ГлавнаяПоэзияКрупные формыПоэмы → ИСТОРИЯ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА, часть третья

 

ИСТОРИЯ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА, часть третья

5 апреля 2012 - Владимир Алексеев

 

ИСТОРИЯ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА, часть III, гл. XLIII - XLVIII (Продолжение).
 
 



                                                                                    XLIII

      1359-1362 гг. Правление великого князя Дмитрия Константиновича, сорок первого правителя Руси.

   В одно и то же время с Иоанном
   Преставился в Орде хан Бердибек,
   Кульпа на время стал Великим Ханом,
   Но Наврус успокоил всех на век.*
   Князья в Орду в надежде поскакали,
   И Дмитрий Суздальский корону примерял,
   Затем его на родине встречали,
   И он поднять Владимир обещал.
   Капчакское могущество хирело,
   Хидырь Тейдулу, Навруса убил,
   Отца сын Темирхожа** кончил смело,
   Затем злодея хан Мамай добил.***

   Князь юный, Дмитрий, из Орды приехал
   И объявил себя Великим всей страны,
   Царь испугался и с престола съехал –
   Лишь смелым преимущества даны.
   Так юный отрок – было лишь двенадцать,
   Кормило государства в руки взял,
   Решил за Русь он, несомненно, драться –
   Решительностью Дмитрий обладал.
   И между тем погибло б государство,
   Когда бы не было столь мудрых пестунов,****
   Взрастивших князя и страны богатства,
   И отвративших от Руси врагов.

   * Спустя пять месяцев потомок Чингисхана Наврус убил Кульпу вместе с сыновьями.
   ** Сын Темирхожа убил своего отца, Великого хана Хидыря.
   *** Темник Мамай убил отцеубийцу Темирхожу на шестой день его правления.
   **** Пестун – опекун.
 
                                                                                   XLIV

        1362-1389 гг. Правление великого князя Дмитрия Иоанновича, прозванного Донским, сорок второго правителя Руси.

   Владимир взял князь Дмитрий Константиныч,
   Но юный Дмитрий вмиг его прогнал,
   Но добивать не видел он причины -
   Великодушно Суздаль-град отдал.
   Столицу два несчастья посетили:
   Пожар великий и зараза дня,
   Смоленск был мёртв, Москву совсем спалили,
   У многих умерла в тот год родня.
   Решил князь Кремль каменный построить,
   И приказал фундамент заложить,
   А также крепче Родину устроить:
   Порядок в ней железный утвердить.

   Прервал он новгородцев своеволье,
   Междоусобье твёрдо прекратил,
   Литовец Ольгерд сократил приволье,
   Лишь хан Мамай свой нрав не укротил.
   В Орду великий хан велел явиться,
   И Дмитрий, не боясь, собрался в путь,
   Народ не мог, конечно, усомниться,
   Что Дмитрия с Орды им не вернуть.
   Но милостиво Дмитрия хан принял,
   На княжество Руси благословил,
   Не стал он честное позорить князя имя -
   Могущество Москвы хан уловил.

   Послы Мамая Нижний посетили
   И оскорбили князя, русским мстя,
   Нижегородцы всех послов убили,
   И тысяча татар легла в гостях.
   Мамай не захотел мириться с этим,
   И Нижний-град он дважды разорил,
   Мурза Бегич набегами ответил,
   Но Дмитрий рать татар опередил.
   Молниеносно Бегича он встретил,
   Моголы вскоре обратили тыл,
   Сплочённым войском князь врагу ответил -
   Те за реку бежали, что есть сил.

   Проучен Дмитрием был Бегич-непоседа,
   Довольный возвратился князь домой,
   То была первая победа наших дедов
   Над Золотой Великою Ордой.
   Мамай, узнав, затрепетал от гнева,
   Решил Рязань дотла он разорить,
   Убиты все им – старики и девы,
   Но дальше Волги не посмел ходить.
   А Дмитрий между тем Литву принизил,
   Он Стародуб и Трубчевск осадил,
   Но государя местный люд возвысил,
   И трубчевского князя он простил.

   За поражение на брегах у Вожи
   Мамай желал Московию разбить,
   Мечтал он как Батый Великий тоже
   Российской крови допьяна испить.
   Призвал хан на совет князей ордынских,
   «Казним рабов строптивых!» - прокричал,
   В союз призвал князей Литвы и финских,
   Всем золото Руси пообещал.
   Изменник к войску вражьему прибился,
   То был Олег Рязанский – хитрый тип,
   Он с Дмитрием как будто помирился,
   Но тихой сапой к хану вновь прилип.

   Князь Дмитрий о походе хана сведал,
   Подался в храм – Всевышнего молить,
   Чтобы Господь разгром России не дал,
   Чтобы врага смертельного разбить!
   Гонцов отправил по градам и весям
   С известием о помощи стране,
   Напомнив всем, что мир предельно тесен,
   Никто не отсидится в стороне.
   Со всех концов полки в Москву спешили,
   До слёз тем умиляя наш народ,
   За Веру и Отечество решили:
   С моголами сразится весь наш род!

   Игумен Троицкой обители – брат Сергий -
   Кровопролитнейшую битву предсказал,
   Мол, полетят с ушей моголов все их серьги,
   И двух громадных князю иноков отдал.
   То были Пересвет и брат Осляби -
   Богатыри огромнейшей страны,
   И биться с ханом руки не ослабли,
   И нам победу принесли сыны.
   На поле Девичьем князь смотр войскам устроил -
   150 тысяч собралось на нём, -
   Полки лихие по градам построил,
   Москва встречала их прекрасным днём.

   Приблизились полки родные к Дону,
   Решили реку бродом перейти, -
   Чтоб больше нанести врагу урону,
   И чтобы робкий не сумел уйти.
   На поле Куликовом* враг замечен,
   Князь Дмитрий, горячась, всё рвётся в бой,
   Бояре стерегут: «Ты, князь, не вечен,
   Врага мы победим с живым тобой».
   С Темир-мурзой наш Пересвет сошёлся,
   И оба пали – сражены копьём,
   Вскричал князь: «Братья, за Россию бьёмся!»
   Какая сила вдруг открылась в нём.

   На десять вёрст рекою кровь струилась,
   Ряды смешались, пали храбрецы,
   Часа четыре битва эта длилась,
   Лежали вместе сыновья, отцы;
   Засадный полк помчался из дубравы,
   Владимир, князя брат, его водил,
   Татары испугались свежей лавы,
   И стало ясно – Дмитрий победил!
   Смотрел Мамай с кургана на сраженье,
   «Велик бог христианский», - молвил хан,
   Признал он этим словом пораженье,
   И побежал моголов атаман.

   Наш предводитель смело шёл в атаку,
   Как простой воин он врагов разил,
   Везде кидался Дмитрий первым в драку,
   Но всё-таки в ловушку угодил.
   Был Дмитрий оглушён ударом сильным,
   Под деревом как мёртвый он лежал,
   Но оказался государь двужильным,
   Открыл глаза и всех расцеловал.
   Великую победу Русь узнала,
   Большая слава шла до наших дней,
   И много храбрецов в той битве пало:
   На двести тысяч стал наш мир бедней.

   Донским в народе Дмитрия прозвали,
   Владимира люд Храбрым окрестил,
   Давно в России сей победы ждали,
   И князь гонцами всех оповестил.
   Мамай был Тохтамышем уничтожен,
   И в Кафе жизнь свою закончил он,
   А новый хан был очень осторожен,
   Сказав, что "враг России побеждён".
   Перенесёт Россия радости и беды,
   И Куликовской битве свет нести,
   Сам Пётр признал, что до его победы,**
   Она слыть будет главной на Руси.

   Не мог великий хан быть нашим другом,
   Хотел он как Узбек всю дань сбирать,
   И порешил копьем, мечом и луком,
   Могуществу России помешать.
   Да, хитрый Тохтамыш Русь не оставил,
   И через год явился у Кремля,
   Коварством хан врата открыть заставил,
   Вновь запылала русская земля.
   Горели города, и гибли люди,
   Что толку, что князь в битве победил,
   Моголы вновь пришли на Русь как судьи,
   Но Дмитрия народ наш не корил.

   Богатую дань дали Тохтамышу,
   Из пепла воссоздали города,
   Но Дмитрия великую победу
   Россия не забудет никогда.
   За злой грабёж, жестокие убийства
   Князь Дмитрий новгородцев наказал,
   И двадцать шесть князей, как знак единства,
   Пошли войной на град – царь приказал.
   Но Новгород не захотел он рушить
   И с гордых горожан собрал лишь дань,
   Не в силах князь был русский мир нарушить,
   Когда могол нанёс отчизне столько ран.

   Скончался Дмитрий, люд был неутешен,
   Он первый, кто Орду открыто бил,
   В единстве государства был успешен:
   Князь сыну, а не брату трон дарил.
   Великодушен и любим народом,
   Князь церковь ежедневно навещал,
   Гордился своим древним русским родом,
   Отвагу со стыдом он совмещал.
   До правнука продлил Руси он рабство,
   Но всем народом Дмитрий был прощён,
   За гордость, храбрость, ум, любовь и братство
   Князь в храме Михаила*** погребён.

