Краденый сучий сын

31 августа 2014 - Влад Галущенко
article236263.jpg
     Это уже много позже я понял, что меня подставили, как последнего лоха.  Меня,  потомка древнего княжеского рода, Льва Болдакова!    Как распоследнего Лоха с большой буквы.
 
    Наполовину сухой  я лежал в собачьей будке и сочинял явку с повинной.  Никогда ее раньше не писал,  и потому возникли большие трудности с формой документа.  Никак не мог решить, что пишется вначале – кому или от кого?  Сосредоточиться  мешал дискомфортный конфликт между частями тела. 
 
   Нижняя часть моего дворянского  туловища  отчаянно протестовала  против  мокрой несправедливости.   Шел мелкий  осенний дождь, а в собачью будку  влезла только  голова, плечи  с руками и часть спины.  Нежным округлостям и  изящно длинным ногам  не повезло.  Они  мокли  в дыре  забора и за его пределами.
 
   Старенький москвичок,  виновник моего нынешнего незавидного положения,  тоже мок  за углом забора.  Так ему и надо.  Будет знать, как врезаться  в благородных иностранок.   Хотя…  
  
   Уже перед самым столкновением  на  шоссе  мне показалось странным  кокетливое  верчение задом  этой  кремовой шевролетки.  И почему она тормознула, когда  справа отчаянно засигналил  обгонявший джип?  Вот он и отвлек мой взгляд  от вертлявого симпатичного зада,  который  круторылый москвич  вмял  по самое не хочу. 
 
    Владелица  лишенного чести и достоинства шевроле  вместе  с вернувшимся  хозяином джипа  оценили  ущерб  ровно в двадцать тонн зеленых.   Таких бабок  не то что не нюхал, я их в руках  ни разу в жизни не держал, о чем честно и заявил.
 
   Вышедшие из джипа два паренька в кожаных  брючатах  достали из багажника ужасающих размеров садовые ножницы  и вежливо попросили  меня снять штаны.
 
- Зачем они вам? – недоуменно спросил я их.
- Мы их тебе вернем.
- Штаны?
- Нет, то, что сейчас отрежем. 
- Зачем?
- Чтобы ты потом всю жизнь носил их в руках  и пел только в церковном хоре мальчиков.
 
   Когда до меня дошел  смысл  их  намерений, я тут же согласился  на все   требования.  А нужна им была сущая мелочь – украсть у первой жены  владельца джипа  его сынишку, так как вторая  женушка оказалась богатой, но бездетной.  Это мне знакомо,  чувство  обреченности и вины  за прерывание рода.  Бог и мне не дал детей, так что  княжеский род Болдаковых  умрет вместе со мной.  Некому  будет передать  великую  и славную фамилию.
 
   Вот поэтому я и лежу  с  ночи  наполовину под дождем  и жду,  когда  пацан  снова  придет  смотреть на   родившихся   щенят в будке напротив.  Не знаю, какой кобель, обрюхативший ее, жил в моей будке,  но  мылся он явно раз в год.   Вонь стояла  неимоверная.  К тому же очень хотелось спать,  так как  полночи  я  крошил специальным  бесшумным  рыхлителем дыру в самом низу кирпичного  забора.
  
   Следил  я за этой неприступной крепостью  нефтяного олигарха  в самом центре заповедника  целый месяц,  строя самые невероятные планы,  как умыкнуть  невинного дитенка.  За это время я его возненавидел, так как эта мелкая пакость,  даже  писая  на прогулке  под кустик, двумя руками  держалась  за охранников, пока третий  направлял в нужном  направлении его микроскопические причандалы.
   
   И вот только три дня назад   появился  шанс.  Меня привлек дикий рев  пацана   в дальнем  углу двора,  где  стояли  две собачьи будки, стилизованные под  казачьи курени.  Паренек  услышал  писк щенят  и рвался   понянчить  сучьих детишек.
 
