Сдуру можно рог сломать

23 марта 2020 - Олег Андреев
article470151.jpg
  Никто на свете не назовет себя дураком. Даже, если  такое  коленце выкинет, что нормальному человеку и в голову не придет никогда. Женщина сказала бы в таком случае:
   – Какая я была дура! Но и то – она была дура когда-то, значит, теперь умная.
  А мужчина – нет, не подтвердит, что глупость сотворил,  неопределенно крикнет, когда прижмут к стенке:
   – Так я это сдуру сделал!
  А в народе говорят, что сдуру можно рог сломать. И только в этот Новый год все прошло благополучно. Судите сами.
  Однажды трое друзей собрались на Новогодний праздник  в общежитии. Они предпоследний раз гуляли вместе. Через год нагрянут выпускные экзамены, потом учеными журавлями разлетятся бывшие студенты в разные стороны.
  Олег, Миша и Сергей – назовем их так, чтобы не выдавать настоящих имен, накрыли шикарный стол и пригласили подружек Аграфену  и Машу. Сергей еще не встретил в жизни свою девушку, поэтому праздновали впятером.
  Сначала встретили Новый год запуском фейерверка. Темное небо, вмиг расцветшее причудливыми яркими кронами, на полчаса стало всеобщей праздничной сценой. Затем  пили вино, веселились, снова пили, развлекались. Все были изрядно навеселе и, казалось, праздник должен пойти на убыль. Но на улице продолжались с громом лопаться хлопушки, взвивались запоздалые шипящие змеями ракеты, прогуливался веселящийся народ. Праздник не угасал и продолжался.
   – А не отмочить ли нам, Братва, что-нибудь потрясающее, чтобы навсегда остался в нашей памяти этот Новый год? – предложил кто-то из молодых людей, бросив взгляд на окно, в очередной раз озарившееся вспышкой фейерверка.
   – Комендант, наученный горьким опытом, вывесил в этом году объявление, – весело предупредила миниатюрная Маша. – Он решил бороться с экстримом в общаге.
   – И что? Лучше ничем заниматься, чем заниматься ничем? – спросила наивная Аграфена, которую все звали не иначе, как Груша или Грушенька за широкую кость и сладкое содержание души.
   – Уважаемые студенты, проживающие в общежитии и их гости. Убедительная просьба отмечать приход Нового года без экстремальных развлечений: прыжков из окон, перетягивания кроватей, костров во дворе, катаний на тазиках с лестницы и вокруг общежития, чрезмерного употребление алкоголя, нецензурной брани  и т.д., – процитировала скрипучим голосом, отлично напоминавшим коменданта, симпотяжка Машенька. –  К нарушителям будут применены строжайшие меры!
   – Вах-вах, ничего себе, а что можно? –  спросил предприимчивый Олег.
   – Вай, сидеть и скучать! – капризно оттопырила нижнюю губу Грушенька.
   – Чтобы было тебе не скучно, отгадай загадку: висит груша, но нельзя скушать! – влез в разговор высоченный бесшабашный Миша.
   – Фу-у, не смеши мои коленки, Майкл, старо, как прошлый век! – фыркнула Аграфена.
   – Нет, не увиливай, отвечай – что это?
   – Лампочка! – встрял в спор не совсем адекватный от выпитого спиртного белобрысый Сергей.
   – Где ты видел, чтобы лампочки жевали? – спросила Маша.
   – Я знаю! – снова подключился Миша. – Это наша Груша повесилась.
   – Сам повесился, дурак! – обиделась Аграфена.
   – Грушенька, не злись. Это народная загадка, игра слов: Груша из деревни  и груша с дерева.
   – Ты же сказал наша Груша!
   – Да я для красного словца ввернул, а ты прицепилась, как репей на…
   – Я слышал, что лампочки не едят, а  пихают в рот! – прервал его Олег, предугадывая, что девушка обидится еще и за репейник.
   – Зачем? – не поняла Маша.
   – Хочешь попробовать?
   – Что я дура? – Маша обиженно поджала губы.
   – Нет, ты скажи, что будет? – всерьез заинтересовался вдруг Сергей.
