ГлавнаяПрозаЭссе и статьиМистика → Зеркальный человек Глава 1

Зеркальный человек Глава 1

22 марта 2014 - Юлия Пуляк
«Как-то в детстве мне мама рассказала страшилку про Зеркального Человека. Конечно, это странно – мать рассказывает своей дочери страшилки на ночь. Но, она рассказывала ее не потому, что хотела меня напугать, или научить меня меньше смотреться на себя в зеркало. Скорее, так она проявляла свою любовь ко мне.
У этой истории есть маленький подтекст. Не стоит слишком засматриваться на свое отражение – иначе затянет и уже не отпустит.
Итак, об истории».
 
 
Зеркальный Человек, на тот момент его звали Огрук Проскочи, жил в небольшом Каменном Городке. Этот город так прозвали, потому, как дороги и дома были выложены гранитом. Здесь всегда было холодно. По большей части из-за камней и ветров, которые впитывались в них, как губка. А если светило солнце, то камни источали жар. Люди, порой получали ожоги. Оттого, в городке бродило много тех, у кого на теле были шрамы.
Огрук Проскочи занимал небольшую комнатку, которая перешла ему после смерти родителей, со всей ее скудной мебелью – кроватью, промятой до пола, ветхим столиком и табуретами. Сальная лампочка, что свисала с потолка, тускло освещала комнату, делая ее еще более тяготящей.
Огрук почти не пользовался светом, потому как свет был для него роскошью. Утешением для него было – кривая свеча в деревянном стакане.
Огрук проводил все свое свободное время в одиночестве. И это было не удивительно, потому как его неказистая внешность, мягко говоря, оставляла желать лучшего. Он был высок, сутул и истощен. Лицо рыхлое и усыпанное прыщами, было сальным от жира, впрочем, как и волосы, что небрежно торчали на его неровном черепе, которые он упорно смазывал, но они не слушались его, выбиваясь из-под густого слоя жира.
Глаза большие, стального цвета и вечно смотрели с равнодушием. Нос слишком длинный, кончик которого тянулся к низу. Губы тонкие и маленькие.
Огрук был неопрятен. Его одежда была изношена до дыр. Пуговицы, висящие на нитке, глухо бренчали, стукаясь друг об друга. Он считал, что внешность – это не главное. Главное, что внутри. Возможно, это слова дурака, или сумасшедшего.
Огрук был подмастерьем кузнеца Фарира Бровика. Крупного мужчины, с внушительным животом и таким же аппетитом. Ростом он был в два метра и широк столько же. Густые темные брови, всегда были сурово сдвинуты, нависая над темными глазами.
Его крупное лицо было измазано в саже и поте. Сальные волосы вились, спускаясь до плеч. А густая борода, которая скрывала его крупный рот, была пропитана пивом и крошками.
Люди посмеивались, стоило им увидеть эту странноватую парочку. Этакий тандем – грозный кукловод и чахлая марионетка.
- Ну, чего стоишь, мух ловишь, щенок?! – зарычал Фарир Бровик. Голос его был громок и густ. – Не стой! Работай! Я тебе не за это деньги плачу!
Огрук часто обижался на Фарира. Он всегда с каким-то видимым омерзением говорил и относился к Огруку. Может, потому что Огрук, сам позволял ему так с собой себя вести?
Фарир с хрипом выкрикивал ругань, опуская молот на раскаленный метал. Огруку было не в привычку слышать от Фарира столь богатый запас пикантных изречений. По началу, у него болели уши. И уже ночью, лежа на кровати, в его ушах все еще продолжал орать голос Фарира. Огрук вскакивал с кровати, пугаясь и сжимаясь в размерах. Ему казалось, что Фарир здесь. И он орет на него. Но, оглядевшись по сторонам, он успокаивался.
