ГлавнаяКлассика → Патриотические стихи о России

Патриотические стихи о России

article440119.jpg
 
Лучшие патриотические стихи о России
русских и современных поэтов-классиков 
   
Александр Пушкин
Бородинская годовщина
 
Великий день Бородина
Мы братской тризной поминая,
Твердили: "Шли же племена,
Бедой России угрожая;
Не вся ль Европа тут была?
А чья звезда ее вела!..
Но стали ж мы пятою твердой
И грудью приняли напор
Племен, послушных воле гордой,
И равен был неравный спор.

И что ж? свой бедственный побег,
Кичась, они забыли ныне;
Забыли русский штык и снег,
Погребший славу их в пустыне.
Знакомый пир их манит вновь -
Хмельна для них славянов кровь;
Но тяжко будет им похмелье;
Но долог будет сон гостей
На тесном, хладном новоселье,
Под злаком северных полей!

Ступайте ж к нам: вас Русь зовет!
Но знайте, прошеные гости!
Уж Польша вас не поведет:
Через ее шагнете кости!..."
Сбылось - и в день Бородина
Вновь наши вторглись знамена
В проломы падшей вновь Варшавы;
И Польша, как бегущий полк,
Во прах бросает стяг кровавый -
И бунт раздавленный умолк.

В боренье падший невредим;
Врагов мы в прахе не топтали;
Мы не напомним ныне им
Того, что старые скрижали
Хранят в преданиях немых;
Мы не сожжем Варшавы их;
Они народной Немезиды
Не узрят гневного лица
И не услышат песнь обиды
От лиры русского певца.

Но вы, мутители палат,
Легкоязычные витии,
Вы, черни бедственный набат,
Клеветники, враги России!
Что взяли вы?.. Еще ли росс
Больной, расслабленный колосс?
Еще ли северная слава
Пустая притча, лживый сон?
Скажите: скоро ль нам Варшава
Предпишет гордый свой закон?

Куда отдвинем строй твердынь?
За Буг, до Ворсклы, до Лимана?
За кем останется Волынь?
За кем наследие Богдана?
Признав мятежные права,
От нас отторгнется ль Литва?
Наш Киев дряхлый, златоглавый,
Сей пращур русских городов,
Сроднит ли с буйною Варшавой
Святыню всех своих гробов?

Ваш бурный шум и хриплый крик
Смутили ль русского владыку?
Скажите, кто главой поник?
Кому венец: мечу иль крику?
Сильна ли Русь? Война, и мор,
И бунт, и внешних бурь напор
Ее, беснуясь, потрясали -
Смотрите ж: всё стоит она!
А вкруг ее волненья пали -
И Польши участь решена...

Победа! сердцу сладкий час!
Россия! встань и возвышайся!
Греми, восторгов общий глас!..
Но тише, тише раздавайся
Вокруг одра, где он лежит,
Могучий мститель злых обид,
Кто покорил вершины Тавра,
Пред кем смирилась Эривань,
Кому суворовского лавра
Венок сплела тройная брань.

Восстав из гроба своего,
Суворов видит плен Варшавы;
Вострепетала тень его
От блеска им начатой славы!
Благословляет он, герой,
Твое страданье, твой покой,
Твоих сподвижников отвагу,
И весть триумфа твоего,
И с ней летящего за Прагу
Младого внука своего.
1831
 
Михаил Лермонтов
Русская мелодия
В уме своем я создал мир иной 
И образов иных существованье; 
Я цепью их связал между собой, 
Я дал им вид, но не дал им названья: 
Вдруг зимних бурь раздался грозный вой,- 
И рушилось неверное созданье!.. 
Так перед праздною толпой 
И с балалайкою народной 
Сидит в тени певец простой 
И бескорыстный, и свободный!.. 
Он громкий звук внезапно раздает, 
В честь девы, милой сердцу и прекрасной,- 
И звук внезапно струны оборвет, 
И слишится начало песни!- но напрасно!- 
Никто конца ее не допоет!.. 
1829
   
 
Фёдор Тютчев
Умом Россию не понять...
 
