ГлавнаяПоэзияКрупные формыПоэмы → История любви

 

История любви

8 ноября 2012 - Валерий Соколов
article91183.jpg

  

 Историю любви, Булгаков  рассказал,

 Как Мастер, Маргариту полюбил,

 А Воланд  князь, им в этом помогал.

 Любовь в романе так сильна,

 Что люди предали Христа.

 

 Хочу ещё сказать читателям своим,

 Что стих свой, сочиняя.

 Подробностей я много опустил,

 Интригу, я подбросил им.

 Чтоб дать возможность молодёжи,

 Роман его, прочесть самим.

 

 В то время, Мастер, сочиняя,

 Свой исторический роман.

 Снимал в подвальчике квартиру,

 В дому, стоявшем на Арбате.

 В час отдыха, когда он не писал,

 По парку, иногда гулял.

 Там, Маргариту повстречал

 И с взгляда первого, запал.

 

 Их взгляды встретились тогда,

 Он подарил мимоз букетик.

 Любовь и страсть - искра зажгла

 И Маргарита, влюблена.

 

 Марго, замужнею была,

 Но счастья в браке не познала.

 Любовью муж, не баловал,

 Внимания оказывал ей мало.

 На службе государства состоял

 И дома редко он бывал.

 Супруги виделись нечасто,

 Любовь остыла не напрасно.

 

 С тех пор, подвальчик Мастера стал раем,

 Скучавшей по любви душе.

 Душа томилась вся уже,

 В мечтах о ласках, сладострастья.

 

 Но счастье длилось так не долго,

 Писатель, бросил в печь свои труды.

 За взгляды, убеждения свои

 И с легкой, чьей то там руки,

 Наш Мастер угодил в больницу.

 

 Тогда, так часто поступали,

 Кто государству надоел

 И вот душевная больница,

 Его уже, родной удел.

 

 Но рукопись, гореть не стала

 И в руки Воланда попав,

 Она бестселлером вдруг стала.

 Настольной книгой на века.

 

 Князь, с целью соединить сердца

 И сделать из Марго царицу бала.

 В Москве, решил гастроли дать тогда,

 Такая вот, Мессира, мысль была.

 

 И так, со свитою своей,

 Коровьев- черный рыцарь,

 Бегемот- огромный кот,

 Вампирша- Гелла, Азазелло- черт,

 Князь тьмы, на Патриарших, оказался.

 Там Берлиоз с Бездомным прохлаждался.

 

 Жара, в тот день, невыносимая была.

 Скамья в тени, под липами стояла

 И легкий свежий ветерок,

 Манил и звал туда в тенёк.

 

 Писатели присели отдохнуть

 И заведя беседу.

 Не замечали от жары,

 Что в парке были не одни.

 

 Беседа между тем, меж ними шла,

 О бытие Христа.

 Излюбленную тему,

 Всех, литераторов тогда.

 

 Вопрос о бытие Христа,

 Смущал учёный свет всегда

 И споры мудрости мужей,

 Не утихают и теперь.

 

 Подслушав тему их беседы,

 Забыв, представится тогда.

 Присел на лавку Сатана,

 Для уточнения вопроса.

 

 Узнав о том, что собеседник,

 Не верил в Бога никогда.

 Мессир, восторга не скрывая,

 Сказал ему: - Вот это да!

 

 - Позвольте сударь, как же факты,

 О жизни, бытие Христа.

 Его распятье на Голгофе,

 А воскрешенье, втихаря.

 

 И в дополнении сказал,

 Что был свидетелем он там.

 Инкогнито, присутствовал на казни

 И этот маленький секрет,

 Не нужно выносить на свет.

 

 В ответ на возраженья Берлиоза,

 Мессир сказал: - Поверьте, что он был!

 Иисус существовал и всё!

 Вот вам свидетельство моё.

 Тем утром ранним, месяца Нисана,

 Сам прокуратор Иудеи.  

 В белом плаще, с подбоем красным,

 Сидел на троне средь теней.

 

 Донос читали за доносом,

 Иисус покорно отвечал.

 Пилат, страдая от мигрени,

 Его почти не замечал.

 Он думал о своей собаке,

 Что облегчала ему боль.

 Иисус заметил всё, во взгляде,

 Страданье снял, а с ним и боль.

 И всё ж Христа приговорили,

 Народ так требовал тогда.

 Он, прокуратор иудеи,

 Распял, невинного Христа.

 

 И выслушав рассказ, сей иностранца,

 И не вникая дальше суть.

 Поэт привел в примеры Канта

 Его трактат, тяжелый труд.

 А Воланд, тут уже, как тут.

 - Вопрос для вас любезный Берлиоз,

 Кто управляет человеком?

 - Дилемма века, вот курьёз.

 

 Бездомный резко оборвал:  

 - Ни кто не управляет, сам.

-  Позвольте сударь, не согласен,

 Чтоб управлять, тут нужен план.

 Хотя бы лет на 1000 сразу,

 Я извиняю Вас, за фразу.

 - А вы сказать не можете в пример,

 Что будет с вами завтра на пример.

 - Вы согласитесь, человек же смертен

 И более скажу, внезапно смертен.

-  Пусть будет он рабочий иль юрист,

 Конец всегда один, могильный крест.

 

 - Пример я приведу  простой,

 Из жизни смертных вот постой.

 -Вот на курорт мужик собрался,

 Но так туда и не добрался.

 - Саркома легкого и всё,

 Врачи признали у него.

 

 - И вот он стал уже не нужен,

-  Лежит себе спокойно он в гробу.

 Людей он больше не тревожит

 И труп его не нужен никому.

 

 - Вы Михаил, не можете спланировать свой вечер,

 Сказать, что будет завтра, через час.

 Тут Берлиоз сказал:

 - Извольте сударь, сейчас!

 

 И не замявшись ни секунды,

 Ответил, что идет он в МОССОЛИТ.

 Там в 10 будет заседанье.

 Но Воланд сразу крикнул:- нет!!!

 

 - Туда, сегодня не пойдёте,

 - 6 вечера, Меркурий в доме 2

 - И Аннушка уже разлила масло,

 - В семь вечера несчастье!

 - Собранье состоится, но без Вас!

  Но я продолжу свой рассказ.

 

 - Ну почему, и что со мной случится,

 - На Бронной свалится кирпич.

  Мессир ответил: - Нет!

 - Кирпич, Вам точно не грозит.

 - Так что же будет, что случится?

 

 - Так ничего, отрежут голову и всё.

 -  Кто интервенты или враг,

 - Да нет, же нет, простая баба.

 - Скажу я больше, комсомолка

 - И даже очень молодая,

 - Водитель местного трамвая.

 

 Бездомный вскрикнул:- ерунда!

 - Вы сударь, что сбежали из дурдома

 - И не пора ли Вам, туда?

 Мессир сказал: - что не оттуда.

 - Бывал там часто иногда,

 - Но всё, служебные дела.

 - Забыл профессора спросить,

 - Что за болезнь, с ума сходить.

 -  А Вы, Иван поедите туда,

 - И лично, на своем примере,

 - Увы, узнаете тогда, что значит,

 - Заболеть, шизофренией.

 Бездомный, как ужаленный подпрыгнул

 И в сторону товарища позвал.

 Дрожащим голосом сказал:

 - Уж не английский ли шпион подослан к нам.

 - Давай хватай его, пока не убежал.

 И оба к иностранцу повернулись.

 Иван, чуть кепку сдвинув на глаза,

 Направился к нему тогда.

 

 Мессир, почуяв не доверье,

 Сам первый разговор начал.

 - Простите, за беседой длинной,

 - Забыл, представится я вам.

 - Историк, Воланд!

 - Специалист по манускриптам.

 - В Россию прибыл лишь сейчас,

 - По приглашенью от вас,

 - Для перевода манускрипта.

 

 - А где, намерены Вы, жить.

 - Осмелюсь Вас, Мессир спросить.

 - Намерен жить, в квартире вашей.

 - На улице Садовой (Бис).

 - Ну, как Вам, будет мой сюрприз.

  И Берлиоз тут сразу скис.

 Сказав ему: - А в Метрополе лучше.

 Не хочет он стеснять соседа.

 Магистр, сказал: - что ж ничего,

 - Сосед-то кто?

 - Да Лиходеев Сеня.

 - Директор варьете?

 - Да знаю про него.

 - Со временем пристроим и его.

 -Уж слишком много у него,

 - Грешков набралось понаслышке.

 

 Тут Берлиоз, собрался позвонить,

 Мессир решил, что должен уходить.

 - Скажи-ка мне, ты напоследок.

 - А дьявол существует, нет?

 Услышав слово, нет в ответ,

 Вдогонку крикнул: - существует!

 - Поверьте же, Вы в это, наконец,

   Потом добавил, под конец.

 - А не прикажете ли Вы! 

 - Дать телеграмму в Киев, дяде?

 

 И Берлиоз, под впечатленьем,

 По парку шел, под ноги не глядел.

 Какой-то длинный человек,

 В пенсне и клетчатом костюме,

 Ему мерещился везде.

 Вот человек остановился,

 Дорогу к турникету указал.

 С сарказмом в голосе сказал:

 - Не взять ли с Вас, на чай,

 - За данную услугу.

 Но Берлиоз, ему не отвечал,

 Дойдя до выхода из парка.

 Он поскользнулся и упал,

 И кубарем скатился под трамвай.

 

 Раздался грохот, скрежет тормозов

 И дикий вопль какой-то бабы,

 И перепрыгивая шпалы,

 По мостовой катилась голова.

 Народ вопил, вот это да!

 Бездомный сразу же опешил,

 В раздумье был, куда бежать.

 Но рядом с Воландом заметил,

 Большого черного кота

 И человека, в клетчатом костюме,

 Решил направиться туда.

 

 Погоня, длилась та не долго,

 Так как, преследуемая тройка,

 Успела скрыться с глаз долой.

 Во двор нырнули, боже мой.

 Бездомный видел, как лишь кот,

 В трамвай запрыгнул на подножку.

 Кот, прошмыгнул как уж в вагон,

 Всех, сдвинув к стенкам, понемножку.

 

 Кондуктор в крик: - котам нельзя!

 - С котами кстати тоже,

 - А ну слезай быстрее, вон!

 - Прошу покинуть мой вагон.

 Кот сразу видно, не дурак

 И тянет в лапе ей пятак.

 Кондуктор в ступоре опять

 И чтоб конфликт не разжигать,

 Кот-Бегемот, решил сбежать.

 Трамвай тут делал поворот,

 На нём и спрыгнул черный кот.

 К Москва реке пошёл зараза,

 Не углядишь и в оба глаза.

 

 Иван тут сразу, в мистику поверил,

 Придя, домой, глазам не верил.

 Схватив иконку из угла,

 Свечи огарок со стола.

 Три раза покрестившись к ряду,

 Иконку, спрятав на груди,

 Пошел пешком, к Москва - реке.

 Но, не найдя, нигде нечистой,

 Вернулся в город налегке.

 Одежду воры растащили,

 Пока купался он в реке.

 

 Иван в исподних, налегке,

 С свечой горящею в руке.

 С иконой древней на груди,

 Крестя, нечистого в пути,

 Явился прямо в МОССОЛИТ,

 С порога, правду говорит:

 - Здорово, други, Берлиоз - убит!

 - На мостовой у Патриарших,

 - Его холодный труп лежит.

 - Убит, скажу, нечистой силой,

 - Взвод автоматчиков сюда!

 -К каналу Грибоедова давайте,

 - А я уже, бегу туда.

 - Сдается мне, что консультант,

 - Туда направился со свитой.

 -Успеть бы только, вот беда.

 -А вы в милицию звоните,

 -Взвод автоматчиков просите.

 -Нутром я чую, не спроста,

 -Наш консультант, сам Сатана!

 

 Коллеги, выслушав Ивана,

 Приняв его и внешний вид.

 Подумали, случилась драма!

 И сделав выводы свои,

 Его в душевную больницу,

 С порога сразу упекли.

 На этом мы Бездомного оставим,

 Он все равно надолго там завис.

 Вернёмся к Воланду со свитой,

 Который подготовил всем сюрприз.

 

 Квартира 50, по дому 32, что (Бис),

 На улице Садовой, находилась.

 Простою коммуналкою слыла,

 На трёх жильцов рассчитана была.

 Сосед у Берлиоза, Лиходеев Сеня,

 Директор варьете, такие брат дела.

 Как человек искусства, Мельпомены,

 Любил роскошно жить  тогда.

 

 Он много пил и сладко ел,

 Мессиру быстро надоел.

 Чтоб не мешался под ногами,

 Коровьев быстро всё уладил.

