ГлавнаяСтихиЛирикаСтихи про жизнь → ГОРДОСТЬ ПАРНАСА 2018: ЛИРИКА

ГОРДОСТЬ ПАРНАСА 2018: ЛИРИКА

17 января 2019 - Чемпионат по поэзии

АЛЬМАНАХ

ГОРДОСТЬ ПАРНАСА 2018: ЛИРИКА

Представляю вашему вниманию сборник замечательных стихотворений - настоящих образцов современной лирики! 

Этот великолепный альманах стал результатом 3-го Чемпионата по поэзии. 

Читайте и наслаждайтесь!

 

Фрида Полак           ПОСЛЕДНЕЕ ЛУННОЕ ТАНГО

Прощальный вечер был прекрасен,

Объятый магией ночной.

С тобою свёл нас на террасе

Любимый танец под луной.

Его судьба нам подарила,

Давая счастью новый шанс,

Напомнив, как святая сила

Единым ПА связала нас.

Едва мы встретились глазами,

Любовный жар пленил сердца,

Уже вполне владели нами

Ночные ритмы без конца.

Нам в одночасье стало ясно,

Откуда этот шквал огня, -

Его воздействию подвластный,

Тогда с ума ты свёл меня.

А месяц жёлтой ипостасью,

На нас взирая с высоты,

Горел, пылая нежной страстью:

Он тоже был влюблён, как ты...

 

Фрида Полак           НЕОТПРАВЛЕННОЕ ПИСЬМО (баллада)

На глухом чердаке, в старом шкафчике с дверцей разбитой,

где пылятся игрушки и всякий заброшенный хлам,

Я нашёл вдруг конверт с потускневшим посланьем забытым –

мне казалось, душа разорвётся вот-вот пополам.

 

Неужели не сон? Неужели всё было взаправду?

Столько лет утекло! Сколько было несчастий и бед!

Не отправил тогда...– пред собой я никак не оправдан –

много вёсен и зим пролежал тот заветный конверт...

 

Мне тогда было 20, – тебе, медсестра, чуть поменьше,

ты изведала горя, и крови, и грязи – сполна.

На войне довелось видеть много отчаянных женщин,

но отвага твоя и мужчинам не часто дана.

 

Ты, себя не щадя, шла на помощь по огненным тропам,

задыхалась в дыму, нас, бойцов, прикрывая собой.

И меня, чуть живого, смогла увести из окопа –

это был беспощадный, неравный мучительный бой.

 

Под ногами земля клокотала расплавленной лавой,

в липкой массе тонули худые твои сапоги.

Сколько славных ребят полегло в мясорубке кровавой,

не изведавших счастья, вдали от семей дорогих!

 

Ты тащила меня мимо нами подбитого «тигра»,

и откуда в девчонке несметные силы взялись?

Было ясно уже: этот бой для фашистов проигран,

а меня ты спасла, подарив драгоценную жизнь.

 

И в немой тишине, в госпитальной унылой палате,                

я письмо написал, одолжив у соседа тетрадь,

хоть вполне сознавал, что мой долг пред тобой неоплатен,

но хотел от души благодарный привет передать.

 

Я писал, что невестой ты видишься мне каждой ночью,

что вот-вот прилечу, лишь окрепнут два слабых крыла...

Но из воинской сводки узнал невзначай, между прочим:

ты, спасая комбата, навечно в бессмертье ушла...

 

И письмо задержалось... Ты стольких спасла от могилы!

Всем народом тебе до земли поклониться должны.

Я вернулся домой – без ноги – восстанавливать силы,  

а вот ты не дошла до желанной победной весны...

Фрида Полак           НА КРЫЛЬЯХ МЕЧТЫ

…Опять не спишь. Зовёт мечта твоя

стрелой взметнуться в небо голубое

и улететь в далёкие края,

наладить связь с неведомой звездою;

отдав Земле признательный поклон,

её увидеть из глубин Вселенной,

где, может, в дар преподнесёт Плутон

стихи поэтов необыкновенных;

и, наблюдая с Марса наяву

парад планет, загадочный и яркий,

собрать – и позже привезти в Москву

своей любимой звёздные подарки;

послать привет с космических орбит,

и, постигая сферы бесконечность,

заснять для сына клип – метеорит

с хвостом лучистым, озарившим вечность;

предельно жажду знаний утолить,

Галактику окинув зорким глазом,

чтоб к самомУ Творцу наладил нить

твой, современник, ненасытный разум!

 

…Не спится. Вновь зовёт мечта твоя

прильнуть к иллюминаторам-оконцам

и разглядеть волшебные края,

сверкающий чертог Ярила Солнца!..

Фрида Полак           МОРСКАЯ ПАЛИТРА

Непредсказуем цвет морской волны,

Он разный – в штиль, шторма и непогоду,

Его меняют тени глубины

И время года.

 

Палитра всех оттенков синевы

В багрянце зорь отсвечивает алым,

Зависит от потоков дождевых,

От минералов.

 

Укроет небо грозовая шаль,

В когорте туч затеется интрига –

И тут же обретёт морская даль

Окрас индиго.

 

Но вспыхнет солнца венчик золотой –

Вновь ярко заиграет цвет марины,

А крылья белых чаек над водой –

Как пух перины.

 

Бывает море цвета васильков,

Когда на волны звездопад струится,

Но я люблю «электрик»: он таков –

Цвет Синей птицы.

 

Фрида Полак           ОПЬЯНЁННЫЕ МОРЕМ

Бирюзовая даль южным солнцем прогрета,

Сонно лижет песок мелодичный прибой,

Яркий зонт нам раскрыло медовое лето,

В мир загадочных грёз мы сбежали с тобой.

 

Превратилась в реальность лазурная сказка,

Стали явью пейзажи картин дорогих,

Беззаботно купаемся в солнечной ласке,

Три недели у моря – причал для двоих.

 

Опьяняет бальзамом пропитанный воздух,

Треплет волосы свежий ласкающий бриз.

А ночами здесь парами падают звёзды –

Чьи-то светлые души навеки срослись.

 

Неземным божеством каждый миг нам подарен,

В этом вихре страстей – никого, кроме нас.

С наслажденьем тону в благодатном нектаре

Упоительных губ и пленительных глаз.

 

Просто сводит с ума трепет ночи прозрачной,

Порождая желаний миндальный настой.

Белых чаек полёт – ритуал многозначный –

Нас уносит в нирвану за светлой мечтой.

 

На волне – отраженье луны круглолицей,

Уронившей с высот золотистый венец.

И на бархатных крыльях уносится птицей

В ночь волшебную музыка наших сердец...

 

Фрида Полак           ОДНАЖДЫ В СОЧИ

Июль. Жарища. К морю ехать сроки.

А между нами – ссоры, беспредел.

Мой Казанова, вечно "одинокий”,

захлопнул дверь и в Сочи улетел.

Но через день... – неужто мне не снится? –

"Я жду тебя! Скорее прилетай!”

– Что, не прельстила сочинская "львица”?

Не так уж сладок черноморский рай?

Там, на курорте, мужа не узнала:

с цветами встретил, ласков и учтив.

И две недели – как любви начало:

восторг и страсть, и сердце на разрыв!

Потом признался: на центральном пляже,

распарившись на жарком ветерке,

"гетеру” встретил, не оделся даже,

побрёл за ней, как пёс на поводке.

Был вечер страстным, но, увы, не длинным –

наутро вспомнил о жене родной:

"гетера” напоила клофелином,

в барсетке – ни копейки...ни одной!..

 

Совет прими, несчастный Казанова:

чтоб дальше не настиг такой изъян,

не хочешь лохом оказаться снова –

с женой курортный заводи роман!

 

Фрида Полак           РЕКА ВРЕМЕНИ

Жизнь быстротечна. Времени река

Вдаль увлекает – отмели... пороги...

Но даже там, в конце моей дороги,

Не гаснет свет родного маяка.

 

Зачем я в мир пришла, куда уйду? –

С годами мысли мучают не редко.

Однажды спор затеяла с соседкой:

– Где наш приют – в раю или в аду?

 

Она в ответ: – Абсурд! По существу,

Мне трын-трава, что будет после жизни.

Плыть по теченью, жечь – до самой тризны,

И, всех презрев, остаться на плаву!

 

– Неужто цель – лишь наслаждений прыть?

Жизнь коротка: рожденье, детство, зрелость...

И, чтоб в неё вернуться захотелось,

Учись минутой каждой дорожить!

 

– Мне безразлична, честно говоря,

Цена летящих лет, часов, мгновений.

– А я хочу, среди надежд, сомнений

Быть убеждённой: путь прошла не зря!

 

– Жить надо проще – легче так дышать!

– А как же поиск благостного дела?

Настанет срок, когда погибнет тело,

Но не замрёт бессмертная душа.

 

Отправившись в неведомый полёт,

Она звездою вспыхнет во Вселенной,

И, обладая сущностью нетленной,

Вторую жизнь, я верю, обретёт.

 

Лишь сотней лет отмерен путь земной,

А времени река всё дальше мчится.

Пусть через век – дождём... берёзкой... птицей –

Но я вернусь на берег свой родной!..

 

Фрида Полак           НОЯБРЬСКОЕ ВДОХНОВЕНИЕ

Седые туманы, хандра небосвода –

Неласковый вечер дождями прошит.

И падают капли ноябрьской погоды

На трепетный лист оголённой души.

 

Осеннее платье истрёпано в клочья,

Дрожат под окном ветви тонкой ольхи.

Я рада бессоннице: именно ночью

Рождаются в сердце живые стихи.

 

Ажурные рифмы ниспосланы свыше.

И, черпая в ритме дождя мастерство,

На крыльях Пегаса взлетаю над крышей,

Ловлю с упоеньем стихов волшебство.

 

Эпиграфом к зимним морозным картинам

Дождинки к утру превращаются в снег,

На землю летят, будто пух лебединый,

Даруя с небес вдохновение мне.

 

Уже, уступая дорогу рассвету,

За белым раздольем скрывается мгла.

Я пью по глотку свежесть раннюю эту,

Успеху порукой – два сильных крыла.

 

Мой мир наполняется слогом высоким

И нежной любовью, рождённой в тиши.

Ложатся снежинками чистые строки

На трепетный лист обновлённой души...

 

 

Людмила Денисова           ФЕВРАЛЬСКИЕ МЕТЕЛИ

Метель шальная замела

С тройною силой,

Воздвигла снега купола

На всём, что было.

 

Зима, видать, в свои права

Вцепилась крепко,

Развесив всюду кружева

На чёрных ветках.

 

Собой довольная вполне,

Шалит не робко

И прячет в снежной белизне

Следы и тропки.

 

Но эта белая модель

Не огорчала б,

Когда бы схожую метель -

В зимы начало.

 

Сейчас же рады мы едва ль

Такой погоде.

Ведь на дворе уже февраль

К концу подходит.

 

Уже в мечты занесены

Не снег, не иней,

А сердцу хочется весны

И неба сини,

 

Проснуться утренней порой

От пенья птицы,

И луч весенний, озорной

В окно струится.

 

Нам холод стал невмоготу,

Как ждём капели!

Пока ж февральские метут

Вовсю метели.

 

Людмила Денисова           ВОЛШЕБНАЯ СВИРЕЛЬ

Волшебный полдень. Пуще в небе зной.

Ярило-солнце жарит неустанно.

А у ручья, с распущенной косой,

Грустит в лесу прекрасная Светана.

 

С лугов цветных мелодия плывёт,

Её пастух выводит на свирели.

Ожив, деревья встали в хоровод,

И птицы песни звонкие запели.

 

Небесный Лель* когда-то одарил

Свирелью этой юношу земного,

Что имя то же, что и бог, носил.

Он пас стада и счастлив был судьбою.

 

Его игре внимал весь бренный мир –

Таилась в ней чарующая сила.

Немало он красавиц покорил,

И на беду Светана полюбила.

 

Но страсть красава** не смогла зажечь

У Леля в сердце. Был он равнодушен.

Пронзила деву злоба, словно меч,

Её покой безжалостно нарушив:

 

«Люблю я Леля, но холодный он

И не пленён моею красотою.

Он лишь свирелью страстно увлечён,

Она одна всему тому виною.»

 

Вот стихла песня – притомился Лель,

Уснул в тени раскидистой берёзки.

И эта дева выкрала свирель,

Назло его божественному тёзке.

 

Пылал костёр под сенью пышных крон,

Летели искры брызгами фонтана –

Свирель горела, издавая стон.

Но ликовала подлая Светана:

 

«Преграды нет! Теперь свободен Лель,

И для любви открыты все просторы.

Забудет он проклятую свирель

И на меня свои направит взоры.»

 

Но как была злодейка неправа!

От грусти Лелю не было спасенья.

Он день и ночь безумно тосковал

И, как свеча, угас к дождям осенним.

 

Он спит теперь в могиле у реки.

Вокруг тростник печально колосится.

Качает ветер бурые цветки,

А в небе грустно подпевают птицы.

 

Прошли года, но пастухам и впредь

Такая доля выпала отчасти:

Свирелью чудной мастерски владеть,

Зато в любви, увы, не видеть счастья.

 

Примечание: *Лель – бог любви у славян.

**Красава – красавица, старорусское.

 

Людмила Денисова           КУМПАРСИТА

Безумство ритма, восхищённый взгляд,

Лежит в руке твоей моё запястье.

Азартно мчусь в «открытый променад».

Жеманство прочь! Дорогу буйной страсти!

Едва прижмусь к надёжному плечу,

Небрежно ножкой вычертив «восьмёрку»,

Срываюсь снова и вперёд лечу,

Тобой влекома в бешеную гонку.

Ведёшь ты чётко: прямо, поворот.

Откинув корпус, следую, как тень я.

 

Ты – мой партнёр уже не первый год,

А всё, как прежде: радость и волненье,

Надежды, веры и любви полёт,

Глаза в глаза и жарких тел сплетенье.

О, кумпарсита, танец-наслажденье!

 

Примечание: *"Открытый променад", "восьмёрка" – фигуры в танго.

 

Людмила Денисова           ИЗ ДЕДУШКИНЫХ ВОСПОМИНАНИЙ

- Потерпи, солдат, ещё немного,

Собери свой мужества запас.

Понимаю, длинною дорога

Нам с тобою кажется сейчас.

 

Мы её осилим потихоньку,

В медсанбате сдам тебя врачам. –

Мне шептала на ухо девчонка,

С поля боя к нашим волоча.

 

Что там было! «Тигры» пёрли клином,

И земля дрожала, как в аду.

Я под танк гранату, помню, кинул,

А потом смешалось всё в бреду.

 

Боль пронзила в страшное мгновенье.

Тьма. И время замерло вокруг.

Умереть тогда мог без сомненья,

Если б не тепло девичьих рук.

 

Глаз открыл и вижу: две косички

И пилотка, сдвинута слегка.

Мне бинтует голову сестричка,

А в глазах и горечь, и тоска.

 

- Жив, солдат? – с надеждою спросила

И подняться помогла рукой.

И откуда только было силы

У девчонки худенькой такой!

 

Ей с трудом на спину взгромоздился.

Как дошли, не помню, хоть убей,

Как я в медсанбате очутился,

Сколько в бессознанье пробыл дней.

 

Жив остался, не сгорел, как спички,

Но приходит девочка во сне.

Вижу я пилотку, две косички.

Жаль, что имя не известно мне.

 

Людмила Денисова           ПОЛЕТ МЕЧТЫ

В туманном рассвете не спит космодром -

Секунды спешат до момента,

Когда с рокотаньем взлетит над огнём

И в космос помчится ракета.

 

Покинут на время родимый порог.

Мечтою наполнен наш разум,

Готовый, бывая к фантазиям строг,

Объять необъятное глазом.

 

Не прочь он пройти за парсеком парсек,

Почувствовать их бесконечность

И Космос увидеть в великой красе.

Не в этом ли кроется вечность?

 

Земля, засыпая в серебряной мгле,

Прощально маячит в оконце.

Тревоги оставив на грешной Земле,

Летим мы с напутствием Солнца

 

Туда, где орбиты далёких планет

Нас встретят, пришедших с поклоном.

Минуя дороги хвостатых комет,

Достигнем мы сферы Плутона.

 

Но то – не предел, Космос дальше влечёт,

У Солнца в системе нам тесно.

Что страх и сомнения! - Это не в счёт.

Манит нас вселенская бездна.

 

Мечты вековой не нарушится нить,

Ведь цели прекрасны и ярки.

И жажду познаний стремясь утолить,

Мы ждём от Вселенной подарки.

 

Коснёмся однажды звезды голубой,

Откроем иные секреты.

Об этом мечтали не раз под звездой

Романтики, ну и поэты.

 

Людмила Денисова           ШТОРМ НА МОРЕ

На море шторм, который день подряд

Резвится лихо буйная стихия,

Как дикий зверь, что вырвался на волю

Из клетки тесной. С шумом ветра споря,

Ревёт и стонет рокотом нехилым,

Собой являя мощности парад.

 

Несутся волны синею грядой,

Готовой разом выпрыгнуть на берег

И поглотить в неистовом стремленье

Всё на пути. Но вдруг через мгновенье,

Порвавшись в клочья, страстный пыл умерив,

Назад отходят пеною крутой.

 

А стойкий берег, выдержав прибой,

Ответит стоном движущейся гальки.

Немы лишь скалы, гордо и спокойно

Взрывая волны в тучи слёз невольно.

А я смотрю на это взором чайки

И упиваюсь жуткой красотой.

 

Людмила Денисова           ОТПУСК

- Колись, Петров, где в отпуске гулял?

Здоров и свеж, в плечах косая сажень!

Загар же выше всяческих похвал.

Небось, всё лето жарился на пляже?

 

Никак под солнцем западных ривьер

В морских волнах испытывал томленье,

Дельфинов гладил и омаров ел,

Красоток местных в барах слушал пенье

 

И даже с ними бацал ча-ча-ча?

Ну, и последним мучимся вопросом:

Скажи, ты где так мышцы накачал,

На пальму что ли лазил за кокосом?

 

Да не томи, Петров, ответа ждём.

Должно же знать твоё молчанье меру.

А мы, возможно, в отпуске своём

Все, как один, последуем примеру.

 

- O Kей, отвечу. Если в двух словах,

Вы, братцы, правы, был я на природе:

Под жарким солнцем с тяпкою в руках

На даче отдыхал я - в огороде!

 

Людмила Денисова           ВРЕМЯ ВЛЮБЛЕННЫХ

Ты так уйдёшь, мой друг, мой муж, мой клад?

Давай мне всякий раз всё это время

Знать о себе. В минуте столько дней,

Что, верно, я на сотню лет состарюсь,

Пока с моим Ромео свижусь вновь.

(Шекспир, «Ромео и Джульетта»)

 

- Уходит ночь, заре черёд,

Как всё же время быстротечно!

Оно к влюблённым бессердечно,

Уже разлуки миг грядёт.

 

Ах, если б только у творца

Смогла просить я позволенья

Остановить любви мгновенья,

То счастью б не было конца.

 

- Родная, время нам не враг.

У нас с тобой любви начало.

Мгновений будет в ней немало.

Зачем в душе ты сеешь мрак?

 

Да, время не отправишь вспять,

Пора и дню войти в ворота.

Он пролетит в делах, заботах,

И ночь для нас придёт опять.

 

- Да ясно всё, но в этот раз

Грустить я буду почему-то,

Ведь ночью каждый час – минута,

А днём минута – целый час.

 

Тянуться долго будет нить,

Что приведёт нас к новой встрече.

И чтоб настал скорее вечер,

Я буду время торопить.

 

- Но у него обычный шаг,

А нам заложено в сознанье,

Что жизнь проходит в ожиданье

Чего-то нового. Не так?

 

И пусть покажется нам днём,

Что время очень долго длится,

Оно промчится словно птица,

Мы это в старости поймём.

 

Разлука наша коротка,

Зачем лелеять грусти семя?

Ты не теряй напрасно время

И солнцу радуйся пока.

 

Людмила Денисова           ПЕРВЫЙ СНЕГ

Вчера по крыше хмурый дождь осенний

Стучал весь день – мажорных красок тать.

На полке где-то брошена тетрадь –

Хранитель строк от прежних вдохновений.

 

Её б открыть и записать слова,

Но в дни такие не приходит муза,

Лишь боль в груди от беспросветья груза,

От мыслей чёрных пухнет голова.

 

А нынче утром всё куда-то делось.

Испита чаша осени сполна,

И за окном открылась белизна –

То первый снег прогнал природы серость.

 

Сплетён на ветках крУжева узор

Рукой искусной щедрой мастерицы.

И всё на солнце жемчугом искрится,

Пейзаж вокруг притягивает взор.

 

И пусть такая прелесть ненадолго:

Зима в права вступает не спеша.

Но оживает сонная душа,

И замирает сердце от восторга.

 

И ты поймёшь: иного нет пути,

Что стоит жить таких мгновений ради.

И руки сами тянутся к тетради,

И муза снова птицею летит.

 

 

Пронькина Татьяна          РИСУЮ МИР

Я – вольный дух, что замурован заживо

В материю, на долгие векА,

И лирика души моей, пейзажная,

РавнО мне – недоступна и близка...

 

Гляжу с тоской на покрывало белое

И вижу – только тени на снегу,

И странно мне, что ничего не делаю,

Но знаю. Точно знаю – что могу!

 

...И росписи морозные, ажурные,

Мне не дают увидеть из окна.

Как облака становятся фигурными,

Как катится и падает луна...

 

И зимний бор с нефритовыми соснами

Я вижу смутно и издалека,

Любуюсь марципановыми звёздами,

Когда мне не мешают облака...

 

Поэт. Художник. Подмастерье Бога я!

Мой бенефис! И спелой вишни сок –

Основы мироздания не трогая, –

С восторгом диким, брызну на восток!

 

Смятенье чувств – одно мгновенье быстрое,

И – взмахом кисти, росчерком пера,

Сверкает белый – золотыми искрами,

А серый – благородством серебра.

 

Лазурь небес...Она ещё не смелая,

Ей не хватает синего мазка.

Я знаю – как. Но я его не сделаю.

Пока...

 

Пронькина Татьяна          РАССКАЗ ДЕДА НА ЗОЛОТОЙ СВАДЬБЕ

Багровый закат догорал полосою,

Я зло усмехнулся: "Приплыли, боец!

Вот, ты и умылся кровавой росою,

В раю от войны отдохнёшь, наконец."

 

Не чувствую тела - ни силы, ни воли,

В мозгах "Кампанеллою"- колокола,

Дрожащей рукой, задыхаясь от боли,

Нащупал тот крестик, что мамка дала.

 

Я слышу свой пульс и биение сердца,

Пот с кровью ползёт по лицу моему,

А мне очень надо вокруг оглядеться,

Мне жизнено- важно понять, что к чему.

 

Чем кончился бой? Где комбат и ребята?

Зову- не пойму- то ль хриплю, то ль кричу,

И, крест отпустив, я нащупал гранату -

Коль немец придёт - в рай с собой захвачу!

 

Я, парень-то добрый, и даже не жадный,

Но сам не охотник до райских красот -

Домой не вернуться мне в форме парадной,

Никто и могилки моей не найдёт.

 

Я светлые мысли про детство босое,

Пытаюсь нащупать в больной голове,

А мысли всё лезут, про тётку с косою...

Гляжу- а косы у неё сразу две!

 

И цвет их, пшеницы, едва недоспелой,

Глаза- как озёра в родимом краю...

Прочёл по губам: "Что разлёгся-то? Целый!

Сейчас помогу. Да, вставай же!". ВСТАЮ!!!

