XLVI -XLVIII

      XLVI
Конечно женской бы руки
Там не заметили бы вы,
Но холостятской дряни и тоски
Там тоже не было, увы.
Да не нашли ещё б  вы много:
Ведь через то легла моя дорога.
Я не люблю холодные квартиры,
Ни мягкий свет и не гардины,
И даже бряцанье в ней лиры.
Я вижу прошлые картины:
Я вижу глазки в темноте
И помню ласки ото всех в тайне,
И нежных щёк чуть видный пух..
Но воздух холоден и сух.
       XLVII
Теперь уж много изменилось
В душе моей усталой и немой,
Теперь мне даже и не снилось
Похмелье уж пирушки удалой.
Теперь, как старый инвалид,
Что на печи весь век сидит,
Взираю на дела людей
И ус мотаю в кольца тихо,
Уж стал теперь я тяжелей,
И не бросаюсь в дело лихо,
Боюсь я юности беспечной
Со страстью недозрелой, вечной.
Но, впрочем, даже я кипел
И часто первым быть хотел.
       XLVIII
Теперь уж просто я вздыхаю,
Теперь покой один ценю,
Да эти байки сочиняю,
И для себя одно: бубню.
Люблю друзей кружек уютный
И разговор довольно смутный
О жизни нашей и делах,
И сплетни легкие с друзьями,
Ночник неяркий в головах,
И полумрак между огнями,
И шорох карточных тузов,
И шелест книжных в тишине листов,
И хохот дружеский орлов-
Занятие достойное богов!

© Copyright: Игорь Николаевич Макаров, 2014

Регистрационный номер №0258139

от 9 декабря 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0258139 выдан для произведения:       XLVI
Конечно женской бы руки
Там не заметили бы вы,
Но холостятской дряни и тоски
Там тоже не было, увы.
Да не нашли ещё б  вы много:
Ведь через то легла моя дорога.
Я не люблю холодные квартиры,
Ни мягкий свет и не гардины,
И даже бряцанье в ней лиры.
Я вижу прошлые картины:
Я вижу глазки в темноте
И помню ласки ото всех в тайне,
И нежных щёк чуть видный пух..
Но воздух холоден и сух.
       XLVII
Теперь уж много изменилось
В душе моей усталой и немой,
Теперь мне даже и не снилось
Похмелье уж пирушки удалой.
Теперь, как старый инвалид,
Что на печи весь век сидит,
Взираю на дела людей
И ус мотаю в кольца тихо,
Уж стал теперь я тяжелей,
И не бросаюсь в дело лихо,
Боюсь я юности беспечной
Со страстью недозрелой, вечной.
Но, впрочем, даже я кипел
И часто первым быть хотел.
       XLVIII
Теперь уж просто я вздыхаю,
Теперь покой один ценю,
Да эти байки сочиняю,
И для себя одно: бубню.
Люблю друзей кружек уютный
И разговор довольно смутный
О жизни нашей и делах,
И сплетни легкие с друзьями,
Ночник неяркий в головах,
И полумрак между огнями,
И шорох карточных тузов,
И шелест книжных в тишине листов,
И хохот дружеский орлов-
Занятие достойное богов!
Рейтинг: 0 119 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!