 Он, подписав контракт на выступленье,

 Семёну, денег отвалил.

 Потом попутно взяв расписку,

 Сказал ему, чтоб уходил.

 Последний стал же возражать.

 Тут, свита Воланда поспела,

 И тело бренное его,

 Случайно в Ялту улетело.

 

 

 

 Отправив Лиходеева на море,

 Коровьев, начал Римскому звонить.

 Чтоб зал, концертный застолбить,

  К Гастролям знатного магистра.

 Но перед этим, он с Босым -

 Начальник, местной жил-конторы.

 Уладил свой вопрос, с жильём,

 Мессиру, нравилось оно.

 

 Он снял квартиру на неделю,

 Для знатного артиста-мага.

 И деньги сразу заплатил,

 С доносом, сразу позвонил.

 В НКВД, звонок приняли,

 Отряд, немедленно послали.

 А как же было не послать,

 Валютчик ведь, не просто тать.

 Стукач сказал, что наш Босой,

 Хранит валюту за трубой.

 Узнав, об этой вот детали,

 Босого, сразу же забрали.

 А мы вернёмся в варьете,

 Там Римский суетился.

 Он заключил поспешно договор,

 С каким-то магии, артистом.

 Афиши, разместив в Москве,

 О будущей премьере.

 Искал Директора везде,

 Но Лиходеева нигде,

 Пропал куда-то Сеня.

 

 Придя в себя на яхте в Ялте,

 Директор, Лиходеев наш.

 Вошёл сперва в такой кураж,

 Что он на море, это блаж.

 Стал телеграммы «молнии» строчить,

 Что он, находится на море.

 500 рублей, пришли скорей,

 Чтоб самолётом и быстрей.

 Ему немедленно в столицу,

 Вернуться надо поскорей.

 А вы следите за артистом,

 Уж больно странный, скользкий тип.

 В НКВД, заявку дайте,

 Пускай оно, за ним следит.

 

 Наш Фин-Директор, весь в сомненьях,

 Ведь он буквально час назад.

 Общался с ним по телефону,

 Решил тут действовать толково,

 Администратора  позвал.

 И показав, ту телеграмму

 Сказал: -Я, что-то не пойму,

 - Послушай, Варинуха, что к чему?

 - Быть может шутка, здесь какая.

 - Иль Лиходеев нас дурит?

 - Послать нам деньги надо споро,

 - А может, обождать пока?

 На ум пришла идея скоро,

 Послать туда, ответ пока.

 Вы подтвердите, подлинность персоны,

 Кто там у вас и чья рука,

 Ту молнию писала точно.

 Молнируйте быстрей,

 С пометкой, СРОЧНО!

 Оттуда сразу же ответ,

 Что Лиходеев, здесь

 И шуток нет.

 Пришлите денег,  

 СРОЧНО!

 

 В портфель, собрав все телеграммы,

 Решили в органы пойти.

 Но как сказать, к кому пойти,

 Как Лиходеева спасти.

 На это Римский, согласился

 И Варенуха, подрядился.

 В НКВД, снести портфель,

 Но только вышел он за дверь.

 В желудке громко заурчало,

 На клапан сильно надавив

 И Варенуха для начала,

 Бежит бегом к себе в сортир.

 

 Там Азазелло, с Бегемотом,

 Прижали к стеночке его.

 - Отдай портфель, отдай же, на!

 - Послушай ты- Администратор,

 - Чтоб ты, не дёргался туда.

 Увидев чёрта страшный лик,

 Наш Варенуха, сразу сник.

 Тут, Гелла, в комнату влетела,

 И с ним немного посидела,

 И сделав из него вампира,

 Умчалась резко из сортира.

 

 А мы вернемся в зал концертный.

 Там представленье началось,

 Ковровьев, всем представил мага.

 Магистор-Воланд, вот кто он.

 И предложив, Мессиру стул,

 Концерт свой начал, но при этом,

 Конферансье мешал ему

 И он убрал его за это.

 Кот Бегемот, так начудил,

 Что лишь по счёту раз, два, три,

 Тот вдруг лишился головы.

 И голова, смотревши в зал,

 Сказала: - Доктора, сюда.

 

 Народ, весь в шоке,

 Зал весь встал.

 От возмущения кричал

 И вопли женские, и охи,

 Слились в одном, сплошном, потоке.

 Коровьев, расспросив народ,

 Простить его, иль так оставить?

 Чтоб не мешал, концертом править.

 Народ весь в зале зашумел,

 Конферансе весь обомлел.

 Послышались тут реплики из зала-

 Простить, простить, простить его,

 И Воланд, приказал, ну что ж прощаю,

 Наденьте голову ему.

 

 Конферансье, всё, будучи под стрессом,

 Ушел со сцены белый, как стена.

 Народ кричал от восхищенья

 И провожали на ура.

 Коровьев, тут съязвил слегка,

 Назвав всезнайкой и балбесом!

 Сказал чтоб тот, катился поскорей,

 Народу будет веселей.

 Но перед этим эпизодом,

 Коровьев, фокус показал.

 Помимо карточного флирта,

 Он денег залу набросал.

 Купюры, с потолка летели,

 Народ весь торопливо подбирал.

 Мессир смотрел куда-то в зал,

 На жадность эту, созерцал.

 

 И в довершенье представленья,

 Открыли шоп на удивленье.

 На сцене сразу же возник,

 Почти, что западный, бутик.

 Народ, из зала пригласили

 И моду 35-ть, попутно объявили.

 Сначала робко, но потом,

 Рванули все туда бегом.

 Свои одежды побросали,

 Как все, халяву, увидали.

 Гребли, толкаясь и крича,

 Смели всё с полок, сгоряча.

 

 

 Мессир за сценой наблюдал

 И подведя итог, сказал:

 - Народ всё тот же, люди, те же,

 - Как сотни лет тому назад.

 - Всё та же жадность, суета,

 - Но есть и новая черта.

 - Испортил их, совсем, всерьёз,

 - Квартирный, попросту вопрос.

 - Ну что ж, и нам, заканчивать пора.

 Сказал, и сам исчез, из зала.

 Когда, исчез из зала Сатана,

 Толпа совсем не замечала.

 И в тот же самый миг,

 Исчез со сцены, и бутик.

 И в довершении всему,

 Исчезла  модная одежда.

 У тех, людей,

 Что посетили магазин.

 Поднялся в зале шум и гам,

 Средь визга, полуголых дам,

 Слышны  проклятия, артистам

 И просьбы в мести, аферистам.

 

 НКВД, прибыло быстро,

 Чтоб разобраться с тем, артистом.

 Работа началась всерьёз,

 Кого искать, вот в чём курьез.

 Примет, не вспомнили никто,

 Раздетым был или в пальто.

 Какого возраста и роста,

 Акцент, какой был у него.

 Кто представлял, сего артиста,

 Народ, не помнил ничего

 И где ж искать, теперь его.

 Рассказом о работе сыска,

 Я вас не буду утомлять.

 И дальше перейду к больнице,

 Где наш поэт, лежит опять.

 

 Медбратья, крепко спеленали,

 Рубашку на него одев.

 И завязали рукавами,

 Узлом вязали, на спине.

 Иван, ни как не мог понять

 И всё пытался объяснять.

 О Сатане, нечистой силе,

 О том как, Берлиоз погиб,

 А консультант об этом знал,

 И Мише, гибель предсказал.

 Врач, слушал пристально глядя,

 Вердикт свой вынес втихаря.

 - Здесь, просто бред и паранойя,

 Бездомный- доктор, понял я.

 - Бред сумасшедшего, сплошной.

 И попросился на покой.

 В палате, лежа на кровати,

 Он долго, молча размышлял.

 Корил себя, за свой поступок,

 Что не сдержался, наорал.

 Приплёл какого-то Пилата,

 Христа казнившего когда-то.

 А консультант, тот все же гусь,

 И до него я, доберусь.

 

 Как вдруг открылось тут окно

 И в комнату при лунном свете,

 Вошёл какой-то человек,

 Его он сразу же заметил.

 - Я Мастер, сударь, ваш сосед,

 - Кто вы?- представьтесь, наконец.

 - Поэт Бездомный, прозвучало,

 - За что Вы здесь, и почему?

 - Да я, за Понтия Пилата,

 - Как и Вы за это, ну и ну!

 - А расскажите по подробней,

 - Что все ж, случилось-то у Вас?

 Бездомный начал свой рассказ,

 О клетчатом в пенсне, коте и Берлиозе,

 Подробно консультанта описав,

 Закончил свой рассказ, под утро.

 Спросил у Мастера тогда:

 - А, что у Вас?

 - Не время мне рассказ вести,

 - Приду я завтра к Вам, в палату.

 - А напоследок, все ж скажи,

 - Хороший Вы поэт?

 - Я думаю, увы.

 - Тогда стихи, ты не пиши

  - И слово дай мне в этом.

 - Ладно!

 

 А в это время в МосСоЛите,

 В колонном зале гроб стоял.

 Народ прощаться приезжал,

 У гроба караул стоял.

 Все Берлиоза, поминали,

 Элита вся, была в печали.

 И вот в процессе ритуала,

 В обличии, людском.

 Кот Бегемот, пришёл тайком,

 Ему мертвец, всегда услада.

 Тем более, при подготовке бала,

 Назначен бал у Сатаны,

 Не обойтись без головы.

 

 

 Тихонько встав у изголовья,

 И к гробу прислоняясь,

 Котяра, голову стащил,

 За ним никто не уследил,

 Бомонд, от траура, запил

 И не увидел негодяя.

 Сумел же, все же, чёрный тать,

 Средь бела дня, обворовать.

 Но скоро, обнаружили пропажу,

 По залу прокатился шепоток.

 Что в гробе тела не хватает,

 Точней не тела, так, чуток.

 У трупа, голова пропала,

 Все бросились на поиски её,

 А тело с гробом, вынесли из зала

 И на погост отправили его.

 

 Процессия по городу пошла,

 Колонна двигалась в печали.

 Оркестр, Моцарта играл,

 Друзья писателя молчали.

 Колонна, к парку подошла,

 Где на скамейке Маргарита,

 Сидела мрачная одна.

 Она о чём-то горевала,

 Совсем, печальная была.

 

 Тут появился Азазелло,

 В толпу, он пальцем указал.

 И тихим, и спокойным тоном,

 Марго, тихонечко сказал;

 - Ваш ненавистник, там в толпе,

 - Латунский, здесь.

 - А Вы, при мне.

 Марго увидела и вновь,

 В ней сильно закипела кровь.

 Ведь этот страшный человек,

 Сломал судьбу её на век.

 Отняв родного человека,

 На одиночество обрёк.

 О друге дева тосковала,

 В мечтах и мыслях миловала.

 

 Присев к Марго на синюю скамью,

 Чёрт, пристально смотрел глазами

 И разноцветными зрачками,

 Гипнотизировал её.

 Он сразу к делу перешел,

 Сказав, что знатный иностранец.

 Желает видеть лишь её,

 Хотел бы пригласить Марго.

 К себе на бал и намекал,

 Что тот, о Мастере все знает

 И знает, где  искать его.

 Марго, послушав Азазелло,

 Дала согласие свое.

 

  - Вот крем тебе, возьми его.

  Взяв золотую банку в руку,

  Марго, почувствовав испуг,

  Хотела крем ему вернуть.

  Но Азазелло успокоил,

  И взвесив тут, все за и против,

  Поняв, что нечего терять,

  Марго решила, будь, что будет,

  Да, черт с ним, не на что пенять.

  Короткий инструктаж от чёрта,

  Марго прослушала сперва

  И к дому двинулась обратно,

  От Азазелло, ждать звонка.

 

 Так вот, за всею суетою,

 НКВД, всё сбилось с ног.

 Искали странного магистра,

 Квартиру взяли на учет

 И слежку там  установили.

 Комар не пролетит, не проползет и крот,

 Такой вот был, серьёзный поворот.

 

 Из объяснений потерпевших,

 Дознаньем, установлен факт,

 Что некий, иностранный маг,

 Возможно немец, по акценту,

 Творил и делал чудеса.

 И на концерте в варьете,

 В скоплении народа.

 Устроил там стриптиз такой,

 Что дамы, потеряли свой покой

 И нагишом, носились все по залу.

 

 И сколько не опрашивали их,

 Свидетелей, там не было живых.

 Конкретных описаний и примет

 Артиста-мага, просто нет.

 И руководством принято решенье,

 Внедриться в банду с помощью шпика.

 Барона Магеля, сюда и подключили,

 Мерзавец, тот ещё, работал на ЧК.

 Он, созвонившись с Воландом тогда,

 Договорился с ним о встрече.

