи сомкнулись на моей переносице. Последней была мысль о том, что подсознание так и не достучалось до меня. Вся предыдущая беготня была сном.

    Очнулся снова я почему-то на полу в кухне. От холода. Входная дверь в квартиру была открыта. Паучихи с семейством не было. Я потрогал нос. Боли не было. Была только слабость во всем теле. Я долго пытался разобраться, что было сном, а что – явью.


    Зашел в зал. Все четыре цветочных горшка висели на месте. Значит, первый был сон. Но тогда значит…? Я подошел к зеркалу. На носу были две черно-красные точки. По коже поползли мурашки-паучки.

    Остаток ночи пришлось провести на кухне, так как все щели в зале я обработал для гарантии дихлофосом. От ароматов в квартире все французские парфюмеры моментально бы передохли от счастья. Таких запахов в природе не существовало вообще! Разве что одеколон «Вот бомжи ползут!»

   Утром раздерганные нервы застонали от истошных криков,  ударов и  длинного дверного звонка. Так звонят только в случае войны!

    Дверь на цепочке я открывал по миллиметру. Расстроенное воображение рисовало то цепочку прибежавших пауков, то слюнявую пасть динозавра.

     Но это была теща с двумя огромными чемоданами.


-  Мама, ну что вы, ей-богу, ездите и ездите? Я же звонил Вам, что мы с Нюрой разводимся. Видите, ее нет дома! Она уже два месяца живет у своего нового хахаля!


   Теща молча затаскивала чемоданы в прихожую. Сев на один из них, суетливо завертела носом.
-   Сынок, ты бы сменил одеколон, сколько раз я тебе хороший привозила. Я вот тут тебе разносолов свеженьких привезла, яблочек, огурчиков. Знаю, что любишь! А Нюрка вернется. Как была дурой, так и осталась. Я, сынок, пока вы не помиритесь, у тебя поживу.


  «Господи, радость-то какая! Вот только тебя мне и не хватало с твоими огурчиками!» – я чуть не выложил ей это вслух. Хотя тещу я уважал. Была она крепка деревенским умом и житейской мудростью. Жаль, дочка не в нее пошла!

- Мама, это не одеколон, - начал я терпеливые объяснения. - Это запах дихлофоса.
От мух и комаров.
- Да мне-то все равно. Я скоро уеду. Нюхай на здоровье! Коль нравится.

  Может рассказать ей про медянок и клещей? Или пусть живет?


- Сынок, а что это у тебя за пятна по телу? Ты не заболел?


   Я глянул на руки. Пятаки черных пятен с красными ободками явственно проступали по всему телу. Ноги у меня подкосились.

Живу я сейчас у любимой тещи. Выходила она меня. Нюрка вернулась. Квартиру пришлось продать. Изредка звоню покупателям. Интересно, сколько они там проживут?
 