   – Сразу видно, что молодой и неопытный! – Олег улыбнулся. – Шутка такая: найти лошка, который в рот затолкает лампочку Ильича. Она туда свободно входит и оттуда не выходит. Проверено!
  Сергей глубокомысленно задумался. Через минуту, после очередной стопки, сказал:
   – Не может такого быть. Если лампочка залезла в рот, значит, таким же путем должна выйти. Все равно, если голова пролезет в дыру, то и туловище проскочит. Аксиома!
   – Все теория, докажи на практике! – подначивал Олег.
   – Серый! Не нужно лампочку, ты лучше меня скушай! Я же Груша! – закричала восторженно Аграфена.
   – Закрой рот, пломбы вылетят! Ты же моя Груша, и мы дружим организмами. Не забыла еще? Ему нельзя тебя! – возмутился Олег. – И не мешай студенту, пускай проверит теорию на деле.
   – Запросто! Давай лампочку! Практика – критерий истины, – решительно тряхнул головой Сергей.
  Олег выкрутил лампочку из настольной лампы и протянул другу:
   – Докажи невежам!
  Сергей взял ее, протер рукой и поднес ко рту, примерился.
   – Обожди! – остановил его Миша. – Прими стопарь сначала для чистоты опыта.
   – Потом, а то раньше уйду в астрал! – поспешно сказал тот и запихал лампочку в рот.
   – Как получилось интересно. Наглядное пособие по анатомии: устройство ротовой полости мужчины,  – Груша припала глазом к стеклу. – Не очень видно без света. Поверните, п-жалуйста выключатель, темно-с!
   – Молодец, Грушка! Идея! Теперь давайте его в патрон вкрутим. Эксперементировать, то так, чтобы в рекорд Гиннесса занесли, – Олег посмотрел на потолок, откуда свисал патрон с голой лампочкой на проводе. – Готов послужить российской науке?
  Сергей кивнул, потому что ему было сегодня, как говорится, все до лампочки и, кроме того, выдавить  из себя не мог ни одного слова. Губы растянулись кругом, как резиновый экспандер для фитнеса.
  – Не так! Стойте! – закричал Миша. – Пусть вытащит эту лампочку, а потом глотает ту, что в патроне. Так будет удобнее, иначе такая масса повиснет на мне. Я выше всех здесь, если придется его закручивать.
   – А, может, не надо, мальчики. Вдруг его током шарахнет! – возразила Груша, и Маша поддержала подругу:
   – И мне не по душе такая затея, давай лучше в фантики поиграем.
   – Вы что, решили помешать важному опыту! – Олег забыл, что минуту назад утверждал, что лампочку не вытащить изо рта. Он явно под воздействием винных паров увлекся постановкой рекорда, поэтому отвернулся от девушек к Сергею и  скомандовал:
   – Выкрути свою лампочку!
  Но не тут-то было. Она не выкручивалась изо рта. Ее прочно удерживали зубы студента. Друзья оживленно давали советы, пытались намазать колбу сливочным маслом,  но тщетно, стеклянная колба надежно сидела во рту.
  Компания посовещалась и вызвала такси, чтобы отвести Сергея к дежурному врачу. Изумленный таксист недоверчиво косился на парня с лампочкой и не хотел брать в машину пять человек.
   – В новогоднюю ночь полиция тоже не дремлет, засекут лишнего пассажира, отберут лицензию! Мне это надо?
   – Нет! – дружно поддержали его студенты и после долгих дебатов уговорили, что самая маленькая из них, Маша, полежит в багажнике. Никто не хотел оставлять друга в беде, все желали поехать с ним.
   – Ты обязан взять в машину не только пассажиров, но и багаж! Может, мы такой подарок везем кому, – убеждали они, показывая на маленькую Машу.
   – Так, ведь…
   – Неважно во что упакован он!
   – Мальчики! Я испорчу прическу! – запротестовала девушка.
   – Мишка поправит! Хочешь одна остаться в общаге?
   – Нет!
   – Тогда прыгай в багажник!
  Таксист сдался тоже, загрузил студентов и повел машину  к врачу.
  Медсестра в приемном отделении приняла объяснение Олега за шутку, гнала подвыпивших студентов прочь:
   – Без вас тошно дежурить в новогоднюю ночь. Одни идут пьяные олигофрены.
