ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Торхатла смотрит кино

Торхатла смотрит кино

22 ноября 2014 - Работник Неба
Все мы читали в газетах и слышали по телевизору, что знаменитый кинорежиссёр Питер Джексон снимал свои фильмы по произведениям Дж.Р.Р.Толкина в Новой Зеландии. Обычно над услышанной информацией о трудах знаменитых режиссёров не задумываются надолго, мы не осмысливаем её критически…
Пожалуй, единственным человеком в Европе, а может, и в мире, который усомнился в, казалось бы, неоспоримой истине «Фильмы Питера Джексона снимались в Новой Зеландии», - была девяностолетняя Торхатла Бенедиктсдоттир из Исландии.
Сейчас Торхатла жила у детей в столице, но в глубине души всё ещё не выехала с родного хутора, расположенного в Эйафьярдарсисле, на самом дне долины. Электричество туда провели только, когда Торхатла уже успела родить своего старшенького, Бенси. Поездка оттуда в торговый посёлок каждый раз оборачивалась чем-то вроде путешествия на иную планету или в зачарованный мир альвов. В самой долине не прокладывали дорог даже во времена расцвета; но если бы их и проложили, всё равно по ним было бы некуда ездить, потому что единственный соседний хутор, дальше к югу, был ещё большим захолустьем; говорят, зимой высокая гора полностью закрывала от его жителей солнце… И даже море – эта колыбель и кладовая, помойка и могила всея Исландии, - было где-то далеко, его не было видно из окошка землянки.
В рейкьявикской квартире на удивление мало дел по хозяйству – и огромный телевизор. Свято место, как говорится, пусто не бывает. Внуки часто смотрят длинную киноисторию о полусказочной войне в краю иностранных эльфов и гномов. Торхатла честно пытается понять, чем интересуется молодёжь, но каждый раз перед телевизором глаза у неё сами собой начинают слипаться. Переживания героев с зарубежными именами не трогают её, книжная нечисть не пугает. Молодёжь уже отчаялась в десятый и в двадцатый раз объяснять бабушке суть сюжета – и смирилась с тем, что та просто дремлет рядышком в кресле, пока на экране плывут панорамы Средиземья, - и изредка вскидывает голову и задаёт нелепые вопросы…
Но однажды, во время эпизода, где тысячная массовка в живописных лохмотьях и доспехах топает вдоль невысокой горной гряды, бабушка неожиданно перестала дремать и сосредоточила всё внимание на кадрах. Она смотрела долго. Затем надела очки и пересела поближе к телевизору. Но её привлекла не  игра или костюмы актёров, а пейзаж.
- Не может быть!.. Халли, отмотай-ка назад… Вот так. Это же у нас в Эйафьорде снимали, возле Эйгнастадира. Тамошние горы: вот Акрафетль, а вот Снайльда. Наши места!
- Бабушка, Питер Джексон в Новой Зеландии снимал, - осторожно поправила младшая внучка.
- В Зеландии, ха! Набрехать-то можно что угодно, а я вижу  то, что вижу. А тут в кадре – Халли, сделай-ка паузу, мальчик мой; спасибо, - вот, смотрите, тут в кадре Снайльдюбьёрг, наша Снайльда. Двух совершенно одинаковых гор быть не может, поэтому если наша Снайльда уже выглядит вот так, то какая-нибудь другая гора, будь она хоть на другом конце земли, уже не сможет иметь точно такой же вид!
Аргументация у Торхатлы была железная. Молодёжь не стала возражать и просто продолжила смотреть любимый фильм. А бабушка больше не дремала: полузнакомые кадры теперь наполнились для неё совсем иным смыслом. Она смотрела на экран живым взглядом и то и дело отпускала комментарии:
- Да, Снайльда и Акрафетль. А тут под холмом у наших соседей ещё сарай стоял; наверно, сейчас покажут… Вот и холм, а что ж сарая нет? Снесли, что ли, из-за съёмок? И как же Сигрид такое позволила? Впрочем, Сигрид сейчас, поди, уже не здесь; там, наверно, дети распоряжаются…
Следующие эпизоды она комментировала так:
- О, и это у нас снимали! То ли Хюрдабак, то ли Лаксау, не разобрать: построек-то нагородили…  А вот и болото… Мы там всё время торф брали. Вот он правильно показывает: там действительно было страшно, особенно в сумерках…
- Наши-то кинорежиссёры дураки, - рассуждала Торхатла во время какой-то лирической сцены, - всё сидят в столице, а настоящей жизни не знают. А для того, чтоб показать, какая красота в наших краях, - вон, иностранец потребовался!
