ГлавнаяПрозаЭссе и статьиПублицистика → Циклы Кондратьева. Переосмысление и обновленный взгляд

Циклы Кондратьева. Переосмысление и обновленный взгляд

article437761.jpg


Я уже как-то публиковал материал про Кондратьевские Циклы. Если вкратце: Николай Кондратьев открыл в начале XX века циклические колебания роста/спада капиталистической экономики, на повышательной фазе растет экономическая активность, взлетают вверх цены на сырьевые товары, увеличивается выработка ключевой продукции, затем следует понижательная фаза, сопровождающаяся падением цен и кризисами. После смерти Кондратьева его открытием занялись другие экономисты и вывели датировку посткондратьевских волн. Но мне не давало покоя расхождение экстремумов посткондратьевских волн и сырьевых котировок (особенно в период 1970-80 гг.), это выглядело явным противоречием. Недавно я обратил внимание на новые данные - о потреблении первичной энергии человечеством. В этой статистике экстремумы, что характерно, соответствуют динамике сырьевых котировок, но опять же расходятся с динамикой посткондратьевских циклов. Я считаю, что экономисты неправильно определили датировку посткондратьевских волн. Циклы не сжимаются, как предполагалось ранее. Их размерность - одинаковая (55-60 лет). Я не буду здесь освещать техническую сторону вопроса (если кому-то станет интересно - могу дать ссылку, или можете сами найти в сети мои материалы). Я использовал исторические данные по энергопотреблению и по ценам на продуктовое сырье (пшеница, сахар и др.). И пришел к тем выводам, к которым пришел. Однако здесь я расскажу немного о другом. А именно: о том, как меняются парадигмы общества в исторической перспективе - от одной волны к другой. Об этом говорил еще Кондратьев. И мне кажется, что циклы, которые он открыл, обусловлены некими социальными движениями, которые меняют мировоззрение людей и формируют новые институты. 

Под парадигмами понимаются социально-политические концепции.

 
Первая волна (с 1785-90 гг. по 1845-50 гг.). Здесь все очевидно. Наполеоновские войны, которые потрясли Европу, вышли из Французской Революции. Это была борьба нового республиканско-демократического общества со старыми монархическими порядками. Либеральные идеи получили широкое распространение еще в середине 18 века. Затем на них опирались в своей борьбе жители американских колоний, стремящиеся избавиться от власти Великобритании и установить независимость. США стали первым демократическим и в то же время светским государством Нового времени. И Франция сыграла в этом определенную роль. На стороне американцев сражались подданные Людовика XVI, записавшиеся в добровольцы. Король также активно поддерживал заокеанских сепаратистов деньгами и оружием. Однако, пожар революции, разгоревшись в Америке, вскоре перекинулся и на саму Францию. Для этого, к слову, была масса причин, среди которых – нищета и бесправность третьего сословия, привилегированное положение развращенной аристократии и духовенства, а также экономическое отставание страны и ее промышленная деградация. Либеральные идеи оказались тем инструментом, с помощью которого общество попыталось решить эти проблемы. Великая Французская Революция является ключевым, можно сказать, знаковым событием конца 18 и начала 19 века. Она привела в движение все страны, расположенные по обе стороны Атлантического океана. Именно с этого периода (1780-ые) и начал отсчет своих экономических циклов Николай Кондратьев. Для анализа более раннего времени просто недоставало статистики.


Вскоре для того, чтобы подавить народные выступления во Франции, объединилось большое количество монархий. Но стоит заметить, что французы смогли разбить абсолютно все коалиции, которые против них собирались. Они надавали по шапкам и своим соседям, и туркам, и русским. И даже героический переход Суворова через Альпы ничего не решил. Это просто удивительный случай, когда воспрянувшая духом и замотивированная новой идеологией нация смогла одержать победу над превосходящим ее соперником. Против Франции ополчились вообще все европейские государства (включая Османскую Империю). В истории России такого, пожалуй, не было – чтобы прям вся объединенная Европа пошла против нашей страны. А вот у французов было именно так. И они всех уделали. При безусловном полководческом таланте Наполеона. Но Наполеон совершил огромную ошибку –  он пошел на Россию. Где и увяз по горло в сугробах. Однако до похода на Россию революционная французская армия смогла разбить абсолютно всех врагов. Частично ей помогали Штаты. Но, кажется, помощь была весьма скромной. Англичане в это время попытались под шумок вернуть американцев под свой контроль. Но у них не получилось. Демократия в Америке победила окончательно и бесповоротно. А во Франции – на следующем цикле, спустя 60 лет.
 
 
Вторая волна (с 1845-50 гг. по 1895-1900 гг.). Здесь я внес изменения. И в первую очередь выделил нечто важное – то, что упустил ранее. Это, конечно же, Европейские Революции 1848-49 гг. Очень так масштабненько они на самом деле прошли по западной части континента. Всех заявленных целей революционеры не достигли, но по итогам гражданских войн было отменено крепостное право в Австрийской Империи. А она на тот момент времени занимала довольно обширные территории, включающие Чехию, Венгрию, Хорватию, Сербию, Румынию, и частично Польшу, и даже кусочек Северной Италии. То есть не спроста империей называлась. Вообще волнения охватили почти все европейские страны – даже Пруссию. Но в Пруссии крепостное право отменили чуть пораньше.
 
В первом варианте у меня здесь была Крымская война. Я ее хотел оставить, но она не влезла. Дело в том, что именно по итогам Крымской войны крепостное право было отменено в России. В ходе боевых действий вскрылась техническая отсталость нашей страны. Отсутствие железных дорог, безграмотность населения, дефицит образованных кадров и квалифицированных специалистов (в том числе офицеров), а также менее эффективное вооружение. В общем, стало понятно, что пора что-то менять. И пока по шапке не получили (Крымскую войну мы проиграли) – полное осознание этого не пришло. Ну, как обычно. То есть момент в истории в любом случае важный. Но при выборе между Крымской войной и Гражданской войной в США предпочтение, естественно, я отдал последней. Просто в США была явная борьба между прогрессивной частью общества – то есть Севером, и отсталой – то есть рабовладельческим Югом. Победил, конечно же, Север.
 
Примерно в это же время (середина 19 века) окончательно отменяется рабство во многих странах Латинской Америки – в Аргентине, Перу, Венесуэле, Эквадоре, Парагвае, Бразилии. Также в своих колониях отменяют рабство Франция, Нидерланды, Испания, Португалия и Великобритания (там, где еще осталось). Наиболее прогрессивные государства распрощались с этими пережитками раньше. Скажем, в Пруссии крепостное право было отменено в период 1800-1830 гг. А на территории самой Великобритании (без колоний) рабство было отменено еще в 18 веке. Однако именно военные конфликты середины 19 века привели к осознанию того, что принудительный труд является неэффективным в сравнении со свободно-рыночным трудом, что вызвало массовый отказ от принудительного труда и окончательно поставило в этом вопросе точку.
 