Умом Россию не понять, 
Аршином общим не измерить: 
У ней особенная стать — 
В Россию можно только верить. 
28 ноября 1866
  
 
Фёдор Тютчев
Славянам
 
Привет вам задушевный, братья, 
Со всех Славянщины концов, 
Привет наш всем вам, без изъятья! 
Для всех семейный пир готов! 
Недаром вас звала Россия 
На праздник мира и любви; 
Но знайте, гости дорогие, 
Вы здесь не гости, вы — свои! 

Вы дома здесь, и больше дома, 
Чем там, на родине своей,- 
Здесь, где господство незнакомо 
Иноязыческих властей, 
Здесь, где у власти и подданства 
Один язык, один для всех, 
И не считается Славянство 
За тяжкий первородный грех! 

Хотя враждебною судьбиной 
И были мы разлучены, 
Но все же мы народ единый, 
Единой матери сыны; 
Но все же братья мы родные! 
Вот, вот что ненавидят в нас! 
Вам не прощается Россия, 
России — не прощают sacs 

Смущает их, и до испугу, 
Что вся славянская семья 
В лицо и недругу и другу 
Впервые скажет: — Это я! 
При неотступном вспоминанье 
О длинной цепи злых обид 
Славянское самосознанье, 
Как божья кара, их страшит! 

Давно на почве европейской, 
Где ложь так пышно разрослась, 
Давно наукой фарисейской 
Двойная правда. создалась: 
Для них — закон и равноправно=ть, 
Для нас — насилье и обман, 
И закрепила стародавность 
Их как наследие славян. 

И то, что длилося веками, 
Не истощилось и поднесь 
И тяготеет и над нами- 
Над нами, собранными здесь… 
Еще болит от старых болей 
Вся современная пора… 
Не тронуто Коссово поле, 
Не срыта Белая Гора! 

А между нас,- позор немалый,- 
В славянской, всем родной среде, 
Лишь тот ушел от их опалы 
И не подвергся их вражде, 
Кто для своих всегда и всюду 
Злодеем был передовым: 
Они лишь нашего Иуду 
Честят лобзанием своим. 

Опально-мировое племя, 
Когда же будешь ты народ? 
Когда же упразднится время 
Твоей и розни и невзгод, 
И грянет клич к объединенью, 
И рухнет то, что делит нас?. 
Мы ждем и верим провиденью — 
Ему известны день и час… 

И эта вера в правду бога 
Уж в нашей не умрет груди, 
Хоть много жертв и горя много 
Еще мы видим впереди… 
Он жив — верховный промыслитель, 
И суд его не оскудел, 
И слово царь-освободитель 
За русский выступит предел… 

Начало мая 1867
  
 
Фёдор Тютчев
Ужасный сон отяготел над нами...
 
Ужасный сон отяготел над нами, 
Ужасный, безобразный сон: 
В крови до пят, мы бьемся с мертвецами, 
Воскресшими для новых похорон. 

Осьмой уж месяц длятся эти битвы 
Геройский пыл, предательство и ложь, 
Притон разбойничий в дому Молитвы, 
В одной руке распятие и нож. 

И целый мир, как опьяненный ложью, 
Все виды зла, все ухищренья зла!.. 
Нет, никогда так дерзко правду божью 
Людская кривда к бою не звала!.. 

И этот клич сочувствия слепого, 
Всемирный клич к неистовой борьбе, 
Разврат умов и искаженье слова — 
Все поднялось и все грозит тебе, 

О край родной! — такого ополченья 
Мир не видал с первоначальных дней… 
Велико, знать, о Русь, твое значенье! 
Мужайся, стой, крепись и одолей! 

Начало августа 1863 
  
 
Сергей Есенин
Тебе одной плету венок...
 
Тебе одной плету венок, 
Цветами сыплю стежку серую. 
О Русь, покойный уголок, 
Тебя люблю, тебе и верую. 
Гляжу в простор твоих полей, 
Ты вся — далекая и близкая. 
Сродни мне посвист журавлей 
И не чужда тропинка склизкая. 
Цветет болотная купель, 
Куга зовет к вечерне длительной, 
И по кустам звенит капель 
Росы холодной и целительной. 
И хоть сгоняет твой туман 
Поток ветров, крылато дующих, 
Но вся ты — смирна и ливан 
Волхвов, потайственно волхвующих. 
1915 
 
Анна Ахматова
Не с теми я, кто бросил землю
 
Не с теми я, кто бросил землю
На растерзание врагам.
Их грубой лести я не внемлю,
Им песен я своих не дам.

