ГлавнаяПрозаМалые формыМиниатюры → Странный сон

Странный сон

18 декабря 2012 - Роза Хастян
article102897.jpg
Приснился мне странный сон.
Я присутствовала  при «таинстве» завершения рукописи  Александра Дюма.
Правда, КАКОГО(?), старшего или младшего, не знаю. Я их обоих в лицо не знаю, да и спрашивать неудобно было, но, наверное, все же  -  старшего…
Потому что, насколько мне известны их биографии,   в любых условиях  трудился… отец…
С другой стороны,  отец Дюма,  рано порвал отношения с непритязательной гризеткой… а в моем сне…
Ладно, расскажу все по порядку.
…Во всех подробностях запомнила комнату, где мы «встретились».
Как же не запомнить, я готова была  «работать»  фотокамерой, чтобы зафиксировать каждую деталь из его быта. Ни кто, иной сидел передо мной – САМ Дюма.
Комната была  удлиненной. Пол был дощатый, покрашенный в светло коричневый цвет. Большое окно на большой стене было занавешено белой прозрачной тканью, которая постоянно колыхалась от легкого ветерка.
Из мебели в комнате была  кушетка, обитая в ткань  в бело-синюю клетку, которая стояла под малой из стен. Сам Дюма сидел на ней и прямо при мне, перед моими глазами закончил свой очередной роман, поставив, жирную точку в конце его.
Он поднял свою рыжую шевелюру, улыбнулся мне и подмигнул. Потом, с облегчением выдохнул и сказал.
- Всё! Наконец-то! Три недели пишу!
Самое странное в его поведении было то, что он писал… на коленях.  Одной рукой держал довольно увесистую рукопись, а другой – писал… шариковой ручкой…

Под противоположной стеной стоял большой стол, заваленный не глаженым бельем. Жена Дюма  гладила на столе.  Утюг был обычный, семидесятых(?) годов прошлого века: с одутловатым брюхом,  где были собраны керамические ролики  для обогрева  металлического каркаса.
Утюг был электрическим. Восемнадцатый век, странно! Пусть даже…  Франция!
Кроме кушетки в клетку, стула и стола,  в комнате ничего не было.

Поставив точку,  Дюма  мне подмигнул, я не растерялась и попросила у него рукопись подержать, и приложить её к моему лбу.
Такой жест(приложение ко лбу), мы, армяне применяем, когда кто-то получает диплом, грамоту,  много денег, что подразумевает: пусть и У МЕНЯ будет.
Вообще-то, обычай требует, чтобы жест применили по отношению к другому.
Т.е. к моему лбу рукопись должен был приложить  хозяин рукописи, а не я сама, но откуда Дюма мог знать о наших красивых и добрых традициях? 
Я же решила игнорировать стыдливостью и скромностью, потому что очень хотела также  хорошо и быстро писать.
Дюма был в хорошем расположении духа  и не отказал в просьбе.
Даже засмеялся, то ли глупому, на его взгляд, обычаю, то ли – моей наивности:  как же! Размечталась! Напишу   как Дюма! Ха-ха-ха!

- Держи! Приложи куда хочешь! Только не урони! Там не все листки закреплены. Пропадут – не восстановлю! Я все спонтанно пишу.
-Мастер, а почему не за столом пишите?
- Мне ТАК удобно! Да и она…. – писатель посмотрел в сторону хмурой жены, которая   сердито  и с видом, обиженной  на весь мир, гладила на столе.
Тем временем, я с большим душевным волнением приложила рукопись к своему лбу, и, о! ужас! Из книги стали выпадать и вылетать в разные  стороны листочки рукописи…