У Огрука не было девушки. Даже хромой или горбатой. Почему-то ему не везло с ними. Они только смеялись над ним, если он и пытался что-то сбивчиво проговорить. Даже продажные женщины, и те хохотали над его невзрачностью. Более того, одна из них, пустилась за Огруком с камнем, так и, норовя угодить в его паршивую фигурку.
Так он и провел свои тридцать лет в полном одиночестве.
Этот день был очень жарким. Камни раскалились, источая густой пар. Этот пар висел над городом, как под молоком.
Огрук шел на ощупь, натыкаясь на гранит и одергивая руки. Обувь шипела и плавилась, обнажая пятки. Люди вприпрыжку, передвигались по улицам, ища тень, где можно было бы переждать жару.
- Ой! – раздалось в смоге. Огрук одернул руку, наткнувшись на мягкое и дышащее. Кажется, он скользнул по чему-то выпуклому, отчего, и услышал испуганное «Ой!».
Огрук замахал руками, чтобы развеять пар. Ему это удалось с трудом. Все еще было плохо видно. Но, очертания фигуры, все же проглядывались.
- Простите. Я случайно. – Проговорил Огрук, вглядываясь в силуэт. Он прищурился, вытянув шею вперед.
- Этот пар! Эти камни! Как это ужасно! – Пропищали в ответ. Огрук так же выругался, правда, про себя.
- Это так. – Протянул он. – Эй? Послушайте? – Огрук обратился в слух. Но заветного ответа не последовало. Видимо, девушка ретировалась.
Огрук мог и с закрытыми глазами найти дорогу к кузнице. Хватало, услышать только голос Фарира.
- Ну, чего телишься? Берись за работу! – рявкнул Фарир. – Черт бы побрал эту жару!
К вечеру, жара спала. А с ним и рассеялся пар. Воздух стал холодным и влажным.
Огрук поежился, хотя в кузнице было очень жарко.
- Чего не ешь? – чавкая, спросил Фарир. Он с аппетитом уплетал гречневую кашу и запивал пивом.
- Что-то не хочется. – Огрук отодвинул тарелку, сложив руки на груди.
- Жри, покуда дают! – хохотнул Фарир и придвинул тарелку к нему. – Мне тут твоих соплей не надо!
Огрук вяло ковырял в тарелке. Он почему-то думал о той девушке, на которую наткнулся в тумане. Ее приятный голос не выходил из головы. А уж о той части, к которой Огруку посчастливилось случайно притронуться, это и вовсе его сводило с ума. Ему хотелось увидеть ее. Рассмотреть. Хотя, с другой стороны. Он боялся, что не понравиться ей. Девушка с таким дивным голосом, обязательно должна быть прекрасна. В этом он был точно уверен.
Фарир, как всегда напился. Он становился добрым и словоохотливым. Он частенько изливал ему душу. В основном, хвастался тем, как надавал по шее таким, как он, мужичкам. Или занимался непристойностями с продажными женщинами.
- Сегодня ко мне должна была приехать моя дочь. – Пробубнил он.
- Дочь? – удивился Огрук. – У вас есть дочь?
- А что не видно? – Фарир ударил кулаком по столу. – Ну, да. Не видно. Мать, ее, та еще сволочь, забрала мою девочку к себе. А она ушла. Набралась смелости, и решила приехать ко мне. Молодец. – Удовлетворенно протянул Фарир. – Только, вот из-за этого чертово пара, ни черта не видно.
Огрук посмотрел на Фарира. Его внешность совершенно не подходила под доброго и чуткого отца. Но, видимо, тот в ней души не чаял.
- Ну, а у тебя бабы то были? – с прищуром, спросил Фарир.
- У меня? Да. То есть, нет. – Огрук замялся. – Не получалось, как-то.
- Ты чего же, ни разу с бабой не был? Стесняешься, что ли? – Заржал Фарир. – Ишь, какой стыдливый! Чего там стыдиться? Плати монету, да и вытворяй, чего хочешь!
- Да, я пытался. Только не получилось. – Выдохнул Огрук. Фарир нахмурился. После допил пиво.
