ГлавнаяВся прозаМалые формыМиниатюры → Светлячки в мышеловке

 

Светлячки в мышеловке

12 декабря 2011 - Сергей Кутявин
article3830.jpg

 

 

Почему? Почему по пятницам, во второй половине дня, в душе стучат призывные тамтамы: так-так, в кабак, трамтарарам, идём в ресторан.… И зомбированный этим чудным ритмом берёшься за бритву, выбриваешь эдакую интеллектуальную бородку, подленькие усики, душ, чуть - чуть парфюма, такси.… И вот ты уже за стойкой бара, уже вторая водка с «Егерьмайстером» и обмен свежими сальными анекдотами с барменом закончен. Потом ты начинаешь чувствовать, где-то близко, тихую поступь тоски. В кабаках интересно первые полчаса, а потом это превращается в обычную трактирную пьянку. Я заказываю ещё одну «курскую дугу», намахиваю, и в момент намаха замечаю объект, разместившийся через табурет слева от меня. Спиртное ещё не успело достигнуть «дна», а глаза мои уже стали масляные, так как я успел повернуть голову налево. То, что я увидел било по мозгам круче всякого алкоголя!

Эта помесь ангела и дьявола, причём моего любимого размера, изучающее смотрела на барную витрину и курила чёрный «More». Брюнетка, прямая чёлка, аккуратный, чуть вздёрнутый носик, чувственные губы и (!!!) ярко-зелёные глаза. Внутри меня заработала программа – «мышеловка». Ну, в общем: девушка – мышка, я – сыр, а собственно сама мышеловка – это моя маленькая, съёмная квартира.

Я угощаю её « Май Тай», а сам пью очень слабенькую «отвёртку». Мы знакомимся, определяемся в возможности совместного «вечернеговремя-провождения», танцуем и выпиваем. Чем больше «отвёртка» вворачивает в меня шуруп алкоголя, тем больше нравится мне моя новая знакомая, чем больше в ней рома, тем меньше в её глазах надменных и насмешливых стрел пущенных в меня. Мы уходим из кабака с бутылкой шампанского, в обнимку, не дожидаясь такси, идём ко мне пешком. По дороге я покупаю ей цветы, рассказываю ей всё, что знаю про любовь с первого взгляда, потом небольшая ода её глазам, песня о её шее, затем кусочек словоблудия о том, что именно секс истинная свобода желаний и поступков, что секс – это единственное, что нам осталось от первозданности мира. Она дарит мне за цветы, достаточно взрослый поцелуй, после которого идти мне становится не очень удобно.

И вот моя маленькая, съёмная «мышеловка» начинает захлопываться. (Кстати в лифте был ещё один взрослый поцелуй!) Мы «догоняемся» шампанским на кухне, говорим полушёпотом, смотрим друг на друга короткими взглядами. Не знаю, что она видит в моих глазах, но в её глазах я увидел желание, нет, ни секса, ни поживы, я увидел желание счастья, пускай на миг, пускай на час или навсегда и… хлоп!
- А где у тебя душ?
- А ты не будешь думать обо мне плохо?...
Ранним утром она будит меня, разыскивая частички своего гардероба. Я встаю, пытаюсь навязаться провожатым.
- Я вызвала такси, спи!
Я начинаю что- то лопотать о следующей встрече, она усмехается:
- Всё было хорошо, не надо ни чего портить, и… прощай!
Звонит такси, она целует меня, как-то по-домашнему тепло, и уходит.

Выйдя из душа, я подхожу к зеркалу и, опёршись руками в стену, заглядываю в себя. Из зеркала на меня смотрит лицо уже далеко не молодого человека, но смотрится оно довольно странно: всё изображение будто сложено из старого, потрёпанного детского пазла, причём нескольких картиночек не хватает, а ещё несколько из другого набора – вместо глаз летучие мыши, вместо губ рыбий хвост… Но, присмотревшись, понимаю, что всё на месте, что все эти искажения вызывает въевшаяся, как уголь в лицо шахтёра, порочность. И это не сбрить, не замазать никакими «гуччами и дживанджами». А самое страшное, что я увидел внутри себя, это то, что я разучился, а точнее, потерял способность любить!

Вот эта милая девушка, которая ушла полчаса назад, зачем она, почему она? И я закрыл глаза, вслушавшись в себя. Не знаю, сколько я просидел так: со сжатыми кулаками и, опершись на стену, я думал только о прошедшей ночи и пытался, как можно точнее вспомнить её лицо. Вдруг внутри меня стало очень-очень тепло, что-то необъяснимое прокатилось по мне волной – я разжал кулак и открыл глаза. Маленький лучик света из ладони, мягко и трепетно осветил комнату. И я вдруг понял всё, понял, что все женщины, с которыми нас связывает судьба, оставляют в нас этих маленьких светлячков. Просто надо научиться чувствовать их, надо научиться оберегать их, согревать теплом памяти и хранить их в себе насколько хватает сил. И пускай они были для меня всего лишь мышками, но я живу и радуюсь миру, только благодаря этим маленьким «мышиным светлячкам». Возможно, эти магические огоньки вернут мне способность к большим чувствам, к таким, как любовь?
И кто знает, может и они, эти прекрасные мышки, хранят в своих маленьких ладошках наших светлячков, которых мы, я очень надеюсь, оставляем им?
Если только мы не самые последние сволочи!

2007г.