© Copyright: Влад Галущенко, 2014

Регистрационный номер №0236260

от 31 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0236260 выдан для произведения: Любите ли вы животных, как люблю их я?
 А с чем вы их любите - с соусом, с кровью, прожаренными, запечеными, на пару?
Ах, вы любите их живыми!  Вот живьем я их еще не пробовал.  Круто вы их... любите!
 Пауков - живьем? Бр-р-р-р!  Хотя...  На вкус и цвет... Надо с друганом посоветоваться. Мы с ним в одном доме живем.  Жили. До недавнего случая.   А началось это так...
    В прихожей споткнулся о костыль бабы Олеши. Надо занести ей, а то она без него, как без рук. Или без ног? В общем, ходить не может. Уже третий раз его ремонтирую. Вовчик, мой дружбан, говорит, что бабка костыль об него обломала, бабка – что внучек об нее. Но то, что оба постоянно в синяках – это факт.
Они с бабкой живут прямо надо мной. На третьем этаже. Дружим мы с ним со школы. Вместе вот и в политех поступили. На факультет информатики. Программистами будем.
Я-то точно. А Вовчик хочет на биологический переводится. Живность он разную любит разводить. С тех пор, как погибли его родители.
Они оба у него были геологи. Из последней экспедиции три года назад не вернулись. Трое оставшихся в живых от экспедиции здоровенных геолога привезли два закрытых гроба. Они сказали Вовчику, что родителей в тайге во сне сожрала стая рыжих муравьев. Больше всего они упирали на то, что родители погибли без мучений. Якобы муравьи сначала впрыскивают в жертву обезболивающую жидкость, а потом только жрут.
Вовчик им не поверил. Родителей похоронили, но в гробах вместо костей лежали кирпичи. А кости дружбан себе оставил. Он показал мне через год их собранные на серебряных проволочках скелеты. Один был немного короче другого. Мама, значит. Хранил он их в спальне. В специальных плоских фанерных шкафах. На дверцы шкафов он булавками прикалывал засушенных бабочек.
Так и стал Вовчик жить в трехкомнатной квартире с девяностолетней бабкой Олешей. Правда, кто кого воспитывал – непонятно. Вовчик сдвинулся на своей живности, а бабка – на предсказаниях. Вот знаете, что она мне предсказала? Что меня через месяц съедят пауки! Смех, да и только. Я их уже сколько ногами подавил, да мухобойкой побил! На это баба Олеша мне сказала, что за это мне и отольется.
Конечно, смех-то, смехом. Если бы предсказания бабкины не сбывались. Вот в прошлом месяце она соседке с первого этажа предсказала, что ту задушит огромный питон. И что вы думаете? Пошла та выносить мусор… и не вернулась. Нашел ее муж задушенной возле мусорного бака. Мужа, конечно, посадили. Он давно на домоуправшу заглядывался. Весь дом об этом знал. Да и откуда у нас в Задолинске тропические питоны? Были у Вовчика года два назад два маленьких питончика, с мизинчик. Так и те сдохли. Он так говорил.
Ах, да! Я же вам не сказал, что Вовчик живность разводит, но не кормит. Ему нравится их морить голодом. Так он им мстит за смерть родителей. У каждого свои развлечения. Я вот компьютерные игры люблю, бабка Олеша – людей пугать предсказаниями. Кстати, это она нашла на костях родителей зарубки от ножей. И сказала, что вовсе не муравьи их съели, а те три здоровяка. А косточки ножиками очистили и в гробик сложили. Я тогда долго над этим думал. А что? Берут же зэки с собой в побег пару молодых «на консервы». Так они это называют.
Позвонил Вовчику в дверь.
- Кого там черти на ночь глядя… А это ты Рафа. Заходи. За костыль спасибо. Совсем меня внучек замордовал. А отбиваться нечем. Иди, в зале он. Горюет опять.
Вовчик сидел у пустого террариума. Там у него было с десяток малюсеньких медянок. На рынке купил.
- Все десять сдохли, Рафа. За ночь.
- Врет он, врет. Не слушай его, Рафа. Он вчерась опять напился. Вилкой в тех змеюк тыкал все. У, изверг!- бабка замахнулась костылем.- А крышку опосля неплотно прикрыл. Видела я, как они под плинтус уползли. Все десять.
- Не слушай ты эту старую каргу, Рафа. Сдохли они. Сам их в унитаз спустил.


   Я глянул на его пальцы. Они дрожали. Так же, как год назад, когда у него пропала самка паука-птицееда с целым выводком паучат. Видел я ее у него. Сантиметров тридцать в диаметре. Монстр.
Да, медянки – это не шутки. У них укус смертельный. На сто процентов. От укуса птицееда, бывает, некоторые и выживают. А медянки…
Если они сдохли, чего он так дрожит?


- Друган, ты что, из-за этих тварей ползучих расстроился? Новых купишь.
- Нет, Рафа. Тут дело хуже.
- Что еще?
- Мне вчера клещей энцефалитных из тайги прислали. Целую коробку. Штук сто. А сегодня открываю – нет их. Да и врет бабка! Выпил-то я вчера всего-ничего. Пивком залакировал. Все путем было. А вот как я на коробок сел – убей, не помню.

    Так может он и про медянок не помнит?


   Я шел к двери расстроенный. Сзади бабка Олеша стучала костылем. Я открыл дверь.


- Сынок? Ты не забыл?
- Чего?
- Сегодня же месяц кончается.
- Какой месяц?
- Да это я насчет пауков. Съедят они тебя сегодня.
- Тьфу на тебя! Тут вон медянки с клещами пропали, а ты со своими пауками носишься!


   Я хлопнул дверью.

   Дома проверил все плинтуса. Вроде дырок нет. Прижал плотнее балконную дверь. Проверил все окна. В одном месте подклеил уплотнение. Лег на диван и стал изучать трещинки на потолке. Медянки, пауки, клещи…


   Проснулся  глубокой ночью от ощущения неясного страха. По стенам бегали разноцветные блики от неисправной рекламы соседнего магазина. Я так и заснул вчера, не раздеваясь.


