ГлавнаяПоэзияЛирикаГражданская лирика → Исповедь нелегала

 

Исповедь нелегала

25 апреля 2014 - Валерий Гудошников
Исповедь нелегала, уехавшего из одной страны,
а вернувшегося назад уже в другую



В прошлом всё тревожное, на душе усталость.
Отгорает жизнь моя, как степной ковыль…  
В старом сельском домике протекает старость  
Одиноко тихая, словно в сейфе пыль.  

Жизнь меня швыряла, как щепку у причала,  
Не шептала ласково: всё тебе прощу!..  
Расставаясь, девушка вслед мне прокричала:  
Никого другого я в сердце не впущу!

Так уж всё сложилось – она меня забыла,  
И жизнь свою связала не со мной – с другим.  
Нет теперь той девушки, есть её могила,  
Надпись на надгробии «Помним и грустим».  

Я вдали от Родины на страну работал,
Речь, забывши русскую, но имея честь.
На английском языке – не по фене ботал, -
Да и был погибшим я… даже, справка есть!

И пошла тогда молва – автокатастрофа!
Гроб из цинка, не вскрывать – ясно – никому!
В двадцать пять я уже знал, где моя Голгофа,
К ней по жизни крест нести мне лишь одному.

Через долгих сорок лет я назад вернулся.
В доме жив один отец, старый-старый дед.
Он морщинистой рукой мне щеки коснулся
И тихонько произнёс: есть садись… обед…

И как будто бы во мне детство всколыхнулось!
Прочь умчалось прошлое, боль и непокой.
Не проси прощенья, сын, рана затянулась…
…Только я один лишь знал, то, что ты живой.

А могила… знаешь сам, так ведь надо было.
Их теперь там рядом две – мать не дожила…
Хоть не знала, что ты жив - всё равно любила,
И от горя, может быть, рано умерла.

И теперь вот я стою у родной могилы.
У гробов здесь не было траурных речей.
Тут в одном лежит она, кто меня родИла,
А в другом гробу лежит груда кирпичей…

И страна в капитализм развернула дышло,
Но ведь как-то надо же в ней мне дальше жить!
Про могилу всем твержу, что ошибка вышла…
Впрочем, почти некому это говорить.

Слухи ходят… Что ж теперь! Доживём, дотлеем…
Если б снова всё вернуть – снова б повторил!
В нестареющей душе прошлое лелеем,
Кто б об этом прошлом чего б ни говорил!

Пусть кричат – уродина, эта наша Родина!  
Только я её любил, верность, ей храня.  
40 долгих-долгих лет во дворе смородина  
Расцветала по весне, только без меня.  
     -------------------------------------
В прошлом всё тревожное, на душе усталость.  
Отгорела жизнь моя, как степной ковыль…  
В старом сельском домике дотлевает старость  
Одиноко тихая, словно в сейфе пыль.  

                                                      2014 г  

© Copyright: Валерий Гудошников, 2014

Регистрационный номер №0211098

от 25 апреля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0211098 выдан для произведения: Исповедь нелегала, уехавшего из одной страны,
а вернувшегося назад уже в другую



В прошлом всё тревожное, на душе усталость.
Отгорает жизнь моя, как степной ковыль…  
В старом сельском домике протекает старость  
Одиноко тихая, словно в сейфе пыль.  

Жизнь меня швыряла, как щепку у причала,  
Не шептала ласково: всё тебе прощу!..  
Расставаясь, девушка вслед мне прокричала:  
Никого другого я в сердце не впущу!

Так уж всё сложилось – она меня забыла,  
И жизнь свою связала не со мной – с другим.  
Нет теперь той девушки, есть её могила,  
Надпись на надгробии «Помним и грустим».  

Я вдали от Родины на страну работал,
Речь, забывши русскую, но имея честь.
На английском языке – не по фене ботал, -
Да и был погибшим я… даже, справка есть!

И пошла тогда молва – автокатастрофа!
Гроб из цинка, не вскрывать – ясно – никому!
В двадцать пять я уже знал, где моя Голгофа,
К ней по жизни крест нести мне лишь одному.

Через долгих сорок лет я назад вернулся.
В доме жив один отец, старый-старый дед.
Он морщинистой рукой мне щеки коснулся
И тихонько произнёс: есть садись… обед…

И как будто бы во мне детство всколыхнулось!
Прочь умчалось прошлое, боль и непокой.
Не проси прощенья, сын, рана затянулась…
…Только я один лишь знал, то, что ты живой.

А могила… знаешь сам, так ведь надо было.
Их теперь там рядом две – мать не дожила…
Хоть не знала, что ты жив - всё равно любила,
И от горя, может быть, рано умерла.

И теперь вот я стою у родной могилы.
У гробов здесь не было траурных речей.
Тут в одном лежит она, кто меня родИла,
А в другом гробу лежит груда кирпичей…

И страна в капитализм развернула дышло,
Но ведь как-то надо же в ней мне дальше жить!
Про могилу всем твержу, что ошибка вышла…
Впрочем, почти некому это говорить.

Слухи ходят… Что ж теперь! Доживём, дотлеем…
Если б снова всё вернуть – снова б повторил!
В нестареющей душе прошлое лелеем,
Кто б об этом прошлом чего б ни говорил!

Пусть кричат – уродина, эта наша Родина!  
Только я её любил, верность, ей храня.  
40 долгих-долгих лет во дворе смородина  
Расцветала по весне, только без меня.  
     -------------------------------------
В прошлом всё тревожное, на душе усталость.  
Отгорела жизнь моя, как степной ковыль…  
В старом сельском домике дотлевает старость  
Одиноко тихая, словно в сейфе пыль.  

                                                      2014 г  

Рейтинг: +1 127 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!