   * Великая Куликовская битва произошла 7 сентября 1380 года.
   ** Имеется ввиду Полтавская битва.
   *** Храм святого Михаила в Москве.

                                                                                   XLV

        1389-1425 гг. Правление великого князя Василия Дмитриевича, сорок третьего правителя Руси.

   Встал на престол сын Дмитрия - Василий,
   Посол Шахмат ему ту грамоту вручил,
   Великокняжение сынов, оставив в силе,
   Наследие Москве хан поручил.
   Мог князь Россией править лишь с Советом,
   Владимир, дядя, был от власти отстранён,
   Боярским был подвержен князь наветам,
   И к осторожности предельной был склонён.
   Великий дядя в отчий Серпухов уехал,
   Его Василий, к счастью, тоже не забыл,
   И, извинившись за семейные огрехи,
   Ему он Волок с древним Ржевом подарил.

   Василий должен был свершить три дела:
   Во-первых, цепи Тохтамыша облегчить,
   А во-вторых, Литву остановить умело,
   И, в-третьих, новые уделы приобщить.
   Пять лет назад Василий слово дал Витовту,
   Что скоро женится на дочери его,
   И слово князя, как-то данное литовцу,
   Сей государь теперь смог претворить легко.
   В Орду приехав, был он принят с лаской,
   И Тохтамыш ему добавил городов,
   Скорей всего, под мудрой этой маской
   Хан биться с Тамерланом был готов.

   Град Новгород обуздан князем дважды,
   Мятежников четвертовали всех,
   И северный народ, весьма отважный,
   Был должен данью искупать свой грех.
   А Тамерлан, низвергнув Тохтамыша,
   Без закавыки растоптал Елец,
   И видя пред собой столицы крыши,
   Хан до Москвы добрался, наконец.
   Собрал князь войско под свои знамёна
   И у Коломны хана поджидал,
   Ждал две недели Тамерлан у Дона
   Затем взять южный Азов приказал.

   Без битв Василий долго в мире правил,
   Пока к Москве пришёл хан Эдигей,
   Он здесь добычу неплохую справил
   И данью русской приобрёл друзей.
   Тем временем Темир Булата скинул
   И Эдигея за море прогнал,
   Ну, а затем он царствие покинул
   И Русь хан этот всё-таки не взял.
   Литовцы Русь преследовали мало,
   И шведы не решались нападать,
   Вновь новгородцам от царя попало,
   Но, в общем, отдыхала наша рать.

   В 53 года умеп князь Василий,
   36 лет он на престоле был,
   Не показав ни доблести, ни силы,
   Россию данью государь хранил.
   Он не был как отец великодушен,
   И храбростью князь не был наделён,
   Орде Василий был всегда послушен,
   Но был благоразумен и умён.
   Единовластие князь на Руси оставил,
   Он Нижний, Суздаль, Муром заслужил,
   Достойным миром родину прославил
   И преспокойно сам он в нём прожил.

                                                                                   XLVI

         1425-1462 гг. Правление великого князя Василия Васильевича Тёмного, сорок четвёртого правителя Руси.

   Ребёнком был великий князь Василий,
   Когда на троне заменил отца,
   Десятилетний, далеко не в силе –
   Совет боярский ставил молодца.
   Был дядя Юрий очень недоволен,
   Митрополит его остановил,
   На что князь Юрий вымолвил, что болен,
   Одумался и мира запросил.
   Литовский князь Витовт поздравил внука
   И вскоре пригласил на званный пир,
   В Василии признал дед Витовт друга:
   На пире был подписан вечный мир.

   Через три года Юрий мир нарушил,
   К Махмеду оба ехать положили,
   У хана юный князь лишь дядю слушал,
   Но грамоту Василию вручили.
   Владимир перестал столицей зваться,
   В Москве Улан-царевич трон вручал,
   И дядя миновал с царём ругаться,
   А Дмитров-град племяннику отдал.
   Но ханский суд вражды не уничтожил,
   И Юрий сам столицей завладел,
   Бежал Василий, в Костроме он пожил,
   И дядя подарил ему удел.

   Но юноше удачу Бог приносит,
   Люд просит по отцу его на трон,
   И снова на престол Василий всходит…
   По странному согласию сторон.
   Отправился князь Юрий в мелкий Галич,
   На Куси* вновь Василия разбил,
   Василию вновь боги шанс давали:
   Со смертью** Юрий трон ему дарил.
   Ни твёрдости души, ни уваженья,
   Князь Юрий от рожденья не имел,
   Тщеславен был и преисполнен мщенья,
   И князем быть великим не сумел.

   Сын Юриев, Косой, на трон метнулся,
   Но братья отвернулись от него,
   Царём разбит был, в Дмитров-град вернулся,
   Был ослеплён и… больше ничего.
   И с Новгородом бился князь Василий,
   И даже на него пошёл войной,
   Но этот город не боялся силы,
   И дань забрав, вернулся князь домой.
   В сороковом году наследник появился,
   Был назван Иоанном молодец,
   Провидец Мисаил в Москву явился
   И Новгороду предсказал конец.

   Василий дружно жил с могольским ханом,
   И дань ему выплачивал сполна,
   Но в соответствии с его высоким саном
   Могла возникнуть иногда война.
   Царевич Мустафа Рязань разрушил,
   Но с холодом он справиться не смог,
   Василий дерзкий план его нарушил,
   И хан погиб, хотя спастись и мог.
   Улу-Махмед взял Новегород Нижний,
   Великий князь решил его добить,
   Но не пришлось, он оказался лишним -
   Василию пришлось в плен угодить.

   Пленению царя был рад Шемяка,
   Но хитрый хан Василия простил,
   Сейчас ему была не к спеху драка -
   Он на свободу князя отпустил.
   Но злой Шемяка тяжбу так построил:
   Он гордого Василия пленил,
   Привёз в Москву, боярский суд устроил
   И за Косого*** князя ослепил.

   Но царствие опять забрал Василий,
   Шемяка в Новегород убежал,
   Вновь государство оказалось в силе,
   И князь Шемяке больше не мешал.
   Василий в Устюг поспешил войною,
   И здесь Шемяке наступил конец,
   Его побил князь, завладел страною -
   От яда тихо умер удалец.
   Беда, подьячий, прилетел в столицу
   О гибели Шемяки возвестил,
   Всё кончилось, кровь перестала литься,
   Василий злого недруга простил.

   Он Новгород склонил, согнул и Вятку,
   Завоевал другие города,
   И ханам не платил большую взятку,
   Спокойно доживал свои года.
   Не мог повелевать, как дед великий,
   Терял державу и частенько честь,
   Бывало, усмирял народ свой дикий,
   Но падок был на доброту и лесть.
   Не заслужил князь памяти народа,
   Немного на счету и славных дней,
   Не самый сильный был он воевода,
   Но государство сделалось сильней.

   * В 1434 году князь Юрий Дмитриевич вновь разбил московское войско на реке Кусь, осадил Москву и вступил в Кремль.
   ** 6 июня 1434 года князь Юрий Дмитриевич внезапно умирает на шестидесятом году, оставив сыновьям только наследственные города, забыв передать великое княжество.
   *** Косой и Шемяка – сыновья князя Юрия Дмитриевича, дяди Великого князя Василия Васильевича Тёмного.

                                                                                 XLVII

         1462-1505 гг. Правление государя, державного великого князя Иоанна III Васильевича, сорок пятого правителя Руси.

   Перестаёт междоусобица быть главной,
   Россия процветает и растёт,
   И иностранцы признают её державной,
   Хотя народ российский лучше не живёт.
   Столица хорошеет год от года,
   Металлы Русь из недр достаёт,
   В Москву подходит иностранцев мода,
   Искусство, просвещение растёт.
   Посольства иноземные приходят,
   В Европу от Руси послы спешат,
   Рать наша амуницию заводит,
   Хотя князья раздорами грешат.

   С тверской княжной царевич обручился
   И в двадцать один год сел на престол,
   Хотя был юн, он не спешил, учился
   И сорок с лишним лет на троне шёл.
   Три года Иоанн державил мирно,
   Моголам дани больше не платил,
   Ахмату* показалась это жирным
   И на Москву он рать оборотил.
   Ази-Гирей, хан крымский, его встретил
   И на Дону сошлась орда с ордой:
   Враги друг другу расставляли сети,
   А Иоанн в тиши ушёл домой.

   Мороз сковал в то время государство,
   Жестокий мор среди народа шёл,
   У Иоанна начались мытарства:
   В могиле он жену свою нашёл.
   Но князь не унывал и подвиг ратный
   Для родины любимой совершил:
   Разбил татар, с врагов взял выкуп знатный
   И к вечному их миру принудил.
   Боярыни бунт, Марфы новгородской,
   С жестокостью большою был смирён,
   И отголосок битвы сей Шелонской
   Позволил укрепить московский трон.

