ГлавнаяПрозаМалые формыМиниатюры → Урология и кооперация

Урология и кооперация

29 мая 2012 - Олег Айдаров
article51444.jpg

В далекие 90-е, в туалете урологического отделения, под мутным, давно не мытым окном, стояла заплеванная посудина, из раскрытого чрева которой, во все стороны торчали разнокалиберные и разномастные бычки. Единственное что их объединяло, эти трупики сигарет – отсутствие на них губной помады: туалет был мужской.

- Подожди, ну а если у кооператора нет утюга? – придерживая сначала располосованный, а потом зашитый бок, спрашивал небритый пожилой мужчина, одной рукой стряхивая пепел с сигареты, а другой одновременно держался за бок и тоже стряхивал пепел, только уже с больших полосатых штанов.

- У тебя дома есть утюг? – спросил его собеседник в темно-синем больничном костюме, поверх которого висела полиэтиленовая трубка одним концом воткнутая в бутылек из-под шампуни, а другим – в отверстие, пробитое в мочевом пузыре. Не дождавшись ответа, он продолжил, - Вот и кооператора есть. Кооператор же тоже человек, - добавил больничный костюм, как бы оправдывая абстрактного в туалетном разговоре кооператора.

- Ну, и дальше что? – поверив в то, что и кооператоров дома бывают утюги, нетерпеливо спросил зашитый бок.

- Приходят они к кооператору и говорят – гони монету! Он, естественно, упирается. Тогда они привязывают кооператора к дивану, заголяют ему брюхо, ставят на него утюг, а два конца – в розетку, - выпустив дым через правую ноздрю и потрогав бутылек из-под шампуни, продолжил синий костюм.

- А потом?! – озабоченно спросил небритый собеседник, от волнения забыв даже о потухшей сигарете.

- А потом они до отказа врубают музыку и садятся пить коньяк…

- Магнитофон с коньяком они с собой, что ли приносят? – как бы что-то прикинув, деловито спросил зашитый бок, намочив погасшую сигарету под краном и шмякнув ее в ощетинившуюся бычками посудину.

- Я тебе еще раз объясняю – у кооператора есть все: и магнитофон, и коньяк, и сигареты, и телевизор, и утюг, - терпеливо объяснил больничный халат и, как бы испугавшись того, что зашитый бок усомнится в наличии у кооператоров и сигарет с телевизорами, торопливо продолжил, - Ну вот, посидят они, покурят…

- А кооператор орет, небось? – забеспокоился зашитый бок, - Соседи-то не услышат?

- Я же тебе по-русски сказал – магнитофон они врубают. До отказа…

- Понял, понял, а дальше-то что?

- А дальше, после перекура, вырубают магнитофон с утюгом и опять гроши спрашивают. И если он опять не дает, снова врубают утюг, а потом приподнимают этому кооператору зад и суют туда паяльник. Концы, разумеется, тоже – в розетку.

- А паяльник у кооператора тоже есть? – догадался зашитый бок.

- Паяльник… - вылив содержимое бутылька из-под шампуни у унитаз, задумался синий костюм, - Нет, паяльник они с собой приносят. В дипломате…

Среди ночи одна из палат урологического отделения была разбужена вполне человеческим криком. Тут же был зажжен свет, и ходячие больные столпились возле койки, на которой висели полосатые больничные штаны. Небритый человек, лежащий на этой койке, обеими руками держал сначала располосованный, а потом зашитый бок и, глядя неестественно широкими глазами на муху сидящую неподалеку от лампочки, шептал: «У меня же печень… Мне коньяку нельзя…».

© Copyright: Олег Айдаров, 2012

Регистрационный номер №0051444

от 29 мая 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0051444 выдан для произведения:

В далекие 90-е, в туалете урологического отделения, под мутным, давно не мытым окном, стояла заплеванная посудина, из раскрытого чрева которой, во все стороны торчали разнокалиберные и разномастные бычки. Единственное что их объединяло, эти трупики сигарет – отсутствие на них губной помады: туалет был мужской.

- Подожди, ну а если у кооператора нет утюга? – придерживая сначала располосованный, а потом зашитый бок, спрашивал небритый пожилой мужчина, одной рукой стряхивая пепел с сигареты, а другой одновременно держался за бок и тоже стряхивал пепел, только уже с больших полосатых штанов.

- У тебя дома есть утюг? – спросил его собеседник в темно-синем больничном костюме, поверх которого висела полиэтиленовая трубка одним концом воткнутая в бутылек из-под шампуни, а другим – в отверстие, пробитое в мочевом пузыре. Не дождавшись ответа, он продолжил, - Вот и кооператора есть. Кооператор же тоже человек, - добавил больничный костюм, как бы оправдывая абстрактного в туалетном разговоре кооператора.

- Ну, и дальше что? – поверив в то, что и кооператоров дома бывают утюги, нетерпеливо спросил зашитый бок.

- Приходят они к кооператору и говорят – гони монету! Он, естественно, упирается. Тогда они привязывают кооператора к дивану, заголяют ему брюхо, ставят на него утюг, а два конца – в розетку, - выпустив дым через правую ноздрю и потрогав бутылек из-под шампуни, продолжил синий костюм.

- А потом?! – озабоченно спросил небритый собеседник, от волнения забыв даже о потухшей сигарете.

- А потом они до отказа врубают музыку и садятся пить коньяк…

- Магнитофон с коньяком они с собой, что ли приносят? – как бы что-то прикинув, деловито спросил зашитый бок, намочив погасшую сигарету под краном и шмякнув ее в ощетинившуюся бычками посудину.

- Я тебе еще раз объясняю – у кооператора есть все: и магнитофон, и коньяк, и сигареты, и телевизор, и утюг, - терпеливо объяснил больничный халат и, как бы испугавшись того, что зашитый бок усомнится в наличии у кооператоров и сигарет с телевизорами, торопливо продолжил, - Ну вот, посидят они, покурят…

- А кооператор орет, небось? – забеспокоился зашитый бок, - Соседи-то не услышат?

- Я же тебе по-русски сказал – магнитофон они врубают. До отказа…

- Понял, понял, а дальше-то что?

- А дальше, после перекура, вырубают магнитофон с утюгом и опять гроши спрашивают. И если он опять не дает, снова врубают утюг, а потом приподнимают этому кооператору зад и суют туда паяльник. Концы, разумеется, тоже – в розетку.

- А паяльник у кооператора тоже есть? – догадался зашитый бок.

- Паяльник… - вылив содержимое бутылька из-под шампуни у унитаз, задумался синий костюм, - Нет, паяльник они с собой приносят. В дипломате…

Среди ночи одна из палат урологического отделения была разбужена вполне человеческим криком. Тут же был зажжен свет, и ходячие больные столпились возле койки, на которой висели полосатые больничные штаны. Небритый человек, лежащий на этой койке, обеими руками держал сначала располосованный, а потом зашитый бок и, глядя неестественно широкими глазами на муху сидящую неподалеку от лампочки, шептал: «У меня же печень… Мне коньяку нельзя…».

Рейтинг: +1 295 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Проза, которую Вы не читали

 

Популярная проза за месяц
162
138
129
124
111
106
Ловец жемчуга 28 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
102
89
89
Только Ты! 17 сентября 2017 (Анна Гирик)
86
86
78
78
78
77
76
74
74
73
73
73
ПРИНЦ 29 августа 2017 (Елена Бурханова)
71
71
Песочный замок 6 сентября 2017 (Аида Бекеш)
69
68
68
67
67
65