 Мессир, ему не отказал

 И пригласил его на бал.

 Наушник, жаждал встречи,

 Уж скоро, скоро, скоро вечер.

 А мы вернемся к женщине пока.

 

 Марго домой, вернулась рано,

 Одежду, скинув  второпях,

 Нагая подошла к дивану,

 Попутно банку в руку взяв.

 Она открыла банку с кремом.

 И натирая им, всё тело,

 Всё молодела на глазах,

 В душе её закрался страх.

 Вдруг, легкость в теле ощутила

 И твердость духа обрела.

 Сказала громко, вот так да

 И по квартире полетела.

 Восторгу не было придела.

 Записку мужу, написав.

 Прощай на век, забудь меня,

 Еще немного полетала

 И тут служанка как на грех,

 Вошла и в изумленье встала.

 

 Марго, призналась ей служанке,

 Что стала ведьмою она.

 Что вещи, больше нужны,

  Их дарит ей, теперь она.

  Нагая  села на окно

  И вдруг соседа увидала

  И к черта матери, его,

  Она, любезничав, послала.

 

 И вот звонок по телефону,

 С изящностью, подняв трубу,

 Марго в неё же прокричала,

 Что делать мне, его хочу.

  Услышав голос Азазелло,

  Прослушав краткий инструктаж.

 -Марго, закончив тренировку,

  Берите сразу курс на юг.

  Скажу я больше, Вас там уж ждут.

  Метла Вас, приведет в наш круг

  И трубку, после слов повесил.

  Марго, в углу схватила щетку

  И круто, завернув вираж,

  В окно, стрелою улетела.

  Наташа, в комнате сидела,

  Через открытое окно,

  Ей слово, донеслось одно.

  НЕВИДИМА и в миг пропала,

  Как будь-то, вовсе не бывало.

 

  Марго, по городу летая,

  Над населением шаля.

  Внизу случайно увидала,

  ДРАМЛИТА  дом, летит туда.

 Швейцар, стоявший у дверей,

 Заметил, как открылась дверь,

 А кто вошёл, он не заметил.

 Марго, к Латунскому попав,

 Погром, в квартире учинила.

 Крушила мебель, стекла била,

 Квартиру залила водой.

 Разбила люстру, кинув стулом.

 В квартире шум стоял такой,

 Что начали стучать соседи,

 Марго, нарушила покой.

 И с наслажденьем  осмотревшись,

 Погромом, глаз потешив свой,

 Марго подняла щетку с пола,

 Уже пора лететь самой,

 На юг, к реке, летела ведьма

 

 Наташа, обнаружив крем,

 Марго, оставленный случайно.   

 Намазав, им нагое тело,

 Соседа, сделав кабаном,

 Верхом на нём же полетела

 И Маргариту, догнала.

 А мы вернемся к Мастеру пока.

 А между тем, в палате у Ивана,

 Наш Мастер, начал свой рассказ.

 О том, как Магарыч Аллозий,

 Его подвальчик отобрал.

 Как познакомился с Марго,

 Роман писал давным-давно

 И как роман, что о Христе,

 Внезапно стал о Сатане.

 И из-за этого романа,

 Теперь он здесь, вот это, драма.

  

 Рассказ о ритуале ведьм,

 Я расскажу подробней.

 Изюмина, здесь есть одна,

 Ведь здесь Марго, освещена.

 На чёрном небе, звёзды блещут

 И лес, чернеющий в низу.

 Марго на щетке, прямо с неба,

 Её уж правит, прям к пруду.

 Нырнула в озеро лесное,

 Попутно водоросли собрав.

 Наяды вышли на поляну,

 Вот госпожа, давай встречай.

 Сатиры, нимфы и русалки

 Собрались вместе у костра.

 И хороводы там водили,

 Русалки дивно песни пели.

 Все ждали только лишь одно,

 Когда прибудет к ним Марго.

 

 И вынырнув из-под воды,

 Русалок, поприветствовав сначала,

 Пошла на берег и, смущаясь, встала.

 Навстречу к ней, Сатир бежит

 И некий человек, одетый странно.

 Цилиндр, во фраке, но без брюк.

 И разговор довольно странный,

 С разгону начал этот друг.

 -Кого я вижу! этаж ты, Кладина,

 -Моя весёлая вдова.

  Марго, разгневавшись слегка,

 -Пошёл ты вон, я королева!

  А незнакомец:

- Госпожа, Вас, не узнал я королева.

- А виноват коньяк, да будь он проклят.

 Он подошел, хотел обнять,

 Марго, его слегка толкнула,

 Старинной выдержки коньяк,

 Свершал свое «благое дело».

 Мужик, совсем стыд потерял,

 И лез ко всем, кому не лень,

 Марго, ему сказала строго:

 - Бездельник, хоть штаны одень.

 

 И босиком ступая по траве,

 Встречала по дороге эльфов.

 Марго, приветствовала их,

 Смотрела, ласково на них.

 Она, прошла на луг,

 Как тут на встречу к ней,

 Бежит Сатир, и поклонившись ей.

 Слащавым, голосом сказал:

 -Я Вас, приветствую, Марго,

 - Идите к нам, мы ждём давно.

  

 Сатир, повел с собою в круг,

 Все ведьмы расступились.

 Там по средине пень стоял,

 Вокруг него, все ведьмы суетились.

 Сатир на пень стремглав вскочил,

 Чечётку на пеньке отбил,

 В честь новой, королевы.

 

 Сатир, в своем экстазе танца,

 Ладони к небу протянул.

 И хоровод распался сразу,

 Сатир, на пне остался тут.

 А ведьмы выстроились в цепь,

 И ритуал начали.

 Набрав воды, в заветный кубок,

 Держа его над головой.

 Живая цепь, наяд и ведем,

 Передавая над собой,

 Его Сатиру отдает.

 Потом все так же по цепи,

 Огонь, Сатиру передали.

 На небе, искры засеяли

 И силой магии стихий,

 Сатир, их в кубок погрузил.

 

  Подал он чашу госпоже,

  Что ж пейте, пейте же, уже.

  Марго, боясь огнём обжечься,

  Несмело кубок поднесла

  И осушив его до дна,

  Вдруг поняла, ОСВЕЩЕНА!

  Вокруг все ведьмы наземь пали

  И трижды хором ей сказали:

  - Освещена, теперь освещена!

 И в этот миг, с поляны все пропали.

 

 Сатир тут, сделав пируэт,

 Швейцаром обернулся сразу

 И обратившись к королеве

 Спросил: - на чём Вы, прибыли сюда?

 Марго сказала: - да на щетке.

 -Ведь это не удобно госпожа.

 - При ваших данных, надо на машине.

 - А ну-ка ворон, подгони её сюда.

 

 Из леса выкатил авто,

 Им управлял, огромный  ворон.

 Сатир, к подножке, дверь открыл,

 Сказал: - Прошу Вас, королева.

 Помог присесть и дверь закрыл.

 Он, обратившись к ворону, сказал:

 - Лети стрелой, уж скоро бал.

 Машина взвилась в небо,

 Мелькнул лишь луч, от света фар.

 Висел над озером туман,

 Всё, на поляне было чисто.

  

 Машина к дому подкатила,

 Сам, Азазелло, их встречал.

 В парадном фраке, черт лукавый,

 Марго, с крещения встречал.

 - Мессир, желает видеть королеву.

 - Вот свита вам, прелестная Марго.

 - Пора спешить к нему в квартиру.

 - Сударыня, он ждёт давно.

 

 Коровьев начал инструктаж:

- Забудь про всё, ТЫ КОРОЛЕВА!

- Я подскажу тебе, что можно, что нельзя.

- И как себя держать при этом,

  Согласно всех, дворцовых, этикетов.

- Ты стоя будешь всех встречать.

- Венец тяжелый удержать,

  Тебе я буду помогать,

  На, встрече всей, нечистой силы.

  - В тебе течёт не просто кровь,

  А кровь, французской королевы.

 - Кровь королей, в цене всегда.

 - Запомни это, навсегда.

 - Она, прабабушка твоя.

 - Мессиру, всё известно это,

   На то он, деспот- Сатана.

 

  В одежды королевы бала,

  Марго вся свита одевала.

  Корону, Гелла подала,

  Коровьев, подал ей тунику,

  Кот, оба ржавых башмака.

  Одежда, скромная для бала,

  Вся состояла из металла.

  Такая тяжесть, хоть вопи

  И туфли жмут, ну хоть умри.

 

 Марго, под тяжестью такой,

 Уж чуть стояла, Боже мой.

 Коровьев, взял под локоток

 И тут, с сарказмом Бегемот,

 Так издевательски сказал:

 - Терпеть, Вам надо, скоро бал.

 - А, Вы хрустальная моя,

 Уж, чуть стоите, ай да, я.

 

 Коровьев, тихо прошептал:

 - В Ктитае, башмаки достал.

 - Сею обувку, из металла,

 Каких сотню лет назад,

 Их, королева, потеряла,

 А может кот и их, украл.

- Шутник, «испанским сапожком»,

- Их называл, ну уж  потом.

 

Марго, поднялась к алтарю,

Вся свита, двигалась в строю.

Оркестр, играл в то время вальс.

- А где же гости?

- «Будут щас!».

- И в них не будет недостатка.

- Камин пылает слишком жарко.

Котяра лапой замахал,

Подпрыгнул в верх

И крикнул: - Бал!

 

 Вот полночь, на часах пробила,

 И  нечисть, сразу повалила.

 Князья с княгинями и графы,

 Военачальники, и люд,

 И все к Марго, колену льнут.

 По этикету всех встречала

 И как могла, увещевала.

 

 Тут подошла в поклоне Фрида

 И  тихим голосом спросила:

- Пусть больше не дают платок,

 Которым, я младенца задушила.

 Марго была уже без силы,

 Сказала тихо:- помогу.

 Про инструктаж, совсем забыла,

 Ей стало жалко, Фриду ту.

 

 Вся эта грешников толпа,

 Всё из камина прибывала.

 Марго, стоять совсем устала

 И кровь, стучала по вискам.

 Коровьев: - А не пройтись ли нам.

 Под локоть взял и прямо в зал.

 И в это миг, раздался бой часов.

 Все гости расступились разом

 И в центре зала, в ветхом рубище,

 Предстал он сам, хозяин бала.

 

 Толпа вся расступилась сразу,

 Он в центр, встал, совсем  один.

 Всех осмотрел очами, к разу

 - Где Азазелло, чертов сын.

 Тот, не заставил ждать Мессира,

 Бежит галопом через зал

 И на сверкающем подносе,

 Лежит простая голова.

 

 Поднос, к Мессиру он поднес

 И тот задал главе, вопрос:

 - Чтож Михаил, я доказал,

 Что Сатана, тут правит бал

 И Дьявол существует.

 - Теория тут ваша не верна,

 Жизнь, после смерти, существует.

 И Берлиоз ответил:- Да!

 

 

 Свой меч, на главу возложив,

 Мессир сказал: - Ну что ж иди.

 - Уходишь ты в небытиё,

 Став чашей для меня и всё.

 Тут череп, сразу оголился,

 Стоит на ножке костяной.

 Весь в изразцах и весь резной,

 И с золотым кругом тисненьем.

 - Вот этот кубок, не простой

 И выпить из него приятно.

 - За бытиё всех нас!

 - Но где же Магель, скоро час.

 

 Барон, себя ждать не заставил,

 Зашёл в квартиру пятьдесят.

 Он оказался прямо в зале,

 Барон, испуга не скрывал.

 Мессир, тут обратился с речью,

 Ко всем гостям, на бале том.

 - Хочу представить, Вам сегодня,

 - Барон Фон Магель, это, он.

 - Наушник из ЧК, НКВД, шпион

  И негодяй, отменный.

 - Он с этой цель напросился к нам.

 - Барон, хочу помочь, немного Вам,

  Простится с жизнью, Вы сегодня.

 - Вам ни к чему, земная суета,

 А я хочу, испить вина.

 

 Коровьев, взял с подноса чашу,

 Барон, от страха оробел.

 И грянул выстрел с револьвера,

 Стрелял, конечно, Азазелло,

 Но Магель, рухнуть не успел,

 К нему, Коровьев, подоспел.

 Подставив к ране, сей сосуд,

 Его наполнил свежей кровью

 И чашу ту, Мессиру передал.

 Поднявши кубок, тот сказал:

 - Я пью за Вас, родные господа!

 Пригубив, сладкого вина,

 Он чашу Маргарите передал.

 Сказав при этом:

 - Пей до дна.

 

 Коровьев, тихо на ухо сказал:

 -Не бойтесь, пейте, в землю кровь ушла,

 И там, где пролилась она,

 Уж виноград растет давно.