- Ну, да. Это понятно. Мордой не вышел, - цокнул Фарир, - да и сам с виду, как замызганный кутенок. Может, тебе показать, как это делать?
- Мне? – икнул Огрук.
Фарир поднялся, шумно отрыгнув.
- Тебе. – Он подхватил Огрука за шиворот и поволок на улицу.
В окнах отражался тусклый свет от чадящих свечей. Жены, готовились ко сну, укладывая орущих детей. Мужья, хмельные и веселые, тащились, сбиваясь с ног и падая на камни. После такого, на граните отпечатывались багровые круги.
Фарир тащил Огрука за собой, как тряпичную куклу, больно удерживая под локоть. Наконец, они поравнялись с голой стеной, где в шеренгу, стояли женщины. Одежды на них было мало, что облегчало доступ к местам.
- Ну, барышни. Кто хочет заработать монету? – Фарир достал монету, вертя ее пальцами. Женщины, с вожделением смотрели на заветную медную ассигнацию. – Огрук, выбирай, пока я добрый.
Огрук сглотнул. Честно говоря, все женщины были старше его и к тому же страшными. Кривыми, косыми и с наличием пробелов во рту. Среди, этого скопища чумных представительниц, прекрасного пола, была одна. Молодая, измазанная в грязи и с разбитой губой. Правда, ее непотребный вид, ничуть не отставал от других.
- Ну, живей! – прикрикнул Фарир.
Огрук указал на молодую.
- Молодец. Одобряю. – Он хлопнул его по плечу, что Огрук согнулся, как вбитый кол. Женщины недовольно замычали. – А ну, брысь, паршивые овцы! – Гаркнул Фарир. – Меня на всех хватит. – Улыбнулся он и протянул монету Огруку. – Развлекайся. Ну, дамы. А вот и я.
Огрук смущенно смотрел на девушку, что поравнялась с ним. Она увела его в глухой сквер, где частенько мужчины придавались любовным утехам.
- Привет. Меня зовут Огрук.
- Честно говоря, мне плевать, как твои имя. – Она вытянула руку вперед, поманив пальцами. – Давай, уже закончим, и я вернусь к девочкам.
Огрук не дал бы ей и больше двадцати. Ее длинные волосы, небрежно заплетенные в косу, были растрепаны. А голос тянул на все сорок. Хриплый и низкий.
- Ладно. Что надо делать? – глупо спросил Огрук.
- Ты меня спрашиваешь? – засмеялась она. – Ты дурак?
Теперь понятно, почему ее губа была разбита. Видимо, с ее мнением не каждый позволял себе согласиться.
- Я просто, - Огрук поджал губы, - давно не был с женщиной.
- По мне, так ты никогда с ней не был. – Ухмыльнулась она. – Ладно. - Девушка задрала юбку, обнажив треугольник волос. – Нравиться?
Огрук прокашлялся, залившись краской. Такое, он видел впервые.
Она развернулась к нему спиной, и нагнулась, облокотившись на стену. Ее белые ягодицы, были исполосованы шрамами.
- Кто тебя так?
Девушка посмотрела на Огрука через плечо и улыбнулась.
- А ты что священник, чтобы я тебе исповедовалась? Давай уже начинай.
Огрук подошел к ней, разглядывая ее ягодицы. Он растерялся, не зная, с чего начать. Нет, он, конечно, понимал, как это происходит. Но, Огрук считал, что слишком все быстро подошло к этому.
- Ну, чего ты там копаешься? – Раздался голос Фарира за спиной. Огрук оглянулся. – Ты чего, до сих пор знакомишься с ней? – расхохотался он.
- Я, - протянул Огрук, - не знаю.
- Ну, ты, - цокнул Фарир и подошел к нему. – Ты посмотри на нее. Посмотри на ее ягодицы. Неужели, тебе не хочется их схватить и жать, пока не станут красными?
Девушка хохотнула.
