ГлавнаяПоэзияКрупные формыПоэмы → Рассения - страна Асов

 

Рассения - страна Асов

article229482.jpg
Какая даль и тьма веков,
Забыто прошлое отцов.
Религия украла всё,
Забыто, что для нас дано.

А что же было до того,
Какое прошлое и чьё?
Рассения – вот изначально,
Потом Россея чуть печально.

А под конец Россией стала,
От греков видно эта рана.
Они стремились нас унизить,
Ну, а себя с таким возвысить.

Бывает, было и не раз,
Топтали нас в живую грязь.
Но мы вставали, да и жили,
Но славу вещую добыли!

Тут раса белая селилась,
Которая с небес спустилась.
Переселенцы из миров,
Как добровольцы для основ.

Где знания и истин высь,
От звёзд веление и смысл.
С созвездий нас сюда послали,
И это предки наши знали.

С Репейских гор, теперь Урала,
На запад крылья разбросала.
Такой была тогда Россия,
Но это часть живой миссии.

И на восток от Лукоморья,
Где севера лежит раздолье.
До Индии, её средины,
И к Тихому, где волны зримы.

Огромней нет страны для мира,
Энциклопедия решила.
В изданье первом и английском,
Так сказано о нашем близком.

В семнадцатом веку писалось,
Нет, позже чуть, как оказалось.
Добавьте семьдесят ещё,
И годик, вот и торжество!

Не верите? Ищите сами,
И докажите то глазами.
Там сказано, что было так,
История, и это факт!

Весь север азиатский наш,
И запад, и восток не блаж.
Южней Московии роды,
Да и в Сибири всё они!

Тут Астраханские сперва,
Потом Черкесская земля.
И Дагестанская ещё,
На этом думаете всё?

От Каспия уже другие,
Колмыкские, и нам родные.
Посевернее от него,
И чуть на запад их жильё.

Узбекские тартары и монголы,
От Перси и Индии просторы.
Но севернее их края,
Такое было не шутя.

На север – запад от Китая,
Тибетские, там их святая.
(Энциклопедия - Британика,
Первое издание, том третий.
Эдинбург, 1771 год, стр. 887)
Громадная была страна,
С провинциями сторона.

Огромнейшей была одна,
Великой звалась, как мечта!
Захватывала всю Сибирь, 
И весь восток, её тут ширь!

Китайская к ней примыкала,
Но не Китай, змеи, где жало.
На юг - восток её просторы,
Да и, конечно же и горы.

Срединная уже южнее,
Тут независимое семя.
Где Азия, но середина,
Такой была тогда картина.

Забыл о западе ещё,
Тут тоже было наше всё.
Московская, Кубанская,
И маленькая – «дамская».

Тартарии всё это были,
Там с радостью всегда мы жили.
Вот так друзья, не верил сам,
Но всё ж поверил «чудесам».

Татары же совсём другое,
Всё позже это и иное.
О главном тут я вспоминаю,
И о величии вещаю.

И про монголов не забудьте, 
Иные те, не обессудьте.
Нет ничего с того, что было,
Другое время, то остыло.

Но не беда, я вам напомню,
Отдам свой долг, а к вам с любовью.
Узнайте прошлое своё,
Пусть не кружится вороньё!

Тартарий много, почему?
Так получалось наяву.
Дробилась целостность на части,
От жутких войн все те напасти.

Джунгары рвались в центр земли,
Желали властвовать они.
Ирийский Асгард наш сожгли,
И вырезали часть страны.

Где Омск теперь, всё это было,
Ослабили, что так любимо.
Так в летописях говорится, 
В календаре ещё ютится.

В семь тысяча тридцатом вроде, 
Ещё плюс восемь при невзгоде.
От сотворения тут мира, 
Где в Звёздном Храме это чтимо.

Но в нашей эре по-иному,
Года другие – им икону.
В пятнадцатом веку случилось,
Ещё лет тридцать и сложилось!

Окраины мы потеряли,
Но не сломились, устояли.
Осталась мощь, да и какая,
Огромная страна, без края!

Аж в восемнадцатом огромна,
На главном месте эта форма.
Для мира первая по шири,
И это всё не мы решили.

С Америкой ещё надрыв,
Тут тоже наше, как забыл?
Вся северная часть её,
Да, вот такое естество!

**

Славяно – Арийская Империя.

Петровское мы помним время,
Но это маленькая тема.
Лишь часть Тартарии его,
Московия, его зерно.

Провинция она, с тем горько,
Часть от величия и только.
Дробилась целостность страны,
Осколки видим мы судьбы.

Произошло такое - стало,
А это больно и печально.
Князь в этом сильно преуспел,
Донской забрал себе удел.

Единовластвовать решил,
И с этим, что же совершил?
Владимир – Суздальское взял,
Монархом стал, себе лишь внял.

Решил устои изменить,
Свой Род возвысить, утвердить.
Другие пусть идут к нему,
Целуют ноги одному.

Так не бывало на Руси,
Зачем такое? Упаси!
Но вот свершилось и пошло,
И началось твориться зло.

В то время русские основа,
Но и другие, как подкова.
Все равные права имели,
Свободу чтили, ей радели.

Спроси любого: «Кто таков»?
В ответ услышишь: «Будь здоров!
Мы Тарха дети, да и Тары,
Хранителей Земли и Славы»!

Где Тарх – Даждь Бог, а Тара – Люба,
Природы – Матушки причуда.
В созвучии всегда и правде,
Где истинное в созиданье.

Он дал священные писанья,
Где девять книг для осознанья.
Тут Веды знания несли,
Дарили радость и мечты.

Глаголили о совершенном, 
Предназначении священном,
Где человек пришел творцом,
С открытым, праздничным лицом!

 Чрез Врата Звёздные на небе,
С созвездий материнских в беге.
Прошли все расы этот путь,
Чтоб тут пожить и жизнь вдохнуть.

Остались на Мирград - Земле,
С Великой Белой во главе.
Пришли с созвездий Белой Расы,
Другие из других - их трассы.
 
Так с желтизной - с Великого Дракона,
А с краснотой из Огненного Змея свода.
А с Мрачной Пустоши иные,
Ночная кожа их - такие.

**

Уры.

Вот так тут было, но давно,
Такое видно суждено.
Средь рас одни имели вес,
И это Уры – мысль небес.

Не много их, но знаний много,
Такая истины дорога.
С Урай - Планеты все они,
Мечты величие несли.

За гранью их познанья были,
За это их и свято чтили.
Наставниками стали всем,
Учителями в правде дел.

Тысячелетья освящали,
Величием всех восхищали.
Необходимые сначала,
И где грядущее звучало.

