ТЕТРАДЬ

28 декабря 2014 - Работник Неба
ТЕТРАДЬ
 
На поляне раздавались бодрые чужие голоса; клетчатые рубашки мелькали за кустами… Юлька перестала стоять на цыпочках и отвернулась от окошка.
- Марьян! А там люди!
Старшая сестра подняла глаза от сапога, который зашнуровывала4 нахмурилась:
- да нет никаких людей!
- А я видела! Они вон на той стороне! – не унималась младшая.
- Во-первых, не ори. А во-вторых, нет никаких людей, пойми ты наконец. Я же тебе говорила: был зомби-апокалипсис, и спаслись только мы, а больше никого не осталось. И нам надо сидеть тихо, чтобы нас не заметили.
Тон Марьяны был серьёзен.  Младшая застыла посреди немудрёной крошечной комнаты домика на дереве, выпучив глаза и посасывая палец.  А потом робко спросила:
- А может, всё-таки не только мы? Я же иногда слышу голоса?
- Значит, это зомби шастают, - всё тем же суровым тоном отвечала Марьяна.  – понимаешь, ещё не все зомби потеряли человеческий облик и не разучились нормально говорить. У них это не сразу происходит.
- А как это происходит? – полюбопытствовала Юлька.
- Ну, в первое время, когда человека укусили, по нему это внешне не заметно. Это только по поведению догадаться можно. Ну, как сказать… Вот у одной тётки с «Алюминиевых сплавов» сын пришёл вечером домой, она ему: «Где ты был?» - а он молчит. Она ему «Иди есть», - молчит. «Всё, - говорят ей, - Ваш Коля теперь зомби!» - «Что? Как? Почему? Вы, наверное, ошиблись. Он никого не кусает, кровь не пьёт, ведёт себя тихо. Сидит вон, телевизор смотрит».  – «Зомби как раз именно так и делают, - отвечают ей. – Скорее заприте его, пока он кого-нибудь не сожрал!»
- А баба Тоня – смотрит телевизор, - перебила Юлька.
- А ты слышала, как некоторые взрослые называют телевизор? «Зомбоящик»! Ясно? – Марьянка осталась очень довольна своим аргументом.
Повисла тишина. Голоса на поляне уже давно смолкли.
- А как получаются зомби? – спросила Юлька, обсасывая другой палец.
- Ну, я же тебе  рассказывала: приходит какой-нибудь уже готовый зомби и кусает человека. И тот тогда тоже превращается в зомби и кусает остальных. Это как эпидемия, ну, как когда гриппом заражаются, понятно?
- А того, самого-самого первого зомби кто укусил?
- Никто… Говорят, их поднимают из могил злые колдуны… Только в Копалихе колдунов нет… Или ещё, говорят. Это бывает, когда какой-то порошок  сыплют…  Или с завода радиация… По-разному случается…
Младшая вновь надолго замолчала, вероятно, обдумывая услышанное.
- Кто сделал этот домик? – наконец выдала она, обводя рукой пространство.
- Это старшие ребята построили… Давно ещё… Правда, они молодцы: даже настоящие стёкла в окнах для нас сделали!
Старшая девочка наконец зашнуровала оба сапога, надела куртку и откинула люк в полу.
- Ну, я сделаю вылазку в деревню. Поищу, может, там какая еда осталась. А ты сиди тихо.  Из окна не высовывайся. Громко не кричи и не пой. Будут звать – не откликайся. Помни: тут кругом зомби!
- А как же ты?
- Я умею хорошо прятаться и быстро бегать. Меня не достанут.
Девочка спустилась на землю по серой деревянной стремянке, осмотрелась по сторонам и юркнула в ещё сырые после утреннего дождя кусты. За упругими  ветвями, за разлапистыми рябиновыми листьями показалась полузаросшая тропинка. Она вывела Марьянку на опушку леса: две старые кривые берёзы возле засыпанной глиноземом кучи лома, и за крапивными зарослями – шоссе и указатель: «Копалиха 0,3».
 
