Помочь сайту
Поздравления
Военпред
14 января 2026 -
Александр Джад
Восьмидесятые годы прошлого века. Время начало конца нормальной, уверенной в завтрашнем дне жизни.
Хочу рассказать об одном молодом человеке, Алексее Захарове, начинавшем свой жизненный путь как раз в то самое время.
Есть такая профессия — людей защищать. Есть. Но защищать человека можно и нужно не только от врагов, бандитов и жуликов, но иногда и от самих себя или точнее от ими же произведённой некачественной продукции. Для этого на всех предприятиях организована служба контроля качества — отдел технического контроля или сокращённо ОТК.
Но в нашей огромной и тогда ещё нерушимой стране однозначно считалось, что лучше пере бдеть, чем не до бдеть. И поэтому для контроля над контролёрами на особо ответственных направлениях, таких как поставки продукции для военных организаций и на экспорт был создан институт военных представителей, военпредов или говоря по цивильному — представителей заказчика. То есть людей материально не зависимых от предприятия и потому выполняющих свою работу, как говорят не за страх, а за совесть.
Военпредами работали самые обычные люди. Это и понятно — других-то, откуда взять? И Алексей был таким же. Было ему чуть больше двадцати, когда его назначили старшим смены военного представительства контролирующего изготовление и сборку автомобильных двигателей. Все подчинённые были его одногодками или старше, имели опыт работы и были вольнонаёмными, то есть гражданскими. Ими особо не покомандуешь, это ж не солдаты, тут нужно что-то совсем другое. А вот этому, к сожалению, ни в одном образовательном учреждении не учат.
— Товарищ майор! — через какое-то время обратился Алексей к своему непосредственному начальнику. — Не могу найти контакт с подчинёнными в смене. Я и так к ним и эдак, а они всё равно обращаются к вам, а я для них словно пустое место.
Майор Заикин, высокий, поджарый, светловолосый, недавно разменял четвёртый десяток. Перед назначением в военное представительство много лет прослужил в войсках строевым командиром и имел немалый опыт работы с людьми.
— Знаешь что, лейтенант, — подумав, ответил майор Заикин, — ты не занимайся поднятием авторитета как самоцелью. Работай. Изучай производство. Ты думаешь, пришёл на место начальника и тебя все сразу зауважали? Авторитет — не прилагательное к должности, его нельзя завоевать, его нужно заслужить.
И Алексей принялся изучать производство.
Чертежи, технологии изготовления и сборки, инструкционные карты, ГОСТы, ОСТы. Изучил документы в кабинете, сделал пометки в блокноте — и в цех, посмотреть, как всё это делается на практике.
— Виктор! — подозвал Алексей к себе подчинённого. — Вы проверяете генераторы на стенде перед установкой на двигатель?
— Проверяем. Что у тебя за проблема?
— Боюсь проблема не у меня. Какой максимальный ток показывал амперметр при последнем замере?
— Больше положенных двадцати восьми ампер, — скептически улыбаясь, поглядел на Алексея подчинённый.
— А сколько, конкретно? — настаивал на своём дотошный лейтенант.
— Проверяешь? Я здесь уже три года работаю, а ты только пришёл. Ты что, больше меня знаешь?
Алексей промолчал. Можно было, конечно, поднажать, никуда бы этот Виктор не делся. Но авторитет нужно зарабатывать, а не завоёвывать...
— Зря обижаешься, — сказал Алексей. — Прибор рассчитан на сорок ампер, а стрелка его зашкаливает...
— Ну так и что? Это же больше двадцати восьми. Что ты от меня хочешь?
— Чтобы ты думал, Витя. Ведь если при том же сечении провода, при тех же размерах ротора и статора генератор даёт ток чуть не в два раза больше... Как так может быть?
— Значит, на заводе-изготовителе чего-то там модернизировали, — уже не так уверенно парировал подчинённый.
— Может, конечно. Но не до такой же степени! Ладно, иди, работай. И вот ещё что, пригласи сюда, пожалуйста, технолога и представителя ОТК. Будем разбираться.
— По конвейеру, между прочим, экспортные движки идут. Если генераторов не будет, конвейер встанет. Смотри, тебя за это по головке не погладят.