 - В том кубке, сладкое  вино.

 Марго, испила чашу всю до дна,

 - Всё, бал закончен господа!

 И мрачный зал исчез,

 Исчезли гости.

 Марго, без сил, осталась вовсе.

 

 В уютной комнате, накрытый стол,

 В компании Мессира, свиты верной.

 Марго сидела, отдыхала за столом

 И размышляла мысленно о Фриде.

 Так вот, вкушая ужин за столом,

 Мессир спросил у Маргариты,

 Что хочет, от него она.

 Какую ей, он может, оказать услугу.

 - Мессир! спросила, тут Марго,

 - Нельзя ли, сделать так, чтоб Фриде,

 - Платок не подносили больше.

 - Нет, не могу, проси же для себя,

 А с Фридой, разберись сама.

 - Ведь ты сегодня, королева,

 Зачем Вам нужен, Сатана.

 

 Марго, позвав к себе девицу,

 Сказала: - Всё, иди, ты польщена,

 Платка, не подадут уж больше,

 Ты, королевой прощена.

 С поклоном Фрида, испарилась.

 - Ну, что Марго, потребуй для себя,

 Чего ты ждешь, прощенье Фриды,

 Здесь не считается пока.

 - Ты требуй, не проси, я всё исполню.

 Марго, поднявшись с места своего,

 Тут властным голосом сказала:

 - Верните Мастера, Мессир!

 - И это всё, о чём мечтала.

 -Что сильно любите его?

 -Люблю, Мессир!

 И в тот же миг, здесь Мастер оказался.

 Мессир, спросил у Маргариты:

 - Чем я могу еще помочь?

 Она сказала, хочёт всё, как прежде,

 Подвальчик на Арбате, уличный фонарь,

 Светивший в окна по ночам.

 

 Тут Мастер голос свой подал,

 И тихим голосом сказал:

 - Как прежде быть, не может.

 - В подвальчике, живёт другой.

 Мессир спросил:

 - За что, Вас любит, Маргарита?

 - Наверно за роман.

 - За что, за что, что за роман?

 -Про Понтия Пилата.

 -А ну-ка, дайте посмотреть.

 -Простите, не могу, я сжег его, Мессир.

 -Не может быть,

 -Ведь рукопись, гореть не может.

 - Нам Бегемот, сейчас поможет,

 - Ну, где роман, подай-ка, кот.

 - Несу Мессир, он запылился, вот.

  Его, он на руке поднял

  И мыслью, сразу прочитал,

  И положив его на стол,

  Мессир, сказал:

 - Я понял всё.

 - Поверьте мне, что Ваш, роман,

  Сюрпризов приготовит, Вам.

 

 -А ну-ка Азазелло,

 Что у нас, с подвалом?

 -Всё хорошо Мессир, свободен он.

 -А где скажи хозяин?

 - Мессир, позвольте, вот и он

  И с потолка, свалился чемодан,

  А следом и за ним, Аллозий.

 - Мессир, Аллозий Магарыч!

 - Доносчик, вор и просто хрыч.

 - Подвальчик сильно захотел,

   В доносах, сильно преуспел.

   Какая хитрость и уменье,

   Донос, валютного храненья.

 

 И тут Марго, сорвалась с места,

 Да с кулаками на него.

 - Нельзя же так Марго, он человек,

   Но только скользкий.

 - А почему нельзя?

 Тут крикнул, Бегемот,

 И тут, вмешался Азазелло.

 -А ну пошёл отсюда, вон!

 И дав ему под зад коленом,

 Направил к выходу его.

 Мессир, тут приказал Марго:

 - Сама, со свитой разберитесь,

 Сея, обуза не нужна теперь.

 И тут вошла, служанка в дверь,

 И стала умолять Марго,

 Оставить ведьмою её.

 Удовлетворив, её желанье,

 Наташа, счастлива была,

 В окне растаяла она.

 

 И тут вошел сосед по дому,

 -Простите, мне бы справку взять,

 Чтоб на работе предъявлять.

 - Жене, бумажку для отчета,

 Что не гулял я, у кого-то.

 Кот крикнул: - Сделаем сейчас!

 И  Гелле сразу же сказал:

 - Пиши, что данный гражданин,

 Н.Н., был на балу у Сатаны.

 - Куда был взят, как транспортное средство.

 - И допиши, что БОРОВОМ, он был.

 - И подпись Бегемот.

 - Дай штамп, сюда поставлю,

   ОПЛАЧЕНО!

 - Ну, вот и всё, бери,

   Ты как всегда, свободен.

 - Чего ты встал?

 - Давай  иди.

 

 И тут вдруг, Варенуха объявился,

 Увидев Сатану, взмолился, чтоб отпустил.

 Не может он, вампиром быть

 И крови запах, не выносит.

 Тут Азазелло:

 - Кто так просит!

 - Ну, чёрт с тобой, иди,

 Но трубку больше не бери

 И вот ещё скажу, не ври.

 Администратор согласился

 И тут же сразу испарился,

 Спокойно, вылетев в окно.

 

 - Ну, вот и все, на улице светло,

 Пора и нам, всем расходится.

 А что за звуки там у нас?

 - Послушай Бегемот.

 - Послушай-ка и ты, печальный рыцарь.

 - Пойдите, разберитесь-ка пока,

 А мне пора с Марго, проститься.

 - Что ж королева, вот моя рука!

 - Идите с Мастером в подвальчик,

 А данную квартиру, сжечь дотла.

 Коровьев с Бегемотом, выйдя в залу,

 Заметили отряд НКВД.

 Те тоже, начесть увидали,

 Стрельбу затеяли везде.

 Вся мебель, вспыхнула в квартире,

 Стрельба ведётся, словно в тире.

 На люстре с револьвером кот,

 Стрельбу прицельную ведёт.

 Команда, старшего по группе,

 Пора бойцам всем уходить,

 Оставить чертову квартиру,

 Зови пожарников, тушить.

 

 

 Коровьев с Бегемотом, по Москве,

 Два дня чудили в ресторане,

 В ГУМ, по случайности попали.

 Не то от скуки, так шутя,

 Там столько дел  наворотили.

 Спец. службы по Москве кипели,

 Работы было через край.

 Тем временем к Мессиру,

 Посланник от Христа пришел.

 И сообщил о том, чтоб он,

 Забрал с собой

 И ту, что так любила.

 Мессир сказал: - Иди, я знаю всё!

 - Я заберу с собою Маргариту,

 - Возьму с собой и Мастера её.

 И обратившись к Азазелло, сказал:

 - Иди скорей и сделай всё!

 

 А в это время уж гроза,  

 На город наступала.

 Сгущались тучи, гром гремел

 И в небе молния блистала.

Любовники в подвальчике скучали,

В окно, тихонько постучали.

Марго при свете молнии, в окне,

Вдруг, Азазелло увидала.

К двери тот час же подошла,

Открыла дверь:- А где же, Сатана?

- Мессир привет вам передал.

- Я тут проездом.

И достал, бутыль фаенского вина.

- Пилат пивал его тогда,

Когда беседовал с Христом.

- Мессир дарует вам поклон.

- Вино игрится просто класс,

Я тоже выпил бы за вас.

- Марго, давай-ка всем бокалы,

Отметим встречу мы сейчас.

 

 - Согласна, я люблю так быстро,

 Люблю простую наготу.

 - Я, Азазелло, Вас люблю!

 - Налей же ты, бокалы быстро.

 Фужеры звонко зазвенели,

 Все сразу выпили до дна

 И тут же замертво упали.

 Марго в сознание пришла, спросив:

 - За что же, Азазелло?

 - Так надо, Вас, с собой берёт Мессир.

 -А что же с Мастером?

 -Не беспокойтесь жив.

 Тут Мастер, чуть отпив, из кубка Азазелло,

 Очнулся, закричал ему: - Ты отравитель,

 За что ты, Маргариту погубил?

 - Да живы все, и что, Вы так кричите?

-  Бросайте все, нам время уходить.

 Уж кони роют землю,

 Гроза уж близко, буря за окном,

 А тут гори оно огнем.

 Марго, возьми с собой роман.

 -Не надо! Мастер тут сказал:

 -Оставь его!

 - Я знаю наизусть давно.

 Сказал и сразу запалил подвал.

 Три черных всадника в плащах,

 На резвых вороных конях,

 Помчались прочь с Арбата.

 Подвал пылал огнём тогда.

 Старушка, черта увидала

 На черном вороном коне,

 Креститься стала,

 Но услышав голос черта:

 - Я руку оторву тебе.

 Сознанье потеряв, упала

 И долго так, и не вставала,

 А всадники умчались в высь.

 Галопом в небо поднялись.

 

 Вдруг Мастер, вспомнил про Ивана,

 Сказал: - Марго, давай заглянем.

 - Давай больного навестим

 И психбольницу посетим.

 Бездомный спал в своей палате

 И Мастер, разбудил его,

 Войдя в открытое окно.

 - Иван, я к вам зашёл, простится,

 Я ухожу уж в мир иной.

 - Скажи с тобой ли Маргарита?

 - Со мной конечно, Бог с тобой.

 И в этот миг, предстала Маргарита.

 - А, Вы красивы, Мастер был не прав,

 Что Вас, хотел оставить в этом мире.

 - Иван, не беспокойтесь Вы, за нас.

 - У нас все хорошо и хорошо у Вас.

 - Марго, пора, гроза уж близко

 И ветер рвёт и кони заждались.

 - Прощайте же, не поминайте лихо,

 - Да будьте счастливы на век.

 В палате сразу стало тихо,

 Через открытое окно, поэт увидел.

 Как над лугом,

 Промчались всадники в седле.

 

 Иван услышал шум за дверью,

 Какой-то местный эскулап.

 Все торопил: - Давай, давай,

 Его теряем мы, быстрей.

 - Ставь камфару ему скорей.

 - Пощупай пульс, пропал совсем,

 - Всё умер, запишите в семь.

 Иван позвал к себе сиделку

 И тихим голосом спросил:

 - Скажите лучше, что  соседом.

Сестра сказала: - Он почил.

 - Я так и думал, знаю точно,  

  Что в это время, в тот же час,

  Скончалась женщина в Москве.

 -  Марго, красавица вполне.

 

 Ревела буря, молнии сверкали!

 Семь черных всадников,

 На вороных конях скакали прочь,

 По небу поднимаясь.

 С Москвой прощались навсегда.

 Бездомный, вскоре был здоровым,

 Был из больницы, выписан домой.

 Стихи он больше не писал,

 В блокнотик свой.

 Вся голова, покрылась сединой.

 Марго его, еще раз навещала

 И про ганца, Ивану рассказала.

 Его по-братски, в лоб поцеловав

 И напоследок прошептала:

 - Будь счастлив милый ты, Иван.

 

 Иван, в открытое окно,

 На тёмном небе вдруг заметил.

 В лучах луны, в сиянье звезд,

 По млечному пути.

 Два человека рядом шли,

 Обнявшись, что-то говорили.

 Вели беседу, меж собой.

 Фигуры женская, мужская,

 По лунному лучу.

 Шли про подвальчик вспоминали,

 Скучая по Земле забытой.

 То были Мастер с Маргаритой,

 Любовь, унёсшие с собой.

 

 На этом я закончу свой рассказ

 И всем советую прочесть, хоть раз

 И сделать выводы свои,

 А мне, пора, гудбай, мерси.

 

 

 

© Copyright: Валерий Соколов, 2012

Регистрационный номер №0091183

от 8 ноября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0091183 выдан для произведения:

  

 Историю любви, Булгаков  рассказал,

 Как Мастер, Маргариту полюбил,

 А Воланд  князь, им в этом помогал.

 Любовь в романе так сильна,

 Что люди предали Христа.

 

 Хочу ещё сказать читателям своим,

 Что стих свой, сочиняя.

 Подробностей я много опустил,

 Интригу, я подбросил им.

 Чтоб дать возможность молодёжи,

 Роман его, прочесть самим.

 

 В то время, Мастер, сочиняя,

 Свой исторический роман.

 Снимал в подвальчике квартиру,

 В дому, стоявшем на Арбате.

 В час отдыха, когда он не писал,

 По парку, иногда гулял.

 Там, Маргариту повстречал

 И с взгляда первого, запал.

 

 Их взгляды встретились тогда,

 Он подарил мимоз букетик.

 Любовь и страсть - искра зажгла

 И Маргарита, влюблена.

 

 Марго, замужнею была,

 Но счастья в браке не познала.

 Любовью муж, не баловал,

 Внимания оказывал ей мало.

 На службе государства состоял

 И дома редко он бывал.

 Супруги виделись нечасто,

 Любовь остыла не напрасно.