  Откуда же ощущение страха? Я покрутил головой. Вроде все в порядке, тишина. Полежал несколько минут. Сон ушел окончательно. Страх нарастал. И тут я понял, где источник этого страха.
    Боковым зрением уловил медленно движущееся мохнатое пятно на противоположной стене. Сначала я его принял за пятно от рекламы. Но теперь ясно увидел, что это движется нечто живое. Поднял руку и дернул шнур бра. Яркая вспышка и треск лопнувшей лампочки. На голову посыпались мелкие осколки стекла. «Бывает и хуже, но реже!»,- я нащупал кнопку ночника на прикроватной тумбочке. Тот, слава богу, окрасил комнату зеленоватым светом.


   То, что я увидел на стене, заставило сжаться внутренности в маленький клубок, а потом покрыться морозной корочкой. По стене вниз медленно ползла самка паука-птицееда размером с большую тарелку. То, что это самка, было видно по облепившим ее сотням копошащихся детенышей.


   «Черт, черт, черт!- мысли заклинило. Такое же страшилище было и в террариуме у Вовчика год назад. Но как же оно попало сюда? Цветочный горшок! Точно! Выше самки висел большой цветочный горшок с огромной зеленой шапкой мелких листочков. Значит, это чудище уже давно жило в горшке и даже успело вывести приплод! Целый год жил в одной комнате с этим мохнатым монстром! Я физически почувствовал, как зашевелились волосы на голове. Нужно что-то делать!


   Но все мышцы сковал ужас. «Убить!!!!- прорвался вопль в какой-то обезумевшей извилине. Легко сказать – убить! Как, если даже вздохнуть страшно? Тем временем, мелко семеня огромными мохнатыми ножищами, самка успешно слезла со стены и теперь двигалась по скользкому паркету.


   Я мысленно прочертил линию пути паучихи. Она упиралась в мою голову! Теперь «УБИТЬ!!!» вопили все извилины не только мозга, но и кишок. ЧЕМ??? В голове мелькали образцы орудий убийства от царь-пушки до баллистической ракеты. Ничего подобного у меня под рукой, к несчастью, не было. Образ огромного ядра от пушки в голове медленно трансформировался в кастрюлю. ПОЧЕМУ КАСТРЮЛЯ??? Ответа пока в голове не было.


    Паучиха тем временем уверенно тащила шевелящуюся кучу паучат к моему изголовью. Представив, как они будут копошиться в моих волосах, я нервно вскочил и опрометью бросился на кухню.


    «Так, если ударить кастрюлей, убить всех сразу не удастся. Жить же с таким ужасом по всем щелям квартиры – лучше сразу удавиться!
НАКРЫТЬ!!!» - наконец-то исстрадавшийся мозг выдал единственно верное пока решение. С кастрюлей наперевес я метнулся в спальню. Паучиха уже почти доползла до изголовья кровати.


- Получай, тварь!- кастрюля с треском закрыла от глаз жуткое зрелище. Стало немного легче. По крайней мере, морозная корочка в животе растопилась, хотя комок внутри еще ощущался.


    Через полчаса я поймал себя на радостном смаковании второго рождения и любовании красотами жизни. Несмотря ни на что – жизнь прекрасна! Выжить и победить кошмарного троглодита – разве это не чудо?


   Конечно, чудо, но с этим динозавром надо было еще что-то делать. Он ведь пока жив и ждет удобного момента для смертельной атаки! Как от него окончательно избавиться? Застрелить! Но чем? Кроме рогатки племянника на балконе, ничего более огнестрельного в доме не было. Думай, голова, думай! Черт, опять в голове замелькали арбалеты, луки и стрелы. Нет, надо что-то более современное.


   Так, чем там забавлялась инквизиция, поднаторевшая в борьбе с ведьмами и ведьмаками? Огонь, вода и… медные трубы! Черт, причем здесь медные трубы? Не мозги, а одни опилки! Вон, даже в висках покалывает.


    Огонь – да! СЖЕЧЬ! Вода? Вряд ли удастся утопить эту бабищу с детищами. Где-то я читал, что пауки по часу могут жить под водой. Если огонь, то как? Сделать дырочку в дне кастрюли, вылить туда весь флакон бензина от зажигалки и поджечь! Нет. Без воздуха гореть не будет. Надо поднимать кастрюлю. Представив, как разбегаются по комнате сотни огненных пауков, я непроизвольно икнул. Только не это!
Гангстеры, знавшие толк в убийствах, заливали свои жертвы цементом! Сделать жидкий цемент и залить через дырочку! Да, и сутки ждать, пока он застынет. А если клеем? Тот в такой массе вообще не будет застывать. А если эпоксидка? Где-то была упаковка. Нет, не хватит.