© Copyright: Сергей Кутявин, 2011

Регистрационный номер №0003830

от 12 декабря 2011

[Скрыть] Регистрационный номер 0003830 выдан для произведения:

 

 

Почему? Почему по пятницам, во второй половине дня, в душе стучат призывные тамтамы: так-так, в кабак, трамтарарам, идём в ресторан.… И зомбированный этим чудным ритмом берёшься за бритву, выбриваешь эдакую интеллектуальную бородку, подленькие усики, душ, чуть - чуть парфюма, такси.… И вот ты уже за стойкой бара, уже вторая водка с «Егерьмайстером» и обмен свежими сальными анекдотами с барменом закончен. Потом ты начинаешь чувствовать, где-то близко, тихую поступь тоски. В кабаках интересно первые полчаса, а потом это превращается в обычную трактирную пьянку. Я заказываю ещё одну «курскую дугу», намахиваю, и в момент намаха замечаю объект, разместившийся через табурет слева от меня. Спиртное ещё не успело достигнуть «дна», а глаза мои уже стали масляные, так как я успел повернуть голову налево. То, что я увидел било по мозгам круче всякого алкоголя!

Эта помесь ангела и дьявола, причём моего любимого размера, изучающее смотрела на барную витрину и курила чёрный «More». Брюнетка, прямая чёлка, аккуратный, чуть вздёрнутый носик, чувственные губы и (!!!) ярко-зелёные глаза. Внутри меня заработала программа – «мышеловка». Ну, в общем: девушка – мышка, я – сыр, а собственно сама мышеловка – это моя маленькая, съёмная квартира.

Я угощаю её « Май Тай», а сам пью очень слабенькую «отвёртку». Мы знакомимся, определяемся в возможности совместного «вечернеговремя-провождения», танцуем и выпиваем. Чем больше «отвёртка» вворачивает в меня шуруп алкоголя, тем больше нравится мне моя новая знакомая, чем больше в ней рома, тем меньше в её глазах надменных и насмешливых стрел пущенных в меня. Мы уходим из кабака с бутылкой шампанского, в обнимку, не дожидаясь такси, идём ко мне пешком. По дороге я покупаю ей цветы, рассказываю ей всё, что знаю про любовь с первого взгляда, потом небольшая ода её глазам, песня о её шее, затем кусочек словоблудия о том, что именно секс истинная свобода желаний и поступков, что секс – это единственное, что нам осталось от первозданности мира. Она дарит мне за цветы, достаточно взрослый поцелуй, после которого идти мне становится не очень удобно.

И вот моя маленькая, съёмная «мышеловка» начинает захлопываться. (Кстати в лифте был ещё один взрослый поцелуй!) Мы «догоняемся» шампанским на кухне, говорим полушёпотом, смотрим друг на друга короткими взглядами. Не знаю, что она видит в моих глазах, но в её глазах я увидел желание, нет, ни секса, ни поживы, я увидел желание счастья, пускай на миг, пускай на час или навсегда и… хлоп!
- А где у тебя душ?
- А ты не будешь думать обо мне плохо?...
Ранним утром она будит меня, разыскивая частички своего гардероба. Я встаю, пытаюсь навязаться провожатым.
- Я вызвала такси, спи!
Я начинаю что- то лопотать о следующей встрече, она усмехается:
- Всё было хорошо, ничего не порти, и… прощай!
Звонит такси, она целует меня, как-то по-домашнему тепло, и уходит.

Выйдя из душа, я подхожу к зеркалу и, опёршись руками в стену, заглядываю в себя. Из зеркала на меня смотрит лицо уже далеко не молодого человека, но смотрится оно довольно странно: всё изображение будто сложено из старого, потрёпанного детского пазла, причём нескольких картиночек не хватает, а ещё несколько из другого набора – вместо глаз летучие мыши, вместо губ рыбий хвост… Но, присмотревшись, понимаю, что всё на месте, что все эти искажения вызывает въевшаяся, как уголь в лицо шахтёра, порочность. И это не сбрить, не замазать никакими «гуччами и дживанджами». А самое страшное, что я увидел внутри себя, это то, что я разучился, а точнее, потерял способность любить!

Вот эта милая девушка, которая ушла полчаса назад, зачем она, почему она? И я закрыл глаза, вслушавшись в себя. Не знаю, сколько я просидел так: со сжатыми кулаками и, опершись на стену, я думал только о прошедшей ночи и пытался, как можно точнее вспомнить её лицо. Вдруг внутри меня стало очень-очень тепло, что-то необъяснимое прокатилось по мне волной – я разжал кулак и открыл глаза. Маленький лучик света из ладони, мягко и трепетно осветил комнату. И я вдруг понял всё, понял, что все женщины, с которыми нас связывает судьба, оставляют в нас этих маленьких светлячков. Просто надо научиться чувствовать их, надо научиться оберегать их, согревать теплом памяти и хранить их в себе насколько хватает сил. И пускай они были для меня всего лишь мышками, но я живу и радуюсь миру, только благодаря этим маленьким «мышиным светлячкам». Возможно, эти магические огоньки вернут мне способность к большим чувствам, к таким, как любовь?
И кто знает, может и они, эти прекрасные мышки, хранят в своих маленьких ладошках наших светлячков, которых мы, я очень надеюсь, оставляем им?
Если только мы не самые последние сволочи!

2007г.
Рейтинг: 0 256 просмотров
Комментарии (2)
Игорь Кичапов # 13 декабря 2011 в 07:54 +1
Всё было хорошо, ничего не порти,................можеть быть..ничего не ПОРТЬ?...или не ИСПОРТИ.. не мое канеш дело но как то это порти не звучит))
Сергей Кутявин # 14 декабря 2011 в 08:12 0
Спасибо Игорь! Исправил. Я только благодарен... сторонний глаз всегда зорче и критичней)))