— Спасибо за заботу, но мы не можем допустить, чтобы не проверенные агрегаты устанавливали на экспортные двигатели.
— Как знаешь, — Виктор пожал плечами и пошёл выполнять поручение.
Битых два часа технологи и представители конструкторского отдела в купе с энергетиком цеха колдовали над стендом. Провозились весь обед. Проверили все параметры. Принесли новый амперметр только что прошедший проверку в КИПе о чём свидетельствовал соответствующий штамп прямо на приборе. Результат был прежним.
«Не верить КИПу нельзя, — размышлял Алексей. — Ну могли они ошибиться, могли, но не в два же раза, тем более в спорном вопросе. Кто бы захотел добровольно подставляться? Да никто!»
Технолог и представитель ОТК перепроверили весь задел генераторов в цехе, ещё принесли со склада из новой партии. Результат тот же.
— Алексей! — подошёл Виктор. — Можно тебя на минуту? Тебя начальство, подполковник Волков вызывает, — сказал он, когда они отошли в сторону. — Говорил тебе, не лезь не в своё дело.
— Наше дело правое, мы победим, — улыбнулся Алексей, но на душе у него нехорошо заскреблись кошки, тут и экстрасенсом не надо быть.
Виктор только головой покачал...
— Значит так, — сказал подполковник, когда Алексей вошёл к нему в кабинет, — ты уверен в том, что делаешь?
— Так точно, товарищ подполковник!
Подполковнику Волкову было около сорока. Попал он в «приёмку» по распределению после института. Среднего роста, крепкого телосложения с ёжиком густых усов над верхней губой, медлителен, мудр и вальяжен. Эдакий красавец-гусар. От него так и веяло породой.
— Ты мне это брось — так точно! — поморщился начальник. — Здесь тебе не войска, а живые люди. Ты понимаешь, что конвейер остановил? Ты понимаешь, что из-за тебя план месяца может сорваться? А это премия, понимаешь ли. Живые денежки людей. А ты их отнять хочешь.
— Товарищ подполковник...
— Товарищ, товарищ, — бурча произнёс отец-командир. — Пока что товарищ. У меня, между прочим, имя и отчество имеется.
— Михал Михалыч...
— Не перебивай, сынок и имей в виду — я в тебя верю. Пока что. Сколько тебе ещё надо времени, чтобы разобраться?
— Не знаю, — замялся Алексей. — Ну может сутки. До завтрашнего обеда.
— Только до утра. Директор завода звонил, возмущался. Так что дольше тянуть нельзя. Завтра в полдевятого ты мне докладываешь о результатах. Но имей в виду, если найдёшь — тебе ничего не будет, даже благодарности, ведь это твоя работа. А вот ежели ничего не накопаешь — мало не покажется. Это ж не шутки целый цех премии лишить, не говоря уже о государственном плане. Понял, сынок?
— Так точно, товарищ подполковник!
— Так может, откажешься от своих намерений пока ещё не поздно?
— Никак нет! Разрешите идти?
— Ишь ты, горячий какой! Значит так. Двигатели разреши укомплектовывать имеющимися в наличии генераторами...
— Михал Михалыч...
— Не перебивай старших, сынок. Выслушай, а говори, только когда тебе разрешат. У нас всё же армия, в конце-то концов. Итак, двигатели на испытательной станции будете принимать «условно» до решения вопроса с генераторами. Уяснил?
— Так точно, товарищ подполковник! Разрешите выполнять?
— Иди, сынок, выполняй. И дай тебе Бог в начале полёта крылья не обломать...
В цехе над стендом по-прежнему ворковала комиссия. Все только плечами пожимали:
— Ведь больше — это не меньше, — пытались они втолковать в голову лейтенанту.
— Так не может быть. Здесь где-то ошибка, — Алексей твёрдо стоял на своём.
— Но мы же перепроверенные КИПом приборы на ваших глазах поменяли, — развёл руками энергетик цеха, Валентин Иванович — крупный мужчина средних лет при пиджаке и галстуке. — Что вам ещё нужно?
— Правды, — Алексей видел, как суетится энергетик, как он яростно доказывает вроде бы очевидное, но при этом в глаза не смотрит и постоянно вытирает со лба пот. — Смотрите, стрелка амперметра зашкаливает.