    ПЕНА! Строительная пена! У меня же с весны лежат целых два баллончика. Собирался заделать щели на лоджии, да так и забыл. И слава богу, что забыл!


    Я побежал за ручной дрелью. Хватило одного баллона. Пена аж поперла во все щели. Еле удержал кастрюлю. Через три минуты все было кончено.  Упаковал кастрюлю с пено-пауками в мусорный мешок, туда же для гарантии бросил все три оставшиеся цветочные горшки. Я даже смотреть на них теперь не смогу, а не то, что поливать!

   Проснулся от щекотки. В носу. Перед глазами клацала своими жвалами паучиха. Ее глаза в первых лучах зари горели ярким красным светом. Паучиха сидела у меня на лице и две передние лапы елозили у меня в ноздрях. Поэтому и щекотно. Но не только в носу. По всему телу. Я скосил глаза. Сотни черных паучков деловито бегали по всему моему телу. То ли от страха, то ли от щекотки, но я чихнул. Жвала паучихи сомкнулись на моей переносице. Последней была мысль о том, что подсознание так и не достучалось до меня. Вся предыдущая беготня была сном.

    Очнулся снова я почему-то на полу в кухне. От холода. Входная дверь в квартиру была открыта. Паучихи с семейством не было. Я потрогал нос. Боли не было. Была только слабость во всем теле. Я долго пытался разобраться, что было сном, а что – явью.


    Зашел в зал. Все четыре цветочных горшка висели на месте. Значит, первый был сон. Но тогда значит…? Я подошел к зеркалу. На носу были две черно-красные точки. По коже поползли мурашки-паучки.

    Остаток ночи пришлось провести на кухне, так как все щели в зале я обработал для гарантии дихлофосом. От ароматов в квартире все французские парфюмеры моментально бы передохли от счастья. Таких запахов в природе не существовало вообще! Разве что одеколон «Вот бомжи ползут!»

   Утром раздерганные нервы застонали от истошных криков,  ударов и  длинного дверного звонка. Так звонят только в случае войны!

    Дверь на цепочке я открывал по миллиметру. Расстроенное воображение рисовало то цепочку прибежавших пауков, то слюнявую пасть динозавра.

     Но это была теща с двумя огромными чемоданами.


-  Мама, ну что вы, ей-богу, ездите и ездите? Я же звонил Вам, что мы с Нюрой разводимся. Видите, ее нет дома! Она уже два месяца живет у своего нового хахаля!


   Теща молча затаскивала чемоданы в прихожую. Сев на один из них, суетливо завертела носом.
-   Сынок, ты бы сменил одеколон, сколько раз я тебе хороший привозила. Я вот тут тебе разносолов свеженьких привезла, яблочек, огурчиков. Знаю, что любишь! А Нюрка вернется. Как была дурой, так и осталась. Я, сынок, пока вы не помиритесь, у тебя поживу.


  «Господи, радость-то какая! Вот только тебя мне и не хватало с твоими огурчиками!» – я чуть не выложил ей это вслух. Хотя тещу я уважал. Была она крепка деревенским умом и житейской мудростью. Жаль, дочка не в нее пошла!

- Мама, это не одеколон, - начал я терпеливые объяснения. - Это запах дихлофоса.
От мух и комаров.
- Да мне-то все равно. Я скоро уеду. Нюхай на здоровье! Коль нравится.

  Может рассказать ей про медянок и клещей? Или пусть живет?


- Сынок, а что это у тебя за пятна по телу? Ты не заболел?


   Я глянул на руки. Пятаки черных пятен с красными ободками явственно проступали по всему телу. Ноги у меня подкосились.

Живу я сейчас у любимой тещи. Выходила она меня. Нюрка вернулась. Квартиру пришлось продать. Изредка звоню покупателям. Интересно, сколько они там проживут?
 
Рейтинг: 0 253 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

 

Популярная проза за месяц
129
120
106
97
95
Подруги 11 ноября 2017 (Татьяна Петухова)
93
93
92
91
89
86
79
76
73
71
70
69
Тёщин сон 3 ноября 2017 (Тая Кузмина)
66
УЧИТЕЛЬ 24 октября 2017 (Николина ОзернАя)
63
63
62
60
59
Предзимье 31 октября 2017 (Виктор Лидин)
59
59
57
53
45
40
38