Гостьи

15 сентября 2013 - Илья Корабел
В лесу, в ночной тишине, месяц мерцал,
В старом доме, в колыбели, младенец дремал.
Мирно его родители спали:
За день они с ним наигрались, устали.
Луч луны падал на колыбель через окошко,
С полночи минуло времени совсем уж немножко.

Ветер пошевелил листья деревьев,
Поднял с земли он несколько перьев
И пуха.
Дверь в дом слегка приоткрылась, не издав ни единого звука.

Скользнули в дом, подобно теням, три призрачных девы
И встали в задумчивости у колыбели.

Одна из гостий, казалось, видела зиму более тридцати пяти раз,
Но огонь её прекрасных синих очей,
Что были прозрачней и глубже древних морей,
Ещё далеко не угас.

Но печаль была в глазах этой первой из сестёр.
Рок судьбы виднелся в них, коий был в очах каждого, кто шёл на костёр
Или на плаху,
Где голову рубили с размаху.

Как будто жертва пред преступным ножом…
Будто бы воин, коий падает, мечом вражьим сражён…

…Но всё же лёгкая улыбка трогала прекрасный её лик –
Таков был первый образ, что перед открывшимся взором ребёнка возник.

Опустилась тонкая рука:
- Скорей, скорей, закрой глаза!
Зачем же ты, дитя, в мир этот пришло?
Ты ведь даже не представляешь как жить тяжело!

Захочешь индивидуальностью стать –
Презренные, низкие, жалкие люди начнут тебя унижать
Или не будут обращать вниманья вообще,
А может и сожгут на костре…

Не то что в каждом углу,
А даже на ясном свету
В миру опасности ждут.
Вот выйдешь ты как-нибудь в город большой – обворуют, обманут, убьют…

А как полюбишь кого-то, надежды могут не оправдаться,
А сердце же будет метаться
В груди юной твоей.
И от отчаяния можешь ты сгинуть средь толп равнодушных людей…

О многих опасностях ещё поведала дева ребёнку в тот ночной час
И сказала наконец: - О сёстры, для нас
Не лучшим ль решением бы было
Его жизнь оборвать, пока хуже не стало?
Так бессмысленна жизнь…
Лучше дитя обратно в Лоно Душ отпустить…

Взяла слово средняя сестра,
Чья кожа была как снег бела,
Чьи волосы сверкали серебристым приливом,
А на вид дева видела двадцать шесть и одну зиму.

Мягко, но постепенно голос повышая, начала она:
- Нет, ему умирать нельзя.
В чём смысл рождения тогда?
Да, пУсть в жизни его навещает беда...
Но что мир без сильного духа?!
В огне страданий закалится душа маленького нашего друга… -
И поправила средняя одеяло в колыбели,
Поцеловала в лобик ребёнка, и бледные щёчки его заалели.

Задумчиво заметила старшая:
- Но жизнь во страданиях страшная!
О, дайте ему умереть!
Всё равно ведь он станет смерти хотеть! –
И залилася слезами.

Ответила средняя:
- Нет, я даже добавлю побольше страданий,
Болезни и голод – вот людской вечный порок.
Пусть ропщет, ненавидит свой рок!
Будет сильным, счастливым и довольным в конце
Своей жизнью у себя во дворце.

Взяла из колыбели ребёнка и прижала к груди
Сестра младшая, и зазвучал её голос, словно зажурчали ручьи:
- Нет, сестра, оставь большинство болезней на своей цепи.
И так достаточно горя выпадет на его тернистом пути…

А стимулом жить да будет любовь,
Заставляя его бороться вновь и вновь.
И юмор здоровый, и ума острый укол,
Будут всегда его выручать, освобождать от оков.

Тогда всегда будет воля к жизни святая,
А недуги да поможет излечить ему любовь его родная…

Так сказала младшая сестра
И в колыбель обратно дитя положила она.

Мальчик вдруг открыл голубые глаза
И увидал лик неземной красоты,
Эталон любого мужчины мечты.

Потянулся к глазам,
Что были полны тёплого лета,
К волосам – росчеркам звёздного света,
К дланям прозрачным и светлым,
На звук голоса заветного ,
Что словно ручейка песня в тумане леса заповедного.

И сказала средняя сестра:
- Да не будет лишних печалей оков.
И сказала старшая сестра:
- Пусть живёт, я верю в него.
И заметила младшая:
- И будет подобье моё любимой его.

Тихо дверь затворилась,
И вновь тишина воцарилась.