Но вечно жалок мне изгнанник,
Как заключенный, как больной.
Темна твоя дорога, странник,
Полынью пахнет хлеб чужой.

А здесь, в глухом чаду пожара
Остаток юности губя,
Мы ни единого удара
Не отклонили от себя.

И знаем, что в оценке поздней
Оправдан будет каждый час… .
Но в мире нет людей бесслезней,
Надменнее и проще нас.
  
 
 Анна Ахматова
Клеветникам
 
Напрасно кровавою пеленой
Вы страну нашу мните покрыть, —
Восстанут народы живой стеной
И скажут:
«Тому не быть!»
Уже полмиллиарда новых друзей
Прислали нам свой привет,
И в старой Европе все больше людей,
Которым с каждой минутой ясней,
Откуда приходит свет.

Когда б вы знали, как спокойно
Здесь трудовая жизнь течет,
Как вдохновенно, как достойно
Страна великая живет,

Как все здесь говорит о мире,
Восходят новые леса,
Все полнозвучнее и шире
Звучат поэтов голоса,

Осуществленною мечтою
И счастьем полон каждый час,
…А вы постыдной клеветою
Себя унизите — не нас!
   
 
 Анна Ахматова
 Важно с девочками простились
 
 Важно с девочками простились,
На ходу целовали мать,
Во всё новое нарядились,
Как в солдатики шли играть.

Ни плохих, ни хороших, ни средних…
Все они по своим местам,
Где ни первых нет, ни последних…
Все они опочили там.

1943,Ташкент 
  
 
Марина Цветаева
Родина
 
О неподатливый язык! 
Чего бы попросту — мужик, 
Пойми, певал и до меня: 
— Россия, родина моя! 

Но и с калужского холма 
Мне открывалася она — 
Даль — тридевятая земля! 
Чужбина, родина моя! 

Даль, прирожденная, как боль, 
Настолько родина и столь 
Рок, что повсюду, через всю 
Даль — всю ее с собой несу! 

Даль, отдалившая мне близь, 
Даль, говорящая: «Вернись 
Домой!» 
Со всех — до горних звeзд 
Меня снимающая мест! 

Недаром, голубей воды, 
Я далью обдавала лбы. 

Ты! Сей руки своей лишусь, — 
Хоть двух! Губами подпишусь 
На плахе: распрь моих земля — 
Гордыня, родина моя! 
12 мая 1932
  
 
 Игорь Северянин
И будет вскоре...
 
И будет вскоре весенний день, 
И мы поедем домой, в Россию… 
Ты шляпу шелковую надень: 
Ты в ней особенно красива… 

И будет праздник… большой, большой, 
Каких и не было, пожалуй, 
С тех пор, как создан весь шар земной, 
Такой смешной и обветшалый… 

И ты прошепчешь: «Мы не во сне?.» 
Тебя со смехом ущипну я 
И зарыдаю, молясь весне 
И землю русскую целуя! 
1925
  
 
Константин Симонов 
Если дорог тебе твой дом
 
Если дорог тебе твой дом,
Где ты русским выкормлен был,
Под бревенчатым потолком,
Где ты, в люльке качаясь, плыл;
Если дороги в доме том
Тебе стены, печь и углы,
Дедом, прадедом и отцом
В нем исхоженные полы;

Если мил тебе бедный сад
С майским цветом, с жужжаньем пчёл
И под липой сто лет назад
В землю вкопанный дедом стол;
Если ты не хочешь, чтоб пол
В твоем доме фашист топтал,
Чтоб он сел за дедовский стол
И деревья в саду сломал…

Если мать тебе дорога —
Тебя выкормившая грудь,
Где давно уже нет молока,
Только можно щекой прильнуть;
Если вынести нету сил,
Чтоб фашист, к ней постоем став,
По щекам морщинистым бил,
Косы на руку намотав;
Чтобы те же руки ее,
Что несли тебя в колыбель,
Мыли гаду его белье
И стелили ему постель…