Зашифровали их в посланьях,
И передали в назиданьях.
Отдали их волхвам навечно,
Которые несли их честно.

Что будет нужно, то подымут,
Откроют и проклятье снимут.
Волхв, это тот, кто правду чтит,
Святое искренне хранит.

Хранитель чистоты в писаньях,
Где истины живые знанья.
Два алфавита получили,
Великое всегда хранили.

Но каждому дано своё,
Так посвященьем суждено.
Тут ха Арийский, с да Арийским,
Рунический и этим близкий.

Четыре образа на свете,
И этому весь мир свидетель.
Тут буквица и руники,
И черты с резами, как кубики.

А так же Молвицы Рассенские,
Такие всеявленские.
Осталась память и в словах,
Пример культУры не во снах.

А это то, что нам дано,
Что в знаниях к нам снизошло.
Моральные, духовные,
Для русских только годные.

Две касты видны в именах,
Урусы - иноземцев страх.
Объединенье тут звучит,
Где вечное в том говорит.

Учителя и их наследье,
Такое жизни проявленье.
И до сих пор ещё живёт,
Урус, и в этом смысл, почёт!

Ещё приставки раньше были,
Пример – ЭТруссы, это знали.
Особенность в том у племён,
Отличием определён.

ЭТ, означает просветлённый,
Культурой высоты взращенный.
А так же есть самоназванья,
Перуна дети – их преданья.

Венеды это, или Пруссы,
Теперь такие их «ресурсы».
Перун же, это Бог войны,
Защитник от лихой беды.

Он покровитель  и учитель,
Наставник воинский, хранитель.
Заступник для родных земель,
И Рода Святорусов Лель.

Для русичей и белорусов,
И эстов, литов, латов,
А так же сербов и земгалов,
Полян, да и латгалов.

Венея, тут они все были, 
В Европе Западной и жили! 
До девятнадцатого так,
Хотя и захватил их враг.

Ассимилировать пытался,
Уничтожал и издевался.
Так готы и германцы злились,
В десятом то веку случилось.

Столетьями тут шла война,
Перемешалось всё и вся.
Но имя Пруссии осталось,
Где кровью выстрадана «радость».

Два имени у русов было,
Пока от Уров знанье жило.
Когда покинули землян,
То разделился мир славян.

На касты поделилось всё,
Такое было суждено. 
Волхвы на первом,
Носители заветов верных.

Потом уж воинство - оно,
Профессиональное, своё.
А дальше земледельцы, скотоводы, 
Ремесленники для опоры.

Аристократия над ними,
Такими были, так и жили.
Так скотоводов племена,
Вдруг взяли скоттов имена.

А жители лесов – древляне,
Кто земледельцы, те поляне.
Обособленье ж дальше шло,
От холода произошло.

Когда в Сибири голод был,
Он в путь направил, насолил.
Последнее похолоданье
Устроило так испытанье.

Ушла часть предков на чужбину,
И берег родины покинут.
Искалась новая земля,
Чтоб снова всё начать с нуля.

Названья брали от вождей,
Сарматы, скифы, … - от корней. 
А если снова возвращались, 
То руссами все только звались.

Создались новые народы, 
Но все славянские по крови.
Немного отличались, правда,
Но не значительна преграда.

Чуть меньше, больше – вот различье, 
Но нет того, чтоб неприличье.
Традиции, язык и представленья,
Такие были измененья.

Поляки, сербы, чехи и славены,
Хорваты, македонцы и болгары.
И это только часть, какую помню,
А если вдруг, что вспомню, то  дополню.

Все знали, как, откуда вышли,
До средних так веков, а дальше скисли.
Империя существовала долго,
Десятки тысяч лет, не вру ни сколько.

И знанья были необъятны,
Всё о материи понятно,
А так же тонкие миры,
Им в руки были отданы.

**

Славяно – Арийские Веды.

В районе южного Урала,
Чан – Дыр деревня заплутала.
Там найдена была плита,
Чувырова та красота.

То карта Западной Сибири,
Рельефная, как сотворили?
Так сделана была искусно, 
Что нашим мастерам всем грустно.

Трёхмерная, со всем ландшафтом,
И два канала пышным шарфом.
Искусственные, видно были,
Двенадцать тысяч вёрст прорыли!

А ширина, какая – ох!
Пятьсот аж метров, как под вздох.
Ещё платин двенадцать было,
Такая ширь! Как та, едина.

Длинна же десять километров,
И глубина – три, в тех же метрах.
Нашлась  в двухтысячном тут вроде,
Нет, минус годик – в дар природе.

А от каналов недалече, 
Есть ромбики, площадки встречи.
Наверно это для посадки,
Вот это да, ну и загадки!

Такоё снизу не узришь,
Из космоса пожалуй лишь.
Так, кто же это мог так сделать?
Такое нам тут не изведать.

В конце двадцатого ещё, 
Доступным стало кое – что.
Вновь Веды выдали страницы,
Где от Инглингов колесницы.

Там знания из манускриптов,
Перенесённые со скрипом.
Переведённые уже,
Читайте, ваше, по душе!

В них говорится о ушедшем,
Далёком, но теперь дошедшем. 
Войне Атлантов и Рассенов,
Где нарушение канонов.

От этого похолодало,
Оледенение настало.
Последнее, что ближе к нам,
Такое выпало за срам!

Тринадцать тысяч лет назад,
Таким увидели закат.
Но жизнь осталась и жила,
Хотя и выпала беда.

До этого все жили мирно,
В содружестве, где не обидно.
И вайтмары тогда летали,
Что вайтманы в себе держали.

Сто сорок в главном помещалось,
Всё точно это, не казалось.
Поменьше были и скромнее,
Но пошустрее и милее.

Такие были - для любви,
Что сокращали все пути.
По типу наших самолётов,
Но без отходов и отбросов.

Вот для таких и те площадки,
Где ромбики, как полустанки.
Аэродромы это, точно!
И это явно не порочно.

Летали к звёздам и мирам,
Стремились по своим делам.
К друзьям, конечно, как без них?
Ну ладно, хватит о былых.

Ночь Сварога пришла, и вот,
Ушли все корабли и флот. 
Лет так под тысячу назад,
Нет, полторы не видел взгляд.

Сварожья ночь, что за напасть?
Тяжелое тут время, страсть!
Система солнца входит в темень,
Миры такие, зла весь терем.

Ещё названье Кали – Юга,
Где низменное для досуга.
Поэтому и улетели,
Оставили нам карусели.

На каменной плите есть знаки,
К китайским отнесли, где враки.
Укоренилось у науки,
Что обезьяньи мы все внуки.