— Так и что? — Валентин Иванович в очередной раз промокнул лоб.
— Давайте поставим прибор с пределом измерений, скажем до шестидесяти ампер или даже больше.
— И что это даст?
Если говорить честно, Алексей ещё сам не знал, зачем это нужно. Но ничего не предпринимать было нельзя, а помощи от заводчан в этом вопросе ждать не приходилось.
— Узнаем истинное значение тока выдаваемого генератором, — сказал он, — а потом будем делать выводы.
— Ладно, — покрутив мозгами и не найдя никаких контрдоводов устало согласился энергетик, — я сегодня всё подготовлю, а завтра заменим.
— Сегодня, — памятуя наказ командира, сказал Алексей, — лучше задержимся после работы.
— Мы-то задержимся, — мудро пояснил энергетик, — мы ИТР, у нас рабочий день не нормированный. А электрик — рабочий. У него рабочий день закончился и всё, тю-тю. Его дома жена и дети ждут.
— Но можно его попросить задержаться?
— Можно. А зачем? Я сегодня всё подготовлю, а завтра с самого утра поставим. Пока вы на работу придёте, всё будет в порядке.
— В порядке... — пробурчал Алексей. — Вы хотите сказать, что к восьми часам всё будет заменено и у нас будет ещё полчаса до прихода начальства, чтобы разобраться со стендом?
— Обещаю! — энергетик клятвенно прижал руки к груди. — И КИПовцев позовем, чтобы сам стенд проверили. Не переживайте, завтра к полдевятого всё встанет на свои места.
— Хорошо, — согласился Алексей, — завтра так завтра...
Ночью Алексей плохо спал. Ему снились вялые технологи и задумчивые конструктора копошащиеся, словно муравьи вокруг капризного стенда и энергетик цеха с пеной у рта пытающийся всем что-то доказать. Потом перед глазами поплыли сходящие с конвейера двигатели с непроверенными генераторами. А затем он увидел, как солдаты бешено крутили заводные рукоятки своих боевых машин, пытаясь завести двигатель при разряженном аккумуляторе. Ведь не проверенный генератор не давал должной зарядки, чем была явно подорвана боевая готовность войск, и виноватым в этом был именно он, Алексей не увидевший и не распознавший вражескую диверсию, удачно проведённую с его помощью, а точнее из-за его некомпетентности и технической безграмотности...
Какое там в восемь? Подчиняясь неведомой силе, которая выдернула его спозаранку из тёплой постели, в семь часов Алексей уже был на производстве.
Энергетик не обманул. Не смотря на то, что цех ещё не начал работать около злополучного стенда возился электрик. Он вытащил из стенда какую-то деталюшку и на её место старательно прикручивал другую.
— Ты что там заменил? — поинтересовался Алексей.
— Шунт к амперметру, — сказал ничего не подозревающий электрик.
— Какой шунт? Разве прибор рассчитан не на сорок ампер?
— Прибор, который вы видите, — электрик ткнул отвёрткой в амперметр, — на самом деле не амперметр, а всего лишь миллиамперметр. К нему имеется набор шунтов под разный ток. Так что он может измерять ток и до двадцати ампер и до сколько нужно, стоит только заменить шунт.
Алексей почувствовал, как у него учащённо забилось сердце: вот оно! Неужели нашёл?
— А шкала? На ней же указано: до сорока ампер.
— Шкала меняется вместе с шунтом.
— Ясно... — Алексей уже понял расклад, осталось выяснить только частности. — А потом всё проверяется КИПом? — спросил он.
— Конечно, вот их штамп.
— Скажи, а можно установить шунт на двадцать, а шкалу оставить сорокаамперную?
— Не получится. Шунты и шкалы выдаются КИПом строго под расписку.
— А зачем ты тогда его заменил?
— Он же бракованный. Смотрите, наполовину спилен.
«Ё-моё! Вот от чего Валентин Иванович так потел, — вспомнил Алексей лицо энергетика. — Вот она диверсия — как та, что во сне».
— Так это то же самое, что и шунт, рассчитанный на меньший ток, — высказал он мысль вслух.