Если ты отца не забыл,
Что качал тебя на руках,
Что хорошим солдатом был
И пропал в карпатских снегах,
Что погиб за Волгу, за Дон,
За отчизны твоей судьбу;
Если ты не хочешь, чтоб он
Перевертывался в гробу,
Чтоб солдатский портрет в крестах
Взял фашист и на пол сорвал
И у матери на глазах
На лицо ему наступал…

Если ты не хочешь отдать
Ту, с которой вдвоем ходил,
Ту, что долго поцеловать
Ты не смел,— так ее любил,—
Чтоб фашисты ее живьем
Взяли силой, зажав в углу,
И распяли ее втроем,
Обнаженную, на полу;
Чтоб досталось трем этим псам
В стонах, в ненависти, в крови
Все, что свято берег ты сам
Всею силой мужской любви…

Если ты фашисту с ружьем
Не желаешь навек отдать
Дом, где жил ты, жену и мать,
Все, что родиной мы зовем,—
Знай: никто ее не спасет,
Если ты ее не спасешь;
Знай: никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.
И пока его не убил,
Ты молчи о своей любви,
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей родиной не зови.
Пусть фашиста убил твой брат,
Пусть фашиста убил сосед,—
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.
За чужой спиной не сидят,
Из чужой винтовки не мстят.
Раз фашиста убил твой брат,—
Это он, а не ты солдат.

Так убей фашиста, чтоб он,
А не ты на земле лежал,
Не в твоем дому чтобы стон,
А в его по мертвым стоял.
Так хотел он, его вина,—
Пусть горит его дом, а не твой,
И пускай не твоя жена,
А его пусть будет вдовой.
Пусть исплачется не твоя,
А его родившая мать,
Не твоя, а его семья
Понапрасну пусть будет ждать.
Так убей же хоть одного!
Так убей же его скорей!
Сколько раз увидишь его,
Столько раз его и убей!
1942  
  
Василий Лебедев-Кумач
Нет, не знаешь ты, Гитлер, славянской породы
 
Нет, не знаешь ты, Гитлер, славянской породы,—
Не понять палачу душу вольных людей!
Не согнутся свободные наши народы
И не будут лежать под пятою твоей.

Никакая твоя мясорубка-машина
Вольной расы славянской с земли не сотрет.
Ты бессилен убить светлый дух славянина,
Потому и взбесился ты, кат и урод.

Но ни зверства твои, ни насилья, ни плаха,
Никакие драконы не сломят вовек
Нашей силы, свободы, культуры, размаха —
И машину войны победит Человек!

Ты решил упразднить на земле честь и совесть,
Благородного — в рабство отдать подлецу,—
Но твоя бредовая, кровавая повесть,
Твой кошмарный «порядок» приходит к концу.

И славяне, которых ты в мании дикой
За людей не считал и плевал им в лицо,
Встали грозной семьею единой, великой,
Чтоб тебя, вурдалак, посадить на кольцо.

Вместе с русским испытанным набольшим братом
Бьется брат украинец и брат белорус,
Братья сербы и чехи, поляки, хорваты
Рвут кровавые цепи — и крепнет союз.

Будет гнев наш святой беспощаден и страшен,
Расплатиться заставим мы катов и псов
За сестер и за братьев замученных наших,
За Белград и Варшаву, за Минск и за Львов!
  
 
Василий Лебедев-Кумач
Если завтра война
 
Если завтра война, если враг нападет
Если темная сила нагрянет, —
Как один человек, весь советский народ
За любимую Родину встанет.

На земле, в небесах и на море
Наш напев и могуч и суров:
Если завтра война,
Если завтра в поход, —
Будь сегодня к походу готов!

Если завтра война, — всколыхнется страна
От Кронштадта до Владивостока.
Всколыхнется страна, велика и сильна,
И врага разобьем мы жестоко.

Полетит самолет, застрочит пулемет,
Загрохочут могучие танки,
И линкоры пойдут, и пехота пойдет,
И помчатся лихие тачанки.

Подымайся народ, собирайся в поход!
Барабаны, сильней барабаньте!
Музыканты, вперед! Запевалы, вперед!
Нашу песню победную гряньте!