 
 
***
Молодой худощавый бородач крошечной отвёрткой развинчивал корпус мобильного телефона на кухне дачного домика, когда  в сенях послышалась возня.
- Здравствуй, Марьяна! Ты целых три дня ко мне не заглядывала! – Он проводил маленькую гостью на кухню и принялся перекладывать инструменты и запчасти на другой край стола. – Я уж забеспокоился, не случилось ли чего.
- Нормально всё, Стрейнджер! – бодро ответила девочка, усаживаясь на громоздкий самодельный стул.  – Как видишь, нас ещё не нашли.
- Да, сейчас вас искать стали гораздо меньше…
- Может, скоро совсем прекратят, - выразила надежду девочка.
Парень сделал шаг к заляпанному буфету с узорчатой стеклянной дверцей:
- Ты голодная?
- Ага, немножко. Прикинь, нам твоего корнфлекса хватило  на целых три дня!
- Я тебе ещё дам… Анимешку какую-нибудь хочешь?
- Спрашиваешь! Давай «тетрадь смерти»!
- А в прошлый раз «Блич» был…
- Да ну его. Слишком длинный, персонажей слишком много, всё непонятное… Не буду досматривать!
- Ну, садись сюда…
Большой сероспинный ноутбук превращал эту комнатушку  с выцветшими занавесками и разномастными потёртыми стульями в сказочное царство.
Некоторое время парень трудился над телефоном, а девочка ела и смотрела кино. Затем Марьяна нажала на «паузу» и тихонько позвала:
- Стрейнджер! Стрейндж!
- А?
- Стрейндж, а к тебе точно никто не заходил? Не спрашивал про нас?
- Нет, никто.
- Понимаешь, я, конечно, бабе  Тоне не рассказывала, что мы с тобой дружим. Но кто-нибудь другой мог узнать и проболтаться… Но ведь если что, ты нас не пропалишь, правда?
-  Странно, что вас не нашли. Вторую неделю в лесу сидите.
- Да, я умею хорошо прятаться! – не без гордости ответила Марьяна, вертясь на стуле. – А с этим ложным следом у меня вообще клёво получилось. Правда, свою самую любимую майку пришлось угробить – но ведь искусство требует жертв. И ещё антрекот этот замороженный медленно таял, кровь из него  плохо капала, - но всё равно вышло как надо! Теперь все взрослые будут думать, что там какой-нибудь маньяк пробегал…
Парень явно не разделял восторгов своей гостьи.
- Ну вот, сейчас вы сидите в лесу, – осведомился он.  – А дальше что?
- И дальше будем сидеть!
- Тебе разве осенью в школу не надо?
- Да ну её! За пять лет кому угодно надоест видеть одни и те же стены и одни и те же рожи!
Бородач, очевидно, был о школе  того же мнения, что и девочка, но его роль  в этом разговоре не позволяла ему сознаться. Он стал подыскивать другие доводы:
- О сестре своей подумай. Не вечно же ты будешь потчевать её этими рассказами о зомби-апокалипсисе? И говорить, что нашла еду в лесу, хотя на самом деле попросила у меня?
- Ничего; Юлька мне всегда верит.
- А если она заболеет – как же вы?
- А как меня всегда лечили? Чай с малиной и шарф на горло! А если перелом, там какую-то доску к ноге надо привязать… Я не могла не взять её с собой, ты же  сам понимаешь.
- Марьяна! – Стрейнджер оставил работу, подошёл к стулу девочки, обнял её за плечи. – Я всегда придерживался такого мнения: если человек совершает сумасбродный поступок, без толку хватать его за руку и кричать, что он делает всё не так. Надо дать ему на собственном опыте понять, правильно он поступил, или нет.
- Ты считаешь, мы неправильно поступили, что сбежали?
- Что греха таить, я в  детстве сам пару раз сбегал из дома, - вздохнул бородач. – Как-нибудь потом расскажу… Хотя на то, чтоб измазать футболку кровью из куска магазинного мяса и подбросить на обочину, у меня бы смекалки не хватило… Но сейчас я не обсуждаю, хорошо ты поступила или плохо. Я хочу, чтоб ты  научилась нести ответственность за последствия своих поступков… Ты же смотришь такие умные фильмы – могла бы усвоить: каждый поступок героя, продуманный или с бухты-барахты,  что-то влечёт за собой…