 

Вокруг догорают фашистские танки -

И- сколько мне взгляда хватает - телА,

А девочки ходят, и ищут подранков...

В тылу мы, и значит, что наша взяла!

 

Уж, скоро стемнеет, но воронЫ крУжат,

Команда сегодня не всех соберёт,

Девчонка кричит мне: "Не бойся- контужен!

До свадьбы, я думаю, всё заживёт!"

 

Шепчу ей: "Сестра, мне б водички холодной,

И, коль, не боишься остаться вдовой,

Ей-ей, на тебе я женюсь, хоть сегодня,

Решайся, пока не дружу с головой!"

 

Я Обнял её...Раз- другой мы шагнули...

Не дело - мужчина на женских плечах-

Она мне тогда не сказала про пулю,

Про рваный осколком гангрены очаг...

 

Я выжил! И с ней расплатиться мне нечем,

С любимой женой, до последнего дня...

Едва обниму эти хрупкие плечи-

И нет человека, сильнее меня!

 

Пронькина Татьяна          ВЕЧНЫЙ ПОЛЕТ

Человеку становится тесно -

Или скучно? - на доброй Земле,

И манИт его звёздная бездна

Вечной тайной, что скрыта во мгле...

 

Глубиной, широтой, высотою

На полёт вдохновил небосвод,

Человек заразился мечтою,

Где алмазных светил хоровод

 

По спирали летит в бесконечность,

Красота неземная влечёт...

Человек устремляется в Вечность,

Где все страсти и чувства - не в счёт.

 

...Звёзды цвета тигрового глаза

И павлинья палитра комет...

Человек, где твой собственный разум?

Что ж ты, ищешь чужой меж планет?

 

За мечтою стремясь голубою,

Ты в пути очерствел и устал,

Счастья нет под чужою звездою,

А душа, словно Космос - пуста...

 

...И останется вечным секретом

Человечья природа твоя...

Лишь, крылатые чувством поэты,

Возвратятся в родные края.

 

Пронькина Татьяна          ЮЖНЫЙ ВЕЧЕР

Зной тяжёлый дневной в арыке утонул

И застыл, ни на миг не старея,

На горе, да над морем, - татарский аул -

Неизменная гордость Гиреев...

 

...Виноградные листья, ладони раскрыв,

Изумрудные дарят подвески,

Солнце брызжет лучами, сей край одарив,

Красотой первозданной и дерзкой.

 

Совершенство и тайна в закатных лучах,

Песня дикая просится в душу...

...Как фонарики нежно горит алыча,

Словно лампочки светятся груши.

 

...Этим лавром меня наградил Дионис...

Я вдыхаю...Пьянею...Не спорю...

А душа моя чайкой пикирует вниз

К бирюзовому Чёрному морю...

 

По извилистой тропке сбегаю на пляж,

Опасаясь нарушить случайно

Из ракушек и гальки прибрежной коллаж,

Замираю, любуясь дизайном.

 

Цвет песка у воды - абрикосовый мусс,

Расчехлили цикады виолы,

На губах - ливадийской шелковицы вкус

И поплыл аромат маттиолы...

 

Засыпают священные гор алтари

В благодати вечернего бриза,

И сияет в объятьях закатной зари

Золотая свеча кипариса.

 

...Я и тело, и мысли свои освежу,

Ведь, пылаю и жаром, и страстью,

Вместе с огненным диском я в воду вхожу

И на миг умираю от счастья.

 

А от солнца остался всего полукруг,

Но стихиям слиянье по нраву -

Бирюзовое море становится, вдруг,

Золотою кипящею лавой.

 

...Море - жизни земной бирюзовый Грааль,

Его рокот - есть эхо Вселенной...

...Из небесных глубин, чёрно - звёздная шаль -

Ночь, упала на воду...Мгновенно.

 

Пронькина Татьяна          ПАУТИНКА

Ты спишь...Луна крадётся к нам в постель...

(Диана*, не шали! Здесь - третий лишний!).

На небе - золотая канитель

Созвездий...Терпкий запах спелой вишни

 

Пьянит, как сицилийское вино...

Бокалы с недопитым "Амаретто"...

Я с памятью играю в домино,

Твой сон храня до самого рассвета.

 

Ты здесь, мой ненаглядный пилигрим,

Не потому, что так угодно богу,

Ты уходил по всем дорогам в Рим,

Но возвращался к моему порогу.

 

Среди развалин храмов и дворцов

Всегда ты слышал мой призыв печальный,

Заветы католических Отцов

Ты забывал в пределах нашей спальни...

 

Ты, урагана чувств своих стыдясь,

Старался утром выглядеть прохладным,

Пытался их опОшлить словом -"связь",

Но шёл ко мне по нити Ариадны.

 

Ты снова здесь! И, вроде, счастлив...Но,

Когда поймешь, что тесно в лабиринте,

Вновь станешь трепыхаться так смешно...

Но мне вручили боги эти нити!

 

Примечание: * Диана - богиня луны, сама луна - в римской мифологии.

 

Пронькина Татьяна          ЛЕТОМ В ВЕРОНЕ

Съезд филологов летом в Вероне...

Мне полгода симпозиум снится.

Сладкий миг! Я стою на перроне

В славном городе древних традиций...

 

Ректор нас отправлял честь по чести

За секретами русского слова,

Мы в Италию прибыли вместе

С кандидатом наук Ивановым.

 

На вокзале коллеги встречали,

Но банкет на прощанье обещан,

Завтра утром в "Шекспировском зале"

Мы обсудим серьёзные вещи.

 

...Были жаркие споры о сленге,

О природе жаргонного слова

И один итальянский коллега

Объявил об открытии новом:

 

"Пусть собранье меня не осудит,

Я встречал выражение "стыбрить",

Видно, добрые русские люди

В прошлом что-то украли на Тибре"*

 

Иванов, от такого сюрприза

Разродился вопросом в печали:

"Извините, а в городе Пиза

Мы у вас ничего не украли?"

 

...С Ивановым, довольные "фишкой"

Мы надрались вдвоём без банкета,

А филологи роются в книжках,

Но пока нам не дали ответа.

 

Пронькина Татьяна          О ЧЁМ МОЛЧАТ БОГИ

Вопрос извечен - что такое время?

Подарок ли? Проклятие небес?

Зовут его Четвёртым Измереньем,

По сути время - это лишь процесс,

 

Особенность пространства при движенье,

Для человека - вереница дней,

Включается оно в момент рожденья

Вселенной и иных объектов в ней,

 

В покое - как без лошади телега

(Не путать бесконечность - два кольца),

Событие, меж Альфой и Омегой -

Прямая, от начала до конца.

 

Минуты - словно брошенные копья

В один конец, с расцвета в декаданс...

Нас создали по Образу с Подобьем?

Но Бог молчит, что есть один нюанс...

 

Мол, человек владеет всем на свете,

Но поняли бунтарские умы -

Бог обладает малостью - бессмертьем,

А в остальном - почти такой как мы...

 

Законы Мирозданья очень стрОги,

Бессмертие-увы! - нездешний дар,

Здесь гибнет всё. И это знают Боги,

Тут был распят не Бог, а Аватар.

 

Но почему же, Боги, вы молчите?

Могущество людское - просто фарс!

Кто нам внедрил в геном ограничитель?

"На счётчик" - кто? за что? - поставил нас...

 

Являемся ли мы породой редкой?

Пока же - мы отряд бескрылых птиц...

И сможем ли мы выбраться из клетки,

Сломать препоны временных границ?

 

Тяжёл наш крест. Зачем нам это бремя -

Стремиться всё узнать и всё успеть?

Пока в Пространстве нас сжирает Время,

Пункт назначенья однозначен - Смерть!

 

Роксана Ланд          СОНЕТ ЗВЕЗДОПАДА

Август вновь не по-летнему строг,

Звездопадом тревожит мой разум.

Не окинуть вселенную глазом.

Жажда чуда зовёт за порог.

 

Мрак разорван, сияньем облит –

Будто в космосе стало им тесно,

Покидая холодную бездну,

Мчит к Земле за болидом болид.

 

А готовая к старту ракета

Ожидает лишь только момента,

Чтоб, сорвавшись, уйти в высоту.

 

Космонавты – немного поэты –

Раскрывая вселенной секреты,

Воплощают о крыльях мечту.

 

Роксана Ланд          МЕДСЕСТРА

Мы наступали, шли вперёд.

Был страшный бой - ну прямо пекло...

А я попал под миномёт -

Упал, и всё вокруг померкло...

 

Очнулся - голова гудит,

Не держат ноги - словно вата.

К спасенью призрачная нить -

Пятьсот шагов до медсанбата.

 

Сестричка шепчет: "Потерпи,

Перевяжу - и станет легче..."

Ей нет ещё и двадцати,

Но всё ж, взвалив меня на плечи,

 

Сжав зубы, тащит в тыл, к своим,

Ступать стараясь осторожно,

И я поверил, что живым

Останусь в этот раз, возможно...

 

За шагом шаг - из смерти в жизнь

Она несёт меня упорно,

шепча тихонько: "Ты держись..." -

Мой ангел, девочка-мадонна.

 

Роксана Ланд          НАША ВСТРЕЧА

Наша встреча внезапной была, как в апреле гроза -

Мы столкнулись с тобой на ступенях, и оба застыли,

Шли по улице вместе, не чуя удушливой пыли.

"Как я жил без тебя?" - неожиданно ты мне сказал.

 

И нахлынула буря, сильнее, чем южный пассат,

Закрутила, как щепки, нещадно таща за собою.

Но казалось, что даже ветра нам поют, а не воют,

И что каждый из нас, будто чайка морская, крылат.

 

Мы летели вперёд, словно боги минувших времён,

Юный век вместе с нами летел, беззаботно смеялся...

Миновали зима и весна в ритме бурного танца,

Да и лето катилось к концу с криком серых ворон.

 

Свистом пули шальной оборвалась мелодия Сфер,

Ухмылялся паяцем суровый, неласковый август.

Он судьбу зачеркнул - только кровь на руках мне осталась.

И последний твой шёпот: "Мы снова увидимся... Верь..."

 

Роксана Ланд          ПРО ДАЧУ И КОТА

На даче вольно жил наш кот -

Гулял, куда хотел,

И дни, и ночи напролёт.

Но отпуск пролетел.

Пора настала уезжать,

Мы собрались домой,

А кот из переноски - шасть!

И скрылся с глаз долой.

Муж, дети, бабушка и я

Пошли искать его.

А как иначе быть? Нельзя

Оставить одного

Кота на даче. Но когда

Все собрались назад,

Штук семь котов (вот это да!)

Нам удалось поймать -

У сына кот, у дочки кот,

У мужа - целых два...

Который наш - кто разберёт?

Аж кругом голова...

И разгорелся жаркий спор.

И тут... выходит кот

Из дома. И глядит в упор -

"Меня никто не ждёт?

Я понял, я уже готов -

Куда там надо лезть?

Да, еду. Но других котов

Оставьте лучше здесь".

 

Роксана Ланд          НЕОСТЫВШАЯ ПАМЯТЬ

"Ну здравствуй, моя неостывшая память.

Мы снова с тобой у камина сидим,

Кидаем в огонь, словно бисер, горстями

Минуты, что сыплются пеплом седым".

 

"Послушай, - ты мне говоришь осторожно, -

Уже миновало почти десять лет,

Сегодня могу предоставить возможность

Забыть о потере..." В ответ слышишь: "Нет!

 

Прошло десять лет? Как же в это поверить?

Мне кажется - всё было только вчера..."

И время застыло подраненным зверем

За гранью реальности зла и добра.

 

"А помнишь - вчера, сразу после заката,

В пустеющем парке играл музыкант?"

"Не помню... Давно это было когда-то -

В другой, видно, жизни..."

"Да ты, братец, пьян..."

 

"А всё-таки время - престранная штука -

То еле ползёт, а то птицей летит..."

...За окнами ветер гундосил и гукал,

И бился в стекло, как оружие в щит...

 

Светлана Приварская      НЕ СЕРДИСЬ, ПОДРУЖКА!

Что же ты, подружка белая,

Натворила да наделала:

Все засыпала, заснЕжила,

А такой казалась нежною…

 

Нежеланными, нежданными

Занесла леса буранами,

Забросала липкой ватою -

В чем деревья виноватые?

 

Наклонились к долу… тяжко им…

Полно, сжалься над бедняжками!..

От твоих колючих вывертов

Все живое словно вымерло!..

 

Ну, зачем сердиться, девица -

У тебя еще полмесяца?!

Не ищи ни в ком виновника -

О себе, любимой, вспомни-ка:

 

Ты ж была хрустальной, звонкою

Да пуховою девчонкою -

Бодрой свежестью пьянящею,

В даль бескрайнюю манящею!

 

Как кружила да, как вьюжила,

Разбросав снежинки в кружево!

Как серебряными шубами

Укрывала землю, любая!

 

Как брильянтами играючи,

Отражала солнца в них лучи!

А сейчас лихими грозными

Распугала всех морозами…

 

Ах, ты, Зимушка-красавица:

Хватит злиться! Хватит маяться!

Не пугай природу силою!

Пожалей сторонку милую!

 

Пусть к снегам вернется радуга, -

Их расцветит хоть ненадолго,

Что б ждала я с нетерпением

Зимней сказки продолжение!

 

Светлана Приварская      ВНУЧКА ЛЕСНИЧЕГО

Внучке лесничего лет восемнадцать.

Взгляда девичьего люди боятся,

Парни лихие лишаются воли -

Вихри стихии в той девушке, что ли?

 

С виду – как все, не подумаешь даже:

Лента в косе, только внешностью краше.

Часто смотрела на пни за домишком -

Странное дело: там много их слишком…

 

В барском именье издали запреты:

«Гнать из селенья волшебницу эту,

И, чтоб отселе теперь по лесочку

Больше не смели ходить в одиночку!

***

Юный барчонок не раз на досуге

Портил девчонок из местной округи.

Баяли, барин, вот так же, когда-то,

Девкам раздаривал малых дитяток…

 

Раз возвращается с пьянки повеса.

Видит: красавица вышла из леса -

Рыжие локоны, длинная шея…

Конь будто вкопанный встал перед нею!

 

Юноша спешился: «Ух, ты… какая!..

Чур, меня, леший! - Царица лесная!»

И, с неприличием жаждя победы,

Внучке лесничего дарит обеты.

 

- Развесели же меня, поскорее,

Сядь-ка поближе, прекрасная фея!

За руку тянет и шепчет ей тихо:

- Скажешь батяне – отведаешь лиха!

 

Рвется красавица, бьется, как птица,

Но не справляется – барин глумится…

- Чё ж это деется? Нукать, не трогай!

Вырвалась девица, кличет подмогу…

 

Он отпустил, дескать, встретимся ж, ладно!

Эдакий деспот с душою прохладной.

Выследил место ее обитанья,

Чтоб без протеста прийти на свиданье…

***

Страшные сплетни плетут старожилы:

Будто, намедни взяла она вилы,

Злого обидчика ранила в спину,

Милого личика бровью не двинув!

 

Парень от боли упал на подводу:

- Дура ты что ли? Я ж барского роду!

Рыжая бестия! Дикая львица!

Шел, как к невесте я – думал жениться!

 

- Врешь, негодяй! Подобру-поздорову

Лучше езжай-ка к родимому крову!

- Хочешь – не верь… – говорил он с натугой, -

А вот теперь, получай по заслугам!

 

Я не сробею – держи обещанье:

Будешь моею и так, без венчанья!

- Ой ли, постылый? Погодь-ка, дружочек!

И превратила барчонка в пенечек!..

 

Нет, не красавица ведьмы коварней,

А забываются местные парни:

Были б добрей они к девушке строгой -

Не было б пней за проезжей дорогой!

***

Деда с девчонкой с тех пор не видали…

Сказ про барчонка забудут едва ли…

Лес тот обходят, как гиблое место! -

Правда ли? Вроде… точней не известно…

 

Светлана Приварская      ЛЮБИ МЕНЯ…

Янтарная луна над полустанком

Тревожно разбросала робкий свет,

А в нем матросик пел на ушко танго

Красивой медсестричке тет-а-тет.

 

Мелодией любви по звездным нотам,

От сердца быстро он нашел ключи!..

Листва, взлетая, им шептала что-то,

Юлой кружась в загадочной ночи…

 

Тайник желаний, радостью хранимый,

Единым стал навек для них двоих.

Божественное танго для любимых

Яснее слов сплетало души их…

 

Лишь утром загремела канонада,

Юнец сказал, прижав ее к груди:

- Беги, родная… слышишь: взрывы рядом?

И торопил: - Скорее уходи!

 

Метались люди в горе и страданье,

Едва спасаясь и войну кляня,

Но гул толпы пронзало заклинанье:

- Я так молю тебя: люби меня!..

 

Светлана Приварская      ПОТОМ… РАССКАЖЕШЬ ВСЕ ПОТОМ

- Сестричка, мне бы отдохнуть:

В глазах - темно, в ноге - осколок

И грудь… как больно давит грудь…

Видать, мой срок уже недолог...

 

- Еще поборемся за жизнь -

Тебя я вытащить сумею,

Ты только, родненький, держись,

Да крепче обними за шею!..

 

- Враг беспощаден и силен:

Сперва  бомбили с самолетов,

Затем редел наш батальон

От гаубиц и пулеметов…                      

 

- Да, фриц коварен и хитер,

Но ведь и мы "не лыком шиты":

Дымится бронетранспортер,

Что был тобой, герой, подбитый!..

 

- Не устоять под артогнем,

Но мы сдержали наступленье!..

- Потом… расскажешь все потом…

Сейчас для нас важней спасенье.

 

За шагом шаг, из боли в боль, 

Ценой немыслимых усилий,

Там, за спиной оставив бой,

Они к траншее подходили…

 

- Ты как, боец? - А у самой

Дрожит все тело от натуги,

В висках стучит: - Спасен! Живой!

Вернулся б к матери… к подруге…

* * *

Ах, медсестрички! Вы всегда

В боях суровых были рядом!

Ох, и досталось же тогда

Отважным тоненьким девчатам!..

 

На хрупких худеньких плечах                         

Лежала боль мужских страданий…   

Не затеряйся же в веках,

Правдивость тех повествований!

 

Сумела выстоять Страна!

Нет, не сломить ее невзгодам!

Цвети, победная весна!

Любви и мира всем народам!

 

Светлана Приварская      НАЕДИНЕ С МОРЕМ

Ну, наконец-то… здравствуй, Море!..

Встречай меня, мой верный друг!..

Прости… сегодня я в миноре…

Лишь горечь слез под сердца стук…

 

Ты приголубь меня, родное,

И приласкай своей волной,

Дрожащим трепетом прибоя,

Как жаркий зной - обиды смой…

 

Всю ночь, до самого рассвета,

Мы проведем наедине,

И, как прощальная монета,

Боль затеряется на дне.

 

Морская соль залечит рану,

А легкий бриз развеет грусть,

Расправив крылья, гордо встану,

Стряхнув печали тяжкий груз!..

. . .

В воспоминаньях безмятежных,

Очнувшись, лежа на песке,

Я, сквозь прохладу брызг прибрежных,

Увидел чудо вдалеке:

 

В оттенках алого коралла,

Мигая в тысячи свечей,

Вода искрилась и сверкала

От ярких солнечных лучей!

 

И потянулось сладко море,

Нарушив вздохом тишину…

И нежно в сказочном узоре

Сплетало каждую волну…

 

Великолепие такое (!)

Сумело утро разбудить,

Что снова бьется ретивое

И рвется чайкой из груди!

 

Необъяснимое блаженство -

Смотреть в морскую синеву,

Познав природы совершенство,

Вот так - всем сердцем! Наяву!!!

 

Благодарю за исцеленье!

За каждый день и каждый час!

Чтоб прикоснуться к наслажденью -

Сюда вернусь еще не раз!

 

Светлана Приварская      РАЗМЫШЛЕНИЕ ПЕРЕД ОТПУСКОМ

(подслушанная история)

Вот и пришло долгожданное лето,

Значит, пора собирать чемодан!

Здравствуй, недельная чудо-диета –

Я на Индийский лечу океан!

 

Тропики, белый песочек на пляже,

Теплые воды, волнующий рай!

Только представить мне боязно даже,

Как эти волны плеснут через край,

 

Если мое подобревшее тело,

Что увеличилось прошлой зимой,

Плюхнется в воду отважно и смело,

Для охлажденья в безоблачный зной!..

 

Нет уж… за дело! Жаль, времени мало…

Лучшей диетой считается сон!

Надо укутаться под одеялом -

Так от обжорства ты будешь спасен!

 

Чай исключить непременно и срочно!

Очень уж с ним набирается вес:

Пряник, конфетка иль торта кусочек -

С чаем вкусняшки для всех антистресс!

 

Отпуск планировать буду спокойно,

Но… похудев килограммов на шесть,

Врядли я стану изящной и стройной…

Боже, прости… как же хочется есть!

 

Может, а ну ее эту диету?!

Добрые люди всегда в телесах!

Все, я решила: подброшу монету,

Выпадет решка – забыть о весах!

 

Светлана Приварская      СТРИЖИ

- Любимый, а у меня для тебя сюрприз!

-- Плохой? Хороший? Ну, не молчи, родная!

Смутилась… странно… глаза опустила вниз…

- Сейчас… минутку… ты любишь меня, я знаю…

 

Короче… у нас с тобой скоро будет сын…

Смеешься…

- Что ты! Я осознать не в силах.

Боюсь, ошибка… Не нам достигать вершин…

Мне сложно верить… я думал, что ты остыла.

 

- Все ясно… значит, не нужен тебе малыш…

Представить страшно… видно не зря боялась…

Вот видишь, милый, теперь уже ты молчишь…

Так вот… запомни: меня не устроит жалость!

 

Не думай, не променяю на свой покой

Любовь и нежность, что берегла годами,

И, даже если расстанемся мы с тобой,

Он - будет счастлив, чтоб ни было между нами!..

 

- Ребенок… Боже, он там, у тебя внутри?!

И ты не шутишь? Это ведь так серьезно!

Тебе за сорок, а мне шестьдесят плюс три…

Я рад, конечно, но только боюсь, что поздно…

 

Ты слышишь? Что будет с ним через двадцать лет?

Меня не станет… вряд ли увижу внуков…

Одна сумеешь его оградить от бед?

- Я лишь отвечу, что жизнь – не простая штука…

 

Обнявшись, они застыли в ночной тиши.

Так долго ждали… ну, а сейчас тревожно

Метались мысли без устали, как стрижи* -

Земли коснуться, увы, уже невозможно…

 

Примечание: *У стрижей очень короткие ноги, относительно тела (поэтому находиться на земле им категорически нельзя, так как при попытке взлететь длинные крылья птицы будут ударяться о поверхность, на которой находится стриж) – Википедия

 

Светлана Приварская      НА КРЫЛЬЯХ ЛЮБВИ

Старший брат был рад сестренке, появившейся на свет,

Хоть немного приходилось ревновать,

Ведь пеленки-распашонки вместо ласковых бесед,

Оторвали от него на время мать.

 

Паренек, как мог, малышке под гитарный перебор

Перекладывал все сказки на стишки:

О мартышке, о зайчишке, про волшебный мухомор…

Удавалось, скажем прямо, мастерски!

 

А потом, как «ком из снега» – он влюбился в первый раз

И в признанья рифмы жаркие вплетал.

Словно с неба счастья нега закружила вихрем фраз,

Возводя его мечту на пьедестал.