Утюг у жены Дюма стал громко гудеть, как будто не гладила она им, а дробила асфальт.
Сам Дюма  не шелохнулся, чтобы  поднять листочки рукописи. Не повел даже бровью. Я почувствовала, КАК он устал.
И… взяла на себя смелость сделать замечание его жене.
- Вы, вы заняли весь стол! Мало того, гудите своим утюгом! Как ему писать в таких условиях? А он пишет! И КАК пишет!  Зачем Вы так?
Она посмотрела на меня и…
- Достал он меня своей писаниной! Посмотрите, как мы живем! Дюма, Дюма! Полунищими живем! Разве так должен жить Дюма? У него кабинета своего нет!
Дюма со стыда, переваливаясь с ноги на ногу,(наверное, радикулит или артроз проснулся), молча вышел из комнаты.
Жена же продолжила выливать своё возмущение  неведомо на кого…
Я собрала все листочки, аккуратно сложила их в рукопись и побежала  за Мастером, чтобы как-то сгладить  неловкость.
Он был  в помещении рядом.   На  бетонном полу пыль и лужи грязной воды… Стены – серые и сырые…
Посередине  помещения  стояло обшарпанное кресло (в точности, как мое).
Мастер  сидел в кресле и смотрел в «никуда»…
ОН ТАК УСТАЛ! ОТ ВСЕГО!

Я подошла, чтобы сказать:
- Не стоит переживать! Не знаете Вы, каким Вы известным будете!
Мастер просто  сделал жест рукой. 
Как будто хотел сказать: « Полноте! Я и сейчас известен! И… ЧТО из этого?»

Он  ТАК устал. Ему НИЧТО не хотелось!
 

Еще… жена…  Неблагодарная!  Владенья ей подавай!
Другая б тенью ходила за таким талантливым мужем.  Верной собакой глядела бы в глаза, чтобы исполнить любой каприз его, мужа...
А эта…
Стол заняла… из вредности…
Утюг гудящий завела, чтобы мешать ему…

Я не знала, ЧТО сказать Мастеру, КАК его утешить…
Любые слова были бы лишними…
Таким людям НИЧЕГО говорить не стоит…
Они сами  обо всем говорят… в рукописях своих…

Подумала я… и уронила остаток рукописи… в грязную лужу…
Мастер опять не среагировал на это. Он смертельно устал. От всего…

Я с ужасом обнаружила, что на глазах листки рукописи промокают, и стирается текст.
Начала сгребать из лужи листочки…

Успела заметить и запомнить одно слово: друиды…

Я еще во сне поняла, КАКОЕ я преступление совершила! 

Просыпаюсь в  испарине:
от совершенного мною святотатства -  навсегда испорченную рукопись самого Дюма!
От жалости к великому писателю - за его неустроенный быт.
От боли за  его несчастье - иметь зануду-жену,(  у писателя жена должна быть другом).
От печали...за его усталость...
 
Под впечатлением сна, бегу к компьютеру узнавать, писал ли Дюма роман с  названием «Друиды»? Или что-нибудь о них…
Никакой информации об этом не нахожу.

Нажимаю на слово Друиды в поиске. И вот, ЧТО узнаю: Друиды — это сословие жрецов и бардов у кельтских племен. … Однако у ирландцев и бриттов друиды рано утратили свою функцию поэтов (уступив её бардам).
И…
Мгновенно расшифровываю свой сон(!):  Вали отсюда, девочка, вали от мира писателей! Ни Дюма из тебя не получится, ни  барда!  Самозванка!

А говорят,  сны – продукт подсознания…
Что у меня в подсознании: бытовая неустроенность(?) Александра  Дюма? Или, мечта… о гудящем утюге?
Должна признаться: ни гладить не люблю, ни  романы Александр Дюма…

Так, в юности читала самые известные: «Три мушкетёра», «Двадцать лет спустя», «Виконт де Бражелон», «Граф Монте-Кристо», «Королева Марго», «Графиня де Монсоро» и другие…



 

© Copyright: Роза Хастян, 2012

Регистрационный номер №0102897

от 18 декабря 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0102897 выдан для произведения:
Приснился мне странный сон.
Я присутствовала  при «таинстве» завершения рукописи  Александра Дюма.
Правда, КАКОГО(?), старшего или младшего, не знаю. Я их обоих в лицо не знаю, да и спрашивать неудобно было, но, наверное, все же  -  старшего…
Потому что, насколько мне известны их биографии,   в любых условиях  трудился… отец…
С другой стороны,  отец Дюма,  рано порвал отношения с непритязательной гризеткой… а в моем сне…
Ладно, расскажу все по порядку.
…Во всех подробностях запомнила комнату, где мы «встретились».
Как же не запомнить, я готова была  «работать»  фотокамерой, чтобы зафиксировать каждую деталь из его быта. Ни кто, иной сидел передо мной – САМ Дюма.
Комната была  удлиненной. Пол был дощатый, покрашенный в светло коричневый цвет. Большое окно на большой стене было занавешено белой прозрачной тканью, которая постоянно колыхалась от легкого ветерка.
Из мебели в комнате была  кушетка, обитая в ткань  в бело-синюю клетку, которая стояла под малой из стен. Сам Дюма сидел на ней и прямо при мне, перед моими глазами закончил свой очередной роман, поставив, жирную точку в конце его.
Он поднял свою рыжую шевелюру, улыбнулся мне и подмигнул. Потом, с облегчением выдохнул и сказал.
- Всё! Наконец-то! Три недели пишу!
Самое странное в его поведении было то, что он писал… на коленях.  Одной рукой держал довольно увесистую рукопись, а другой – писал… шариковой ручкой…