Еще я хотел бы обратить внимание на Франко-Прусскую войну 1870-71 гг. Она хоть и была недолгой, но оказалась весьма кровопролитной. Французская нация войну проиграла и понесла довольно большие потери. Император Наполеон III попал в плен. И, в общем, обратно его французы решили не возвращать, ибо нафиг он кому-то нужен такой дегенерат. Население Парижа вышло на улицы и в очередной раз покончило с монархией, установив долгожданную Республику. Теперь уже навсегда.
 
 
Третья волна (с 1895-1900 гг. по 1950-55 гг.). Здесь интересно то, что по итогам Мировой Войны были ликвидированы аж сразу четыре империи – Германская, Австро-Венгерская, Османская, и еще Российская до кучи. Вообще, немцы изначально, наверное, просто рассчитывали по-быстрому отжать Францию, как в 1870 году. А тут началось такое. Задумывался ли Вильгельм II о тех последствиях, к которым приведут его неуемные имперские амбиции, подогреваемые партиями Рейхстага? Скорее всего, не задумывался. И получилось все в результате весьма эпично. В первую очередь для самой Германии. Являясь наиболее мощной военной силой в Европе, страна, тем не менее, потерпела поражение. Истощенные и возмущенные народные массы заставили последнего немецкого императора убежать куда-нибудь подальше от уличных бунтов. И, подчиняясь требованиям США, установили демократию.
 
В Австро-Венгрии произошло что-то похожее, с учетом местных особенностей, которые давно уже подрывали изнутри государственный порядок. В этой империи всегда наблюдались центробежные процессы. С поражением в войне данные процессы усилились и закономерно привели к территориальному распаду. Образовалось несколько новых небольших государств. А то, что осталось от Австрии – стало республикой.
 
Интересно обстояли дела в другой империи – Османской. Она подверглась разделу. Члены Антанты оккупировали ее территорию и забрали себе то, что смогли. Потом по итогам войны за независимость кое-что вернули, но далеко не все. Турция обязалась расплатиться по долгам и начала масштабные реформы. Она тоже стала республикой, со светской системой правления (что важно). Судя по всему, Турция, как одно из наиболее традиционных государств, подверглась наиболее значительным изменениям.
 
Стоит заметить, что одни и те же парадигмы могут приниматься различными странами в разные циклы. Очень часто какое-то прогрессивное государство переходит к новым идеям раньше других. А остальные государства – отсталые и догоняющие – принимают эти же идеи позже. Но, что характерно, слом мышления наиболее активно идет именно на повышательной фазе. При начале нового цикла (в первой его половине) отстающее государство может принять ту парадигму, которую более прогрессивное государство приняло еще во время какого-нибудь предыдущего цикла. В это время прогрессивное государство принимает уже другую парадигму (еще более новаторскую). Так, например, для Турции республиканские идеи и светский тип правления после ПМВ был совершенно новой концепцией. А для США и для Франции – уже привычной. При этом либерализовать Турцию пытались еще после Крымской войны – Великобритания, от которой ближневосточная империя зависела экономически, выдвигала своему союзнику требования о веротерпимости. Тогда султан что-то пообещал сделать. Но, кажется, особо с выполнением обещания не спешил.
 
Еще интереснее была ситуация в России. Наша страна формально входила в стан победителей (Антанта). Но по итогам войны оказалась проигравшей. Ее экономика и социальная сфера настолько надорвались, что в 1917-ом году произошла Революция. Монархия была свергнута. Новая власть решилась на сепаратные переговоры и вышла из войны на не самых привлекательных условиях, включавших, в том числе, и территориальные потери. Но республиканские идеи не возобладали в нашей стране. У нас никогда не было опыта демократии. Разве что была когда-то Новгородская республика. Но было это настолько давно, что никто даже и не помнил тех, кто бы это помнил. Однако, несмотря на то, что общество ушло в диктатуру, все-таки произошли важные изменения. Во-первых – секуляризация. Конечно, можно сказать, что люди просто сменили одну религию на другую. И это отчасти справедливо. Но с другой стороны во многих сферах возобладал материализм и рационализм, что впоследствии позволило провести техническую и научную модернизацию (это не касалось социальных наук). Во-вторых,  общество приняло новую парадигму – социализм. Она оказалась желанной не только для русских. Но также, например, и для немцев. Однако демократические элементы управления в прошлом и традиции частной собственности, видимо, не позволили немцам с головой уйти в коммунизм и тоталитаризм. Особенно под присмотром Франции и США. Каков итог? В Первой Мировой Войне победили Франция, Великобритания и подоспевшие под конец Штаты. В определенной степени можно сказать, что победила либерально-демократическая Антанта, а традиционно-монархические Германия, Австро-Венгрия и Турция – проиграли. При этом традиционно-монархическая Россия оказалась проигравшей среди победителей. Что весьма интересно. Просто победившие страны были внутренне более устойчивыми. У них не было таких дисбалансов и противоречий.
 
Но это еще не все. На сцену, как уже было отмечено, вышел социализм. В дальнейшем он сыграет немаловажную роль в формировании современной экономической модели. Социализм получил широкое распространение во многих странах. Не только в России и Германии, но также, например, и в различных государствах Восточной Европы. Однако на Западе в целом он не прижился, по понятным причинам (индивидуалистическое мышление). Зато неплохо прижился в странах бывших колониях Запада. Идеологическое противостояние Социализма и Капитализма – это условия, в которых придется жить человечеству в течение всей второй половины XX века.
 
 
Четвертая волна (с 1950-55 гг. по 2008-10 гг). Я считаю, что вместо двух посткондратьевских волн у нас была одна – такой же размерности, как и предыдущие (55-60 лет). Понижательная фаза Третьей Волны закончилась примерно в 1940-50 гг. XX века (сам Кондратьев ее завершение не датировал, т.к. не успел дожить до этого момента). Здесь появляется небольшое противоречие – выходит, что Вторая Мировая Война произошла как бы на стыке циклов, или, скорее, даже в самом конце понижательной фазы. Хотя обычно наибольшая военная активность наблюдается на фазе повышательной. Это, возможно, выбивается из предыдущего опыта. Но, на мой взгляд, данное противоречие не является таким уж принципиальным. Правда, картинку все-таки портит. С другой стороны WW2 стала прямым следствием WW1. Она вот просто напрямую была обусловлена именно итогами Первой Мировой Войны – катастрофическим положением Германии, ее унижением, социально-политическим и экономическим кризисом, и теми конфликтами, которые не удалось разрешить в начале века. В результате отчаянные реваншистские настроения привели к образованию неистового фашизма. Развязав кровавую бойню, Германия снова потерпела поражение. И в этот раз США решили исправить старую ошибку – они сделали побежденную страну процветающим государством. Все остались довольны.
 