© Copyright: Илья Корабел, 2013

Регистрационный номер №0159020

от 15 сентября 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0159020 выдан для произведения: В лесу, в ночной тишине, месяц мерцал,
В старом доме, в колыбели, младенец дремал.
Мирно его родители спали:
За день они с ним наигрались, устали.
Луч луны падал на колыбель через окошко,
С полночи минуло времени совсем уж немножко.

Ветер пошевелил листья деревьев,
Поднял с земли он несколько перьев
И пуха.
Дверь в дом слегка приоткрылась, не издав ни единого звука.

Скользнули в дом, подобно теням, три призрачных девы
И встали в задумчивости у колыбели.

Одна из гостий, казалось, видела зиму более тридцати пяти раз,
Но огонь её прекрасных синих очей,
Что были прозрачней и глубже древних морей,
Ещё далеко не угас.

Но печаль была в глазах этой первой из сестёр.
Рок судьбы виднелся в них, коий был в очах каждого, кто шёл на костёр
Или на плаху,
Где голову рубили с размаху.

Как будто жертва пред преступным ножом…
Будто бы воин, коий падает, мечом вражьим сражён…

…Но всё же лёгкая улыбка трогала прекрасный её лик –
Таков был первый образ, что перед открывшимся взором ребёнка возник.

Опустилась тонкая рука:
- Скорей, скорей, закрой глаза!
Зачем же ты, дитя, в мир этот пришло?
Ты ведь даже не представляешь как жить тяжело!

Захочешь индивидуальностью стать –
Презренные, низкие, жалкие люди начнут тебя унижать
Или не будут обращать вниманья вообще,
А может и сожгут на костре…

Не то что в каждом углу,
А даже на ясном свету
В миру опасности ждут.
Вот выйдешь ты как-нибудь в город большой – обворуют, обманут, убьют…

А как полюбишь кого-то, надежды могут не оправдаться,
А сердце же будет метаться
В груди юной твоей.
И от отчаяния можешь ты сгинуть средь толп равнодушных людей…

О многих опасностях ещё поведала дева ребёнку в тот ночной час
И сказала наконец: - О сёстры, для нас
Не лучшим ль решением бы было
Его жизнь оборвать, пока хуже не стало?
Так бессмысленна жизнь…
Лучше дитя обратно в Лоно Душ отпустить…

Взяла слово средняя сестра,
Чья кожа была как снег бела,
Чьи волосы сверкали серебристым приливом,
А на вид дева видела двадцать шесть и одну зиму.

Мягко, но постепенно голос повышая, начала она:
- Нет, ему умирать нельзя.
В чём смысл рождения тогда?
Да, пУсть в жизни его навещает беда...
Но что мир без сильного духа?!
В огне страданий закалится душа маленького нашего друга… -
И поправила средняя одеяло в колыбели,
Поцеловала в лобик ребёнка, и бледные щёчки его заалели.

Задумчиво заметила старшая:
- Но жизнь во страданиях страшная!
О, дайте ему умереть!
Всё равно ведь он станет смерти хотеть! –
И залилася слезами.

Ответила средняя:
- Нет, я даже добавлю побольше страданий,
Болезни и голод – вот людской вечный порок.
Пусть ропщет, ненавидит свой рок!
Будет сильным, счастливым и довольным в конце
Своей жизнью у себя во дворце.

Взяла из колыбели ребёнка и прижала к груди
Сестра младшая, и зазвучал её голос, словно зажурчали ручьи:
- Нет, сестра, оставь большинство болезней на своей цепи.
И так достаточно горя выпадет на его тернистом пути…

А стимулом жить да будет любовь,
Заставляя его бороться вновь и вновь.
И юмор здоровый, и ума острый укол,
Будут всегда его выручать, освобождать от оков.

Тогда всегда будет воля к жизни святая,
А недуги да поможет излечить ему любовь его родная…

Так сказала младшая сестра
И в колыбель обратно дитя положила она.

Мальчик вдруг открыл голубые глаза
И увидал лик неземной красоты,
Эталон любого мужчины мечты.

Потянулся к глазам,
Что были полны тёплого лета,
К волосам – росчеркам звёздного света,
К дланям прозрачным и светлым,
На звук голоса заветного ,
Что словно ручейка песня в тумане леса заповедного.

И сказала средняя сестра:
- Да не будет лишних печалей оков.
И сказала старшая сестра:
- Пусть живёт, я верю в него.
И заметила младшая:
- И будет подобье моё любимой его.

Тихо дверь затворилась,
И вновь тишина воцарилась.
Рейтинг: 0 132 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярные стихи за месяц
126
96
93
91
89
НАРЦИСС... 30 мая 2017 (Анна Гирик)
82
81
80
67
66
66
66
65
65
59
59
59
55
55
55
54
52
52
50
46
46
45
45
43
40