— Конечно, — подтвердил электрик. — Вся шкала получилась ампер на двадцать, от силы на двадцать пять.
— Вот почему стрела прибора зашкаливала, даже если генератор не выдавал необходимых двадцати восьми ампер, — Алексей повертел в руках спиленный шунт. — Я его заберу.
— Берите, он уже никуда не пойдёт. Мне сказали, чтобы я его выкинул.
Нервно теребя в руках свою находку, Алексей чуть дождался прихода начальства. И вот, наконец, вместе с майором Заикиным он предстал пред ясные очи начальства.
— Ну что ж, — сказал вальяжный подполковник, — все генераторы, находящиеся на предприятии перепроверить, включая те, что установлены на двигатели, подготовленные к отгрузке.
— Есть, Михал Михалыч! — по-военному как старший, ответил майор.
— Виновные, безусловно, понесут ответственность, — Михаил Михайлович улыбнулся в усы. — А директор больше не будет, брызгать слюной и доказывать, что его люди — ангелы, а мы — звери.
Удобно расположившись за столом, он с интересом разглядывал спиленный шунт.
— Скажи честно, Алексей, а не страшно было?
— Михал Михалыч, я точно знал: какой-то криминал здесь есть. Только поначалу думал, что это просто чья-то ошибка, а не злой умысел. Боялся лишь не успеть к сроку. Так что переживал, но не очень.
— Ну и ладно, — постукивая шунтом по столу, сказал подполковник. — Будем считать, первое дело Холмса ты выиграл.
— Какого Холмса? Почему первое? — Алексей не сразу въехал в аллегорию.
— Потому что такие люди как ты, никогда не остановятся на полпути и у тебя обязательно будет второе, третье и одному Богу известно какое.
— А это хорошо или плохо?
— Право слово не знаю, сынок. Скорее хорошо, чем плохо. Но наверняка знаю одно — скучно тебе, да и всем иже с тобой, по жизни не будет.
И он оказался прав. Первый настоящий отец-командир. Ах, как же он оказался прав...
Хочу рассказать об одном молодом человеке, Алексее Захарове, начинавшем свой жизненный путь как раз в то самое время.
Есть такая профессия — людей защищать. Есть. Но защищать человека можно и нужно не только от врагов, бандитов и жуликов, но иногда и от самих себя или точнее от ими же произведённой некачественной продукции. Для этого на всех предприятиях организована служба контроля качества — отдел технического контроля или сокращённо ОТК.
Но в нашей огромной и тогда ещё нерушимой стране однозначно считалось, что лучше пере бдеть, чем не до бдеть. И поэтому для контроля над контролёрами на особо ответственных направлениях, таких как поставки продукции для военных организаций и на экспорт был создан институт военных представителей, военпредов или говоря по цивильному — представителей заказчика. То есть людей материально не зависимых от предприятия и потому выполняющих свою работу, как говорят не за страх, а за совесть.
Военпредами работали самые обычные люди. Это и понятно — других-то, откуда взять? И Алексей был таким же. Было ему чуть больше двадцати, когда его назначили старшим смены военного представительства контролирующего изготовление и сборку автомобильных двигателей. Все подчинённые были его одногодками или старше, имели опыт работы и были вольнонаёмными, то есть гражданскими. Ими особо не покомандуешь, это ж не солдаты, тут нужно что-то совсем другое. А вот этому, к сожалению, ни в одном образовательном учреждении не учат.
— Товарищ майор! — через какое-то время обратился Алексей к своему непосредственному начальнику. — Не могу найти контакт с подчинёнными в смене. Я и так к ним и эдак, а они всё равно обращаются к вам, а я для них словно пустое место.
Майор Заикин, высокий, поджарый, светловолосый, недавно разменял четвёртый десяток. Перед назначением в военное представительство много лет прослужил в войсках строевым командиром и имел немалый опыт работы с людьми.
— Знаешь что, лейтенант, — подумав, ответил майор Заикин, — ты не занимайся поднятием авторитета как самоцелью. Работай. Изучай производство. Ты думаешь, пришёл на место начальника и тебя все сразу зауважали? Авторитет — не прилагательное к должности, его нельзя завоевать, его нужно заслужить.
И Алексей принялся изучать производство.