Огрук покраснел.
- Ну-ка, подвинься.
Фарир спустил штаны, примостившись к ягодицам девушки. Та охнула, выругавшись. На ее щеках вспыхнул румянец. По мере того, как Фарир обхаживал ее, девушка шумно дышала, отплевываясь от волос, что выбивались из косички.
Фарир пыхтел и уже через несколько минут, затих, передернув плечами. Он натянул штаны и сплюнул.
- Понял, как надо делать?
Огрук стоял, с круглыми, как блюдца, глазами. Он не то чтобы не понял. Скорее, его стесняло наблюдать за происходящим. Он лишь догадывался, что происходило, когда Огрук отвернулся от них.
Фарир отдал монету девушке.
- Ну, давай. Теперь твоя очередь.
- Я, пожалуй, не буду. – Огрук сморщился, взглянув на лицо девушки. У него она вызывала только отвращение, хотя он прекрасно понимал, у нее, таких как Фарир, сотни.
- Слабак. – Махнул рукой Фарир. – Ладно, дело твое.
Огрук вернулся домой под утро, хмельной и разбитый. Фарир, все-таки заставил его опустошить на двоих бочонок пива. Он повалился на кровать, мысленно прокручивая голос незнакомки, и провалился в сон.
 
 
Утром, Огрук проснулся от головной боли и ломоты в теле. Он вышел из комнаты и двинулся в кузницу.
Фарир, как обычно встретил его с руганью и хмурым взглядом. Как будто и вовсе не имел дела с Бахусом.
- Огрук, - позвал он, - ко мне приехала дочь. Так что не смей показывать свою грязную морду ей на глаза. Понял?
Огрук шмыгнул носом и утер рукавом пот со лба.
- Понял.
Работа закипела. Огрук изливался потом, но молча переносил эту невыносимую жару.
Фарир так же молчал.
- Отец? – окрикнули в кузнице. Фарир завис с молотом в руке. Огрук открыл рот, разглядывая девушку. Этот голос. Он уже слышал этот голос. Там, в глухом тумане.
- Ты какого черта пришла сюда? – выругался он, отбросив молот. Он быстро подошел к ней, схватив за локоток.
Огрук был поражен ее красотой. Она совсем не была похожа на отца. Хрупкое создание с белой кожей. Ее русые волосы были заплетены в косу, и уложены в «ракушку». В приглушенном свете, он не мог разглядеть ее глаз, но ему показалось, что они так же прекрасны. Тонкая фигурка была облачена в простенькое платье, расшитое бисером.
Огрук слышал недовольные возгласы Фарира. Он был не в восторге, что ей пришлось увидеть этот беспорядок, да и еще его подмастерья – сального и смрадного заморыша.
Спустя несколько минут спора, Фарир вернулся в кузницу. За ним, просеменила дочь. Она кивнула Огруку, опустив глаза.
- Поздоровайся, неуч! – гаркнул Фарир.
- Папа. – Цокнула она. – По этикету, первыми должны здороваться гости. А уже потом, те, кто принимают гостей. Здравствуйте.
Фарир хмыкнул. 
- Здравствуйте. – Поклонился Огрук.
- Мое имя Аннета. – Она протянула ему руку. Огрук опустил глаза, разглядывая ее маленькие пальчики, на которых поблескивало серебряное колечко.
Огрук обтер об себя ладонь, мысленно выругавшись. Он надеялся, что Аннета не обидится, если заметит, что на ее ладони отпечатался след сажи.
- Огрук.
- Познакомились? – встрял Фарир. – И хватит на этом. – Он отодвинул Аннету в сторону, встав напротив Огрука. – Вздумаешь тронуть мою девочку, и я тебя порешу.
Огрук сглотнул. У него и в мыслях не было ничего постыдного. Она ведь не из тех, что сутками стоят на улице, продавая свое тело. Аннета – совершенство. И он может только думать о ней. Ничего более, для него не позволительно.