 Нет, это руны в письменах,
Тут наши корни при делах.
Плит этих триста сорок восемь,
В них вся земля, её там проседь.

Объёмная и вся живая,
Вот это да, во страсть какая!
Такая,  что и не придумать, 
Такая, что и не занюхать!

**

Книга Велеса.

В ней новгородские волхвы, 
Оставили, что и должны.
Последнее, что нам досталось,
Неистребимым оказалось.

В конце десятого писали,
Аж двадцать тысяч лет достали.
История почти вся тут,
Величие и правды суть.

Тут тоже есть о лединенье,
Где охлаждения явленье.
В одиннадцать  ноль, ноль восьмом,
До нашей эры жизнь кнутом!

Или тринадцать тысяч лет назад,
Плюс девятнадцать наугад.
От времени Великой Стужи,
Где злились и крутили вьюги.

Что были вызваны крушеньем,
Паденьем Фаты с сожаленьем.
Так малая луна звалась,
Что от войны разорвалась.

О той войне я говорил,
Не буду повторять посыл.
Всё в Ведах я отобразил, 
Зачем опять вам кровь и пыль?

Дополню, правда, тут немного,
Атланты, это часть живого.
Отпочковались и осели,
На острове, где волн напевы.

Где Атлантический буянит,
То океан, что ширью манит.
Тут Рода Антов жизнь текла,
Такою стала и земля.

А греки Атлантидой звали,
И так теперь мы обвенчали.
Потомки их тут малороссы,
То украинцы, чубом власы.

У края эта их земля,
От Свята Расы полоса.
А Фата, Леля, Месяц – планеты малые земли,
Которые не сберегли.
 
Период обращенья Фаты,
(По греческому Фаэтон).
Всего тринадцать дней, как сон.
Ближайшей же, и самой малой Лели,
Всего семь дней до цели.

Обледенение, что было, 
Ослабило, что так любимо.
Ушли с своих земель славяне,
Не все, но многие, и к драме.

Воспользовался тем сосед,
Аримы вышли все в набег.
Аримия - южней страна,
Оттуда эти племена.

Так Расичи их называли,
Что цвет родов в себя вобрали.
Так лучшие из лучших звались,
Которых чтили, восхищались.

Теперь китайская земля,
И раньше тут она была.
Но уже вся, по побережью,
Вот и рванули к зарубежью.

Неравная война была,
Тяжелая славян ждала.
Но одержали, победили,
Китайцы тоже не забыли.

В пять тысяч пятисотом восьмом,
До новой эры стих тот гром.
Двадцать второго сентября,
Христового календаря.

И это дата Сотворенья Мира,
Что в Звёздном Храме свято чтима.
Такая страшная война,
Такие жертвы принесла!

С тем новый календарь открыли,
С того момента порешили. 
Пётр первый запретил его,
Украл он наше торжество.

Не обмануть, ведь Слава вечна,
И лишь кощунство всё конечно!
Не оболгать нас, не отнять,
Опять вся с снами, чтоб сиять!

Оставило нам символ время,
Где воин убивает змея.
Вы знаете? – Оруженосец,
Георгий наш, Победоносец!

Не христианский он герой,
А наш, заслуженный судьбой!
«Но почему он убивает змея»? -
Вы спросите меня, глазея.

Страна Великого Дракона,
Вот изначальная основа!
И до сих пор Китай такой,
Гордится образной змеёй.

**

Библиотеки славян.

 В десятом было, с половиной,
Дочь Ярослава вдаль уплыла.
 К французским, с троном, берегам,
И стала королевой там.

Княгиня Анна там осела,
Что окружало, то деревня.
Париж, так называла строго,
Нет просвещенья тут, убого.

И это есть в её писаньях,
Которые слала в терзаньях.
Провинцией тогда была,
У Киева с руки брала.

Взяла туда библиотеку,
Что там и канула навеки.
Часть в девятнадцатом вернулась,
Сулокодзаеву досталась.

Он сделал первый перевод,
Той книги, где от предков зов.
А это Велесова Книга,
Где знание наследства зримо.

То деревянные дощечки,
Где руницы, для жизни свечки.
Вот их он нам и перевёл,
Земной ему за то поклон.

Жена его же после смерти,
Распродала значений вести.
Оставив чуть, а всё Царю,
И кануло всё, как во тьму.

Теперь концов не отыскать,
Романовы, да чтоб их в мать!
Но Миролюбов отыскал,
И Велесову вновь поднял.

Сфотографировал всю книгу,
И показал её всю миру.
В сорок втором он это сделал,
Чтоб мир величие изведал.

Волхвы её всю написали,
И передали нам словами.
О Семиречье дорогом,
И о исходе, где наш дом.

Что часть родов ушла отсюда,
Покинула, что им так любо.
На поиски ушли земель,
Где их ждала чужбины дверь.

А Семиречье – рек приволье,
Иль по другому Беловодье.
Иртыш(Ирий), Обь, Енисей и Ангара,
Табол, Ишим и Лена вся.

Прародина тут Свята Расы,
Такое это, тут романсы.
Любимое и дорогое,
Всё наше, а не наносное.

То подтверждается и в Ведах,
И Книге Велеса, и недрах.
Так археологи решили,
Не врут, ведь слепо не бродили.

Всё это напрочь отметает,
Историю, что нам мешает.
Да и историков науки,
Где загребущие лишь руки.

Врёт нынешнее и безмерно,
А это малого лишь скверна.
Украли всё у нас и волю,
Изранены мы их «любовью».

История, что означает?
Из Торы это вытекает.
Тут иудейское враньё,
А больше нет там ничего.

Славяне мы, а не евреи,
Так и зачем нам их все дебри?
Есть наше, это и искать,
Себя своим же прославлять!

Для всех история тут есть, 
Лишь для славян нет места здесь.
А почему скажите честно,
Тут геноцид, иль неуместно?

Мы на своей земле живём,
Так дайте наше, и рублём!
Спасибо тем, кто помогает,
Кто истинное вспоминает.

За это им земной поклон,
Не оскудеет правды дом.
Первоисточники же жгут,
Уничтожают и гнетут.

Нас что, в рабы уже низводят,
Так, кто же это нам готовит?
Ответ за вами Свята – Русы,
Решайте, если вы не трусы.

Не странно ли вам это всё,
Ведь правда губится давно?
Горят огнём библиотеки,
Одновременно и навеки.

Александрийская, Этрусская,
Афинская, Царьградская, …
Ивана Грозного ушла,
Да и все Мудрого дела. 

Первоисточники сгорают, 
А копии хранят и славят.
История - врагам гордится!
А нам готовят лишь молиться.