Чертежи, технологии изготовления и сборки, инструкционные карты, ГОСТы, ОСТы. Изучил документы в кабинете, сделал пометки в блокноте — и в цех, посмотреть, как всё это делается на практике.
— Виктор! — подозвал Алексей к себе подчинённого. — Вы проверяете генераторы на стенде перед установкой на двигатель?
— Проверяем. Что у тебя за проблема?
— Боюсь проблема не у меня. Какой максимальный ток показывал амперметр при последнем замере?
— Больше положенных двадцати восьми ампер, — скептически улыбаясь, поглядел на Алексея подчинённый.
— А сколько, конкретно? — настаивал на своём дотошный лейтенант.
— Проверяешь? Я здесь уже три года работаю, а ты только пришёл. Ты что, больше меня знаешь?
Алексей промолчал. Можно было, конечно, поднажать, никуда бы этот Виктор не делся. Но авторитет нужно зарабатывать, а не завоёвывать...
— Зря обижаешься, — сказал Алексей. — Прибор рассчитан на сорок ампер, а стрелка его зашкаливает...
— Ну так и что? Это же больше двадцати восьми. Что ты от меня хочешь?
— Чтобы ты думал, Витя. Ведь если при том же сечении провода, при тех же размерах ротора и статора генератор даёт ток чуть не в два раза больше... Как так может быть?
— Значит, на заводе-изготовителе чего-то там модернизировали, — уже не так уверенно парировал подчинённый.
— Может, конечно. Но не до такой же степени! Ладно, иди, работай. И вот ещё что, пригласи сюда, пожалуйста, технолога и представителя ОТК. Будем разбираться.
— По конвейеру, между прочим, экспортные движки идут. Если генераторов не будет, конвейер встанет. Смотри, тебя за это по головке не погладят.
— Спасибо за заботу, но мы не можем допустить, чтобы не проверенные агрегаты устанавливали на экспортные двигатели.
— Как знаешь, — Виктор пожал плечами и пошёл выполнять поручение.
Битых два часа технологи и представители конструкторского отдела в купе с энергетиком цеха колдовали над стендом. Провозились весь обед. Проверили все параметры. Принесли новый амперметр только что прошедший проверку в КИПе о чём свидетельствовал соответствующий штамп прямо на приборе. Результат был прежним.
«Не верить КИПу нельзя, — размышлял Алексей. — Ну могли они ошибиться, могли, но не в два же раза, тем более в спорном вопросе. Кто бы захотел добровольно подставляться? Да никто!»
Технолог и представитель ОТК перепроверили весь задел генераторов в цехе, ещё принесли со склада из новой партии. Результат тот же.
— Алексей! — подошёл Виктор. — Можно тебя на минуту? Тебя начальство, подполковник Волков вызывает, — сказал он, когда они отошли в сторону. — Говорил тебе, не лезь не в своё дело.
— Наше дело правое, мы победим, — улыбнулся Алексей, но на душе у него нехорошо заскреблись кошки, тут и экстрасенсом не надо быть.
Виктор только головой покачал...
— Значит так, — сказал подполковник, когда Алексей вошёл к нему в кабинет, — ты уверен в том, что делаешь?
— Так точно, товарищ подполковник!
Подполковнику Волкову было около сорока. Попал он в «приёмку» по распределению после института. Среднего роста, крепкого телосложения с ёжиком густых усов над верхней губой, медлителен, мудр и вальяжен. Эдакий красавец-гусар. От него так и веяло породой.
— Ты мне это брось — так точно! — поморщился начальник. — Здесь тебе не войска, а живые люди. Ты понимаешь, что конвейер остановил? Ты понимаешь, что из-за тебя план месяца может сорваться? А это премия, понимаешь ли. Живые денежки людей. А ты их отнять хочешь.
— Товарищ подполковник...
— Товарищ, товарищ, — бурча произнёс отец-командир. — Пока что товарищ. У меня, между прочим, имя и отчество имеется.
— Михал Михалыч...
— Не перебивай, сынок и имей в виду — я в тебя верю. Пока что. Сколько тебе ещё надо времени, чтобы разобраться?
— Не знаю, — замялся Алексей. — Ну может сутки. До завтрашнего обеда.