Но на востоке появился новый центр силы. Я уже отмечал, что в условиях победы над фашизмом идеи национальной и расовой дискриминации ожидаемо начинают отмирать. Особенно когда есть конкуренция за звание главного победителя. Но то была не просто конкуренция одного государства с другим. Это была конкуренция капиталистической модели и социалистической. Капитализм в чистом виде рождает дисбалансы. А социализм в чистом виде – просто нежизнеспособен. Это утопия. Однако элементы социализма, встроенные в капиталистическую систему, работают довольно успешно. Образование социал-капитализма, или то, что иногда называют “капитализм с человеческим лицом” – стало свершившимся фактом еще во второй половине 20 столетия. Но эту парадигму я вынес в следующую волну в качестве предполагаемой. Так как, мне кажется, что именно на следующем цикле она станет наиболее актуальной, в связи с роботизацией производства и высокой безработицей. Безусловный базовый доход, видимо, неизбежен.
 
С сексуальной революцией, вроде, и так все понятно. Она является следствием светского образа жизни и установления свободы совести. На этом не буду останавливаться.
 
Но еще одной важной общественно-политической парадигмой стала – Деколонизация. Противостояние СССР и США, как считается, не перешло в горячую фазу. В действительности – перешло. Но было оно ограниченным, и битвы велись на чужой территории. Здесь в первую очередь необходимо отметить Вьетнамскую войну, а также конфликты в Лаосе и Камбодже. И все вместе они составляют Вторую Индокитайскую войну. Начиналась она в определенной степени как война колониальная – Франция пыталась вернуть себе контроль над бывшими территориями. И так как справиться сама не могла, то попросила Штаты помочь. Что интересно, американцы сами ранее запустили процесс деколонизации, вступив в WW2 на условиях подписания Атлантической Хартии. Но при этом ввязались в борьбу за бывшие колониальные интересы своего союзника. Потому что в азиатских странах уже давно набирала популярность социалистическая модель ведения хозяйства. И такого развития событий Запад, исповедующий идеи частной собственности, допустить, конечно же, не мог. В итоге довольно быстро Вьетнамский конфликт перерос в противостояние Капиталистического блока и Социалистического. В результате Штаты, истратив большое количество ресурсов, потерпели во Вьетнаме поражение. В том числе и по причине крайнего неприятия войны собственным населением. Сторонники демократии и рыночных отношений вынуждены были отдать регион коммунистам. Эпоха колониальных войн закончилась. По крайней мере, так считается. Теперь даже США для вторжения в какую-либо страну приходится прибегать к определенным хитростям. В том числе к манипуляциям общественным мнением и даже к откровенной подтасовке фактов. Издержки демократии. Колониализм в современном мире может быть только с приставкой “нео”. Но эта приставка все же кое-что меняет на практике.
 
СССР и США еще не раз схлестнутся в конкурентной борьбе за влияние на тот или иной регион. Особенно ярко это будет заметно на Ближнем Востоке. А также в Африке. И даже прямо под боком у Штатов – на Кубе. Но в итоге социалистический СССР, не выдержав напряжения, развалится, обрушившись внутрь себя самого. Мы опять поняли, что нужно что-то менять только тогда, когда изменения уже оказались запоздалыми. Никогда такого не было. И вот снова это произошло. Ну, видимо, такова наша доля. Мы развиваемся лишь когда понимаем, что не способны провести модернизацию без помощи треклятого Запада. В общем, как со времен Ливонской войны повелось, так и продолжается до сих пор.
 
Запад же, сделав выводы, сумел качественно преобразовать свою систему, устранив известные дисбалансы. Он опять оказался более гибким. Наверное, поэтому он такой сильный и успешный.
 
 
Мой экскурс в историю совсем не случаен. Также как не случайно и акцентирование внимания на парадигмах. Мне вообще кажется, что эти циклы не только и не столько экономические, сколько социальные. Возможно, Кондратьев открыл нечто намного более масштабное и глубокое, чем просто волнообразное движение сырьевых котировок и периодичность роста/снижения объемов производства. Дело в том, что все эти циклы сопровождаются сменой социально-политической формации. Каждый раз мы наблюдаем становление новых парадигм, новых идеологий. И общество, которое исповедует эти идеологии – такое общество, которое принято называть прогрессивным – оно вступает в противостояние со старым обществом, с обществом традиционным, которое придерживается ветхих идей. После этого мир не может остаться прежним. Так было на рубеже 18-19 веков – когда Европа столкнулась с силой республиканских идей. Так было в середине 19 века – когда система рабства и крепостного права показала свою несостоятельность в сравнении с наемным свободно-рыночным трудом. Так было в начале 20 столетия – когда монархия, по крайней мере, абсолютная, приказала долго жить, когда зашатались основы религиозного мировоззрения, и когда свободно-рыночный капитализм познал все прелести своих собственных дисбалансов. Так было и во второй половине 20 века – когда идеология расизма и национализма потерпела поражение, когда грубая колониальная политика стала чем-то вроде моветона, и когда сексуальная революция произвела настоящий взрыв мозга и изменение сознания. Даже не думайте, что вы со своими старыми представлениями сможете конкурировать с обществом нового строя. Это общество не просто вскоре заявит о своих претензиях. Оно оставит вас на обочине. Потому что оно окажется более эффективным, и будет лишено тех перекосов, которые сформировались в старом социуме. Оно исправит эти перекосы. Уравновесит систему. Но вскоре создаст свои собственные дисбалансы. И тогда придет другое общество, еще более прогрессивное. И оно окажется еще более эффективным и еще более уравновешенным.
 
Я уже как-то делился идеей о том, что, возможно, есть смысл расширить Кондратьевские Циклы в историю. На самом деле такие мысли возникали не только у меня одного. Например, так же считал известный французский историк Фернан Бродель. Однако сейчас, похоже, появилась возможность проверить эти предположения. У нас нет удовлетворительных данных по экономической статистике. Но некоторые исследователи умудрились подсчитать количество жертв на душу населения в крупных военных конфликтах. Похоже, там тоже наблюдается кое-какая цикличность. Что характерно, экстремумы за последние два столетия соответствуют экстремумам Кондратьевских Волн. Но и это еще не все. Цикличность наблюдается и в прежние периоды, с приблизительно той же размерностью – 50-60 лет. Цикличность берет свое начало, как минимум, с эпохи Реформации, а, возможно, даже с еще более раннего времени – со Столетней войны. Конечно, сильно выбивается из модели Вторая Мировая Война. Возможно, цикличность сломалась. Либо претерпела изменения. Да и не все идеально с методикой подсчета, наверное. Кажется, наибольшее внимание уделено европейским конфликтам, в которых в виде примеси присутствуют также и азиатские. Здесь нужно более тщательное изучение. Но совпадения поражают.
 