И то, кому, да и чему?
А Раю, но уже в гробу.
Зачем такой, а где реальный,
Куда ушел, тот – первозданный?

Три века так вражда глумилась,
В семнадцатом осуществилось.
Наукой стало вражье дело,
Вот и намаливаем древо.

**

Асгард Ирийский.

 Империи столица это,
Где храмовая суть воспета.
Джунгарами он был разрушен, 
Где свет величия потушен.

Аж в тысяче пятьсот тридцатом,
Такое выдалось закатом.
Тут пирамиды небо зрили,
Волхвы, и ведуны величье чтили.

В пещерах все хранили знанья,
Где предсказанья и преданья.
Под пирамидами ютились,
Там изучались и читались.

Ведун – владеющий Писаньем,
А также и его преданьем.
Напомнил вам, а вдруг забыли,
Теперь навеки застолбили!

В столице не было ни рвов,
Ни стен - защиты от врагов.
Не нужно это, ни к чему,
Не подобраться ко всему.

Защита без того стояла,
Невидимая, но держала.
Хоть армия, хоть человек,
Коль с злобой, то прощай навек.

Но с Ночью Сварога – беда,
Ослабла эта красота.
Не сразу, но теряла силу,
И магия воткнула вилы.

От чёрных сил произошло,
Они создали это зло.
Пред штурмом прямо постарались,
Вот так джунгары и ворвались.

Всё очень быстро получилось,
Не устояла Божья милость.
Волхвы старались - не смогли,
Вот в брешь вражины и прошли.

Ворвались, начали всё жечь,
Волхвов рубить – всем только смерть!
Не только людям, а всему,
И рукописи все огню.

Они с прародины пришли,
С Даарии принесены.
И канули во тьме войны,
Урон огромный для страны.

Всё вывернули наизнанку,
Греховности подняли планку.
Вот варвары, и их дела,
Такая, правда, бытия.

Даария, то  материк,
Который затонул, погиб.
Был в ледовитом океана,
Где северное ждёт дыханье. 

В студёном море Даарийском,
Таком далёком, но и близком.
Северия, Гиперборея, 
 Арктида или Арктогея.

Так в древности она звалась,
Теперь же нет, снегов там власть.
А после этого вторженья,
Ослабла сильно вся Империя.

В окраинах всё ощутилось,
Там болью это отразилось.
С особой силой в европейских,
Поддались хитрости злодейской.

Там фарисеи преуспели,
В наместниках корысть воспели.
Сказали им: «Вы короли,
По царски жизнь пора вести»!

Поддались этому вельможи,
И отделились от надёжи.
Восстали, предали величье,
Своё создали неприличье.

Где суверенность Гулливера,
И лилипутии химера.
Могущество с таким ослабло,
Ещё сильнее, и легально.

Там стали рушить все устои,
И клеить новые обои.
Где вычеркнуто то, что было,
Так и история уплыла.

Теперь осталось то, что есть,
Где геноцида злая весть.
Так до свиней нас опустили,
Корыто делают и ныне.

Какие-то варяги всплыли,
Монголы триста лет шалили,
Всё наврано и с тем отнято,
Да и пожарищем объято.

Нет истины, она гонима,
А, правда, с едким вкусом дыма.
Всё с нами это, в нас и есть,
Отбросьте то, где вражья спесь.

Тогда и станете собой,
И создадите всё рукой.
Но вместе надо, да и всем,
Тогда и сгинут страх, и плен! 

Яков Быль 20.06.2012

***

© Copyright: Яков Соломонович Быль - Смоленский, 2014

Регистрационный номер №0229482

от 29 июля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0229482 выдан для произведения:
Какая даль и тьма веков,
Забыто прошлое отцов.
Религия украла всё,
Забыто, что для нас дано.

А что же было до того,
Какое прошлое и чьё?
Рассения – вот изначально,
Потом Россея чуть печально.

А под конец Россией стала,
От греков видно эта рана.
Они стремились нас унизить,
Ну, а себя с таким возвысить.

Бывает, было и не раз,
Топтали нас в живую грязь.
Но мы вставали, да и жили,
Но славу вещую добыли!

Тут раса белая селилась,
Которая с небес спустилась.
Переселенцы из миров,
Как добровольцы для основ.

Где знания и истин высь,
От звёзд веление и смысл.
С созвездий нас сюда послали,
И это предки наши знали.

С Репейских гор, теперь Урала,
На запад крылья разбросала.
Такой была тогда Россия,
Но это часть живой миссии.

И на восток от Лукоморья,
Где севера лежит раздолье.
До Индии, её средины,
И к Тихому, где волны зримы.

Огромней нет страны для мира,
Энциклопедия решила.
В изданье первом и английском,
Так сказано о нашем близком.

В семнадцатом веку писалось,
Нет, позже чуть, как оказалось.
Добавьте семьдесят ещё,
И годик, вот и торжество!

Не верите? Ищите сами,
И докажите то глазами.
Там сказано, что было так,
История, и это факт!

Весь север азиатский наш,
И запад, и восток не блаж.
Южней Московии роды,
Да и в Сибири всё они!

Тут Астраханские сперва,
Потом Черкесская земля.
И Дагестанская ещё,
На этом думаете всё?

От Каспия уже другие,
Колмыкские, и нам родные.
Посевернее от него,
И чуть на запад их жильё.

Узбекские тартары и монголы,
От Перси и Индии просторы.
Но севернее их края,
Такое было не шутя.

На север – запад от Китая,
Тибетские, там их святая.
(Энциклопедия - Британика,
Первое издание, том третий.
Эдинбург, 1771 год, стр. 887)
Громадная была страна,
С провинциями сторона.

Огромнейшей была одна,
Великой звалась, как мечта!
Захватывала всю Сибирь, 
И весь восток, её тут ширь!

Китайская к ней примыкала,
Но не Китай, змеи, где жало.
На юг - восток её просторы,
Да и, конечно же и горы.

Срединная уже южнее,
Тут независимое семя.
Где Азия, но середина,
Такой была тогда картина.

Забыл о западе ещё,
Тут тоже было наше всё.
Московская, Кубанская,
И маленькая – «дамская».

Тартарии всё это были,
Там с радостью всегда мы жили.
Вот так друзья, не верил сам,
Но всё ж поверил «чудесам».

Татары же совсём другое,
Всё позже это и иное.
О главном тут я вспоминаю,
И о величии вещаю.

И про монголов не забудьте, 
Иные те, не обессудьте.
Нет ничего с того, что было,
Другое время, то остыло.

Но не беда, я вам напомню,
Отдам свой долг, а к вам с любовью.
Узнайте прошлое своё,
Пусть не кружится вороньё!