   Естественно, усатые няни, зная нервозность  молодой мамаши и остроту ее клыков,  тут же унесли  гудящий паровозик в  дом.  Но я заметил, как через час открылось  кухонное окно,   и пацан  с куском мяса в руке   пополз  к  сукиной будке.   Как ни странно,  овчарка  даже не рыкнула  на малыша,  тискающего  ее потомство.  Она  сглотнула  мясо, облизнулась  и,  положив  морду на лапы,  грустно следила  за играющими детишками.  Видимо, прикидывала, где раздобыть пропитание  на всю эту ораву.
 
    Вскоре пацан  вернулся в дом,  а я  сочинял  план  оперативных и тактических мероприятий   по крупному воровству мелкого пакостника.   Счастье  широким потоком плыло мне прямо в руки.   Где бы я еще  нашел его одного и без охраны?
 
  И вот все готово.   До часа  икс  осталось совсем немного.  Мешок из-под сахарного песка, веревка, хлороформ  и салфетка – все под рукой.
 
  И тут мой план  полетел в тартарары.   Из кухни  вышел  повар, всегда кормивший собаку,  с двумя ведрами.   Меня это сразу насторожило, так как раньше он приходил  с одним.   На этот раз  отвел собаку  метров на пять от будки и привязал к забору.   Потом  подошел к будке и быстро покидал  щенят  в ведро с водой.  Овчарка   с силой натянула цепь и захрипела.  
 
  Повар бегом  потащил  ведро  за угол  дома.   На то,  как рвалась  к будке собака,  даже больно было смотреть.  Через полчаса  она, изможденная до предела, упала на землю и завыла.
 
  И тут из окна вывалился  пацаненок.  Я приготовился,  выбирая момент поудобнее.  Малыш  подбежал к будке и привычно сунул внутрь голову.  Не поверив глазам, пошарил внутри  руками.
Поняв, что щенят  нет,  бегом кинулся к стонущей овчарке.  Наполовину вылезший,  я  резко дал задний ход.  Знакомиться с собачьими зубами в мои планы не входило.
 
   А малыш  неожиданно  щелкнул  замком  шипастого ошейника  и отпустил овчарку.
 
- Ищи, Лайма,  ищи, - раздался  писклявый детский голосок.
 
   Если кто-то думает, что ракам  нравится ползать  взад, то  уверяю, что это не так.   Мне, например, совсем не понравилось,  когда я увидел  мчащуюся  на меня  черную тварь с оскаленной пастью.  Но, хоть у меня  и не было до этого задней скорости, каким-то чудом я ее включил  и пробкой вылетел из своего убежища.  Как потом оказался на самой верхушке  сосны, уже не помню.   Слезал я с дерева намного дольше.  Целый час приходил в себя в трясущемся от страха москвичке. 
 
   А вот еще через час увидел  медленно трусящую  вдоль забора овчарку с чем-то коричневым в зубах.   В бинокль   увидел, что это  крупненький щенок  с морщинистой бульдожьей пастью.  Я  услышал стук  моей отпавшей челюсти.
 
   Эта сука  украла  чужого щенка!   Подлая тварь!  Да как она…   Мда.   Вспомнив свою миссию,  я понял, что не мне ее осуждать. 
 
  Молча протиснулся вслед  за собакой  в  дыру забора.  Пацан  появился  через час.  Заслышав его шаги,  овчарка злобно зарычала.  Да, второй раз  эта сука  уже вряд ли  так просто отдаст своего благоприобретенного  сыночка.
 
   Парень  ошеломленно остановился.  Это мне и было нужно.  Действовал я четко и быстро.  Через минуту  мы уже мчались  по раскисшей дороге в сторону  междугородной трассы.
 
  А что?   А вы бы отдали с таким трудом добытое дитя?   Тогда  попробуйте  отобрать его у овчарки.  Да оно мне и нужнее, чем этим  подлым аферистам.  Теперь  княжеский род Болдаковых не увянет.   Вон  как  посапывает на заднем сиденье  мой князек, умничка  моя.
 
  Собаке можно, а я что – хуже?  Никому не отдам.
    