Однако все это тема следующего поста и следующей работы. Здесь я лишь делаю очередное предположение. И заключается оно в следующем: каждые 50-60 лет на сцену выходят новые социально-политические парадигмы (включая религиозные идеи), эти парадигмы обуславливают противостояние социума нового типа с социумом старого типа, начинается борьба прогрессивного взгляда и ветхих представлений. Иногда это выливается в прямое идеологическое столкновение. А иногда модель нового социума лишь показывает свое превосходство и более высокую эффективность, тем самым упраздняя архаичные порядки. Новые парадигмы побеждают не везде и далеко не сразу. Но, по крайней мере, они проявляют себя так, что их сложно не заметить. Они взрывают общество. Свергают неэффективную власть. Меняют государственное устройство. Запускают мощные геополитические преобразования. И формируют новые правила игры. Возможно, именно это и повышает спрос на сырьевые товары. Спрос обуславливается противостоянием. Отсюда – экономические циклы. Но вызваны они в первую очередь социальными движениями. Однако повторюсь – это всего лишь предположение. И тема для будущего исследования.
 
В заключение добавлю следующее: я не знаю, действуют ли Циклы Кондратьева до сих пор. Возможно, сейчас все изменилось. Возможно, цикличность сломалась. Но ранее она наблюдалась. И это вполне очевидно. Было бы весьма опрометчиво не обратить на это внимание. Но будут ли эти циклы продолжаться? Проверить это мы сможем в ближайшие пару десятилетий.
 
Мне кажется, что вскоре государственные интересы уступят место транснациональным. Мир станет еще более глобализированным. Начнут стираться границы между странами, расами, нациями и даже народами. Все больше будет появляться тех, кого принято называть “гражданин мира”. Особое внимание станет уделяться проблемам экологии. Возможно, изобретут искусственный интеллект. И, кажется, мы увидим противостояние демократических США с тоталитарным Китаем. Но в то же время международный бизнес будет бороться с местной властью, желающей все подчинить законом конкретной страны. В общем, будет интересно. Тяжело жить в эпоху перемен. Но, по крайней мере – не скучно.


P.S. Пояснения по поводу новой картинки. Вообще, в таком разрешении, в каком пропускает изображение данный ресурс - увидеть что-либо на моей картинке крайне сложно. Но я попытаюсь все же объяснить, что я на на ней отобразил. Как я уже отметил, я отказался от традиционной датировки ПОСТкондратьевских циклов (сами Кондратьевские циклы изменениям не подверглись), и взял за аксиому то, что размерность циклов примерно одинакова – около 55-60 лет, т.е. циклы не сжимаются. Это позволило решить главное противоречие – несоответствие экстремумов посткондратьевских волн с динамикой сырьевых котировок. Правда, при этом вылезли некоторые другие противоречия, чуть поменьше. Но все же пик роста сырьевых цен приходится на 1980 год (а если быть более точным – на 1979-ый). И на него же приходится пик роста энергопотребления. Поэтому я считаю именно 1979-80 гг. – максимумом цикла. Данные о потреблении первичной энергии на душу населения я добавил на график в виде диаграммы. Белые циферки внизу – это проценты роста энергопотребления к предыдущему периоду (например, “7” в основании столбика 1870 г. означает, что на 7% выросло энергопотребление с 1860 г. по 1870 г.). Цифры округлены. Так, скажем, в период 1980-90 гг. энергопотребление на самом деле снизилось, но снижение составило меньше полпроцента, поэтому у меня стоит ноль. Чтобы не подгружать сознание дробными числами. Только в конце у меня рост на 0,5% выведен за столбик – это период с 2010 г. по 2016 г. Надеюсь, в расчетах не ошибся. Но, в общем-то, динамика соответствует тому, что можно найти в других источниках. 

Перфильев Максим Николаевич (С)

© Copyright: Перфильев Максим Николаевич, 2019

Регистрационный номер №0437761

от 25 января 2019

[Скрыть] Регистрационный номер 0437761 выдан для произведения: Я уже как-то публиковал материал про Кондратьевские Циклы. Но мне не давало покоя расхождение экстремумов посткондратьевских волн и сырьевых котировок. Напомню - посткондратьевские волны были определены другими экономистами (после смерти Кондратьева). Я получил новые данные - о потреблении первичной энергии человечеством. В этой статитике экстремумы соответствуют динамике сырьевых котировок, но опять же расходятся с динамикой посткондратьевских циклов. Я считаю, что экономисты неправильно определили датировку посткондратьевских волн. Циклы не сжимаются. Их размерность - одинакова (55-60 лет). Я не буду здесь освещать техническую сторону вопроса (если кому станет интересно - могу дать ссылку, или можете сами найти в сети). Если вкратце, то я использовал исторические данные по энергопотреблению и по ценам на продуктовое сырье (пшеница, сахар и др.). И пришел к тем выводам, к которым пришел - циклы имеют равный размер. Однако здесь я расскажу о том, как меняются парадигмы общества в исторической перспективе - от одной волны к другой. Мне кажется, что циклы эти обусловлены некими социальными движениями. Но обо всем по порядку.

Пояснения по поводу новой картинки. Как я уже отметил, я отказался от традиционной датировки ПОСТкондратьевских циклов (сами Кондратьевские циклы изменениям не подверглись), и взял за аксиому то, что размерность циклов примерно одинакова – около 55-60 лет, т.е. циклы не сжимаются. Это позволило решить главное противоречие – несоответствие экстремумов посткондратьевских волн с динамикой сырьевых котировок. Правда, при этом вылезли некоторые другие противоречия, чуть поменьше. Но все же пик роста сырьевых цен приходится на 1980 год (а если быть более точным – на 1979-ый). И на него же приходится пик роста энергопотребления. Поэтому я считаю именно 1979-80 гг. – максимумом цикла. Данные о потреблении первичной энергии на душу населения я добавил на график в виде диаграммы. Белые циферки внизу – это проценты роста энергопотребления к предыдущему периоду (например, “7” в основании столбика 1870 г. означает, что на 7% выросло энергопотребление с 1860 г. по 1870 г.). Цифры округлены. Так, скажем, в период 1980-90 гг. энергопотребление на самом деле снизилось, но снижение составило меньше полпроцента, поэтому у меня стоит ноль. Чтобы не подгружать сознание дробными числами. Только в конце у меня рост на 0,5% выведен за столбик – это период с 2010 г. по 2016 г. Надеюсь, в расчетах не ошибся. Но, в общем-то, динамика соответствует тому, что можно найти в других источниках. 
 
 
Теперь пройдемся по парадигмам – то есть социально-политическим концепциям, в которых живет общество.
 