 

До сих пор костер желаний согревает их очаг,

И теснятся вирши в знойной голове…

От лобзаний, восклицаний, вдохновляясь сердцу в такт,

Родилась дочурка, - музы стало две!

 

Ох, лихи стихи да сказки пишет он для детворы!

И откуда только темы-то берет?!

По подсказке иль указке рубит рифмы-топоры,

Удивляя разновозрастный народ?

 

А теперь поверь, читатель, говорю без лишних слов:

До чего ж его творенья хороши!

Как бы кстати был издатель ярких радужных стихов!

Если знаешь ты такого – подскажи.

 

Рената Юрьева       В ТУМАНЕ ВЛЕЧЕНЬЯ

Чу, скрипнула ветка надломленным звуком

Под чьей-то ногой в чаще спутанных древ.

В кустах, словно кот, кто-то вдруг замяукал,-

Природная тишь – это сказочный блеф.

 

И птицей пленённой душа встрепенулась:

Предчувствием сладостным возбуждена.

Среди белоствольных фигурка мелькнула

С прозрачными крыльями… Кто же она?

 

Стан гибкий и тонкий под лёгкой накидкой,

Волной мягкой волосы цвета земли.

Взгляд жгучих очей манит сладостной пыткой

Догнать и познать с нею тайны любви.

 

Растаяли мысли в тумане влеченья.

Сквозь дебри лесные бежит наш герой.

Звездой путеводной – беглянки свеченье,

И компасом верным – след в травке сырой.

 

Но гнулись деревья от сильного ветра,

Сгущалась над миром недобрая хмарь.

Догнал… оставалось каких-то полметра.

Готов возложить ей всю жизнь на алтарь.

 

Слегка улыбнулась его Незнакомка,

Коснулась с улыбкой ладошкой своей,

Уста обожгла и сказала негромко:

«Прощай. Возвращайся теперь в мир людей!»

 

И лес расступился, и стих вой чащобы,

И канула встреча та в небытие.

С тоской беспробудной по деве особой

Продолжил он путь по земной колее.

 

Рената Юрьева       ВОЛШЕБНИЦА-ЛУНА

Волненья сердца не скрывая,

Она смотрела на двоих:

Летали в дивном вальсе мая,

Шепча признания в любви.

Ей, Фее неба в звёздной свите,

Был так знаком любви полёт!

Невидимые счастья нити

Искрились в такт звенящих нот.

Царица чутко направляла

Амура править в зале бала…

 

Любви нужна такая малость:

Услышать сердце визави…

Ночная Фея любовалась

Адажио земной любви.

 

Рената Юрьева       ПРОСТО МОРЕ

Ласково, игриво, отрешенно

Плещется зелёная волна.

Столько тайн в чуть слышных звуках стона!

Прячет их разгадки глубина:

И не вызов это, не вина.

 

Просто море… Вечная легенда:

Эпизоды спят на самом дне.

Корабли снимают гладь в аренду,

Плата их приемлема вполне –

Долгими гудками в тишине.

 

Рыбками-улыбками играют

Всплески на поверхности воды.

Лучше края не найти для рая…

Облака ныряют с высоты

До восхода голубой звезды.

 

Ласково, игриво, отрешенно

Плещется зеленая волна.

Дымка серебристым капюшоном

Укрывает море дотемна…

Я в него навеки влюблена…

 

Анна Гирик СТАРШИНА И МАРУСЯ

Накрыла ночь своим крылом посёлок, 

Да только этой ночью не уснуть. 

Свистят над ухом пули. Вдруг осколок

Навылет старшине пронзает грудь. 

Мелькнула мысль: «Судьба моя чертовка…

А я надеялся… хотел домой…»

Споткнулся он и выпала винтовка,

Затих солдатик на земле сырой…

 

Но, на рассвете он в бреду очнулся,

Увидев милый взгляд зелёных глаз.

Как Ангелу, девчонке улыбнулся,

Шепнув под нос: «Спаси же, Боже, нас!»

Без промедленья, обработав рану,

Маруся вмиг перевязала грудь.

«Держись, милок», - твердила неустанно

И с ним отправилась в нелёгкий путь.

 

Рвались снаряды утренней порою,

Отстреливался немец, уходя.

Увидев танк, подбитый старшиною:

«Да ты герой», - сказала погодя. 

И проявив в пути свою сноровку,

Уже не чувствуя ни рук, ни ног,

Вдвоём месили скользкую грунтовку

Всё дальше к медсанбату - на восток…

 

Анна Гирик ЛУНАТИК

Мне часто кажется – во мгле

Грустит загадочная Вечность.            

Оковы снять бы на Земле,

Взлететь однажды в бесконечность.

 

Свои желанья утолить,

Вселенную окинув глазом,

Поймать связующую нить,

Познать, какой он – Высший Разум.  

 

Твои же доводы не в счёт…

Меня туда Селена тянет,

Загадочность миров влечёт

И тайна – инопланетяне.

 

Чтоб сотню пролететь парсек,

Нужна «тарелка», не ракета.

Явлюсь я к ним во всей красе,

Давно ведь жду того момента.

 

Чтоб, рассекая небосвод,

Лунатик мне принёс подарки,

Под звёзд весёлый хоровод,

Вручил мне хвост кометы яркой.

 

Блистать там буду я звездой!..

Но в сердце ты со мною, Солнце,

И неба полог голубой,

И розы аромат в оконце.

 

Оставлю эти я края…

О них пусть пишут стих поэты,

А мне нужна любовь твоя.

Такие вот мои секреты.

 

Пётр Грановский   ПОСЛЕДНЕЕ ТАНГО

Прощальный ужин наш, - одни с тобой мы в зале,

Осадок горький быстролётных летних дней,

Слеза, скатившись с глаз, растаяла в бокале,

Любви погас пожар средь праздничных огней.

 

Ещё рыдают в исступленье горьком скрипки,

Дрожит на наших грустных лицах лунный свет,

Начнётся танец наш – полёт над бездной зыбкий,

Едва ль вернёт любовь нам этот тет-а-тет.

 

Есть, правда, в танце сила прежней нашей страсти,

Трагический финал и чувств, что гаснут, боль,

Абсурдна вера, друг, нам избежать напасти,

Напрасно, не спасёт от краха алкоголь.

 

Года пройдут, поблекнет чувства прежний глянец,

Оставив в памяти угасшей страсти танец.

 

Ольга Мещанинова          А СЛЁЗЫ В МОРЩИНАХ

Это было на майских, лет сорок назад,

Приближался святой день Победы.

Первой зелени в парках царил аромат.

Мы спешили в музей вместе с дедом.

 

Это наш ритуал, там бывали не раз,

Наблюдая войны экспонаты. 

Оживлял их задумчивый деда рассказ,

Снова в бой поднимались солдаты.

 

- Деда, что замолчал? Тот смотрел и не мог

Оторваться от фото в газете.

Очень старый, потёртый на сгибах листок:

«Неизвестные. Май, сорок третий».

 

Отвернувшись, чтоб внуки не видели слёз,

Он щекой прикоснулся к витрине.

- Это ж Катя меня… Был я ранен всерьёз,-

Улыбнулся. А слёзы в морщинах. 

 

Ольга Мещанинова          К БЕРЕГАМ КОЛДОВСКИМ

Мачты сосен, в иголках песок, валуны…

Мягко кромка воды наступает на плёс.

Ты идёшь босиком, и в тебя влюблены

Весь балтийский залив, пожилой Лисий нос.*

 

Волнам кудри трепещет морской ветерок,

По верхушкам деревьев бежит, осмелев.

Что не может утихнуть, ему невдомёк.

Побережье вздыхает, корой закряхтев.

 

Мы ушли от депрессий и неразберих

В этот медленный, тихий, задумчивый рай.

Непонятную прелесть, особенный штрих

В дюнах белых, песчаных узнать невзначай.

 

Здесь отменный загар. Дух ветвей смоляных.

Не торопит нас время, даёт размышлять.

О любви, о мечтах, обо всём на двоих…

К берегам колдовским мы вернёмся опять.

 

*Посёлок на берегу Финского залива (Лен. обл.), первое истор. упоминание в 1500г.

 

Олег Индейкин      ДОЖДЛИВЫЙ ФЕВРАЛЬ

Сплин в себе грею мало-мальски я,

Таю фибрами к снегу падкими.

Но сюрпризы опять февральские

Осаждают настрой осадками.

 

Все мечты о сугробах сдохли, но

От зимы рамки ждём приличия.

В мокрых перьях сидит нахохлено

В хмурых чащах семейство птичее.

 

Где же вы, февраля традиции?

От дождя хоронитесь звери-ка!

На югА разлетайтесь птицы и

Уходи из людей истерика!

 

Не дождёмся зимы утех никак,

Долго ждём февраля мы странника.

Надо кликать с небес сантехника

Течь небесного «штопать» краника.

 

В кацавейках, в мехах взопрели мы,

Не бросаем снежки друг в друга мы.

Не щипает февраль метелями,

Не сечёт снеговыми вьюгами.

 

Снег считаем уже мы граммами,

Ну, а тоннами надо впредь же, о!

Не взвывают бураны гаммами,

Не играют ветрА арпеджио.

 

В горле снова стоит, хоть режь, ни ком,

А дождливой зимы кляп узника.

Хоть цветок не зови подснежником,

А уже кличь смешно подлужником.

 

На февраль мы слегка обижены

И моргаем слезливо веждами.

По сугробам пошоркать лыжами

Будем жить все на март надеждами.

 

Олег Индейкин      ПЕРВЫЙ БОЙ

По бойцовской я науке

   ПТР готовлю вмиг.

Что же это за зверюка

   немчуровый тот «Блицкриг»?

 

Жарко на черте передней.

Думал я, едва живой, –

   лишь бы только не последним

   оказался первый бой.

 

Не курсантские тут «игры»,

   не фанерный бьём макет –

   «Фердинанды» прут и «Тигры»,

   застилая гарью свет.

 

Из травы горевшей «полог»

   встретил юного бойца –

   «приземлил» меня осколок

   и три порции свинца.

 

Помирать, всё ж, неохота –

   жить намного веселей.

Да не дрейфь! Крепись пехота,

   коль царица ты полей.

 

От ранений в дрожи весь я,

   боль так жгуча и остра,

   но, как ангел с поднебесья

   появилась медсестра.

 

Шутит:

           «Что? Нагрел местечко?

Ну, давай, вставай, солдат!»

   и меня на хрупких плечках

   притащила в медсанбат.

 

Мне с фашистами бы драться,

   бить заразу бы сильней –

   не по мне, как видно, братцы,

   вялый быт госпиталей.

 

Я совсем другой натуры –

   за Победу – до конца.

Перевязки и микстуры

   не удержат храбреца.

 

Взял с собой табак и спички

   и удрал на фронт один.

Не взыщите, медсестрички,

   мне ещё ведь брать Берлин!

Наталья Беда          СЕРЕБРЯНОЕ ТАНГО (ИЛИ НОЧНЫЕ ГРЁЗЫ)

Струится перламутром свет луны,

Елеем льётся в трепетные руки,

Раскраивая бархат тишины,

Еще звучат ночного танца звуки.

Без ложного сомненья и стыда

Реальность нас кружила в ритме страсти,

Янтарная пророчица – звезда

Наворожила этот танец счастья.

О, как мы танцевали под луной! –

Едва дыша, забыв про все печали.

Тихонько рядом шелестел прибой,

Аккорды моря в такт сердцам звучали…

Но, вдруг, нежданно полыхнул рассвет!

Горчит слеза. Волна смывает след –

Остатки грёз с предутренней вуали.

 

Наталья Беда          ДЕВОЧКА И ВОЙНА

Ах, как она играла на рояле,

Как рисовать любила лебедей!

Доверчиво её глаза сияли, -

Она так свято верила в людей.

 

Когда июнь вдруг прогремел набатом

Тревоги и отчаянья в ночи,

Она, запрятав туфли с синим бАнтом,

Тяжёлые надела «кирзачи».

 

И вот уже тростиночка – девчонка

Сжимает в тонких пальцах автомат,

Суровый взгляд под непокорной чёлкой -

Идёт в огонь наш маленький солдат.

 

Взвалив войну на худенькие плечи,

Выносит с поля раненных бойцов.

-Ой, мамочка! – порой от страха шепчет,

На миг прикрыв ладошками  лицо.

 

Разорван горизонт, забрызган алым,

Неукротим фашистских «тигров» раж,

Но, стиснув зубы, девочка  шагала

Устало, сквозь кровавый антураж.

 

Ей в этот день исполнилось бы двадцать.

Вдруг свет померк, погас её рассвет…

- Люблю, люблю.. - скажите маме, братцы,

Но слёз бойцов не видела в ответ.

 

Мне до конца прочувствовать едва ли

Вселенской скорби непомерный груз.

Чтоб дочери в войне не погибали,

Я сердце с лёгкостью отдам. Клянусь.  

 

Наталья Беда          УЛЫБАЕТСЯ МОРЕ…

А вы видели, как улыбается летнее море,

В тот момент, когда солнце украсит лучом горизонт,

И когда небосвод гасит звёзды в бескрайнем просторе,

Раскрывая над морем свой ярко-лазоревый зонт?

 

А оно улыбается утренней песней прибоя,

Восхитительным танцем струящейся в берег волны

И барашками тучек, нырнувших в залив с головою,

И таинственным вздохом проснувшейся вдруг тишины,

 

Улыбается парусом в утренней дымке тумана,

Что мерцает зазывно вдали золотым огоньком,

И улыбкой извечно-таинственной Фата Морганы,

Что влечёт и пугает коварным своим миражом.

 

Улыбается грустной улыбкой в минуты прощанья,

Криком истовых чаек свои провожая суда…

Я улыбку твою сохраню и в душе, и в сознанье,

И прошу тебя, море, её не гаси никогда.

 

Наталья Беда          НЕСЛОЖИВШИЙСЯ СОНЕТ

Раскатились строки с грохотом -

Не заладился сонет,

Обороты диким хохотом

Все труды свели на нет.

 

В непростом бою со строфами -

Результат - на ранах соль,

Обернулась катастрофою

Стихотворная юдоль.

 

Рифмы бесятся под коркою -

Голове покоя нет,

И...почил с усмешкой горькою

Несложившийся сонет.

 

Иннаlibra                ПРОСЫПАЙСЯ, МОЙ ЛЁШЕЧКА…

Старый февраль во владения снежные

Сыплет снега над лесами, трясинами,

Что же не спится кикиморе - нежити?

Смотрит на деда глазищами синими...

 

Шалью муаровой ёлочку каждую

Вьюга - затейница ночью укутала.

Шила из снега упавшего, радуясь,

Спящим лесам одеяла лоскутные.

 

Ветер берёзы на стуже баюкает,

Сладкая дрёма на ветках полощется:

- Счастье смешное мое, долгорукое... -

Грезит влюблённо кикимора в рощице.

 

Леший заснул до весны под сугробами,

Пледом укрывшись с рисунками пэчворка,

Сны мотыльками, - где с булками сдобными

Пьет чай зелёный с кикиморой вечером.

 

Смотрит на брак холостяк положительно,

Видя: кикимора славная девица.

Храбро предложит во сне: не пожить ли нам

Вместе? Проснувшись - немедленно женится!

 

Щедрый мороз на приданое выкует

Ларь с серебром, чтобы ей не ославиться,

Чтоб по старинной традиции - с выкупом,

Знатную свадьбу сыграли по правилам...

 

Вот бы пригорки прогрелись шагренями,

Так хочет счастья, что тянет под ложечкой!

И ожиданием время разменяно,

Будит его: просыпайся, мой Лёшечка...

 

Иннаlibra    ЛАДАНКА

Помнишь по осени знатную свадьбу на Киевке*?

Пир был богат, и хмельной веселился народ...

Знаешь, теперь стороной дом обходят покинутый,

Выбиты окна и дверь - скособоченный рот.

 

Двор опустел, что когда-то хозяйкой ухожен был,

Тянется вверх необузданно сказочный лес...

И не случайно шаги ускоряют прохожие,-

Рута* и Якорцы* стелются путникам вслед.

 

***

Шествует утро, в поклоне к нему травы росные,

Пестрядь* рубахи намокла у парня до плеч.

Падают спелые травы под лезвием россыпью,

Взмахом коса заставляет на землю их лечь.

 

Нужно спешить, не сгорели бы травы от засухи.

Пьёт солнце соки, и сушит их на сухостой...

Ладанка-оберег кожу щекочет за пазухой:

Шила жена серебристою нитью витой.

 

Клетчатый плат достаёт, пироги ароматные.

Сало и яйца с собою молодка дала...

Пахнут у Марьюшки косы ромашкой, да мятою,

Взгляд под ресницами ласков, и кожа бела.

 

Рядом затон, и вода зеленеет у берега,

Манит прохладой и тело зовёт освежить:

Не замочить бы, - и ладанку, снятую бережно,

Парень кладёт на одежду у края межи.

 

Взмахи руками - и кружатся волны по заводи...

Миг наслаждения ловит, забыв про косу.

- Эдак ты всех распугать угораздил, прям завидно...

И, засмеялась: - Отдай мне за это посул*.

 

Смотрит косарь: там, где ветки осины сплетаются,

В чёртовом омуте чавкает зычно вода,

Тонкой рукой, прядь густую слегка разметав с лица,

Ладанку скромную просит русалка отдать.

 

- Даришь, аль нет? Ждёт в тревоге тебя ненаглядная...

Смотрит косарь ей в глаза,- видит мудрость веков.

Воздух медовый томится её серенадами,

Душу отдаст вместе с ладанкой, страстью влеком.

 

Марево падает, вечер прядёт синей гривою,

Из под копыт сыплет тысячью искр золотых...

Блещут осколки на бархате неба, игривые,

Парень с покоса спешит, от жены пряча стыд.

 

Только тоскует с тех пор, и работа не радует;

Бросит дела и к затону в горячке бежит!

Скошены, убраны травы, но дома им ладу нет...

Оберег ищет, а может быть, прошлую жизнь.

 

Осенью сгинул. Да где же взять слёзы, чтоб выплакать

Горе по-бабьи? И Марья идёт на затон...

Кличет: - Иван, воротись! - Но в ответ стонет выпью гать,

Липкий туман выползает из чащи густой.

 

Шаг до пучины всего, нет терпенья и силушки,

Жизнь порвала добровольно, как тонкую нить!

Выросла вскоре склоненной над омутом ивушкой,

Ветви под ветром волнуются, шепчут: вернись...

 

Примечание:

Киевка – село *Н-ской волости.

Пестрядь – грубая хлопчатобумажная ткань.

Посул – вознаграждение.

Рута – род вечнозелёных многолетних, душистых трав.

Якорец – однолетнее травянистое растение с цепкими колючками.

 

Инна libra    Ocho

Полночь, собираю нынче звёзды,

Режу пальцы гранями светил...

И вдохнув манящий сладкий воздух,

Гордо звёзд насыплю полгорсти.

 

Ласково беру твои ладони,

Алых губ касаюсь не спеша...

Шалая луна с небес шпионит,

Ей всю ночь глазеть на спящий шар.

 

Надорвали крылья гладкость кожи

И растут в ключицах на спине.

Если мы хоть чуточку похожи,

Не робей, ко мне прижмись нежней!

 

Ангел мой, взлетим с тобою в небо

Танго Vida Mia танцевать.

Август спеет в жаркой летней неге,

Нас ночная манит синева...

 

Гладит ветер волосы, играя.

Оcho, оcho... мы почти у рая.

 

Примечание: Vida Mia* – разновидность аргентинского танго

Оcho** – (очо)- элемент аргентинского танго


Инна
libra   ЦЕНОЮ ЖИЗНИ

Посвящается Марионелле     Владимировне Королёвой

                               погибшей под  Сталинградом   23 ноября 1942г.

 

Знобит ноябрь в который раз простужено,

На Паньшино* бросает  колкий  снег,

А тонкий наст Мардерами* утюжится,

Горит земля и плавится в огне.

 

Закат лакает павших  кровь  без устали,

Трофеи собирает  жадно смерть...

О, Сталинград,  юнцы идут   безусые

В последний бой, и падают на твердь!

 

Впиваются в ладони комья мёрзлые

Девчонке, что едва за двадцать лет.

А над окопом танк , зверея, ёрзает;

Как в пекле выжить? Как же уцелеть?!

 

О сколько их, спасённых ею раненых...

Им потеряли счёт и день, и ночь.

В руках девичьих жизнь однополчанина,

И хлещет кровь на серое сукно!

 

 Их  пятьдесят. Собой закрыла, вынесла,

Чтоб продолжали путь свой на Рейхстаг,

И пусть Европа сеет грязно  вымыслы,

Что русских кровь пролитая - за так!

 

Смолк пулемёт, раздавлен контратаками,

Застывшим взглядом смотрит   командир...

Последнюю гранату рвёт под траками,

Не запятнав  ни чести, ни  мундир.

 

Смотри, потомок в эти лица чистые,

Узнай на фото близких и родных...

Ценою  жизни помогали выстоять

Девчата в час суровый для страны.

 

Уснул курган  под васильками синими,

Но память помнит страшную   войну!

Простая саниструктор с ярким  именем,

Жизнь отдала за мирную   страну...

 

Примечания:

Паньшино-хутор Волгоградской области в районе которого шли ожесточённые бои.

Мардер-3 -противотанковая самоходная бронетехника  Германии участвующая в Сталинградской битве.

 

Иннаlibra    БАЛТИКА

Неторопливая Балтика - вечная пряха,

Нити жемчужные вяжет прибоем, даря.

За горизонт солнце просится рыжим Шаллахом*,

Тает изнеженно долькой в душе янтаря.

 

Ветер считает песчинки в жилищах рапанов*,

Соль серебрится на камнях морских сединой.

Воздух у кромки горячий, солёный и пряный:

Время сиесты и сладких полуденных снов.

 

Волны приносят фисташково-мятную свежесть,

Вечер сплеча одевает их в тонкий виссон*,

Бриз у причала на медные ломтики режет

Фрукт ароматный, упавший с небес колесом...

 

В небытие растекаются капли индиго,

Купол сиреневым красит художница-ночь...

Сотни галактик, развесив нам морем вериги*,

Звёзды роняют в пучину под сонной луной.

 

Примечания: Шаллах*- древний армянский сорт абрикоса.

Рапаны** - брюхоногие моллюски.

Виссон*** - золотистая, либо белая ткань используемая для одежд царей, фараонов и священнослужителей.

Вериги**** - цепи.

 

Иннаlibra    БРАЖНИКИ

Дыханием тихим касаешься, шёлковым шёпотом

И в плен добровольно: без боя, мгновенно, безропотно

К губам, что пропахли мелиссой и утренней свежестью,

Что так горячо и настойчиво, с трепетной нежностью

Блуждают по коже, даря поцелуи ванильные. 

И разум сдаётся, и тело пред ними бессильное.

 

В смятении льну к этим пальцам игриво-батистовым,

Ладони и души сплетаются в ласке неистово,

Дрожим, истекая нектаром, жемчужными соками...

И, кажется мне, во единое Богом мы сотканы.

Плывём по реке наслаждений движеньями быстрыми,

Желание мякотью сочной взрывается, брызгами

И льётся в лазурность небес, где ветра бродят праздные:

Мы бражники, милый, над лугом летящие бражники*.

 

Примечание: *Бражники — семейство насекомых отряда чешуекрылых.

 

Людмила Клёнова РАЗГОВОР

Здравствуй, мой солнечный! Доброго времени!

Светлой дороги, распахнутых крыл!