На земле, в небесах и на море
Наш напев и могуч и суров:
Если завтра война,
Если завтра в поход, —
Будь сегодня к походу готов!
 
 
Янка Купала
Для тебя, отчизна предков моих...
 
Для тебя, отчизна предков моих,
Ничего не пожалею я на свете.
Я на целый мир воспел бы долы эти
И воздвиг дворцы на кладбищах твоих.
Рад бы я тебя душой согреть,
Солнце взять и звёзд небесных, золотых
И венок сплести тебе из них,
Чтоб сияла ты в добытом цвете.
За тебя готов погибнуть я в бою
С той неправдою, что терпишь ты от Бога
И от сына своего слепого.
За тебя свою я душу погублю
И за это лишь прошу тебя, молю:
Не гони меня от своего порога.
 
 
Владимир Высоцкий
 Братские могилы
 
На братских могилах не ставят крестов, 
И вдовы на них не рыдают, 
К ним кто-то приносит букеты цветов, 
И Вечный огонь зажигают. 

Здесь раньше вставала земля на дыбы, 
А нынче — гранитные плиты. 
Здесь нет ни одной персональной судьбы — 
Все судьбы в единую слиты. 

А в Вечном огне виден вспыхнувший танк, 
Горящие русские хаты, 
Горящий Смоленск и горящий рейхстаг, 
Горящее сердце солдата. 

У братских могил нет заплаканных вдов — 
Сюда ходят люди покрепче. 
На братских могилах не ставят крестов, 
Но разве от этого легче?. 
1964
  
 
 Владимир Высоцкий
 Он вчера не вернулся из боя...

Почему все не так? Вроде все как всегда:
То же небо - опять голубое,
Тот же лес, тот же воздух и та же вода,
Только он не вернулся из боя.
Мне теперь не понять, кто же прав был из нас
В наших спорах без сна и покоя.
Мне не стало хватать его только сейчас,
Когда он не вернулся из боя.
Он молчал невпопад и не в такт подпевал,
Он всегда говорил про другое,
Он мне спать не давал, он с восходом вставал,
А вчера не вернулся из боя.
То, что пусто теперь, - не про то разговор,
Вдруг заметил я - нас было двое.
Для меня будто ветром задуло костер,
Когда он не вернулся из боя.
Нынче вырвалась, будто из плена, весна,
По ошибке окликнул его я:
- Друг, оставь покурить! - А в ответ - тишина:
Он вчера не вернулся из боя.
Наши мертвые нас не оставят в беде,
Наши павшие - как часовые.
Отражается небо в лесу, как в воде,
И деревья стоят голубые.
Нам и места в землянке хватало вполне,
Нам и время текло для обоих.
Все теперь одному. Только кажется мне,
Это я не вернулся из боя.

 
Вероника Тушнова
Вот говорят: Россия
 
Вот говорят: Россия…
Реченьки да берёзки…
А я твои руки вижу,
узловатые руки,
жёсткие.
Руки, от стирки сморщенные,
слезами горькими смоченные,
качавшие, пеленавшие,
на победу благословлявшие.
Вижу пальцы твои сведённые, —
все заботы твои счастливые,
все труды твои обыденные,
все потери неисчислимые…
Отдохнуть бы, да нет привычки
на коленях лежать им праздно…
Я куплю тебе рукавички,
хочешь — синие, хочешь — красные?
Не говори «не надо», —
мол, на что красота старухе?
Я на сердце согреть бы рада
натруженные твои руки.
Как спасенье своё держу их,
волнения не осиля.
Добрые твои руки,
прекрасные твои руки,
матерь моя, Россия!  

 
Юлия Друнина
О, Россия
 
О, Россия!
С нелегкой судьбою страна...
У меня ты, Россия,
Как сердце, одна.
Я и другу скажу,
Я скажу и врагу –
Без тебя,
Как без сердца,
Прожить не смогу...