С первой волной все понятно. Наполеоновские войны вышли из Французской Революции. Это была борьба нового республиканско-демократического общества со старыми европейскими монархиями. Стоит заметить, что французы смогли разбить абсолютно все коалиции, которые против них собирались. Они надавали по шапкам и своим соседям, и туркам, и русским. И даже героический переход Суворова через Альпы ничего не решил. Это просто удивительный случай, когда воспрянувшая духом и замотивированная новой идеологией нация смогла одержать победу в борьбе с превосходящим ее противником. Против Франции ополчились вообще все европейские государства (включая Османскую Империю). В истории России такого, пожалуй, не было – чтобы прям вся объединенная Европа пошла против нашей страны. А вот у французов было именно так. И они всех уделали. При безусловном полководческом таланте Наполеона. Но Наполеон совершил огромную ошибку –  он пошел на Россию. Где и увяз по горло в сугробах. Однако до похода на Россию революционная французская армия смогла разбить абсолютно всех врагов. Частично ей помогали Штаты. Но, кажется, помощь была весьма скромной. Англичане в это время попытались под шумок вернуть американцев под свой контроль. Но у них не получилось. Демократия в Америке победила окончательно и бесповоротно. А во Франции – на следующем цикле, спустя 60 лет.
 
 
Вторая волна. Здесь я внес изменения. И в первую очередь выделил нечто важное – то, что упустил ранее. Это, конечно же, Европейские Революции 1848-49 гг. Очень так масштабненько они на самом деле прошли по западной части континента. Всех заявленных целей революционеры не достигли, но по итогам гражданских войн было отменено крепостное право в Австрийской Империи. А она на тот момент времени занимала довольно обширные территории, включающие Чехию, Венгрию, Хорватию, Сербию, Румынию, и частично Польшу, и даже кусочек Северной Италии. То есть не спроста империей называлась. Вообще волнения охватили почти все европейские страны – даже Пруссию. Но в Пруссии крепостное право отменили чуть пораньше.
 
В первом варианте у меня здесь была Крымская война. Я ее хотел оставить, но она не влезла. Дело в том, что именно по итогам Крымской войны крепостное право было отменено в России. В ходе боевых действий вскрылась техническая отсталость нашей страны. Отсутствие железных дорог, безграмотность населения, дефицит образованных кадров и квалифицированных специалистов (в том числе офицеров), а также менее эффективное вооружение. В общем, стало понятно, что пора что-то менять. И пока по шапке не получили (Крымскую войну мы проиграли) – полное осознание этого не пришло. Ну, как обычно. То есть момент в истории в любом случае важный. Но при выборе между Крымской войной и Гражданской войной в США предпочтение, естественно, я отдал последней. Просто в США была явная борьба между прогрессивной частью общества – то есть Севером, и отсталой – то есть рабовладельческим Югом. Победил, конечно же, Север.
 
Примерно в это же время (середина 19 века) окончательно отменяется рабство во многих странах Латинской Америки – в Аргентине, Перу, Венесуэле, Эквадоре, Парагвае, Бразилии. Также в своих колониях отменяют рабство Франция, Нидерланды, Испания, Португалия и Великобритания (там, где еще осталось). Наиболее прогрессивные государства распрощались с этими пережитками раньше. Скажем, в Пруссии крепостное право было отменено в период 1800-1830 гг. А на территории самой Великобритании (без колоний) рабство было отменено еще в 18 веке. Однако именно военные конфликты середины 19 века привели к осознанию того, что принудительный труд является неэффективным в сравнении со свободно-рыночным трудом, что вызвало массовый отказ от принудительного труда и окончательно поставило в этом вопросе точку.
 
Еще я хотел бы обратить внимание на Франко-Прусскую войну 1870-71 гг. Она хоть и была недолгой, но оказалась весьма кровопролитной. Французская нация войну проиграла и понесла довольно большие потери. Император Наполеон III попал в плен. И, в общем, обратно его французы решили не возвращать, ибо нафиг он кому-то нужен такой дегенерат. Население Парижа вышло на улицы и в очередной раз покончило с монархией, установив долгожданную Республику. Теперь уже навсегда.
 
 
Третья волна. Здесь интересно то, что по итогам Мировой Войны были ликвидированы аж сразу четыре империи – Германская, Австро-Венгерская, Османская, и еще Российская до кучи. Вообще, немцы изначально, наверное, просто рассчитывали по-быстрому отжать Францию, как в 1870 году. А тут началось такое. Задумывался ли Вильгельм II о тех последствиях, к которым приведут его неуемные имперские амбиции, подогреваемые партиями Рейхстага? Скорее всего, не задумывался. И получилось все в результате весьма эпично. В первую очередь для самой Германии. Являясь наиболее мощной военной силой в Европе, страна, тем не менее, потерпела поражение. Истощенные и возмущенные народные массы заставили последнего немецкого императора убежать куда-нибудь подальше от уличных бунтов. И, подчиняясь требованиям США, установили демократию.
 
В Австро-Венгрии произошло что-то похожее, с учетом местных особенностей, которые давно уже подрывали изнутри государственный порядок. В этой империи всегда наблюдались центробежные процессы. С поражением в войне данные процессы усилились и закономерно привели к территориальному распаду. Образовалось несколько новых небольших государств. А то, что осталось от Австрии – стало республикой.
 
Интересно обстояли дела в другой империи – Османской. Она подверглась разделу. Члены Антанты оккупировали ее территорию и забрали себе то, что смогли. Потом по итогам войны за независимость кое-что вернули, но далеко не все. Турция обязалась расплатиться по долгам и начала масштабные реформы. Она тоже стала республикой, со светской системой правления (что важно). Судя по всему, Турция, как одно из наиболее традиционных государств, подверглась наиболее значительным изменениям.
 
Стоит заметить, что одни и те же парадигмы могут приниматься различными странами в разные циклы. Очень часто какое-то прогрессивное государство переходит к новым идеям раньше других. А остальные государства – отсталые и догоняющие – принимают эти же идеи позже. Но, что характерно, слом мышления наиболее активно идет именно на повышательной фазе. При начале нового цикла (в первой его половине) отстающее государство может принять ту парадигму, которую более прогрессивное государство приняло еще во время какого-нибудь предыдущего цикла. В это время прогрессивное государство принимает уже другую парадигму (еще более новаторскую). Так, например, для Турции республиканские идеи и светский тип правления после ПМВ был совершенно новой концепцией. А для США и для Франции – уже привычной. При этом либерализовать Турцию пытались еще после Крымской войны – Великобритания, от которой ближневосточная империя зависела экономически, выдвигала своему союзнику требования о веротерпимости. Тогда султан что-то пообещал сделать. Но, кажется, особо с выполнением обещания не спешил.
 