Спорить с бабушкой было бессмысленно. В её глазах Питер Джексон навек стал режиссёром, снимающим что-то экспериментальное в Эйафьорде. Горные перевалы, по которым шли путники, ущелья, ручьи, поля – всё оказывалось для неё своим, узнаваемым. А через несколько просмотров она стала обращать внимание и на персонажей. В один вечер она показала сухим морщинистым пальцем на Гэндальфа и произнесла:
- А этот мне напоминает Ханси-Стихоплёта из Лаксау. Ну, я, конечно, понимаю, что это не он: Ханси помер-то, когда мне лет было всего ничего, - но похож, зараза! И бородёнка такая же, и курил он тоже постоянно!
Галадриэль (актриса Кейт Бланшет) для неё была «вылитая Сигрид, разве что кофе никого не угощает», Вигго Мортенс – «кто-то из эйгнастадирского народа: они там все бухарики». А про актёра, игравшего Элронда, она сказала так: «А вот у нас такой Гисли был – чудак, каких мало. Он долго ходил на костыле, с ногой у него было чего-то. Потом приехал из города врач и ногу ему вылечил. Но Гисли всё равно после этого продолжал ходить на костыле. А когда его спросили: Зачем, мол, ведь он уже совершенно здоров? – он знаете, что ответил? «Привычка», - говорит. «Привычка», ха-ха!
Бабушка и молодёжь, устремляя взгляды на один и тот же экран, смотрели два совершенно разных кинофильма.
Как-то старший внук Торхатлы рассказал о бабушкиной причуде своему приятелю, который учился в университете на антрополога и писал диплом. Приятель оживился:
- Оригинальный случай рецепции!... Как ты говоришь, она свои родные места вспоминает? А вы туда часто ездили? Что ты говоришь, уже давно никто не живёт?.. И людей не знаешь, которых она вспоминает?.. Слушай, друг. Ты, когда она в следующий раз так комментировать начнёт, записывай за ней, что ли, или диктофон ставь. Это ж выйдут без пяти минут готовые мемуары! Их потом издать можно будет или отнести эти записи к нам в универ: как-никак, материал по жизни и быту сельской Исландии начала ХХ века…
Внук Торхатлы предложил ему самому прийти в гости и посмотреть вместе с бабушкой любимый фильм.
Когда антрополог завёл разговор со старушкой, та не сразу поняла, о чём идёт речь:
- Питер Джексон, говоришь? Я точно узнала: на самом деле он наш режиссёр, отечественный, и зовут его правильно Пьетюр Якобссон. Это он по-иностранному стал писаться, потому что в Америке где-то учился… У нас в Эйафьорде всё снимал… Что снимал? Да что-то из зарубежной истории, по-моему. Говорят, он и сейчас там снимает. Я-то не могу дотуда доехать, у меня, видишь, здоровье уже не то, - а он добрался. У нас там очень красивые места, такую красоту надо показать миру, чтоб зря не пропадала. Новая Зеландия, говоришь? Ну откуда же Зеландия, родимый, в Дании гор отродясь не было! Это, верно, зарубежные журналисты всё, как всегда, напутали: им ведь что Дания, что Исландия – один чёрт, они же в  своей Америке географию не учат как следует… Нашу долину по телевизору очень редко показывают, а тут посмотрю на экран – и вроде как дома побывала. Ну и что, что это художественный фильм, настроение-то улучшается…
Аргументация у Торхатлы железная. Спорить с ней бессмысленно. Да и зачем спорить с человеком, который ищет только одного: чтоб кто-нибудь разделил с ним радость узнавания любимых мест?
