Сон

28 ноября 2012 - Олег Айдаров
article97042.jpg

Мерцающее сияние то обнимало его, то отпускало, то удалялось в бесконечные дали, то поглощало целиком. Мягкие, плавные вспышки и блики укачивали, пробегали пульсирующими ручейками по его сознанию.

Такого с ним никогда еще не было, и это приятно волновало и, вместе с тем, раздражало абсолютной неизвестностью. Он, привыкший подчинять и приказывать, впервые оказался во власти приятной, даже какой-то домашней и нежной, но одновременно чужой для него воли. Это было похоже на невесомость в абсолютной пустоте: не на что было встать, не за что было ухватиться, подтянуться, опереться.

Теплые ласковые волны сияющими телами пошли сквозь него, и он ощутил обращение. Кто-то обращался к нему. Это было похоже на ласковый, любящий взгляд, но глаз не было. Это напоминало плаванье в теплом море, но вокруг был лишь свет. Он не мог сказать, о чем говорил – говорил? – этот свет, он не мог даже приблизительно описать это известными ему словами, но он отвечал мягкому сиянию на том же языке. Он беседовал: соглашался, спрашивал, спорил, восхищался, отрицал, чувствовал вину и счастье, ужас и восторг, удовлетворение, любопытство и жуткое ощущение полного прозрения.

Последнее, что осталось в памяти – ощущение чего-то безвозвратно потерянного и чувство удовлетворения от собственной твердости, собственного «Я» не поддающегося ни на какие… ни на какие… уговоры?.. предложения?.. Нет… Не поддающегося на…

На что именно, он уже не знал: чья-то цепкая рука осторожно трясла его за плечо.

- А?.. Что?.. – вскинулся со сна сержант Сусарин.

- Товарищ сержант, - робко пробормотал дневальный, - Вы просили разбудить вас через два часа.

- Дай сапоги, ремень и шинель, - буркнул сержант и, вспомнив, крикнул в темноту, - и шапку захвати!

Получив от дневального требуемое, сержант облачился, притопнув сапогом, расправил сбившийся шерстяной носок и, по привычке, пнув дневального, вышел из казармы.

Всосав морозный воздух, он хмуро поглядел на оплывающую в облаках луну и зашагал к свинарнику.

Ударами в челюсть разбудив двух «щеглов» - наряд по свинарнику – сержант прошел к себе в комнатушку расположенную здесь же – в подсобном хозяйстве полка. На столе валялись фантики от конфет, смятые пачки «Астры», пустая банка из-под тушенки и разящие одеколоном кружки – следы ночного банкета со знакомыми дембелями. Над столом на стене, висела дембельская парадка в которой он, сержант Сусарин, покажется перед родными, друзьями и любимой девушкой Танькой. За стеной во сне повизгивали хрюшки…

- Ты чего? – прохрипела со сна жена Татьяна и, царапнув Сусарина бигудями, сердито отвернулась к ковру.

Заведующий продовольственной базой Сусарин неподвижно лежал  в постели и дико таращился в потолок.

- Ты чего как бешенный дергаешься? – снова заскрежетала бигудями жена. Затем повернулась, посмотрела на профиль мужа, темнеющий на фоне окна, пожала зыбким плечом и, проворчав, - Спи, давай, завтра рано вставать, - снова отвернулась.

Сусарин лежал неподвижно, и в его полыхающем мозгу вспыхивали последние фразы явившейся во сне беседы с кем-то невидимым: «Теперь у тебя есть все, о чем ты просил. Ты доволен? Если доволен, спи дальше. Прощай».

- Нет, я не доволен!!! – заорал Сусарин в пустоту.

- Ты что, сдурел?! – всколыхнулась и поплыла к нему жена, - Ты что, кобель, спать людям мешаешь?!

- Заткнись, сука!!! – завопил Сусарин и влепил супруге звонкую оплеуху. Тяжелый кулак Татьяны сочно въехал в глаз супруга…

- Опять дерутся, - вздохнул сосед за стенкой, после чего подождал традиционного звона тарелок, нырнул под одеяло с головой и заснул.