   Был на Двине разбит Василий Шуйский,
   Литовский Казимир вновь поражён,
   Заволжская сторонка стала русской,
   И Пермский край Москвою покорён.
   Татарская орда Алексин смяла
   И с жителями город подожгла,
   До берега реки дружины гнала,
   Но за Оку пробиться не смогла.
   Хан Золотой Орды, Ахмат могучий,
   Задумал на Москву идти войной,
   Увидел за Окою русских тучи
   И в ужасе поворотил домой.

   Великий государь решил жениться
   На греческой царевне. Этот брак
   Давал России с Грецией сродниться,
   Митрополит решил: да будет так!
   Царевну Софью с радостью встречали
   И Новгород, и Псков, и вся Москва,
   Вином, дарами, мёдом привечали,
   И шла о ней прекрасная молва.
   В Соборной церкви сей обряд свершили,
   Сам Папа этот брак благословил,
   И на Совете люди порешили:
   В Европе люд о нас заговорил.

   Из Рима архитекторов призвали,
   Строительство стены царь утвердил,
   И башни все по имени назвали,** -
   Воздвигнув Кремль, Москву князь укрепил.
   Архангельский Собор Соляри строил,
   Где мощи положили всех князей,
   Сей мастер красоту Москвы удвоил,
   Художников призвав, своих друзей.
   Они создали роспись, пушки лили,
   Чеканили монеты, жгли кирпич,
   Палату Грановитую творили,
   Нам помогли величия достичь.

   Ливонский Орден к Новгороду рвался,
   Великий князь в град рать свою послал,
   И немец мощи русской испугался,
   И клятвенную грамоту прислал.
   На службу принят был царевич ханский,
   И под Рязанью верно он служил,
   И Мустафа, великий хан татарский,
   С московским князем долго в мире жил.
   Менгли-Гирей, хан крымский, рад был дружбе,
   Полезной для обоих государств,
   В покойной жизни, да и в ратной службе
   Был Иоанн посредником двух ханств.

   Стал Иоанн великим государем,
   Но Новгород им не был покорён,
   И чтобы силы не пропали даром,
   Решил царь истребить его огнём.
   Бескрайне долго шли переговоры,
   Готовы новгородцы дань платить,
   Но все эти пустые разговоры
   Решенье князя не могли сменить.
   Он город был намерен взять измором,
   И голод не заставил себя ждать,
   Пришлось смириться северным поморам –
   Сильна была у государя рать.

   Закончились свобода новгородцев,
   Теперь всем правил царь всея Руси,
   Казнил он всех, кто присягал литовцам,
   И тех, кто продолжал ещё бузить.
   Ахмат взъярился, дань платить заставил,
   Явился на Угру осенним днём,
   Но Иоанн там рать свою поставил
   И заявил: «За родину умрём!».
   Внезапно обе рати отступили,
   Предотвращая «хитрости» врага,
   Цари и рады: в битву не вступили…
   Честь государям тоже дорога.

   Хан отошёл в Литву, добычу справил,
   Но в первый раз Руси не разорил,
   Сей недруг навсегда наш край оставил, -
   Россию царь Ахмат не покорил.
   Народ был государем недоволен
   За то, что Софью из Москвы услал,
   За то, что с ханом был в бою безволен
   И полной, чистой славы не сыскал.
   Зато люд славил твёрдость духовенства,
   Виссариона, старца, уважал,
   И удивлялся, что монарх Московский***
   Вмиг покровителем моголов крымских стал.

   Литовский орден покорён был Псковом,
   Витовт, король литовский, усмирён,
   Склонилась Тверь пред господином новым,
   А князь её в Литве был погребён.****
   Казань взял Иоанн, пленив их хана,*****
   Менгли-Гирею здравицу послал,******
   И чтобы всё случилось без обмана
   Он Алегама в Вологду сослал.
   Несчастие постигло Иоанна:
   Сын Иоанн внезапно заболел,
   Венецианский лекарь жёг все раны,
   Но сей заразы не преодолел.*******

   Преставилась мать князя Иоанна,
   Он с братьями до сих пор мирно жил,
   Но понял, что доверился им рано -
   Андрея царь в темницу заточил.
   Борис, второй брат, тоже быстро умер,
   Великий князь их вотчины забрал,
   Сынам он утвердил наследство в думе,
   И трон наследственный законом стал.
   Скончался брат Андрей в темнице вскоре,
   Великий князь покаялся в вине,
   И хотя слёз по братьям младшим было море,
   Всё это как-то позабылось в тишине.

   Король литовский, Казимир лукавый,
   Лукомского заслал в Москве пожить,
   Злодейством тот хотел добиться славы,
   И Иоанна ядом отравить.
   Но государь сей замысел расстроил,
   Смертельный яд преступника нашёл
   И у реки казнь страшную устроил:
   В горящей клети смерть злодей нашёл.
   Литовский Казимир тихо скончался,
   Сын Александр на трон отца вступил,
   Он в дружбе Иоанну долго клялся,
   Но князь с тем миром явно не спешил.

   На рубеже с Литвой, на речке Нарве,
   Был князем Ивангород заложён,
   На Девичьей горе, красивом яре,
   Сей город-крепость каменный введён.
   Препятствовать строительному делу
   Ливонцы-немцы явно не могли,
   Погоревали супостаты по наделу,
   В отместку россиянина сожгли.
   Князь Иоанн был зол, на них сердился,
   Полсотни иностранцев изловил,
   Над ними, правда, он не поглумился,
   Но от тоски в темницу заточил.

   Ливонский Орден шибко испугался,
   Товары больше в Русь не посылал.
   Князь об ошибке быстро догадался,
   Но извинений немцам не послал.
   Литвы набеги часто Русь смиряла,
   И шведов била тоже много раз,
   Хотя своих наделов не отдала,
   Но и чужим добром не разжилась.
   России немцы снова досаждали,
   Менгли-Гирей Орду не раз пластал,
   Зато в Европе короли признали,
   Что русский Иоанн великим стал.

   Супруги Софьи Иоанн лишился,
   Затем и сам внезапно заболел,
   Над завещанием довольно долго бился,
   Но не забросил эпохальных дел.
   На трон сына Василия поставил,
   На русской Соломонии женив,********
   Закон, как Уложение, составил,
   Порядок царский в Думе укрепив.
   Любимой Феодосии супруга*********
   Из рода князей Холмских подобрал,
   Но жаль, что от жестокого недуга
   Господь к себе несчастную прибрал.

   Князь в октябре покинул царство света,
   Но повеленья строго отдавал,
   Жаль, что изменника казанского Магмета
   Сей государь уже не наказал.
   Почти 67 лет правитель прожил,
   И много славных дел он совершил,
   Империю Российскую умножил
   И путь героем Мира завершил;
   Устройством рати русской занимался,
   Хотя на битвы лично не ходил,
   Умом с врагами государь сражался,
   И почти всех в Кремле он победил.

   Любил князь нашу Родину безмерно,
   Русь Белою Россией называл,*********
   Держал он слово царское примерно,
   И потому о нём весь Мир узнал.
   Не помнят наши внуки Иоанна,
   Но, может, знают эпизод один:
   Как за пределы государства хана,
   Шесть лет ходил российский гражданин.
   То Афанасий славный был, Никитин,
   Купец тверской три моря покорил,
   И путешествий дивных этих нити
   Для нас в рассказ чудесный превратил.***********

   * Царь Ахмат – великий хан волжских улусов.
   ** Итальянским архитектором Пьетро Антонио Соляри, названным в России Петром Антонием Фрязиным, были воздвигнуты башни над Боровицкими и Константино-Еленскими воротами, а также Свибловская, Никольская, Собакина (позже Угловая Арсенальная – недалеко от неё находится могила Неизвестного Солдата) и Фроловская (ныне Спасская) башни. Соляри был известнейшим архитектором своего времени. Именно он достраивал знаменитый Миланский Собор, начатый ещё его дедом и отцом.
   *** После отражения орды Ахмета Иоанн вручил Довлетеку, сыну крымского хана Именека опасную грамоту с золотой печатью для свободного пребывания во всех московских владениях. Странности судьбы: Россия, долго губимая татарами, сделалась её покровительницей и верным убежищем в несчастьях.
   **** Князь свободной Твери Михаил Борисович не покорился Москве, был побеждён, бежал от расправы Иоанна и умер в Литве.
   ***** Алегам – 9 июля 1487 года была взята Казань. Великий хан казанский был пленён Иоанном, привезён в Москву вместе с жёнами и затем сослан в Вологду.
   ****** Великий князь Иоанн жил в дружбе с крымским ханом Менгли-Гиреем и часто вместе с ним воевал против остальных ханов Золотой Орды.
   ******* Венецианец Мистр Леон лечил любимого царевича, но тот скоропостижно умер на тридцать втором году от роду. Великий князь приказал казнить Леона.
   ******** Иоанн женил своего сына Василия на Соломонии, которая была из рода Годуновых.
   ********* Иоанн так сильно любил свою дочь Феодосию, что не хотел выдавать её замуж за иноземного принца. Чтобы она всегда была рядом, князь выдал дочь за Василия Холмского.
   ********** Белая Россия, то есть великая, древняя.
   *********** Приблизительно в 1470-1476 гг. купец из Твери Афанасий Никитин попал в Индию и затем оставил будущим поколениям свои удивительные записки. По ним был поставлен замечательный советский фильм «Хождение за три моря» с Олегом Стриженовым в главной роли.