  Но когда увидела Сергея с торчащим изо рта цоколем, удивилась и повела всех к хирургу. Молодой врач был слегка навеселе, улыбнулся и усадил парня в кресло.
   –  Забот – полон рот? – понимающе спросил он.
  Затем, не дожидаясь ответа, нажал пальцами где-то под челюстями, и они разжались. Доктор осторожно извлек лампочку и протер спиртом.
   – На память! – сказал он и протянул ее пострадавшему. – Больше не заталкивай в рот.
  Сергей кивнул головой, но сказать ничего не смог.
   – Через минут сорок пройдет. Мускулы были перенапряжены, теперь потребуется время, чтобы нормализовалась эластичность, – объяснил доктор друзьям, которые недоуменно поглядывали на не закрывающийся рот Сергея.
  На улице возле ожидающего их такси вспрыснули исцеление парня – прихватили с собой пару бутылок на всякий случай, шумно уселись в машину, не забыв кинуть в багажник Машу. Таксист, махнув рукой,  тоже принял стопку:
   – Вас довезу и смене конец. С веселыми ребятами выпить не грех. Тем более, что нужно наверстать упущенное за ночь, иначе, год будет неудачный.
  Все, очень довольные, тронулись в путь.
   – Да, не может этого быть! – воскликнул Миша через сотню метров, который крутил в руках Серегину лампочку. Студенты не успели возразить что-либо на это, как он затолкал ее в рот. Машина остановилась. Все переглянулись.
  Таксист развернулся и поехал в обратную дорогу.
  Медсестра в этот раз точно приняла за шутку, когда увидела опять студентов. Но когда вперед вышел уже Миша с лампочкой во рту, осталась сидеть на своем месте, словно пораженная током. Парни уже знали дорогу к врачу, пошли без нее.
  Доктор спокойно встретил больного, но в этот раз не улыбнулся, а показал на кресло. Он привычно извлек лампочку, протер ее спиртом и протянул студенту со словами:
   – Не валяйте дурака, мужики! Новый год уже наступил, достаточно фокусов на сегодня.
  На улице, как повелось,  вспрыснули исцеление друга, шумно уселись в машину. Таксист тоже не отказался –  раз уже горло откупорил, теперь лей сколько угодно, все примет. Машу забыли погрузить, но она успела сама запрыгнуть в багажник.
  Повеселевший таксист по дороге попросил подержать историческую лампочку. Он ее крутил возле рта и недоуменно покачивал головой.
   – Это как нужно широко открыть рот, чтобы она влезла! – воскликнул он, дурачась, потихоньку и осторожно примеряя предмет. В этот момент машину тряхнуло на колдобине, и лампочка заскочила в рот. Такси остановилось. В салоне такси снова повисла тишина. И только из багажника ее потревожил нежный голос Маши:
   – Опять? Сколько можно!
   – Маш, не говори! Бог создал три зла: мужика, водку и дурацкие  шутки! – Груше почему-то надоели новогодние эксперименты.
  Снова поехали назад. Таксиста молча провели мимо медсестры, которая стала хватать воздух открытым ртом, когда в очередной раз увидела лампочку во рту человека. Потом равнодушно отвернулась от процессии и уставилась на потолочную люстру.
  Врач указал несчастному таксисту на кресло и резко осуждающе высказался о придурках, развлекающихся всю ночь странной, если не сказать больше, игрой. Он вытащил лампочку и швырнул ее в мусорное ведро, зло добавив:
   – Чтобы не вздумали толкать ее еще куда-нибудь! Кроме этого примитивного занятия и глупых восклицаний по любому случаю, типа, я в шоке, бывает много интересных вещей, развеять молодецкую дурь.
  На улице отметили выздоровление таксиста. Маша первая ввалилась в багажник,  решила не закрывать плотно дверку, а придерживать рукой, чтобы дышать морозным воздухом  и не так захмелеть. Парни и Аграфена  воробьиной стайкой  уселись в машину и спокойно поехали домой – лампочки больше не было с ними.