В глазах Марьянки сверкнул гнев:
- Нет уж, - резко оборвала она проповедь своего приятеля, - вы уж как хотите, а я к бабе Тоне возвращаться не собираюсь!
- Но ваша бабушка огорчилась, что вы пропали. Тебе не жалко её?
- Ни капли! – отрезала Марьяна. – С ней жить невозможно! То нельзя, туда не ходи, с тем не дружи! А доказывать что-то ей без толку! Ничего-то она не понимает…
- А разве не все бабушки что-то запрещают внукам?
- Ну не всё же подряд! А у этой скоро дышать запрещено будет! Не вернусь, и всё!
- А как же вы осенью, когда похолодает? А зимой? – парень отошёл от стула и встал у окна, стекло которого начало покрываться снаружи мелкими каплями.
- А похолодает, - бесшабашно парировала девочка, - мы проберёмся на «Алюминиевые сплавы» или в саму Копалиху и залезем зимовать в чей-нибудь дом. Тут осенью многие дачи пустые стоят… Или вот: у тебя поселимся! Веселее будет!
- Я тут зимой не всегда бываю, мне тоже в город надо: у меня же работа.
Для Марьяны это сообщение стало неожиданностью:
- Работа? А баба Тоня говорила, что люди с такими причёсками и такими компьютерами нигде не работают, только в игры играют и на гитарах бренчат!
- Ты же сама недавно сказала, что твоя бабушка ничего не понимает!
- А?.. – сконфузилась девочка.
- Ты веришь бабушке или нет?
Марьянка с минуту смотрела на вертящуюся заставку на экране ноутбука: думала над ответом. Потом вполголоса призналась:
- Ну, может, баба Тоня и не всегда бывает неправа… Но после того случая с тетрадкой нам разговаривать не о чем!
- С какой тетрадкой???
Марьяна поморщилась, словно пытаясь избавиться от занозы. Сейчас она вспоминала о чём-то очень неприятном.
- Да фанфик мой, - наконец пролепетали её губы. – Мы с тобой анимеху посмотрели, ну, про волка Кибу, мне не понравилось, что он погиб, я решила пересочинить, чтоб он остался жив и всех победил. Писала-писала… А баба Тоня залезла в мой ящик комода и эту тетрадку вынула. Полистала чуть-чуть и говорит мне: «Эх, такая большая дылда, а ума не нажила! Ты лучше напиши одно слово, но красиво, грамотно и с толком. А то ишь! Целую тетрадь извела на ерунду!» А потом ещё полистала и увидела слово «апокалипсис». Что было дальше, мне и вспоминать не хочется.  – Голос девочки задрожал. – Она ещё и раньше над моими стихами смеялась и книжки интересные у меня потихоньку отбирала… Но это… Как говорится, чаша переполнилась… Я больше не…
Стрейнджер достал из буфета салфетку и утёр слёзы, бегущие по щекам гостьи.
По оконным стёклам убогого домика били дождинки, на экране ноутбука крутилась заставка.
- А родители у тебя хоть понимающие? – осторожно спросил Стрейнджер, когда девочка перестала плакать.
- Ага, родители нормальные. Мама сама обожает хорошие книжки и кино. Только у неё на них времени мало: она работает. Она даже летом работает.
Стрейнджер задумчиво повертел в руках сырую салфетку.
- Я хочу предложить тебе вот что: завтра утром вы с Юлей придёте ко мне, и я отвезу вас в город. Домашний адрес помнишь? Отлично!  Приедем туда и поговорим с твоей мамой…
Марьяна слезла со стула, подобрала с пола у дверей свою куртку. Её лицо было как небо после схлынувшего ливня.
- Идёт, - деловито произнесла она, выбегая в сени. – А Юльке я тогда скажу, что зомби-апокалипсис случился не везде, а только в Копалихе. Она поверит. Она мне всегда верит.
 