                                                                                  XLVIII

         1505-1533 гг. Правление великого князя Василия Иоанновича, сорок шестого правителя Руси.

   Державу от отца Василий принял,
   Племянника в темницу заточил,
   Как должное тот этот акт воспринял,
   И юношей в неволе опочил.
   Измена хана требовала мести,
   Василий на Казань направил рать,
   Но получил нерадостные вести:
   Хан сам заставил русских умирать.
   Вскипев, Василий Щеню шлёт на Волгу
   И требует посла освободить,
   Магмет-Аминь покаялся по долгу,
   Руси поклявшись ревностно служить.

   Не взяв Казани, князь в Литву метнулся -
   Там Сигизмунд на трон отца взошёл, -
   Царь от Острожского, конечно, отвернулся,
   И Михаила Глинского нашёл.*
   Сей знатный воин, нашу Русь прославил
   Березину, Минск, Вильну разорил,
   Забрезенского** в доме обезглавил
   И по дороге Мозырь покорил.
   Тут Сигизмунд свой мир Москве предложил,
   Опасность разглядев в набеге том,
   Литву Василий больше не тревожил
   И занялся Тавридою потом.

   Посол Морозов был мурзой унижен,
   Но Кудояра хан сам наказал,
   Хотя невежа в ранге был понижен,
   Слабее наш союз с Тавридой стал.
   А Пскову князь послал предупрежденье,
   Чтобы народ сей колокол отдал,
   Исчезло той свободы дуновенье:
   Василий вольность града отобрал.
   Сменил он угнетателей корыстных
   И Курбского в град с Шуйским подослал,
   Лишился Псков и славы, вольных мыслей,
   Но жаловаться князю перестал.

   Василий в переписке с Сигизмундом
   Три года не могли найти концов,
   Окончиться могло всё это бунтом,
   Но усмирили ханы молодцов.
   Литва Менгли-Гирею обещала
   15000 тысяч за войну с Москвой,
   И эта сумма преткновеньем стала:
   Пошёл коварный хан на нас войной.
   Василий пристыдил Менгли-Гирея,
   Припомнил обязательства его,
   И хан затих, вновь нападать не смея,
   Бежал в границы царства своего.

   Закончилась война с Литвой большая,
   За десять лет вернула Русь Смоленск,
   И если бы не злая хана стая,
   Кровопролитию давно пришёл конец.
   Рязань Василий взял, пленив Ивана,
   А мать в монастыре князь поместил,
   И этим, подтвердив величье сана,
   Единовластие в России утвердил.
   Путивль вручил Шемякину Василий,
   Хотя за храбрость Северский был мил,
   Но, опасаясь, что удел был в силе,
   В темнице царь Шемякина сгноил.

   Магмет-Гирей на Астрахань шёл с ратью,
   Мамай ногайский битву упредил:
   Пока Гирей устроил пир со знатью,
   Акиш в шатре крымчанина убил.
   Казы-Гирей стал царствовать в Тавриде
   И дань с Москвы большую запросил,
   Василий всё оставил в том же виде,
   Но смерть послов российских не простил.
   России рать Казань вновь осадила,
   Но Бельский данью хана был польщён,
   Без славы шла домой отчизны сила,
   А воевода - царской милости лишён.

   Одна лишь мысль Василия терзала:
   Наследника царица не дала;
   Случилось то, как уж не раз бывало:
   В монашки государыня пошла.
   От мира Соломонию отвергли,
   Постригли, тихо в Суздаль увезли,
   Побоями там в униженье ввергли,
   Елену к государю привели.
   Три дня двор пировал на свадьбе званной,
   На Глинской князь Василий стал женат,
   И милостью, царём московским данной,
   Был выйти из темницы дядя рад.***

   В году тридцатом Русь была в восторге:
   Родился Иоанн - Великий сын,****
   Не будем мы, друзья, судиться в торге -
   Добром и злом сей заслужил он чин.
   Князь ликовал! Наследник народился!
   Народ он чистым златом осыпал,
   Отец счастливый даже прослезился,
   С людей знатнейший он опалу снял.
   А через год Георгий народился,
   Был счастлив государь, с царицей мил,
   Он с братьями родными помирился
   И младшего, Андрея, князь женил.

   Скончался князь Василий от болячки,
   Которой он значенья не придал,
   Бояре ожили от долгой зимней спячки,
   И каждый на поминки прискакал.
   На одре государь наш причастился,
   Трёхлетнему младенцу трон вручил,
   Пред смертью за Россию помолился,
   Острижен был... и в ризе он почил.
   В народе князя добрым называют,
   И мудрости почтенье отдают,
   Хороших дел за ним не забывают -
   И летописцы это признают.

   Природу князь любил и ловлю славил,
   Он псовую охоту основал,
   Великолепием дворянский двор прославил,
   Послов заморских щедро угощал.
   Большие средства отдавал князь Богу,*****
   Казань неоднократно воевал,
   Татарам перерезал в Русь дорогу:
   Град Васильсурск на Волге основал.
   Законы издавал и церкви строил,
   За войском очень тщательно следил,
   Всех недругов надолго успокоил,
   Величие России сохранил.

         Состояние России. 1462-1533 гг. Из «Записок» иностранца Герберштейна.

   Дивился Герберштейн устоям русским,
   Был волей государя удивлён,
   Народа поражён свободой узкой
   И царской тиранией возмущён.
   Усердие в делах его пленило,
   Когда всё исполняется без слов,
   И в битвах Русь брала всё больше силой,
   «За Веру и царя!» свой строя зов.
   Могуществу России изумлялся,
   И армии он должное воздал,
   Куда бы иностранец не являлся,
   Его везде приём прекрасный ждал.

   Татарин в битве до конца дерётся,
   Руками машет и ногами бьёт,
   Но в плен и без меча он не сдаётся,
   Хотя из раны кровь ручьями льёт.
   Не плох и турок, коль в строю он бьётся,
   Но стоит лишь остаться одному,
   Бросает саблю и уже сдаётся,
   Пощады просит и… конец ему.
   Гонись за русским: он бежит, не стонет,
   Коли его, руби, он молча ждёт,
   Достоинства и чести не уронит,
   Пощады не попросит и умрёт.

   В суде богатый прав всегда бывает,
   Зачем ему обманывать, коль сыт,
   И взятки он давать не забывает,
   И судьями, конечно, не забыт.
   Купцами наша славилась отчизна,
   Бобёр и белка были нарасхват,
   Варягов привлекала дешевизна,
   И меху русскому был иностранец рад.
   Росла Москва с блестящими церквами,
   Гостиный двор был обнесён стеной,
   И улицы с прекрасными домами
   Теснились у кремлёвской мостовой.

   Холопами все государя жили,
   Товар лицом умели показать,
   Лишь крепостные здесь рабами были -
   Как вещью им могли располагать.
   Презренью предавалась ныне бедность,
   Земли умельца смердом нарекли,
   Боярами руководила вредность –
   С мещанами те знаться не могли.
   К боярину на двор пешком ходили,
   А лошадь оставляли у ворот,
   Богатые с коней и не сходили,
   И даже с равным «воротили рот».******

   Приучены девицы были к месту,
   Отец красотки зятя выбирал,
   Бывало так, что иногда невесту
   В лицо до свадьбы тот жених не знал.
   На свадьбе молодые не пивали
   И жареного ели петуха,
   В кровати на снопах пахучих спали
   И не ходили в храм после греха.
   Не верила в любовь та россиянка,
   Кого муж милый дома не бивал,
   Не бьёт, значит, любовница-подлянка,
   И Герберштейн об этом первый написал.

   Святыню нравов чтили россияне,
   Родной язык с пелёнок берегли,
   Природою гордились все селяне,
   И воздухом напиться не могли;
   В Москве жить инородцам не мешали,
   Быть на чужбине долго не могли,
   Гостей пахучим мёдом угощали
   И душу с верой свято берегли.
   Любили церковь, старцев почитали,
   Чурались краснобаев и наград,
   За морем тоже многие бывали,
   Но умереть за Русь был каждый рад!

   * Константин Острожский изменил присяге и сбежал в Литву, а богатый литовец Михаил Глинский попросил убежища и защиты у русского государя Василия.
   ** Литовский вельможа Забрезенский больше всех ненавидел храброго, богатого и любимого литовским королём Александром Михаила Глинского и всегда злословил против него. Глинский схватил недруга в его увеселительном доме и отсёк ему голову.
   *** Князь литовский Михаил Глинский, дядя новой великой княжны Елены, был освобождён из темницы, благодаря ревностному ходатайству племянницы.
   **** 25 августа 1530 года родился будущий первый официальный царь всея Руси Иоанн IV Васильевич II по прозвищу Грозный.
   ***** Государь Василий был очень набожен и в дни великих праздников и побед всегда преподносил церквам и соборам значительные средства из государственной казны.
   ****** Воротить рот – не здороваться, отворачиваться при встрече, брезговать.