Еще интереснее была ситуация в России. Наша страна формально входила в стан победителей (Антанта). Но по итогам войны оказалась проигравшей. Ее экономика и социальная сфера настолько надорвались, что в 1917-ом году произошла Революция. Монархия была свергнута. Новая власть решилась на сепаратные переговоры и вышла из войны на не самых привлекательных условиях, включавших, в том числе, и территориальные потери. Но республиканские идеи не возобладали в нашей стране. У нас никогда не было опыта демократии. Разве что была когда-то Новгородская республика. Но было это настолько давно, что никто даже и не помнил тех, кто бы это помнил. Однако, несмотря на то, что общество ушло в диктатуру, все-таки произошли важные изменения. Во-первых – секуляризация. Конечно, можно сказать, что люди просто сменили одну религию на другую. И это отчасти справедливо. Но с другой стороны во многих сферах возобладал материализм и рационализм, что впоследствии позволило провести техническую и научную модернизацию (это не касалось социальных наук). Во-вторых,  общество приняло новую парадигму – социализм. Она оказалась желанной не только для русских. Но также, например, и для немцев. Однако демократические элементы управления в прошлом и традиции частной собственности, видимо, не позволили немцам с головой уйти в коммунизм и тоталитаризм. Особенно под присмотром Франции и США. Каков итог? В Первой Мировой Войне победили Франция, Великобритания и подоспевшие под конец Штаты. В определенной степени можно сказать, что победила либерально-демократическая Антанта, а традиционно-монархические Германия, Австро-Венгрия и Турция – проиграли. При этом традиционно-монархическая Россия оказалась проигравшей среди победителей. Что весьма интересно. Просто победившие страны были внутренне более устойчивыми. У них не было таких дисбалансов и противоречий.
 
Но это еще не все. На сцену, как уже было отмечено, вышел социализм. В дальнейшем он сыграет немаловажную роль в формировании современной экономической модели. Социализм получил широкое распространение во многих странах. Не только в России и Германии, но также, например, и в различных государствах Восточной Европы. Однако на Западе в целом он не прижился, по понятным причинам (индивидуалистическое мышление). Зато неплохо прижился в странах бывших колониях Запада. Идеологическое противостояние Социализма и Капитализма – это условия, в которых придется жить человечеству в течение всей второй половины XX века.
 
 
Четвертая волна. Я считаю, что вместо двух посткондратьевских волн у нас была одна – такой же размерности, как и предыдущие (55-60 лет). Понижательная фаза Третьей Волны закончилась примерно в 1940-50 гг. XX века (сам Кондратьев ее завершение не датировал, т.к. не успел дожить до этого момента). Здесь появляется небольшое противоречие – выходит, что Вторая Мировая Война произошла как бы на стыке циклов, или, скорее, даже в самом конце понижательной фазы. Хотя обычно наибольшая военная активность наблюдается на фазе повышательной. Это, возможно, выбивается из предыдущего опыта. Но, на мой взгляд, данное противоречие не является таким уж принципиальным. Правда, картинку все-таки портит. С другой стороны WW2 стала прямым следствием WW1. Она вот просто напрямую была обусловлена именно итогами Первой Мировой Войны – катастрофическим положением Германии, ее унижением, социально-политическим и экономическим кризисом, и теми конфликтами, которые не удалось разрешить в начале века. В результате отчаянные реваншистские настроения привели к образованию неистового фашизма. Развязав кровавую бойню, Германия снова потерпела поражение. И в этот раз США решили исправить старую ошибку – они сделали побежденную страну процветающим государством. Все остались довольны.
 
Но на востоке появился новый центр силы. Я уже отмечал, что в условиях победы над фашизмом идеи национальной и расовой дискриминации ожидаемо начинают отмирать. Особенно когда есть конкуренция за звание главного победителя. Но то была не просто конкуренция одного государства с другим. Это была конкуренция капиталистической модели и социалистической. Капитализм в чистом виде рождает дисбалансы. А социализм в чистом виде – просто нежизнеспособен. Это утопия. Однако элементы социализма, встроенные в капиталистическую систему, работают довольно успешно. Образование социал-капитализма, или то, что иногда называют “капитализм с человеческим лицом” – стало свершившимся фактом еще во второй половине 20 столетия. Но эту парадигму я вынес в следующую волну в качестве предполагаемой. Так как, мне кажется, что именно на следующем цикле она станет наиболее актуальной, в связи с роботизацией производства и высокой безработицей. Безусловный базовый доход, видимо, неизбежен.
 
С сексуальной революцией, вроде, и так все понятно. Она является следствием светского образа жизни и установления свободы совести. На этом не буду останавливаться.
 
Но еще одной важной общественно-политической парадигмой стала – Деколонизация. Противостояние СССР и США, как считается, не перешло в горячую фазу. В действительности – перешло. Но было оно ограниченным, и битвы велись на чужой территории. Здесь в первую очередь необходимо отметить Вьетнамскую войну, а также конфликты в Лаосе и Камбодже. И все вместе они составляют Вторую Индокитайскую войну. Начиналась она в определенной степени как война колониальная – Франция пыталась вернуть себе контроль над бывшими территориями. И так как справиться сама не могла, то попросила Штаты помочь. Что интересно, американцы сами ранее запустили процесс деколонизации, вступив в WW2 на условиях подписания Атлантической Хартии. Но при этом ввязались в борьбу за бывшие колониальные интересы своего союзника. Потому что в азиатских странах уже давно набирала популярность социалистическая модель ведения хозяйства. И такого развития событий Запад, исповедующий идеи частной собственности, допустить, конечно же, не мог. В итоге довольно быстро Вьетнамский конфликт перерос в противостояние Капиталистического блока и Социалистического. В результате Штаты, истратив большое количество ресурсов, потерпели во Вьетнаме поражение. В том числе и по причине крайнего неприятия войны собственным населением. Сторонники демократии и рыночных отношений вынуждены были отдать регион коммунистам. Эпоха колониальных войн закончилась. По крайней мере, так считается. Теперь даже США для вторжения в какую-либо страну приходится прибегать к определенным хитростям. В том числе к манипуляциям общественным мнением и даже к откровенной подтасовке фактов. Издержки демократии. Колониализм в современном мире может быть только с приставкой “нео”. Но эта приставка все же кое-что меняет на практике.
 
СССР и США еще не раз схлестнутся в конкурентной борьбе за влияние на тот или иной регион. Особенно ярко это будет заметно на Ближнем Востоке. А также в Африке. И даже прямо под боком у Штатов – на Кубе. Но в итоге социалистический СССР, не выдержав напряжения, развалится, обрушившись внутрь себя самого. Мы опять поняли, что нужно что-то менять только тогда, когда изменения уже оказались запоздалыми. Никогда такого не было. И вот снова это произошло. Ну, видимо, такова наша доля. Мы развиваемся лишь когда понимаем, что не способны провести модернизацию без помощи треклятого Запада. В общем, как со времен Ливонской войны повелось, так и продолжается до сих пор.
 
Запад же, сделав выводы, сумел качественно преобразовать свою систему, устранив известные дисбалансы. Он опять оказался более гибким. Наверное, поэтому он такой сильный и успешный.
 
