ГлавнаяКлассикаЛермонтов Михаил Юрьевич (1814-1841) → Михаил Лермонтов ~ Два великана

Михаил Лермонтов ~ Два великана

    «Два великана» 
~~~*~~~~*~~~~*~~~~*~~~~*~~~~
    В шапке золота литого
    Старый русский великан
    Поджидал к себе другого
    Из далеких чуждых стран.

    За горами, за долами
    Уж гремел об нем рассказ,
    И померяться главами
    Захотелось им хоть раз.

    И пришел с грозой военной
    Трехнедельный удалец,—
    И рукою дерзновенной
    Хвать за вражеский венец.

    Но улыбкой роковою
    Русский витязь отвечал:
    Посмотрел — тряхнул главою.
    Ахнул дерзкий — и упал!

    Но упал он в дальнем море
    На неведомый гранит,
    Там, где буря на просторе
    Над пучиною шумит.
1832
 
Анализ стихотворения Лермонтова «Два великана»

Воинская слава Отечества — один из основополагающих мотивов лермонтовского творчества. Авторские раздумья о подвиге и исторической памяти, прозвучавшие в «Поле Бородина», продолжает сказочная аллегория «Два великана», появившаяся в 1832 г. Дата создания стихотворения символична: она совпадает с двадцатилетней годовщиной победы русских войск над французской армией.

Центральная тема стихотворения — противостояние двух бойцов, которые символизируют Россию и наполеоновскую Францию. Образы великанов наделены индивидуальными чертами. Разнится и авторское отношение к каждому из героев.

Русский воин стар, но опытен, могуч и невозмутим, как былинный Илья Муромец. Его шапка напоминает читателю о позолоченных маковках русских церквей, и в первую очередь — о куполе колокольни Ивана Великого, символизирующей Москву. Золотой шлем-шапка — единственная деталь внешнего облика, упомянутая автором-сказителем.

Оппонент «русского витязя» пришел из «далеких чуждых стран». Он знаменит, удачлив и быстр, но бесцеремонен и нагловат: однокоренные слова «дерзновенный» и «дерзкий» подчеркивают отрицательные черты иноземного героя. Насмешливое определение «трехнедельный удалец» намекает на нецарственное происхождение и скороспелый характер императорства Наполеона I.

Сказитель не скрывает собственные оценки: гордость и уважение к русскому великану, иронию к его иностранному «коллеге».

Антитеза, на которой основано лермонтовское творение, смоделирована по нескольким признакам: «спокойствие» — «наглый натиск», «следование традициям» — «нарушение старого уклада».

Преимущество витязя над пришельцем столь очевидно, что отпадает нужда в схватке. Собственно, никакого боя не происходит. На беспардонную выходку чужестранца, протянувшего руку к шапке-«венцу», русский воин отвечает взглядом и «улыбкой роковой». Затем следует движение головы, которого оказалось достаточно, чтобы оппонент испугался и «упал».

Используя преимущества организации художественного пространства фольклорных произведений, сказитель мгновенно «перемещает» поверженного наглеца в неведомые земли. Юный поэт намекает на последние годы Бонапарта, проведенные на отдаленном острове в Атлантическом океане, но вплетает историческую аллюзию в общий сказочно-былинный контекст.

Возмездие не оборачивается смертью агрессора. В интонациях сказителя-гуманиста звучит благородное чувство снисхождения к побежденному.
 
 

Рейтинг: +1 Голосов: 1 176 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Это Вы не читали...