 

 С тех пор, подвальчик Мастера стал раем,

 Скучавшей по любви душе.

 Душа томилась вся уже,

 В мечтах о ласках, сладострастья.

 

 Но счастье длилось так не долго,

 Писатель, бросил в печь свои труды.

 За взгляды, убеждения свои

 И с легкой, чьей то там руки,

 Наш Мастер угодил в больницу.

 

 Тогда, так часто поступали,

 Кто государству надоел

 И вот душевная больница,

 Его уже, родной удел.

 

 Но рукопись, гореть не стала

 И в руки Воланда попав,

 Она бестселлером вдруг стала.

 Настольной книгой на века.

 

 Князь, с целью соединить сердца

 И сделать из Марго царицу бала.

 В Москве, решил гастроли дать тогда,

 Такая вот, Мессира, мысль была.

 

 И так, со свитою своей,

 Коровьев- черный рыцарь,

 Бегемот- огромный кот,

 Вампирша- Гелла, Азазелло- черт,

 Князь тьмы, на Патриарших, оказался.

 Там Берлиоз с Бездомным прохлаждался.

 

 Жара, в тот день, невыносимая была.

 Скамья в тени, под липами стояла

 И легкий свежий ветерок,

 Манил и звал туда в тенёк.

 

 Писатели присели отдохнуть

 И заведя беседу.

 Не замечали от жары,

 Что в парке были не одни.

 

 Беседа между тем, меж ними шла,

 О бытие Христа.

 Излюбленную тему,

 Всех, литераторов тогда.

 

 Вопрос о бытие Христа,

 Смущал учёный свет всегда

 И споры мудрости мужей,

 Не утихают и теперь.

 

 Подслушав тему их беседы,

 Забыв, представится тогда.

 Присел на лавку Сатана,

 Для уточнения вопроса.

 

 Узнав о том, что собеседник,

 Не верил в Бога никогда.

 Мессир, восторга не скрывая,

 Сказал ему: - Вот это да!

 

 - Позвольте сударь, как же факты,

 О жизни, бытие Христа.

 Его распятье на Голгофе,

 А воскрешенье, втихаря.

 

 И в дополнении сказал,

 Что был свидетелем он там.

 Инкогнито, присутствовал на казни

 И этот маленький секрет,

 Не нужно выносить на свет.

 

 В ответ на возраженья Берлиоза,

 Мессир сказал: - Поверьте, что он был!

 Иисус существовал и всё!

 Вот вам свидетельство моё.

 Тем утром ранним, месяца Нисана,

 Сам прокуратор Иудеи.  

 В белом плаще, с подбоем красным,

 Сидел на троне средь теней.

 

 Донос читали за доносом,

 Иисус покорно отвечал.

 Пилат, страдая от мигрени,

 Его почти не замечал.

 Он думал о своей собаке,

 Что облегчала ему боль.

 Иисус заметил всё, во взгляде,

 Страданье снял, а с ним и боль.

 И всё ж Христа приговорили,

 Народ так требовал тогда.

 Он, прокуратор иудеи,

 Распял, невинного Христа.

 

 И выслушав рассказ, сей иностранца,

 И не вникая дальше суть.

 Поэт привел в примеры Канта

 Его трактат, тяжелый труд.

 А Воланд, тут уже, как тут.

 - Вопрос для вас любезный Берлиоз,

 Кто управляет человеком?

 - Дилемма века, вот курьёз.

 

 Бездомный резко оборвал:  

 - Ни кто не управляет, сам.

-  Позвольте сударь, не согласен,

 Чтоб управлять, тут нужен план.

 Хотя бы лет на 1000 сразу,

 Я извиняю Вас, за фразу.

 - А вы сказать не можете в пример,

 Что будет с вами завтра на пример.

 - Вы согласитесь, человек же смертен

 И более скажу, внезапно смертен.

-  Пусть будет он рабочий иль юрист,

 Конец всегда один, могильный крест.

 

 - Пример я приведу  простой,

 Из жизни смертных вот постой.

 -Вот на курорт мужик собрался,

 Но так туда и не добрался.

 - Саркома легкого и всё,

 Врачи признали у него.

 

 - И вот он стал уже не нужен,

-  Лежит себе спокойно он в гробу.

 Людей он больше не тревожит

 И труп его не нужен никому.

 

 - Вы Михаил, не можете спланировать свой вечер,

 Сказать, что будет завтра, через час.

 Тут Берлиоз сказал:

 - Извольте сударь, сейчас!

 

 И не замявшись ни секунды,

 Ответил, что идет он в МОССОЛИТ.

 Там в 10 будет заседанье.

 Но Воланд сразу крикнул:- нет!!!

 

 - Туда, сегодня не пойдёте,

 - 6 вечера, Меркурий в доме 2

 - И Аннушка уже разлила масло,

 - В семь вечера несчастье!

 - Собранье состоится, но без Вас!

  Но я продолжу свой рассказ.

 

 - Ну почему, и что со мной случится,

 - На Бронной свалится кирпич.

  Мессир ответил: - Нет!

 - Кирпич, Вам точно не грозит.

 - Так что же будет, что случится?

 

 - Так ничего, отрежут голову и всё.

 -  Кто интервенты или враг,

 - Да нет, же нет, простая баба.

 - Скажу я больше, комсомолка

 - И даже очень молодая,

 - Водитель местного трамвая.

 

 Бездомный вскрикнул:- ерунда!

 - Вы сударь, что сбежали из дурдома

 - И не пора ли Вам, туда?

 Мессир сказал: - что не оттуда.

 - Бывал там часто иногда,

 - Но всё, служебные дела.

 - Забыл профессора спросить,

 - Что за болезнь, с ума сходить.

 -  А Вы, Иван поедите туда,

 - И лично, на своем примере,

 - Увы, узнаете тогда, что значит,

 - Заболеть, шизофренией.

 Бездомный, как ужаленный подпрыгнул

 И в сторону товарища позвал.

 Дрожащим голосом сказал:

 - Уж не английский ли шпион подослан к нам.

 - Давай хватай его, пока не убежал.

 И оба к иностранцу повернулись.

 Иван, чуть кепку сдвинув на глаза,

 Направился к нему тогда.

 

 Мессир, почуяв не доверье,

 Сам первый разговор начал.

 - Простите, за беседой длинной,

 - Забыл, представится я вам.

 - Историк, Воланд!

 - Специалист по манускриптам.

 - В Россию прибыл лишь сейчас,

 - По приглашенью от вас,

 - Для перевода манускрипта.

 

 - А где, намерены Вы, жить.

 - Осмелюсь Вас, Мессир спросить.

 - Намерен жить, в квартире вашей.

 - На улице Садовой (Бис).

 - Ну, как Вам, будет мой сюрприз.

  И Берлиоз тут сразу скис.

 Сказав ему: - А в Метрополе лучше.

 Не хочет он стеснять соседа.

 Магистр, сказал: - что ж ничего,

 - Сосед-то кто?

 - Да Лиходеев Сеня.

 - Директор варьете?

 - Да знаю про него.

 - Со временем пристроим и его.

 -Уж слишком много у него,

 - Грешков набралось понаслышке.

 

 Тут Берлиоз, собрался позвонить,

 Мессир решил, что должен уходить.

 - Скажи-ка мне, ты напоследок.

 - А дьявол существует, нет?

 Услышав слово, нет в ответ,

 Вдогонку крикнул: - существует!

 - Поверьте же, Вы в это, наконец,

   Потом добавил, под конец.

 - А не прикажете ли Вы! 

 - Дать телеграмму в Киев, дяде?

 

 И Берлиоз, под впечатленьем,

 По парку шел, под ноги не глядел.

 Какой-то длинный человек,

 В пенсне и клетчатом костюме,

 Ему мерещился везде.

 Вот человек остановился,

 Дорогу к турникету указал.

 С сарказмом в голосе сказал:

 - Не взять ли с Вас, на чай,

 - За данную услугу.

 Но Берлиоз, ему не отвечал,

 Дойдя до выхода из парка.

 Он поскользнулся и упал,

 И кубарем скатился под трамвай.

 

 Раздался грохот, скрежет тормозов

 И дикий вопль какой-то бабы,

 И перепрыгивая шпалы,

 По мостовой катилась голова.

 Народ вопил, вот это да!

 Бездомный сразу же опешил,

 В раздумье был, куда бежать.

 Но рядом с Воландом заметил,

 Большого черного кота

 И человека, в клетчатом костюме,

 Решил направиться туда.

 

 Погоня, длилась та не долго,

 Так как, преследуемая тройка,

 Успела скрыться с глаз долой.

 Во двор нырнули, боже мой.

 Бездомный видел, как лишь кот,

 В трамвай запрыгнул на подножку.

 Кот, прошмыгнул как уж в вагон,

 Всех, сдвинув к стенкам, понемножку.

 

 Кондуктор в крик: - котам нельзя!

 - С котами кстати тоже,

 - А ну слезай быстрее, вон!

 - Прошу покинуть мой вагон.

 Кот сразу видно, не дурак

 И тянет в лапе ей пятак.

 Кондуктор в ступоре опять

 И чтоб конфликт не разжигать,

 Кот-Бегемот, решил сбежать.

 Трамвай тут делал поворот,

 На нём и спрыгнул черный кот.

 К Москва реке пошёл зараза,

 Не углядишь и в оба глаза.

 

 Иван тут сразу, в мистику поверил,

 Придя, домой, глазам не верил.

 Схватив иконку из угла,

 Свечи огарок со стола.

 Три раза покрестившись к ряду,

 Иконку, спрятав на груди,

 Пошел пешком, к Москва - реке.

 Но, не найдя, нигде нечистой,

 Вернулся в город налегке.

 Одежду воры растащили,

 Пока купался он в реке.

 

 Иван в исподних, налегке,

 С свечой горящею в руке.

 С иконой древней на груди,

 Крестя, нечистого в пути,

 Явился прямо в МОССОЛИТ,

 С порога, правду говорит:

 - Здорово, други, Берлиоз - убит!

 - На мостовой у Патриарших,

 - Его холодный труп лежит.

 - Убит, скажу, нечистой силой,

 - Взвод автоматчиков сюда!

 -К каналу Грибоедова давайте,

 - А я уже, бегу туда.

 - Сдается мне, что консультант,

 - Туда направился со свитой.

 -Успеть бы только, вот беда.

 -А вы в милицию звоните,

 -Взвод автоматчиков просите.

 -Нутром я чую, не спроста,

 -Наш консультант, сам Сатана!

 

 Коллеги, выслушав Ивана,

 Приняв его и внешний вид.

 Подумали, случилась драма!

 И сделав выводы свои,

 Его в душевную больницу,

 С порога сразу упекли.

 На этом мы Бездомного оставим,

 Он все равно надолго там завис.

 Вернёмся к Воланду со свитой,

 Который подготовил всем сюрприз.

 

 Квартира 50, по дому 32, что (Бис),

 На улице Садовой, находилась.

 Простою коммуналкою слыла,

 На трёх жильцов рассчитана была.

 Сосед у Берлиоза, Лиходеев Сеня,

 Директор варьете, такие брат дела.

 Как человек искусства, Мельпомены,

 Любил роскошно жить  тогда.

 

 Он много пил и сладко ел,

 Мессиру быстро надоел.

 Чтоб не мешался под ногами,

 Коровьев быстро всё уладил.

 Он, подписав контракт на выступленье,

 Семёну, денег отвалил.

 Потом попутно взяв расписку,

 Сказал ему, чтоб уходил.

 Последний стал же возражать.

 Тут, свита Воланда поспела,

 И тело бренное его,

 Случайно в Ялту улетело.

 

 

 

 Отправив Лиходеева на море,

 Коровьев, начал Римскому звонить.

 Чтоб зал, концертный застолбить,

  К Гастролям знатного магистра.

 Но перед этим, он с Босым -

 Начальник, местной жил-конторы.

 Уладил свой вопрос, с жильём,

 Мессиру, нравилось оно.

 

 Он снял квартиру на неделю,

 Для знатного артиста-мага.

 И деньги сразу заплатил,

 С доносом, сразу позвонил.

 В НКВД, звонок приняли,

 Отряд, немедленно послали.

 А как же было не послать,

 Валютчик ведь, не просто тать.

 Стукач сказал, что наш Босой,

 Хранит валюту за трубой.

 Узнав, об этой вот детали,

 Босого, сразу же забрали.

 А мы вернёмся в варьете,

 Там Римский суетился.

 Он заключил поспешно договор,

 С каким-то магии, артистом.

 Афиши, разместив в Москве,

 О будущей премьере.