В утренний час и в полу’ночной темени

Встречи с тобою, как прежде, остры –

 

В бережной памяти, в жарком объятии,

В нежности губ и сплетении рук…

На разговоры мы время не тратили –

То, от которого жизненный круг

 

В миг распадался, оставив лишь радости,

Только слиянье желаний и тел…

И в семицветье рождавшейся радуги

Ты уводил меня… Как ты умел

 

В небо взлетать, устилая алмазами

Пристань, где лунные тени легки…

А возвратившись на землю, ни разу мы

Не пожалели, что были близки…

 

Разве забудется? Разве не вспомнится?

Пусть ты теперь в невозвратных краях…

Словом твоим отзывается звонница,

Ангел мой ласковый, песня моя…

 

Людмила Клёнова ПТИЦЫ ВРЕМЕНИ

Как безжалостна стрелка, однако!

Так по кругу спокойно шагает.

Всё былое поставлено на' кон.

А грядущее, сонно моргая,

Норовит осторожно раздвинуть

Рамки строгих границ циферблата…

Только зеркало знает причину,

И расскажет, в чём жизнь виновата.

 

Потому, что в себя принимает

Амальгама минуты и годы,

И стареет бесслёзно, немая,

Стрелок бег ей привычно угоден.

 

Мы себя в постаревшем овале

Не всегда узнаём – и тоскуем…

Время крутит усердно педали,

Оставляя следы – на веку ли,

Или белой полоской печали

На виске, что ещё золотится…

 

Мы с тобой засыпаем ночами –

А у Времени быстрые птицы…

 

Людмила Клёнова НОЧНОЙ ПОЛЕТ

Между звёзд по хрустальной тропе

Ты бредёшь, узнавая на ощупь

Те слова, что нужны лишь тебе,

Те слова, что точнее и проще.

 

Ты находишь из тысячи слов

Лишь одно, чьё значение важно.

Непростое у нас ремесло:

Утолить неуёмную жажду

 

Слиться с Музой в полёте ночном,

Отыскав изначальную точку,

И пьянеть вдохновенья вином,

Находя долгожданную строчку.

 

Ускользающий образ поймав,

Ты его бережёшь и лелеешь –

И стиха норовистого нрав

Подчиняется воле твоей лишь.

 

И покорно ложатся слова,

Обретая и плоть, и дыханье.

Отражается миг волшебства,

Словно в зеркале, в лунной нирване…

 

Мир предутренний ласков и тих.

Звёзды слёзы на травы уронят –

И лежит новорожденный стих,

Как дитя, у тебя на ладонях…

 

Евгений Фокин      УЖЕ НАЛИТО?

Работа дураков любит (народная мудрость)

 

У нас с работой любовь взаимна,

ну и конечно, права молва, -

мой образ жизни, в труде активном,

от недостатка во мне ума.

Сидел бы тихо, в уютном кресле,

чесал затылок, решал кроссворд:

Что изобрел Никола Тесла?

И что такое Балтийский шпрот?

Так нет же, нате, бросаю мышку,

мотаю нити лесных дорог,

не уважая свою одышку,

лопатой режу земли пирог.

Мотыга, грабли, с навозом тачка,

вот что-то лезет из-под земли,

процесс налажен, а где заначка?

Сейчас обмоем труды мои.

Забор, теплица, качели внукам,

для птиц скворечник, себе мангал,

с утра округу тревожил стуком,

то гвозди правил, то их вбивал.

И счастлив этим, поверьте, братцы,

немного надо для дурака:

найти работу и ей отдаться …

Жена, налито? Как нет? Тоска...

 

Евгений Фокин      ЖЕРТВА

Сомнений нет, я не гожусь в пророки,

любые предсказания – не в кон.

Могу три такта выдать в караоке,

но дальше … вырывают микрофон.

Пытаюсь в танце выбраться из тени,

мне ритмы рок-н-рола по душе.

Холодным душем, - слушай-ка, Евгений,

ты яйца закажи у Фаберже.

Где угол мой на поприще искусства?

Кувалдой-то я вволю помахал.

Пытаюсь из стихов насыпать бруствер,

но ропот за спиною, - вот нахал.

Похоже место вновь не по билету,

но я решил остаться, вопреки.

Не лаврами бахвалиться поэта,

а жертвой быть у магии строки.

 

Вячеслав Шульц    ВОЛШЕБНЫЙ ЛЕС

Волшебный лес, волшебные деревья.

Волшебное кочевье

хищных злющих ос в костях останков лося,

убитого зимой голодной волчьей стаей.

Тревогу ветер носит,

и в заповедном крае

разносится печаль:

Пан потерял свирель.

Взгрустнувшие дриады (ах, как им Пана жаль!)

по дуплам разбрелись и стонет коростель:

- Кто будет веселить короткой летней ночью,

под новою Луной, уставший от забот,

скопившихся за день,

простой лесной народ?

А те, кому не лень,

свирель давай искать.

Сам Пан залёг в лещине за оврагом,

не хочет выходить. И заявил, что спать

он будет до тех пор, пока под белым флагом

к нему не прибежит сдаваться подлый тать,

укравший инструмент.

Удача. Найден вор. Вернулась пара ос

и улучив момент,

одна из них на нос

уснувшего страдальца присела и гудит:

- Прости меня, мой Пан. Но там, в тени ракит,

у омута, юнец ласкает слух ундин.

Твоя свирель поёт так радостно, так нежно!

Спеши, мой господин.

Хоть он с твоею дудкой обходится небрежно,

но всех очаровал, и слух летит по лесу,

что молодой повеса

искусней в музыке, чем растеряха Пан.

Пан бросился к реке. Туман

к ракитам выполз из лощины, где тёк ручей

и всё укрыл так плотно, что пропали:

и молодой артист и яркий блеск очей

ундин. А как рукоплескали,

успели полюбить, открыть сердца

навстречу тёплым песням молодца!

Пан отобрал свирель и дунул так,

что в ужасе бежали, поддавшись колдовству из дудки,

все те, кто хлопал в такт

и песням подпевал. Исчезли все. Лишь кряковые утки

крутились там, где в омуте пропал наглец-мальчишка.

Наверно, это было слишком,

но паника исчезла. Пан подозвал ундин, фей и дриад.

Устроил всем смотрины и парад,

поднёс свирель к губам и заиграл

печальный реквием…

 

Вячеслав Шульц    «Hallelujah»

Эта ночь всё решила за нас.

Ты спросила: «Давай, потанцуем?»

Отказать не посмел. Старый джаз

По наитью играл «Hallelujah».

Обнял стан. Напряглась под рукой,

Словно лук у ногайца степного.

Лик луны обещает покой,

Если выдохнуть нужное слово.

Друг на друга совсем не глядим.

Нет нужды в ненавидящих взглядах.

Её руки прижаты к груди,

Её тело…! Серийным разрядом:

Три триоли и паузы такт –

Абсолют до мельчайших деталей.

Навсегда! Завершается акт.

Голос сел. Мы без слов всё сказали.

Отступись. Ночь решила за нас.

 

Нина Агошкова      ДАФНА И АПОЛЛОН

Леса бескрайнего манят и манят просторы.

Всё в нём приятно, всё взоры ласкает красою.

Что же таится под сенью? Узнаем мы скоро,

Коль поведём, мой читатель, тебя за собою.

*

В страхе скрываются в чаще дрожащие звери –

Лук Артемиды разящий – их бегства причина.

Юные девы, богине-охотнице веря,

День свой проводят в лесу, позабыв о мужчинах.

 

Милая Дафна, дочь бога речного, Пенея,

Всем женихам отказала, красивым и статным.

- Даже в Аид я готова спуститься за нею!

Жизнь я согласна Диане отдать безвозвратно!

 

И остальные твердят: «Легче жить одиноким,

Брачные узы нисколечко нас не волнуют».

Только случилось, что бог Аполлон ненароком

Дафну увидел – бегущую нимфу речную.

 

- Стой, погоди! – и от похоти мигом пьянея,

Бог сребролукий, не в силах сдержать искушенья,

Через подлесок азартно помчался за нею,

Чутко следя за добычи неровным движеньем.

 

- Дай насладиться тобой в этом царстве зелёном!

Час удели мне, о большем мечтать и не смею.

Я не мужлан, не пастух… отказать Аполлону?

Неблагодарная! Будешь сейчас же моею!

 

Берег знакомой реки. Дафна молит с надеждой:

- Милый отец! Помоги мне избегнуть насилья!

Только ногою коснулась песка, и одежды

Вмиг превратились в кору, ноги корни пустили.

 

Метаморфоза повергла в смятение бога:

- Что ты наделала, глупая юная дева?

Полюбоваться тобой мне хотелось… немного…

Будь же отныне любимейшим лавровым древом!

 

Ветви качнулись в ответ, выражая согласье.

С этой поры, в довершенье к триумфу любому,

Скромный венок Аполлон надевает на счастье,

И вспоминает красавицу-нимфу с любовью…

 

Нина Агошкова      СИРЕНЕВЫЙ ВАЛЬС

Такая ночь! Струится мягкий лунный свет,

А звёзды яркие сияют так доверчиво.

На подоконнике – сиреневый букет,

Его сорвал ты для меня сегодня вечером.

 

Цветы прижму к лицу и выпрыгну в окно.

Дом лишь вздохнёт и скрипнет тихо половицами.

Ладонь в ладонь, мы этой ночью заодно,

Я словно в воздухе парю счастливой птицею.

 

Нас закружит весенний, нежный вальс цветов,

А танцплощадкой станет берег речки Каменки.

Сознайся, ты же для меня на всё готов?

Долой сугробы и морозы, шубы, валенки!

 

Весна ворвалась, наши чувства обновив,

Открыв такое, что надолго не забудется.

И вальса нежного чарующий мотив

Хрустальным звоном всё летит над нашей улицей.

 

Нина Агошкова      ПЕРВАЯ РАКЕТА

У каждого заветная мечта

В сознании рисует образ яркий.

Манила парня с детства высота,

Летать! – вот самый лучший из подарков.

 

Там, наверху, сияет небосвод.

Такая ширь, что не окинешь глазом!

Ночами звёзды водят хоровод…

Сумеет ли постичь когда-то разум,

 

Перескочив за тысячи парсек

К другим Галактикам, скользя в бескрайней бездне,

Увидеть, ощутить во всей красе:

Вселенная – наш дом, и в нём не тесно?

 

Сбылась мечта! Он утренней звездой

Взмыл в космос, приоткрыв его секреты,

Плыл над планетой - каплей голубой –

Так описали этот миг поэты.

 

«Поехали!» -

И матушке-Земле,

Шалея от счастливого момента,

Сигналила: «Довольно жить во мгле!»

Гагаринская, первая ракета!

 

Геннадий Солодилов        ХУДОЖНИК С СЕВЕРА (рондо)

Этюды пишет он в ночи на крыше,

На проводах, стволах дерев и выше –

На телевышках и на пиках гор.

Не перечесть узоров перебор;

Уснувший ветер ветви не колышет,

 

Шаги шуршат как шёпот, тише мыши,

Седой художник власть свою простёр

На спящий после осени простор –

Этюды пишет.

 

Рельеф штрихов не высечен, не вышит,

То – пар его дыхания застывший.

Студёный Дед мастеровит и спор

Ему никем не ставится в укор,

Что он на окнах богачам и нищим

Этюды пишет.

 

Геннадий Солодилов        ПАН И СИРИНГА

Душно и мрачно в лесу первозданной Эллады,

Сиринкс* то плачет, то нежно кого-то зовёт,

Птицы в смущенье свои приглушили рулады,

Те, что крещендо звучали всю ночь напролёт.

 

Кто этот мастер, играющий так вдохновенно –

Пленник ли страсти, убитый ли горем герой?

Вот он сидит на бревне и звучат кантилены,

Воздух напитан божественной флейты игрой.

 

Пламя пожара в груди козлорогого Пана,

То, что сражает и смертных во веки веков,

Эрос обвил его плоть и гнетёт непрестанно

Муки любви к юной нимфе унять нелегко.

 

Бог безобразный с копытами, шерстью, рогами

Вольно и праздно бродил по лугам и лесам.

Весел, беспечен, бесстрашен, силён, полигамен,

С нимфами вечером пил, флиртовал и плясал.

 

В день роковой он увидел дриаду Сирингу,

Сон и покой безнадёжно утратил с тех пор,

Прежние шашни и оргии напрочь отринул,

К счастью спеша. Только ждал его твёрдый отпор.

 

Вечная дева Сиринга, слуга Артемиды

Словно от демона серной умчалась, дрожа,

Пан с потрясённой душой от любви и обиды

Следом несётся. Не сможет она убежать!

 

Вот и река перед ней. «Помогите, наяды!

Я поклялась свою честь никогда не терять!»

Сёстры речные приветить несчастную рады:

Станешь отныне с тростинками тонкими в ряд!»

 

Пан, вожделея, к реке прибежал тихоструйной:

Рдесты, лилеи да тихо шуршащий тростник.

Рвались в груди от потери любовные струны:

«Не уходи!» И губами к тростинкам приник.

 

Срезал поверженный бог воплощенья любимой,

Склеил их бережно, флейту Сирингой назвал.

Понял рогатый, что страстью своей погубил он

Ту, что когда-то была весела и резва.

 

Бродит как прежде сатир по зелёным угодьям,

Только пореже пирует ночами герой,

Зябко бывает ему при хорошей погоде,

В сердце кровавая рана заноет порой.

 

В эти минуты бежит он вина и вакханок,

Жаждет нырнуть в океаны мелодий души.

Звуки сиринги, рождённые страстным дыханьем,

В силах звериный озлобленный рык приглушить.

 

Флейта вещает о чудных мечтах потаённых,

Лес превращается в сказочный сон наяву,

Шепчет река обещания встречи влюблённых,

Птицы смолкают и прячется ветер в траву.

 

Примечание: *Сиринга и сиринкс - сейчас так называют духовые инструменты, разновидность флейт. Название произошло на основе древнегреческого мифа о Пане, лесном божестве, влюбившемся в аркадскую нимфу-гамадриаду, почитавшую Артемиду и свято хранившую свою девственность.

Геннадий Солодилов        САНИНСТРУКТОР ЛИДА

Посвящено Лидии Яковлевне Верещагиной

 

Забинтовала. Встать-то сможешь?

Держись за шею, дорогой!

Здесь не для кирзовых сапожек –

Полметра грязи под ногой.

 

Что – больно? Потерпи, солдатик.

Стреляют, гады! Рядом бой.

Пойдем-ка вправо, чтоб не дать им

Как в тире видеть нас с тобой.

 

Вон – «тень» за взорванным «героем»,

С паршивой суки шерсти клок.

Танк нас с тобой от пуль прикроет.

Давай, родной, ещё шажок!

 

Ты обнимай меня покрепче,

Представь, что я – твоя жена.

О смерти быть не может речи,

Она фашистам суждена!

 

В санбат доставлю в лучшем виде,

Идти не сможешь – дотащу.

Доверься санитарке Лиде

И камуфляжному плащу.

 

Меня сюда прислали дети,

Которым станешь ты отцом.

Малышек нет пока на свете,

Их мать выходит на крыльцо

 

И ждёт, когда к её порогу

Придёт безусый ветеран...

Девчонки тыла нам, не Богу,

Шлют по зарницам и ветрам

 

Свои сердечные посланья:

«Храните наших женихов!»

Мне душу греет, что спасла я,

Быть может, целый детский хор!

 

Ну, вот – дошли до медсанбата,

Сейчас тебя хирургу сдам.

Гремит. Несладко там ребятам.

Лечись, боец! А я – туда. 

 

Валентин Кононов            ТЯЖЁЛАЯ НОША

Поднимала сынка -

Ноша невелика -

И блестели глаза.

Но настала пора,

Встала горя гора,

Вся в крови и слезах.

 

Не за славу, за жизнь

Стар и млад поднялись

На лихого врага!

...Капля злого свинца

Подкосила бойца -

Жизнь в бою коротка.

 

Парень жив, но затих.

Дотащить до своих -

Там помогут врачи.

А нести тяжело,

Руки-ноги свело,

Сердце камнем стучит.

 

...Потяжеле сынка

(Он у бабки пока.

Сам письмо написал:

Обещал подрасти,

И на помощь прийти...

Милый мой, как ты мал!)

 

Добрались до ребят,

И быстрей в медсанбат

Отправляют бойца.

А девчонке назад,

Где снаряды гудят,

Нету крови конца.

 

А девчонке вперёд,

Где стучит пулемёт

И пылает броня...

В эти страшные дни

Мир спасали они

От чумного огня!

 

Анна Сабаева          БАБОЧКИ-ОДНОДНЕВКИ И ЧЕРЕПАХА

Однажды майским утром над рекою случился вдруг чудесный снегопад.

И облако белёсое густое одело речку в праздничный наряд.

Прозрачной эфемерною одеждой накрыло, как невесту под фатой...

… А это роем вились однодневки* – метелицей над утренней рекой.

Их красота мелькнула – и угасла. Подёнкам* жизнь дана всего на день.

Один лишь только день – но не напрасный! День для любви. А после - мрак и тень…

За этот день так много надо сделать! Успеть расправить крылья, просушить,

Взлететь, найти единственную в небе, с ней встретиться и даже полюбить!

… За танцем однодневок наблюдала, лениво прислонившись к тростнику,

Угрюмая речная Черепаха, сидевшая с утра на берегу.

"И что они кружатся, суетятся? Не лень им то взлетать, то падать вниз?

Куда спешат? И танец их дурацкий, нелепый, как бессмысленный каприз..."

Так рассуждала наша Черепаха. Ведь для нее, уже немолодой,

Живущей без эмоций - счастья, страха - дни шли однообразной чередой.

… О, время! Для кого-то ты мгновенье, а для кого-то вечность, к сожаленью…

 

Примечание: *Однодневки или подёнки - эфемерные бабочки, срок жизни которых всего один день.

 

Анна Сабаева          КРЫЛЬЯ ПОЭЗИИ

"Крылья фей бывают прозрачными и разноцветными” (Гарри Потер)

Ночь мазками густыми чернильными

Разукрасила небо в окне…

Муза – фея с прозрачными крыльями –

Прилетела нежданно ко мне.

 

Нашептала на ушко так ласково

О большой и далёкой стране,

Что зовётся Прекрасною Сказкою

И приходит в загадочном сне.

 

Горы Строфы стоят там высокие,

Ритм-утёс и долина Строка,

Ассонансы – озёра глубокие –

И красавица Рифма-река…

 

Руку я подала ей доверчиво,

И взлетели мы с феей вдвоём.

Красотой наслаждались беспечно мы –

А к утру я вернулась в свой дом.

 

С той поры очень часто летаю я

В благодатной прохладе ночной,

И уносит с крылатою стаею

Фея Муза меня за собой…

 

Jenny Toll62             ВЕСНЕ – ДОРОГУ! (ФЕВРАЛЬСКИЕ ЗАМОРОЧКИ)

Объявился февраль, в переулках скучая,

Свет забрызганных фар прижимая к земле.

Одинокий фонарь равнодушно встречает

Запоздалый рассвет, заплутавший во мгле.

 

Зимний ветер, подув, заморозит округу,

Будет шумно бродить, как дурное вино.

И зачем-то в стекло бьётся ветка упруго...

Этот сложный вопрос мне решить не дано.

 

В тёмных лужах не тают хрустальные льдинки,

И снежинки кружат, не решаясь упасть.

Появившийся луч, словно фея с картинки,

Приструнит ураган, нагулявшийся всласть.

 

В нестандартном тепле современной квартиры

Налетевший февраль незаметно умрёт,

Но оставит повсюду свои сувениры,

Новым снегом укрыв нерастаявший лёд.

 

Запотеет окно, расползутся узоры,

И капели под солнцем опять застучат.

Возвратится весна! Это будет нескоро,

Но послышится писк желторотых галчат.

 

Зинаида Русак        ЗИМА

Зима. Метель простуженная кружит,

И зябнет день, в сугробах утопая,

Со мною нет того, кто очень нужен,

И ропщет горько пустота немая.

 

Застыли звуки, и слова, и мысли,

А до тепла, как до луны, я знаю.

Заиндевелым кружевом повисли,

Те чувства, что звенели в ярком мае.

 

Летит пурга по белому безмолвью

В чужие, запорошенные дали,

И только память шелестит любовью,

Что мы когда-то вечной называли.

 

Завьюженный и бессердечный холод,

Снежинок танец суетно-красивый,

А мир как будто надвое расколот…

Я помолюсь, чтоб снова стать счастливой.

 

Пробилось солнце сквозь колючий иней.

Печаль стирая, изморозью пишет

Мороз посланье из белёсых линий,

Его узор надеждой светлой дышит.

 

Валентин Камчатников   ВДОХНОВЕНИЮ

Вдохновение, ты не суди меня строго.

Не могу я тебе до конца бескорыстно служить.

Словно маленький Кай в ледяных королевских чертогах,

в слово «Вечность» осколки я тщетно пытаюсь сложить.

Обижаешься ты и порой мелко мстишь мне за это.

Ты уходишь, бросая:

- Попробуй меня догони!

Я, как маленький Мук, побежал бы к тебе на край света,

только где же они, семимильные туфли мои?

Рвутся ткани стиха на банальные пошлые фразы,

и надежды свои не удастся мне осуществить.

Вдохновение! Ты не суди меня сразу.

Дай мне время, а там — может быть, может быть, может быть...

 

Антарин       ВЕКТОР ВРЕМЕНИ СТРЕЛОЮ

Вектор времени стрелою

Устремляется вперед.

В неизвестность все живое

Он на кончике несет.

 

Пусть продвинутый ученый

Говорит, что время – бред,

Выдвигает увлеченно

Теорем своих пакет.

 

Это смело, это модно –

Все свергать и все крушить,

Раздеваться принародно,

Обнажаться до души.

 

Как по мне, то он бездарен,

Даже если вундер он…

Я листаю календарик

Незапамятных времен.

 

Что ни листик – день минувший,

Век двадцатый за окном.

Память наполняет душу

Нежным светом и теплом.

 

В календарике – рисунки,

И чего в нем только нет!

Здесь рецепт – проглотишь слюнки,

Здесь – от доктора совет.

 

По ремонту есть подсказки

И родителям наказ.

Для детей – стихи и сказки,

Мудрых мыслей парафраз.

 

На листках пометки чьи-то.

Пылью книжною пропах,

Календарь до дыр зачитан,

Не в одних он был руках!

 

Я, с эпохой обрученный,

Сохранив в башке царя,

Полагаю, что ученый

Вырос без календаря.

 

Он в тени лабораторий

В глубь теории залез.

Бесполезно с ним мне спорить,

Просто ВРЕМЕНИ в обрез.

 

Примечание: * Стихотворение - ответ на информацию в сети "Времени не существует — шокирующее заявление физиков" (https://econet.ru/articles/62094-vremeni-ne-suschestvuet-shokiruyuschee-zayavlenie-fizikov)

 

 

© Copyright: Чемпионат по поэзии, 2019

Регистрационный номер №0437085

от 17 января 2019

[Скрыть] Регистрационный номер 0437085 выдан для произведения:

АЛЬМАНАХ

ГОРДОСТЬ ПАРНАСА 2018: ЛИРИКА

Представляю вашему вниманию сборник замечательных стихотворений - настоящих образцов современной лирики! 

Этот великолепный альманах стал результатом 3-го Чемпионата по поэзии. 

Читайте и наслаждайтесь!

 

Фрида Полак           ПОСЛЕДНЕЕ ЛУННОЕ ТАНГО

Прощальный вечер был прекрасен,

Объятый магией ночной.