Под противоположной стеной стоял большой стол, заваленный не глаженым бельем. Жена Дюма  гладила на столе.  Утюг был обычный, семидесятых(?) годов прошлого века: с одутловатым брюхом,  где были собраны керамические ролики  для обогрева  металлического каркаса.
Утюг был электрическим. Восемнадцатый век, странно! Пусть даже…  Франция!
Кроме кушетки в клетку, стула и стола,  в комнате ничего не было.

Поставив точку,  Дюма  мне подмигнул, я не растерялась и попросила у него рукопись подержать, и приложить её к моему лбу.
Такой жест(приложение ко лбу), мы, армяне применяем, когда кто-то получает диплом, грамоту,  много денег, что подразумевает: пусть и У МЕНЯ будет.
Вообще-то, обычай требует, чтобы жест применили по отношению к другому.
Т.е. к моему лбу рукопись должен был приложить  хозяин рукописи, а не я сама, но откуда Дюма мог знать о наших красивых и добрых традициях? 
Я же решила игнорировать стыдливостью и скромностью, потому что очень хотела также  хорошо и быстро писать.
Дюма был в хорошем расположении духа  и не отказал в просьбе.
Даже засмеялся, то ли глупому, на его взгляд, обычаю, то ли – моей наивности:  как же! Размечталась! Напишу   как Дюма! Ха-ха-ха!

- Держи! Приложи куда хочешь! Только не урони! Там не все листки закреплены. Пропадут – не восстановлю! Я все спонтанно пишу.
-Мастер, а почему не за столом пишите?
- Мне ТАК удобно! Да и она…. – писатель посмотрел в сторону хмурой жены, которая   сердито  и с видом, обиженной  на весь мир, гладила на столе.
Тем временем, я с большим душевным волнением приложила рукопись к своему лбу, и, о! ужас! Из книги стали выпадать и вылетать в разные  стороны листочки рукописи…

Утюг у жены Дюма стал громко гудеть, как будто не гладила она им, а дробила асфальт.
Сам Дюма  не шелохнулся, чтобы  поднять листочки рукописи. Не повел даже бровью. Я почувствовала, КАК он устал.
И… взяла на себя смелость сделать замечание его жене.
- Вы, вы заняли весь стол! Мало того, гудите своим утюгом! Как ему писать в таких условиях? А он пишет! И КАК пишет!  Зачем Вы так?
Она посмотрела на меня и…
- Достал он меня своей писаниной! Посмотрите, как мы живем! Дюма, Дюма! Полунищими живем! Разве так должен жить Дюма? У него кабинета своего нет!
Дюма со стыда, переваливаясь с ноги на ногу,(наверное, радикулит или артроз проснулся), молча вышел из комнаты.
Жена же продолжила выливать своё возмущение  неведомо на кого…
Я собрала все листочки, аккуратно сложила их в рукопись и побежала  за Мастером, чтобы как-то сгладить  неловкость.
Он был  в помещении рядом.   На  бетонном полу пыль и лужи грязной воды… Стены – серые и сырые…
Посередине  помещения  стояло обшарпанное кресло (в точности, как мое).
Мастер  сидел на кресле и смотрел в «никуда»…
ОН ТАК УСТАЛ! ОТ ВСЕГО!

Я подошла, чтобы сказать:
- Не стоит переживать! Не знаете Вы, каким Вы известным будете!
Мастер просто  сделал жест рукой. 
Как будто хотел сказать: « Полноте! Я и сейчас известен! И… ЧТО из этого?»