                                                                          ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.

© Copyright: Владимир Алексеев, 2012

Регистрационный номер №0040065

от 5 апреля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0040065 выдан для произведения:

 

ИСТОРИЯ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА, часть III, гл. XLIII - XLVIII (Продолжение).
 
 



                                                                                    XLIII

      1359-1362 гг. Правление великого князя Дмитрия Константиновича, сорок первого правителя Руси.

   В одно и то же время с Иоанном
   Преставился в Орде хан Бердибек,
   Кульпа на время стал Великим Ханом,
   Но Наврус успокоил всех на век.*
   Князья в Орду в надежде поскакали,
   И Дмитрий Суздальский корону примерял,
   Затем его на родине встречали,
   И он поднять Владимир обещал.
   Капчакское могущество хирело,
   Хидырь Тейдулу, Навруса убил,
   Отца сын Темирхожа** кончил смело,
   Затем злодея хан Мамай добил.***

   Князь юный, Дмитрий, из Орды приехал
   И объявил себя Великим всей страны,
   Царь испугался и с престола съехал –
   Лишь смелым преимущества даны.
   Так юный отрок – было лишь двенадцать,
   Кормило государства в руки взял,
   Решил за Русь он, несомненно, драться –
   Решительностью Дмитрий обладал.
   И между тем погибло б государство,
   Когда бы не было столь мудрых пестунов,****
   Взрастивших князя и страны богатства,
   И отвративших от Руси врагов.

   * Спустя пять месяцев потомок Чингисхана Наврус убил Кульпу вместе с сыновьями.
   ** Сын Темирхожа убил своего отца, Великого хана Хидыря.
   *** Темник Мамай убил отцеубийцу Темирхожу на шестой день его правления.
   **** Пестун – опекун.
 
                                                                                   XLIV

        1362-1389 гг. Правление великого князя Дмитрия Иоанновича, прозванного Донским, сорок второго правителя Руси.

   Владимир взял князь Дмитрий Константиныч,
   Но юный Дмитрий вмиг его прогнал,
   Но добивать не видел он причины -
   Великодушно Суздаль-град отдал.
   Столицу два несчастья посетили:
   Пожар великий и зараза дня,
   Смоленск был мёртв, Москву совсем спалили,
   У многих умерла в тот год родня.
   Решил князь Кремль каменный построить,
   И приказал фундамент заложить,
   А также крепче Родину устроить:
   Порядок в ней железный утвердить.

   Прервал он новгородцев своеволье,
   Междоусобье твёрдо прекратил,
   Литовец Ольгерд сократил приволье,
   Лишь хан Мамай свой нрав не укротил.
   В Орду великий хан велел явиться,
   И Дмитрий, не боясь, собрался в путь,
   Народ не мог, конечно, усомниться,
   Что Дмитрия с Орды им не вернуть.
   Но милостиво Дмитрия хан принял,
   На княжество Руси благословил,
   Не стал он честное позорить князя имя -
   Могущество Москвы хан уловил.

   Послы Мамая Нижний посетили
   И оскорбили князя, русским мстя,
   Нижегородцы всех послов убили,
   И тысяча татар легла в гостях.
   Мамай не захотел мириться с этим,
   И Нижний-град он дважды разорил,
   Мурза Бегич набегами ответил,
   Но Дмитрий рать татар опередил.
   Молниеносно Бегича он встретил,
   Моголы вскоре обратили тыл,
   Сплочённым войском князь врагу ответил -
   Те за реку бежали, что есть сил.

   Проучен Дмитрием был Бегич-непоседа,
   Довольный возвратился князь домой,
   То была первая победа наших дедов
   Над Золотой Великою Ордой.
   Мамай, узнав, затрепетал от гнева,
   Решил Рязань дотла он разорить,
   Убиты все им – старики и девы,
   Но дальше Волги не посмел ходить.
   А Дмитрий между тем Литву принизил,
   Он Стародуб и Трубчевск осадил,
   Но государя местный люд возвысил,
   И трубчевского князя он простил.

   За поражение на брегах у Вожи
   Мамай желал Московию разбить,
   Мечтал он как Батый Великий тоже
   Российской крови допьяна испить.
   Призвал хан на совет князей ордынских,
   «Казним рабов строптивых!» - прокричал,
   В союз призвал князей Литвы и финских,
   Всем золото Руси пообещал.
   Изменник к войску вражьему прибился,
   То был Олег Рязанский – хитрый тип,
   Он с Дмитрием как будто помирился,
   Но тихой сапой к хану вновь прилип.

   Князь Дмитрий о походе хана сведал,
   Подался в храм – Всевышнего молить,
   Чтобы Господь разгром России не дал,
   Чтобы врага смертельного разбить!
   Гонцов отправил по градам и весям
   С известием о помощи стране,
   Напомнив всем, что мир предельно тесен,
   Никто не отсидится в стороне.
   Со всех концов полки в Москву спешили,
   До слёз тем умиляя наш народ,
   За Веру и Отечество решили:
   С моголами сразится весь наш род!

   Игумен Троицкой обители – брат Сергий -
   Кровопролитнейшую битву предсказал,
   Мол, полетят с ушей моголов все их серьги,
   И двух громадных князю иноков отдал.
   То были Пересвет и брат Осляби -
   Богатыри огромнейшей страны,
   И биться с ханом руки не ослабли,
   И нам победу принесли сыны.
   На поле Девичьем князь смотр войскам устроил -
   150 тысяч собралось на нём, -
   Полки лихие по градам построил,
   Москва встречала их прекрасным днём.

   Приблизились полки родные к Дону,
   Решили реку бродом перейти, -
   Чтоб больше нанести врагу урону,
   И чтобы робкий не сумел уйти.
   На поле Куликовом* враг замечен,
   Князь Дмитрий, горячась, всё рвётся в бой,
   Бояре стерегут: «Ты, князь, не вечен,
   Врага мы победим с живым тобой».
   С Темир-мурзой наш Пересвет сошёлся,
   И оба пали – сражены копьём,
   Вскричал князь: «Братья, за Россию бьёмся!»
   Какая сила вдруг открылась в нём.

   На десять вёрст рекою кровь струилась,
   Ряды смешались, пали храбрецы,
   Часа четыре битва эта длилась,
   Лежали вместе сыновья, отцы;
   Засадный полк помчался из дубравы,
   Владимир, князя брат, его водил,
   Татары испугались свежей лавы,
   И стало ясно – Дмитрий победил!
   Смотрел Мамай с кургана на сраженье,
   «Велик бог христианский», - молвил хан,
   Признал он этим словом пораженье,
   И побежал моголов атаман.

   Наш предводитель смело шёл в атаку,
   Как простой воин он врагов разил,
   Везде кидался Дмитрий первым в драку,
   Но всё-таки в ловушку угодил.
   Был Дмитрий оглушён ударом сильным,
   Под деревом как мёртвый он лежал,
   Но оказался государь двужильным,
   Открыл глаза и всех расцеловал.
   Великую победу Русь узнала,
   Большая слава шла до наших дней,
   И много храбрецов в той битве пало:
   На двести тысяч стал наш мир бедней.

   Донским в народе Дмитрия прозвали,
   Владимира люд Храбрым окрестил,
   Давно в России сей победы ждали,
   И князь гонцами всех оповестил.
   Мамай был Тохтамышем уничтожен,
   И в Кафе жизнь свою закончил он,
   А новый хан был очень осторожен,
   Сказав, что "враг России побеждён".
   Перенесёт Россия радости и беды,
   И Куликовской битве свет нести,
   Сам Пётр признал, что до его победы,**
   Она слыть будет главной на Руси.

   Не мог великий хан быть нашим другом,
   Хотел он как Узбек всю дань сбирать,
   И порешил копьем, мечом и луком,
   Могуществу России помешать.
   Да, хитрый Тохтамыш Русь не оставил,
   И через год явился у Кремля,
   Коварством хан врата открыть заставил,
   Вновь запылала русская земля.
   Горели города, и гибли люди,
   Что толку, что князь в битве победил,
   Моголы вновь пришли на Русь как судьи,
   Но Дмитрия народ наш не корил.

   Богатую дань дали Тохтамышу,
   Из пепла воссоздали города,
   Но Дмитрия великую победу
   Россия не забудет никогда.
   За злой грабёж, жестокие убийства
   Князь Дмитрий новгородцев наказал,
   И двадцать шесть князей, как знак единства,
   Пошли войной на град – царь приказал.
   Но Новгород не захотел он рушить
   И с гордых горожан собрал лишь дань,
   Не в силах князь был русский мир нарушить,
   Когда могол нанёс отчизне столько ран.

   Скончался Дмитрий, люд был неутешен,
   Он первый, кто Орду открыто бил,
   В единстве государства был успешен:
   Князь сыну, а не брату трон дарил.
   Великодушен и любим народом,
   Князь церковь ежедневно навещал,
   Гордился своим древним русским родом,
   Отвагу со стыдом он совмещал.
   До правнука продлил Руси он рабство,
   Но всем народом Дмитрий был прощён,
   За гордость, храбрость, ум, любовь и братство
   Князь в храме Михаила*** погребён.