С тобою свёл нас на террасе

Любимый танец под луной.

Его судьба нам подарила,

Давая счастью новый шанс,

Напомнив, как святая сила

Единым ПА связала нас.

Едва мы встретились глазами,

Любовный жар пленил сердца,

Уже вполне владели нами

Ночные ритмы без конца.

Нам в одночасье стало ясно,

Откуда этот шквал огня, -

Его воздействию подвластный,

Тогда с ума ты свёл меня.

А месяц жёлтой ипостасью,

На нас взирая с высоты,

Горел, пылая нежной страстью:

Он тоже был влюблён, как ты...

 

Фрида Полак           НЕОТПРАВЛЕННОЕ ПИСЬМО (баллада)

На глухом чердаке, в старом шкафчике с дверцей разбитой,

где пылятся игрушки и всякий заброшенный хлам,

Я нашёл вдруг конверт с потускневшим посланьем забытым –

мне казалось, душа разорвётся вот-вот пополам.

 

Неужели не сон? Неужели всё было взаправду?

Столько лет утекло! Сколько было несчастий и бед!

Не отправил тогда...– пред собой я никак не оправдан –

много вёсен и зим пролежал тот заветный конверт...

 

Мне тогда было 20, – тебе, медсестра, чуть поменьше,

ты изведала горя, и крови, и грязи – сполна.

На войне довелось видеть много отчаянных женщин,

но отвага твоя и мужчинам не часто дана.

 

Ты, себя не щадя, шла на помощь по огненным тропам,

задыхалась в дыму, нас, бойцов, прикрывая собой.

И меня, чуть живого, смогла увести из окопа –

это был беспощадный, неравный мучительный бой.

 

Под ногами земля клокотала расплавленной лавой,

в липкой массе тонули худые твои сапоги.

Сколько славных ребят полегло в мясорубке кровавой,

не изведавших счастья, вдали от семей дорогих!

 

Ты тащила меня мимо нами подбитого «тигра»,

и откуда в девчонке несметные силы взялись?

Было ясно уже: этот бой для фашистов проигран,

а меня ты спасла, подарив драгоценную жизнь.

 

И в немой тишине, в госпитальной унылой палате,                

я письмо написал, одолжив у соседа тетрадь,

хоть вполне сознавал, что мой долг пред тобой неоплатен,

но хотел от души благодарный привет передать.

 

Я писал, что невестой ты видишься мне каждой ночью,

что вот-вот прилечу, лишь окрепнут два слабых крыла...

Но из воинской сводки узнал невзначай, между прочим:

ты, спасая комбата, навечно в бессмертье ушла...

 

И письмо задержалось... Ты стольких спасла от могилы!

Всем народом тебе до земли поклониться должны.

Я вернулся домой – без ноги – восстанавливать силы,  

а вот ты не дошла до желанной победной весны...

Фрида Полак           НА КРЫЛЬЯХ МЕЧТЫ

…Опять не спишь. Зовёт мечта твоя

стрелой взметнуться в небо голубое

и улететь в далёкие края,

наладить связь с неведомой звездою;

отдав Земле признательный поклон,

её увидеть из глубин Вселенной,

где, может, в дар преподнесёт Плутон

стихи поэтов необыкновенных;

и, наблюдая с Марса наяву

парад планет, загадочный и яркий,

собрать – и позже привезти в Москву

своей любимой звёздные подарки;

послать привет с космических орбит,

и, постигая сферы бесконечность,

заснять для сына клип – метеорит

с хвостом лучистым, озарившим вечность;

предельно жажду знаний утолить,

Галактику окинув зорким глазом,

чтоб к самомУ Творцу наладил нить

твой, современник, ненасытный разум!

 

…Не спится. Вновь зовёт мечта твоя

прильнуть к иллюминаторам-оконцам

и разглядеть волшебные края,

сверкающий чертог Ярила Солнца!..

Фрида Полак           МОРСКАЯ ПАЛИТРА

Непредсказуем цвет морской волны,

Он разный – в штиль, шторма и непогоду,

Его меняют тени глубины

И время года.

 

Палитра всех оттенков синевы

В багрянце зорь отсвечивает алым,

Зависит от потоков дождевых,

От минералов.

 

Укроет небо грозовая шаль,

В когорте туч затеется интрига –

И тут же обретёт морская даль

Окрас индиго.

 

Но вспыхнет солнца венчик золотой –

Вновь ярко заиграет цвет марины,

А крылья белых чаек над водой –

Как пух перины.

 

Бывает море цвета васильков,

Когда на волны звездопад струится,

Но я люблю «электрик»: он таков –

Цвет Синей птицы.

 

Фрида Полак           ОПЬЯНЁННЫЕ МОРЕМ

Бирюзовая даль южным солнцем прогрета,

Сонно лижет песок мелодичный прибой,

Яркий зонт нам раскрыло медовое лето,

В мир загадочных грёз мы сбежали с тобой.

 

Превратилась в реальность лазурная сказка,

Стали явью пейзажи картин дорогих,

Беззаботно купаемся в солнечной ласке,

Три недели у моря – причал для двоих.

 

Опьяняет бальзамом пропитанный воздух,

Треплет волосы свежий ласкающий бриз.

А ночами здесь парами падают звёзды –

Чьи-то светлые души навеки срослись.

 

Неземным божеством каждый миг нам подарен,

В этом вихре страстей – никого, кроме нас.

С наслажденьем тону в благодатном нектаре

Упоительных губ и пленительных глаз.

 

Просто сводит с ума трепет ночи прозрачной,

Порождая желаний миндальный настой.

Белых чаек полёт – ритуал многозначный –

Нас уносит в нирвану за светлой мечтой.

 

На волне – отраженье луны круглолицей,

Уронившей с высот золотистый венец.

И на бархатных крыльях уносится птицей

В ночь волшебную музыка наших сердец...

 

Фрида Полак           ОДНАЖДЫ В СОЧИ

Июль. Жарища. К морю ехать сроки.

А между нами – ссоры, беспредел.

Мой Казанова, вечно "одинокий”,

захлопнул дверь и в Сочи улетел.

Но через день... – неужто мне не снится? –

"Я жду тебя! Скорее прилетай!”

– Что, не прельстила сочинская "львица”?

Не так уж сладок черноморский рай?

Там, на курорте, мужа не узнала:

с цветами встретил, ласков и учтив.

И две недели – как любви начало:

восторг и страсть, и сердце на разрыв!

Потом признался: на центральном пляже,

распарившись на жарком ветерке,

"гетеру” встретил, не оделся даже,

побрёл за ней, как пёс на поводке.

Был вечер страстным, но, увы, не длинным –

наутро вспомнил о жене родной:

"гетера” напоила клофелином,

в барсетке – ни копейки...ни одной!..

 

Совет прими, несчастный Казанова:

чтоб дальше не настиг такой изъян,

не хочешь лохом оказаться снова –

с женой курортный заводи роман!

 

Фрида Полак           РЕКА ВРЕМЕНИ

Жизнь быстротечна. Времени река

Вдаль увлекает – отмели... пороги...

Но даже там, в конце моей дороги,

Не гаснет свет родного маяка.

 

Зачем я в мир пришла, куда уйду? –

С годами мысли мучают не редко.

Однажды спор затеяла с соседкой:

– Где наш приют – в раю или в аду?

 

Она в ответ: – Абсурд! По существу,

Мне трын-трава, что будет после жизни.

Плыть по теченью, жечь – до самой тризны,

И, всех презрев, остаться на плаву!

 

– Неужто цель – лишь наслаждений прыть?

Жизнь коротка: рожденье, детство, зрелость...

И, чтоб в неё вернуться захотелось,

Учись минутой каждой дорожить!

 

– Мне безразлична, честно говоря,

Цена летящих лет, часов, мгновений.

– А я хочу, среди надежд, сомнений

Быть убеждённой: путь прошла не зря!

 

– Жить надо проще – легче так дышать!

– А как же поиск благостного дела?

Настанет срок, когда погибнет тело,

Но не замрёт бессмертная душа.

 

Отправившись в неведомый полёт,

Она звездою вспыхнет во Вселенной,

И, обладая сущностью нетленной,

Вторую жизнь, я верю, обретёт.

 

Лишь сотней лет отмерен путь земной,

А времени река всё дальше мчится.

Пусть через век – дождём... берёзкой... птицей –

Но я вернусь на берег свой родной!..

 

Фрида Полак           НОЯБРЬСКОЕ ВДОХНОВЕНИЕ

Седые туманы, хандра небосвода –

Неласковый вечер дождями прошит.

И падают капли ноябрьской погоды

На трепетный лист оголённой души.

 

Осеннее платье истрёпано в клочья,

Дрожат под окном ветви тонкой ольхи.

Я рада бессоннице: именно ночью

Рождаются в сердце живые стихи.

 

Ажурные рифмы ниспосланы свыше.

И, черпая в ритме дождя мастерство,

На крыльях Пегаса взлетаю над крышей,

Ловлю с упоеньем стихов волшебство.

 

Эпиграфом к зимним морозным картинам

Дождинки к утру превращаются в снег,

На землю летят, будто пух лебединый,

Даруя с небес вдохновение мне.

 

Уже, уступая дорогу рассвету,

За белым раздольем скрывается мгла.

Я пью по глотку свежесть раннюю эту,

Успеху порукой – два сильных крыла.

 

Мой мир наполняется слогом высоким

И нежной любовью, рождённой в тиши.

Ложатся снежинками чистые строки

На трепетный лист обновлённой души...

 

 

Людмила Денисова           ФЕВРАЛЬСКИЕ МЕТЕЛИ

Метель шальная замела

С тройною силой,

Воздвигла снега купола

На всём, что было.

 

Зима, видать, в свои права

Вцепилась крепко,

Развесив всюду кружева

На чёрных ветках.

 

Собой довольная вполне,

Шалит не робко

И прячет в снежной белизне

Следы и тропки.

 

Но эта белая модель

Не огорчала б,

Когда бы схожую метель -

В зимы начало.

 

Сейчас же рады мы едва ль

Такой погоде.

Ведь на дворе уже февраль

К концу подходит.

 

Уже в мечты занесены

Не снег, не иней,

А сердцу хочется весны

И неба сини,

 

Проснуться утренней порой

От пенья птицы,

И луч весенний, озорной

В окно струится.

 

Нам холод стал невмоготу,

Как ждём капели!

Пока ж февральские метут

Вовсю метели.

 

Людмила Денисова           ВОЛШЕБНАЯ СВИРЕЛЬ

Волшебный полдень. Пуще в небе зной.

Ярило-солнце жарит неустанно.

А у ручья, с распущенной косой,

Грустит в лесу прекрасная Светана.

 

С лугов цветных мелодия плывёт,

Её пастух выводит на свирели.

Ожив, деревья встали в хоровод,

И птицы песни звонкие запели.

 

Небесный Лель* когда-то одарил

Свирелью этой юношу земного,

Что имя то же, что и бог, носил.

Он пас стада и счастлив был судьбою.

 

Его игре внимал весь бренный мир –

Таилась в ней чарующая сила.

Немало он красавиц покорил,

И на беду Светана полюбила.

 

Но страсть красава** не смогла зажечь

У Леля в сердце. Был он равнодушен.

Пронзила деву злоба, словно меч,

Её покой безжалостно нарушив:

 

«Люблю я Леля, но холодный он

И не пленён моею красотою.

Он лишь свирелью страстно увлечён,

Она одна всему тому виною.»

 

Вот стихла песня – притомился Лель,

Уснул в тени раскидистой берёзки.

И эта дева выкрала свирель,

Назло его божественному тёзке.

 

Пылал костёр под сенью пышных крон,

Летели искры брызгами фонтана –

Свирель горела, издавая стон.

Но ликовала подлая Светана:

 

«Преграды нет! Теперь свободен Лель,

И для любви открыты все просторы.

Забудет он проклятую свирель

И на меня свои направит взоры.»

 

Но как была злодейка неправа!

От грусти Лелю не было спасенья.

Он день и ночь безумно тосковал

И, как свеча, угас к дождям осенним.

 

Он спит теперь в могиле у реки.

Вокруг тростник печально колосится.

Качает ветер бурые цветки,

А в небе грустно подпевают птицы.

 

Прошли года, но пастухам и впредь

Такая доля выпала отчасти:

Свирелью чудной мастерски владеть,

Зато в любви, увы, не видеть счастья.

 

Примечание: *Лель – бог любви у славян.

**Красава – красавица, старорусское.

 

Людмила Денисова           КУМПАРСИТА

Безумство ритма, восхищённый взгляд,

Лежит в руке твоей моё запястье.

Азартно мчусь в «открытый променад».

Жеманство прочь! Дорогу буйной страсти!

Едва прижмусь к надёжному плечу,

Небрежно ножкой вычертив «восьмёрку»,

Срываюсь снова и вперёд лечу,

Тобой влекома в бешеную гонку.

Ведёшь ты чётко: прямо, поворот.

Откинув корпус, следую, как тень я.

 

Ты – мой партнёр уже не первый год,

А всё, как прежде: радость и волненье,

Надежды, веры и любви полёт,

Глаза в глаза и жарких тел сплетенье.

О, кумпарсита, танец-наслажденье!

 

Примечание: *"Открытый променад", "восьмёрка" – фигуры в танго.

 

Людмила Денисова           ИЗ ДЕДУШКИНЫХ ВОСПОМИНАНИЙ

- Потерпи, солдат, ещё немного,

Собери свой мужества запас.

Понимаю, длинною дорога

Нам с тобою кажется сейчас.

 

Мы её осилим потихоньку,

В медсанбате сдам тебя врачам. –

Мне шептала на ухо девчонка,

С поля боя к нашим волоча.

 

Что там было! «Тигры» пёрли клином,

И земля дрожала, как в аду.

Я под танк гранату, помню, кинул,

А потом смешалось всё в бреду.

 

Боль пронзила в страшное мгновенье.

Тьма. И время замерло вокруг.

Умереть тогда мог без сомненья,

Если б не тепло девичьих рук.

 

Глаз открыл и вижу: две косички

И пилотка, сдвинута слегка.

Мне бинтует голову сестричка,

А в глазах и горечь, и тоска.

 

- Жив, солдат? – с надеждою спросила

И подняться помогла рукой.

И откуда только было силы

У девчонки худенькой такой!

 

Ей с трудом на спину взгромоздился.

Как дошли, не помню, хоть убей,

Как я в медсанбате очутился,

Сколько в бессознанье пробыл дней.

 

Жив остался, не сгорел, как спички,

Но приходит девочка во сне.

Вижу я пилотку, две косички.

Жаль, что имя не известно мне.

 

Людмила Денисова           ПОЛЕТ МЕЧТЫ

В туманном рассвете не спит космодром -

Секунды спешат до момента,

Когда с рокотаньем взлетит над огнём

И в космос помчится ракета.

 

Покинут на время родимый порог.

Мечтою наполнен наш разум,

Готовый, бывая к фантазиям строг,

Объять необъятное глазом.

 

Не прочь он пройти за парсеком парсек,

Почувствовать их бесконечность

И Космос увидеть в великой красе.

Не в этом ли кроется вечность?

 

Земля, засыпая в серебряной мгле,

Прощально маячит в оконце.

Тревоги оставив на грешной Земле,

Летим мы с напутствием Солнца

 

Туда, где орбиты далёких планет

Нас встретят, пришедших с поклоном.

Минуя дороги хвостатых комет,

Достигнем мы сферы Плутона.

 

Но то – не предел, Космос дальше влечёт,

У Солнца в системе нам тесно.

Что страх и сомнения! - Это не в счёт.

Манит нас вселенская бездна.

 

Мечты вековой не нарушится нить,

Ведь цели прекрасны и ярки.

И жажду познаний стремясь утолить,

Мы ждём от Вселенной подарки.

 

Коснёмся однажды звезды голубой,

Откроем иные секреты.

Об этом мечтали не раз под звездой

Романтики, ну и поэты.

 

Людмила Денисова           ШТОРМ НА МОРЕ

На море шторм, который день подряд

Резвится лихо буйная стихия,

Как дикий зверь, что вырвался на волю

Из клетки тесной. С шумом ветра споря,

Ревёт и стонет рокотом нехилым,

Собой являя мощности парад.

 

Несутся волны синею грядой,

Готовой разом выпрыгнуть на берег

И поглотить в неистовом стремленье

Всё на пути. Но вдруг через мгновенье,

Порвавшись в клочья, страстный пыл умерив,

Назад отходят пеною крутой.

 

А стойкий берег, выдержав прибой,

Ответит стоном движущейся гальки.

Немы лишь скалы, гордо и спокойно

Взрывая волны в тучи слёз невольно.

А я смотрю на это взором чайки

И упиваюсь жуткой красотой.

 

Людмила Денисова           ОТПУСК

- Колись, Петров, где в отпуске гулял?

Здоров и свеж, в плечах косая сажень!

Загар же выше всяческих похвал.

Небось, всё лето жарился на пляже?

 

Никак под солнцем западных ривьер

В морских волнах испытывал томленье,

Дельфинов гладил и омаров ел,

Красоток местных в барах слушал пенье

 

И даже с ними бацал ча-ча-ча?

Ну, и последним мучимся вопросом:

Скажи, ты где так мышцы накачал,

На пальму что ли лазил за кокосом?

 

Да не томи, Петров, ответа ждём.

Должно же знать твоё молчанье меру.

А мы, возможно, в отпуске своём

Все, как один, последуем примеру.

 

- O Kей, отвечу. Если в двух словах,

Вы, братцы, правы, был я на природе:

Под жарким солнцем с тяпкою в руках

На даче отдыхал я - в огороде!

 

Людмила Денисова           ВРЕМЯ ВЛЮБЛЕННЫХ

Ты так уйдёшь, мой друг, мой муж, мой клад?

Давай мне всякий раз всё это время

Знать о себе. В минуте столько дней,

Что, верно, я на сотню лет состарюсь,

Пока с моим Ромео свижусь вновь.

(Шекспир, «Ромео и Джульетта»)

 

- Уходит ночь, заре черёд,

Как всё же время быстротечно!

Оно к влюблённым бессердечно,

Уже разлуки миг грядёт.

 

Ах, если б только у творца

Смогла просить я позволенья

Остановить любви мгновенья,

То счастью б не было конца.

 

- Родная, время нам не враг.

У нас с тобой любви начало.

Мгновений будет в ней немало.

Зачем в душе ты сеешь мрак?

 

Да, время не отправишь вспять,

Пора и дню войти в ворота.

Он пролетит в делах, заботах,

И ночь для нас придёт опять.

 

- Да ясно всё, но в этот раз

Грустить я буду почему-то,

Ведь ночью каждый час – минута,

А днём минута – целый час.

 

Тянуться долго будет нить,

Что приведёт нас к новой встрече.

И чтоб настал скорее вечер,

Я буду время торопить.

 

- Но у него обычный шаг,

А нам заложено в сознанье,

Что жизнь проходит в ожиданье

Чего-то нового. Не так?

 

И пусть покажется нам днём,

Что время очень долго длится,

Оно промчится словно птица,

Мы это в старости поймём.

 

Разлука наша коротка,

Зачем лелеять грусти семя?

Ты не теряй напрасно время

И солнцу радуйся пока.

 

Людмила Денисова           ПЕРВЫЙ СНЕГ

Вчера по крыше хмурый дождь осенний

Стучал весь день – мажорных красок тать.

На полке где-то брошена тетрадь –

Хранитель строк от прежних вдохновений.

 

Её б открыть и записать слова,

Но в дни такие не приходит муза,

Лишь боль в груди от беспросветья груза,

От мыслей чёрных пухнет голова.

 

А нынче утром всё куда-то делось.

Испита чаша осени сполна,

И за окном открылась белизна –

То первый снег прогнал природы серость.

 

Сплетён на ветках крУжева узор

Рукой искусной щедрой мастерицы.

И всё на солнце жемчугом искрится,

Пейзаж вокруг притягивает взор.

 

И пусть такая прелесть ненадолго:

Зима в права вступает не спеша.

Но оживает сонная душа,

И замирает сердце от восторга.

 

И ты поймёшь: иного нет пути,

Что стоит жить таких мгновений ради.

И руки сами тянутся к тетради,

И муза снова птицею летит.

 

 

Пронькина Татьяна          РИСУЮ МИР

Я – вольный дух, что замурован заживо

В материю, на долгие векА,

И лирика души моей, пейзажная,

РавнО мне – недоступна и близка...

 

Гляжу с тоской на покрывало белое

И вижу – только тени на снегу,

И странно мне, что ничего не делаю,

Но знаю. Точно знаю – что могу!

 

...И росписи морозные, ажурные,

Мне не дают увидеть из окна.

Как облака становятся фигурными,

Как катится и падает луна...

 

И зимний бор с нефритовыми соснами

Я вижу смутно и издалека,

Любуюсь марципановыми звёздами,

Когда мне не мешают облака...

 

Поэт. Художник. Подмастерье Бога я!

Мой бенефис! И спелой вишни сок –

Основы мироздания не трогая, –

С восторгом диким, брызну на восток!

 

Смятенье чувств – одно мгновенье быстрое,

И – взмахом кисти, росчерком пера,

Сверкает белый – золотыми искрами,

А серый – благородством серебра.

 

Лазурь небес...Она ещё не смелая,

Ей не хватает синего мазка.

Я знаю – как. Но я его не сделаю.

Пока...

 

Пронькина Татьяна          РАССКАЗ ДЕДА НА ЗОЛОТОЙ СВАДЬБЕ

Багровый закат догорал полосою,

Я зло усмехнулся: "Приплыли, боец!

Вот, ты и умылся кровавой росою,

В раю от войны отдохнёшь, наконец."

 

Не чувствую тела - ни силы, ни воли,

В мозгах "Кампанеллою"- колокола,

Дрожащей рукой, задыхаясь от боли,

Нащупал тот крестик, что мамка дала.

 

Я слышу свой пульс и биение сердца,

Пот с кровью ползёт по лицу моему,

А мне очень надо вокруг оглядеться,

Мне жизнено- важно понять, что к чему.

 

Чем кончился бой? Где комбат и ребята?

Зову- не пойму- то ль хриплю, то ль кричу,

И, крест отпустив, я нащупал гранату -

Коль немец придёт - в рай с собой захвачу!

 

Я, парень-то добрый, и даже не жадный,

Но сам не охотник до райских красот -

Домой не вернуться мне в форме парадной,

Никто и могилки моей не найдёт.

 

Я светлые мысли про детство босое,

Пытаюсь нащупать в больной голове,

А мысли всё лезут, про тётку с косою...

Гляжу- а косы у неё сразу две!

 

И цвет их, пшеницы, едва недоспелой,

Глаза- как озёра в родимом краю...

Прочёл по губам: "Что разлёгся-то? Целый!

Сейчас помогу. Да, вставай же!". ВСТАЮ!!!

 

Вокруг догорают фашистские танки -

И- сколько мне взгляда хватает - телА,

А девочки ходят, и ищут подранков...

В тылу мы, и значит, что наша взяла!

 

Уж, скоро стемнеет, но воронЫ крУжат,

Команда сегодня не всех соберёт,

Девчонка кричит мне: "Не бойся- контужен!

До свадьбы, я думаю, всё заживёт!"

 

Шепчу ей: "Сестра, мне б водички холодной,

И, коль, не боишься остаться вдовой,

Ей-ей, на тебе я женюсь, хоть сегодня,

Решайся, пока не дружу с головой!"

 

Я Обнял её...Раз- другой мы шагнули...

Не дело - мужчина на женских плечах-

Она мне тогда не сказала про пулю,

Про рваный осколком гангрены очаг...