 Искал Директора везде,

 Но Лиходеева нигде,

 Пропал куда-то Сеня.

 

 Придя в себя на яхте в Ялте,

 Директор, Лиходеев наш.

 Вошёл сперва в такой кураж,

 Что он на море, это блаж.

 Стал телеграммы «молнии» строчить,

 Что он, находится на море.

 500 рублей, пришли скорей,

 Чтоб самолётом и быстрей.

 Ему немедленно в столицу,

 Вернуться надо поскорей.

 А вы следите за артистом,

 Уж больно странный, скользкий тип.

 В НКВД, заявку дайте,

 Пускай оно, за ним следит.

 

 Наш Фин-Директор, весь в сомненьях,

 Ведь он буквально час назад.

 Общался с ним по телефону,

 Решил тут действовать толково,

 Администратора  позвал.

 И показав, ту телеграмму

 Сказал: -Я, что-то не пойму,

 - Послушай, Варинуха, что к чему?

 - Быть может шутка, здесь какая.

 - Иль Лиходеев нас дурит?

 - Послать нам деньги надо споро,

 - А может, обождать пока?

 На ум пришла идея скоро,

 Послать туда, ответ пока.

 Вы подтвердите, подлинность персоны,

 Кто там у вас и чья рука,

 Ту молнию писала точно.

 Молнируйте быстрей,

 С пометкой, СРОЧНО!

 Оттуда сразу же ответ,

 Что Лиходеев, здесь

 И шуток нет.

 Пришлите денег,  

 СРОЧНО!

 

 В портфель, собрав все телеграммы,

 Решили в органы пойти.

 Но как сказать, к кому пойти,

 Как Лиходеева спасти.

 На это Римский, согласился

 И Варенуха, подрядился.

 В НКВД, снести портфель,

 Но только вышел он за дверь.

 В желудке громко заурчало,

 На клапан сильно надавив

 И Варенуха для начала,

 Бежит бегом к себе в сортир.

 

 Там Азазелло, с Бегемотом,

 Прижали к стеночке его.

 - Отдай портфель, отдай же, на!

 - Послушай ты- Администратор,

 - Чтоб ты, не дёргался туда.

 Увидев чёрта страшный лик,

 Наш Варенуха, сразу сник.

 Тут, Гелла, в комнату влетела,

 И с ним немного посидела,

 И сделав из него вампира,

 Умчалась резко из сортира.

 

 А мы вернемся в зал концертный.

 Там представленье началось,

 Ковровьев, всем представил мага.

 Магистор-Воланд, вот кто он.

 И предложив, Мессиру стул,

 Концерт свой начал, но при этом,

 Конферансье мешал ему

 И он убрал его за это.

 Кот Бегемот, так начудил,

 Что лишь по счёту раз, два, три,

 Тот вдруг лишился головы.

 И голова, смотревши в зал,

 Сказала: - Доктора, сюда.

 

 Народ, весь в шоке,

 Зал весь встал.

 От возмущения кричал

 И вопли женские, и охи,

 Слились в одном, сплошном, потоке.

 Коровьев, расспросив народ,

 Простить его, иль так оставить?

 Чтоб не мешал, концертом править.

 Народ весь в зале зашумел,

 Конферансе весь обомлел.

 Послышались тут реплики из зала-

 Простить, простить, простить его,

 И Воланд, приказал, ну что ж прощаю,

 Наденьте голову ему.

 

 Конферансье, всё, будучи под стрессом,

 Ушел со сцены белый, как стена.

 Народ кричал от восхищенья

 И провожали на ура.

 Коровьев, тут съязвил слегка,

 Назвав всезнайкой и балбесом!

 Сказал чтоб тот, катился поскорей,

 Народу будет веселей.

 Но перед этим эпизодом,

 Коровьев, фокус показал.

 Помимо карточного флирта,

 Он денег залу набросал.

 Купюры, с потолка летели,

 Народ весь торопливо подбирал.

 Мессир смотрел куда-то в зал,

 На жадность эту, созерцал.

 

 И в довершенье представленья,

 Открыли шоп на удивленье.

 На сцене сразу же возник,

 Почти, что западный, бутик.

 Народ, из зала пригласили

 И моду 35-ть, попутно объявили.

 Сначала робко, но потом,

 Рванули все туда бегом.

 Свои одежды побросали,

 Как все, халяву, увидали.

 Гребли, толкаясь и крича,

 Смели всё с полок, сгоряча.

 

 

 Мессир за сценой наблюдал

 И подведя итог, сказал:

 - Народ всё тот же, люди, те же,

 - Как сотни лет тому назад.

 - Всё та же жадность, суета,

 - Но есть и новая черта.

 - Испортил их, совсем, всерьёз,

 - Квартирный, попросту вопрос.

 - Ну что ж, и нам, заканчивать пора.

 Сказал, и сам исчез, из зала.

 Когда, исчез из зала Сатана,

 Толпа совсем не замечала.

 И в тот же самый миг,

 Исчез со сцены, и бутик.

 И в довершении всему,

 Исчезла  модная одежда.

 У тех, людей,

 Что посетили магазин.

 Поднялся в зале шум и гам,

 Средь визга, полуголых дам,

 Слышны  проклятия, артистам

 И просьбы в мести, аферистам.

 

 НКВД, прибыло быстро,

 Чтоб разобраться с тем, артистом.

 Работа началась всерьёз,

 Кого искать, вот в чём курьез.

 Примет, не вспомнили никто,

 Раздетым был или в пальто.

 Какого возраста и роста,

 Акцент, какой был у него.

 Кто представлял, сего артиста,

 Народ, не помнил ничего

 И где ж искать, теперь его.

 Рассказом о работе сыска,

 Я вас не буду утомлять.

 И дальше перейду к больнице,

 Где наш поэт, лежит опять.

 

 Медбратья, крепко спеленали,

 Рубашку на него одев.

 И завязали рукавами,

 Узлом вязали, на спине.

 Иван, ни как не мог понять

 И всё пытался объяснять.

 О Сатане, нечистой силе,

 О том как, Берлиоз погиб,

 А консультант об этом знал,

 И Мише, гибель предсказал.

 Врач, слушал пристально глядя,

 Вердикт свой вынес втихаря.

 - Здесь, просто бред и паранойя,

 Бездомный- доктор, понял я.

 - Бред сумасшедшего, сплошной.

 И попросился на покой.

 В палате, лежа на кровати,

 Он долго, молча размышлял.

 Корил себя, за свой поступок,

 Что не сдержался, наорал.

 Приплёл какого-то Пилата,

 Христа казнившего когда-то.

 А консультант, тот все же гусь,

 И до него я, доберусь.

 

 Как вдруг открылось тут окно

 И в комнату при лунном свете,

 Вошёл какой-то человек,

 Его он сразу же заметил.

 - Я Мастер, сударь, ваш сосед,

 - Кто вы?- представьтесь, наконец.

 - Поэт Бездомный, прозвучало,

 - За что Вы здесь, и почему?

 - Да я, за Понтия Пилата,

 - Как и Вы за это, ну и ну!

 - А расскажите по подробней,

 - Что все ж, случилось-то у Вас?

 Бездомный начал свой рассказ,

 О клетчатом в пенсне, коте и Берлиозе,

 Подробно консультанта описав,

 Закончил свой рассказ, под утро.

 Спросил у Мастера тогда:

 - А, что у Вас?

 - Не время мне рассказ вести,

 - Приду я завтра к Вам, в палату.

 - А напоследок, все ж скажи,

 - Хороший Вы поэт?

 - Я думаю, увы.

 - Тогда стихи, ты не пиши

  - И слово дай мне в этом.

 - Ладно!

 

 А в это время в МосСоЛите,

 В колонном зале гроб стоял.

 Народ прощаться приезжал,

 У гроба караул стоял.

 Все Берлиоза, поминали,

 Элита вся, была в печали.

 И вот в процессе ритуала,

 В обличии, людском.

 Кот Бегемот, пришёл тайком,

 Ему мертвец, всегда услада.

 Тем более, при подготовке бала,

 Назначен бал у Сатаны,

 Не обойтись без головы.

 

 

 Тихонько встав у изголовья,

 И к гробу прислоняясь,

 Котяра, голову стащил,

 За ним никто не уследил,

 Бомонд, от траура, запил

 И не увидел негодяя.

 Сумел же, все же, чёрный тать,

 Средь бела дня, обворовать.

 Но скоро, обнаружили пропажу,

 По залу прокатился шепоток.

 Что в гробе тела не хватает,

 Точней не тела, так, чуток.

 У трупа, голова пропала,

 Все бросились на поиски её,

 А тело с гробом, вынесли из зала

 И на погост отправили его.

 

 Процессия по городу пошла,

 Колонна двигалась в печали.

 Оркестр, Моцарта играл,

 Друзья писателя молчали.

 Колонна, к парку подошла,

 Где на скамейке Маргарита,

 Сидела мрачная одна.

 Она о чём-то горевала,

 Совсем, печальная была.

 

 Тут появился Азазелло,

 В толпу, он пальцем указал.

 И тихим, и спокойным тоном,

 Марго, тихонечко сказал;

 - Ваш ненавистник, там в толпе,

 - Латунский, здесь.

 - А Вы, при мне.

 Марго увидела и вновь,

 В ней сильно закипела кровь.

 Ведь этот страшный человек,

 Сломал судьбу её на век.

 Отняв родного человека,

 На одиночество обрёк.

 О друге дева тосковала,

 В мечтах и мыслях миловала.

 

 Присев к Марго на синюю скамью,

 Чёрт, пристально смотрел глазами

 И разноцветными зрачками,

 Гипнотизировал её.

 Он сразу к делу перешел,

 Сказав, что знатный иностранец.

 Желает видеть лишь её,

 Хотел бы пригласить Марго.

 К себе на бал и намекал,

 Что тот, о Мастере все знает

 И знает, где  искать его.

 Марго, послушав Азазелло,

 Дала согласие свое.

 

  - Вот крем тебе, возьми его.

  Взяв золотую банку в руку,

  Марго, почувствовав испуг,

  Хотела крем ему вернуть.

  Но Азазелло успокоил,

  И взвесив тут, все за и против,

  Поняв, что нечего терять,

  Марго решила, будь, что будет,

  Да, черт с ним, не на что пенять.

  Короткий инструктаж от чёрта,

  Марго прослушала сперва

  И к дому двинулась обратно,

  От Азазелло, ждать звонка.

 

 Так вот, за всею суетою,

 НКВД, всё сбилось с ног.

 Искали странного магистра,

 Квартиру взяли на учет

 И слежку там  установили.

 Комар не пролетит, не проползет и крот,

 Такой вот был, серьёзный поворот.

 

 Из объяснений потерпевших,

 Дознаньем, установлен факт,

 Что некий, иностранный маг,

 Возможно немец, по акценту,

 Творил и делал чудеса.

 И на концерте в варьете,

 В скоплении народа.

 Устроил там стриптиз такой,

 Что дамы, потеряли свой покой

 И нагишом, носились все по залу.

 

 И сколько не опрашивали их,

 Свидетелей, там не было живых.

 Конкретных описаний и примет

 Артиста-мага, просто нет.

 И руководством принято решенье,

 Внедриться в банду с помощью шпика.

 Барона Магеля, сюда и подключили,

 Мерзавец, тот ещё, работал на ЧК.

 Он, созвонившись с Воландом тогда,

 Договорился с ним о встрече.

 Мессир, ему не отказал

 И пригласил его на бал.

 Наушник, жаждал встречи,

 Уж скоро, скоро, скоро вечер.

 А мы вернемся к женщине пока.

 

 Марго домой, вернулась рано,

 Одежду, скинув  второпях,

 Нагая подошла к дивану,

 Попутно банку в руку взяв.

 Она открыла банку с кремом.

 И натирая им, всё тело,

 Всё молодела на глазах,

 В душе её закрался страх.

 Вдруг, легкость в теле ощутила

 И твердость духа обрела.

 Сказала громко, вот так да

 И по квартире полетела.

 Восторгу не было придела.

 Записку мужу, написав.

 Прощай на век, забудь меня,

 Еще немного полетала

 И тут служанка как на грех,

 Вошла и в изумленье встала.

 

 Марго, призналась ей служанке,

 Что стала ведьмою она.

 Что вещи, больше нужны,

  Их дарит ей, теперь она.

  Нагая  села на окно

  И вдруг соседа увидала

  И к черта матери, его,

  Она, любезничав, послала.

 

 И вот звонок по телефону,

 С изящностью, подняв трубу,

 Марго в неё же прокричала,

 Что делать мне, его хочу.

  Услышав голос Азазелло,

  Прослушав краткий инструктаж.