© Copyright: Влад Галущенко, 2014

Регистрационный номер №0236263

от 31 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0236263 выдан для произведения:      Это уже много позже я понял, что меня подставили, как последнего лоха.  Меня,  потомка древнего княжеского рода, Льва Болдакова!    Как распоследнего Лоха с большой буквы.
 
    Наполовину сухой  я лежал в собачьей будке и сочинял явку с повинной.  Никогда ее раньше не писал,  и потому возникли большие трудности с формой документа.  Никак не мог решить, что пишется вначале – кому или от кого?  Сосредоточиться  мешал дискомфортный конфликт между частями тела. 
 
   Нижняя часть моего дворянского  туловища  отчаянно протестовала  против  мокрой несправедливости.   Шел мелкий  осенний дождь, а в собачью будку  влезла только  голова, плечи  с руками и часть спины.  Нежным округлостям и  изящно длинным ногам  не повезло.  Они  мокли  в дыре  забора и за его пределами.
 
   Старенький москвичок,  виновник моего нынешнего незавидного положения,  тоже мок  за углом забора.  Так ему и надо.  Будет знать, как врезаться  в благородных иностранок.   Хотя…  
  
   Уже перед самым столкновением  на  шоссе  мне показалось странным  кокетливое  верчение задом  этой  кремовой шевролетки.  И почему она тормознула, когда  справа отчаянно засигналил  обгонявший джип?  Вот он и отвлек мой взгляд  от вертлявого симпатичного зада,  который  круторылый москвич  вмял  по самое не хочу. 
 
    Владелица  лишенного чести и достоинства шевроле  вместе  с вернувшимся  хозяином джипа  оценили  ущерб  ровно в двадцать тонн зеленых.   Таких бабок  не то что не нюхал, я их в руках  ни разу в жизни не держал, о чем честно и заявил.
 
   Вышедшие из джипа два паренька в кожаных  брючатах  достали из багажника ужасающих размеров садовые ножницы  и вежливо попросили  меня снять штаны.
 
- Зачем они вам? – недоуменно спросил я их.
- Мы их тебе вернем.
- Штаны?
- Нет, то, что сейчас отрежем. 
- Зачем?
- Чтобы ты потом всю жизнь носил их в руках  и пел только в церковном хоре мальчиков.
 
   Когда до меня дошел  смысл  их  намерений, я тут же согласился  на все   требования.  А нужна им была сущая мелочь – украсть у первой жены  владельца джипа  его сынишку, так как вторая  женушка оказалась богатой, но бездетной.  Это мне знакомо,  чувство  обреченности и вины  за прерывание рода.  Бог и мне не дал детей, так что  княжеский род Болдаковых  умрет вместе со мной.  Некому  будет передать  великую  и славную фамилию.
 
   Вот поэтому я и лежу  с  ночи  наполовину под дождем  и жду,  когда  пацан  снова  придет  смотреть на   родившихся   щенят в будке напротив.  Не знаю, какой кобель, обрюхативший ее, жил в моей будке,  но  мылся он явно раз в год.   Вонь стояла  неимоверная.  К тому же очень хотелось спать,  так как  полночи  я  крошил специальным  бесшумным  рыхлителем дыру в самом низу кирпичного  забора.
  
   Следил  я за этой неприступной крепостью  нефтяного олигарха  в самом центре заповедника  целый месяц,  строя самые невероятные планы,  как умыкнуть  невинного дитенка.  За это время я его возненавидел, так как эта мелкая пакость,  даже  писая  на прогулке  под кустик, двумя руками  держалась  за охранников, пока третий  направлял в нужном  направлении его микроскопические причандалы.
   
   И вот только три дня назад   появился  шанс.  Меня привлек дикий рев  пацана   в дальнем  углу двора,  где  стояли  две собачьи будки, стилизованные под  казачьи курени.  Паренек  услышал  писк щенят  и рвался   понянчить  сучьих детишек.
 