 

Я выжил! И с ней расплатиться мне нечем,

С любимой женой, до последнего дня...

Едва обниму эти хрупкие плечи-

И нет человека, сильнее меня!

 

Пронькина Татьяна          ВЕЧНЫЙ ПОЛЕТ

Человеку становится тесно -

Или скучно? - на доброй Земле,

И манИт его звёздная бездна

Вечной тайной, что скрыта во мгле...

 

Глубиной, широтой, высотою

На полёт вдохновил небосвод,

Человек заразился мечтою,

Где алмазных светил хоровод

 

По спирали летит в бесконечность,

Красота неземная влечёт...

Человек устремляется в Вечность,

Где все страсти и чувства - не в счёт.

 

...Звёзды цвета тигрового глаза

И павлинья палитра комет...

Человек, где твой собственный разум?

Что ж ты, ищешь чужой меж планет?

 

За мечтою стремясь голубою,

Ты в пути очерствел и устал,

Счастья нет под чужою звездою,

А душа, словно Космос - пуста...

 

...И останется вечным секретом

Человечья природа твоя...

Лишь, крылатые чувством поэты,

Возвратятся в родные края.

 

Пронькина Татьяна          ЮЖНЫЙ ВЕЧЕР

Зной тяжёлый дневной в арыке утонул

И застыл, ни на миг не старея,

На горе, да над морем, - татарский аул -

Неизменная гордость Гиреев...

 

...Виноградные листья, ладони раскрыв,

Изумрудные дарят подвески,

Солнце брызжет лучами, сей край одарив,

Красотой первозданной и дерзкой.

 

Совершенство и тайна в закатных лучах,

Песня дикая просится в душу...

...Как фонарики нежно горит алыча,

Словно лампочки светятся груши.

 

...Этим лавром меня наградил Дионис...

Я вдыхаю...Пьянею...Не спорю...

А душа моя чайкой пикирует вниз

К бирюзовому Чёрному морю...

 

По извилистой тропке сбегаю на пляж,

Опасаясь нарушить случайно

Из ракушек и гальки прибрежной коллаж,

Замираю, любуясь дизайном.

 

Цвет песка у воды - абрикосовый мусс,

Расчехлили цикады виолы,

На губах - ливадийской шелковицы вкус

И поплыл аромат маттиолы...

 

Засыпают священные гор алтари

В благодати вечернего бриза,

И сияет в объятьях закатной зари

Золотая свеча кипариса.

 

...Я и тело, и мысли свои освежу,

Ведь, пылаю и жаром, и страстью,

Вместе с огненным диском я в воду вхожу

И на миг умираю от счастья.

 

А от солнца остался всего полукруг,

Но стихиям слиянье по нраву -

Бирюзовое море становится, вдруг,

Золотою кипящею лавой.

 

...Море - жизни земной бирюзовый Грааль,

Его рокот - есть эхо Вселенной...

...Из небесных глубин, чёрно - звёздная шаль -

Ночь, упала на воду...Мгновенно.

 

Пронькина Татьяна          ПАУТИНКА

Ты спишь...Луна крадётся к нам в постель...

(Диана*, не шали! Здесь - третий лишний!).

На небе - золотая канитель

Созвездий...Терпкий запах спелой вишни

 

Пьянит, как сицилийское вино...

Бокалы с недопитым "Амаретто"...

Я с памятью играю в домино,

Твой сон храня до самого рассвета.

 

Ты здесь, мой ненаглядный пилигрим,

Не потому, что так угодно богу,

Ты уходил по всем дорогам в Рим,

Но возвращался к моему порогу.

 

Среди развалин храмов и дворцов

Всегда ты слышал мой призыв печальный,

Заветы католических Отцов

Ты забывал в пределах нашей спальни...

 

Ты, урагана чувств своих стыдясь,

Старался утром выглядеть прохладным,

Пытался их опОшлить словом -"связь",

Но шёл ко мне по нити Ариадны.

 

Ты снова здесь! И, вроде, счастлив...Но,

Когда поймешь, что тесно в лабиринте,

Вновь станешь трепыхаться так смешно...

Но мне вручили боги эти нити!

 

Примечание: * Диана - богиня луны, сама луна - в римской мифологии.

 

Пронькина Татьяна          ЛЕТОМ В ВЕРОНЕ

Съезд филологов летом в Вероне...

Мне полгода симпозиум снится.

Сладкий миг! Я стою на перроне

В славном городе древних традиций...

 

Ректор нас отправлял честь по чести

За секретами русского слова,

Мы в Италию прибыли вместе

С кандидатом наук Ивановым.

 

На вокзале коллеги встречали,

Но банкет на прощанье обещан,

Завтра утром в "Шекспировском зале"

Мы обсудим серьёзные вещи.

 

...Были жаркие споры о сленге,

О природе жаргонного слова

И один итальянский коллега

Объявил об открытии новом:

 

"Пусть собранье меня не осудит,

Я встречал выражение "стыбрить",

Видно, добрые русские люди

В прошлом что-то украли на Тибре"*

 

Иванов, от такого сюрприза

Разродился вопросом в печали:

"Извините, а в городе Пиза

Мы у вас ничего не украли?"

 

...С Ивановым, довольные "фишкой"

Мы надрались вдвоём без банкета,

А филологи роются в книжках,

Но пока нам не дали ответа.

 

Пронькина Татьяна          О ЧЁМ МОЛЧАТ БОГИ

Вопрос извечен - что такое время?

Подарок ли? Проклятие небес?

Зовут его Четвёртым Измереньем,

По сути время - это лишь процесс,

 

Особенность пространства при движенье,

Для человека - вереница дней,

Включается оно в момент рожденья

Вселенной и иных объектов в ней,

 

В покое - как без лошади телега

(Не путать бесконечность - два кольца),

Событие, меж Альфой и Омегой -

Прямая, от начала до конца.

 

Минуты - словно брошенные копья

В один конец, с расцвета в декаданс...

Нас создали по Образу с Подобьем?

Но Бог молчит, что есть один нюанс...

 

Мол, человек владеет всем на свете,

Но поняли бунтарские умы -

Бог обладает малостью - бессмертьем,

А в остальном - почти такой как мы...

 

Законы Мирозданья очень стрОги,

Бессмертие-увы! - нездешний дар,

Здесь гибнет всё. И это знают Боги,

Тут был распят не Бог, а Аватар.

 

Но почему же, Боги, вы молчите?

Могущество людское - просто фарс!

Кто нам внедрил в геном ограничитель?

"На счётчик" - кто? за что? - поставил нас...

 

Являемся ли мы породой редкой?

Пока же - мы отряд бескрылых птиц...

И сможем ли мы выбраться из клетки,

Сломать препоны временных границ?

 

Тяжёл наш крест. Зачем нам это бремя -

Стремиться всё узнать и всё успеть?

Пока в Пространстве нас сжирает Время,

Пункт назначенья однозначен - Смерть!

 

Роксана Ланд          СОНЕТ ЗВЕЗДОПАДА

Август вновь не по-летнему строг,

Звездопадом тревожит мой разум.

Не окинуть вселенную глазом.

Жажда чуда зовёт за порог.

 

Мрак разорван, сияньем облит –

Будто в космосе стало им тесно,

Покидая холодную бездну,

Мчит к Земле за болидом болид.

 

А готовая к старту ракета

Ожидает лишь только момента,

Чтоб, сорвавшись, уйти в высоту.

 

Космонавты – немного поэты –

Раскрывая вселенной секреты,

Воплощают о крыльях мечту.

 

Роксана Ланд          МЕДСЕСТРА

Мы наступали, шли вперёд.

Был страшный бой - ну прямо пекло...

А я попал под миномёт -

Упал, и всё вокруг померкло...

 

Очнулся - голова гудит,

Не держат ноги - словно вата.

К спасенью призрачная нить -

Пятьсот шагов до медсанбата.

 

Сестричка шепчет: "Потерпи,

Перевяжу - и станет легче..."

Ей нет ещё и двадцати,

Но всё ж, взвалив меня на плечи,

 

Сжав зубы, тащит в тыл, к своим,

Ступать стараясь осторожно,

И я поверил, что живым

Останусь в этот раз, возможно...

 

За шагом шаг - из смерти в жизнь

Она несёт меня упорно,

шепча тихонько: "Ты держись..." -

Мой ангел, девочка-мадонна.

 

Роксана Ланд          НАША ВСТРЕЧА

Наша встреча внезапной была, как в апреле гроза -

Мы столкнулись с тобой на ступенях, и оба застыли,

Шли по улице вместе, не чуя удушливой пыли.

"Как я жил без тебя?" - неожиданно ты мне сказал.

 

И нахлынула буря, сильнее, чем южный пассат,

Закрутила, как щепки, нещадно таща за собою.

Но казалось, что даже ветра нам поют, а не воют,

И что каждый из нас, будто чайка морская, крылат.

 

Мы летели вперёд, словно боги минувших времён,

Юный век вместе с нами летел, беззаботно смеялся...

Миновали зима и весна в ритме бурного танца,

Да и лето катилось к концу с криком серых ворон.

 

Свистом пули шальной оборвалась мелодия Сфер,

Ухмылялся паяцем суровый, неласковый август.

Он судьбу зачеркнул - только кровь на руках мне осталась.

И последний твой шёпот: "Мы снова увидимся... Верь..."

 

Роксана Ланд          ПРО ДАЧУ И КОТА

На даче вольно жил наш кот -

Гулял, куда хотел,

И дни, и ночи напролёт.

Но отпуск пролетел.

Пора настала уезжать,

Мы собрались домой,

А кот из переноски - шасть!

И скрылся с глаз долой.

Муж, дети, бабушка и я

Пошли искать его.

А как иначе быть? Нельзя

Оставить одного

Кота на даче. Но когда

Все собрались назад,

Штук семь котов (вот это да!)

Нам удалось поймать -

У сына кот, у дочки кот,

У мужа - целых два...

Который наш - кто разберёт?

Аж кругом голова...

И разгорелся жаркий спор.

И тут... выходит кот

Из дома. И глядит в упор -

"Меня никто не ждёт?

Я понял, я уже готов -

Куда там надо лезть?

Да, еду. Но других котов

Оставьте лучше здесь".

 

Роксана Ланд          НЕОСТЫВШАЯ ПАМЯТЬ

"Ну здравствуй, моя неостывшая память.

Мы снова с тобой у камина сидим,

Кидаем в огонь, словно бисер, горстями

Минуты, что сыплются пеплом седым".

 

"Послушай, - ты мне говоришь осторожно, -

Уже миновало почти десять лет,

Сегодня могу предоставить возможность

Забыть о потере..." В ответ слышишь: "Нет!

 

Прошло десять лет? Как же в это поверить?

Мне кажется - всё было только вчера..."

И время застыло подраненным зверем

За гранью реальности зла и добра.

 

"А помнишь - вчера, сразу после заката,

В пустеющем парке играл музыкант?"

"Не помню... Давно это было когда-то -

В другой, видно, жизни..."

"Да ты, братец, пьян..."

 

"А всё-таки время - престранная штука -

То еле ползёт, а то птицей летит..."

...За окнами ветер гундосил и гукал,

И бился в стекло, как оружие в щит...

 

Светлана Приварская      НЕ СЕРДИСЬ, ПОДРУЖКА!

Что же ты, подружка белая,

Натворила да наделала:

Все засыпала, заснЕжила,

А такой казалась нежною…

 

Нежеланными, нежданными

Занесла леса буранами,

Забросала липкой ватою -

В чем деревья виноватые?

 

Наклонились к долу… тяжко им…

Полно, сжалься над бедняжками!..

От твоих колючих вывертов

Все живое словно вымерло!..

 

Ну, зачем сердиться, девица -

У тебя еще полмесяца?!

Не ищи ни в ком виновника -

О себе, любимой, вспомни-ка:

 

Ты ж была хрустальной, звонкою

Да пуховою девчонкою -

Бодрой свежестью пьянящею,

В даль бескрайнюю манящею!

 

Как кружила да, как вьюжила,

Разбросав снежинки в кружево!

Как серебряными шубами

Укрывала землю, любая!

 

Как брильянтами играючи,

Отражала солнца в них лучи!

А сейчас лихими грозными

Распугала всех морозами…

 

Ах, ты, Зимушка-красавица:

Хватит злиться! Хватит маяться!

Не пугай природу силою!

Пожалей сторонку милую!

 

Пусть к снегам вернется радуга, -

Их расцветит хоть ненадолго,

Что б ждала я с нетерпением

Зимней сказки продолжение!

 

Светлана Приварская      ВНУЧКА ЛЕСНИЧЕГО

Внучке лесничего лет восемнадцать.

Взгляда девичьего люди боятся,

Парни лихие лишаются воли -

Вихри стихии в той девушке, что ли?

 

С виду – как все, не подумаешь даже:

Лента в косе, только внешностью краше.

Часто смотрела на пни за домишком -

Странное дело: там много их слишком…

 

В барском именье издали запреты:

«Гнать из селенья волшебницу эту,

И, чтоб отселе теперь по лесочку

Больше не смели ходить в одиночку!

***

Юный барчонок не раз на досуге

Портил девчонок из местной округи.

Баяли, барин, вот так же, когда-то,

Девкам раздаривал малых дитяток…

 

Раз возвращается с пьянки повеса.

Видит: красавица вышла из леса -

Рыжие локоны, длинная шея…

Конь будто вкопанный встал перед нею!

 

Юноша спешился: «Ух, ты… какая!..

Чур, меня, леший! - Царица лесная!»

И, с неприличием жаждя победы,

Внучке лесничего дарит обеты.

 

- Развесели же меня, поскорее,

Сядь-ка поближе, прекрасная фея!

За руку тянет и шепчет ей тихо:

- Скажешь батяне – отведаешь лиха!

 

Рвется красавица, бьется, как птица,

Но не справляется – барин глумится…

- Чё ж это деется? Нукать, не трогай!

Вырвалась девица, кличет подмогу…

 

Он отпустил, дескать, встретимся ж, ладно!

Эдакий деспот с душою прохладной.

Выследил место ее обитанья,

Чтоб без протеста прийти на свиданье…

***

Страшные сплетни плетут старожилы:

Будто, намедни взяла она вилы,

Злого обидчика ранила в спину,

Милого личика бровью не двинув!

 

Парень от боли упал на подводу:

- Дура ты что ли? Я ж барского роду!

Рыжая бестия! Дикая львица!

Шел, как к невесте я – думал жениться!

 

- Врешь, негодяй! Подобру-поздорову

Лучше езжай-ка к родимому крову!

- Хочешь – не верь… – говорил он с натугой, -

А вот теперь, получай по заслугам!

 

Я не сробею – держи обещанье:

Будешь моею и так, без венчанья!

- Ой ли, постылый? Погодь-ка, дружочек!

И превратила барчонка в пенечек!..

 

Нет, не красавица ведьмы коварней,

А забываются местные парни:

Были б добрей они к девушке строгой -

Не было б пней за проезжей дорогой!

***

Деда с девчонкой с тех пор не видали…

Сказ про барчонка забудут едва ли…

Лес тот обходят, как гиблое место! -

Правда ли? Вроде… точней не известно…

 

Светлана Приварская      ЛЮБИ МЕНЯ…

Янтарная луна над полустанком

Тревожно разбросала робкий свет,

А в нем матросик пел на ушко танго

Красивой медсестричке тет-а-тет.

 

Мелодией любви по звездным нотам,

От сердца быстро он нашел ключи!..

Листва, взлетая, им шептала что-то,

Юлой кружась в загадочной ночи…

 

Тайник желаний, радостью хранимый,

Единым стал навек для них двоих.

Божественное танго для любимых

Яснее слов сплетало души их…

 

Лишь утром загремела канонада,

Юнец сказал, прижав ее к груди:

- Беги, родная… слышишь: взрывы рядом?

И торопил: - Скорее уходи!

 

Метались люди в горе и страданье,

Едва спасаясь и войну кляня,

Но гул толпы пронзало заклинанье:

- Я так молю тебя: люби меня!..

 

Светлана Приварская      ПОТОМ… РАССКАЖЕШЬ ВСЕ ПОТОМ

- Сестричка, мне бы отдохнуть:

В глазах - темно, в ноге - осколок

И грудь… как больно давит грудь…

Видать, мой срок уже недолог...

 

- Еще поборемся за жизнь -

Тебя я вытащить сумею,

Ты только, родненький, держись,

Да крепче обними за шею!..

 

- Враг беспощаден и силен:

Сперва  бомбили с самолетов,

Затем редел наш батальон

От гаубиц и пулеметов…                      

 

- Да, фриц коварен и хитер,

Но ведь и мы "не лыком шиты":

Дымится бронетранспортер,

Что был тобой, герой, подбитый!..

 

- Не устоять под артогнем,

Но мы сдержали наступленье!..

- Потом… расскажешь все потом…

Сейчас для нас важней спасенье.

 

За шагом шаг, из боли в боль, 

Ценой немыслимых усилий,

Там, за спиной оставив бой,

Они к траншее подходили…

 

- Ты как, боец? - А у самой

Дрожит все тело от натуги,

В висках стучит: - Спасен! Живой!

Вернулся б к матери… к подруге…

* * *

Ах, медсестрички! Вы всегда

В боях суровых были рядом!

Ох, и досталось же тогда

Отважным тоненьким девчатам!..

 

На хрупких худеньких плечах                         

Лежала боль мужских страданий…   

Не затеряйся же в веках,

Правдивость тех повествований!

 

Сумела выстоять Страна!

Нет, не сломить ее невзгодам!

Цвети, победная весна!

Любви и мира всем народам!

 

Светлана Приварская      НАЕДИНЕ С МОРЕМ

Ну, наконец-то… здравствуй, Море!..

Встречай меня, мой верный друг!..

Прости… сегодня я в миноре…

Лишь горечь слез под сердца стук…

 

Ты приголубь меня, родное,

И приласкай своей волной,

Дрожащим трепетом прибоя,

Как жаркий зной - обиды смой…

 

Всю ночь, до самого рассвета,

Мы проведем наедине,

И, как прощальная монета,

Боль затеряется на дне.

 

Морская соль залечит рану,

А легкий бриз развеет грусть,

Расправив крылья, гордо встану,

Стряхнув печали тяжкий груз!..

. . .

В воспоминаньях безмятежных,

Очнувшись, лежа на песке,

Я, сквозь прохладу брызг прибрежных,

Увидел чудо вдалеке:

 

В оттенках алого коралла,

Мигая в тысячи свечей,

Вода искрилась и сверкала

От ярких солнечных лучей!

 

И потянулось сладко море,

Нарушив вздохом тишину…

И нежно в сказочном узоре

Сплетало каждую волну…

 

Великолепие такое (!)

Сумело утро разбудить,

Что снова бьется ретивое

И рвется чайкой из груди!

 

Необъяснимое блаженство -

Смотреть в морскую синеву,

Познав природы совершенство,

Вот так - всем сердцем! Наяву!!!

 

Благодарю за исцеленье!

За каждый день и каждый час!

Чтоб прикоснуться к наслажденью -

Сюда вернусь еще не раз!

 

Светлана Приварская      РАЗМЫШЛЕНИЕ ПЕРЕД ОТПУСКОМ

(подслушанная история)

Вот и пришло долгожданное лето,

Значит, пора собирать чемодан!

Здравствуй, недельная чудо-диета –

Я на Индийский лечу океан!

 

Тропики, белый песочек на пляже,

Теплые воды, волнующий рай!

Только представить мне боязно даже,

Как эти волны плеснут через край,

 

Если мое подобревшее тело,

Что увеличилось прошлой зимой,

Плюхнется в воду отважно и смело,

Для охлажденья в безоблачный зной!..

 

Нет уж… за дело! Жаль, времени мало…

Лучшей диетой считается сон!

Надо укутаться под одеялом -

Так от обжорства ты будешь спасен!

 

Чай исключить непременно и срочно!

Очень уж с ним набирается вес:

Пряник, конфетка иль торта кусочек -

С чаем вкусняшки для всех антистресс!

 

Отпуск планировать буду спокойно,

Но… похудев килограммов на шесть,

Врядли я стану изящной и стройной…

Боже, прости… как же хочется есть!

 

Может, а ну ее эту диету?!

Добрые люди всегда в телесах!

Все, я решила: подброшу монету,

Выпадет решка – забыть о весах!

 

Светлана Приварская      СТРИЖИ

- Любимый, а у меня для тебя сюрприз!

-- Плохой? Хороший? Ну, не молчи, родная!

Смутилась… странно… глаза опустила вниз…

- Сейчас… минутку… ты любишь меня, я знаю…

 

Короче… у нас с тобой скоро будет сын…

Смеешься…

- Что ты! Я осознать не в силах.

Боюсь, ошибка… Не нам достигать вершин…

Мне сложно верить… я думал, что ты остыла.

 

- Все ясно… значит, не нужен тебе малыш…

Представить страшно… видно не зря боялась…

Вот видишь, милый, теперь уже ты молчишь…

Так вот… запомни: меня не устроит жалость!

 

Не думай, не променяю на свой покой

Любовь и нежность, что берегла годами,

И, даже если расстанемся мы с тобой,

Он - будет счастлив, чтоб ни было между нами!..

 

- Ребенок… Боже, он там, у тебя внутри?!

И ты не шутишь? Это ведь так серьезно!

Тебе за сорок, а мне шестьдесят плюс три…

Я рад, конечно, но только боюсь, что поздно…

 

Ты слышишь? Что будет с ним через двадцать лет?

Меня не станет… вряд ли увижу внуков…

Одна сумеешь его оградить от бед?

- Я лишь отвечу, что жизнь – не простая штука…

 

Обнявшись, они застыли в ночной тиши.

Так долго ждали… ну, а сейчас тревожно

Метались мысли без устали, как стрижи* -

Земли коснуться, увы, уже невозможно…

 

Примечание: *У стрижей очень короткие ноги, относительно тела (поэтому находиться на земле им категорически нельзя, так как при попытке взлететь длинные крылья птицы будут ударяться о поверхность, на которой находится стриж) – Википедия

 

Светлана Приварская      НА КРЫЛЬЯХ ЛЮБВИ

Старший брат был рад сестренке, появившейся на свет,

Хоть немного приходилось ревновать,

Ведь пеленки-распашонки вместо ласковых бесед,

Оторвали от него на время мать.

 

Паренек, как мог, малышке под гитарный перебор

Перекладывал все сказки на стишки:

О мартышке, о зайчишке, про волшебный мухомор…

Удавалось, скажем прямо, мастерски!

 

А потом, как «ком из снега» – он влюбился в первый раз

И в признанья рифмы жаркие вплетал.

Словно с неба счастья нега закружила вихрем фраз,

Возводя его мечту на пьедестал.

 

До сих пор костер желаний согревает их очаг,

И теснятся вирши в знойной голове…

От лобзаний, восклицаний, вдохновляясь сердцу в такт,

Родилась дочурка, - музы стало две!

 

Ох, лихи стихи да сказки пишет он для детворы!

И откуда только темы-то берет?!

По подсказке иль указке рубит рифмы-топоры,

Удивляя разновозрастный народ?

 

А теперь поверь, читатель, говорю без лишних слов:

До чего ж его творенья хороши!

Как бы кстати был издатель ярких радужных стихов!

Если знаешь ты такого – подскажи.

 

Рената Юрьева       В ТУМАНЕ ВЛЕЧЕНЬЯ

Чу, скрипнула ветка надломленным звуком

Под чьей-то ногой в чаще спутанных древ.

В кустах, словно кот, кто-то вдруг замяукал,-

Природная тишь – это сказочный блеф.