  На полицейском посту заметили в проезжающей машине торчащую наружу человеческую руку, снарядили погоню, решив, что в багажнике перевозили труп.
  Они с удивлением рассматривали в салоне остановленного такси трех подозрительных человек с раскрытыми, как у рыб на льду, ртами. Из багажника достали живую и пьяненькую Машу, которую усадили в патрульную машину, сопроводили ее и заполненное такси на пост.
  Дежурный офицер выслушал объяснение студентов, задумался, глядя на парней,  и затем решительно отправился в помещение, чтобы навести какие-то справки. Он вернулся через минуту, попросил Грушу пересесть на колени кому-нибудь, умостился на ее место и махнул шоферу рукой, чтобы ехал. Маша привычно нырнула ласточкой  в багажник и, наученная опытом, закрыла дверь. Таксист вырулил на дорогу и поехал к врачу. У полицейского изо рта торчала лампочка.
  Медсестры не было на месте. Она убежала из помещения, когда из окна увидела подъезжающее такси. Студенты даже не обратили на это внимания,  вели полицейского привычным путем. Доктор встретил их молча. Он указал блюстителю порядка на кресло. Он хотел сказать, что дурак учится на своих ошибках, а умный на чужих. Но не мог: рот врача был широко открыт и не закрывался.
  В этот раз отмечать исцеление полицейского было уже нечем, поехали искать магазин, чтобы затариться водкой, ведь, еще не наступило утро, а как весело отпразднуешь Новый год, так и будешь жить весь год.

© Copyright: Олег Андреев, 2020

Регистрационный номер №0470151

от 23 марта 2020

[Скрыть] Регистрационный номер 0470151 выдан для произведения:   Никто на свете не назовет себя дураком. Даже, если  такое  коленце выкинет, что нормальному человеку и в голову не придет никогда. Женщина сказала бы в таком случае:
   – Какая я была дура! Но и то – она была дура когда-то, значит, теперь умная.
  А мужчина – нет, не подтвердит, что глупость сотворил,  неопределенно крикнет, когда прижмут к стенке:
   – Так я это сдуру сделал!
  А в народе говорят, что сдуру можно рог сломать. И только в этот Новый год все прошло благополучно. Судите сами.
  Однажды трое друзей собрались на Новогодний праздник  в общежитии. Они предпоследний раз гуляли вместе. Через год нагрянут выпускные экзамены, потом учеными журавлями разлетятся бывшие студенты в разные стороны.
  Олег, Миша и Сергей – назовем их так, чтобы не выдавать настоящих имен, накрыли шикарный стол и пригласили подружек Аграфену  и Машу. Сергей еще не встретил в жизни свою девушку, поэтому праздновали впятером.
  Сначала встретили Новый год запуском фейерверка. Темное небо, вмиг расцветшее причудливыми яркими кронами, на полчаса стало всеобщей праздничной сценой. Затем  пили вино, веселились, снова пили, развлекались. Все были изрядно навеселе и, казалось, праздник должен пойти на убыль. Но на улице продолжались с громом лопаться хлопушки, взвивались запоздалые шипящие змеями ракеты, прогуливался веселящийся народ. Праздник не угасал и продолжался.
   – А не отмочить ли нам, Братва, что-нибудь потрясающее, чтобы навсегда остался в нашей памяти этот Новый год? – предложил кто-то из молодых людей, бросив взгляд на окно, в очередной раз озарившееся вспышкой фейерверка.
   – Комендант, наученный горьким опытом, вывесил в этом году объявление, – весело предупредила миниатюрная Маша. – Он решил бороться с экстримом в общаге.
   – И что? Лучше ничем заниматься, чем заниматься ничем? – спросила наивная Аграфена, которую все звали не иначе, как Груша или Грушенька за широкую кость и сладкое содержание души.
   – Уважаемые студенты, проживающие в общежитии и их гости. Убедительная просьба отмечать приход Нового года без экстремальных развлечений: прыжков из окон, перетягивания кроватей, костров во дворе, катаний на тазиках с лестницы и вокруг общежития, чрезмерного употребление алкоголя, нецензурной брани  и т.д., – процитировала скрипучим голосом, отлично напоминавшим коменданта, симпотяжка Машенька. –  К нарушителям будут применены строжайшие меры!
