За синим лесом дали, дали ржаных полей…
Так было – в детстве моей мамы, – звенел ручей,
Под пологом дубрав сокрытый, целебных сил
Он был хранитель и даритель, тем, кто вкусил…
Не остывали караваи; и лад речей –
Всё – простота и излученье тех милых дней…
Певучи зори, небосклона шелкам пылать
И торжеству самой природы – во всём внимать…
Манил Синь-Камень, за мостками, среди стрекоз –
Неисчислимых исповедник девичьих слёз
И радости свиданий томных… Ему удел –
Веками пестовать влюблённых… И он теплел
В прикосновенье… Очищая пути невзгод.
В народе верное преданье о том живёт…
А санный путь… В мороз трескучий – скрипят шаги,
Румянит щёки, радость бьётся огнём в груди!..
О детства милые забавы, в котомке дней –
Вы живы, вы всегда желанны – как соль вещей!..
…Старинным тиканьем наполнен уснувший дом,
И в полночь, таинством гармоний, звучит: бим-бом.
И шепчутся друг с другом липы, и звёзд лучи
Шлют убаюканным детишкам цветные сны…
И полосатой, юркой тенью хозяин–кот,
И запах сладкого печенья… И птиц полёт…
Домашним веяло уютом… Половики…
И сладкозвучные минуты, там, у реки, –
На старом мостике, средь бликов и красоты,
Где солнце негою поило… Крыл стрекозы –
Шуршащий, вдохновенный танец… Синь, малахит…
Мы все казались себе старше… Благоволит –
К избытку юность: откровений, путей, тревог.
Но самый милый и желанный – родной порог…
За синим лесом – дали, дали… И песнь звучит.
Что мы ещё не досказали, – не догорит…