Он  ТАК устал. Ему НИЧТО не хотелось!
 

Еще… жена…  Неблагодарная!  Владенья ей подавай!
Другая б тенью ходила за таким талантливым мужем.  Верной собакой глядела бы в глаза, чтобы исполнить любой каприз его, мужа...
А эта…
Стол заняла… из вредности…
Утюг гудящий завела, чтобы мешать ему…

Я не знала, ЧТО сказать Мастеру, КАК его утешить…
Любые слова были бы лишними…
Таким людям НИЧЕГО говорить не стоит…
Они сами  обо всем говорят… в рукописях своих…

Подумала я… и уронила остаток рукописи… в грязную лужу…
Мастер опять не среагировал на это. Он смертельно устал. От всего…

Я с ужасом обнаружила, что на глазах листки рукописи промокают, и стирается текст.
Начала сгребать из лужи листочки…

Успела заметить и запомнить одно слово: друиды…

Я еще во сне поняла, КАКОЕ я преступление совершила! 

Просыпаюсь в  испарине.
Под впечатлением сна, бегу к компьютеру узнавать, писал ли Дюма роман с  названием «Друиды»? Или что-нибудь о них…
Никакой информации об этом не нахожу.

Нажимаю на слово Друиды в поиске. И вот, ЧТО узнаю: Друиды — это сословие жрецов и бардов у кельтских племен. … Однако у ирландцев и бриттов друиды рано утратили свою функцию поэтов (уступив её бардам).
И…
Мгновенно расшифровываю свой сон(!):  Вали отсюда, девочка, вали от мира писателей! Ни Дюма из тебя не получится, ни  барда!  Самозванка!

А говорят,  сны – продукт подсознания…
Что у меня в подсознании: бытовая неустроенность(?) Александра  Дюма? Или, мечта… о гудящем утюге?
Должна признаться: ни гладить не люблю, ни  романы Александр Дюма…

Так, в юности читала самые известные: «Три мушкетёра», «Двадцать лет спустя», «Виконт де Бражелон», «Граф Монте-Кристо», «Королева Марго», «Графиня де Монсоро» и другие…



 

Рейтинг: +5 319 просмотров
Комментарии (3)
Валентина Попова # 18 декабря 2012 в 14:34 0
Интересен рассказ своим необычным сюжетом. Трактовка сна делается самим человеком и надо особое внимание обратить на ощущения после сна, а у вас написано только "выступила испарина". Испарина от какого чувства? Страха? Удивления? И ещё главное правильно понять слово "друиды" - это ключ к разгадке. А что в учении Христа говорится о друидах? Творческих успехов вам Роза!
Роза Хастян # 18 декабря 2012 в 14:46 +1
Большое Вам спасибо, Валентина, за конструктивный комментарий!
Я внесу исправления по поводу: "от чего испарина..."
А ЧТО говорится в учениях Христа о друидах, к сожалению, не знаю.
Интерсно было бы знать...
Посмотрю!

СПАСИБО! buket1
Роза Хастян # 19 декабря 2012 в 17:54 0
Лалочка, спасибо.
Я сама такая! Нравится, когда ЕСТЬ о чем подумать, НО!
Боюсь, что многие не любят думать.
Им подавай... полуфабрикаты или, готовое...
Зачем думать, когда можно не думать?(Думают многие)
На стихи.ру однажды мне спросили, о чем это я, ВООБЩЕ...
На что я ответила, что не желаю комментировать собственные стихи, что я тщеславна для этого.
Представляешь? Промолчали! Поверили, что я тщеславна и не собираюсь что-то делать, пусть принимают де меня ТАКУЮ, важную.
Не подумали, не додумались ДАЖЕ, что тщеславные люди о себе не говорят ТАКОЕ! Тонкости восприятия маловато стало. И в юморе, и в жизни, и в стихах, и в обчном общении. - Вот в чем наша общая беда.

Спасибо за изысканность твою!
Твои подарки возвышены в значении своих! Они культивируют во мне высокий вкус к красивому.
СПАСИБО! rose
Популярная проза за месяц
138
127
126
113
100
96
96
95
94
91
91
90
87
НАРЦИСС... 30 мая 2017 (Анна Гирик)
86
85
82
81
80
80
75
74
74
73
73
73
72
72
71
68
46