   – Вах-вах, ничего себе, а что можно? –  спросил предприимчивый Олег.
   – Вай, сидеть и скучать! – капризно оттопырила нижнюю губу Грушенька.
   – Чтобы было тебе не скучно, отгадай загадку: висит груша, но нельзя скушать! – влез в разговор высоченный бесшабашный Миша.
   – Фу-у, не смеши мои коленки, Майкл, старо, как прошлый век! – фыркнула Аграфена.
   – Нет, не увиливай, отвечай – что это?
   – Лампочка! – встрял в спор не совсем адекватный от выпитого спиртного белобрысый Сергей.
   – Где ты видел, чтобы лампочки жевали? – спросила Маша.
   – Я знаю! – снова подключился Миша. – Это наша Груша повесилась.
   – Сам повесился, дурак! – обиделась Аграфена.
   – Грушенька, не злись. Это народная загадка, игра слов: Груша из деревни  и груша с дерева.
   – Ты же сказал наша Груша!
   – Да я для красного словца ввернул, а ты прицепилась, как репей на…
   – Я слышал, что лампочки не едят, а  пихают в рот! – прервал его Олег, предугадывая, что девушка обидится еще и за репейник.
   – Зачем? – не поняла Маша.
   – Хочешь попробовать?
   – Что я дура? – Маша обиженно поджала губы.
   – Нет, ты скажи, что будет? – всерьез заинтересовался вдруг Сергей.
   – Сразу видно, что молодой и неопытный! – Олег улыбнулся. – Шутка такая: найти лошка, который в рот затолкает лампочку Ильича. Она туда свободно входит и оттуда не выходит. Проверено!
  Сергей глубокомысленно задумался. Через минуту, после очередной стопки, сказал:
   – Не может такого быть. Если лампочка залезла в рот, значит, таким же путем должна выйти. Все равно, если голова пролезет в дыру, то и туловище проскочит. Аксиома!
   – Все теория, докажи на практике! – подначивал Олег.
   – Серый! Не нужно лампочку, ты лучше меня скушай! Я же Груша! – закричала восторженно Аграфена.
   – Закрой рот, пломбы вылетят! Ты же моя Груша, и мы дружим организмами. Не забыла еще? Ему нельзя тебя! – возмутился Олег. – И не мешай студенту, пускай проверит теорию на деле.
   – Запросто! Давай лампочку! Практика – критерий истины, – решительно тряхнул головой Сергей.
  Олег выкрутил лампочку из настольной лампы и протянул другу:
   – Докажи невежам!
  Сергей взял ее, протер рукой и поднес ко рту, примерился.
   – Обожди! – остановил его Миша. – Прими стопарь сначала для чистоты опыта.
   – Потом, а то раньше уйду в астрал! – поспешно сказал тот и запихал лампочку в рот.
   – Как получилось интересно. Наглядное пособие по анатомии: устройство ротовой полости мужчины,  – Груша припала глазом к стеклу. – Не очень видно без света. Поверните, п-жалуйста выключатель, темно-с!
   – Молодец, Грушка! Идея! Теперь давайте его в патрон вкрутим. Эксперементировать, то так, чтобы в рекорд Гиннесса занесли, – Олег посмотрел на потолок, откуда свисал патрон с голой лампочкой на проводе. – Готов послужить российской науке?
  Сергей кивнул, потому что ему было сегодня, как говорится, все до лампочки и, кроме того, выдавить  из себя не мог ни одного слова. Губы растянулись кругом, как резиновый экспандер для фитнеса.
  – Не так! Стойте! – закричал Миша. – Пусть вытащит эту лампочку, а потом глотает ту, что в патроне. Так будет удобнее, иначе такая масса повиснет на мне. Я выше всех здесь, если придется его закручивать.
   – А, может, не надо, мальчики. Вдруг его током шарахнет! – возразила Груша, и Маша поддержала подругу:
   – И мне не по душе такая затея, давай лучше в фантики поиграем.
   – Вы что, решили помешать важному опыту! – Олег забыл, что минуту назад утверждал, что лампочку не вытащить изо рта. Он явно под воздействием винных паров увлекся постановкой рекорда, поэтому отвернулся от девушек к Сергею и  скомандовал:
   – Выкрути свою лампочку!