Úlfaastaðir, 24 júní 2014
 
 
 
 
 

© Copyright: Работник Неба, 2014

Регистрационный номер №0262090

от 28 декабря 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0262090 выдан для произведения: ТЕТРАДЬ
 
На поляне раздавались бодрые чужие голоса; клетчатые рубашки мелькали за кустами… Юлька перестала стоять на цыпочках и отвернулась от окошка.
- Марьян! А там люди!
Старшая сестра подняла глаза от сапога, который зашнуровывала4 нахмурилась:
- да нет никаких людей!
- А я видела! Они вон на той стороне! – не унималась младшая.
- Во-первых, не ори. А во-вторых, нет никаких людей, пойми ты наконец. Я же тебе говорила: был зомби-апокалипсис, и спаслись только мы, а больше никого не осталось. И нам надо сидеть тихо, чтобы нас не заметили.
Тон Марьяны был серьёзен.  Младшая застыла посреди немудрёной крошечной комнаты домика на дереве, выпучив глаза и посасывая палец.  А потом робко спросила:
- А может, всё-таки не только мы? Я же иногда слышу голоса?
- Значит, это зомби шастают, - всё тем же суровым тоном отвечала Марьяна.  – понимаешь, ещё не все зомби потеряли человеческий облик и не разучились нормально говорить. У них это не сразу происходит.
- А как это происходит? – полюбопытствовала Юлька.
- Ну, в первое время, когда человека укусили, по нему это внешне не заметно. Это только по поведению догадаться можно. Ну, как сказать… Вот у одной тётки с «Алюминиевых сплавов» сын пришёл вечером домой, она ему: «Где ты был?» - а он молчит. Она ему «Иди есть», - молчит. «Всё, - говорят ей, - Ваш Коля теперь зомби!» - «Что? Как? Почему? Вы, наверное, ошиблись. Он никого не кусает, кровь не пьёт, ведёт себя тихо. Сидит вон, телевизор смотрит».  – «Зомби как раз именно так и делают, - отвечают ей. – Скорее заприте его, пока он кого-нибудь не сожрал!»
- А баба Тоня – смотрит телевизор, - перебила Юлька.
- А ты слышала, как некоторые взрослые называют телевизор? «Зомбоящик»! Ясно? – Марьянка осталась очень довольна своим аргументом.
Повисла тишина. Голоса на поляне уже давно смолкли.
- А как получаются зомби? – спросила Юлька, обсасывая другой палец.
- Ну, я же тебе  рассказывала: приходит какой-нибудь уже готовый зомби и кусает человека. И тот тогда тоже превращается в зомби и кусает остальных. Это как эпидемия, ну, как когда гриппом заражаются, понятно?
- А того, самого-самого первого зомби кто укусил?
- Никто… Говорят, их поднимают из могил злые колдуны… Только в Копалихе колдунов нет… Или ещё, говорят. Это бывает, когда какой-то порошок  сыплют…  Или с завода радиация… По-разному случается…
Младшая вновь надолго замолчала, вероятно, обдумывая услышанное.
- Кто сделал этот домик? – наконец выдала она, обводя рукой пространство.
- Это старшие ребята построили… Давно ещё… Правда, они молодцы: даже настоящие стёкла в окнах для нас сделали!
Старшая девочка наконец зашнуровала оба сапога, надела куртку и откинула люк в полу.
- Ну, я сделаю вылазку в деревню. Поищу, может, там какая еда осталась. А ты сиди тихо.  Из окна не высовывайся. Громко не кричи и не пой. Будут звать – не откликайся. Помни: тут кругом зомби!
- А как же ты?
- Я умею хорошо прятаться и быстро бегать. Меня не достанут.
Девочка спустилась на землю по серой деревянной стремянке, осмотрелась по сторонам и юркнула в ещё сырые после утреннего дождя кусты. За упругими  ветвями, за разлапистыми рябиновыми листьями показалась полузаросшая тропинка. Она вывела Марьянку на опушку леса: две старые кривые берёзы возле засыпанной глиноземом кучи лома, и за крапивными зарослями – шоссе и указатель: «Копалиха 0,3».
 