 
Мой экскурс в историю совсем не случаен. Также как не случайно и акцентирование внимания на парадигмах. Мне вообще кажется, что эти циклы не только и не столько экономические, сколько социальные. Возможно, Кондратьев открыл нечто намного более масштабное и глубокое, чем просто волнообразное движение сырьевых котировок и периодичность роста/снижения объемов производства. Дело в том, что все эти циклы сопровождаются сменой социально-политической формации. Каждый раз мы наблюдаем становление новых парадигм, новых идеологий. И общество, которое исповедует эти идеологии – такое общество, которое принято называть прогрессивным – оно вступает в противостояние со старым обществом, с обществом традиционным, которое придерживается ветхих идей. После этого мир не может остаться прежним. Так было на рубеже 18-19 веков – когда Европа столкнулась с силой республиканских идей. Так было в середине 19 века – когда система рабства и крепостного права показала свою несостоятельность в сравнении с наемным свободно-рыночным трудом. Так было в начале 20 столетия – когда монархия, по крайней мере, абсолютная, приказала долго жить, когда зашатались основы религиозного мировоззрения, и когда свободно-рыночный капитализм познал все прелести своих собственных дисбалансов. Так было и во второй половине 20 века – когда идеология расизма и национализма потерпела поражение, когда грубая колониальная политика стала чем-то вроде моветона, и когда сексуальная революция произвела настоящий взрыв мозга и изменение сознания. Даже не думайте, что вы со своими старыми представлениями сможете конкурировать с обществом нового строя. Это общество не просто вскоре заявит о своих претензиях. Оно оставит вас на обочине. Потому что оно окажется более эффективным, и будет лишено тех перекосов, которые сформировались в старом социуме. Оно исправит эти перекосы. Уравновесит систему. Но вскоре создаст свои собственные дисбалансы. И тогда придет другое общество, еще более прогрессивное. И оно окажется еще более эффективным и еще более уравновешенным.
 
Я уже как-то делился идеей о том, что, возможно, есть смысл расширить Кондратьевские Циклы в историю. На самом деле такие мысли возникали не только у меня одного. Например, так же считал известный французский историк Фернан Бродель. Однако сейчас, похоже, появилась возможность проверить эти предположения. У нас нет удовлетворительных данных по экономической статистике. Но некоторые исследователи умудрились подсчитать количество жертв на душу населения в крупных военных конфликтах. Похоже, там тоже наблюдается кое-какая цикличность. Что характерно, экстремумы за последние два столетия соответствуют экстремумам Кондратьевских Волн. Но и это еще не все. Цикличность наблюдается и в прежние периоды, с приблизительно той же размерностью – 50-60 лет. Цикличность берет свое начало, как минимум, с эпохи Реформации, а, возможно, даже с еще более раннего времени – со Столетней войны. Конечно, сильно выбивается из модели Вторая Мировая Война. Возможно, цикличность сломалась. Либо претерпела изменения. Да и не все идеально с методикой подсчета, наверное. Кажется, наибольшее внимание уделено европейским конфликтам, в которых в виде примеси присутствуют также и азиатские. Здесь нужно более тщательное изучение. Но совпадения поражают.
 
Однако все это тема следующего поста и следующей работы. Здесь я лишь делаю очередное предположение. И заключается оно в следующем: каждые 50-60 лет на сцену выходят новые социально-политические парадигмы (включая религиозные идеи), эти парадигмы обуславливают противостояние социума нового типа с социумом старого типа, начинается борьба прогрессивного взгляда и ветхих представлений. Иногда это выливается в прямое идеологическое столкновение. А иногда модель нового социума лишь показывает свое превосходство и более высокую эффективность, тем самым упраздняя архаичные порядки. Новые парадигмы побеждают не везде и далеко не сразу. Но, по крайней мере, они проявляют себя так, что их сложно не заметить. Они взрывают общество. Свергают неэффективную власть. Меняют государственное устройство. Запускают мощные геополитические преобразования. И формируют новые правила игры. Возможно, именно это и повышает спрос на сырьевые товары. Спрос обуславливается противостоянием. Отсюда – экономические циклы. Но вызваны они в первую очередь социальными движениями. Однако повторюсь – это всего лишь предположение. И тема для будущего исследования.
 
В заключение добавлю следующее: я не знаю, действуют ли Циклы Кондратьева до сих пор. Возможно, сейчас все изменилось. Возможно, цикличность сломалась. Но ранее она наблюдалась. И это вполне очевидно. Было бы весьма опрометчиво не обратить на это внимание. Но будут ли эти циклы продолжаться? Проверить это мы сможем в ближайшие пару десятилетий.
 
Мне кажется, что вскоре государственные интересы уступят место транснациональным. Мир станет еще более глобализированным. Начнут стираться границы между странами, расами, нациями и даже народами. Все больше будет появляться тех, кого принято называть “гражданин мира”. Особое внимание станет уделяться проблемам экологии. Возможно, изобретут искусственный интеллект. И, кажется, мы увидим противостояние демократических США с тоталитарным Китаем. Но в то же время международный бизнес будет бороться с местной властью, желающей все подчинить законом конкретной страны. В общем, будет интересно. Тяжело жить в эпоху перемен. Но, по крайней мере – не скучно.

Перфильев Максим Николаевич (С)
 
Рейтинг: +1 109 просмотров
Комментарии (4)
Виктор Астраханцев # 31 января 2019 в 23:54 0
Безусловно,очень экстравагантно после стихов о вздохах при луне встретить выкладки о циклах Кондратьева. Но ведь мир многообразен и наполнен творческими энергиями, которые совсем не обязательно должны быть направлены в одну сторону. Что ж, есть возможность познакомиться с кондратьевскими приливами и отливами.
Но мне, как читателю, не хватило в окончании работы нескольких абзацев авторских выводов. Ведь статья пишется не только для того, чтобы изложить версию применении циклов к человеческой истории, но и двинуьть в каком-то направлении и самую человеческую мысль.
И еще несколько вопросов:
!. Что же является первичным - нарастание стоящей над миром некой энергетической пульсации, своего рода, полувекового дыхания жизни, которое подчиняет себе экономику, войны, новые идеи. Или же возникающие в реальной жизни противоречия, диспропорции приводит к нарастанию энергии движения, а потом конфликтов в котором развитие столь же значимо, как и разрушение?
2. Как сочетается теория кризисов с волнами Кондратьева? Что чем подтверждается, т.е. в чем причина и в чем следствие?
И, наконец, 3: Имеет ли практический выход данная версия? Можно ли с её помощью сделать прогноз, например, цены нефти или зерна через 3-5 лет?
Прощу прощения за прозаичность, но практика, как полагали раньше,- критерий истины.
Надеюсь. что волновой эффект не внес изменений в этот афоризм?
Спасибо за вашу публикацию!
Перфильев Максим Николаевич # 1 февраля 2019 в 11:50 0
Вопрос о природе этих циклов - самый сложный. Причем если бы речь шла о чисто экономических циклах, то на него бы еще можно было попытаться как-то ответить. Сам Кондратьев рассматривал свои циклы в первую очередь как экономические. И у него было предположение, что связаны они с обновлением основных фондов, срок службы которых около 40-60 лет. То есть приходит время, когда компании вынуждены проводить модернизацию, строить новые предприятия, капитальные сооружения, прокладывать инфраструктуру, покупать новое оборудование, станки, машины (так как прежнее изнашивается и устаревает). Это требует ресурсов. Борьба за ресурсы подстегивает спрос и запускает рост их стоимости. А после того, как борьба заканчивается - начинается спад. Это была его версия.