  Но не тут-то было. Она не выкручивалась изо рта. Ее прочно удерживали зубы студента. Друзья оживленно давали советы, пытались намазать колбу сливочным маслом,  но тщетно, стеклянная колба надежно сидела во рту.
  Компания посовещалась и вызвала такси, чтобы отвести Сергея к дежурному врачу. Изумленный таксист недоверчиво косился на парня с лампочкой и не хотел брать в машину пять человек.
   – В новогоднюю ночь полиция тоже не дремлет, засекут лишнего пассажира, отберут лицензию! Мне это надо?
   – Нет! – дружно поддержали его студенты и после долгих дебатов уговорили, что самая маленькая из них, Маша, полежит в багажнике. Никто не хотел оставлять друга в беде, все желали поехать с ним.
   – Ты обязан взять в машину не только пассажиров, но и багаж! Может, мы такой подарок везем кому, – убеждали они, показывая на маленькую Машу.
   – Так, ведь…
   – Неважно во что упакован он!
   – Мальчики! Я испорчу прическу! – запротестовала девушка.
   – Мишка поправит! Хочешь одна остаться в общаге?
   – Нет!
   – Тогда прыгай в багажник!
  Таксист сдался тоже, загрузил студентов и повел машину  к врачу.
  Медсестра в приемном отделении приняла объяснение Олега за шутку, гнала подвыпивших студентов прочь:
   – Без вас тошно дежурить в новогоднюю ночь. Одни идут пьяные олигофрены.
  Но когда увидела Сергея с торчащим изо рта цоколем, удивилась и повела всех к хирургу. Молодой врач был слегка навеселе, улыбнулся и усадил парня в кресло.
   –  Забот – полон рот? – понимающе спросил он.
  Затем, не дожидаясь ответа, нажал пальцами где-то под челюстями, и они разжались. Доктор осторожно извлек лампочку и протер спиртом.
   – На память! – сказал он и протянул ее пострадавшему. – Больше не заталкивай в рот.
  Сергей кивнул головой, но сказать ничего не смог.
   – Через минут сорок пройдет. Мускулы были перенапряжены, теперь потребуется время, чтобы нормализовалась эластичность, – объяснил доктор друзьям, которые недоуменно поглядывали на не закрывающийся рот Сергея.
  На улице возле ожидающего их такси вспрыснули исцеление парня – прихватили с собой пару бутылок на всякий случай, шумно уселись в машину, не забыв кинуть в багажник Машу. Таксист, махнув рукой,  тоже принял стопку:
   – Вас довезу и смене конец. С веселыми ребятами выпить не грех. Тем более, что нужно наверстать упущенное за ночь, иначе, год будет неудачный.
  Все, очень довольные, тронулись в путь.
   – Да, не может этого быть! – воскликнул Миша через сотню метров, который крутил в руках Серегину лампочку. Студенты не успели возразить что-либо на это, как он затолкал ее в рот. Машина остановилась. Все переглянулись.
  Таксист развернулся и поехал в обратную дорогу.
  Медсестра в этот раз точно приняла за шутку, когда увидела опять студентов. Но когда вперед вышел уже Миша с лампочкой во рту, осталась сидеть на своем месте, словно пораженная током. Парни уже знали дорогу к врачу, пошли без нее.
  Доктор спокойно встретил больного, но в этот раз не улыбнулся, а показал на кресло. Он привычно извлек лампочку, протер ее спиртом и протянул студенту со словами:
   – Не валяйте дурака, мужики! Новый год уже наступил, достаточно фокусов на сегодня.
  На улице, как повелось,  вспрыснули исцеление друга, шумно уселись в машину. Таксист тоже не отказался –  раз уже горло откупорил, теперь лей сколько угодно, все примет. Машу забыли погрузить, но она успела сама запрыгнуть в багажник.
  Повеселевший таксист по дороге попросил подержать историческую лампочку. Он ее крутил возле рта и недоуменно покачивал головой.