                                                       26 января 2014, Москва

© Copyright: Работник Неба, 2014

Регистрационный номер №0254586

от 22 ноября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0254586 выдан для произведения: Все мы читали в газетах и слышали по телевизору, что знаменитый кинорежиссёр Питер Джексон снимал свои фильмы по произведениям Дж.Р.Р.Толкина в Новой Зеландии. Обычно над услышанной информацией о трудах знаменитых режиссёров не задумываются надолго, мы не осмысливаем её критически…
Пожалуй, единственным человеком в Европе, а может, и в мире, который усомнился в, казалось бы, неоспоримой истине «Фильмы Питера Джексона снимались в Новой Зеландии», - была девяностолетняя Торхатла Бенедиктсдоттир из Исландии.
Сейчас Торхатла жила у детей в столице, но в глубине души всё ещё не выехала с родного хутора, расположенного в Эйафьярдарсисле, на самом дне долины. Электричество туда провели только, когда Торхатла уже успела родить своего старшенького, Бенси. Поездка оттуда в торговый посёлок каждый раз оборачивалась чем-то вроде путешествия на иную планету или в зачарованный мир альвов. В самой долине не прокладывали дорог даже во времена расцвета; но если бы их и проложили, всё равно по ним было бы некуда ездить, потому что единственный соседний хутор, дальше к югу, был ещё большим захолустьем; говорят, зимой высокая гора полностью закрывала от его жителей солнце… И даже море – эта колыбель и кладовая, помойка и могила всея Исландии, - было где-то далеко, его не было видно из окошка землянки.
В рейкьявикской квартире на удивление мало дел по хозяйству – и огромный телевизор. Свято место, как говорится, пусто не бывает. Внуки часто смотрят длинную киноисторию о полусказочной войне в краю иностранных эльфов и гномов. Торхатла честно пытается понять, чем интересуется молодёжь, но каждый раз перед телевизором глаза у неё сами собой начинают слипаться. Переживания героев с зарубежными именами не трогают её, книжная нечисть не пугает. Молодёжь уже отчаялась в десятый и в двадцатый раз объяснять бабушке суть сюжета – и смирилась с тем, что та просто дремлет рядышком в кресле, пока на экране плывут панорамы Средиземья, - и изредка вскидывает голову и задаёт нелепые вопросы…
Но однажды, во время эпизода, где тысячная массовка в живописных лохмотьях и доспехах топает вдоль невысокой горной гряды, бабушка неожиданно перестала дремать и сосредоточила всё внимание на кадрах. Она смотрела долго. Затем надела очки и пересела поближе к телевизору. Но её привлекла не  игра или костюмы актёров, а пейзаж.
- Не может быть!.. Халли, отмотай-ка назад… Вот так. Это же у нас в Эйафьорде снимали, возле Эйгнастадира. Тамошние горы: вот Акрафетль, а вот Снайльда. Наши места!
- Бабушка, Питер Джексон в Новой Зеландии снимал, - осторожно поправила младшая внучка.
- В Зеландии, ха! Набрехать-то можно что угодно, а я вижу  то, что вижу. А тут в кадре – Халли, сделай-ка паузу, мальчик мой; спасибо, - вот, смотрите, тут в кадре Снайльдюбьёрг, наша Снайльда. Двух совершенно одинаковых гор быть не может, поэтому если наша Снайльда уже выглядит вот так, то какая-нибудь другая гора, будь она хоть на другом конце земли, уже не сможет иметь точно такой же вид!
Аргументация у Торхатлы была железная. Молодёжь не стала возражать и просто продолжила смотреть любимый фильм. А бабушка больше не дремала: полузнакомые кадры теперь наполнились для неё совсем иным смыслом. Она смотрела на экран живым взглядом и то и дело отпускала комментарии:
- Да, Снайльда и Акрафетль. А тут под холмом у наших соседей ещё сарай стоял; наверно, сейчас покажут… Вот и холм, а что ж сарая нет? Снесли, что ли, из-за съёмок? И как же Сигрид такое позволила? Впрочем, Сигрид сейчас, поди, уже не здесь; там, наверно, дети распоряжаются…
Следующие эпизоды она комментировала так:
- О, и это у нас снимали! То ли Хюрдабак, то ли Лаксау, не разобрать: построек-то нагородили…  А вот и болото… Мы там всё время торф брали. Вот он правильно показывает: там действительно было страшно, особенно в сумерках…
- Наши-то кинорежиссёры дураки, - рассуждала Торхатла во время какой-то лирической сцены, - всё сидят в столице, а настоящей жизни не знают. А для того, чтоб показать, какая красота в наших краях, - вон, иностранец потребовался!