© Copyright: Олег Айдаров, 2012

Регистрационный номер №0097042

от 28 ноября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0097042 выдан для произведения:

Мерцающее сияние то обнимало его, то отпускало, то удалялось в бесконечные дали, то поглощало целиком. Мягкие, плавные вспышки и блики укачивали, пробегали пульсирующими ручейками по его сознанию.

Такого с ним никогда еще не было, и это приятно волновало и, вместе с тем, раздражало абсолютной неизвестностью. Он, привыкший подчинять и приказывать, впервые оказался во власти приятной, даже какой-то домашней и нежной, но одновременно чужой для него воли. Это было похоже на невесомость в абсолютной пустоте: не на что было встать, не за что было ухватиться, подтянуться, опереться.

Теплые ласковые волны сияющими телами пошли сквозь него, и он ощутил обращение. Кто-то обращался к нему. Это было похоже на ласковый, любящий взгляд, но глаз не было. Это напоминало плаванье в теплом море, но вокруг был лишь свет. Он не мог сказать, о чем говорил – говорил? – этот свет, он не мог даже приблизительно описать это известными ему словами, но он отвечал мягкому сиянию на том же языке. Он беседовал: соглашался, спрашивал, спорил, восхищался, отрицал, чувствовал вину и счастье, ужас и восторг, удовлетворение, любопытство и жуткое ощущение полного прозрения.

Последнее, что осталось в памяти – ощущение чего-то безвозвратно потерянного и чувство удовлетворения от собственной твердости, собственного «Я» не поддающегося ни на какие… ни на какие… уговоры?.. предложения?.. Нет… Не поддающегося на…

На что именно, он уже не знал: чья-то цепкая рука осторожно трясла его за плечо.

- А?.. Что?.. – вскинулся со сна сержант Сусарин.

- Товарищ сержант, - робко пробормотал дневальный, - Вы просили разбудить вас через два часа.

- Дай сапоги, ремень и шинель, - буркнул сержант и, вспомнив, крикнул в темноту, - и шапку захвати!

Получив от дневального требуемое, сержант облачился, притопнув сапогом, расправил сбившийся шерстяной носок и, по привычке, пнув дневального, вышел из казармы.

Всосав морозный воздух, он хмуро поглядел на оплывающую в облаках луну и зашагал к свинарнику.

Ударами в челюсть разбудив двух «щеглов» - наряд по свинарнику – сержант прошел к себе в комнатушку расположенную здесь же – в подсобном хозяйстве полка. На столе валялись фантики от конфет, смятые пачки «Астры», пустая банка из-под тушенки и разящие одеколоном кружки – следы ночного банкета со знакомыми дембелями. Над столом на стене, висела дембельская парадка в которой он, сержант Сусарин, покажется перед родными, друзьями и любимой девушкой Танькой. За стеной во сне повизгивали хрюшки…

- Ты чего? – прохрипела со сна жена Татьяна и, царапнув Сусарина бигудями, сердито отвернулась к ковру.

Заведующий продовольственной базой Сусарин неподвижно лежал  в постели и дико таращился в потолок.

- Ты чего как бешенный дергаешься? – снова заскрежетала бигудями жена. Затем повернулась, посмотрела на профиль мужа, темнеющий на фоне окна, пожала зыбким плечом и, проворчав, - Спи, давай, завтра рано вставать, - снова отвернулась.

Сусарин лежал неподвижно, и в его полыхающем мозгу вспыхивали последние фразы явившейся во сне беседы с кем-то невидимым: «Теперь у тебя есть все, о чем ты просил. Ты доволен? Если доволен, спи дальше. Прощай».

- Нет, я не доволен!!! – заорал Сусарин в пустоту.

- Ты что, сдурел?! – всколыхнулась и поплыла к нему жена, - Ты что, кобель, спать людям мешаешь?!

- Заткнись, сука!!! – завопил Сусарин и влепил супруге звонкую оплеуху. Тяжелый кулак Татьяны сочно въехал в глаз супруга…

- Опять дерутся, - вздохнул сосед за стенкой, после чего подождал традиционного звона тарелок, нырнул под одеяло с головой и заснул.

Рейтинг: +2 207 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
147
126
123
102
101
100
99
97
94
93
91
90
89
НАРЦИСС... 30 мая 2017 (Анна Гирик)
85
81
81
80
80
79
78
77
77
77
77
76
76
75
72
71
66