Мне лично кажется, что есть смысл искать ответ еще в рамках понятия насыщения/сжатия экономики. Экономика начинает мощный рост от низкой базы. Это когда общество еще не закредитовано и не затоварено. Например, период 90-ых годов в России - низкая база. Или после сильного кризиса - низкая база. От низкой базы начинается рост. Постепенно общество все больше затоваривается и закредитовывается. И наступает высокая база. Вот на низкой базе телевизоры были, скажем, у 30% населения. А на высокой базе - уже у 95%, т.е. почти у всех. Тоже самое с кредитами. Рано или поздно возникает ситуация, когда дальше расти просто некуда. В этой точке начинается разгрузка системы, происходит кризис - компании, произведя слишком много продукции (к-ую общество уже не может потребить), терпят убытки, т.к. не могут ее продать, они увольняют работников, а работники, закредитованные по самую макушку, провоцируют волну просрочек. И запускается мощная волна кредитного сжатия, по всему рынку. Это типичный кризис перепроизводства. Сначала экономика насыщается - потом разгружается. Если рассматривать Циклы Кондратьева как чисто экономические, то такое объяснение еще могло бы быть приемлемым. Хотя оно нуждается в проверке и конкретных подсчетах.

Но вот в чем дело. Мне кажется, кризисы эти не чисто экономические. У меня в тексте отмечено, что определенная цикличность наблюдается и в прежние времена - до 19 века. Только она выражена в другом. Например - в количестве жертв в военных конфликтах. Есть кое-какие подсчеты на эту тему, и там также видны волнообразные движения. И примерно такая же периодичность - 50-60 лет. А с 19 века эти волны еще и совпадают с волнами Кондратьева (за исключением периода WW2). То есть, получается, что волны были и раньше. Вот это очень интересно на мой взгляд. Но в этом случае - совершенно непонятно, чем они обусловлены. Если природу чисто экономических циклов еще можно как-то попытаться объяснить, пусть и натянуто - то вот такие социально-политические волнообразные движения объяснить намного сложнее. Все становится еще запутаннее. У меня нет четкого ответа на вопрос о природе этих циклов, о причинах и следствиях. И я не знаю, у кого есть такой ответ. Возможно, надо больше почитать специализированной литературы по этой теме. Но она в основном старая. А новые данные дают уже другой взгляд. Если бы я был профессиональным историком, социологом или экономистом - я бы занялся этими исследованиями. Вообще, я этим займусь и так - если у меня будет время. Но пока со временем у меня не очень. Пока что я просто публикую эту информацию, с предоставлением своих предварительных изысканий.
Перфильев Максим Николаевич # 1 февраля 2019 в 12:12 0
Возможно, эти волны имеют следующее объяснение: поколение людей, которое меняет парадигмы, устанавливает как бы новые правила игры, и общество соглашается с этими правилами, т.е. принимает новые парадигмы (хотя бы частично). Либо не принимает, но идеи все равно откладываются в сознании людей. Понижательная фаза возникает - потому что общество устает от борьбы. Если новые парадигмы побеждают и принимаются, то общество как бы берет время на то, чтобы присмотреться к ним, пожить в них, попробовать свою жизнедеятельность в новых условиях. Если же новые парадигмы не принимаются - они просто остаются в умах людей, в качестве некой закладки, или надежды. В любом случае - наступает период успокоения, затишья. Общество примиряется. Затем вырастает новое поколение. Либо оно уже выдвигает вперед новые идеи (новые парадигмы), либо вспоминает о тех парадигмах, которые ранее не были приняты, но казались более прогрессивными - в этом случае прежние дисбалансы возникают с новой силой. То есть, возможно, все дело в сроке жизни среднестатистического человека. 50-60 лет - это период активности человека. Не просто его жизни, а именно того времени, когда человек наиболее активен. Отсюда - строгая периодичность. Новое поколение неизбежно начинает исповедовать новые идеи, новые парадигмы. Но после предыдущей борьбы - следует период затишья, общество, устав от войны, присматривается к уже принятым парадигмам, либо хранит внутри себя не принятые идеи, не реализованные концепции. Отсюда - цикличность (рост/спад).

Важно то, что во всех случаях Кондратьевских Циклов была борьба старого и нового. Либо конкретная борьба общества нового типа с обществом старого типа - как при Великой Французской Революции. Либо просто борьба разных типов общества, исповедующих разные парадигмы - в этой борьбе побеждало наиболее прогрессивное и наиболее эффективное общество (своеобразная проверка новых концепций на эффективность).
Перфильев Максим Николаевич # 1 февраля 2019 в 12:26 0
Практический смысл во всем этом есть. Предсказать движение котировок сырья можно. Но сложно, и есть масса нюансов. Во-первых, нельзя предсказать точный год, когда начнется рост или спад. Можно предсказать период с погрешностью 5-10 лет. Так же, как мы не знаем точно, в какой день наступит лето. Порой 1 июня бывает холоднее, чем 31 мая. Но мы точно знаем, что есть некий период, когда начинает теплеть. И в июле, как правило теплее, чем, скажем, в апреле. Во-вторых - котировки сырья, т.е цены, зависят от разных факторов. Они выражены в какой-то валюте. Если эту валюту девальвировать - то котировки вырастут сами собой. Но не за счет спроса. А за счет обесценения валюты. Так, например, в 1930-ые годы власти США начали отвязывать доллар от золота, это фактически означало девальвацию, котировки всех товаров выросли моментально, но не за счет спроса. И это не было долговременным трендом. Вот такие вещи вносят свои поправки и коррективы. Сейчас - после последнего кризиса 2008 г. - Центробанки тоже напечатали много денег, чтобы сгладить кризис. Это сильно исказило картину. Это усложняет прогноз. Но не лишает его полностью смысла. Просто все становится более заковыристым. Поэтому, кстати, я и обратил внимание на такой показатель как потребление энергии на душу населения Земли.

Вообще, Циклы Кондратьева, я считаю, требуют более тщательного изучения и особого внимания. Мы не знаем точно причины, по которым они происходят. И даже не знаем - будут ли происходить дальше. Мы просто можем их наблюдать по факту - два последних столетия. И, возможно, еще раньше.
Популярная проза за месяц
120
117
109
107
104
104
93
91
НО... 2 апреля 2019 (Пронькина Татьяна)
87
Приходи! 2 апреля 2019 (Анна Гирик)
85
80
75
74
73
70
70
69
68
БУДЕТ МАЙ 29 марта 2019 (Рената Юрьева)
65
65
57
55
55
54
54
52
52
47
42
36