Тартарий много, почему?
Так получалось наяву.
Дробилась целостность на части,
От жутких войн все те напасти.

Джунгары рвались в центр земли,
Желали властвовать они.
Ирийский Асгард наш сожгли,
И вырезали часть страны.

Где Омск теперь, всё это было,
Ослабили, что так любимо.
Так в летописях говорится, 
В календаре ещё ютится.

В семь тысяча тридцатом вроде, 
Ещё плюс восемь при невзгоде.
От сотворения тут мира, 
Где в Звёздном Храме это чтимо.

Но в нашей эре по-иному,
Года другие – им икону.
В пятнадцатом веку случилось,
Ещё лет тридцать и сложилось!

Окраины мы потеряли,
Но не сломились, устояли.
Осталась мощь, да и какая,
Огромная страна, без края!

Аж в восемнадцатом огромна,
На главном месте эта форма.
Для мира первая по шири,
И это всё не мы решили.

С Америкой ещё надрыв,
Тут тоже наше, как забыл?
Вся северная часть её,
Да, вот такое естество!

**

Славяно – Арийская Империя.

Петровское мы помним время,
Но это маленькая тема.
Лишь часть Тартарии его,
Московия, его зерно.

Провинция она, с тем горько,
Часть от величия и только.
Дробилась целостность страны,
Осколки видим мы судьбы.

Произошло такое - стало,
А это больно и печально.
Князь в этом сильно преуспел,
Донской забрал себе удел.

Единовластвовать решил,
И с этим, что же совершил?
Владимир – Суздальское взял,
Монархом стал, себе лишь внял.

Решил устои изменить,
Свой Род возвысить, утвердить.
Другие пусть идут к нему,
Целуют ноги одному.

Так не бывало на Руси,
Зачем такое? Упаси!
Но вот свершилось и пошло,
И началось твориться зло.

В то время русские основа,
Но и другие, как подкова.
Все равные права имели,
Свободу чтили, ей радели.

Спроси любого: «Кто таков»?
В ответ услышишь: «Будь здоров!
Мы Тарха дети, да и Тары,
Хранителей Земли и Славы»!

Где Тарх – Даждь Бог, а Тара – Люба,
Природы – Матушки причуда.
В созвучии всегда и правде,
Где истинное в созиданье.

Он дал священные писанья,
Где девять книг для осознанья.
Тут Веды знания несли,
Дарили радость и мечты.

Глаголили о совершенном, 
Предназначении священном,
Где человек пришел творцом,
С открытым, праздничным лицом!

 Чрез Врата Звёздные на небе,
С созвездий материнских в беге.
Прошли все расы этот путь,
Чтоб тут пожить и жизнь вдохнуть.

Остались на Мирград - Земле,
С Великой Белой во главе.
Пришли с созвездий Белой Расы,
Другие из других - их трассы.
 
Так с желтизной - с Великого Дракона,
А с краснотой из Огненного Змея свода.
А с Мрачной Пустоши иные,
Ночная кожа их - такие.

**

Уры.

Вот так тут было, но давно,
Такое видно суждено.
Средь рас одни имели вес,
И это Уры – мысль небес.

Не много их, но знаний много,
Такая истины дорога.
С Урай - Планеты все они,
Мечты величие несли.

За гранью их познанья были,
За это их и свято чтили.
Наставниками стали всем,
Учителями в правде дел.

Тысячелетья освящали,
Величием всех восхищали.
Необходимые сначала,
И где грядущее звучало.

Зашифровали их в посланьях,
И передали в назиданьях.
Отдали их волхвам навечно,
Которые несли их честно.

Что будет нужно, то подымут,
Откроют и проклятье снимут.
Волхв, это тот, кто правду чтит,
Святое искренне хранит.

Хранитель чистоты в писаньях,
Где истины живые знанья.
Два алфавита получили,
Великое всегда хранили.

Но каждому дано своё,
Так посвященьем суждено.
Тут ха Арийский, с да Арийским,
Рунический и этим близкий.

Четыре образа на свете,
И этому весь мир свидетель.
Тут буквица и руники,
И черты с резами, как кубики.

А так же Молвицы Рассенские,
Такие всеявленские.
Осталась память и в словах,
Пример культУры не во снах.

А это то, что нам дано,
Что в знаниях к нам снизошло.
Моральные, духовные,
Для русских только годные.

Две касты видны в именах,
Урусы - иноземцев страх.
Объединенье тут звучит,
Где вечное в том говорит.

Учителя и их наследье,
Такое жизни проявленье.
И до сих пор ещё живёт,
Урус, и в этом смысл, почёт!

Ещё приставки раньше были,
Пример – ЭТруссы, это знали.
Особенность в том у племён,
Отличием определён.

ЭТ, означает просветлённый,
Культурой высоты взращенный.
А так же есть самоназванья,
Перуна дети – их преданья.

Венеды это, или Пруссы,
Теперь такие их «ресурсы».
Перун же, это Бог войны,
Защитник от лихой беды.

Он покровитель  и учитель,
Наставник воинский, хранитель.
Заступник для родных земель,
И Рода Святорусов Лель.

Для русичей и белорусов,
И эстов, литов, латов,
А так же сербов и земгалов,
Полян, да и латгалов.

Венея, тут они все были, 
В Европе Западной и жили! 
До девятнадцатого так,
Хотя и захватил их враг.

Ассимилировать пытался,
Уничтожал и издевался.
Так готы и германцы злились,
В десятом то веку случилось.

Столетьями тут шла война,
Перемешалось всё и вся.
Но имя Пруссии осталось,
Где кровью выстрадана «радость».

Два имени у русов было,
Пока от Уров знанье жило.
Когда покинули землян,
То разделился мир славян.

На касты поделилось всё,
Такое было суждено. 
Волхвы на первом,
Носители заветов верных.

Потом уж воинство - оно,
Профессиональное, своё.
А дальше земледельцы, скотоводы, 
Ремесленники для опоры.

Аристократия над ними,
Такими были, так и жили.
Так скотоводов племена,
Вдруг взяли скоттов имена.

А жители лесов – древляне,
Кто земледельцы, те поляне.
Обособленье ж дальше шло,
От холода произошло.

Когда в Сибири голод был,
Он в путь направил, насолил.
Последнее похолоданье
Устроило так испытанье.

Ушла часть предков на чужбину,
И берег родины покинут.
Искалась новая земля,
Чтоб снова всё начать с нуля.

Названья брали от вождей,
Сарматы, скифы, … - от корней. 
А если снова возвращались, 
То руссами все только звались.