 

© Copyright: Юлия Пуляк, 2014

Регистрационный номер №0203037

от 22 марта 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0203037 выдан для произведения: «Как-то в детстве мне мама рассказала страшилку про Зеркального Человека. Конечно, это странно – мать рассказывает своей дочери страшилки на ночь. Но, она рассказывала ее не потому, что хотела меня напугать, или научить меня меньше смотреться на себя в зеркало. Скорее, так она проявляла свою любовь ко мне.
У этой истории есть маленький подтекст. Не стоит слишком засматриваться на свое отражение – иначе затянет и уже не отпустит.
Итак, об истории».
 
 
Зеркальный Человек, на тот момент его звали Огрук Проскочи, жил в небольшом Каменном Городке. Этот город так прозвали, потому, как дороги и дома были выложены гранитом. Здесь всегда было холодно. По большей части из-за камней и ветров, которые впитывались в них, как губка. А если светило солнце, то камни источали жар. Люди, порой получали ожоги. Оттого, в городке бродило много тех, у кого на теле были шрамы.
Огрук Проскочи занимал небольшую комнатку, которая перешла ему после смерти родителей, со всей ее скудной мебелью – кроватью, промятой до пола, ветхим столиком и табуретами. Сальная лампочка, что свисала с потолка, тускло освещала комнату, делая ее еще более тяготящей.
Огрук почти не пользовался светом, потому как свет был для него роскошью. Утешением для него было – кривая свеча в деревянном стакане.
Огрук проводил все свое свободное время в одиночестве. И это было не удивительно, потому как его неказистая внешность, мягко говоря, оставляла желать лучшего. Он был высок, сутул и истощен. Лицо рыхлое и усыпанное прыщами, было сальным от жира, впрочем, как и волосы, что небрежно торчали на его неровном черепе, которые он упорно смазывал, но они не слушались его, выбиваясь из-под густого слоя жира.
Глаза большие, стального цвета и вечно смотрели с равнодушием. Нос слишком длинный, кончик которого тянулся к низу. Губы тонкие и маленькие.
Огрук был неопрятен. Его одежда была изношена до дыр. Пуговицы, висящие на нитке, глухо бренчали, стукаясь друг об друга. Он считал, что внешность – это не главное. Главное, что внутри. Возможно, это слова дурака, или сумасшедшего.
Огрук был подмастерьем кузнеца Фарира Бровика. Крупного мужчины, с внушительным животом и таким же аппетитом. Ростом он был в два метра и широк столько же. Густые темные брови, всегда были сурово сдвинуты, нависая над темными глазами.
Его крупное лицо было измазано в саже и поте. Сальные волосы вились, спускаясь до плеч. А густая борода, которая скрывала его крупный рот, была пропитана пивом и крошками.
Люди посмеивались, стоило им увидеть эту странноватую парочку. Этакий тандем – грозный кукловод и чахлая марионетка.
- Ну, чего стоишь, мух ловишь, щенок?! – зарычал Фарир Бровик. Голос его был громок и густ. – Не стой! Работай! Я тебе не за это деньги плачу!
Огрук часто обижался на Фарира. Он всегда с каким-то видимым омерзением говорил и относился к Огруку. Может, потому что Огрук, сам позволял ему так с собой себя вести?
Фарир с хрипом выкрикивал ругань, опуская молот на раскаленный метал. Огруку было не в привычку слышать от Фарира столь богатый запас пикантных изречений. По началу, у него болели уши. И уже ночью, лежа на кровати, в его ушах все еще продолжал орать голос Фарира. Огрук вскакивал с кровати, пугаясь и сжимаясь в размерах. Ему казалось, что Фарир здесь. И он орет на него. Но, оглядевшись по сторонам, он успокаивался.
У Огрука не было девушки. Даже хромой или горбатой. Почему-то ему не везло с ними. Они только смеялись над ним, если он и пытался что-то сбивчиво проговорить. Даже продажные женщины, и те хохотали над его невзрачностью. Более того, одна из них, пустилась за Огруком с камнем, так и, норовя угодить в его паршивую фигурку.