 -Марго, закончив тренировку,

  Берите сразу курс на юг.

  Скажу я больше, Вас там уж ждут.

  Метла Вас, приведет в наш круг

  И трубку, после слов повесил.

  Марго, в углу схватила щетку

  И круто, завернув вираж,

  В окно, стрелою улетела.

  Наташа, в комнате сидела,

  Через открытое окно,

  Ей слово, донеслось одно.

  НЕВИДИМА и в миг пропала,

  Как будь-то, вовсе не бывало.

 

  Марго, по городу летая,

  Над населением шаля.

  Внизу случайно увидала,

  ДРАМЛИТА  дом, летит туда.

 Швейцар, стоявший у дверей,

 Заметил, как открылась дверь,

 А кто вошёл, он не заметил.

 Марго, к Латунскому попав,

 Погром, в квартире учинила.

 Крушила мебель, стекла била,

 Квартиру залила водой.

 Разбила люстру, кинув стулом.

 В квартире шум стоял такой,

 Что начали стучать соседи,

 Марго, нарушила покой.

 И с наслажденьем  осмотревшись,

 Погромом, глаз потешив свой,

 Марго подняла щетку с пола,

 Уже пора лететь самой,

 На юг, к реке, летела ведьма

 

 Наташа, обнаружив крем,

 Марго, оставленный случайно.   

 Намазав, им нагое тело,

 Соседа, сделав кабаном,

 Верхом на нём же полетела

 И Маргариту, догнала.

 А мы вернемся к Мастеру пока.

 А между тем, в палате у Ивана,

 Наш Мастер, начал свой рассказ.

 О том, как Магарыч Аллозий,

 Его подвальчик отобрал.

 Как познакомился с Марго,

 Роман писал давным-давно

 И как роман, что о Христе,

 Внезапно стал о Сатане.

 И из-за этого романа,

 Теперь он здесь, вот это, драма.

  

 Рассказ о ритуале ведьм,

 Я расскажу подробней.

 Изюмина, здесь есть одна,

 Ведь здесь Марго, освещена.

 На чёрном небе, звёзды блещут

 И лес, чернеющий в низу.

 Марго на щетке, прямо с неба,

 Её уж правит, прям к пруду.

 Нырнула в озеро лесное,

 Попутно водоросли собрав.

 Наяды вышли на поляну,

 Вот госпожа, давай встречай.

 Сатиры, нимфы и русалки

 Собрались вместе у костра.

 И хороводы там водили,

 Русалки дивно песни пели.

 Все ждали только лишь одно,

 Когда прибудет к ним Марго.

 

 И вынырнув из-под воды,

 Русалок, поприветствовав сначала,

 Пошла на берег и, смущаясь, встала.

 Навстречу к ней, Сатир бежит

 И некий человек, одетый странно.

 Цилиндр, во фраке, но без брюк.

 И разговор довольно странный,

 С разгону начал этот друг.

 -Кого я вижу! этаж ты, Кладина,

 -Моя весёлая вдова.

  Марго, разгневавшись слегка,

 -Пошёл ты вон, я королева!

  А незнакомец:

- Госпожа, Вас, не узнал я королева.

- А виноват коньяк, да будь он проклят.

 Он подошел, хотел обнять,

 Марго, его слегка толкнула,

 Старинной выдержки коньяк,

 Свершал свое «благое дело».

 Мужик, совсем стыд потерял,

 И лез ко всем, кому не лень,

 Марго, ему сказала строго:

 - Бездельник, хоть штаны одень.

 

 И босиком ступая по траве,

 Встречала по дороге эльфов.

 Марго, приветствовала их,

 Смотрела, ласково на них.

 Она, прошла на луг,

 Как тут на встречу к ней,

 Бежит Сатир, и поклонившись ей.

 Слащавым, голосом сказал:

 -Я Вас, приветствую, Марго,

 - Идите к нам, мы ждём давно.

  

 Сатир, повел с собою в круг,

 Все ведьмы расступились.

 Там по средине пень стоял,

 Вокруг него, все ведьмы суетились.

 Сатир на пень стремглав вскочил,

 Чечётку на пеньке отбил,

 В честь новой, королевы.

 

 Сатир, в своем экстазе танца,

 Ладони к небу протянул.

 И хоровод распался сразу,

 Сатир, на пне остался тут.

 А ведьмы выстроились в цепь,

 И ритуал начали.

 Набрав воды, в заветный кубок,

 Держа его над головой.

 Живая цепь, наяд и ведем,

 Передавая над собой,

 Его Сатиру отдает.

 Потом все так же по цепи,

 Огонь, Сатиру передали.

 На небе, искры засеяли

 И силой магии стихий,

 Сатир, их в кубок погрузил.

 

  Подал он чашу госпоже,

  Что ж пейте, пейте же, уже.

  Марго, боясь огнём обжечься,

  Несмело кубок поднесла

  И осушив его до дна,

  Вдруг поняла, ОСВЕЩЕНА!

  Вокруг все ведьмы наземь пали

  И трижды хором ей сказали:

  - Освещена, теперь освещена!

 И в этот миг, с поляны все пропали.

 

 Сатир тут, сделав пируэт,

 Швейцаром обернулся сразу

 И обратившись к королеве

 Спросил: - на чём Вы, прибыли сюда?

 Марго сказала: - да на щетке.

 -Ведь это не удобно госпожа.

 - При ваших данных, надо на машине.

 - А ну-ка ворон, подгони её сюда.

 

 Из леса выкатил авто,

 Им управлял, огромный  ворон.

 Сатир, к подножке, дверь открыл,

 Сказал: - Прошу Вас, королева.

 Помог присесть и дверь закрыл.

 Он, обратившись к ворону, сказал:

 - Лети стрелой, уж скоро бал.

 Машина взвилась в небо,

 Мелькнул лишь луч, от света фар.

 Висел над озером туман,

 Всё, на поляне было чисто.

  

 Машина к дому подкатила,

 Сам, Азазелло, их встречал.

 В парадном фраке, черт лукавый,

 Марго, с крещения встречал.

 - Мессир, желает видеть королеву.

 - Вот свита вам, прелестная Марго.

 - Пора спешить к нему в квартиру.

 - Сударыня, он ждёт давно.

 

 Коровьев начал инструктаж:

- Забудь про всё, ТЫ КОРОЛЕВА!

- Я подскажу тебе, что можно, что нельзя.

- И как себя держать при этом,

  Согласно всех, дворцовых, этикетов.

- Ты стоя будешь всех встречать.

- Венец тяжелый удержать,

  Тебе я буду помогать,

  На, встрече всей, нечистой силы.

  - В тебе течёт не просто кровь,

  А кровь, французской королевы.

 - Кровь королей, в цене всегда.

 - Запомни это, навсегда.

 - Она, прабабушка твоя.

 - Мессиру, всё известно это,

   На то он, деспот- Сатана.

 

  В одежды королевы бала,

  Марго вся свита одевала.

  Корону, Гелла подала,

  Коровьев, подал ей тунику,

  Кот, оба ржавых башмака.

  Одежда, скромная для бала,

  Вся состояла из металла.

  Такая тяжесть, хоть вопи

  И туфли жмут, ну хоть умри.

 

 Марго, под тяжестью такой,

 Уж чуть стояла, Боже мой.

 Коровьев, взял под локоток

 И тут, с сарказмом Бегемот,

 Так издевательски сказал:

 - Терпеть, Вам надо, скоро бал.

 - А, Вы хрустальная моя,

 Уж, чуть стоите, ай да, я.

 

 Коровьев, тихо прошептал:

 - В Ктитае, башмаки достал.

 - Сею обувку, из металла,

 Каких сотню лет назад,

 Их, королева, потеряла,

 А может кот и их, украл.

- Шутник, «испанским сапожком»,

- Их называл, ну уж  потом.

 

Марго, поднялась к алтарю,

Вся свита, двигалась в строю.

Оркестр, играл в то время вальс.

- А где же гости?

- «Будут щас!».

- И в них не будет недостатка.

- Камин пылает слишком жарко.

Котяра лапой замахал,

Подпрыгнул в верх

И крикнул: - Бал!

 

 Вот полночь, на часах пробила,

 И  нечисть, сразу повалила.

 Князья с княгинями и графы,

 Военачальники, и люд,

 И все к Марго, колену льнут.

 По этикету всех встречала

 И как могла, увещевала.

 

 Тут подошла в поклоне Фрида

 И  тихим голосом спросила:

- Пусть больше не дают платок,

 Которым, я младенца задушила.

 Марго была уже без силы,

 Сказала тихо:- помогу.

 Про инструктаж, совсем забыла,

 Ей стало жалко, Фриду ту.

 

 Вся эта грешников толпа,

 Всё из камина прибывала.

 Марго, стоять совсем устала

 И кровь, стучала по вискам.

 Коровьев: - А не пройтись ли нам.

 Под локоть взял и прямо в зал.

 И в это миг, раздался бой часов.

 Все гости расступились разом

 И в центре зала, в ветхом рубище,

 Предстал он сам, хозяин бала.

 

 Толпа вся расступилась сразу,

 Он в центр, встал, совсем  один.

 Всех осмотрел очами, к разу

 - Где Азазелло, чертов сын.

 Тот, не заставил ждать Мессира,

 Бежит галопом через зал

 И на сверкающем подносе,

 Лежит простая голова.

 

 Поднос, к Мессиру он поднес

 И тот задал главе, вопрос:

 - Чтож Михаил, я доказал,

 Что Сатана, тут правит бал

 И Дьявол существует.

 - Теория тут ваша не верна,

 Жизнь, после смерти, существует.

 И Берлиоз ответил:- Да!

 

 

 Свой меч, на главу возложив,

 Мессир сказал: - Ну что ж иди.

 - Уходишь ты в небытиё,

 Став чашей для меня и всё.

 Тут череп, сразу оголился,

 Стоит на ножке костяной.

 Весь в изразцах и весь резной,

 И с золотым кругом тисненьем.

 - Вот этот кубок, не простой

 И выпить из него приятно.

 - За бытиё всех нас!

 - Но где же Магель, скоро час.

 

 Барон, себя ждать не заставил,

 Зашёл в квартиру пятьдесят.

 Он оказался прямо в зале,

 Барон, испуга не скрывал.

 Мессир, тут обратился с речью,

 Ко всем гостям, на бале том.

 - Хочу представить, Вам сегодня,

 - Барон Фон Магель, это, он.

 - Наушник из ЧК, НКВД, шпион

  И негодяй, отменный.

 - Он с этой цель напросился к нам.

 - Барон, хочу помочь, немного Вам,

  Простится с жизнью, Вы сегодня.

 - Вам ни к чему, земная суета,

 А я хочу, испить вина.

 

 Коровьев, взял с подноса чашу,

 Барон, от страха оробел.

 И грянул выстрел с револьвера,

 Стрелял, конечно, Азазелло,

 Но Магель, рухнуть не успел,

 К нему, Коровьев, подоспел.

 Подставив к ране, сей сосуд,

 Его наполнил свежей кровью

 И чашу ту, Мессиру передал.

 Поднявши кубок, тот сказал:

 - Я пью за Вас, родные господа!

 Пригубив, сладкого вина,

 Он чашу Маргарите передал.

 Сказав при этом:

 - Пей до дна.

 

 Коровьев, тихо на ухо сказал:

 -Не бойтесь, пейте, в землю кровь ушла,

 И там, где пролилась она,

 Уж виноград растет давно.

 - В том кубке, сладкое  вино.

 Марго, испила чашу всю до дна,

 - Всё, бал закончен господа!

 И мрачный зал исчез,

 Исчезли гости.

 Марго, без сил, осталась вовсе.

 

 В уютной комнате, накрытый стол,

 В компании Мессира, свиты верной.

 Марго сидела, отдыхала за столом

 И размышляла мысленно о Фриде.

 Так вот, вкушая ужин за столом,

 Мессир спросил у Маргариты,

 Что хочет, от него она.

 Какую ей, он может, оказать услугу.

 - Мессир! спросила, тут Марго,

 - Нельзя ли, сделать так, чтоб Фриде,

 - Платок не подносили больше.

 - Нет, не могу, проси же для себя,

 А с Фридой, разберись сама.

 - Ведь ты сегодня, королева,

 Зачем Вам нужен, Сатана.

 

 Марго, позвав к себе девицу,

 Сказала: - Всё, иди, ты польщена,

 Платка, не подадут уж больше,

 Ты, королевой прощена.

 С поклоном Фрида, испарилась.

 - Ну, что Марго, потребуй для себя,

 Чего ты ждешь, прощенье Фриды,

 Здесь не считается пока.

 - Ты требуй, не проси, я всё исполню.