 
 
***
Молодой худощавый бородач крошечной отвёрткой развинчивал корпус мобильного телефона на кухне дачного домика, когда  в сенях послышалась возня.
- Здравствуй, Марьяна! Ты целых три дня ко мне не заглядывала! – Он проводил маленькую гостью на кухню и принялся перекладывать инструменты и запчасти на другой край стола. – Я уж забеспокоился, не случилось ли чего.
- Нормально всё, Стрейнджер! – бодро ответила девочка, усаживаясь на громоздкий самодельный стул.  – Как видишь, нас ещё не нашли.
- Да, сейчас вас искать стали гораздо меньше…
- Может, скоро совсем прекратят, - выразила надежду девочка.
Парень сделал шаг к заляпанному буфету с узорчатой стеклянной дверцей:
- Ты голодная?
- Ага, немножко. Прикинь, нам твоего корнфлекса хватило  на целых три дня!
- Я тебе ещё дам… Анимешку какую-нибудь хочешь?
- Спрашиваешь! Давай «тетрадь смерти»!
- А в прошлый раз «Блич» был…
- Да ну его. Слишком длинный, персонажей слишком много, всё непонятное… Не буду досматривать!
- Ну, садись сюда…
Большой сероспинный ноутбук превращал эту комнатушку  с выцветшими занавесками и разномастными потёртыми стульями в сказочное царство.
Некоторое время парень трудился над телефоном, а девочка ела и смотрела кино. Затем Марьяна нажала на «паузу» и тихонько позвала:
- Стрейнджер! Стрейндж!
- А?
- Стрейндж, а к тебе точно никто не заходил? Не спрашивал про нас?
- Нет, никто.
- Понимаешь, я, конечно, бабе  Тоне не рассказывала, что мы с тобой дружим. Но кто-нибудь другой мог узнать и проболтаться… Но ведь если что, ты нас не пропалишь, правда?
-  Странно, что вас не нашли. Вторую неделю в лесу сидите.
- Да, я умею хорошо прятаться! – не без гордости ответила Марьяна, вертясь на стуле. – А с этим ложным следом у меня вообще клёво получилось. Правда, свою самую любимую майку пришлось угробить – но ведь искусство требует жертв. И ещё антрекот этот замороженный медленно таял, кровь из него  плохо капала, - но всё равно вышло как надо! Теперь все взрослые будут думать, что там какой-нибудь маньяк пробегал…
Парень явно не разделял восторгов своей гостьи.
- Ну вот, сейчас вы сидите в лесу, – осведомился он.  – А дальше что?
- И дальше будем сидеть!
- Тебе разве осенью в школу не надо?
- Да ну её! За пять лет кому угодно надоест видеть одни и те же стены и одни и те же рожи!
Бородач, очевидно, был о школе  того же мнения, что и девочка, но его роль  в этом разговоре не позволяла ему сознаться. Он стал подыскивать другие доводы:
- О сестре своей подумай. Не вечно же ты будешь потчевать её этими рассказами о зомби-апокалипсисе? И говорить, что нашла еду в лесу, хотя на самом деле попросила у меня?
- Ничего; Юлька мне всегда верит.
- А если она заболеет – как же вы?
- А как меня всегда лечили? Чай с малиной и шарф на горло! А если перелом, там какую-то доску к ноге надо привязать… Я не могла не взять её с собой, ты же  сам понимаешь.
- Марьяна! – Стрейнджер оставил работу, подошёл к стулу девочки, обнял её за плечи. – Я всегда придерживался такого мнения: если человек совершает сумасбродный поступок, без толку хватать его за руку и кричать, что он делает всё не так. Надо дать ему на собственном опыте понять, правильно он поступил, или нет.
- Ты считаешь, мы неправильно поступили, что сбежали?
- Что греха таить, я в  детстве сам пару раз сбегал из дома, - вздохнул бородач. – Как-нибудь потом расскажу… Хотя на то, чтоб измазать футболку кровью из куска магазинного мяса и подбросить на обочину, у меня бы смекалки не хватило… Но сейчас я не обсуждаю, хорошо ты поступила или плохо. Я хочу, чтоб ты  научилась нести ответственность за последствия своих поступков… Ты же смотришь такие умные фильмы – могла бы усвоить: каждый поступок героя, продуманный или с бухты-барахты,  что-то влечёт за собой…