   * Великая Куликовская битва произошла 7 сентября 1380 года.
   ** Имеется ввиду Полтавская битва.
   *** Храм святого Михаила в Москве.

                                                                                   XLV

        1389-1425 гг. Правление великого князя Василия Дмитриевича, сорок третьего правителя Руси.

   Встал на престол сын Дмитрия - Василий,
   Посол Шахмат ему ту грамоту вручил,
   Великокняжение сынов, оставив в силе,
   Наследие Москве хан поручил.
   Мог князь Россией править лишь с Советом,
   Владимир, дядя, был от власти отстранён,
   Боярским был подвержен князь наветам,
   И к осторожности предельной был склонён.
   Великий дядя в отчий Серпухов уехал,
   Его Василий, к счастью, тоже не забыл,
   И, извинившись за семейные огрехи,
   Ему он Волок с древним Ржевом подарил.

   Василий должен был свершить три дела:
   Во-первых, цепи Тохтамыша облегчить,
   А во-вторых, Литву остановить умело,
   И, в-третьих, новые уделы приобщить.
   Пять лет назад Василий слово дал Витовту,
   Что скоро женится на дочери его,
   И слово князя, как-то данное литовцу,
   Сей государь теперь смог претворить легко.
   В Орду приехав, был он принят с лаской,
   И Тохтамыш ему добавил городов,
   Скорей всего, под мудрой этой маской
   Хан биться с Тамерланом был готов.

   Град Новгород обуздан князем дважды,
   Мятежников четвертовали всех,
   И северный народ, весьма отважный,
   Был должен данью искупать свой грех.
   А Тамерлан, низвергнув Тохтамыша,
   Без закавыки растоптал Елец,
   И видя пред собой столицы крыши,
   Хан до Москвы добрался, наконец.
   Собрал князь войско под свои знамёна
   И у Коломны хана поджидал,
   Ждал две недели Тамерлан у Дона
   Затем взять южный Азов приказал.

   Без битв Василий долго в мире правил,
   Пока к Москве пришёл хан Эдигей,
   Он здесь добычу неплохую справил
   И данью русской приобрёл друзей.
   Тем временем Темир Булата скинул
   И Эдигея за море прогнал,
   Ну, а затем он царствие покинул
   И Русь хан этот всё-таки не взял.
   Литовцы Русь преследовали мало,
   И шведы не решались нападать,
   Вновь новгородцам от царя попало,
   Но, в общем, отдыхала наша рать.

   В 53 года умеп князь Василий,
   36 лет он на престоле был,
   Не показав ни доблести, ни силы,
   Россию данью государь хранил.
   Он не был как отец великодушен,
   И храбростью князь не был наделён,
   Орде Василий был всегда послушен,
   Но был благоразумен и умён.
   Единовластие князь на Руси оставил,
   Он Нижний, Суздаль, Муром заслужил,
   Достойным миром родину прославил
   И преспокойно сам он в нём прожил.

                                                                                   XLVI

         1425-1462 гг. Правление великого князя Василия Васильевича Тёмного, сорок четвёртого правителя Руси.

   Ребёнком был великий князь Василий,
   Когда на троне заменил отца,
   Десятилетний, далеко не в силе –
   Совет боярский ставил молодца.
   Был дядя Юрий очень недоволен,
   Митрополит его остановил,
   На что князь Юрий вымолвил, что болен,
   Одумался и мира запросил.
   Литовский князь Витовт поздравил внука
   И вскоре пригласил на званный пир,
   В Василии признал дед Витовт друга:
   На пире был подписан вечный мир.

   Через три года Юрий мир нарушил,
   К Махмеду оба ехать положили,
   У хана юный князь лишь дядю слушал,
   Но грамоту Василию вручили.
   Владимир перестал столицей зваться,
   В Москве Улан-царевич трон вручал,
   И дядя миновал с царём ругаться,
   А Дмитров-град племяннику отдал.
   Но ханский суд вражды не уничтожил,
   И Юрий сам столицей завладел,
   Бежал Василий, в Костроме он пожил,
   И дядя подарил ему удел.

   Но юноше удачу Бог приносит,
   Люд просит по отцу его на трон,
   И снова на престол Василий всходит…
   По странному согласию сторон.
   Отправился князь Юрий в мелкий Галич,
   На Куси* вновь Василия разбил,
   Василию вновь боги шанс давали:
   Со смертью** Юрий трон ему дарил.
   Ни твёрдости души, ни уваженья,
   Князь Юрий от рожденья не имел,
   Тщеславен был и преисполнен мщенья,
   И князем быть великим не сумел.

   Сын Юриев, Косой, на трон метнулся,
   Но братья отвернулись от него,
   Царём разбит был, в Дмитров-град вернулся,
   Был ослеплён и… больше ничего.
   И с Новгородом бился князь Василий,
   И даже на него пошёл войной,
   Но этот город не боялся силы,
   И дань забрав, вернулся князь домой.
   В сороковом году наследник появился,
   Был назван Иоанном молодец,
   Провидец Мисаил в Москву явился
   И Новгороду предсказал конец.

   Василий дружно жил с могольским ханом,
   И дань ему выплачивал сполна,
   Но в соответствии с его высоким саном
   Могла возникнуть иногда война.
   Царевич Мустафа Рязань разрушил,
   Но с холодом он справиться не смог,
   Василий дерзкий план его нарушил,
   И хан погиб, хотя спастись и мог.
   Улу-Махмед взял Новегород Нижний,
   Великий князь решил его добить,
   Но не пришлось, он оказался лишним -
   Василию пришлось в плен угодить.

   Пленению царя был рад Шемяка,
   Но хитрый хан Василия простил,
   Сейчас ему была не к спеху драка -
   Он на свободу князя отпустил.
   Но злой Шемяка тяжбу так построил:
   Он гордого Василия пленил,
   Привёз в Москву, боярский суд устроил
   И за Косого*** князя ослепил.

   Но царствие опять забрал Василий,
   Шемяка в Новегород убежал,
   Вновь государство оказалось в силе,
   И князь Шемяке больше не мешал.
   Василий в Устюг поспешил войною,
   И здесь Шемяке наступил конец,
   Его побил князь, завладел страною -
   От яда тихо умер удалец.
   Беда, подьячий, прилетел в столицу
   О гибели Шемяки возвестил,
   Всё кончилось, кровь перестала литься,
   Василий злого недруга простил.

   Он Новгород склонил, согнул и Вятку,
   Завоевал другие города,
   И ханам не платил большую взятку,
   Спокойно доживал свои года.
   Не мог повелевать, как дед великий,
   Терял державу и частенько честь,
   Бывало, усмирял народ свой дикий,
   Но падок был на доброту и лесть.
   Не заслужил князь памяти народа,
   Немного на счету и славных дней,
   Не самый сильный был он воевода,
   Но государство сделалось сильней.

   * В 1434 году князь Юрий Дмитриевич вновь разбил московское войско на реке Кусь, осадил Москву и вступил в Кремль.
   ** 6 июня 1434 года князь Юрий Дмитриевич внезапно умирает на шестидесятом году, оставив сыновьям только наследственные города, забыв передать великое княжество.
   *** Косой и Шемяка – сыновья князя Юрия Дмитриевича, дяди Великого князя Василия Васильевича Тёмного.

                                                                                 XLVII

         1462-1505 гг. Правление государя, державного великого князя Иоанна III Васильевича, сорок пятого правителя Руси.

   Перестаёт междоусобица быть главной,
   Россия процветает и растёт,
   И иностранцы признают её державной,
   Хотя народ российский лучше не живёт.
   Столица хорошеет год от года,
   Металлы Русь из недр достаёт,
   В Москву подходит иностранцев мода,
   Искусство, просвещение растёт.
   Посольства иноземные приходят,
   В Европу от Руси послы спешат,
   Рать наша амуницию заводит,
   Хотя князья раздорами грешат.

   С тверской княжной царевич обручился
   И в двадцать один год сел на престол,
   Хотя был юн, он не спешил, учился
   И сорок с лишним лет на троне шёл.
   Три года Иоанн державил мирно,
   Моголам дани больше не платил,
   Ахмату* показалась это жирным
   И на Москву он рать оборотил.
   Ази-Гирей, хан крымский, его встретил
   И на Дону сошлась орда с ордой:
   Враги друг другу расставляли сети,
   А Иоанн в тиши ушёл домой.

   Мороз сковал в то время государство,
   Жестокий мор среди народа шёл,
   У Иоанна начались мытарства:
   В могиле он жену свою нашёл.
   Но князь не унывал и подвиг ратный
   Для родины любимой совершил:
   Разбил татар, с врагов взял выкуп знатный
   И к вечному их миру принудил.
   Боярыни бунт, Марфы новгородской,
   С жестокостью большою был смирён,
   И отголосок битвы сей Шелонской
   Позволил укрепить московский трон.