Спорить с бабушкой было бессмысленно. В её глазах Питер Джексон навек стал режиссёром, снимающим что-то экспериментальное в Эйафьорде. Горные перевалы, по которым шли путники, ущелья, ручьи, поля – всё оказывалось для неё своим, узнаваемым. А через несколько просмотров она стала обращать внимание и на персонажей. В один вечер она показала сухим морщинистым пальцем на Гэндальфа и произнесла:
- А этот мне напоминает Ханси-Стихоплёта из Лаксау. Ну, я, конечно, понимаю, что это не он: Ханси помер-то, когда мне лет было всего ничего, - но похож, зараза! И бородёнка такая же, и курил он тоже постоянно!
Галадриэль (актриса Кейт Бланшет) для неё была «вылитая Сигрид, разве что кофе никого не угощает», Вигго Мортенс – «кто-то из эйгнастадирского народа: они там все бухарики». А про актёра, игравшего Элронда, она сказала так: «А вот у нас такой Гисли был – чудак, каких мало. Он долго ходил на костыле, с ногой у него было чего-то. Потом приехал из города врач и ногу ему вылечил. Но Гисли всё равно после этого продолжал ходить на костыле. А когда его спросили: Зачем, мол, ведь он уже совершенно здоров? – он знаете, что ответил? «Привычка», - говорит. «Привычка», ха-ха!
Бабушка и молодёжь, устремляя взгляды на один и тот же экран, смотрели два совершенно разных кинофильма.
Как-то старший внук Торхатлы рассказал о бабушкиной причуде своему приятелю, который учился в университете на антрополога и писал диплом. Приятель оживился:
- Оригинальный случай рецепции!... Как ты говоришь, она свои родные места вспоминает? А вы туда часто ездили? Что ты говоришь, уже давно никто не живёт?.. И людей не знаешь, которых она вспоминает?.. Слушай, друг. Ты, когда она в следующий раз так комментировать начнёт, записывай за ней, что ли, или диктофон ставь. Это ж выйдут без пяти минут готовые мемуары! Их потом издать можно будет или отнести эти записи к нам в универ: как-никак, материал по жизни и быту сельской Исландии начала ХХ века…
Внук Торхатлы предложил ему самому прийти в гости и посмотреть вместе с бабушкой любимый фильм.
Когда антрополог завёл разговор со старушкой, та не сразу поняла, о чём идёт речь:
- Питер Джексон, говоришь? Я точно узнала: на самом деле он наш режиссёр, отечественный, и зовут его правильно Пьетюр Якобссон. Это он по-иностранному стал писаться, потому что в Америке где-то учился… У нас в Эйафьорде всё снимал… Что снимал? Да что-то из зарубежной истории, по-моему. Говорят, он и сейчас там снимает. Я-то не могу дотуда доехать, у меня, видишь, здоровье уже не то, - а он добрался. У нас там очень красивые места, такую красоту надо показать миру, чтоб зря не пропадала. Новая Зеландия, говоришь? Ну откуда же Зеландия, родимый, в Дании гор отродясь не было! Это, верно, зарубежные журналисты всё, как всегда, напутали: им ведь что Дания, что Исландия – один чёрт, они же в  своей Америке географию не учат как следует… Нашу долину по телевизору очень редко показывают, а тут посмотрю на экран – и вроде как дома побывала. Ну и что, что это художественный фильм, настроение-то улучшается…
Аргументация у Торхатлы железная. Спорить с ней бессмысленно. Да и зачем спорить с человеком, который ищет только одного: чтоб кто-нибудь разделил с ним радость узнавания любимых мест?
                                                       26 января 2014, Москва
Рейтинг: 0 172 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

Популярная проза за месяц
173
Осенний поцелуй... 30 сентября 2017 (Анна Гирик)
140
136
127
116
115
Кто она, Осень? 28 сентября 2017 (Тая Кузмина)
112
​ТАЙНА ОСЕНИ 29 сентября 2017 (Эльвира Ищенко)
104
101
98
95
95
93
92
90
89
88
88
84
83
82
82
81
78
77
76
75
60
52
50