 

И птицей пленённой душа встрепенулась:

Предчувствием сладостным возбуждена.

Среди белоствольных фигурка мелькнула

С прозрачными крыльями… Кто же она?

 

Стан гибкий и тонкий под лёгкой накидкой,

Волной мягкой волосы цвета земли.

Взгляд жгучих очей манит сладостной пыткой

Догнать и познать с нею тайны любви.

 

Растаяли мысли в тумане влеченья.

Сквозь дебри лесные бежит наш герой.

Звездой путеводной – беглянки свеченье,

И компасом верным – след в травке сырой.

 

Но гнулись деревья от сильного ветра,

Сгущалась над миром недобрая хмарь.

Догнал… оставалось каких-то полметра.

Готов возложить ей всю жизнь на алтарь.

 

Слегка улыбнулась его Незнакомка,

Коснулась с улыбкой ладошкой своей,

Уста обожгла и сказала негромко:

«Прощай. Возвращайся теперь в мир людей!»

 

И лес расступился, и стих вой чащобы,

И канула встреча та в небытие.

С тоской беспробудной по деве особой

Продолжил он путь по земной колее.

 

Рената Юрьева       ВОЛШЕБНИЦА-ЛУНА

Волненья сердца не скрывая,

Она смотрела на двоих:

Летали в дивном вальсе мая,

Шепча признания в любви.

Ей, Фее неба в звёздной свите,

Был так знаком любви полёт!

Невидимые счастья нити

Искрились в такт звенящих нот.

Царица чутко направляла

Амура править в зале бала…

 

Любви нужна такая малость:

Услышать сердце визави…

Ночная Фея любовалась

Адажио земной любви.

 

Рената Юрьева       ПРОСТО МОРЕ

Ласково, игриво, отрешенно

Плещется зелёная волна.

Столько тайн в чуть слышных звуках стона!

Прячет их разгадки глубина:

И не вызов это, не вина.

 

Просто море… Вечная легенда:

Эпизоды спят на самом дне.

Корабли снимают гладь в аренду,

Плата их приемлема вполне –

Долгими гудками в тишине.

 

Рыбками-улыбками играют

Всплески на поверхности воды.

Лучше края не найти для рая…

Облака ныряют с высоты

До восхода голубой звезды.

 

Ласково, игриво, отрешенно

Плещется зеленая волна.

Дымка серебристым капюшоном

Укрывает море дотемна…

Я в него навеки влюблена…

 

Анна Гирик СТАРШИНА И МАРУСЯ

Накрыла ночь своим крылом посёлок, 

Да только этой ночью не уснуть. 

Свистят над ухом пули. Вдруг осколок

Навылет старшине пронзает грудь. 

Мелькнула мысль: «Судьба моя чертовка…

А я надеялся… хотел домой…»

Споткнулся он и выпала винтовка,

Затих солдатик на земле сырой…

 

Но, на рассвете он в бреду очнулся,

Увидев милый взгляд зелёных глаз.

Как Ангелу, девчонке улыбнулся,

Шепнув под нос: «Спаси же, Боже, нас!»

Без промедленья, обработав рану,

Маруся вмиг перевязала грудь.

«Держись, милок», - твердила неустанно

И с ним отправилась в нелёгкий путь.

 

Рвались снаряды утренней порою,

Отстреливался немец, уходя.

Увидев танк, подбитый старшиною:

«Да ты герой», - сказала погодя. 

И проявив в пути свою сноровку,

Уже не чувствуя ни рук, ни ног,

Вдвоём месили скользкую грунтовку

Всё дальше к медсанбату - на восток…

 

Анна Гирик ЛУНАТИК

Мне часто кажется – во мгле

Грустит загадочная Вечность.            

Оковы снять бы на Земле,

Взлететь однажды в бесконечность.

 

Свои желанья утолить,

Вселенную окинув глазом,

Поймать связующую нить,

Познать, какой он – Высший Разум.  

 

Твои же доводы не в счёт…

Меня туда Селена тянет,

Загадочность миров влечёт

И тайна – инопланетяне.

 

Чтоб сотню пролететь парсек,

Нужна «тарелка», не ракета.

Явлюсь я к ним во всей красе,

Давно ведь жду того момента.

 

Чтоб, рассекая небосвод,

Лунатик мне принёс подарки,

Под звёзд весёлый хоровод,

Вручил мне хвост кометы яркой.

 

Блистать там буду я звездой!..

Но в сердце ты со мною, Солнце,

И неба полог голубой,

И розы аромат в оконце.

 

Оставлю эти я края…

О них пусть пишут стих поэты,

А мне нужна любовь твоя.

Такие вот мои секреты.

 

Пётр Грановский   ПОСЛЕДНЕЕ ТАНГО

Прощальный ужин наш, - одни с тобой мы в зале,

Осадок горький быстролётных летних дней,

Слеза, скатившись с глаз, растаяла в бокале,

Любви погас пожар средь праздничных огней.

 

Ещё рыдают в исступленье горьком скрипки,

Дрожит на наших грустных лицах лунный свет,

Начнётся танец наш – полёт над бездной зыбкий,

Едва ль вернёт любовь нам этот тет-а-тет.

 

Есть, правда, в танце сила прежней нашей страсти,

Трагический финал и чувств, что гаснут, боль,

Абсурдна вера, друг, нам избежать напасти,

Напрасно, не спасёт от краха алкоголь.

 

Года пройдут, поблекнет чувства прежний глянец,

Оставив в памяти угасшей страсти танец.

 

Ольга Мещанинова          А СЛЁЗЫ В МОРЩИНАХ

Это было на майских, лет сорок назад,

Приближался святой день Победы.

Первой зелени в парках царил аромат.

Мы спешили в музей вместе с дедом.

 

Это наш ритуал, там бывали не раз,

Наблюдая войны экспонаты. 

Оживлял их задумчивый деда рассказ,

Снова в бой поднимались солдаты.

 

- Деда, что замолчал? Тот смотрел и не мог

Оторваться от фото в газете.

Очень старый, потёртый на сгибах листок:

«Неизвестные. Май, сорок третий».

 

Отвернувшись, чтоб внуки не видели слёз,

Он щекой прикоснулся к витрине.

- Это ж Катя меня… Был я ранен всерьёз,-

Улыбнулся. А слёзы в морщинах. 

 

Ольга Мещанинова          К БЕРЕГАМ КОЛДОВСКИМ

Мачты сосен, в иголках песок, валуны…

Мягко кромка воды наступает на плёс.

Ты идёшь босиком, и в тебя влюблены

Весь балтийский залив, пожилой Лисий нос.*

 

Волнам кудри трепещет морской ветерок,

По верхушкам деревьев бежит, осмелев.

Что не может утихнуть, ему невдомёк.

Побережье вздыхает, корой закряхтев.

 

Мы ушли от депрессий и неразберих

В этот медленный, тихий, задумчивый рай.

Непонятную прелесть, особенный штрих

В дюнах белых, песчаных узнать невзначай.

 

Здесь отменный загар. Дух ветвей смоляных.

Не торопит нас время, даёт размышлять.

О любви, о мечтах, обо всём на двоих…

К берегам колдовским мы вернёмся опять.

 

*Посёлок на берегу Финского залива (Лен. обл.), первое истор. упоминание в 1500г.

 

Олег Индейкин      ДОЖДЛИВЫЙ ФЕВРАЛЬ

Сплин в себе грею мало-мальски я,

Таю фибрами к снегу падкими.

Но сюрпризы опять февральские

Осаждают настрой осадками.

 

Все мечты о сугробах сдохли, но

От зимы рамки ждём приличия.

В мокрых перьях сидит нахохлено

В хмурых чащах семейство птичее.

 

Где же вы, февраля традиции?

От дождя хоронитесь звери-ка!

На югА разлетайтесь птицы и

Уходи из людей истерика!

 

Не дождёмся зимы утех никак,

Долго ждём февраля мы странника.

Надо кликать с небес сантехника

Течь небесного «штопать» краника.

 

В кацавейках, в мехах взопрели мы,

Не бросаем снежки друг в друга мы.

Не щипает февраль метелями,

Не сечёт снеговыми вьюгами.

 

Снег считаем уже мы граммами,

Ну, а тоннами надо впредь же, о!

Не взвывают бураны гаммами,

Не играют ветрА арпеджио.

 

В горле снова стоит, хоть режь, ни ком,

А дождливой зимы кляп узника.

Хоть цветок не зови подснежником,

А уже кличь смешно подлужником.

 

На февраль мы слегка обижены

И моргаем слезливо веждами.

По сугробам пошоркать лыжами

Будем жить все на март надеждами.

 

Олег Индейкин      ПЕРВЫЙ БОЙ

По бойцовской я науке

   ПТР готовлю вмиг.

Что же это за зверюка

   немчуровый тот «Блицкриг»?

 

Жарко на черте передней.

Думал я, едва живой, –

   лишь бы только не последним

   оказался первый бой.

 

Не курсантские тут «игры»,

   не фанерный бьём макет –

   «Фердинанды» прут и «Тигры»,

   застилая гарью свет.

 

Из травы горевшей «полог»

   встретил юного бойца –

   «приземлил» меня осколок

   и три порции свинца.

 

Помирать, всё ж, неохота –

   жить намного веселей.

Да не дрейфь! Крепись пехота,

   коль царица ты полей.

 

От ранений в дрожи весь я,

   боль так жгуча и остра,

   но, как ангел с поднебесья

   появилась медсестра.

 

Шутит:

           «Что? Нагрел местечко?

Ну, давай, вставай, солдат!»

   и меня на хрупких плечках

   притащила в медсанбат.

 

Мне с фашистами бы драться,

   бить заразу бы сильней –

   не по мне, как видно, братцы,

   вялый быт госпиталей.

 

Я совсем другой натуры –

   за Победу – до конца.

Перевязки и микстуры

   не удержат храбреца.

 

Взял с собой табак и спички

   и удрал на фронт один.

Не взыщите, медсестрички,

   мне ещё ведь брать Берлин!

Наталья Беда          СЕРЕБРЯНОЕ ТАНГО (ИЛИ НОЧНЫЕ ГРЁЗЫ)

Струится перламутром свет луны,

Елеем льётся в трепетные руки,

Раскраивая бархат тишины,

Еще звучат ночного танца звуки.

Без ложного сомненья и стыда

Реальность нас кружила в ритме страсти,

Янтарная пророчица – звезда

Наворожила этот танец счастья.

О, как мы танцевали под луной! –

Едва дыша, забыв про все печали.

Тихонько рядом шелестел прибой,

Аккорды моря в такт сердцам звучали…

Но, вдруг, нежданно полыхнул рассвет!

Горчит слеза. Волна смывает след –

Остатки грёз с предутренней вуали.

 

Наталья Беда          ДЕВОЧКА И ВОЙНА

Ах, как она играла на рояле,

Как рисовать любила лебедей!

Доверчиво её глаза сияли, -

Она так свято верила в людей.

 

Когда июнь вдруг прогремел набатом

Тревоги и отчаянья в ночи,

Она, запрятав туфли с синим бАнтом,

Тяжёлые надела «кирзачи».

 

И вот уже тростиночка – девчонка

Сжимает в тонких пальцах автомат,

Суровый взгляд под непокорной чёлкой -

Идёт в огонь наш маленький солдат.

 

Взвалив войну на худенькие плечи,

Выносит с поля раненных бойцов.

-Ой, мамочка! – порой от страха шепчет,

На миг прикрыв ладошками  лицо.

 

Разорван горизонт, забрызган алым,

Неукротим фашистских «тигров» раж,

Но, стиснув зубы, девочка  шагала

Устало, сквозь кровавый антураж.

 

Ей в этот день исполнилось бы двадцать.

Вдруг свет померк, погас её рассвет…

- Люблю, люблю.. - скажите маме, братцы,

Но слёз бойцов не видела в ответ.

 

Мне до конца прочувствовать едва ли

Вселенской скорби непомерный груз.

Чтоб дочери в войне не погибали,

Я сердце с лёгкостью отдам. Клянусь.  

 

Наталья Беда          УЛЫБАЕТСЯ МОРЕ…

А вы видели, как улыбается летнее море,

В тот момент, когда солнце украсит лучом горизонт,

И когда небосвод гасит звёзды в бескрайнем просторе,

Раскрывая над морем свой ярко-лазоревый зонт?

 

А оно улыбается утренней песней прибоя,

Восхитительным танцем струящейся в берег волны

И барашками тучек, нырнувших в залив с головою,

И таинственным вздохом проснувшейся вдруг тишины,

 

Улыбается парусом в утренней дымке тумана,

Что мерцает зазывно вдали золотым огоньком,

И улыбкой извечно-таинственной Фата Морганы,

Что влечёт и пугает коварным своим миражом.

 

Улыбается грустной улыбкой в минуты прощанья,

Криком истовых чаек свои провожая суда…

Я улыбку твою сохраню и в душе, и в сознанье,

И прошу тебя, море, её не гаси никогда.

 

Наталья Беда          НЕСЛОЖИВШИЙСЯ СОНЕТ

Раскатились строки с грохотом -

Не заладился сонет,

Обороты диким хохотом

Все труды свели на нет.

 

В непростом бою со строфами -

Результат - на ранах соль,

Обернулась катастрофою

Стихотворная юдоль.

 

Рифмы бесятся под коркою -

Голове покоя нет,

И...почил с усмешкой горькою

Несложившийся сонет.

 

Иннаlibra                ПРОСЫПАЙСЯ, МОЙ ЛЁШЕЧКА…

Старый февраль во владения снежные

Сыплет снега над лесами, трясинами,

Что же не спится кикиморе - нежити?

Смотрит на деда глазищами синими...

 

Шалью муаровой ёлочку каждую

Вьюга - затейница ночью укутала.

Шила из снега упавшего, радуясь,

Спящим лесам одеяла лоскутные.

 

Ветер берёзы на стуже баюкает,

Сладкая дрёма на ветках полощется:

- Счастье смешное мое, долгорукое... -

Грезит влюблённо кикимора в рощице.

 

Леший заснул до весны под сугробами,

Пледом укрывшись с рисунками пэчворка,

Сны мотыльками, - где с булками сдобными

Пьет чай зелёный с кикиморой вечером.

 

Смотрит на брак холостяк положительно,

Видя: кикимора славная девица.

Храбро предложит во сне: не пожить ли нам

Вместе? Проснувшись - немедленно женится!

 

Щедрый мороз на приданое выкует

Ларь с серебром, чтобы ей не ославиться,

Чтоб по старинной традиции - с выкупом,

Знатную свадьбу сыграли по правилам...

 

Вот бы пригорки прогрелись шагренями,

Так хочет счастья, что тянет под ложечкой!

И ожиданием время разменяно,

Будит его: просыпайся, мой Лёшечка...

 

Иннаlibra    ЛАДАНКА

Помнишь по осени знатную свадьбу на Киевке*?

Пир был богат, и хмельной веселился народ...

Знаешь, теперь стороной дом обходят покинутый,

Выбиты окна и дверь - скособоченный рот.

 

Двор опустел, что когда-то хозяйкой ухожен был,

Тянется вверх необузданно сказочный лес...

И не случайно шаги ускоряют прохожие,-

Рута* и Якорцы* стелются путникам вслед.

 

***

Шествует утро, в поклоне к нему травы росные,

Пестрядь* рубахи намокла у парня до плеч.

Падают спелые травы под лезвием россыпью,

Взмахом коса заставляет на землю их лечь.

 

Нужно спешить, не сгорели бы травы от засухи.

Пьёт солнце соки, и сушит их на сухостой...

Ладанка-оберег кожу щекочет за пазухой:

Шила жена серебристою нитью витой.

 

Клетчатый плат достаёт, пироги ароматные.

Сало и яйца с собою молодка дала...

Пахнут у Марьюшки косы ромашкой, да мятою,

Взгляд под ресницами ласков, и кожа бела.

 

Рядом затон, и вода зеленеет у берега,

Манит прохладой и тело зовёт освежить:

Не замочить бы, - и ладанку, снятую бережно,

Парень кладёт на одежду у края межи.

 

Взмахи руками - и кружатся волны по заводи...

Миг наслаждения ловит, забыв про косу.

- Эдак ты всех распугать угораздил, прям завидно...

И, засмеялась: - Отдай мне за это посул*.

 

Смотрит косарь: там, где ветки осины сплетаются,

В чёртовом омуте чавкает зычно вода,

Тонкой рукой, прядь густую слегка разметав с лица,

Ладанку скромную просит русалка отдать.

 

- Даришь, аль нет? Ждёт в тревоге тебя ненаглядная...

Смотрит косарь ей в глаза,- видит мудрость веков.

Воздух медовый томится её серенадами,

Душу отдаст вместе с ладанкой, страстью влеком.

 

Марево падает, вечер прядёт синей гривою,

Из под копыт сыплет тысячью искр золотых...

Блещут осколки на бархате неба, игривые,

Парень с покоса спешит, от жены пряча стыд.

 

Только тоскует с тех пор, и работа не радует;

Бросит дела и к затону в горячке бежит!

Скошены, убраны травы, но дома им ладу нет...

Оберег ищет, а может быть, прошлую жизнь.

 

Осенью сгинул. Да где же взять слёзы, чтоб выплакать

Горе по-бабьи? И Марья идёт на затон...

Кличет: - Иван, воротись! - Но в ответ стонет выпью гать,

Липкий туман выползает из чащи густой.

 

Шаг до пучины всего, нет терпенья и силушки,

Жизнь порвала добровольно, как тонкую нить!

Выросла вскоре склоненной над омутом ивушкой,

Ветви под ветром волнуются, шепчут: вернись...

 

Примечание:

Киевка – село *Н-ской волости.

Пестрядь – грубая хлопчатобумажная ткань.

Посул – вознаграждение.

Рута – род вечнозелёных многолетних, душистых трав.

Якорец – однолетнее травянистое растение с цепкими колючками.

 

Инна libra    Ocho

Полночь, собираю нынче звёзды,

Режу пальцы гранями светил...

И вдохнув манящий сладкий воздух,

Гордо звёзд насыплю полгорсти.

 

Ласково беру твои ладони,

Алых губ касаюсь не спеша...

Шалая луна с небес шпионит,

Ей всю ночь глазеть на спящий шар.

 

Надорвали крылья гладкость кожи

И растут в ключицах на спине.

Если мы хоть чуточку похожи,

Не робей, ко мне прижмись нежней!

 

Ангел мой, взлетим с тобою в небо

Танго Vida Mia танцевать.

Август спеет в жаркой летней неге,

Нас ночная манит синева...

 

Гладит ветер волосы, играя.

Оcho, оcho... мы почти у рая.

 

Примечание: Vida Mia* – разновидность аргентинского танго

Оcho** – (очо)- элемент аргентинского танго


Инна
libra   ЦЕНОЮ ЖИЗНИ

Посвящается Марионелле     Владимировне Королёвой

                               погибшей под  Сталинградом   23 ноября 1942г.

 

Знобит ноябрь в который раз простужено,

На Паньшино* бросает  колкий  снег,

А тонкий наст Мардерами* утюжится,

Горит земля и плавится в огне.

 

Закат лакает павших  кровь  без устали,

Трофеи собирает  жадно смерть...

О, Сталинград,  юнцы идут   безусые

В последний бой, и падают на твердь!

 

Впиваются в ладони комья мёрзлые

Девчонке, что едва за двадцать лет.

А над окопом танк , зверея, ёрзает;

Как в пекле выжить? Как же уцелеть?!

 

О сколько их, спасённых ею раненых...

Им потеряли счёт и день, и ночь.

В руках девичьих жизнь однополчанина,

И хлещет кровь на серое сукно!

 

 Их  пятьдесят. Собой закрыла, вынесла,

Чтоб продолжали путь свой на Рейхстаг,

И пусть Европа сеет грязно  вымыслы,

Что русских кровь пролитая - за так!

 

Смолк пулемёт, раздавлен контратаками,

Застывшим взглядом смотрит   командир...

Последнюю гранату рвёт под траками,

Не запятнав  ни чести, ни  мундир.

 

Смотри, потомок в эти лица чистые,

Узнай на фото близких и родных...

Ценою  жизни помогали выстоять

Девчата в час суровый для страны.

 

Уснул курган  под васильками синими,

Но память помнит страшную   войну!

Простая саниструктор с ярким  именем,

Жизнь отдала за мирную   страну...

 

Примечания:

Паньшино-хутор Волгоградской области в районе которого шли ожесточённые бои.

Мардер-3 -противотанковая самоходная бронетехника  Германии участвующая в Сталинградской битве.

 

Иннаlibra    БАЛТИКА

Неторопливая Балтика - вечная пряха,

Нити жемчужные вяжет прибоем, даря.

За горизонт солнце просится рыжим Шаллахом*,

Тает изнеженно долькой в душе янтаря.

 

Ветер считает песчинки в жилищах рапанов*,

Соль серебрится на камнях морских сединой.

Воздух у кромки горячий, солёный и пряный:

Время сиесты и сладких полуденных снов.

 

Волны приносят фисташково-мятную свежесть,

Вечер сплеча одевает их в тонкий виссон*,

Бриз у причала на медные ломтики режет

Фрукт ароматный, упавший с небес колесом...

 

В небытие растекаются капли индиго,

Купол сиреневым красит художница-ночь...

Сотни галактик, развесив нам морем вериги*,

Звёзды роняют в пучину под сонной луной.

 

Примечания: Шаллах*- древний армянский сорт абрикоса.

Рапаны** - брюхоногие моллюски.

Виссон*** - золотистая, либо белая ткань используемая для одежд царей, фараонов и священнослужителей.

Вериги**** - цепи.

 

Иннаlibra    БРАЖНИКИ

Дыханием тихим касаешься, шёлковым шёпотом

И в плен добровольно: без боя, мгновенно, безропотно

К губам, что пропахли мелиссой и утренней свежестью,

Что так горячо и настойчиво, с трепетной нежностью

Блуждают по коже, даря поцелуи ванильные. 

И разум сдаётся, и тело пред ними бессильное.

 

В смятении льну к этим пальцам игриво-батистовым,

Ладони и души сплетаются в ласке неистово,

Дрожим, истекая нектаром, жемчужными соками...

И, кажется мне, во единое Богом мы сотканы.

Плывём по реке наслаждений движеньями быстрыми,

Желание мякотью сочной взрывается, брызгами

И льётся в лазурность небес, где ветра бродят праздные:

Мы бражники, милый, над лугом летящие бражники*.

 

Примечание: *Бражники — семейство насекомых отряда чешуекрылых.

 

Людмила Клёнова РАЗГОВОР

Здравствуй, мой солнечный! Доброго времени!

Светлой дороги, распахнутых крыл!

В утренний час и в полу’ночной темени

Встречи с тобою, как прежде, остры –

 

В бережной памяти, в жарком объятии,

В нежности губ и сплетении рук…

На разговоры мы время не тратили –

То, от которого жизненный круг

 

В миг распадался, оставив лишь радости,

Только слиянье желаний и тел…

И в семицветье рождавшейся радуги

Ты уводил меня… Как ты умел

 

В небо взлетать, устилая алмазами

Пристань, где лунные тени легки…

А возвратившись на землю, ни разу мы

Не пожалели, что были близки…

 

Разве забудется? Разве не вспомнится?

Пусть ты теперь в невозвратных краях…

Словом твоим отзывается звонница,

Ангел мой ласковый, песня моя…

 

Людмила Клёнова ПТИЦЫ ВРЕМЕНИ

Как безжалостна стрелка, однако!

Так по кругу спокойно шагает.