— Только до утра. Директор завода звонил, возмущался. Так что дольше тянуть нельзя. Завтра в полдевятого ты мне докладываешь о результатах. Но имей в виду, если найдёшь — тебе ничего не будет, даже благодарности, ведь это твоя работа. А вот ежели ничего не накопаешь — мало не покажется. Это ж не шутки целый цех премии лишить, не говоря уже о государственном плане. Понял, сынок?
— Так точно, товарищ подполковник!
— Так может, откажешься от своих намерений пока ещё не поздно?
— Никак нет! Разрешите идти?
— Ишь ты, горячий какой! Значит так. Двигатели разреши укомплектовывать имеющимися в наличии генераторами...
— Михал Михалыч...
— Не перебивай старших, сынок. Выслушай, а говори, только когда тебе разрешат. У нас всё же армия, в конце-то концов. Итак, двигатели на испытательной станции будете принимать «условно» до решения вопроса с генераторами. Уяснил?
— Так точно, товарищ подполковник! Разрешите выполнять?
— Иди, сынок, выполняй. И дай тебе Бог в начале полёта крылья не обломать...
В цехе над стендом по-прежнему ворковала комиссия. Все только плечами пожимали:
— Ведь больше — это не меньше, — пытались они втолковать в голову лейтенанту.
— Так не может быть. Здесь где-то ошибка, — Алексей твёрдо стоял на своём.
— Но мы же перепроверенные КИПом приборы на ваших глазах поменяли, — развёл руками энергетик цеха, Валентин Иванович — крупный мужчина средних лет при пиджаке и галстуке. — Что вам ещё нужно?
— Правды, — Алексей видел, как суетится энергетик, как он яростно доказывает вроде бы очевидное, но при этом в глаза не смотрит и постоянно вытирает со лба пот. — Смотрите, стрелка амперметра зашкаливает.
— Так и что? — Валентин Иванович в очередной раз промокнул лоб.
— Давайте поставим прибор с пределом измерений, скажем до шестидесяти ампер или даже больше.
— И что это даст?
Если говорить честно, Алексей ещё сам не знал, зачем это нужно. Но ничего не предпринимать было нельзя, а помощи от заводчан в этом вопросе ждать не приходилось.
— Узнаем истинное значение тока выдаваемого генератором, — сказал он, — а потом будем делать выводы.
— Ладно, — покрутив мозгами и не найдя никаких контрдоводов устало согласился энергетик, — я сегодня всё подготовлю, а завтра заменим.
— Сегодня, — памятуя наказ командира, сказал Алексей, — лучше задержимся после работы.
— Мы-то задержимся, — мудро пояснил энергетик, — мы ИТР, у нас рабочий день не нормированный. А электрик — рабочий. У него рабочий день закончился и всё, тю-тю. Его дома жена и дети ждут.
— Но можно его попросить задержаться?
— Можно. А зачем? Я сегодня всё подготовлю, а завтра с самого утра поставим. Пока вы на работу придёте, всё будет в порядке.
— В порядке... — пробурчал Алексей. — Вы хотите сказать, что к восьми часам всё будет заменено и у нас будет ещё полчаса до прихода начальства, чтобы разобраться со стендом?
— Обещаю! — энергетик клятвенно прижал руки к груди. — И КИПовцев позовем, чтобы сам стенд проверили. Не переживайте, завтра к полдевятого всё встанет на свои места.
— Хорошо, — согласился Алексей, — завтра так завтра...
Ночью Алексей плохо спал. Ему снились вялые технологи и задумчивые конструктора копошащиеся, словно муравьи вокруг капризного стенда и энергетик цеха с пеной у рта пытающийся всем что-то доказать. Потом перед глазами поплыли сходящие с конвейера двигатели с непроверенными генераторами. А затем он увидел, как солдаты бешено крутили заводные рукоятки своих боевых машин, пытаясь завести двигатель при разряженном аккумуляторе. Ведь не проверенный генератор не давал должной зарядки, чем была явно подорвана боевая готовность войск, и виноватым в этом был именно он, Алексей не увидевший и не распознавший вражескую диверсию, удачно проведённую с его помощью, а точнее из-за его некомпетентности и технической безграмотности...