Создались новые народы, 
Но все славянские по крови.
Немного отличались, правда,
Но не значительна преграда.

Чуть меньше, больше – вот различье, 
Но нет того, чтоб неприличье.
Традиции, язык и представленья,
Такие были измененья.

Поляки, сербы, чехи и славены,
Хорваты, македонцы и болгары.
И это только часть, какую помню,
А если вдруг, что вспомню, то  дополню.

Все знали, как, откуда вышли,
До средних так веков, а дальше скисли.
Империя существовала долго,
Десятки тысяч лет, не вру ни сколько.

И знанья были необъятны,
Всё о материи понятно,
А так же тонкие миры,
Им в руки были отданы.

**

Славяно – Арийские Веды.

В районе южного Урала,
Чан – Дыр деревня заплутала.
Там найдена была плита,
Чувырова та красота.

То карта Западной Сибири,
Рельефная, как сотворили?
Так сделана была искусно, 
Что нашим мастерам всем грустно.

Трёхмерная, со всем ландшафтом,
И два канала пышным шарфом.
Искусственные, видно были,
Двенадцать тысяч вёрст прорыли!

А ширина, какая – ох!
Пятьсот аж метров, как под вздох.
Ещё платин двенадцать было,
Такая ширь! Как та, едина.

Длинна же десять километров,
И глубина – три, в тех же метрах.
Нашлась  в двухтысячном тут вроде,
Нет, минус годик – в дар природе.

А от каналов недалече, 
Есть ромбики, площадки встречи.
Наверно это для посадки,
Вот это да, ну и загадки!

Такоё снизу не узришь,
Из космоса пожалуй лишь.
Так, кто же это мог так сделать?
Такое нам тут не изведать.

В конце двадцатого ещё, 
Доступным стало кое – что.
Вновь Веды выдали страницы,
Где от Инглингов колесницы.

Там знания из манускриптов,
Перенесённые со скрипом.
Переведённые уже,
Читайте, ваше, по душе!

В них говорится о ушедшем,
Далёком, но теперь дошедшем. 
Войне Атлантов и Рассенов,
Где нарушение канонов.

От этого похолодало,
Оледенение настало.
Последнее, что ближе к нам,
Такое выпало за срам!

Тринадцать тысяч лет назад,
Таким увидели закат.
Но жизнь осталась и жила,
Хотя и выпала беда.

До этого все жили мирно,
В содружестве, где не обидно.
И вайтмары тогда летали,
Что вайтманы в себе держали.

Сто сорок в главном помещалось,
Всё точно это, не казалось.
Поменьше были и скромнее,
Но пошустрее и милее.

Такие были - для любви,
Что сокращали все пути.
По типу наших самолётов,
Но без отходов и отбросов.

Вот для таких и те площадки,
Где ромбики, как полустанки.
Аэродромы это, точно!
И это явно не порочно.

Летали к звёздам и мирам,
Стремились по своим делам.
К друзьям, конечно, как без них?
Ну ладно, хватит о былых.

Ночь Сварога пришла, и вот,
Ушли все корабли и флот. 
Лет так под тысячу назад,
Нет, полторы не видел взгляд.

Сварожья ночь, что за напасть?
Тяжелое тут время, страсть!
Система солнца входит в темень,
Миры такие, зла весь терем.

Ещё названье Кали – Юга,
Где низменное для досуга.
Поэтому и улетели,
Оставили нам карусели.

На каменной плите есть знаки,
К китайским отнесли, где враки.
Укоренилось у науки,
Что обезьяньи мы все внуки.

 Нет, это руны в письменах,
Тут наши корни при делах.
Плит этих триста сорок восемь,
В них вся земля, её там проседь.

Объёмная и вся живая,
Вот это да, во страсть какая!
Такая,  что и не придумать, 
Такая, что и не занюхать!

**

Книга Велеса.

В ней новгородские волхвы, 
Оставили, что и должны.
Последнее, что нам досталось,
Неистребимым оказалось.

В конце десятого писали,
Аж двадцать тысяч лет достали.
История почти вся тут,
Величие и правды суть.

Тут тоже есть о лединенье,
Где охлаждения явленье.
В одиннадцать  ноль, ноль восьмом,
До нашей эры жизнь кнутом!

Или тринадцать тысяч лет назад,
Плюс девятнадцать наугад.
От времени Великой Стужи,
Где злились и крутили вьюги.

Что были вызваны крушеньем,
Паденьем Фаты с сожаленьем.
Так малая луна звалась,
Что от войны разорвалась.

О той войне я говорил,
Не буду повторять посыл.
Всё в Ведах я отобразил, 
Зачем опять вам кровь и пыль?

Дополню, правда, тут немного,
Атланты, это часть живого.
Отпочковались и осели,
На острове, где волн напевы.

Где Атлантический буянит,
То океан, что ширью манит.
Тут Рода Антов жизнь текла,
Такою стала и земля.

А греки Атлантидой звали,
И так теперь мы обвенчали.
Потомки их тут малороссы,
То украинцы, чубом власы.

У края эта их земля,
От Свята Расы полоса.
А Фата, Леля, Месяц – планеты малые земли,
Которые не сберегли.
 
Период обращенья Фаты,
(По греческому Фаэтон).
Всего тринадцать дней, как сон.
Ближайшей же, и самой малой Лели,
Всего семь дней до цели.

Обледенение, что было, 
Ослабило, что так любимо.
Ушли с своих земель славяне,
Не все, но многие, и к драме.

Воспользовался тем сосед,
Аримы вышли все в набег.
Аримия - южней страна,
Оттуда эти племена.

Так Расичи их называли,
Что цвет родов в себя вобрали.
Так лучшие из лучших звались,
Которых чтили, восхищались.

Теперь китайская земля,
И раньше тут она была.
Но уже вся, по побережью,
Вот и рванули к зарубежью.

Неравная война была,
Тяжелая славян ждала.
Но одержали, победили,
Китайцы тоже не забыли.

В пять тысяч пятисотом восьмом,
До новой эры стих тот гром.
Двадцать второго сентября,
Христового календаря.

И это дата Сотворенья Мира,
Что в Звёздном Храме свято чтима.
Такая страшная война,
Такие жертвы принесла!

С тем новый календарь открыли,
С того момента порешили. 
Пётр первый запретил его,
Украл он наше торжество.

Не обмануть, ведь Слава вечна,
И лишь кощунство всё конечно!
Не оболгать нас, не отнять,
Опять вся с снами, чтоб сиять!

Оставило нам символ время,
Где воин убивает змея.
Вы знаете? – Оруженосец,
Георгий наш, Победоносец!