Всё былое поставлено на' кон.

А грядущее, сонно моргая,

Норовит осторожно раздвинуть

Рамки строгих границ циферблата…

Только зеркало знает причину,

И расскажет, в чём жизнь виновата.

 

Потому, что в себя принимает

Амальгама минуты и годы,

И стареет бесслёзно, немая,

Стрелок бег ей привычно угоден.

 

Мы себя в постаревшем овале

Не всегда узнаём – и тоскуем…

Время крутит усердно педали,

Оставляя следы – на веку ли,

Или белой полоской печали

На виске, что ещё золотится…

 

Мы с тобой засыпаем ночами –

А у Времени быстрые птицы…

 

Людмила Клёнова НОЧНОЙ ПОЛЕТ

Между звёзд по хрустальной тропе

Ты бредёшь, узнавая на ощупь

Те слова, что нужны лишь тебе,

Те слова, что точнее и проще.

 

Ты находишь из тысячи слов

Лишь одно, чьё значение важно.

Непростое у нас ремесло:

Утолить неуёмную жажду

 

Слиться с Музой в полёте ночном,

Отыскав изначальную точку,

И пьянеть вдохновенья вином,

Находя долгожданную строчку.

 

Ускользающий образ поймав,

Ты его бережёшь и лелеешь –

И стиха норовистого нрав

Подчиняется воле твоей лишь.

 

И покорно ложатся слова,

Обретая и плоть, и дыханье.

Отражается миг волшебства,

Словно в зеркале, в лунной нирване…

 

Мир предутренний ласков и тих.

Звёзды слёзы на травы уронят –

И лежит новорожденный стих,

Как дитя, у тебя на ладонях…

 

Евгений Фокин      УЖЕ НАЛИТО?

Работа дураков любит (народная мудрость)

 

У нас с работой любовь взаимна,

ну и конечно, права молва, -

мой образ жизни, в труде активном,

от недостатка во мне ума.

Сидел бы тихо, в уютном кресле,

чесал затылок, решал кроссворд:

Что изобрел Никола Тесла?

И что такое Балтийский шпрот?

Так нет же, нате, бросаю мышку,

мотаю нити лесных дорог,

не уважая свою одышку,

лопатой режу земли пирог.

Мотыга, грабли, с навозом тачка,

вот что-то лезет из-под земли,

процесс налажен, а где заначка?

Сейчас обмоем труды мои.

Забор, теплица, качели внукам,

для птиц скворечник, себе мангал,

с утра округу тревожил стуком,

то гвозди правил, то их вбивал.

И счастлив этим, поверьте, братцы,

немного надо для дурака:

найти работу и ей отдаться …

Жена, налито? Как нет? Тоска...

 

Евгений Фокин      ЖЕРТВА

Сомнений нет, я не гожусь в пророки,

любые предсказания – не в кон.

Могу три такта выдать в караоке,

но дальше … вырывают микрофон.

Пытаюсь в танце выбраться из тени,

мне ритмы рок-н-рола по душе.

Холодным душем, - слушай-ка, Евгений,

ты яйца закажи у Фаберже.

Где угол мой на поприще искусства?

Кувалдой-то я вволю помахал.

Пытаюсь из стихов насыпать бруствер,

но ропот за спиною, - вот нахал.

Похоже место вновь не по билету,

но я решил остаться, вопреки.

Не лаврами бахвалиться поэта,

а жертвой быть у магии строки.

 

Вячеслав Шульц    ВОЛШЕБНЫЙ ЛЕС

Волшебный лес, волшебные деревья.

Волшебное кочевье

хищных злющих ос в костях останков лося,

убитого зимой голодной волчьей стаей.

Тревогу ветер носит,

и в заповедном крае

разносится печаль:

Пан потерял свирель.

Взгрустнувшие дриады (ах, как им Пана жаль!)

по дуплам разбрелись и стонет коростель:

- Кто будет веселить короткой летней ночью,

под новою Луной, уставший от забот,

скопившихся за день,

простой лесной народ?

А те, кому не лень,

свирель давай искать.

Сам Пан залёг в лещине за оврагом,

не хочет выходить. И заявил, что спать

он будет до тех пор, пока под белым флагом

к нему не прибежит сдаваться подлый тать,

укравший инструмент.

Удача. Найден вор. Вернулась пара ос

и улучив момент,

одна из них на нос

уснувшего страдальца присела и гудит:

- Прости меня, мой Пан. Но там, в тени ракит,

у омута, юнец ласкает слух ундин.

Твоя свирель поёт так радостно, так нежно!

Спеши, мой господин.

Хоть он с твоею дудкой обходится небрежно,

но всех очаровал, и слух летит по лесу,

что молодой повеса

искусней в музыке, чем растеряха Пан.

Пан бросился к реке. Туман

к ракитам выполз из лощины, где тёк ручей

и всё укрыл так плотно, что пропали:

и молодой артист и яркий блеск очей

ундин. А как рукоплескали,

успели полюбить, открыть сердца

навстречу тёплым песням молодца!

Пан отобрал свирель и дунул так,

что в ужасе бежали, поддавшись колдовству из дудки,

все те, кто хлопал в такт

и песням подпевал. Исчезли все. Лишь кряковые утки

крутились там, где в омуте пропал наглец-мальчишка.

Наверно, это было слишком,

но паника исчезла. Пан подозвал ундин, фей и дриад.

Устроил всем смотрины и парад,

поднёс свирель к губам и заиграл

печальный реквием…

 

Вячеслав Шульц    «Hallelujah»

Эта ночь всё решила за нас.

Ты спросила: «Давай, потанцуем?»

Отказать не посмел. Старый джаз

По наитью играл «Hallelujah».

Обнял стан. Напряглась под рукой,

Словно лук у ногайца степного.

Лик луны обещает покой,

Если выдохнуть нужное слово.

Друг на друга совсем не глядим.

Нет нужды в ненавидящих взглядах.

Её руки прижаты к груди,

Её тело…! Серийным разрядом:

Три триоли и паузы такт –

Абсолют до мельчайших деталей.

Навсегда! Завершается акт.

Голос сел. Мы без слов всё сказали.

Отступись. Ночь решила за нас.

 

Нина Агошкова      ДАФНА И АПОЛЛОН

Леса бескрайнего манят и манят просторы.

Всё в нём приятно, всё взоры ласкает красою.

Что же таится под сенью? Узнаем мы скоро,

Коль поведём, мой читатель, тебя за собою.

*

В страхе скрываются в чаще дрожащие звери –

Лук Артемиды разящий – их бегства причина.

Юные девы, богине-охотнице веря,

День свой проводят в лесу, позабыв о мужчинах.

 

Милая Дафна, дочь бога речного, Пенея,

Всем женихам отказала, красивым и статным.

- Даже в Аид я готова спуститься за нею!

Жизнь я согласна Диане отдать безвозвратно!

 

И остальные твердят: «Легче жить одиноким,

Брачные узы нисколечко нас не волнуют».

Только случилось, что бог Аполлон ненароком

Дафну увидел – бегущую нимфу речную.

 

- Стой, погоди! – и от похоти мигом пьянея,

Бог сребролукий, не в силах сдержать искушенья,

Через подлесок азартно помчался за нею,

Чутко следя за добычи неровным движеньем.

 

- Дай насладиться тобой в этом царстве зелёном!

Час удели мне, о большем мечтать и не смею.

Я не мужлан, не пастух… отказать Аполлону?

Неблагодарная! Будешь сейчас же моею!

 

Берег знакомой реки. Дафна молит с надеждой:

- Милый отец! Помоги мне избегнуть насилья!

Только ногою коснулась песка, и одежды

Вмиг превратились в кору, ноги корни пустили.

 

Метаморфоза повергла в смятение бога:

- Что ты наделала, глупая юная дева?

Полюбоваться тобой мне хотелось… немного…

Будь же отныне любимейшим лавровым древом!

 

Ветви качнулись в ответ, выражая согласье.

С этой поры, в довершенье к триумфу любому,

Скромный венок Аполлон надевает на счастье,

И вспоминает красавицу-нимфу с любовью…

 

Нина Агошкова      СИРЕНЕВЫЙ ВАЛЬС

Такая ночь! Струится мягкий лунный свет,

А звёзды яркие сияют так доверчиво.

На подоконнике – сиреневый букет,

Его сорвал ты для меня сегодня вечером.

 

Цветы прижму к лицу и выпрыгну в окно.

Дом лишь вздохнёт и скрипнет тихо половицами.

Ладонь в ладонь, мы этой ночью заодно,

Я словно в воздухе парю счастливой птицею.

 

Нас закружит весенний, нежный вальс цветов,

А танцплощадкой станет берег речки Каменки.

Сознайся, ты же для меня на всё готов?

Долой сугробы и морозы, шубы, валенки!

 

Весна ворвалась, наши чувства обновив,

Открыв такое, что надолго не забудется.

И вальса нежного чарующий мотив

Хрустальным звоном всё летит над нашей улицей.

 

Нина Агошкова      ПЕРВАЯ РАКЕТА

У каждого заветная мечта

В сознании рисует образ яркий.

Манила парня с детства высота,

Летать! – вот самый лучший из подарков.

 

Там, наверху, сияет небосвод.

Такая ширь, что не окинешь глазом!

Ночами звёзды водят хоровод…

Сумеет ли постичь когда-то разум,

 

Перескочив за тысячи парсек

К другим Галактикам, скользя в бескрайней бездне,

Увидеть, ощутить во всей красе:

Вселенная – наш дом, и в нём не тесно?

 

Сбылась мечта! Он утренней звездой

Взмыл в космос, приоткрыв его секреты,

Плыл над планетой - каплей голубой –

Так описали этот миг поэты.

 

«Поехали!» -

И матушке-Земле,

Шалея от счастливого момента,

Сигналила: «Довольно жить во мгле!»

Гагаринская, первая ракета!

 

Геннадий Солодилов        ХУДОЖНИК С СЕВЕРА (рондо)

Этюды пишет он в ночи на крыше,

На проводах, стволах дерев и выше –

На телевышках и на пиках гор.

Не перечесть узоров перебор;

Уснувший ветер ветви не колышет,

 

Шаги шуршат как шёпот, тише мыши,

Седой художник власть свою простёр

На спящий после осени простор –

Этюды пишет.

 

Рельеф штрихов не высечен, не вышит,

То – пар его дыхания застывший.

Студёный Дед мастеровит и спор

Ему никем не ставится в укор,

Что он на окнах богачам и нищим

Этюды пишет.

 

Геннадий Солодилов        ПАН И СИРИНГА

Душно и мрачно в лесу первозданной Эллады,

Сиринкс* то плачет, то нежно кого-то зовёт,

Птицы в смущенье свои приглушили рулады,

Те, что крещендо звучали всю ночь напролёт.

 

Кто этот мастер, играющий так вдохновенно –

Пленник ли страсти, убитый ли горем герой?

Вот он сидит на бревне и звучат кантилены,

Воздух напитан божественной флейты игрой.

 

Пламя пожара в груди козлорогого Пана,

То, что сражает и смертных во веки веков,

Эрос обвил его плоть и гнетёт непрестанно

Муки любви к юной нимфе унять нелегко.

 

Бог безобразный с копытами, шерстью, рогами

Вольно и праздно бродил по лугам и лесам.

Весел, беспечен, бесстрашен, силён, полигамен,

С нимфами вечером пил, флиртовал и плясал.

 

В день роковой он увидел дриаду Сирингу,

Сон и покой безнадёжно утратил с тех пор,

Прежние шашни и оргии напрочь отринул,

К счастью спеша. Только ждал его твёрдый отпор.

 

Вечная дева Сиринга, слуга Артемиды

Словно от демона серной умчалась, дрожа,

Пан с потрясённой душой от любви и обиды

Следом несётся. Не сможет она убежать!

 

Вот и река перед ней. «Помогите, наяды!

Я поклялась свою честь никогда не терять!»

Сёстры речные приветить несчастную рады:

Станешь отныне с тростинками тонкими в ряд!»

 

Пан, вожделея, к реке прибежал тихоструйной:

Рдесты, лилеи да тихо шуршащий тростник.

Рвались в груди от потери любовные струны:

«Не уходи!» И губами к тростинкам приник.

 

Срезал поверженный бог воплощенья любимой,

Склеил их бережно, флейту Сирингой назвал.

Понял рогатый, что страстью своей погубил он

Ту, что когда-то была весела и резва.

 

Бродит как прежде сатир по зелёным угодьям,

Только пореже пирует ночами герой,

Зябко бывает ему при хорошей погоде,

В сердце кровавая рана заноет порой.

 

В эти минуты бежит он вина и вакханок,

Жаждет нырнуть в океаны мелодий души.

Звуки сиринги, рождённые страстным дыханьем,

В силах звериный озлобленный рык приглушить.

 

Флейта вещает о чудных мечтах потаённых,

Лес превращается в сказочный сон наяву,

Шепчет река обещания встречи влюблённых,

Птицы смолкают и прячется ветер в траву.

 

Примечание: *Сиринга и сиринкс - сейчас так называют духовые инструменты, разновидность флейт. Название произошло на основе древнегреческого мифа о Пане, лесном божестве, влюбившемся в аркадскую нимфу-гамадриаду, почитавшую Артемиду и свято хранившую свою девственность.

Геннадий Солодилов        САНИНСТРУКТОР ЛИДА

Посвящено Лидии Яковлевне Верещагиной

 

Забинтовала. Встать-то сможешь?

Держись за шею, дорогой!

Здесь не для кирзовых сапожек –

Полметра грязи под ногой.

 

Что – больно? Потерпи, солдатик.

Стреляют, гады! Рядом бой.

Пойдем-ка вправо, чтоб не дать им

Как в тире видеть нас с тобой.

 

Вон – «тень» за взорванным «героем»,

С паршивой суки шерсти клок.

Танк нас с тобой от пуль прикроет.

Давай, родной, ещё шажок!

 

Ты обнимай меня покрепче,

Представь, что я – твоя жена.

О смерти быть не может речи,

Она фашистам суждена!

 

В санбат доставлю в лучшем виде,

Идти не сможешь – дотащу.

Доверься санитарке Лиде

И камуфляжному плащу.

 

Меня сюда прислали дети,

Которым станешь ты отцом.

Малышек нет пока на свете,

Их мать выходит на крыльцо

 

И ждёт, когда к её порогу

Придёт безусый ветеран...

Девчонки тыла нам, не Богу,

Шлют по зарницам и ветрам

 

Свои сердечные посланья:

«Храните наших женихов!»

Мне душу греет, что спасла я,

Быть может, целый детский хор!

 

Ну, вот – дошли до медсанбата,

Сейчас тебя хирургу сдам.

Гремит. Несладко там ребятам.

Лечись, боец! А я – туда. 

 

Валентин Кононов            ТЯЖЁЛАЯ НОША

Поднимала сынка -

Ноша невелика -

И блестели глаза.

Но настала пора,

Встала горя гора,

Вся в крови и слезах.

 

Не за славу, за жизнь

Стар и млад поднялись

На лихого врага!

...Капля злого свинца

Подкосила бойца -

Жизнь в бою коротка.

 

Парень жив, но затих.

Дотащить до своих -

Там помогут врачи.

А нести тяжело,

Руки-ноги свело,

Сердце камнем стучит.

 

...Потяжеле сынка

(Он у бабки пока.

Сам письмо написал:

Обещал подрасти,

И на помощь прийти...

Милый мой, как ты мал!)

 

Добрались до ребят,

И быстрей в медсанбат

Отправляют бойца.

А девчонке назад,

Где снаряды гудят,

Нету крови конца.

 

А девчонке вперёд,

Где стучит пулемёт

И пылает броня...

В эти страшные дни

Мир спасали они

От чумного огня!

 

Анна Сабаева          БАБОЧКИ-ОДНОДНЕВКИ И ЧЕРЕПАХА

Однажды майским утром над рекою случился вдруг чудесный снегопад.

И облако белёсое густое одело речку в праздничный наряд.

Прозрачной эфемерною одеждой накрыло, как невесту под фатой...

… А это роем вились однодневки* – метелицей над утренней рекой.

Их красота мелькнула – и угасла. Подёнкам* жизнь дана всего на день.

Один лишь только день – но не напрасный! День для любви. А после - мрак и тень…

За этот день так много надо сделать! Успеть расправить крылья, просушить,

Взлететь, найти единственную в небе, с ней встретиться и даже полюбить!

… За танцем однодневок наблюдала, лениво прислонившись к тростнику,

Угрюмая речная Черепаха, сидевшая с утра на берегу.

"И что они кружатся, суетятся? Не лень им то взлетать, то падать вниз?

Куда спешат? И танец их дурацкий, нелепый, как бессмысленный каприз..."

Так рассуждала наша Черепаха. Ведь для нее, уже немолодой,

Живущей без эмоций - счастья, страха - дни шли однообразной чередой.

… О, время! Для кого-то ты мгновенье, а для кого-то вечность, к сожаленью…

 

Примечание: *Однодневки или подёнки - эфемерные бабочки, срок жизни которых всего один день.

 

Анна Сабаева          КРЫЛЬЯ ПОЭЗИИ

"Крылья фей бывают прозрачными и разноцветными” (Гарри Потер)

Ночь мазками густыми чернильными

Разукрасила небо в окне…

Муза – фея с прозрачными крыльями –

Прилетела нежданно ко мне.

 

Нашептала на ушко так ласково

О большой и далёкой стране,

Что зовётся Прекрасною Сказкою

И приходит в загадочном сне.

 

Горы Строфы стоят там высокие,

Ритм-утёс и долина Строка,

Ассонансы – озёра глубокие –

И красавица Рифма-река…

 

Руку я подала ей доверчиво,

И взлетели мы с феей вдвоём.

Красотой наслаждались беспечно мы –

А к утру я вернулась в свой дом.

 

С той поры очень часто летаю я

В благодатной прохладе ночной,

И уносит с крылатою стаею

Фея Муза меня за собой…

 

Jenny Toll62             ВЕСНЕ – ДОРОГУ! (ФЕВРАЛЬСКИЕ ЗАМОРОЧКИ)

Объявился февраль, в переулках скучая,

Свет забрызганных фар прижимая к земле.

Одинокий фонарь равнодушно встречает

Запоздалый рассвет, заплутавший во мгле.

 

Зимний ветер, подув, заморозит округу,

Будет шумно бродить, как дурное вино.

И зачем-то в стекло бьётся ветка упруго...

Этот сложный вопрос мне решить не дано.

 

В тёмных лужах не тают хрустальные льдинки,

И снежинки кружат, не решаясь упасть.

Появившийся луч, словно фея с картинки,

Приструнит ураган, нагулявшийся всласть.

 

В нестандартном тепле современной квартиры

Налетевший февраль незаметно умрёт,

Но оставит повсюду свои сувениры,

Новым снегом укрыв нерастаявший лёд.

 

Запотеет окно, расползутся узоры,

И капели под солнцем опять застучат.

Возвратится весна! Это будет нескоро,

Но послышится писк желторотых галчат.

 

Зинаида Русак        ЗИМА

Зима. Метель простуженная кружит,

И зябнет день, в сугробах утопая,

Со мною нет того, кто очень нужен,

И ропщет горько пустота немая.

 

Застыли звуки, и слова, и мысли,

А до тепла, как до луны, я знаю.

Заиндевелым кружевом повисли,

Те чувства, что звенели в ярком мае.

 

Летит пурга по белому безмолвью

В чужие, запорошенные дали,

И только память шелестит любовью,

Что мы когда-то вечной называли.

 

Завьюженный и бессердечный холод,

Снежинок танец суетно-красивый,

А мир как будто надвое расколот…

Я помолюсь, чтоб снова стать счастливой.

 

Пробилось солнце сквозь колючий иней.

Печаль стирая, изморозью пишет

Мороз посланье из белёсых линий,

Его узор надеждой светлой дышит.

 

Валентин Камчатников   ВДОХНОВЕНИЮ

Вдохновение, ты не суди меня строго.

Не могу я тебе до конца бескорыстно служить.

Словно маленький Кай в ледяных королевских чертогах,

в слово «Вечность» осколки я тщетно пытаюсь сложить.

Обижаешься ты и порой мелко мстишь мне за это.

Ты уходишь, бросая:

- Попробуй меня догони!

Я, как маленький Мук, побежал бы к тебе на край света,

только где же они, семимильные туфли мои?

Рвутся ткани стиха на банальные пошлые фразы,

и надежды свои не удастся мне осуществить.

Вдохновение! Ты не суди меня сразу.

Дай мне время, а там — может быть, может быть, может быть...

 

Антарин       ВЕКТОР ВРЕМЕНИ СТРЕЛОЮ

Вектор времени стрелою

Устремляется вперед.

В неизвестность все живое

Он на кончике несет.

 

Пусть продвинутый ученый

Говорит, что время – бред,

Выдвигает увлеченно

Теорем своих пакет.

 

Это смело, это модно –

Все свергать и все крушить,

Раздеваться принародно,

Обнажаться до души.

 

Как по мне, то он бездарен,

Даже если вундер он…

Я листаю календарик

Незапамятных времен.

 

Что ни листик – день минувший,

Век двадцатый за окном.

Память наполняет душу

Нежным светом и теплом.

 

В календарике – рисунки,

И чего в нем только нет!

Здесь рецепт – проглотишь слюнки,

Здесь – от доктора совет.

 

По ремонту есть подсказки

И родителям наказ.

Для детей – стихи и сказки,

Мудрых мыслей парафраз.

 

На листках пометки чьи-то.

Пылью книжною пропах,

Календарь до дыр зачитан,

Не в одних он был руках!

 

Я, с эпохой обрученный,

Сохранив в башке царя,

Полагаю, что ученый

Вырос без календаря.

 

Он в тени лабораторий

В глубь теории залез.

Бесполезно с ним мне спорить,

Просто ВРЕМЕНИ в обрез.

 

Примечание: * Стихотворение - ответ на информацию в сети "Времени не существует — шокирующее заявление физиков" (https://econet.ru/articles/62094-vremeni-ne-suschestvuet-shokiruyuschee-zayavlenie-fizikov)

 

 

 
Рейтинг: +31 411 просмотров
Комментарии (6)
Василисса # 17 января 2019 в 23:01 +4
Валентину Камчатникову за посвящение "Вдохновению" браво!..
spasibo-20
Наталья Днепровская # 18 января 2019 в 02:01 +4
ПРЕКРАСНЫЕ РАБОТЫ.БРАВО АВТОРАМ!!!!
cvety-11
Людмила Клёнова # 18 января 2019 в 16:05 +3
Поздравляю всех, чьи произведения вошли в сборник!
Спасибо за него и авторам, и Администрации сайта!

Удачи и вдохновения каждому!
cvety-rozy-5
МИЛА РУС # 18 января 2019 в 22:33 +4
Поздравляю всех!!!А особенно Танечку Пронькину!!!! cvety-6
Лидия Копасова # 29 января 2019 в 10:37 +2
pozdrav-2

Поздравляю всех с серьёзной творческой работой и с удачным результатом!
Валентина Егоровна Серёдкина # 29 января 2019 в 14:02 +2
Прекрасное творчество! ВСЕМ СПАСИБО! УСПЕХОВ! best-6 spasibo-3
Популярные стихи за месяц
75
72
71
68
65
65
62
61
61
59
57
57
53
53
53
52
Запятая 7 февраля 2019 (Сергей Гридин)
50
50
49
49
У копны 14 февраля 2019 (Петр Казакевич)
48
46
42
А вы? 16 февраля 2019 (Сергей Гридин)
42
41
40
39
37
35
35