Какое там в восемь? Подчиняясь неведомой силе, которая выдернула его спозаранку из тёплой постели, в семь часов Алексей уже был на производстве.
Энергетик не обманул. Не смотря на то, что цех ещё не начал работать около злополучного стенда возился электрик. Он вытащил из стенда какую-то деталюшку и на её место старательно прикручивал другую.
— Ты что там заменил? — поинтересовался Алексей.
— Шунт к амперметру, — сказал ничего не подозревающий электрик.
— Какой шунт? Разве прибор рассчитан не на сорок ампер?
— Прибор, который вы видите, — электрик ткнул отвёрткой в амперметр, — на самом деле не амперметр, а всего лишь миллиамперметр. К нему имеется набор шунтов под разный ток. Так что он может измерять ток и до двадцати ампер и до сколько нужно, стоит только заменить шунт.
Алексей почувствовал, как у него учащённо забилось сердце: вот оно! Неужели нашёл?
— А шкала? На ней же указано: до сорока ампер.
— Шкала меняется вместе с шунтом.
— Ясно... — Алексей уже понял расклад, осталось выяснить только частности. — А потом всё проверяется КИПом? — спросил он.
— Конечно, вот их штамп.
— Скажи, а можно установить шунт на двадцать, а шкалу оставить сорокаамперную?
— Не получится. Шунты и шкалы выдаются КИПом строго под расписку.
— А зачем ты тогда его заменил?
— Он же бракованный. Смотрите, наполовину спилен.
«Ё-моё! Вот от чего Валентин Иванович так потел, — вспомнил Алексей лицо энергетика. — Вот она диверсия — как та, что во сне».
— Так это то же самое, что и шунт, рассчитанный на меньший ток, — высказал он мысль вслух.
— Конечно, — подтвердил электрик. — Вся шкала получилась ампер на двадцать, от силы на двадцать пять.
— Вот почему стрела прибора зашкаливала, даже если генератор не выдавал необходимых двадцати восьми ампер, — Алексей повертел в руках спиленный шунт. — Я его заберу.
— Берите, он уже никуда не пойдёт. Мне сказали, чтобы я его выкинул.
Нервно теребя в руках свою находку, Алексей чуть дождался прихода начальства. И вот, наконец, вместе с майором Заикиным он предстал пред ясные очи начальства.
— Ну что ж, — сказал вальяжный подполковник, — все генераторы, находящиеся на предприятии перепроверить, включая те, что установлены на двигатели, подготовленные к отгрузке.
— Есть, Михал Михалыч! — по-военному как старший, ответил майор.
— Виновные, безусловно, понесут ответственность, — Михаил Михайлович улыбнулся в усы. — А директор больше не будет, брызгать слюной и доказывать, что его люди — ангелы, а мы — звери.
Удобно расположившись за столом, он с интересом разглядывал спиленный шунт.
— Скажи честно, Алексей, а не страшно было?
— Михал Михалыч, я точно знал: какой-то криминал здесь есть. Только поначалу думал, что это просто чья-то ошибка, а не злой умысел. Боялся лишь не успеть к сроку. Так что переживал, но не очень.
— Ну и ладно, — постукивая шунтом по столу, сказал подполковник. — Будем считать, первое дело Холмса ты выиграл.
— Какого Холмса? Почему первое? — Алексей не сразу въехал в аллегорию.
— Потому что такие люди как ты, никогда не остановятся на полпути и у тебя обязательно будет второе, третье и одному Богу известно какое.
— А это хорошо или плохо?
— Право слово не знаю, сынок. Скорее хорошо, чем плохо. Но наверняка знаю одно — скучно тебе, да и всем иже с тобой, по жизни не будет.
И он оказался прав. Первый настоящий отец-командир. Ах, как же он оказался прав...
Рейтинг: +10
92 просмотра
Комментарии (4)
| Карим Азизов # 21 января 2026 в 11:54 +2 | ||
|
| Людмила Комашко-Батурина # 26 января 2026 в 01:10 +1 | ||
|
| Сергей Шевцов # 28 января 2026 в 16:42 +1 | ||
|
| Татьяна Белая # 29 января 2026 в 10:37 +1 | ||
|