Так он и провел свои тридцать лет в полном одиночестве.
Этот день был очень жарким. Камни раскалились, источая густой пар. Этот пар висел над городом, как под молоком.
Огрук шел на ощупь, натыкаясь на гранит и одергивая руки. Обувь шипела и плавилась, обнажая пятки. Люди вприпрыжку, передвигались по улицам, ища тень, где можно было бы переждать жару.
- Ой! – раздалось в смоге. Огрук одернул руку, наткнувшись на мягкое и дышащее. Кажется, он скользнул по чему-то выпуклому, отчего, и услышал испуганное «Ой!».
Огрук замахал руками, чтобы развеять пар. Ему это удалось с трудом. Все еще было плохо видно. Но, очертания фигуры, все же проглядывались.
- Простите. Я случайно. – Проговорил Огрук, вглядываясь в силуэт. Он прищурился, вытянув шею вперед.
- Этот пар! Эти камни! Как это ужасно! – Пропищали в ответ. Огрук так же выругался, правда, про себя.
- Это так. – Протянул он. – Эй? Послушайте? – Огрук обратился в слух. Но заветного ответа не последовало. Видимо, девушка ретировалась.
Огрук мог и с закрытыми глазами найти дорогу к кузнице. Хватало, услышать только голос Фарира.
- Ну, чего телишься? Берись за работу! – рявкнул Фарир. – Черт бы побрал эту жару!
К вечеру, жара спала. А с ним и рассеялся пар. Воздух стал холодным и влажным.
Огрук поежился, хотя в кузнице было очень жарко.
- Чего не ешь? – чавкая, спросил Фарир. Он с аппетитом уплетал гречневую кашу и запивал пивом.
- Что-то не хочется. – Огрук отодвинул тарелку, сложив руки на груди.
- Жри, покуда дают! – хохотнул Фарир и придвинул тарелку к нему. – Мне тут твоих соплей не надо!
Огрук вяло ковырял в тарелке. Он почему-то думал о той девушке, на которую наткнулся в тумане. Ее приятный голос не выходил из головы. А уж о той части, к которой Огруку посчастливилось случайно притронуться, это и вовсе его сводило с ума. Ему хотелось увидеть ее. Рассмотреть. Хотя, с другой стороны. Он боялся, что не понравиться ей. Девушка с таким дивным голосом, обязательно должна быть прекрасна. В этом он был точно уверен.
Фарир, как всегда напился. Он становился добрым и словоохотливым. Он частенько изливал ему душу. В основном, хвастался тем, как надавал по шее таким, как он, мужичкам. Или занимался непристойностями с продажными женщинами.
- Сегодня ко мне должна была приехать моя дочь. – Пробубнил он.
- Дочь? – удивился Огрук. – У вас есть дочь?
- А что не видно? – Фарир ударил кулаком по столу. – Ну, да. Не видно. Мать, ее, та еще сволочь, забрала мою девочку к себе. А она ушла. Набралась смелости, и решила приехать ко мне. Молодец. – Удовлетворенно протянул Фарир. – Только, вот из-за этого чертово пара, ни черта не видно.
Огрук посмотрел на Фарира. Его внешность совершенно не подходила под доброго и чуткого отца. Но, видимо, тот в ней души не чаял.
- Ну, а у тебя бабы то были? – с прищуром, спросил Фарир.
- У меня? Да. То есть, нет. – Огрук замялся. – Не получалось, как-то.
- Ты чего же, ни разу с бабой не был? Стесняешься, что ли? – Заржал Фарир. – Ишь, какой стыдливый! Чего там стыдиться? Плати монету, да и вытворяй, чего хочешь!
- Да, я пытался. Только не получилось. – Выдохнул Огрук. Фарир нахмурился. После допил пиво.