   Был на Двине разбит Василий Шуйский,
   Литовский Казимир вновь поражён,
   Заволжская сторонка стала русской,
   И Пермский край Москвою покорён.
   Татарская орда Алексин смяла
   И с жителями город подожгла,
   До берега реки дружины гнала,
   Но за Оку пробиться не смогла.
   Хан Золотой Орды, Ахмат могучий,
   Задумал на Москву идти войной,
   Увидел за Окою русских тучи
   И в ужасе поворотил домой.

   Великий государь решил жениться
   На греческой царевне. Этот брак
   Давал России с Грецией сродниться,
   Митрополит решил: да будет так!
   Царевну Софью с радостью встречали
   И Новгород, и Псков, и вся Москва,
   Вином, дарами, мёдом привечали,
   И шла о ней прекрасная молва.
   В Соборной церкви сей обряд свершили,
   Сам Папа этот брак благословил,
   И на Совете люди порешили:
   В Европе люд о нас заговорил.

   Из Рима архитекторов призвали,
   Строительство стены царь утвердил,
   И башни все по имени назвали,** -
   Воздвигнув Кремль, Москву князь укрепил.
   Архангельский Собор Соляри строил,
   Где мощи положили всех князей,
   Сей мастер красоту Москвы удвоил,
   Художников призвав, своих друзей.
   Они создали роспись, пушки лили,
   Чеканили монеты, жгли кирпич,
   Палату Грановитую творили,
   Нам помогли величия достичь.

   Ливонский Орден к Новгороду рвался,
   Великий князь в град рать свою послал,
   И немец мощи русской испугался,
   И клятвенную грамоту прислал.
   На службу принят был царевич ханский,
   И под Рязанью верно он служил,
   И Мустафа, великий хан татарский,
   С московским князем долго в мире жил.
   Менгли-Гирей, хан крымский, рад был дружбе,
   Полезной для обоих государств,
   В покойной жизни, да и в ратной службе
   Был Иоанн посредником двух ханств.

   Стал Иоанн великим государем,
   Но Новгород им не был покорён,
   И чтобы силы не пропали даром,
   Решил царь истребить его огнём.
   Бескрайне долго шли переговоры,
   Готовы новгородцы дань платить,
   Но все эти пустые разговоры
   Решенье князя не могли сменить.
   Он город был намерен взять измором,
   И голод не заставил себя ждать,
   Пришлось смириться северным поморам –
   Сильна была у государя рать.

   Закончились свобода новгородцев,
   Теперь всем правил царь всея Руси,
   Казнил он всех, кто присягал литовцам,
   И тех, кто продолжал ещё бузить.
   Ахмат взъярился, дань платить заставил,
   Явился на Угру осенним днём,
   Но Иоанн там рать свою поставил
   И заявил: «За родину умрём!».
   Внезапно обе рати отступили,
   Предотвращая «хитрости» врага,
   Цари и рады: в битву не вступили…
   Честь государям тоже дорога.

   Хан отошёл в Литву, добычу справил,
   Но в первый раз Руси не разорил,
   Сей недруг навсегда наш край оставил, -
   Россию царь Ахмат не покорил.
   Народ был государем недоволен
   За то, что Софью из Москвы услал,
   За то, что с ханом был в бою безволен
   И полной, чистой славы не сыскал.
   Зато люд славил твёрдость духовенства,
   Виссариона, старца, уважал,
   И удивлялся, что монарх Московский***
   Вмиг покровителем моголов крымских стал.

   Литовский орден покорён был Псковом,
   Витовт, король литовский, усмирён,
   Склонилась Тверь пред господином новым,
   А князь её в Литве был погребён.****
   Казань взял Иоанн, пленив их хана,*****
   Менгли-Гирею здравицу послал,******
   И чтобы всё случилось без обмана
   Он Алегама в Вологду сослал.
   Несчастие постигло Иоанна:
   Сын Иоанн внезапно заболел,
   Венецианский лекарь жёг все раны,
   Но сей заразы не преодолел.*******

   Преставилась мать князя Иоанна,
   Он с братьями до сих пор мирно жил,
   Но понял, что доверился им рано -
   Андрея царь в темницу заточил.
   Борис, второй брат, тоже быстро умер,
   Великий князь их вотчины забрал,
   Сынам он утвердил наследство в думе,
   И трон наследственный законом стал.
   Скончался брат Андрей в темнице вскоре,
   Великий князь покаялся в вине,
   И хотя слёз по братьям младшим было море,
   Всё это как-то позабылось в тишине.

   Король литовский, Казимир лукавый,
   Лукомского заслал в Москве пожить,
   Злодейством тот хотел добиться славы,
   И Иоанна ядом отравить.
   Но государь сей замысел расстроил,
   Смертельный яд преступника нашёл
   И у реки казнь страшную устроил:
   В горящей клети смерть злодей нашёл.
   Литовский Казимир тихо скончался,
   Сын Александр на трон отца вступил,
   Он в дружбе Иоанну долго клялся,
   Но князь с тем миром явно не спешил.

   На рубеже с Литвой, на речке Нарве,
   Был князем Ивангород заложён,
   На Девичьей горе, красивом яре,
   Сей город-крепость каменный введён.
   Препятствовать строительному делу
   Ливонцы-немцы явно не могли,
   Погоревали супостаты по наделу,
   В отместку россиянина сожгли.
   Князь Иоанн был зол, на них сердился,
   Полсотни иностранцев изловил,
   Над ними, правда, он не поглумился,
   Но от тоски в темницу заточил.

   Ливонский Орден шибко испугался,
   Товары больше в Русь не посылал.
   Князь об ошибке быстро догадался,
   Но извинений немцам не послал.
   Литвы набеги часто Русь смиряла,
   И шведов била тоже много раз,
   Хотя своих наделов не отдала,
   Но и чужим добром не разжилась.
   России немцы снова досаждали,
   Менгли-Гирей Орду не раз пластал,
   Зато в Европе короли признали,
   Что русский Иоанн великим стал.

   Супруги Софьи Иоанн лишился,
   Затем и сам внезапно заболел,
   Над завещанием довольно долго бился,
   Но не забросил эпохальных дел.
   На трон сына Василия поставил,
   На русской Соломонии женив,********
   Закон, как Уложение, составил,
   Порядок царский в Думе укрепив.
   Любимой Феодосии супруга*********
   Из рода князей Холмских подобрал,
   Но жаль, что от жестокого недуга
   Господь к себе несчастную прибрал.

   Князь в октябре покинул царство света,
   Но повеленья строго отдавал,
   Жаль, что изменника казанского Магмета
   Сей государь уже не наказал.
   Почти 67 лет правитель прожил,
   И много славных дел он совершил,
   Империю Российскую умножил
   И путь героем Мира завершил;
   Устройством рати русской занимался,
   Хотя на битвы лично не ходил,
   Умом с врагами государь сражался,
   И почти всех в Кремле он победил.

   Любил князь нашу Родину безмерно,
   Русь Белою Россией называл,*********
   Держал он слово царское примерно,
   И потому о нём весь Мир узнал.
   Не помнят наши внуки Иоанна,
   Но, может, знают эпизод один:
   Как за пределы государства хана,
   Шесть лет ходил российский гражданин.
   То Афанасий славный был, Никитин,
   Купец тверской три моря покорил,
   И путешествий дивных этих нити
   Для нас в рассказ чудесный превратил.***********

   * Царь Ахмат – великий хан волжских улусов.
   ** Итальянским архитектором Пьетро Антонио Соляри, названным в России Петром Антонием Фрязиным, были воздвигнуты башни над Боровицкими и Константино-Еленскими воротами, а также Свибловская, Никольская, Собакина (позже Угловая Арсенальная – недалеко от неё находится могила Неизвестного Солдата) и Фроловская (ныне Спасская) башни. Соляри был известнейшим архитектором своего времени. Именно он достраивал знаменитый Миланский Собор, начатый ещё его дедом и отцом.
   *** После отражения орды Ахмета Иоанн вручил Довлетеку, сыну крымского хана Именека опасную грамоту с золотой печатью для свободного пребывания во всех московских владениях. Странности судьбы: Россия, долго губимая татарами, сделалась её покровительницей и верным убежищем в несчастьях.
   **** Князь свободной Твери Михаил Борисович не покорился Москве, был побеждён, бежал от расправы Иоанна и умер в Литве.
   ***** Алегам – 9 июля 1487 года была взята Казань. Великий хан казанский был пленён Иоанном, привезён в Москву вместе с жёнами и затем сослан в Вологду.
   ****** Великий князь Иоанн жил в дружбе с крымским ханом Менгли-Гиреем и часто вместе с ним воевал против остальных ханов Золотой Орды.
   ******* Венецианец Мистр Леон лечил любимого царевича, но тот скоропостижно умер на тридцать втором году от роду. Великий князь приказал казнить Леона.
   ******** Иоанн женил своего сына Василия на Соломонии, которая была из рода Годуновых.
   ********* Иоанн так сильно любил свою дочь Феодосию, что не хотел выдавать её замуж за иноземного принца. Чтобы она всегда была рядом, князь выдал дочь за Василия Холмского.
   ********** Белая Россия, то есть великая, древняя.
   *********** Приблизительно в 1470-1476 гг. купец из Твери Афанасий Никитин попал в Индию и затем оставил будущим поколениям свои удивительные записки. По ним был поставлен замечательный советский фильм «Хождение за три моря» с Олегом Стриженовым в главной роли.