   Естественно, усатые няни, зная нервозность  молодой мамаши и остроту ее клыков,  тут же унесли  гудящий паровозик в  дом.  Но я заметил, как через час открылось  кухонное окно,   и пацан  с куском мяса в руке   пополз  к  сукиной будке.   Как ни странно,  овчарка  даже не рыкнула  на малыша,  тискающего  ее потомство.  Она  сглотнула  мясо, облизнулась  и,  положив  морду на лапы,  грустно следила  за играющими детишками.  Видимо, прикидывала, где раздобыть пропитание  на всю эту ораву.
 
    Вскоре пацан  вернулся в дом,  а я  сочинял  план  оперативных и тактических мероприятий   по крупному воровству мелкого пакостника.   Счастье  широким потоком плыло мне прямо в руки.   Где бы я еще  нашел его одного и без охраны?
 
  И вот все готово.   До часа  икс  осталось совсем немного.  Мешок из-под сахарного песка, веревка, хлороформ  и салфетка – все под рукой.
 
  И тут мой план  полетел в тартарары.   Из кухни  вышел  повар, всегда кормивший собаку,  с двумя ведрами.   Меня это сразу насторожило, так как раньше он приходил  с одним.   На этот раз  отвел собаку  метров на пять от будки и привязал к забору.   Потом  подошел к будке и быстро покидал  щенят  в ведро с водой.  Овчарка   с силой натянула цепь и захрипела.  
 
  Повар бегом  потащил  ведро  за угол  дома.   На то,  как рвалась  к будке собака,  даже больно было смотреть.  Через полчаса  она, изможденная до предела, упала на землю и завыла.
 
  И тут из окна вывалился  пацаненок.  Я приготовился,  выбирая момент поудобнее.  Малыш  подбежал к будке и привычно сунул внутрь голову.  Не поверив глазам, пошарил внутри  руками.
Поняв, что щенят  нет,  бегом кинулся к стонущей овчарке.  Наполовину вылезший,  я  резко дал задний ход.  Знакомиться с собачьими зубами в мои планы не входило.
 
   А малыш  неожиданно  щелкнул  замком  шипастого ошейника  и отпустил овчарку.
 
- Ищи, Лайма,  ищи, - раздался  писклявый детский голосок.
 
   Если кто-то думает, что ракам  нравится ползать  взад, то  уверяю, что это не так.   Мне, например, совсем не понравилось,  когда я увидел  мчащуюся  на меня  черную тварь с оскаленной пастью.  Но, хоть у меня  и не было до этого задней скорости, каким-то чудом я ее включил  и пробкой вылетел из своего убежища.  Как потом оказался на самой верхушке  сосны, уже не помню.   Слезал я с дерева намного дольше.  Целый час приходил в себя в трясущемся от страха москвичке. 
 
   А вот еще через час увидел  медленно трусящую  вдоль забора овчарку с чем-то коричневым в зубах.   В бинокль   увидел, что это  крупненький щенок  с морщинистой бульдожьей пастью.  Я  услышал стук  моей отпавшей челюсти.
 
   Эта сука  украла  чужого щенка!   Подлая тварь!  Да как она…   Мда.   Вспомнив свою миссию,  я понял, что не мне ее осуждать. 
 
  Молча протиснулся вслед  за собакой  в  дыру забора.  Пацан  появился  через час.  Заслышав его шаги,  овчарка злобно зарычала.  Да, второй раз  эта сука  уже вряд ли  так просто отдаст своего благоприобретенного  сыночка.
 
   Парень  ошеломленно остановился.  Это мне и было нужно.  Действовал я четко и быстро.  Через минуту  мы уже мчались  по раскисшей дороге в сторону  междугородной трассы.
 
  А что?   А вы бы отдали с таким трудом добытое дитя?   Тогда  попробуйте  отобрать его у овчарки.  Да оно мне и нужнее, чем этим  подлым аферистам.  Теперь  княжеский род Болдаковых не увянет.   Вон  как  посапывает на заднем сиденье  мой князек, умничка  моя.
 
  Собаке можно, а я что – хуже?  Никому не отдам.
    
Рейтинг: 0 185 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!