В глазах Марьянки сверкнул гнев:
- Нет уж, - резко оборвала она проповедь своего приятеля, - вы уж как хотите, а я к бабе Тоне возвращаться не собираюсь!
- Но ваша бабушка огорчилась, что вы пропали. Тебе не жалко её?
- Ни капли! – отрезала Марьяна. – С ней жить невозможно! То нельзя, туда не ходи, с тем не дружи! А доказывать что-то ей без толку! Ничего-то она не понимает…
- А разве не все бабушки что-то запрещают внукам?
- Ну не всё же подряд! А у этой скоро дышать запрещено будет! Не вернусь, и всё!
- А как же вы осенью, когда похолодает? А зимой? – парень отошёл от стула и встал у окна, стекло которого начало покрываться снаружи мелкими каплями.
- А похолодает, - бесшабашно парировала девочка, - мы проберёмся на «Алюминиевые сплавы» или в саму Копалиху и залезем зимовать в чей-нибудь дом. Тут осенью многие дачи пустые стоят… Или вот: у тебя поселимся! Веселее будет!
- Я тут зимой не всегда бываю, мне тоже в город надо: у меня же работа.
Для Марьяны это сообщение стало неожиданностью:
- Работа? А баба Тоня говорила, что люди с такими причёсками и такими компьютерами нигде не работают, только в игры играют и на гитарах бренчат!
- Ты же сама недавно сказала, что твоя бабушка ничего не понимает!
- А?.. – сконфузилась девочка.
- Ты веришь бабушке или нет?
Марьянка с минуту смотрела на вертящуюся заставку на экране ноутбука: думала над ответом. Потом вполголоса призналась:
- Ну, может, баба Тоня и не всегда бывает неправа… Но после того случая с тетрадкой нам разговаривать не о чем!
- С какой тетрадкой???
Марьяна поморщилась, словно пытаясь избавиться от занозы. Сейчас она вспоминала о чём-то очень неприятном.
- Да фанфик мой, - наконец пролепетали её губы. – Мы с тобой анимеху посмотрели, ну, про волка Кибу, мне не понравилось, что он погиб, я решила пересочинить, чтоб он остался жив и всех победил. Писала-писала… А баба Тоня залезла в мой ящик комода и эту тетрадку вынула. Полистала чуть-чуть и говорит мне: «Эх, такая большая дылда, а ума не нажила! Ты лучше напиши одно слово, но красиво, грамотно и с толком. А то ишь! Целую тетрадь извела на ерунду!» А потом ещё полистала и увидела слово «апокалипсис». Что было дальше, мне и вспоминать не хочется.  – Голос девочки задрожал. – Она ещё и раньше над моими стихами смеялась и книжки интересные у меня потихоньку отбирала… Но это… Как говорится, чаша переполнилась… Я больше не…
Стрейнджер достал из буфета салфетку и утёр слёзы, бегущие по щекам гостьи.
По оконным стёклам убогого домика били дождинки, на экране ноутбука крутилась заставка.
- А родители у тебя хоть понимающие? – осторожно спросил Стрейнджер, когда девочка перестала плакать.
- Ага, родители нормальные. Мама сама обожает хорошие книжки и кино. Только у неё на них времени мало: она работает. Она даже летом работает.
Стрейнджер задумчиво повертел в руках сырую салфетку.
- Я хочу предложить тебе вот что: завтра утром вы с Юлей придёте ко мне, и я отвезу вас в город. Домашний адрес помнишь? Отлично!  Приедем туда и поговорим с твоей мамой…
Марьяна слезла со стула, подобрала с пола у дверей свою куртку. Её лицо было как небо после схлынувшего ливня.
- Идёт, - деловито произнесла она, выбегая в сени. – А Юльке я тогда скажу, что зомби-апокалипсис случился не везде, а только в Копалихе. Она поверит. Она мне всегда верит.
 
Úlfaastaðir, 24 júní 2014
 
 
 
 
 
Рейтинг: 0 135 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!