- Ну, да. Это понятно. Мордой не вышел, - цокнул Фарир, - да и сам с виду, как замызганный кутенок. Может, тебе показать, как это делать?
- Мне? – икнул Огрук.
Фарир поднялся, шумно отрыгнув.
- Тебе. – Он подхватил Огрука за шиворот и поволок на улицу.
В окнах отражался тусклый свет от чадящих свечей. Жены, готовились ко сну, укладывая орущих детей. Мужья, хмельные и веселые, тащились, сбиваясь с ног и падая на камни. После такого, на граните отпечатывались багровые круги.
Фарир тащил Огрука за собой, как тряпичную куклу, больно удерживая под локоть. Наконец, они поравнялись с голой стеной, где в шеренгу, стояли женщины. Одежды на них было мало, что облегчало доступ к местам.
- Ну, барышни. Кто хочет заработать монету? – Фарир достал монету, вертя ее пальцами. Женщины, с вожделением смотрели на заветную медную ассигнацию. – Огрук, выбирай, пока я добрый.
Огрук сглотнул. Честно говоря, все женщины были старше его и к тому же страшными. Кривыми, косыми и с наличием пробелов во рту. Среди, этого скопища чумных представительниц, прекрасного пола, была одна. Молодая, измазанная в грязи и с разбитой губой. Правда, ее непотребный вид, ничуть не отставал от других.
- Ну, живей! – прикрикнул Фарир.
Огрук указал на молодую.
- Молодец. Одобряю. – Он хлопнул его по плечу, что Огрук согнулся, как вбитый кол. Женщины недовольно замычали. – А ну, брысь, паршивые овцы! – Гаркнул Фарир. – Меня на всех хватит. – Улыбнулся он и протянул монету Огруку. – Развлекайся. Ну, дамы. А вот и я.
Огрук смущенно смотрел на девушку, что поравнялась с ним. Она увела его в глухой сквер, где частенько мужчины придавались любовным утехам.
- Привет. Меня зовут Огрук.
- Честно говоря, мне плевать, как твои имя. – Она вытянула руку вперед, поманив пальцами. – Давай, уже закончим, и я вернусь к девочкам.
Огрук не дал бы ей и больше двадцати. Ее длинные волосы, небрежно заплетенные в косу, были растрепаны. А голос тянул на все сорок. Хриплый и низкий.
- Ладно. Что надо делать? – глупо спросил Огрук.
- Ты меня спрашиваешь? – засмеялась она. – Ты дурак?
Теперь понятно, почему ее губа была разбита. Видимо, с ее мнением не каждый позволял себе согласиться.
- Я просто, - Огрук поджал губы, - давно не был с женщиной.
- По мне, так ты никогда с ней не был. – Ухмыльнулась она. – Ладно. - Девушка задрала юбку, обнажив треугольник волос. – Нравиться?
Огрук прокашлялся, залившись краской. Такое, он видел впервые.
Она развернулась к нему спиной, и нагнулась, облокотившись на стену. Ее белые ягодицы, были исполосованы шрамами.
- Кто тебя так?
Девушка посмотрела на Огрука через плечо и улыбнулась.
- А ты что священник, чтобы я тебе исповедовалась? Давай уже начинай.
Огрук подошел к ней, разглядывая ее ягодицы. Он растерялся, не зная, с чего начать. Нет, он, конечно, понимал, как это происходит. Но, Огрук считал, что слишком все быстро подошло к этому.
- Ну, чего ты там копаешься? – Раздался голос Фарира за спиной. Огрук оглянулся. – Ты чего, до сих пор знакомишься с ней? – расхохотался он.
- Я, - протянул Огрук, - не знаю.
- Ну, ты, - цокнул Фарир и подошел к нему. – Ты посмотри на нее. Посмотри на ее ягодицы. Неужели, тебе не хочется их схватить и жать, пока не станут красными?
Девушка хохотнула.
Огрук покраснел.
- Ну-ка, подвинься.