Не христианский он герой,
А наш, заслуженный судьбой!
«Но почему он убивает змея»? -
Вы спросите меня, глазея.

Страна Великого Дракона,
Вот изначальная основа!
И до сих пор Китай такой,
Гордится образной змеёй.

**

Библиотеки славян.

 В десятом было, с половиной,
Дочь Ярослава вдаль уплыла.
 К французским, с троном, берегам,
И стала королевой там.

Княгиня Анна там осела,
Что окружало, то деревня.
Париж, так называла строго,
Нет просвещенья тут, убого.

И это есть в её писаньях,
Которые слала в терзаньях.
Провинцией тогда была,
У Киева с руки брала.

Взяла туда библиотеку,
Что там и канула навеки.
Часть в девятнадцатом вернулась,
Сулокодзаеву досталась.

Он сделал первый перевод,
Той книги, где от предков зов.
А это Велесова Книга,
Где знание наследства зримо.

То деревянные дощечки,
Где руницы, для жизни свечки.
Вот их он нам и перевёл,
Земной ему за то поклон.

Жена его же после смерти,
Распродала значений вести.
Оставив чуть, а всё Царю,
И кануло всё, как во тьму.

Теперь концов не отыскать,
Романовы, да чтоб их в мать!
Но Миролюбов отыскал,
И Велесову вновь поднял.

Сфотографировал всю книгу,
И показал её всю миру.
В сорок втором он это сделал,
Чтоб мир величие изведал.

Волхвы её всю написали,
И передали нам словами.
О Семиречье дорогом,
И о исходе, где наш дом.

Что часть родов ушла отсюда,
Покинула, что им так любо.
На поиски ушли земель,
Где их ждала чужбины дверь.

А Семиречье – рек приволье,
Иль по другому Беловодье.
Иртыш(Ирий), Обь, Енисей и Ангара,
Табол, Ишим и Лена вся.

Прародина тут Свята Расы,
Такое это, тут романсы.
Любимое и дорогое,
Всё наше, а не наносное.

То подтверждается и в Ведах,
И Книге Велеса, и недрах.
Так археологи решили,
Не врут, ведь слепо не бродили.

Всё это напрочь отметает,
Историю, что нам мешает.
Да и историков науки,
Где загребущие лишь руки.

Врёт нынешнее и безмерно,
А это малого лишь скверна.
Украли всё у нас и волю,
Изранены мы их «любовью».

История, что означает?
Из Торы это вытекает.
Тут иудейское враньё,
А больше нет там ничего.

Славяне мы, а не евреи,
Так и зачем нам их все дебри?
Есть наше, это и искать,
Себя своим же прославлять!

Для всех история тут есть, 
Лишь для славян нет места здесь.
А почему скажите честно,
Тут геноцид, иль неуместно?

Мы на своей земле живём,
Так дайте наше, и рублём!
Спасибо тем, кто помогает,
Кто истинное вспоминает.

За это им земной поклон,
Не оскудеет правды дом.
Первоисточники же жгут,
Уничтожают и гнетут.

Нас что, в рабы уже низводят,
Так, кто же это нам готовит?
Ответ за вами Свята – Русы,
Решайте, если вы не трусы.

Не странно ли вам это всё,
Ведь правда губится давно?
Горят огнём библиотеки,
Одновременно и навеки.

Александрийская, Этрусская,
Афинская, Царьградская, …
Ивана Грозного ушла,
Да и все Мудрого дела. 

Первоисточники сгорают, 
А копии хранят и славят.
История - врагам гордится!
А нам готовят лишь молиться.

И то, кому, да и чему?
А Раю, но уже в гробу.
Зачем такой, а где реальный,
Куда ушел, тот – первозданный?

Три века так вражда глумилась,
В семнадцатом осуществилось.
Наукой стало вражье дело,
Вот и намаливаем древо.

**

Асгард Ирийский.

 Империи столица это,
Где храмовая суть воспета.
Джунгарами он был разрушен, 
Где свет величия потушен.

Аж в тысяче пятьсот тридцатом,
Такое выдалось закатом.
Тут пирамиды небо зрили,
Волхвы, и ведуны величье чтили.

В пещерах все хранили знанья,
Где предсказанья и преданья.
Под пирамидами ютились,
Там изучались и читались.

Ведун – владеющий Писаньем,
А также и его преданьем.
Напомнил вам, а вдруг забыли,
Теперь навеки застолбили!

В столице не было ни рвов,
Ни стен - защиты от врагов.
Не нужно это, ни к чему,
Не подобраться ко всему.

Защита без того стояла,
Невидимая, но держала.
Хоть армия, хоть человек,
Коль с злобой, то прощай навек.

Но с Ночью Сварога – беда,
Ослабла эта красота.
Не сразу, но теряла силу,
И магия воткнула вилы.

От чёрных сил произошло,
Они создали это зло.
Пред штурмом прямо постарались,
Вот так джунгары и ворвались.

Всё очень быстро получилось,
Не устояла Божья милость.
Волхвы старались - не смогли,
Вот в брешь вражины и прошли.

Ворвались, начали всё жечь,
Волхвов рубить – всем только смерть!
Не только людям, а всему,
И рукописи все огню.

Они с прародины пришли,
С Даарии принесены.
И канули во тьме войны,
Урон огромный для страны.

Всё вывернули наизнанку,
Греховности подняли планку.
Вот варвары, и их дела,
Такая, правда, бытия.

Даария, то  материк,
Который затонул, погиб.
Был в ледовитом океана,
Где северное ждёт дыханье. 

В студёном море Даарийском,
Таком далёком, но и близком.
Северия, Гиперборея, 
 Арктида или Арктогея.

Так в древности она звалась,
Теперь же нет, снегов там власть.
А после этого вторженья,
Ослабла сильно вся Империя.

В окраинах всё ощутилось,
Там болью это отразилось.
С особой силой в европейских,
Поддались хитрости злодейской.

Там фарисеи преуспели,
В наместниках корысть воспели.
Сказали им: «Вы короли,
По царски жизнь пора вести»!

Поддались этому вельможи,
И отделились от надёжи.
Восстали, предали величье,
Своё создали неприличье.

Где суверенность Гулливера,
И лилипутии химера.
Могущество с таким ослабло,
Ещё сильнее, и легально.

Там стали рушить все устои,
И клеить новые обои.
Где вычеркнуто то, что было,
Так и история уплыла.

Теперь осталось то, что есть,
Где геноцида злая весть.
Так до свиней нас опустили,
Корыто делают и ныне.

Какие-то варяги всплыли,
Монголы триста лет шалили,
Всё наврано и с тем отнято,
Да и пожарищем объято.