 
Юлия Друнина
Сверстницам
 
Где ж вы, одноклассницы-девчонки?
Через годы всё гляжу вам вслед -
Стираные старые юбчонки
Треплет ветер предвоенных лет.
Кофточки, блестящие от глажки,
Тапочки, чинённые сто раз...
С полным основанием стиляжки
Посчитали б чучелами нас!
Было трудно. Всякое бывало.
Но остались мы освещены
Заревом отцовских идеалов,
Духу Революции верны.
Потому, когда, гремя в набаты,
Вдруг война к нам в детство ворвалась,
Так летели вы в военкоматы,
Тапочки, чинённые сто раз!
Помнишь Люську, Люську-заводилу:
Нос — картошкой, а ресницы — лён?
Нашу Люську в братскую могилу
Проводил стрелковый батальон...
А Наташа? Робкая походка,
Первая тихоня из тихонь -
Бросилась к подбитой самоходке,
Бросилась к товарищам в огонь...
Не звенят солдатские медали,
Много лет, не просыпаясь, спят
Те, кто Волгограда не отдали,
Хоть тогда он звался Сталинград.
Вы поймите, стильные девчонки,
Я не пожалею никогда,
Что носила старые юбчонки,
Что мужала в горькие года!
 
 
Юлия Друнина
Веет чем-то родным и древним...
 
Веет чем-то родным и древним 
От просторов моей земли. 
В снежном море плывут деревни, 
Словно дальние корабли. 

По тропинке шагая узкой, 
Повторяю — который раз!- 
«Хорошо, что с душою русской 
И на русской земле родилась!»
 
 
Юлия Друнина
О, Россия!
 
И опять ликованье птичье, 
Все о жизни твердит вокруг. 
Тешит зябликов перекличка, 
Дятлов радостный перестук. 

Поднимусь, соберу все силы 
Пусть еще неверны шаги. 
Подмосковье мое, Россия — 
Душу вылечить помоги! 
1961
 
 
Юлия Друнина
Запас прочности
 
До сих пор не совсем понимаю,
Как же я, и худа, и мала,
Сквозь пожары к победному Маю
В кирзачах стопудовых дошла.

И откуда взялось столько силы
Даже в самых слабейших из нас?.
Что гадать!— Был и есть у России
Вечной прочности вечный запас.
 
 
Юлия Друнина
Верность
 
Вы останетесь в памяти — эти спокойные сосны,
И ночная Пахра, и дымок над далёким плотом.
Вы останетесь в сердце, мои подмосковные вёсны,
Что б с тобой ни случилось, что со мной ни случится потом.

Может, встретишь ты женщину лучше, умнее и краше,
Может, сердце моё позабудет об этой любви.
Но, как сосны, — корнями с отчизной мы спаяны нашей:
Покачни нас, попробуй! Сердца от неё оторви!
   
 
Юлия Друнина
Я принесла домой с фронтов России
 
Я принесла домой с фронтов России
Веселое презрение к тряпью —
Как норковую шубку, я носила
Шинельку обгоревшую свою.

Пусть на локтях топорщились заплаты,
Пусть сапоги протерлись — не беда!
Такой нарядной и такой богатой
Я позже не бывала никогда...
  
 
Юлия Друнина
  Я родом не из детства — из войны

 Я родом не из детства — из войны. 
И потому, наверное, дороже, 
Чем ты, ценю я радость тишины 
И каждый новый день, что мною прожит. 

Я родом не из детства — из войны. 
Раз, пробираясь партизанской тропкой, 
Я поняла навек, что мы должны 
Быть добрыми к любой травинке робкой. 

Я родом не из детства — из войны. 
И, может, потому незащищённей: 
Сердца фронтовиков обожжены, 
А у тебя — шершавые ладони. 

Я родом не из детства — из войны. 
Прости меня — в том нет моей вины...

 
 Николай Рубцов
Привет, Россия
 
Привет, Россия — родина моя!
Как под твоей мне радостно листвою!
И пенья нет, но ясно слышу я
Незримых певчих пенье хоровое.. .
Как будто ветер гнал меня по ней,
По всей земле — по селам и столицам!
Я сильный был, но ветер был сильней,
И я нигде не мог остановиться.

Привет, Россия — родина моя!
Сильнее бурь, сильнее всякой воли
Любовь к твоим овинам у жнивья,
Любовь к тебе, изба в лазурном поле.

За все хоромы я не отдаю
Свой низкий дом с крапивой под оконцем.
Как миротворно в горницу мою
По вечерам закатывалось солнце!