Фарир спустил штаны, примостившись к ягодицам девушки. Та охнула, выругавшись. На ее щеках вспыхнул румянец. По мере того, как Фарир обхаживал ее, девушка шумно дышала, отплевываясь от волос, что выбивались из косички.
Фарир пыхтел и уже через несколько минут, затих, передернув плечами. Он натянул штаны и сплюнул.
- Понял, как надо делать?
Огрук стоял, с круглыми, как блюдца, глазами. Он не то чтобы не понял. Скорее, его стесняло наблюдать за происходящим. Он лишь догадывался, что происходило, когда Огрук отвернулся от них.
Фарир отдал монету девушке.
- Ну, давай. Теперь твоя очередь.
- Я, пожалуй, не буду. – Огрук сморщился, взглянув на лицо девушки. У него она вызывала только отвращение, хотя он прекрасно понимал, у нее, таких как Фарир, сотни.
- Слабак. – Махнул рукой Фарир. – Ладно, дело твое.
Огрук вернулся домой под утро, хмельной и разбитый. Фарир, все-таки заставил его опустошить на двоих бочонок пива. Он повалился на кровать, мысленно прокручивая голос незнакомки, и провалился в сон.
 
 
Утром, Огрук проснулся от головной боли и ломоты в теле. Он вышел из комнаты и двинулся в кузницу.
Фарир, как обычно встретил его с руганью и хмурым взглядом. Как будто и вовсе не имел дела с Бахусом.
- Огрук, - позвал он, - ко мне приехала дочь. Так что не смей показывать свою грязную морду ей на глаза. Понял?
Огрук шмыгнул носом и утер рукавом пот со лба.
- Понял.
Работа закипела. Огрук изливался потом, но молча переносил эту невыносимую жару.
Фарир так же молчал.
- Отец? – окрикнули в кузнице. Фарир завис с молотом в руке. Огрук открыл рот, разглядывая девушку. Этот голос. Он уже слышал этот голос. Там, в глухом тумане.
- Ты какого черта пришла сюда? – выругался он, отбросив молот. Он быстро подошел к ней, схватив за локоток.
Огрук был поражен ее красотой. Она совсем не была похожа на отца. Хрупкое создание с белой кожей. Ее русые волосы были заплетены в косу, и уложены в «ракушку». В приглушенном свете, он не мог разглядеть ее глаз, но ему показалось, что они так же прекрасны. Тонкая фигурка была облачена в простенькое платье, расшитое бисером.
Огрук слышал недовольные возгласы Фарира. Он был не в восторге, что ей пришлось увидеть этот беспорядок, да и еще его подмастерья – сального и смрадного заморыша.
Спустя несколько минут спора, Фарир вернулся в кузницу. За ним, просеменила дочь. Она кивнула Огруку, опустив глаза.
- Поздоровайся, неуч! – гаркнул Фарир.
- Папа. – Цокнула она. – По этикету, первыми должны здороваться гости. А уже потом, те, кто принимают гостей. Здравствуйте.
Фарир хмыкнул. 
- Здравствуйте. – Поклонился Огрук.
- Мое имя Аннета. – Она протянула ему руку. Огрук опустил глаза, разглядывая ее маленькие пальчики, на которых поблескивало серебряное колечко.
Огрук обтер об себя ладонь, мысленно выругавшись. Он надеялся, что Аннета не обидится, если заметит, что на ее ладони отпечатался след сажи.
- Огрук.
- Познакомились? – встрял Фарир. – И хватит на этом. – Он отодвинул Аннету в сторону, встав напротив Огрука. – Вздумаешь тронуть мою девочку, и я тебя порешу.
Огрук сглотнул. У него и в мыслях не было ничего постыдного. Она ведь не из тех, что сутками стоят на улице, продавая свое тело. Аннета – совершенство. И он может только думать о ней. Ничего более, для него не позволительно.
 
 
Рейтинг: 0 428 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!