                                                                                  XLVIII

         1505-1533 гг. Правление великого князя Василия Иоанновича, сорок шестого правителя Руси.

   Державу от отца Василий принял,
   Племянника в темницу заточил,
   Как должное тот этот акт воспринял,
   И юношей в неволе опочил.
   Измена хана требовала мести,
   Василий на Казань направил рать,
   Но получил нерадостные вести:
   Хан сам заставил русских умирать.
   Вскипев, Василий Щеню шлёт на Волгу
   И требует посла освободить,
   Магмет-Аминь покаялся по долгу,
   Руси поклявшись ревностно служить.

   Не взяв Казани, князь в Литву метнулся -
   Там Сигизмунд на трон отца взошёл, -
   Царь от Острожского, конечно, отвернулся,
   И Михаила Глинского нашёл.*
   Сей знатный воин, нашу Русь прославил
   Березину, Минск, Вильну разорил,
   Забрезенского** в доме обезглавил
   И по дороге Мозырь покорил.
   Тут Сигизмунд свой мир Москве предложил,
   Опасность разглядев в набеге том,
   Литву Василий больше не тревожил
   И занялся Тавридою потом.

   Посол Морозов был мурзой унижен,
   Но Кудояра хан сам наказал,
   Хотя невежа в ранге был понижен,
   Слабее наш союз с Тавридой стал.
   А Пскову князь послал предупрежденье,
   Чтобы народ сей колокол отдал,
   Исчезло той свободы дуновенье:
   Василий вольность града отобрал.
   Сменил он угнетателей корыстных
   И Курбского в град с Шуйским подослал,
   Лишился Псков и славы, вольных мыслей,
   Но жаловаться князю перестал.

   Василий в переписке с Сигизмундом
   Три года не могли найти концов,
   Окончиться могло всё это бунтом,
   Но усмирили ханы молодцов.
   Литва Менгли-Гирею обещала
   15000 тысяч за войну с Москвой,
   И эта сумма преткновеньем стала:
   Пошёл коварный хан на нас войной.
   Василий пристыдил Менгли-Гирея,
   Припомнил обязательства его,
   И хан затих, вновь нападать не смея,
   Бежал в границы царства своего.

   Закончилась война с Литвой большая,
   За десять лет вернула Русь Смоленск,
   И если бы не злая хана стая,
   Кровопролитию давно пришёл конец.
   Рязань Василий взял, пленив Ивана,
   А мать в монастыре князь поместил,
   И этим, подтвердив величье сана,
   Единовластие в России утвердил.
   Путивль вручил Шемякину Василий,
   Хотя за храбрость Северский был мил,
   Но, опасаясь, что удел был в силе,
   В темнице царь Шемякина сгноил.

   Магмет-Гирей на Астрахань шёл с ратью,
   Мамай ногайский битву упредил:
   Пока Гирей устроил пир со знатью,
   Акиш в шатре крымчанина убил.
   Казы-Гирей стал царствовать в Тавриде
   И дань с Москвы большую запросил,
   Василий всё оставил в том же виде,
   Но смерть послов российских не простил.
   России рать Казань вновь осадила,
   Но Бельский данью хана был польщён,
   Без славы шла домой отчизны сила,
   А воевода - царской милости лишён.

   Одна лишь мысль Василия терзала:
   Наследника царица не дала;
   Случилось то, как уж не раз бывало:
   В монашки государыня пошла.
   От мира Соломонию отвергли,
   Постригли, тихо в Суздаль увезли,
   Побоями там в униженье ввергли,
   Елену к государю привели.
   Три дня двор пировал на свадьбе званной,
   На Глинской князь Василий стал женат,
   И милостью, царём московским данной,
   Был выйти из темницы дядя рад.***

   В году тридцатом Русь была в восторге:
   Родился Иоанн - Великий сын,****
   Не будем мы, друзья, судиться в торге -
   Добром и злом сей заслужил он чин.
   Князь ликовал! Наследник народился!
   Народ он чистым златом осыпал,
   Отец счастливый даже прослезился,
   С людей знатнейший он опалу снял.
   А через год Георгий народился,
   Был счастлив государь, с царицей мил,
   Он с братьями родными помирился
   И младшего, Андрея, князь женил.

   Скончался князь Василий от болячки,
   Которой он значенья не придал,
   Бояре ожили от долгой зимней спячки,
   И каждый на поминки прискакал.
   На одре государь наш причастился,
   Трёхлетнему младенцу трон вручил,
   Пред смертью за Россию помолился,
   Острижен был... и в ризе он почил.
   В народе князя добрым называют,
   И мудрости почтенье отдают,
   Хороших дел за ним не забывают -
   И летописцы это признают.

   Природу князь любил и ловлю славил,
   Он псовую охоту основал,
   Великолепием дворянский двор прославил,
   Послов заморских щедро угощал.
   Большие средства отдавал князь Богу,*****
   Казань неоднократно воевал,
   Татарам перерезал в Русь дорогу:
   Град Васильсурск на Волге основал.
   Законы издавал и церкви строил,
   За войском очень тщательно следил,
   Всех недругов надолго успокоил,
   Величие России сохранил.

         Состояние России. 1462-1533 гг. Из «Записок» иностранца Герберштейна.

   Дивился Герберштейн устоям русским,
   Был волей государя удивлён,
   Народа поражён свободой узкой
   И царской тиранией возмущён.
   Усердие в делах его пленило,
   Когда всё исполняется без слов,
   И в битвах Русь брала всё больше силой,
   «За Веру и царя!» свой строя зов.
   Могуществу России изумлялся,
   И армии он должное воздал,
   Куда бы иностранец не являлся,
   Его везде приём прекрасный ждал.

   Татарин в битве до конца дерётся,
   Руками машет и ногами бьёт,
   Но в плен и без меча он не сдаётся,
   Хотя из раны кровь ручьями льёт.
   Не плох и турок, коль в строю он бьётся,
   Но стоит лишь остаться одному,
   Бросает саблю и уже сдаётся,
   Пощады просит и… конец ему.
   Гонись за русским: он бежит, не стонет,
   Коли его, руби, он молча ждёт,
   Достоинства и чести не уронит,
   Пощады не попросит и умрёт.

   В суде богатый прав всегда бывает,
   Зачем ему обманывать, коль сыт,
   И взятки он давать не забывает,
   И судьями, конечно, не забыт.
   Купцами наша славилась отчизна,
   Бобёр и белка были нарасхват,
   Варягов привлекала дешевизна,
   И меху русскому был иностранец рад.
   Росла Москва с блестящими церквами,
   Гостиный двор был обнесён стеной,
   И улицы с прекрасными домами
   Теснились у кремлёвской мостовой.

   Холопами все государя жили,
   Товар лицом умели показать,
   Лишь крепостные здесь рабами были -
   Как вещью им могли располагать.
   Презренью предавалась ныне бедность,
   Земли умельца смердом нарекли,
   Боярами руководила вредность –
   С мещанами те знаться не могли.
   К боярину на двор пешком ходили,
   А лошадь оставляли у ворот,
   Богатые с коней и не сходили,
   И даже с равным «воротили рот».******

   Приучены девицы были к месту,
   Отец красотки зятя выбирал,
   Бывало так, что иногда невесту
   В лицо до свадьбы тот жених не знал.
   На свадьбе молодые не пивали
   И жареного ели петуха,
   В кровати на снопах пахучих спали
   И не ходили в храм после греха.
   Не верила в любовь та россиянка,
   Кого муж милый дома не бивал,
   Не бьёт, значит, любовница-подлянка,
   И Герберштейн об этом первый написал.

   Святыню нравов чтили россияне,
   Родной язык с пелёнок берегли,
   Природою гордились все селяне,
   И воздухом напиться не могли;
   В Москве жить инородцам не мешали,
   Быть на чужбине долго не могли,
   Гостей пахучим мёдом угощали
   И душу с верой свято берегли.
   Любили церковь, старцев почитали,
   Чурались краснобаев и наград,
   За морем тоже многие бывали,
   Но умереть за Русь был каждый рад!

   * Константин Острожский изменил присяге и сбежал в Литву, а богатый литовец Михаил Глинский попросил убежища и защиты у русского государя Василия.
   ** Литовский вельможа Забрезенский больше всех ненавидел храброго, богатого и любимого литовским королём Александром Михаила Глинского и всегда злословил против него. Глинский схватил недруга в его увеселительном доме и отсёк ему голову.
   *** Князь литовский Михаил Глинский, дядя новой великой княжны Елены, был освобождён из темницы, благодаря ревностному ходатайству племянницы.
   **** 25 августа 1530 года родился будущий первый официальный царь всея Руси Иоанн IV Васильевич II по прозвищу Грозный.
   ***** Государь Василий был очень набожен и в дни великих праздников и побед всегда преподносил церквам и соборам значительные средства из государственной казны.
   ****** Воротить рот – не здороваться, отворачиваться при встрече, брезговать.


                                                                          ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.

Рейтинг: 0 642 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!