 Марго, поднявшись с места своего,

 Тут властным голосом сказала:

 - Верните Мастера, Мессир!

 - И это всё, о чём мечтала.

 -Что сильно любите его?

 -Люблю, Мессир!

 И в тот же миг, здесь Мастер оказался.

 Мессир, спросил у Маргариты:

 - Чем я могу еще помочь?

 Она сказала, хочёт всё, как прежде,

 Подвальчик на Арбате, уличный фонарь,

 Светивший в окна по ночам.

 

 Тут Мастер голос свой подал,

 И тихим голосом сказал:

 - Как прежде быть, не может.

 - В подвальчике, живёт другой.

 Мессир спросил:

 - За что, Вас любит, Маргарита?

 - Наверно за роман.

 - За что, за что, что за роман?

 -Про Понтия Пилата.

 -А ну-ка, дайте посмотреть.

 -Простите, не могу, я сжег его, Мессир.

 -Не может быть,

 -Ведь рукопись, гореть не может.

 - Нам Бегемот, сейчас поможет,

 - Ну, где роман, подай-ка, кот.

 - Несу Мессир, он запылился, вот.

  Его, он на руке поднял

  И мыслью, сразу прочитал,

  И положив его на стол,

  Мессир, сказал:

 - Я понял всё.

 - Поверьте мне, что Ваш, роман,

  Сюрпризов приготовит, Вам.

 

 -А ну-ка Азазелло,

 Что у нас, с подвалом?

 -Всё хорошо Мессир, свободен он.

 -А где скажи хозяин?

 - Мессир, позвольте, вот и он

  И с потолка, свалился чемодан,

  А следом и за ним, Аллозий.

 - Мессир, Аллозий Магарыч!

 - Доносчик, вор и просто хрыч.

 - Подвальчик сильно захотел,

   В доносах, сильно преуспел.

   Какая хитрость и уменье,

   Донос, валютного храненья.

 

 И тут Марго, сорвалась с места,

 Да с кулаками на него.

 - Нельзя же так Марго, он человек,

   Но только скользкий.

 - А почему нельзя?

 Тут крикнул, Бегемот,

 И тут, вмешался Азазелло.

 -А ну пошёл отсюда, вон!

 И дав ему под зад коленом,

 Направил к выходу его.

 Мессир, тут приказал Марго:

 - Сама, со свитой разберитесь,

 Сея, обуза не нужна теперь.

 И тут вошла, служанка в дверь,

 И стала умолять Марго,

 Оставить ведьмою её.

 Удовлетворив, её желанье,

 Наташа, счастлива была,

 В окне растаяла она.

 

 И тут вошел сосед по дому,

 -Простите, мне бы справку взять,

 Чтоб на работе предъявлять.

 - Жене, бумажку для отчета,

 Что не гулял я, у кого-то.

 Кот крикнул: - Сделаем сейчас!

 И  Гелле сразу же сказал:

 - Пиши, что данный гражданин,

 Н.Н., был на балу у Сатаны.

 - Куда был взят, как транспортное средство.

 - И допиши, что БОРОВОМ, он был.

 - И подпись Бегемот.

 - Дай штамп, сюда поставлю,

   ОПЛАЧЕНО!

 - Ну, вот и всё, бери,

   Ты как всегда, свободен.

 - Чего ты встал?

 - Давай  иди.

 

 И тут вдруг, Варенуха объявился,

 Увидев Сатану, взмолился, чтоб отпустил.

 Не может он, вампиром быть

 И крови запах, не выносит.

 Тут Азазелло:

 - Кто так просит!

 - Ну, чёрт с тобой, иди,

 Но трубку больше не бери

 И вот ещё скажу, не ври.

 Администратор согласился

 И тут же сразу испарился,

 Спокойно, вылетев в окно.

 

 - Ну, вот и все, на улице светло,

 Пора и нам, всем расходится.

 А что за звуки там у нас?

 - Послушай Бегемот.

 - Послушай-ка и ты, печальный рыцарь.

 - Пойдите, разберитесь-ка пока,

 А мне пора с Марго, проститься.

 - Что ж королева, вот моя рука!

 - Идите с Мастером в подвальчик,

 А данную квартиру, сжечь дотла.

 Коровьев с Бегемотом, выйдя в залу,

 Заметили отряд НКВД.

 Те тоже, начесть увидали,

 Стрельбу затеяли везде.

 Вся мебель, вспыхнула в квартире,

 Стрельба ведётся, словно в тире.

 На люстре с револьвером кот,

 Стрельбу прицельную ведёт.

 Команда, старшего по группе,

 Пора бойцам всем уходить,

 Оставить чертову квартиру,

 Зови пожарников, тушить.

 

 

 Коровьев с Бегемотом, по Москве,

 Два дня чудили в ресторане,

 В ГУМ, по случайности попали.

 Не то от скуки, так шутя,

 Там столько дел  наворотили.

 Спец. службы по Москве кипели,

 Работы было через край.

 Тем временем к Мессиру,

 Посланник от Христа пришел.

 И сообщил о том, чтоб он,

 Забрал с собой

 И ту, что так любила.

 Мессир сказал: - Иди, я знаю всё!

 - Я заберу с собою Маргариту,

 - Возьму с собой и Мастера её.

 И обратившись к Азазелло, сказал:

 - Иди скорей и сделай всё!

 

 А в это время уж гроза,  

 На город наступала.

 Сгущались тучи, гром гремел

 И в небе молния блистала.

Любовники в подвальчике скучали,

В окно, тихонько постучали.

Марго при свете молнии, в окне,

Вдруг, Азазелло увидала.

К двери тот час же подошла,

Открыла дверь:- А где же, Сатана?

- Мессир привет вам передал.

- Я тут проездом.

И достал, бутыль фаенского вина.

- Пилат пивал его тогда,

Когда беседовал с Христом.

- Мессир дарует вам поклон.

- Вино игрится просто класс,

Я тоже выпил бы за вас.

- Марго, давай-ка всем бокалы,

Отметим встречу мы сейчас.

 

 - Согласна, я люблю так быстро,

 Люблю простую наготу.

 - Я, Азазелло, Вас люблю!

 - Налей же ты, бокалы быстро.

 Фужеры звонко зазвенели,

 Все сразу выпили до дна

 И тут же замертво упали.

 Марго в сознание пришла, спросив:

 - За что же, Азазелло?

 - Так надо, Вас, с собой берёт Мессир.

 -А что же с Мастером?

 -Не беспокойтесь жив.

 Тут Мастер, чуть отпив, из кубка Азазелло,

 Очнулся, закричал ему: - Ты отравитель,

 За что ты, Маргариту погубил?

 - Да живы все, и что, Вы так кричите?

-  Бросайте все, нам время уходить.

 Уж кони роют землю,

 Гроза уж близко, буря за окном,

 А тут гори оно огнем.

 Марго, возьми с собой роман.

 -Не надо! Мастер тут сказал:

 -Оставь его!

 - Я знаю наизусть давно.

 Сказал и сразу запалил подвал.

 Три черных всадника в плащах,

 На резвых вороных конях,

 Помчались прочь с Арбата.

 Подвал пылал огнём тогда.

 Старушка, черта увидала

 На черном вороном коне,

 Креститься стала,

 Но услышав голос черта:

 - Я руку оторву тебе.

 Сознанье потеряв, упала

 И долго так, и не вставала,

 А всадники умчались в высь.

 Галопом в небо поднялись.

 

 Вдруг Мастер, вспомнил про Ивана,

 Сказал: - Марго, давай заглянем.

 - Давай больного навестим

 И психбольницу посетим.

 Бездомный спал в своей палате

 И Мастер, разбудил его,

 Войдя в открытое окно.

 - Иван, я к вам зашёл, простится,

 Я ухожу уж в мир иной.

 - Скажи с тобой ли Маргарита?

 - Со мной конечно, Бог с тобой.

 И в этот миг, предстала Маргарита.

 - А, Вы красивы, Мастер был не прав,

 Что Вас, хотел оставить в этом мире.

 - Иван, не беспокойтесь Вы, за нас.

 - У нас все хорошо и хорошо у Вас.

 - Марго, пора, гроза уж близко

 И ветер рвёт и кони заждались.

 - Прощайте же, не поминайте лихо,

 - Да будьте счастливы на век.

 В палате сразу стало тихо,

 Через открытое окно, поэт увидел.

 Как над лугом,

 Промчались всадники в седле.

 

 Иван услышал шум за дверью,

 Какой-то местный эскулап.

 Все торопил: - Давай, давай,

 Его теряем мы, быстрей.

 - Ставь камфару ему скорей.

 - Пощупай пульс, пропал совсем,

 - Всё умер, запишите в семь.

 Иван позвал к себе сиделку

 И тихим голосом спросил:

 - Скажите лучше, что  соседом.

Сестра сказала: - Он почил.

 - Я так и думал, знаю точно,  

  Что в это время, в тот же час,

  Скончалась женщина в Москве.

 -  Марго, красавица вполне.

 

 Ревела буря, молнии сверкали!

 Семь черных всадников,

 На вороных конях скакали прочь,

 По небу поднимаясь.

 С Москвой прощались навсегда.

 Бездомный, вскоре был здоровым,

 Был из больницы, выписан домой.

 Стихи он больше не писал,

 В блокнотик свой.

 Вся голова, покрылась сединой.

 Марго его, еще раз навещала

 И про ганца, Ивану рассказала.

 Его по-братски, в лоб поцеловав

 И напоследок прошептала:

 - Будь счастлив милый ты, Иван.

 

 Иван, в открытое окно,

 На тёмном небе вдруг заметил.

 В лучах луны, в сиянье звезд,

 По млечному пути.

 Два человека рядом шли,

 Обнявшись, что-то говорили.

 Вели беседу, меж собой.

 Фигуры женская, мужская,

 По лунному лучу.

 Шли про подвальчик вспоминали,

 Скучая по Земле забытой.

 То были Мастер с Маргаритой,

 Любовь, унёсшие с собой.

 

 На этом я закончу свой рассказ

 И всем советую прочесть, хоть раз

 И сделать выводы свои,

 А мне, пора, гудбай, мерси.

 

 

 

Рейтинг: +4 463 просмотра
Комментарии (9)
Татьяна Андреева # 12 ноября 2012 в 13:43 +1
Очень люблю этот роман Булгакова big_smiles_138
Валерий Соколов # 5 декабря 2012 в 10:08 0
c0137
Валерий Соколов # 5 декабря 2012 в 10:09 0
Спасибо
Лунный свет (Надежда Давыдова) # 20 февраля 2013 в 14:03 +1
Пятый прокуратор Иудеи,
Всадник Понтий Пилат,
убеждениям своим,
ты и сам не рад.

Как ты смог Его отдать?
Как же вышло так?
И накрыл Ершалаим
беспросветный мрак.

Ты теперь Его зовешь.
Нужен Он тебе.
У подножья скал ты ждешь
приговор судьбе.

Век за веком пролетает.
Близок твой закат.
Пятый прокуратор Иудеи,
Всадник Понтий Пилат.
Валерий Соколов # 20 февраля 2013 в 14:09 +1
СПАСИБО!!! buket7
Елена Можарова # 3 апреля 2013 в 16:10 0
Супер! Валерий, Вы просто сделали чудо! Написать Булгакова в стихах! Для меня это просто непостижимо! И ведь всё передано верно! До того, как прочитать книгу, я слышала про неё. В основном говорили, что трудно читаема. И я также настроена была. Но прочитала роман буквально взахлёб за одну ночь! Очень его люблю! Спасибо, что напомнили про него!!! 50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e
Валерий Соколов # 3 апреля 2013 в 18:44 0
СПАСИБО!!!! 9c054147d5a8ab5898d1159f9428261c
Владимир Проскуров # 4 апреля 2013 в 18:01 +1
ЖЕНЩИНА ПРАКТИЧНАЯ

Когда разбойник грабит нас,
За жизнь он деньги отбирает,
У женщины практичный глаз,
Она все сразу получает …

Я ВЫВОД СДЕЛАЛ!
ВАМ СПАСИБО!!!
Валерий Соколов # 4 апреля 2013 в 18:33 0
Мудрец один сказал однажды
bums
Мудрец один сказал однажды,
Чтоб брак счастливым был.
Немой слепой и глуховатой,
Быть женщине сулил.

Смотрю на жизнь я сквозь очки
И голова седа.
Есть доля истины в вине,
А всё ж мудрец то, прав.

Она всё сплетни собирает
И в скважину глядит.
Потом соседке на скамейке,
О многом говорит.

Подружке верной словно псу,
Все тайны раздает.
Чем больше тянут языки,
Разлад в семье идёт.