   – Это как нужно широко открыть рот, чтобы она влезла! – воскликнул он, дурачась, потихоньку и осторожно примеряя предмет. В этот момент машину тряхнуло на колдобине, и лампочка заскочила в рот. Такси остановилось. В салоне такси снова повисла тишина. И только из багажника ее потревожил нежный голос Маши:
   – Опять? Сколько можно!
   – Маш, не говори! Бог создал три зла: мужика, водку и дурацкие  шутки! – Груше почему-то надоели новогодние эксперименты.
  Снова поехали назад. Таксиста молча провели мимо медсестры, которая стала хватать воздух открытым ртом, когда в очередной раз увидела лампочку во рту человека. Потом равнодушно отвернулась от процессии и уставилась на потолочную люстру.
  Врач указал несчастному таксисту на кресло и резко осуждающе высказался о придурках, развлекающихся всю ночь странной, если не сказать больше, игрой. Он вытащил лампочку и швырнул ее в мусорное ведро, зло добавив:
   – Чтобы не вздумали толкать ее еще куда-нибудь! Кроме этого примитивного занятия и глупых восклицаний по любому случаю, типа, я в шоке, бывает много интересных вещей, развеять молодецкую дурь.
  На улице отметили выздоровление таксиста. Маша первая ввалилась в багажник,  решила не закрывать плотно дверку, а придерживать рукой, чтобы дышать морозным воздухом  и не так захмелеть. Парни и Аграфена  воробьиной стайкой  уселись в машину и спокойно поехали домой – лампочки больше не было с ними.
  На полицейском посту заметили в проезжающей машине торчащую наружу человеческую руку, снарядили погоню, решив, что в багажнике перевозили труп.
  Они с удивлением рассматривали в салоне остановленного такси трех подозрительных человек с раскрытыми, как у рыб на льду, ртами. Из багажника достали живую и пьяненькую Машу, которую усадили в патрульную машину, сопроводили ее и заполненное такси на пост.
  Дежурный офицер выслушал объяснение студентов, задумался, глядя на парней,  и затем решительно отправился в помещение, чтобы навести какие-то справки. Он вернулся через минуту, попросил Грушу пересесть на колени кому-нибудь, умостился на ее место и махнул шоферу рукой, чтобы ехал. Маша привычно нырнула ласточкой  в багажник и, наученная опытом, закрыла дверь. Таксист вырулил на дорогу и поехал к врачу. У полицейского изо рта торчала лампочка.
  Медсестры не было на месте. Она убежала из помещения, когда из окна увидела подъезжающее такси. Студенты даже не обратили на это внимания,  вели полицейского привычным путем. Доктор встретил их молча. Он указал блюстителю порядка на кресло. Он хотел сказать, что дурак учится на своих ошибках, а умный на чужих. Но не мог: рот врача был широко открыт и не закрывался.
  В этот раз отмечать исцеление полицейского было уже нечем, поехали искать магазин, чтобы затариться водкой, ведь, еще не наступило утро, а как весело отпразднуешь Новый год, так и будешь жить весь год.
 
Рейтинг: +3 46 просмотров
Комментарии (6)
Татьяна Белая # 23 марта 2020 в 18:17 0
М-мда, бедные студенты и все ненормальные мужики, иже с ними. Но рассказ весьма забавный. Вполне подходит теме конкурса. emotions-5
Олег Андреев # 24 марта 2020 в 12:54 0
smayliki-prazdniki-34
Галина Трашина # 24 марта 2020 в 07:50 0
Спасибо, повеселили. очень интересный и забавный рассказ и написано отлично.
Но вот вопрос в заголовке у вас "С ДУРУ" написано так, в тексте СДУРУ слитно. Так как верно?
Олег Андреев # 24 марта 2020 в 12:50 0
спасибо, ПРАВИЛЬНО - СДУРУ.
Сергей Шевцов # 24 марта 2020 в 10:13 +1
А мне вот интересно: кто первым додумался затолкать себе в рот "лампочку Ильича"? Одно могу сказать с уверенностью: это было уже после электрификации всей страны.
Олег Андреев # 24 марта 2020 в 12:52 0
Кто только не пихал лампочку по пьянке. Об этом ходят и анекдоты, и рассказы. Тема избитая, но смешная иногда.