Нет истины, она гонима,
А, правда, с едким вкусом дыма.
Всё с нами это, в нас и есть,
Отбросьте то, где вражья спесь.

Тогда и станете собой,
И создадите всё рукой.
Но вместе надо, да и всем,
Тогда и сгинут страх, и плен! 

Яков Быль 20.06.2012

***
Рейтинг: 0 343 просмотра
Комментарии (2)
0 # 9 августа 2014 в 21:39 0
Спасибо! Я думал,что только я пишу столь пространные "вещи". Заглядывайте,- у меня много "эзотерики". Трижды дед Вася.
Яков Соломонович Быль - Смоленский # 11 августа 2014 в 00:26 0
Не обещаю, дел невпроворот сейчас с этим: ЕЖЕГОДНЫЙ ФЕСТИВАЛЬ СЛАВЯНСКОЙ ТРАДИЦИОННОЙ НАРОДНОЙ КУЛЬТУРЫ «НАСЛЕДИЕ ПРЕДКОВ: СЛАВЯНСКИЙ МИР»
<foto preview="0" border="0" author_email="iakov2012@mail.ru" album_name="Блоги" album_url="_blogs" image_id="1940" width="600" height="300" title="" theme="misc" ext="jpg">

http://www.odnoklassniki.ru/group56718372241450/topic/62795433721898

Ответственность перед Родом. РОД – для кого-то пустой звук. Такие могут не читать. Не для них бисер. Я начал понимать язычников, нет не тех ряженых, что потрошат петухов на пнях в ожидании очередной яровухи. Я говорю о тех, кому дорог его Род. Возможно, этот человек и не знает своих предков дальше третьего колена – революция, Война, у кого-то – родители-совки, не помнящие родства – но такой человек всё равно жаждет. Он ощущает себя частью Большего, чем он сам. Он – вершина Древа, он – звено в непрерывной цепи. За его спиной сотни поколений, которые смотрят и ждут. Ради него они бились и умирали. Они любили его ещё не рожденного, они верили в него. Они копили и растили в себе ради него всё самое лучшее. Да, возможно, не все в Роду были добрыми людьми, возможно, были и злодеи, но такие выродки сами поставили себя вне Рода. Они просто продлили его – и канули в Лету. Ничто так не воодушевляет, как ответственность перед Родом. Это дивно – осознавать, что ты жив потому, что твой Род никогда не прерывался, — от самого возникновения Мира людей и до сего дня твой ген жил и боролся. И тогда понимаешь, что пока ты не продлил Род, любой уход от Жизни – предательство Рода. Спился, скололся, заработал бесплодие от разврата, стал пидором, покончил с собой от тоски и уныния – значит предал Род. Это страшно. Это держит. И осознание ответственности придаёт сил. Ты просто не имеешь права быть говном, потому что нет такого Права! Пращуры. Они смотрят. Они ждут. Скоро ты станешь одним из них. Что останется после тебя? Кто останется после тебя? Если боги славянские – суть Пращуры, — то, как их можно не любить, своих? Кто назовёт своих Пращуров – бесами? – Только выродок. Кто назовёт своих детей – рабами и овцами? – Только скотовод. Мы не скот и не рабы. Мы не унижаемся и не унижаем. Мы чтим Творца Вседержителя и любим Пращуров. Понимаешь: таким «богам» не нужны кровавые жертвы, не нужны униженные вопли, не нужно перманентное признание себя говном – сам не знаю в чём. Упал? – Отжался! И пошел дальше, намотав на ус проступок, и помня, чтобы не повторять. Преступил? – Искупи! Убил? – Усынови! А не в монастырь драпай, себя любимого замаливать. Мир жертвой держится. Мир болью сочится. Ты нужен вдовам и сиротам. Помоги, если можешь. У всех славян – один Отец и одна Мать. И это не вымысел – это наука, генетика. Наша гаплогруппа – R1A1. Мы – руссы. Мы – арии. Все мы – родня. Нет чужих русских детей. Продлить свой Род – долг. Сохранить Род ближнего – подвиг. Чего же хотят они — «боги»? – Твоего счастья. Как и каждый любящий отец. Каждый батя хочет, чтобы сын был здоровым, храбрым, умным, честным – чтобы мужиком был. Каждый батя хочет, чтобы сын был лучше его, а внук – лучше сына. Во всём. И так – восхождение до бесконечности. Разве это не Цель? Разве это не Смысл жизни – стать творцом самому и воспитать творца, а не тварь? Чего же ждут они? Ждут, что не предадим их Дела. Всего, что накопили, создали, отстояли от врагов ради нас. Смерти нет, пока жив Род. Давайте, мужики – отстоим, сохраним и преумножим! А дорогие и любимые наши женщины нам в этом помогайте.

<foto preview="0" border="0" author_email="iakov2012@mail.ru" album_name="Блоги" album_url="_blogs" image_id="1941" width="600" height="337" title="" theme="misc" ext="jpg">

Дайте руки - шире круг! http://www.stihi.ru/2014/04/06/1622
Популярная поэзия
+328 + 281 = 609
+312 + 204 = 516
+260 + 195 = 455
+243 + 198 = 441
+211 + 167 = 378
+201 + 173 = 374
+206 + 158 = 364
+175 + 145 = 320
+185 + 124 = 309
+159 + 145 = 304
+168 + 122 = 290
+154 + 135 = 289
+145 + 121 = 266
+160 + 100 = 260
+139 + 116 = 255
+135 + 117 = 252
+133 + 109 = 242
+140 + 102 = 242
+129 + 107 = 236
+152 + 83 = 235
+133 + 97 = 230
Все пройдет. 22 января 2012 (чудо Света)
+135 + 91 = 226
+133 + 92 = 225
+127 + 97 = 224
+118 + 105 = 223
+128 + 95 = 223
+133 + 81 = 214
+126 + 88 = 214
+114 + 98 = 212
ВЫБОР26 июня 2015 (Елена Бурханова)
+107 + 104 = 211
+122 + 86 = 208
ЗВОНОК25 октября 2013 (Елена Бурханова)
+118 + 86 = 204
+108 + 95 = 203
+113 + 89 = 202
+110 + 91 = 201
+111 + 90 = 201
+106 + 95 = 201
+116 + 81 = 197
+107 + 87 = 194
+152 + 41 = 193
+110 + 83 = 193
+106 + 84 = 190
+110 + 79 = 189
Де жа вю4 декабря 2013 (Alexander Ivanov)
+107 + 78 = 185
+108 + 76 = 184
+107 + 75 = 182
+110 + 66 = 176
+107 + 69 = 176
+116 + 60 = 176
+146 + 18 = 164