Как весь простор, небесный и земной,
Дышал в оконце счастьем и покоем,
И достославной веял стариной,
И ликовал под ливнями и зноем!..
 
 
Сергей Михалков
Граница
 
В глухую ночь, 
В холодный мрак 
Посланцем белых банд 
Переходил границу враг — 
Шпион и диверсант. 

Он полз ужом на животе, 
Он раздвигал кусты, 
Он шел на ощупь в темноте 
И обошел посты. 

По свежевыпавшей росе 
Некошеной травой 
Он вышел утром на шоссе 
Тропинкой полевой. 

И в тот же самый ранний час 
Из ближнего села 
Учиться в школу, в пятый класс, 
Друзей ватага шла. 

Шли десять мальчиков гуськом 
По утренней росе, 
И каждый был учеником 
И ворошиловским стрелком, 
И жили рядом все. 

Они спешили на урок, 
Но тут случилось так: 
На перекрестке двух дорог 
Им повстречался враг. 

 — Я сбился, кажется, с пути 
И не туда свернул!- 
Никто из наших десяти 
И глазом не моргнул. 

 — Я вам дорогу покажу! — 
Сказал тогда один. 
Другой сказал:- Я провожу. 
Пойдемте, гражданин. 

Сидит начальник молодой, 
Стоит в дверях конвой, 
И человек стоит чужой — 
Мы знаем, кто такой. 

Есть в пограничной полосе 
Неписаный закон: 
Мы знаем все, мы знаем всех — 
Кто я, кто ты, кто он. 
1937
  
 
 Юрий Визбор
Медаль Сталинграда
 
Медаль Сталинграда, простая медаль.
Бывают и выше, чем эта награда.
Но чем-то особым блестит эта сталь,
Кружочек войны — медаль Сталинграда.

Ещё предстоит по грязище и льду
Пройти пол-Европы сквозь пули, снаряды.
Но светит уже в сорок третьем году
Победы звезда — медаль Сталинграда.

С небес то дожди, то весёлый снежок,
И жизнь протекает, представьте, как надо.
Я молча беру этот белый кружок
И молча целую медаль Сталинграда.

На пышную зелень травы капли крови упали.
Два цвета сошлись, стала степь мировым перекрёстком.
Недаром два цвета великих у этой медали —
Зелёное поле с красною тонкой полоской.
 
 
Эдуард Асадов
России
 
Ты так всегда доверчива, Россия, 
Что, право, просто оторопь берет. 
Еще с времен Тимура и Батыя 
Тебя, хитря, терзали силы злые 
И грубо унижали твой народ. 

Великая трагедия твоя 
Вторично в мире сыщется едва ли: 
Ты помнишь, как удельные князья, 
В звериной злобе, отчие края 
Врагам без сожаленья предавали?! 

Народ мой добрый! Сколько ты страдал 
От хитрых козней со своим доверьем! 
Ведь Рюрика на Русь никто не звал. 
Он сам с дружиной Новгород подмял 
Посулами, мечом и лицемерьем! 

Тебе ж внушали испокон веков, 
Что будто сам ты, небогат умами, 
Слал к Рюрику с поклонами послов: 
«Идите, княже, володейте нами!» 

И как случилось так, что триста лет 
После Петра в России на престоле, — 
Вот именно, ведь целых триста лет! — 
Сидели люди, в ком ни капли нет 
Ни русской крови, ни души, ни боли! 

И сколько раз среди смертельной мглы 
Навек ложились в Альпах ли, в Карпатах 
За чью-то спесь и пышные столы 
Суворова могучие орлы, 
Брусилова бесстрашные солдаты. 

И в ком, скажите, сердце закипело? 
Когда тебя, лишая всякой воли, 
Хлыстами крепостничества пороли, 
А ты, сжав зубы, каменно терпела? 

Когда ж, устав от захребетной гнили, 
Ты бунтовала гневно и сурово, 
Тебе со Стенькой голову рубили 
И устрашали кровью Пугачева. 

В семнадцатом же тяжкие загадки 
Ты, добрая, распутать не сумела: 
С какою целью и за чьи порядки 
Твоих сынов столкнули в смертной схватке, 
Разбив народ на «красных» и на «белых»?! 

Казалось: цели — лучшие на свете: 
«Свобода, братство, равенство труда!» 
Но все богатыри просты, как дети, 
И в этом их великая беда. 

Высокие святые идеалы 
Как пыль смело коварством и свинцом, 
И все свободы смяло и попрало 
«Отца народов» твердым сапогом. 

И все же, все же, много лет спустя 
Ты вновь зажглась от пламени плакатов, 
И вновь ты, героиня и дитя, 
Поверила в посулы «демократов». 

А «демократы», господи прости, 
Всего-то и умели от рожденья, 
Что в свой карман отчаянно грести 
И всех толкать в пучину разоренья. 

А что в недавнем прошлом, например? 
Какие честь, достоинство и слава? 
Была у нас страна СССР — 
Великая и гордая держава. 

Но ведь никак же допустить нельзя, 
Чтоб жить стране без горя и тревоги! 
Нашлись же вновь «удельные князья», 
А впрочем, нет! Какие там «князья»! 
Сплошные крикуны и демагоги! 

И как же нужно было развалить 
И растащить все силы и богатства, 
Чтоб нынче с ней не то что говорить, 
А даже и не думают считаться! 

И сколько ж нужно было провести 
Лихих законов, бьющих злее палки, 
Чтоб мощную державу довести 
До положенья жалкой приживалки! 

И, далее уже без остановки, 
Они, цинично попирая труд, 
К заморским дядям тащат и везут 
Леса и недра наши по дешевке! 

Да, Русь всегда доверчива. Все так. 
Но сколько раз в истории случалось, 
Как ни ломал, как ни тиранил враг, 
Она всегда, рассеивая мрак, 
Как птица Феникс, снова возрождалась! 

А если так, то, значит, и теперь 
Все непременно доброе случится, 
И от обид, от горя и потерь 
Россия на куски не разлетится! 

И грянет час, хоть скорый, хоть не скорый, 
Когда Россия встанет во весь рост. 
Могучая, от недр до самых звезд 
И сбросит с плеч деляческие своры! 

Подымет к солнцу благодарный взор, 
Сквозь искры слез, взволнованный и чистый, 
И вновь обнимет любящих сестер, 
Всех, с кем с недавних и недобрых пор 
Так злобно разлучили шовинисты! 

Не знаю, доживем мы или нет 
До этих дней, мои родные люди, 
Но твердо верю: загорится свет, 
Но точно знаю: возрожденье будет! 

Когда наступят эти времена? 
Судить не мне. Но разлетятся тучи! 
И знаю твердо: правдой зажжена, 
Еще предстанет всем моя страна 
И гордой, и великой, и могучей! 
1993

 
Александр Прокофьев
Нет жизни мне без России
 
...А мне Россия 
Навек люба, 
В судьбе России – 
Моя судьба. 
Мой век суровый, 
Мой день крутой 
Гудит громОво: 
«Иди, не стой!» 
Идёт Россия –
Врагов гроза, 
Синее синих 
Её глаза, 
Синее синих 
Озёр и рек, 
Сильнее сильных 
Её разбег! 
Неповторима, 
Вольным-вольна, 
Необорима 
В грозе она! 
С ней, непоборной, 
Иду, как в бой, 
Дорогой горной, 
Тропой любой. 
Всё в ней, в Отчизне, 
Кругом моё, 
И нету жизни 
Мне без неё!
 
 

Рейтинг: +23 Голосов: 23 14389 просмотров
Комментарии (2)
Тая Кузмина # 23 февраля 2019 в 00:13 +12
Спасибо за великолепную подборку стихов. Очень впечатляюще!
Родина
Её не выбирают, как и мать.
Её приобретают вместе с жизнью.
Нельзя её забыть и потерять,
Врастает в сердце навсегда, Отчизна.
Какой бы ни была её судьба,
Я из её руки не выну руку.
И как ни тяжела её борьба,
Нам вместе принимать и боль, и муку.
автор стихотворения Т.Хлопкова

cvety-rozy-17
Аида Бекеш # 1 ноября 2020 в 20:25 +1
Стихи очень яркие по содержанию. Браво всем классикам!

buket4